- -
- 100%
- +
5) ст. 303 УК. Возникает ряд вопросов, на которые в ходе судебного следствия ответов не прозвучало:
Вопрос 1. Почему Ульянова после вызова «скорой помощи» отказалась от предложения «доставить её в токсилогическое отделение», где не составило бы труда путём анализов точно установить, от какого конкретно вещества появился у неё «сухой лающий кашель» и прочие симптомы «болезни»?
Почему Ульянова обратилась за справкой на станцию скорой помощи только 25.11.02 г. – на 3-й день после случившегося?
Вопрос 3. Почему судебно-медицинская экспертиза была проведена только 29.11.02 г. – на 6-й день после инцидента?
Вопрос 4. Какая связь существует между «амбулаторным лечением» Ульяновой с 27.11.02 г. по 03.12.02 г. и газовым баллончиком, изъятым у меня 23.11.02 г., если помимо вышеприведённых доказательств даже в результатах криминалистической экспертизы от 02.11.02 г. чётко сказано, что обнаруженное в изъятом баллончике вещество капсаицин-экстракт стручкового перца «ни к сильнодействующим, ни к ядовитым веществам не относится» (поэтому и находится в свободной продаже! ); более того, и в акте судебно-медицинской экспертизы от 29.11.02 г. зафиксировано, что «телесные повреждения» (?) Ульяновой «не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности (как вред здоровью не квалифицируются)»?
Вопрос 5. Какая связь может существовать между газовым баллончиком, изъятым у меня, и «отечностью лица, слезотечением» и прочими болезненными симптомами у Ульяновой, обнаруженными 29.11.02 г. (на 6-й день), когда известно, что воздействие слезоточивого газа даже из нового, не просроченного баллончика прекращается через 20 минут и полностью исчезает через 2 часа после попадания на человека?
Вопрос 6. Почему свидетельница Захаркина С. А. утверждает, что даже названия «аэрозольного вещества» якобы применённого против Ульяновой, она, врач Захаркина, не знала, хотя одновременно с ней на месте инцидента находился милиционер Первушкин, изъявший у меня баллончик с газом?
Все эти вопросы явно свидетельствуют о фальсификации доказательств обвинения. Я утверждаю и все данные подтверждают это, что какие-либо следы воздействия какого-либо «аэрозольного вещества» на теле и «лице» Ульяновой не имеют связи с баллончиком, изъятым у меня; если подобные следы и имели место, то произошли от воздействия какого-нибудь дезодоранта, освежителя воздуха, дихлофоса и любого другого аэрозольного вещества, имеющегося в хозяйстве Ульяновых-Сыскуновых.
6) ст. 46, ч. 3 УК . Перед вынесением приговора судья Фомина Т. К. даже не поинтересовалась имущественным положением подсудимого: в состоянии ли я, писатель, представитель творческой интеллигенции, за последние годы ввергнутой государством в полную нищету, выплатить 25 МРОТ в доход этого самого государства?
7) ст. 307 УПК. В обвинительном приговоре не мотивировано, почему отвергнуты все доказательства в пользу подсудимого, и все спорные моменты, вопреки презумпции невиновности, трактуются в пользу обвинения. Кроме того, описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора содержит грубые неточности, искажающие суть инцидента и вредящие обвиняемому: вместо «газа», «газовой струи» – «брызги», «обрызгал»; вместо «незаконная перегородка» – «дверь квартиры Ульяновой»; вместо «в направлении (потерпевшей)» – «в лицо» и т. п.
Суд почему-то совершенно не принял во внимание и не учёл в приговоре существенные обстоятельства: а) инициаторами и виновниками многолетних неприязненных отношений между хозяевами квартир 82 и 83 являются Ульяновы-Сыскуновы ; б) инициатором и виновником ссоры, случившейся вечером 23 ноября 2002 г., является Сыскунов Т. Б. – не я в его квартиру, а он явился в мою выяснять отношения.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 323, 336, 355, 363, 369, 371 УПК ,
ПРОШУ:
Отменить приговор мирового судьи Фоминой Т. К. от 12 мая 2003 г. ввиду несоответствия выводов, содержащихся в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, и многочисленных нарушений УПК и УК РФ в ходе судебного следствия – с прекращением уголовного преследования в отношении меня.
Упомянутые здесь статьи УПК и УК стоит для наглядности процитировать или хотя бы привести их заглавия.
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС
Статья 14. Презумпция невиновности.
1. Обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном настоящим Кодексом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.
2. Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения.
3. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.
4. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.
Статья 73. Обстоятельства, подлежащие доказыванию.
1. (п. 5). Обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния.
Статья 74. Доказательства.
2. В качестве доказательств допускаются:
4) вещественные доказательства.
Статья 75. Недопустимые доказательства.
2. К недопустимым доказательствам относятся:
2) показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении…
Статья 81. Вещественные доказательства.
1. Вещественными доказательствами признаются любые предметы:
1) которые служили орудиями преступления или сохранили на себе следы преступления;
2) на которые были направлены преступные действия; 3) иные предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела.
2. Предметы, указанные в части первой настоящей статьи, осматриваются, признаются вещественными доказательствами и приобщаются к уголовному делу, о чем выносится соответствующее постановление…
Статья 88. Правила оценки доказательств.
1. Каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.
1. Осмотр вещественных доказательств проводится в любой момент судебного следствия по ходатайству сторон. Лица, которым предъявлены вещественные доказательства, вправе обращать внимание суда на обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела.
Статья 287. Осмотр местности и помещения.
1. Осмотр местности и помещения проводится судом с участием сторон, а при необходимости и с участием свидетелей, эксперта и специалиста. Осмотр помещения проводится на основании определения или постановления суда.
Статья 318. Возбуждение уголовного дела частного обвинения.
Статья 321. Рассмотрение уголовного дела в судебном заседании.
3. Рассмотрение заявления по уголовному делу частного обвинения может быть соединено в одно производство с рассмотрением встречного заявления. Соединение заявлений допускается на основании постановления мирового судьи до начала судебного следствия. При соединении заявлений в одно производство лица, подавшие их, участвуют в уголовном судопроизводстве одновременно в качестве частного обвинителя и подсудимого. Для подготовки к защите в связи с поступлением встречного заявления и соединением производств по ходатайству лица, в отношении которого подано встречное заявление, уголовное дело может быть отложено на срок не более 3 суток. Допрос этих лиц об обстоятельствах, изложенных ими в своих заявлениях, проводится по правилам допроса потерпевшего, а об обстоятельствах, изложенных во встречных жалобах, – по правилам допроса подсудимого.
Статья 307. Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора.
Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать:
1) описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления;
2) доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства;
3) указание на обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а в случае признания обвинения в какой-либо части необоснованным или установления неправильной квалификации преступления – основания и мотивы изменения обвинения…
Статья 323. Обжалование приговора и постановления мирового судьи.
Статья 336. Право апелляционного и кассационного обжалования.
Статья 355. Порядок принесения жалобы и представления.
Статья 363. Апелляционные жалоба или представление.
Статья 369. Основания отмены или изменения приговора суда первой инстанции.
Статья 371. Обжалование приговора и постановления суда апелляционной инстанции.
УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС
Статья 37. Необходимая оборона.
1. Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны.
2. Право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения. Это право принадлежит лицу независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.
3. Превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства.
Статья 46. Штраф.
3. Размер штрафа определяется судом с учётом тяжести совершённого преступления и с учётом имущественного положения осуждённого…
5. В случае злостного уклонения от уплаты штрафа он заменяется обязательными работами, исправительными работами или арестом соответственно размеру назначенного штрафа в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом для этих видов наказаний.
Статья 116. Побои.
Нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 настоящего Кодекса (кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности)…
Статья 130. Оскорбление.
1. Оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме…
Статья 303. Фальсификация доказательств.
Итак, сию апелляцию отнёс я в тот же мировой суд (именно таков порядок) 20-го мая, а разбор её в районном суде был назначен аж на 7 июля – 48 дней спустя. И как тут не привести, не процитировать ещё одну статеечку УПК РФ – 362:
Рассмотрение уголовного дела в апелляционном порядке должно быть начато не позднее 14 суток со дня поступления апелляционных жалобы или представления.
Но прежде чем сообщить, какое впечатление моя убойная апелляция произвела на столь флегматичного федерального судью, поведаю о том, какой очень даже пикантный «сюрпрайз» случился в нашем соседско-коридорном мирке.
В начале июня, 6-го, утром, когда я был дома один, в дверь позвонили. Открыл. И, образно говоря, чуть медленно не сполз по стене – Тимофей Сыскунов! Причём, даже не Тимофей, а – Тимоша: тихий, скромный и даже потупившийся от смущения. Одним словом, как я вскоре понял-разобрался – это был Тимофей, уже заплативший 500 рублей так называемого исполнительного сбора и получивший два извещения о штрафе за неисполнение решения суда о сносе перегородок (об этом речь у нас впереди), к тому же это был Тимофей, ознакомившийся с текстом моей апелляции по «уголовно-газовому» делу и получивший от супружницы соответствующие инструкции-указания.
Итак, выяснилось, что Ульяновы-Сыскуновы не прочь заключить мировое соглашение. Полюбовно и взаимовыгодно. С их точки зрения. Суть их предложения, озвученная тихим Тимошей, заключалась в следующем: я пишу заяву судебным приставам-исполнителям, мол, насчёт перегородок больше претензий у меня нет и пусть они от хозяев 82-й квартиры отстанут напрочь…
Ну и, конечно, заберу назад мою апелляцию, и мы похерим наше с ним «побойно-газовое» дело тоже раз и навсегда.
– А как же быть со штрафом в 25 МРОТ? – решил уточнить я.
– Да никак! – всхохотнул Сыскунов. – Мы же вот не исполняем решение суда о сносе перегородок, так и ты не исполняй решение о штрафе… Делов-то!
– Нет, Тимофей Борисович, – твёрдо заявил я, – я так не умею делать и не хочу. Давайте поступим следующим образом: вы напишете ходатайство в районный суд, чтобы отменили приговор насчёт штрафа в связи с примирением сторон, а я тут же отзываю исполнительный лист насчёт перегородок. Идёт?
Тимофей Борисыч напряг все свои полторы (или сколько их там у него) извилины, начал думать. Надумал:
– Но как же так, а? Я вон и на адвоката потратился, уже пятьсот рублей приставше заплатил, два штрафа она уже нам выписала… А ты, выходит, вообще затраты не понесёшь?!
Видя, что процесс затягивается, я предложил:
– Тимофей, я тут могу срочно в Москву по делам уехать, так что на всякий случай я прямо сейчас официальную бумагу составлю, чтобы в случае чего без меня вопрос решился, вы с Тамарой Моисеевной ещё раз всё обмозгуйте и – примите окончательное решение.
Я быстренько запустил комп, вызвал Word и набрал-распечатал следующее:
ДОПОЛНЕНИЕ К АПЕЛЛЯЦИОННОЙ ЖАЛОБЕ
на приговор мирового судьи Фоминой Т. К. от 12.05.03 г. 20 мая 2003 г. я подал апелляционную жалобу на приговор по уголовному делу № (такой-то).
По уважительной причине я не могу присутствовать на заседании районного суда (срочно вызван в Москву по писательским делам), поэтому прошу принять к сведению следующее.
Хозяева кв. 82 (Ульянова Т. М. и Сыскунов Т. Б.) предложили мне придти к мировому соглашению:
Ульянова отказывается от обвинений в мой адрес, послуживших основой для вынесения приговора мирового судьи о наложении на меня штрафа в 25 МРОТ;
я отзываю исполнительный лист Ленинского районного суда № (такой-то) от 2 апреля 2003 г., обязывающий Ульянову снести самовольно возведённые перегородки в общем коридоре (послужившие причиной неприязненных отношений между нами и конфликта-инцидента 23 ноября 2002 г.).
Надеюсь, наше с Ульяновой обоюдное решение прекратить тяжбы-конфликты между нами позволит отменить при-говор мирового судьи Фоминой Т. К. от 12 мая 2003 г. с прекращением уголовного преследования в отношении меня.
Тимоша, озадаченный, взял бумагу и ушёл…
Ладно, не буду затягивать моё скорбное повествование. Увы, гражданка Ульянова своей ненависти и озлобленности на меня преодолеть-побороть так и не смогла – очень уж ей возжелалось наказать меня рублём (по её понятиям – страшнее наказания и нет!). Видать, убедила она своего Сыскуна, что опять они сумеют закон обойти, приставов умаслить и останутся при своём интересе, то бишь – при своих перегородках.
Итак, 7 июля райсуд оставил кособокое решение мирового суда в силе, а 29 июля и областной суд (ведь хватило же у меня сил и на него!) подтвердил неуклонное желание демократического государства совершенно предвзято ограбить бедного российского писателя на две с половиной тыщи рублей в свою пользу.
Бог им судья!
9. ФИНИШ СУДЕБНОГО МАРАФОНА
Судебный пристав-исполнитель Веретёнкина возбудила (словцо-то какое!) исполнительное производство 10 апреля о сносе перегородок и дала гражданке Ульяновой 5 (пять) дней на исполнение решения суда.
Другой бы на моём месте тут же заказал большой торт и закупил шампанское, готовясь числа 15-16 в светлый апрельский день спрыснуть торжество виктории, однако ж опыта горького мне было не занимать – так что с тортом и праздничным вином я торопиться не стал.
Тем более, что 14 числа лично познакомился с Веретёнкиной Оксаной Анатольевной, специально приехав для этого в приставскую контору. Посмотрел я на неё (Веретёнкину) и вздохнул невольно: м-да-а-а – тинэйджер какой-то, а не грозный пристав-исполнитель! Щупленькая девочка лет 20-ти пыталась делать мордашку солидной и решительной, но получалось это у неё весьма комично. Впрочем, как говорится, дарёному коню… Вернее – жеребёнку…
Оксана Анатольевна сообщила мне, что уже побывал у неё Сыскунов, тужился разжалобить хворями-болезнями супруги, но она, Оксана Анатольевна, давлению не поддалась, выправила на его супружницу бумагу о выплате исполнительного сбора в размере 5 МРОТ и строго-настрого приказала перегородки снести…
Я взбодрился и уточнил:
– Значит, завтра последний для них срок?
– Нет, – огорошила меня Оксаночка, – я продлила срок до 5 мая…
Что? Как? Почему? В связи с чем? Для чего? Дайте ответ!.. Не дала ответа.
Прямо гоголевщина какая-то!
Ульяновы-Сыскуновы тянули время, сопротивлялись и месяц, и второй, и третий…
Как уже упоминалось, Веретёнкина исправно приходила в наш коридор, составляла акты о неисполнении решения суда, выносила постановления о наложении штрафа сначала на два МРОТ (200 руб.), потом на четыре (400), пригрозила выписать и на восемь… Правда, как впоследствии выяснилось, Сыскунов, в соответствии со своими убеждениями, и не думал эти штрафы платить! Казалось бы, девочка-пристав поступала решительно и карательно, но тут самое время и место привести-процитировать ещё ряд статей из замечательного «Федерального закона об исполнительном производстве», принятого 21 июля 1997 г.:
Статья 81. Исполнительский сбор.
1. В случае неисполнения исполнительного документа без уважительных причин в срок, установленный для добровольного исполнения указанного документа, судебный пристав-исполнитель выносит постановление, по которому с должника взыскивается исполнительский сбор в размере семи процентов от взыскиваемой суммы или стоимости имущества должника. В случае неисполнения исполнительного документа неимущественного характера исполнительский сбор взыскивается с должника-гражданина в размере 5 минимальных размеров оплаты труда, с должников-организаций – 50 минимальных размеров оплаты труда…
Статья 85. Ответственность за неисполнение исполнительного документа, обязывающего должника совершить определённые действия или воздержаться от их совершения.
1. В случае неисполнения без уважительных причин исполнительного документа, обязывающего должника совершить определённые действия или воздержаться от их совершения, в срок, установленный судебным приставом-исполнителем, он в соответствии со статьей 73 настоящего Федерального закона выносит постановление о наложении на должника штрафа в размере до 200 минимальных размеров оплаты труда и назначает ему новый срок для исполнения.
2. При последующих нарушениях должником без уважительных причин новых сроков исполнения исполнительного документа размер штрафа каждый раз удваивается.
3. При повторном неисполнении без уважительных при-чин исполнительного документа судебный пристав-исполнитель вносит в соответствующие органы представление о привлечении к административной или уголовной ответственности, предусмотренной законодательством Российской Федерации, гражданина или должностного лица, которые в силу своих служебных обязанностей должны исполнить исполнительный документ…
Статья 87. Ответственность за невыполнение законных требований судебного пристава-исполнителя и нарушение законодательства Российской Федерации об исполнительном производстве.
1. За невыполнение гражданами и должностными лицами законных требований судебного пристава-исполнителя и нарушение законодательства Российской Федерации об исполнительном производстве, а равно за утрату исполнительного документа либо несвоевременное его отправление, представление недостоверных сведений о доходах и об имущественном положении должника, а также несообщение должником об увольнении с работы, о новом месте работы или месте жительства виновные граждане и должностные лица подвергаются судебным приставом-исполнителем штрафу в размере до 100 минимальных размеров оплаты труда, а за уклонение без уважительных причин от явки по вызову судебного пристава-исполнителя или к месту совершения исполнительных действий – приводу, о чем выносится соответствующее постановление…
Статья 89. Вознаграждение судебного пристава-исполнителя.
1. Судебный пристав-исполнитель, обеспечивший реальное и своевременное исполнение исполнительного документа, получает вознаграждение в размере пяти процентов от взысканной им суммы или стоимости имущества, но не более 10 минимальных размеров оплаты труда, а по исполнительному документу неимущественного характера – 5 минимальных размеров оплаты труда. В случае частичного исполнения исполнительного документа по независящим от судебного пристава-исполнителя причинам вознаграждение выплачивается пропорционально взысканной сумме…
Как видим, судебный пристав-исполнитель Веретёнкина действовала не так уж жёстко и оперативно, как это регламентировал замечательный закон.
Я даже пробовал уговорить её привлечь упорных перегородочных хозяев, согласно статье 85 (ч. 3), «к административной или уголовной ответственности» или хотя бы заработать себе побольше премиальных, налагая не смехотворные штрафы, увы, просьбы-предложения мои пропали втуне. Более того, когда Ульяновы-Сыскуновы всё же поддались-дрогнули, Оксана Анатольевна и вовсе повела себя, мягко говоря, неадекватно.
А дело было так. Перед очередным визитом приставши в наш коридор хозяева 82-й внутреннюю кирпичную перегородку разобрали, но на её место поставили деревянную из ДСП (как потом объясняли – для сохранения складированного имущества), металлическую перегородку наконец-таки сняли и прислонили тут же к стене. Веретёнкина тут же составила акт, будто решение суда исполнено. Я, естественно, в графе акта «Заявления и замечания» выразил своё несогласие. А когда через несколько дней вдруг узнал из присланной по почте бумаге, что дело закрыто, написал-составил заявление на имя старшего судебного пристава, из которого ста нут ясны все подробности:
12 февраля 2003 г. Ленинский районный суд вынес решение по моему исковому заявлению: «Обязать Ульянову Тамару Моисеевну снести самовольно возведённые перегородки в коридоре общего пользования, который привести в прежнее состояние».
10 апреля 2003 г. судебным приставом ПСП Ленинского района Веретёнкиной О. А. было возбуждено исполнительное производство.
Затем на протяжении почти трёх месяцев с момента начала исполнительного производства Веретёнкина О. А. всего лишь четыре раза назначала Ульяновой Т. М. новые сроки для исполнения решения суда и только дважды выносила постановления о наложении на Ульянову штрафа (2 МРОТ и 4 МРОТ) на общую смешную сумму 600 рублей.
Последний раз пристава-исполнителя Веретёнкину я видел в нашем коридоре 30 июня 2003 г. Ею был составлен акт о частичном исполнении решения суда. В графе акта «Заявления и замечания» мной чётко было указано: «Решение суда исполнено не полностью: коридор не приведён в прежнее состояние …»
И вдруг я постфактум узнаю, что 4 июля 2003 г. (постановление я получил по почте только 9 июля) пристав-исполнитель Веретёнкина, даже не поставив меня в известность, исполнительное производство закрыла. Между тем, решение суда полностью так и не исполнено : стоит ещё одна деревянная самовольно возведённая перегородка (по терминологии пристава – «тамбур»), «вещи» совсем даже не убраны (к стене коридора пристроена массивная скамья, складирован большой кучей кирпич, загромождает пространство снятая металлическая решётка и пр.) и, наконец, самое главное – со стен закрытой прежде части коридора не убраны нелепые обои, и стены не покрашены в прежний синий цвет… Более того, хозяева 82-й квартиры сегодня, 10 июля 2003 г., когда даже не истёк срок обжалования решения пристава об окончании исполнительного производства, опять и снова самовольно установили в общем коридоре железную перегородку! ! Повторилась прежняя история, когда точно так же, лишь частично исполнив решение Ленинского райсуда от 12 марта 1999 г. о возврате соседям украденного у них коридора, Ульяновы-Сыскуновы после окончания приставом Козленко исполнительного производства тут же установили перегородки на прежнее место.