- -
- 100%
- +
Тот вечер я провел, играя, ожидая сообщения или звонка от Алены (не писать же первым!) и размышляя о том, почему у нас в стране только одна антимонопольная служба…
Неоднозначное попалось воспоминание, но интересное, жизненное.
Следующий эпизод своей биографии я решил сейчас не просматривать, потому что помнил, что много ностальгируя по прошлому, рискуешь пропустить настоящее и, тем самым, лишить себя будущего.
Приняв это волевое решение, я вновь очутился в белой комнате. В этот раз она оказалась не пустой: в одном из углов стоял современный эргономичный рабочий стол и довольно удобное офисное кресло.
Странный, конечно, выбор для любой комнаты, кроме рабочего кабинета, но дареному коню в зубы не смотрят.
Попытавшись удобнее устроиться в кресле, я понял, что творила его Экуппа под себя – было тесно, да и скрипело оно угрожающе.
– Ничего, – ободряя себя, пробормотал я, – если это сломается, она себе новое наколдует. Что там у нас сегодня по ящику показывают?
Сегодня даже не пришлось устраивать танцы с бубном, потому что стена сама по моей мысленной просьбе стала показывать происходящее с Экуппой и моими боевыми товарищами. Звук, кстати, тоже присутствовал. Я покрутил вокруг головой в поисках динамиков, но безрезультатно – звук шел просто так, из ниоткуда.
Наемница спала. Не знаю, как я понял, что она именно спит, а не находится без сознания, просто, почему-то, это было понятно. Эдвардс бродил по выросшей вместо моря ореховой роще, то и дело наклоняясь, чтобы подобрать с земли орехи. Экуппа тоже занималась собирательством, объясняя Пройдохе, что Дара в воздухе осталось на одно изменение ландшафта, а рощу вместо моря она сделала, чтобы обеспечить отряд естественной калорийной пищей.
– Все, ты теперь полностью пришла в себя и к тебе вернулась память? – уточнил Эдвардс, внимательно осматривая стволы ближайших к нему деревьев.
– Еще бывают некоторые помрачения рассудка, – подумав немного, ответила девушка, – но они уже не такие серьезные.
– Это хорошо! Я очень рассчитываю на твою силу. Мы с Язвой неплохие бойцы, но вот маги из нас не ахти, в то время как Элизи сопровождают минимум две магички. Если мы настигнем их в месте, где достаточно Дара, они прихлопнут нас, как мух.
– Ну, их еще нужно настигнуть, – резонно заметила Экуппа.
– Да, – согласился Эдвардс, – для этого нам нужно поторапливаться. Сейчас я найду арбалетный болт, ты разбуди Язву и в двух словах объясни ей, что произошло, пока она отсутствовала, а потом тронемся в путь. Ты уже решила, что сделаешь вместо этой огромной рощи, чтобы мы не тратили зря время?
– К сожалению, тут можно изменять практически все, кроме размера, – враз погрустнела Экуппа, – я уже голову себе сломала, но решения так и не нашла.
– Нет ничего проще, – развалившись-таки в кресле, обыденно дал я совет «телевизору», – гигантская ледяная горка – это же, как говорится, элементарно!
– Спасибо! – шепотом ответила мне Экуппа. – Только в следующий раз, пожалуйста, начинай разговор не так внезапно – я пугаюсь.
– Всегда – пожалуйста, – рефлекторно переходя на шепот, ответил я и вновь углубился в просмотр.
Пока Эдвардс искал, а наемница приходила в себя, протирая заспанные глаза, Экуппа, пересказывая ей историю, которую недавно поведала Эдвардсу, творила местный аналог Антарктиды, только в наклонном варианте.
Быстро набрав веток и листвы, мгновенно превратившиеся в детей взрослые соорудили некое подобие санок в количестве трех штук и уже готовились к почти бесконечному спуску.
– А друг другу мы мешать не будем? – попытался заглянуть на шаг вперед умудренный жизнью Эдвардс. – Может каждый возьмет по легкой сухой жерди, чтобы отталкивать соседа, если тот будет подкатываться слишком близко?
– Пускай лучше он каждому вырежет крепкие толщиной с обхват ладони палки, – тихо посоветовал я, – пригодятся.
Спустя несколько минут они, отойдя друг от друга метров на десять, с нескрываемым восторгом покатились вниз. Экуппа повизгивала от переполнявших ее эмоций, наемница что-то весело выкрикивала, а Эдвардс, кажется, воодушевленно матерился.
Время шло, скольжение уже не казалось таким стремительным, и восторги поутихли. Внезапно Эдвардс наклоном корпуса начал приближать свои санки к саням Экуппы.
– А как мы будем тормозить, когда увидим конец горки? – с запоздалой предусмотрительностью уточнил он у девушки.
– Хороший вопрос! – злорадно прошептал я.
– Вот и отвечай на него! – ехидно ответила Экуппа.
И вот я на санках! А далеко впереди, кажется, уже темнеют стремительно приближающиеся джунгли.
Глава IV. Нам не страшен серый волк?
Наверняка она сейчас сидит в кресле и с ехидством ждет, как я выберусь из сложившейся ситуации. Пожалуй, не доставлю ей удовольствие проявлением паники, а сразу примусь за дело. Время еще есть, поэтому сначала проверю идею на себе.
Осторожно поворачиваюсь лицом против направления движения и стараюсь потихоньку начать притормаживать санки при помощи прочного шеста, срезанного Эдвардсом. Осторожничаю я потому что боюсь пойти юзом из-за резкого торможения. Но моим опасениям не суждено сбыться: даже, если бы я со всей сила налег на этот шест, никакого ощутимого торможения бы не вышло.
Если я представлял себе горку, как кучу хорошо спрессованного снега, то Экуппа, недолго думая, просто сотворила неимоверно громадную глыбу льда. Плотного и ровного, как стекло. Мой импровизированный альпеншток просто отскакивает от ледяной поверхности, не смотря на все прилагаемые усилия.
Самое время приступить к плану «Б»! Но его пока нет. Поэтому возвращаем назад отложенную в дальний ящик панику!
– Есть идеи? – тихо и, надеюсь, спокойно спрашиваю у Экуппы.
– Твой опыт мне ничего не говорит, – задумчиво, но быстро отвечает она, – мой, кроме как воспользоваться Даром, тоже подсказок не дает. Но Дара у тебя там сейчас нет. Попробуй озадачить наших с тобой генераторов.
Тогда я, наконец, отвечаю на вопрос заданный Эдвардсом еще Экуппе.
– Предлагаю спросить мнение Язвы! Возможно, без Дара тут справиться не получится.
– Язва! – позвал наемницу Пройдоха. – Есть мысли по поводу того, как нам останавливаться?!
– У меня в арсенале есть заклинание щита. От удара о деревья щит нас спасет, он рассчитан на не менее пятнадцати ударов подвесным крытым тараном. Но, если перед деревьями будет полоса земли, то щит не поможет.
– Учитывая степень нашего суммарного везения, – негромко проговорил Эдвардс, – полоса там обязательно будет.
– С полосой легко можно справиться! – весело крикнул я так, чтобы меня услышали оба товарища. – Нужно будет просто как можно выше подпрыгнуть за секунду до того, как мы к ней подлетим.
Судя по тому, как переглянулись между собой мои товарищи, поверили они мне не до конца.
– Другого выхода все равно нет! – поспешил пресечь я их вопросы и возражения. – Язва, расскажи лучше, как работает щит? Мы просто как будто уткнемся всем телом в большую подушку?
– Нет, – улыбнулась уже приблизившаяся к нам наемница, – на такое я не способна. Максимум, что я могу, это рассеять удар или перенаправить его в другое направления. Я планирую отбросить нас вверх, а дальше мы ударимся уже не о стволы, а о кроны. К тому же я умею замедлять свое падение. А вы?
Я с тоской посмотрел на Эдвардса.
– Раз я умею ускоряться, применяя Дар, – вслух задумался Эдвардс, – то смогу и замедлиться. Если в первом варианте воздух словно расступается передо мной, то в противном случае его просто придется немного сгустить…
– А ты не мог бы его сгустить для двоих? – на всякий случай уточнил я.
– Не факт, что получится это сделать и для одного, – не слишком радостно ответил Пройдоха, – но я постараюсь!
И он, правда, постарался! Но у него не получилось. Точнее, получилось только наполовину. Сам он смог замедлить свое падение, а вот меня притормозить у него не вышло.
– Держись! – закричала у меня в голове Экуппа, видимо, пытаясь как-то помочь.
– Было бы за что держаться, – пробормотал я, хаотично соображая, что я могу сделать.
Выходило, что ничего.
И Экуппа, как ни старалась, не могла ничего наколдовать без Дара.
– Свернись в калачик! – донесся до меня требовательный крик Эдварса.
Подобно утопающему, хватающемуся за соломинку, я быстро и с радостью подчинился этому требованию и почувствовал безумную боль практически по всему телу. Не выдержав, я закричал, но мой крик был заглушен бешенным ревом Эдвардса. Кажется, ему там наверху тоже приходилось несладко.
От боли я потерял сознание, а вернулся в него уже на земле. Ситуация за время моего вынужденного отсутствия, если и улучшилась, то не намного. Посмотрев на свою кровоточащую руку, я увидел на ней множество порезов, образующих повторяющиеся ромбические узоры.
– Что это? – спросил я у товарищей, пытаясь разогнать темноту, то и дело застилающую взгляд.
– Сетка! – фыркнула наемница. – Пройдоха поймал тебя сеткой, как до этого жуков.
– Да, мне бы сейчас не помешало немного их яда, чтобы хоть как-то отвязаться от этой боли. На мне живого места нет.
– Эдвардс вообще чуть руки не лишился, удерживая тебя от падения, – сообщила Язва.
Я поискал глазами своего спасителя. Не нашел, попытался подвигать головой, но испытав очередной приступ боли отказался от этой идеи.
– Все нормально! – услышал я, наконец, бодрый голос Эдвардся. – Не забываем, что на нас все еще распространяется действие моего магического зелья. Поэтому все целы и скоро будут абсолютно здоровы. Вот у меня шрам на ладони уже зарубцевался и даже начинает рассасываться!
– Жалко только, что мы снова без еды, – вновь подала голос Язва.
Ах, да! Я забыл рассказать, что, когда мы приблизились к концу горки примерно на километр, наемница, вдруг, заявила, что ее щита, скорее всего не хватит на троих из-за слишком большой скорости.
Тогда я словно по наитию перебросил котомку с собранными Экуппой орехами Эдвардсу с криком: «Раздави все прямо в мешке!».
Он, умничка, не стал ничего уточнять, а просто выполнил мою просьбу и вернул назад котомку. Я раскрыл ее и веером рассыпал перед санками получившийся из ореховой скорлупы абразив.
Так мы смогли немного сбавить скорость, правда, начав при этом вращение вокруг своих осей, но вовремя подпрыгнуть нам это не помешало.
Пока боль, бушующая во всем теле, не утихла, Эдвардс буквально приплясывал возле меня, всем своим видом показывая, что нам необходимо торопиться. Стоило мне подняться на ноги и сделать пару неверных шагов, как он засобирался в путь. Делать было нечего. Он лидер нашей группы, его нужно слушаться, иначе в коллективе начнутся разброд и шатания.
В этот раз наемница сама стала в конец нашей так называемой колонны, видимо, я выглядел уж совсем неважно, раз даже эта бессердечная особа меня пожалела.
– Поздравляю, – пронесся в голове шепот Экуппы, – в этот раз мы выжили. В следующий, я тебя очень прошу, продумывай свои гениальные идеи на несколько шагов вперед!
– Ну, ты тоже хороша, – отозвался я, – кто ж делает прям-таки ледяную горку?
– Вы все хотели побыстрее – я вам сделал побыстрее! Какие ко мне претензии?
– Раз в итоге все живы и относительно здоровы, то, выходит, что никаких, – улыбнулся я.
– Тогда считай, что я ушла в себя и вернусь нескоро! – прощебетала Экуппа и пропала.
Дальше шли молча. Примерно через час пути Эдвардс, не останавливаясь, достал из рюкзака промасленную тряпицу и извлек из нее кусок вяленого мяса. Его он нарезал тончайшими полосками, которые раздал нам, не обделив, в прочем, и себя. Было вкусно, хотя мясо и попахивало немного землей. Видимо это кусок пролежал в схроне довольно долго.
Потом настал черед волшебной фляги Пройдохи. Вода в ней была прохладная вкусная и без всяких запахов. Почти сразу же пришлось сделать остановку, потому что Язве приспичило в кусты.
Пока ее не было Эдвардс все время ворчал на ту тему, что он всех еще наверху спрашивал, не нужно ли кому куда…
– Я тогда сходила! – из кустов выкрикнула наемница, – а теперь мне снова надо!
– Вот Экуппе же не надо! – резонно возразил Эдвардс.
Ну, вот, еще один повод для наемницы меня недолюбливать. Но, с другой стороны, Эдвардс прав – я замедляю передвижение нашего отряда по естественным причинам даже реже него. Что-то тут определенно не так.
– Экуппа! – позвал я девчонку. – Почему это мы с тобой так редко ходим в туалет?
– По привычке! – звонко рассмеялась в ответ девушка, видимо, прибывая в хорошем расположении духа. – В первые дни мне катастрофически не хватало энергии, и я брала ее откуда только было возможно это сделать без вреда для нашего с тобой организма. В ход шло все, что угодно. Ты разве не замечал, что у тебя даже ногти не росли все эти дни ни на ногах, ни на руках? Тоже самое и с отходами жизнедеятельности. Излишки жидкости я нам оставляла разве что на пот для охлаждения организма.
– Вот это да! – удивился я. – Ну, ты там, давай, продолжай в том же духе! В принципе, это удобно.
– Я тоже так подумала, – согласилась Экуппа. – У меня к тебе небольшая просьба будет: когда я была снаружи и пользовалась Даром, то почувствовала, что у Эдвардса в рюкзаке есть несколько амулетов. Меня заинтересовал один, тот что просто является аккумулятором Дара. Он почти пустой. Попроси у Эдвардса при случае его поносить и зарядить. Очень уж мне не понравилось сегодня нестись с горы с угрозой разбиться насмерть и не иметь возможности никак на это повлиять.
– Ты сможешь его зарядить, не выходя наружу? – уточнил я.
– Попытаюсь, если не получится, попробую научить тебя. В крайнем случае, выберусь сама – много времени это все равно не займет.
– Хорошо, – согласился я, – при случае попрошу.
Так мы в беседе скоротали еще какое-то время. Солнце стало заметно клониться к горизонту, и внутри меня затеплилась надежда, что сегодня приключений уже не будет. Однако уже через пару минут идущий впереди Эдвардс внезапно остановился. Я сначала не понял причины остановки, но потом увидел, что он стоит и принюхивается.
– Псиной воняет, – подтвердила наемница, – я тоже чувствую.
– Этого я и боялся, – чуть ли не простонал Эдвардс, – в половине рассказов экспедиций говорится, что они натыкались на волка-переростка, которого не берет ни оружие, ни магия. Он пропускает через свою территорию, только если отвлечется на еду. Как правило, члены экспедиций успевали миновать его владения, пока зверюга жевала одного-двух их коллег…
– А как на счет обойти? – вкрадчиво осведомился я.
– Придется! – снова практически простонал Пройдоха. – Вот только придется оббежать, а еще тебе, как только сможешь пользоваться Даром, нужно будет позаботиться о выносливости; есть опасения, что спать нам сегодня не придется.
– В какую сторону побежим? – задала резонный вопрос наемница.
– Вправо, – ответил Эдвардс и побежал.
– Интересно, а почему не влево? – тихо, ни к кому конкретно не обращаясь, спросил я.
– Потому что ветер дует слева и несет с собой запах псины, – пояснила Язва, все еще находящаяся сзади.
Ну и слух у нее! Да еще и интонации в голосе появились эдакие Ливановские, когда тот из телевизора говорит: «Это же элементарно, Ватсон!».
Бежали мы почти до самого заката. Под конец, когда я стал спотыкаться чуть ли не на каждом десятом шагу, Язва не выдержала:
– Пройдоха! Мы уже сами воняем не хуже того волка! Еще чуть-чуть и обоняние нам не поможет определять его местонахождение. Может, зайдем в лес, да проверим?
– Это на ночь-то глядя? – практически ужаснулся я. – Давайте лучше здесь переночуем, завтра зайдем в лес, выроем волчью яму, привяжем к ее краю Язву в качестве приманки. Волк угодит в ловушку, мы отвяжем Язву, если будет себя хорошо вести, конечно, и побежим себе дальше!
– Нет, – возразил Эдвардс, – наемница права: нужно хотя бы изредка проверять, иначе обегать опасную зону можно до старости.
Фразу он договаривал уже в лесу.
– Иди! – сказал я Язве. – Твоя ж идея была!
Наемница мазнула по мне надменным взглядом и пошла за Эдвардсом, по пути слегка задев меня без нужды отведенным в сторону локтем.
Постояв немного на опушке, я понял, что одному в относительной безопасности мне еще некомфортнее, и полез вслед за товарищами.
Псиной, вроде бы, не воняло, да и следов пребывания тут зверя Эдвардс не находил. Так что, поначалу мы в лесу крались, а потом уже, не таясь, снова перешли на бег.
Кстати, вот вам загадка: какой хищник станет охотиться на сильную добычу, если рядом есть соразмерная слабая? Раньше я бы ответил, что никакой, ну, или бешеный. А теперь я знаю, что еще и тот хищник, которого создали магическим путем.
Потому что Волк (да, он оказался таким большим, что не писать его с заглавной буквы было бы кощунством) одарил своим вниманием именно самого крупного члена нашей команды – Эдвардса.
В один момент Пройдоха будто врезался в невидимую стену – так внезапно он остановился. Мне потребовалось применить ощутимое усилие, чтобы не влететь в его спину. Выглянув из-за Эдвардса, я убедился, что все мои опасения сбылись в полный рост, и даже выше.
Оказалось, что не просто так мы легко бежали по лесу, не особо сдерживаемые растительностью – местный хозяин был завидных размеров и в противном случае просто не смог бы передвигаться по своим владениям.
С шерстью грязно-серо-зеленого цвета, в холке не ниже Пройдохи, с зубастой, как у акулы, пастью, он стоял, высунув лиловый язык размером с мой теперешний локоть, и смотрел на нас тяжелым взглядом.
– Почему он нас еще не съел? – раздался из-за спины тихий шепот Язвы.
– Вот только подсказывать ему не надо! – так же тихо возмутился Эдвардс. – Видимо, сыт, вот теперь и думает, кто из нас вкуснее.
– Угу, – поддакнул я, – конь на обед, молодец на ужин…
– Пройдоха, – усмехнулась Язва, – твоя малахольная от страха бредить наяву начала, ей кони мерещатся!
– Уходить нужно, – прервал я пустые разговоры, – пока Волк тупит.
– Медленно, очень медленно пятимся! – тихо и четко скомандовал Эдвардс, сам подаваясь назад.
Мы послушались и прошли таким манером метра с два, а потом Волк нас ожидаемо неприятно удивил. Присев на задние лапы, он высоко и далеко прыгнул и оказался у нас за спинами.
– Похоже, не выпустит он нас, – произнес я то, что все остальные уже и так осознали.
– Какие-нибудь идеи, кроме как попрощаться, имеются? – уточнил Эдвардс, доставая кинжал из ножен.
Волк на это действие прореагировал еще более жутким оскалом и сделал шаг вперед.
– Подожди, – попросил я Эдвардса, – и не шевелись! Я сейчас залезу тебе на плечи, а ты, придержи меня одной рукой за лодыжку для равновесия.
Вскарабкавшись на Пройдоху, я встал в полный рост поднял вверх руки и постарался громко и грозно крикнуть.
Последнее у меня получилось хуже всего. Думаю, за мой грозный крик на соревновании чаек я получил бы главный приз. Зато я всех удивил. И Эдвардса, и Язву, и Волка. Тот даже передумал и сделал шаг назад, явно озадаченный моим представлением.
– Пройдоха! Я продолжаю настаивать, что девчонка сходит с ума! – в присущей ей марене прокомментировала мои действия Язва.
– Экуппа – молодец! – весело возразил Эдвардс. – Я бы и сам должен был догадаться, что зверь хоть и волшебный, но все же зверь! Его действительно можно попытаться напугать размерами и звуками! Прижмись поближе ко мне, чтобы мы втроем казались одним целым и попробуем обойти его по дуге!
Не получилось.
Волк больше не приближался, идя параллельно с нами. А когда мы попытались пойти на него, зверь сначала попятился на несколько шагов, но потом все же остановился, припал к земле и злобно зарычал, всем своим видом показывая, что готов к схватке. Мы постояли, покричали, но Волк больше слабины не дал.
– Скоро он снова проголодается и перестанет с нами играться, – проговорила Язва.
Да, теперь она решила озвучить общую мысль.
– Выхода нет, времени тоже нет, как и шансов на победу, – заговорил, вдруг, Эдвардс, – я приму бой, а вы прорывайтесь назад. Зашли мы не слишком глубоко, возможно, у вас еще есть шанс вернуться назад.
Я взглянул вниз на наемницу. Лица ее видно не было, но я кожей чувствовал, как она колеблется. Ей ведь тоже нужна была Элизи. Причем нужна живой и здоровой…
Даже, дай я слабину и сбеги назад к опушке во время скоротечного боя людей со зверем иммунным к магии и физическому урону…
Стоп!
– Эдвардс! – радостно крикнул я. – Кажется, у меня есть еще одна идея! Причем, она гораздо лучше первой!
Глава V. Долгожданный отдых и короткий разговор о важном
Выдерживать такой быстрый темп бега я уже не в силах. Последние метров двести мне помогала бежать Язва, закинув мою руку себе за шею и придерживая меня за талию. Но и этого уже мало. В глазах темно, а ноги будто ватные. Тогда на помощь наемнице приходит Эдвардс, и меня уже практически несут, потому что деревья еще растут слишком редко, а это может значить сейчас только одно – мы все еще на территории Волка.
А идея моя была проста, как все гениальное. Если существо нельзя заколдовать или разобрать на части, почему бы его не отравить?! Тем более, что у в бездонном рюкзаке Эдвардса томятся несколько ядогенераторов.
Самым сложным пунктом моего простого плана было – насадить на серповидное острее болта сразу двух жуков так, чтобы и начать выпускать из них яд, и не вымазаться в него самому. Но Эдвардс справился. А уж загнать болт прямо в приоткрытую исполинскую пасть для Пройдохи и вовсе было плевым делом.
Ожидаемо, яд подействовал не мгновенно, а вот агрессию с нашей стороны Волк уловил сразу! Не успел стихнуть звук спускаемой тетивы, а зверюга уже прыгнула на нашу кучно стоящую троицу. Но мы были готовы и к этому. Я прыгнул на ближайшую ветку и принялся карабкаться вверх, едва не плача от счастья, что у нас на пути монстр не из семейства кошачьих, ну, или какой-нибудь бурый мишка. Язва с Эдвардсом прыснули в разные стороны, ускоряясь, благодаря остаткам сгенерированного Дара.
Волк плюхнулся на опустевшее место, вращая головой на все триста шестьдесят градусов и выбирая мишень для атаки. Жребий снова пал на счастливчика Эдвардса. Он здорово уворачивался, постепенно уводя Волка в сторону от нас. Язва воспользовалась этим и тоже взобралась на дерево и уже сверху сообщила Пройдохе, что она в безопасности. После этого Эдвардс тоже решил последовать нашему примеру, но не мог оторваться от преследователя на достаточное расстояние, чтобы успеть сделать задуманное.
На помощь ему пришла наемница. Сначала она метнула один из своих стилетов, метя в глаз зверя. Тот моргнул, и бронированное веко без труда выдержало атаку. Тогда Язва применила свой коронный бросок: напитала второй стилет Даром и метнула его особенным образом. Клинок летел, вращаясь так, словно им выстрелили из винтовки с нарезным стволом. В этот раз Волк стоял к ней спиной, и целью стало его ухо. И кое-какой результат таки был достигнут! Стилет, конечно, отскочил от уха, но оцарапал его до крови.
Первый раз в жизни я видел безмерно удивленного Волка! Он прекратил преследование Эдвардса, изумленно взглянул на Язву, потом попытался скосить глаз на ухо. Последнее у него получилось плохо и оба глаза зверя начали наливаться кровью. Он подскочил к дереву, на котором спасалась наемница и с результативностью экскаватора начал подрывать у него корни. Еще несколько секунд, и дерево свалилось бы на землю или ветки других деревьев. В любом случае, Язве пришлось бы туго, но, наконец, начал действовать яд, которым были переполнены тельца жуков!
Сначала Волк остановился, потом начал водить головой из стороны в сторону, а потом, смешно подпрыгивая, помчался куда-то вдаль, то и дело врезаясь в деревья, или спотыкаясь о из корни.
Мы не стали ждать и секунда, чтобы со всей возможной скоростью пуститься наутек!
Вот теперь меня и несут два товарища, которые и сами-то еще могут передвигаться только благодаря крохам Дара, хотя и те уже на исходе, судя по состоянию Эдвардса и Язвы.
– Вон, – с трудом прохрипел Пройдоха, – впереди… стена… из… кустов… мы… почти… дошли…
Когда мы проломили эту стену, Язва споткнулась, мы с ней повалились на землю и подняться уже не смогли. Тогда Эдвардс схватил нас за воротники и потащила прямо земле, засыпанной мелким сором и сухими ветками. Потом упал и он. Но почти сразу же сзади послышался громоподобный рык и треск ломаемых деревьев. Волк, быстро придя в себя, ломился через заросли вслед за нами. Эдвардс тоже зарычал, поднялся и, шатаясь, снова потащил нас вглубь леса.
В конце концов, Эдвардс упал и больше не мог подняться, а треск позади нас не прекращался, а становился все громче – разъяренный зверь приближался.
Язва тоже практически не шевелилась. Тогда я подполз к рюкзаку Пройдохи, достал из него арбалет и начал шарить в нем дальше в поисках болта и хотя бы одного жука. Так стрелять, как Эдвардс я не умел, но у меня могло бы быть больше попыток – Волку требовалось немало времени, чтобы проломиться к нам сквозь практически непроходимые для такой громадины заросли.