- -
- 100%
- +
– Верно! Успею ли до свадьбы пасеку домой свезти?
– Успеешь, дедушка, мы об этом еще не говорили.
– О чем говорили? – спросила Лора.
– О нашей с тобой свадьбе. Дедушка спрашивает, выйдешь ли ты за меня замуж?
– И что ты ему ответил?
– Спрошу. Ну, как, согласна стать моей женой?
– Согласна! Но я ведь в доме самая младшая.
– Отдадим замуж старших, потом сами поженимся.
– Поздравляю, внучек, и с сегодняшнего дня дарю половину моей пасеки.
– А что я буду с ней делать, деда?
– Что и я, качать мед. Мед качать не горшки лепить. Сходи хорошенько вымойся и приходи к столу, а ты, внучка, готовь стол.
Пообедав и попрощавшись с дедом, они пошли домой.
– Вася, а знаешь, что нас ждет дома?
– Мой отец с матерью.
– Да я не об этом. Начался сбор меда, пошла клубника и малина. Нужны не только горшки, но и макитры. Придется нам эту ночь не спать, а таскать из ямы глину для горшков.
– Согласен, милая, вот мой дом, смотри, бежит Бобик встречать меня. Берем ведра, фонари. Я лезу копать, а ты вытаскиваешь.
К утру такую же гору глины вытащили из ямы Ларисы. Помылись в их бане и полезли на сеновал спать.
Утром дед с бабой подняли внучат, чтоб накопать глины, а ее наверху целая куча. Заглянули на сеновал, а там ночные работники спят. Не стали будить, а стали к обеду готовить пельмени.
Внучка обрадовала дела с бабкой своим возвращением, а старшая сестра Люба все свободное время посматривала в зеркало и пела песни.
Заработанные деньги Лариса отдавала ей для покупки приданного, а ее жених обещал ей и ее мужу срубить новый дом.
Дед с бабой принимали сватов, а Василий с Ларисой подавали на стол. Сват со свахой торопились со свадьбой.
Скоро придет жатва, а в доме не хватает рук убирать такой богатый урожай.
Строили не только дом молодоженам Василий с Ларисой, но и себе. Иногда приезжали старшие братья с отцом помогать строить. Брали на дом только дубовый лес, отвозили на пилораму, пилили на доски.
Гречиха в поле отцвела, и дед Василий привез пасеку к дому внука. В свободное от пасеки время делал внуку окна, двери.
До осенних дождей спешили накрыть дом. Делали черепицу и коньки.
Часто дед упрекал внука за лишний труд, возьми, мол, мои деньги, купи железа и накрой крышу.
– Хочу, деда, все своими руками сделать. Железо нужно красить, а где столько возьмешь денег. А черепица простоит целый век. Лишь бы крыша под ней была из крепкого дерева.
Построили новый сарай и мастерскую с печкой для обжога горшков. Всех своих товарищей приглашал Василий на стройку.
– Что будешь, Вася, делать, когда деньги кончатся? – спрашивал его дед, приходя к нему на стройку.
– Как и все в деревне, есть картофель с салом. Нынче картофель будет хороший, а в сарае у Ларисы осталось три свиньи. До нового заработка не помрем.
Дед имел в виду не его стройку, а его братьев. Его старшие братья Хома и Никифор стали в свободное время ездить в лес. Раньше возили дрова, а нынче – деловой строительный лес.
Как Вася отстроится, говорил Хома, так и я начну себе новый дом строить. А с отцом останется жить Никифор. Тесно становится в доме отца. У Никифора шестеро и моя с четвертым еле ходит, скоро будет рожать. Пора кому-то покидать родной дом. Строить буду рядом около отца.
В доме справляли новоселье, приехали все родственники Василия и Ларисы. Дом был со светлицей и двумя спальнями. На дубовом столе постелили огромную длинную скатерть, поставили скамейки и сели за стол.
Молодые наливали всем полные стаканы, и гости выпив, не успевали их поставить, как их снова наполняли.
– Не спеши, Вася, мы пришли не напиться и наесться. Слава богу, это и у нас есть. Лучше скажи, мне дорогая племянница, ты с Василием живешь, уже дом построили, а когда ваша свадьба. Без божьего благословения счастья не будет.
– Не обижайтесь на меня, деда, я еще не согрешила, просто с моим будущим мужем договорились отдать сестер замуж, потом поженимся сами.
– Значит свадьба осенью.
– Да, дорогой деда, она уже приближается. Дай бог нам все успеть сделать по дому, а потом подумать о свадьбе.
II ПОКУШЕНИЕ
От села Мелашки до хутора Фугли рукой подать. Капитан и атаман казачьей сотни Фуголь Леонид справлял рождение сына Якова.
Сегодня в хутор Фугли приехали все родственники атамана и его жены по третье колено, а также знаменитые люди из ближних сел и хуторов, а также самые богатые люди округа.
Дальняя родственница, врач Галина Матвеевна приехала со своими сыновьями увидеть племяшек своего мужа.
Леня подошел к бричке, на которой они приехали, снял мальчишек, поцеловал и передал их деду Луке. Они долго стояли в обнимку и у обоих текли слезы по щекам.
Старый воин Леонид, полный Георгиевский кавалер, участник сражения на Балканах готовился к новым походам. Он взял Галю под руку и пошел с ней вдоль пруда. Эту землю подарила ему царица за ее спасение.
Первая Миргородская сотня прибыла в Петербург. Он был представлен во дворце со своей сотней великому князю Романову Николаю Николаевичу.
Леонид понравился Николаю Николаевичу, и они часто выезжали тайком без дворцовой свиты на охоту и загородную прогулку.
– Твой дед служил при дворе, когда я был мальчишкой. Он учил меня верховой езде, и стрелять из винтовки и пистолета. Мы часто плавали на Неве. Жаль, что при дворцовом перевороте он погиб. В благодарность за его преданность один из старших сыновей вашего рода служит со своей сотней при дворце.
– А как поживает ваш отец?
– Хорошо, ваше величество.
– Зови, Николаем Николаевичем, так безопаснее будет нам на прогулке. Люблю иногда побродить по городу. Но с каждым днем все меньше становится преданных людей. Многие усердствуют, бьют челом, низко кланяются, а за спиной иногда такое скажут, грех повторить.
– Проявите строгость, Николай Николаевич.
– Пытался в свое время Александр II, царство ему небесное, это сделать, но к чему это привело – сам погиб. Казнили!!!
– Нужны реформы, а мы все их тянем, чего-то боимся. И я стал бояться за престол нашего императора и самодержавия.
– Возьми, Леня, газету «Русский инвалид» и давай посидим около Петра Великого. Люблю почитать на прогулке. Это наша газета, но в ней много хвальбы, здесь русскую жизнь не узнаешь. О русской жизни нужно читать в земских и губернских газетах.
– Вон видишь, Леня, газетка на земле лежит? – Это, наверняка антигосударственная газета, кто-то из наших друзей читал, но выбросил, побоялся попасть с ней на глаза полиции. Принеси, Леня, прочтем, что там сегодня о нас пишут.
– Что, вы, ваше величество.
– Не величество, а Николай Николаевич. Твоя ошибка может стоить мне головы. Мы хорошо ладим с твоим отцом, он всегда громко меня звал: «Пидийды сюды Мыколо».
Рыбаки в Чистых прудах, где мы с твоим отцом иногда рыбачили, говорили: «Мыколо уже сооброжает». Твой отец не пил и не курил, а ты как?
– Я тоже.
– Это хорошо. Еще два дня ты мой, потом пойдешь служить к герцогине Алисе.
– А кто она и где придется служить?
– Она англичанка. Очень строгая, но справедливая. Она в твоем вкусе, Леня.
– Но я плохо говорю по-английски. Лучше дайте немку-баронессу или француженку.
– Забыл наш род, Леня, или притворяешься.
Сотник вскочил.
– Я ваше…
– Замолчи, садовая твоя голова! Садись!
– Прошу извинения. Согласен, за такую честь, верой и правдой буду служить Отечеству.
Николай Николаевич приложил пальцы к его губам.
– Я тебе ничего не говорил, придет время – тебе скажут, кому это положено. Но будь к этому готов.
– А сейчас поедем к князю Михаилу Николаевичу. Александре Федоровне рекомендовал тебя не я, а князь Михаил. Вот почему нам нужно быть сегодня у него.
В доме князя Михаила ждали сотники.
Около дома их встретил архимадрид Феофан и Анна Вырубова.
Она весело поздоровалась с Великим князем, сделав ему маленький поклон и поздоровалась за ручку, а он ее поцеловал.
– Это ваш любимец, Николай Николаевич.
– Не только мой, а моего отца и деда. Все их предки охраняли царские покои.
– Я слышала об Миргородской казацкой сотни, но никогда не видела их так близко.
– Надеюсь, мы станем друзьями, отныне вы будете сопровождать меня и Александру Федоровну. Она вас примет завтра. А сегодня разместите своих казаков в конюшнях царского двора. Такова воля царицы.
– Согласен охранять вас и царицу, но что бы привести к вам мою сотню нужно согласие князя Андроникова. Я подчиняюсь ему и министру Коновцеву.
– Поставьте всех в известность, и я у ваших ног.
– Нас приглашают, Николай Николаевич, за стол.
– А вы почему не пьете, сотник, нет на столе вашей любимой выпивки?
– Спасибо, я не пью.
– Принесите для сотника вишневки. У меня она приготовлена для вас. Спрашивала ваших казаков, что вы любите.
– Не забудьте с вишневкой гречневых галушек.
– Аннушка, ты споишь гостя, и завтра вам придется отложить встречу с царицей.
– Николай Николаевич, еще две рюмочки и чашку вареников и его отдам вам.
– Вы играете, сотник, в карты?
– Играю.
– Согласна в паре с сотником, вы не возражаете?
– Вы довольно хорошо играете, сотник, у кого учились?
– Моим учителем была долгая зимняя ночь. В деревне женщины прядут и вяжут по вечерам, а мы, мужики, мнем коноплю, пьем водку и играем в карты. Любимым развлечением была игра в жмурки. Одному из игроков завязывают глаза, кого он поймает с завязанными глазами, должен целовать.
– А если мужик мужика или баба бабу схватила?
– Обнимаются. Пойманному завязывают глаза и игра продолжается.
– Аннушка, пойдем.
– Если, вы, князь настаиваете, я согласна, но это не в мою пользу, у меня нет напарника.
– Позовите графиню, Аннушка, пусть составит она нам компанию.
Все весело смеются. Вырубова схватила сотника за подол и весело закричала:
– Милый Николай Николаевич, подайте стул, я эту мачту хочу поцеловать.
Графиня ставит стул около сотника, Аннушка поднимается на стул, обнимает кудрявую голову сотника и целует.
Сотник от поцелуя покраснел, а Аннушка кричит: «Посмотрите, он у нас еще девушка».
Завязывает глаза и убегает от него.
Графиня наливает бокалы и подносит играющим.
Сотнику налила полный, встала на стул, поцеловала и дала в руки бокал.
Вырубова смеется: «Целоваться он умеет, а пить не научился».
– У меня научится пить. Пей, а то велю снять голову.
– За свою голову я согласен, хоть ведро выпить, дорогая графиня.
Женщины считают, за сколько секунд он выпьет и приговаривают: «Пей до дна, чтоб думка была одна».
Аннушка подает графине закуску, та кормит сотника и приговаривает. Пил до дна и съешь до дна. Вытирает рот и нос, тот морщится, старается вырваться, но левая рука графини крепко вцепилась в волосы, поворачивает ему голову и прыгает ему на спину. А ну мой ослик, поехали к столу.
Сотник везет на себе всадницу, держит в руке стул. Ставит стул около подноса с бокалами, берет на руки графиню и садит ее на стул.
– Сегодня мы весело провели время, спасибо за приглашение. Давно так не веселились.
– Через недельку, дорогой князь, жду снова со своим сотником в гости.
– Второго раза не будет, графиня. С завтрашнего дня он личный телохранитель царицы Александры Федоровны.
– Прекрасно, даже очень хорошо, а я ее пригласила к себе, как и вас. Александра Федоровна умеет подбирать себе хранителей, такого и я не прочь иметь.
Все смеются. Сотник чуть отошел от стола и упал на диван.
– Пусть поспит немного, а мы прогуляемся.
Служанка пришла убирать со стола, а гости с хозяйкой дома пошли во второй зал дворца. Убрав со стола, служанка подошла к Леониду, сняла сапоги, подложила под голову подушку, рядом на стуле положила шашку.
– Кто он такой молоденький, как попал сюда? На радость или беду. У царицы служить не пиво пить, можно и голову потерять.
Сотник проснулся, около него сидела служанка, чуть дальше от нее стояли оба князя Николай и Михаил.
– Проснулся, голубчик. Это хорошо, спал ты долго и крепко. Спишь тихо, не сопишь и не бурчишь во сне. Умывайся.
Служанка подносит чашку. Сотник умывается.
– Садись за стол, немного подлечишься, и поедем домой. Завтра у тебя тяжелый день. Если скажет царица-матушка что хорош, быть тебе при ее покоях, а нет, будешь служить при мне, – сказал Николай Николаевич.
– При вас, князь, – низко кланяется ему сотник, – хоть в грязь. Не пожалею своей жизни за вас.
– Знаю. Постарайся понравиться ей. Мне ты там нужнее, а не около меня. Царица-матушка помнит твоего отца, и рада будет видеть тебя около себя. Будешь охранять ее, и развлекать домашнюю прислугу. Будь осторожен, не лезь в любовные игры ни с кем из придворной челяди. За такой промах лишишься головы. Но уши и глаза держи востро.
Царице доложили о прибытии сотника. В это время она читала царевичу Алексею сказки. Рядом со сказками лежала открытая толстая книга.
Ввели в покои царевны Леонида.
– Ваше величество, по вашему приказанию прибыл сотник Фуголь.
– Ты похож на отца, сотник, и я рада видеть его сына рядом со мной. Много лет тому назад твой отец спас жизнь императрицы Марии Федоровны, мать моего мужа императора и самодержавца Всероссийского царя польского, Великого князя финляндского.
С сегодняшнего дня ты будешь находиться здесь в царском селе, Александровском дворце. Будешь сопровождать меня и моих детей на прогулку, охранять наш покой.
– Покорно благодарю, Ваше Величество.
– Это не все. Об остальном расскажет тебе князь Михаил, он примет тебя через час.
Александру Федоровну позвали, и она вышла на минутку.
Леониду стало не по себе, он не знал, что делать, как повести себя с наследником царя и его сестрами.
– А вы умеете рассказывать сказки? – спросил царевич.
– Матушка с вами говорила только по-французски, а вы на каком языке желаете слушать сказки?
– Дочитай!
Царевна подняла книгу и подала сотнику. Прочитал несколько сказок, его остановили.
– А рассказывать можешь?
– Могу.
Сотник рассказывал одну за другой сказки, а царевич смеялся со своими сестрами и хлопал в ладоши. Он услышал, как сзади засмеялась царица.
– Извините, Ваше Величество, я только немного расслабился, с ними так интересно, умеют хорошо слушать подзадоривать.
– Это вы, хороший рассказчик. Коль вы так быстро познакомились, можете пойти во двор прогуляться по саду, до прихода князя.
Через час прибыл князь. Он весело похлопал сотника по спине и проговорил: «Терпи казак, атаманом будешь. Первый бой выдержал, но тебе предстоит еще много испытать сладостных и горьких минут. Царица волевая и властная, не любит расхлябанности и своеволия. Подчиняйся ей во всем. Чем ниже будешь гнуть спину, тем шире со временем расправишь плечи».
Князь не только рассказал о работе, но и дал листок с распределением его обязанностей, отпечатанный на машинке.
– Не многовато на одного, князь, и сумею ли это выполнить.
– Постарайся, голубчик.
Сотник был занят целыми днями. Александра Федоровна отпускала его только на плац, где проходили обучение его казаки.
Во дворец казаки завозили уголь, пилили и кололи дрова. Ежедневно приходило несколько человек. Леонид не успевал следить за тем, кто из его казаков был послан во дворец.
Несколько раз он заметил незнакомых казаков около сложенных на просушку дров. Увидев его, казаки скрылись. Проверив у себя, кто из казаков был во дворце, по списку никого не направляли.
В это время пришел Великий князь Николай Николаевич и сотник рассказал ему о подозрительных казаках-дровосеках.
Через час он повстречался с царицей, встал перед ней на колени и рассказал о своем подозрении.
– Не бойся, сотник, стража сюда ни одного постороннего не пропустит, будь спокоен. А за бдительность спасибо.
Не удовлетворившись ответами Великого князя и царицы, сотник пошел к графу Дрогомирову.
– Что вам нужно, сотник.
– Я к вам с просьбой, граф, не могли ли вы мне дать список моих казаков, которые работали эту неделю на угольном и дровяном складе.
– Возьми журнал учета, там все твои есть. Найдешь кого нужно.
Сверив список свой со списком графа, все сходится, чужих нет. Но кто такие ушедшие? – Эта мысль волновала его.
На второй день казаки зорко следили за складами, не появятся ли чужие снова. На третий день их заметили.
Казаки работали на своем месте, весело шутили, иногда подходили к незнакомцам перекурить и уходили. Со стороны другие казаки вели за ними наблюдение. Вечером вышли они вместе с казаками за ворота. Дальше их проводил молодой парень, потом играющие дети и полицейский, стоявший на улице. Они жили в доме, где собирались анархисты и эсеры.
О своем наблюдении сотник доложил царице. Та молча выслушала его и сказала: «Занимайся, голубчик, своим делом, а ими займется охранка».
Было воскресенье, царская семья вернулась из церкви и решила прогуляться. Во дворце были только придворные и наружная охрана.
Леонид вышел на несколько минут на дорогу, по которой должен пройти государь, он заметил на том же месте двоих подозрительных. Он остановился за углом склада, присел на пенек и запел песню.
Государь прошел со своей семьей в окружении свиты, а сотник еще постоял несколько минут и пошел вслед за ними.
За углом улицы Святого Ангела в тупиковом переулке номер 3 жили шесть студентов. Они снимали две большие квартиры в доме вдовы – владелицы постоялого двора. В дом можно войти с парадного входа с улицы Святого Ангела и с черного входа тупикового переулка. Студенты пользовались свободно тем и другим входом. Хозяйка потеряв однажды ключи, попросила студентов изготовить вторую связку ключей вместо утерянной. Ковальский целую неделю потратил, чтобы изготовить их. На всякий случай он изготовил еще два набора ключей. Теперь они могли входить и выходить из дома, не тревожа хозяйку. Покушение на царскую семью они обдумывали уже несколько месяцев.
Каждое воскресенье студенты ездили из Петербурга в Царское село отдохнуть на природе. Началась в Александровском дворце заготовка дров. Купив два казачьих костюма и познакомившись с охраной топливного сарая, они ходили рубить дрова. Охрана привыкла к усердно работающим казакам, перестала обращать на них внимание. Среди всех казаков выделялись двое, они всегда были возле склада, далеко не уходили и больше всех кололи дрова.
Василий Панасенко, несший службу около сарая, часто делился тютюном с усердно работающими казаками.
Изредка они подходили к клумбам, где отдыхал император и сидел на скамейке. Брали иногда веники и подметали до самого дворца, иногда вместе курили с солдатами у караула. После работы, здесь же на виду у всех умывались по пояс, обливали друг друга холодной водой и уходили. Скоро к ним привыкли и стали называть по именам.
«Вася, давай закурим»!
Вася вынимал тютюн из-за широкого пояса и угощал.
– Курите, хлопци, у меня ще табак есть, сегодня скурим сумочку, завтра насыплю другую.
А казак Гриша со своими сослуживцами иногда прикидывался дурачком, иногда играли на деньги. Так Григорий всегда проигрывал и уходил домой с пустыми карманами. Заканчивая играть, солдаты смеялись над Гришей и говорили: «Завтра отыграешься, не будешь дураком». Но на второй день все повторялось по старому.
Василий часто смеялся с Григория: «Ты чудак, Гриша, в игорном доме ты лучший игрок, а здесь проигрываешь чуть ли не шаровары».
– Успокойся Гриша, это я их приручаю, когда привыкнут к нам, тогда мы сможем принести оружие и спрятать его здесь среди дров. Нам нужно узнать по каким дням и часам отдыхает здесь наш император. Тогда мы сможем его прикончить, может, пристрелим, а может, взорвем. На постоялом дворе составили план покушения, начертили карту Александровского дворца с прилегающими постройками.
Двое исполняют план покушения, двое стоят на карауле, двое держат лошадей на случай побега.
На какой скамейке чаще всего отдыхает царская семья, там надо было и заложить взрывчатку. Взрывчатка была готова, нужно только осуществить план покушения.
Часто приглашали в гости своих товарищей, делая вид, что все шесть человек дома. Хозяйка дома хвалилась перед своими знакомыми, что ее молодые постояльцы никуда не ходят, а усердно учатся, сидят вечерами дома и читают.
На улице и в переулке было огромное количество студентов. В субботу и воскресенье, в другие свободные от учебы дни студенты до поздней ночи толкались на улице, пели песни и танцевали на булыжной мостовой.
Квартиранты с постоялого двора редко выходили на улицу, и то если появлялись, уходили далеко на Набережную, где их никто не знал.
Царское село далековато от города и все делалось так, чтобы хозяйка в случае провала могла сказать, что они были дома.
Давно была проложена в земле веревочка, за которую должны были дернуть, и произойдет взрыв. Оставалось зарыть около скамейки взрывное устройство и привязать к нему эту веревочку.
Убежать собирались во время шумихи, когда народ сбежится к месту взрыва.
В субботу было жарко, сильно палило солнце. Подбежав к скамейке, Василий вырыл ямку, а Гриша вложил в нее взрывное устройство. Привязав к взрывателю веревочку, осторожно засыпал землей, положил дерн на место, припорошил сверху сухой землей. Порубили еще часик дрова, и ушли домой.
– Боюсь, Вася, не сработает.
– Сработает, Гриша. Две испытывали – сработали. И эта сработает.
– В понедельник все решится, нужно быть готовым к худшему. Не сработает, стреляем. Последний патрон оставляем для себя. А в случае удачи, мы всегда дома.
– Хорошо придумал, Евгений, надо проработать ответы на случай допроса: где были и что делали.
Не дождавшись ни от кого помощи по поводу выявления неизвестных казаков, сотник разработал свой план. Неизвестные появляются тогда, когда его здесь нет. Приходят и уходят свободно, значит, их знают в лицо. Попробую я их выследить, решил сотник.
В субботу утром он приводит своих казаков в угольный склад, а двоих тайком на дровяной . Спрятав их так, что б они могли хорошо видеть вокруг, он увел остальных после окончания работы. Через час после их ухода, появляется князь Михаил Николаевич.
– Как дела, сотник?
– Хорошо, Михаил Николаевич, все сделал, как условились. Осталось нам пройтись с его превосходительством по тем местам, где он всегда отдыхает, и сесть в беседке сада.
– Вы уверены, что они клюнут на нашу приманку?
– Уже клюнули! Взрывное устройство и винтовки лежат под поленьями, осталось только расставить все по своим местам.
– И ты не побоялся оставить на месте это смертельное оружие?
– Взрывное оружие не сработает, я вынул взрыватель и порох, винтовки не выстрелят, патроны сувенирные.
Наступил полдник, все сели пить чай. Князья Михаил и Николай Николаевичи стоят около окна и смотрят во двор. По двору прошелся сотник и присел на скамейку.
Попросив извинения у Александры Федоровны, оба князя вышли.
– Почему они ушли? – спросил Николай у жены.
– У нашего сотника появилась мания преследования. Он говорит, что на нас готовится покушение. Они пошли его бред слушать.
– Он сын преданных нам людей и все то, что он говорит, нужно принимать за чистую монету, а не превращать в детскую игру.
– Я передала его разговор начальнику охраны.
– И что они ответили?
– Что усилили наряды и ведут наблюдение. Вернется Великий князь, он все нам расскажет.
Царица подходит к окну, смотрит на улицу. Звонит колокольчик, будут подавать на стол.
– Ну что там у вас за тайны, Николай Николаевич? Сотник радость принес или огорчение?
– И то и другое. В понедельник все решится.
– А почему не завтра?
– Завтра выходной день и у убийц.
В понедельник вся царская семья вышла во двор на прогулку. Первой парой пошли Великие князья Николай Николаевич и Михаил Николаевич. За ними сотник со своими казаками.
Закончив работу, казаки ушли, оба князя, сотник и начальник охраны сели играть в домино. Царь с царицей прошлись по аллеям сада, поиграли на лужайке с детьми, сели отдыхать.
– Дергай, Вася, в карауле стоит один солдат, никого во дворе нет. Успеем убежать.
Дергает за веревку, все тихо. Второй, третий… Веревочка оборвалась и конец оказался в руке Василия. Схватили винтовки, взвели курок, и тут почувствовали, как в спины вошли кончики штыков.
Василий выхватил нож, но стоявший справа солдат ударил по руке, и нож выпал. Григорий бросился на солдата, но крепкие руки обхватили его тело, двигаться он уже не мог.
К арестованным подошли начальник охраны и сотник. Подъехала карета и увезла преступников в городскую тюрьму.
Великий князь подошел к Николаю II. Дочитывая «Русский инвалид», Всероссийский государь попросил извинения: «Извините, сударь, я дочитаю до конца».