Рожденный, или Никто не вечен. Книга первая

1.1. Объект внимания – Андрей Колот. Место внимания – один из «рыхлых» миров Мироздания, г. Москва, городской морг

Утро началось как обычно. Хрипло прозвенел будильник и я отвлекся от клавиатуры компьютера, чтобы тапнуть по кнопке включения чайника. На мониторе пауза схватила знатный момент, когда реалганом удалось прострелить сразу троих мобов. От одного уже осталось только бурое облако, второй бодро разваливался на куски, а через третьего только прошла синяя спираль. На жекашке, были четко видны крупные квадратики, из которых состряпаны мобы. Раньше у нас в бытовке машинка стояла посерьезней. Коротая ночные дежурства, можно было и во что-нибудь современное пошпилить. К сожалению, от жесткого перепада напряжения медицинский комп издох и Валера – мой напарник, притащил этого старенького пентьюха. Сказал, что нашел в подвале своей высотки, видимо кто-то из жильцов выкинул лет так десять назад. Так что развлекались мы в свое ночное дежурство всякую древность, ну конечно, когда не было работы. Вот как сегодня – тишь да гладь, ни одного насмерть разбившегося, ни одного окочурившегося бездомного, не дежурство – лепота.

Я никогда не мечтал о том, чтобы работать в морге, да и кто о таком мечтать может? Извращенцы какие-нибудь, да маньяки? В детстве обычно хотят стать космонавтами, ну, на худой конец, банкирами, депутатами или олигархами. Но вот ведь как жизнь распорядилась. Собственно, раньше я даже не был связан с медициной. Просто учеба в приборостроительном институте Севастополя не принесла серьезных перспектив, да и учился я так – для вида. А потом, после удачного откоса от армии, вспомнил, что у меня есть куча родственников в Москве и поехал погостить.

Знаете, как бывает, когда живешь в курортном городке, нет? Для таких мест самое «доброе» пожелание – «шоб тебе родственники на все лето приехали». А так как родственников у моих родителей хоть пруд приди, то всю соль этого выражения я прочувствовал еще с детства. Ну, а как не пригласить к себе тех, у кого сам гостишь? И приглашали, ну, вот я и решил воспользоваться и сразу после выпускного рвануть в Москву на недельку. А где недель – там и месяц и как обычно бывает – затянуло. Как говорят местные аборигены – наехали тут, пройти негде! Вот и снимаю я теперь койку в общаге при медицинском. Еще работаю в морге санитаром. Конечно, не весть что, но совместно со случавшимися время от времени шабашками по компьютерному железу – на жизнь хватает. Еще, временами, подрабатываю у одного местного экстрасенса Кирилла Агафоновича в массухах, так сказать на подтанцовке. Вообще, эта тема после всяких «битв экстрасенсов» очень актуальная стала. Народ прет без остановки, ну наш Кирилл Агафонович Воронов и «обслуживает» доверчивых клиентов. Так что у меня обычная жизнь, обычного молодого человека без особых странностей и причуд… была.

– Андрюха, вали в приемку, – голос начальника смены Семена Игоревича был как всегда бодр и свеж, он легко выдернул меня из раздумий по поводу перспектив прохождения древней стрелялки.

Подорвавшись, я сразу побежал в приемное отделение. Добежать до двери не успел, как случилась первая странность. Вначале, словно холодным ветром дунуло в затылок, а потом возникло такое ощущение, как бывает после перепоя – мир вокруг начал раскачиваться. Длилось это состояние пару секунд. Я тряхнул головой раз, второй и все прошло – как и не было ничего.

– Хм, не пил ведь, – слова сами вырвались наружу, даже не знаю, зачем это сказал, вокруг только тела усопших.

Уже без спешки двинулся по коридору, до коридора оставалось пару метров, когда накрыло второй раз. Чтобы не упасть пришлось схватиться за ручку каталки. И тут меня как током ударило, смотрю над этой каталкой с усопшим – белое свечение. Главное, что сразу узнал, что это за свечение – так светится аура человека. Возможно больного человека, точно не знаю, но однозначно живого, а никак не мертвого. Серая такая дымка, густая, однако вместе с тем с какими-то некрасивыми прорехами. Сам я раньше никогда так четко ауру не видел, хотя и тренировался, по наставлению Кирилла Агафоновича, битый час. Помню, даже удалось как-то рассмотреть типа небольшой полоски фиолетового света над головой одного из его клиентов. Это было во времена, когда Кирилл Агафонович изображал из себя экстрасенса – учителя, а я и еще несколько молодых ребят играли роль его учеников «подающих большие надежды» в экстросенсорике. На том фиолетовом глюке все мои успехи в видении человеческой ауры заканчивались, а тут на тебе.

Не знаю откуда только смелость взялась, может сказалось то, что уже давно привык к мертвым телам и перестал их воспринимать как что-то необычное, страшное и отталкивающее. Спокойно подошел и поднял покрывало с головы усопшего.

– Вот блин! – опять слова вырвались сами. Оказалось, это не усопший, а усопшая.

Худая женщина лет пятидесяти, может немного старше. Черепно-мозговая травма. Видно, что уже кто-то из патологоанатомов над ней поработал. Все аккуратно зашито.

Скорее всего, Тарасов Иван Петрович, он самый ответственный среди этой братии, – решил я, и тут же подумал, что не может быть у мертвого такой ауры, не может и все тут.

Мысли пронеслись в голове, пока я протягивал руку, чтобы глянуть на заключение, которое было аккуратно сложено в карманчик сбоку тележки. И тут произошло событие, которое каждый работник морга видит в кошмарном сне хотя бы раз. Усопшая открыла глаза и плавным движением взяла меня за руку, чуть повыше кисти.

Если сказать, что я испугался, значит не сказать ничего. Испугался до рези во всем теле. Но в ступор не впал, не заорал, не описался даже, а просто попытался вырваться. Но не тут-то было.

Вот ведь, незадача, – подумал я, не прекращая попытки освободить кисть, от, словно железных, пальцев мертвой женщины.

Неужели и правду, в фильмах про зомбаков показывают и они реально такие сильные? Нет, не может быть, – пронеслось в голове, пока я соображал, как такое вообще может быть. Я, семидесяти пяти килограммовый, живой человек, ростом в сто восемьдесят пять сантиметров от пола, физически не обделенный, не могу высвободить схваченную мертвой женщиной руку.

Может все-таки сплю? – пришла спасительная мысль, пока я безрезультатно дергался, пытаясь освободиться. Были у меня уже как-то глюки, вначале работы в этом заведении. От недосыпания и усталости всякие голоса мерещились, силуэты, призраки. Потом оказалось, что сплю, а меня начальник пытается разбудить.

Но сейчас, нет ведь таки не сплю, – наконец-то признался я себе, после того как устал трепыхаться. Уже решил крикнуть кого-нибудь на помощь и тут услышал голос. Он звучал в моей голове и однозначно идентифицировался с усопшей, не по моей вине, почему-то вот именно так. Хотя мертвая женщина губами не шевелила, лицо оставалось мертвой маской, на которой медленно оживали глаза.

Не волнуйся, – разобрал я чужую речь в своей голове. Голос был очень тихим и вполне приятным. Каким-то даже до боли в сердце очень знакомым. Этому голосу хотелось верить, хотелось жить ради того чтобы слышать такой голос у себя в голове. Хотелось выполнять любые указания, любые пожелание этого голоса. Пусть это даже голос стопроцентной шизофрении. И я сразу перестал волноваться. Где-то на самом краю сознания интуиция как-то так меланхолично пискнув, отметила, что я, скорее всего, нахожусь под сильным гипнотическим или еще каким-то воздействием. Мол, можно попробовать скинуть его усилием воли как любое наваждение, но об этом думать не хотелось.

Не волнуйся, уже ничего не изменишь, – голос на второй фразе значительно окреп и уже звучал в моей голове достаточно громко и чертовски музыкально.

Жаль, что так все получилось, прости. Надеюсь, ты оценишь мой дар, – рука усопшей сильней обхватила мое запястье, глаза женщины в один миг стали очень живыми, яркими. Я разглядел три узких зрачка расположенных в виде равностороннего треугольника.

В этих глазах мог бы утонуть океан, все океаны Земли, вся Земля, да что там – вся Вселенная со всеми звездами и галактиками, – подумал я, прежде чем потерять сознание.

Очнулся я от окрика Семена Игоревича и понял, что лежу на полу.

– Эй, Андрей, ты чего тут валяешься?

Я сел и потер пальцами лоб. Все было в порядке. Ничего не болело. Спешно ощупал себя.

Так все на месте, уже хорошо. Лишних органов вроде бы тоже не наблюдается. На руке признаков насильственного воздействия тоже нет. В голове никаких голосов, кроме баса Семена Игоревича я больше не слышу, значит, сон? А почему тогда я оказался тут, а не в бытовке? – пронеслось у меня в голове.

– А, ну… да так, что-то резко поплохело, – вслух сказал я, обращаясь к начальству. Мысли сбивались в кучу, никак не удавалось зацепиться ни одну из них. Мозг словно забился ватой и теперь мое сознание искало свободное место где бы приткнуться, чтоб что-нибудь обдумать. Я мотнул головой и странное ощущение исчезло.

Может это все с голосом и женщиной привиделось? Может все-таки глюки? Ну, пожалуйста, – я мысленно умолял себя принять эту версию произошедшего, но расстался с иллюзиями, как только увидел откинутую простынь и безвольную руку усопшей, свесившуюся с каталки.

– Пацаны, пить меньше надо, говорю вам, говорю, эх, – Семен Игоревич помог мне подняться, положил руку мертвой женщины на место и поправил простынь. Все это время я лихорадочно пытался увидеть ауру усопшей и тут с ужасом понял, что знаю как её звали при жизни. Её имя всплыло из глубин моей памяти. Это было очень странное имя и очень странное ощущение как будто я когда-то знал её или она знала меня. Я понял, что при желании могу вспомнить о ней еще что-то, но тут меня от воспоминаний отвлек Семен Игоревич.

– Ладно, пойдем, а то мне сегодня с женой по магазинам еще шкандыбать, – он развернулся и поспешил в приемный покой. Я послушно поплелся за ним, понимая, что упустил это необычное озарение, это ощущение чужого вспоминания и опять не могу понять, было ли что-то странное со мной или нет.

В приемной уже все собрались. Ребята с утренней смены натягивали халаты, обменивались ничего не значащими фразами. Все как обычно. Осталось расписаться в журнале прибытия-убытия и можно отдыхать двое суток.

Высплюсь. Приведу мысли в порядок. Схожу к экстрасенсу, поделюсь своими видениями, может, объяснит или подскажет что-нибудь. Экстрасенс, хоть по большей части лапшу на уши клиентам развешивает, но точно что-то умеет и знает, – обдумывал я, расписываясь в журнале. И как раз в этот момент заметил, что у меня начинают подрагивать пальцы. А сердце вообще без причины начало гонять кровь по венам. В животе шевелится страх, в ожидании чего-то неопределенного, но, по ходу, не сильно приятного.

Так, надо успокоиться, несколько глубоких вдохов и медленных выдохов, – наставлял я сам себя и попытался «качнуть маятник» как учил меня Кирилл Агафонович. Однако чувство тревоги продолжало нарастать. Я понял, что внезапно пробудившаяся интуиция пытается достучаться до меня. А своей интуиции я доверяю с детства. Даже как то даже на курсы ходил по развитию. Но интуиция процесс темный и поддающийся логике слабо, порой вообще не ясно с какой стороны ждать события, о котором она предупреждает.

Вот бы понять, что это предупреждение обозначает? – подумал я и, повинуясь внезапному порыву, выглянул в открытое окно.

Во дворе городского морга я сразу увидел людей в черных мерцающих комбинезонах, они бежали к входу в наше здание. В ту же самую секунду меня накрыла волна животного ужаса.

Бежать! Надо бежать! Немедленно! – эти мысли буквально захватили мое сознание. Адреналин бросил меня в противоположную от лестницы сторону.

– Эй, Андрюха, ты куда? – догнал меня окрик кого-то из утренней смены.

– Бегите там внизу опасность, бегите! – я остановился на секунду, чтобы предупредить остальных, но потом очередная волна ужаса погнала меня прочь и справится с ней, было выше моих сил.

1.2. Объект внимания – подполковник группы зачистки Михаил Серов. Место внимания – один из «рыхлых» миров Мироздания, г. Москва, городской морг

Не нравились подобные приказы подполковнику группы Московского отделения анти террора Михаилу Серову. Ликвидировать своих же граждан, даже инфицированных такой страшной болезнью как Быстрая оспа, не попытавшись спасти – это неправильно, однако – приказы не обсуждаются. Эту аксиому подполковник запомнил раз и навсегда, еще с Чечни. И вот сейчас его группа, группа лучших бойцов оперативников, прошедших сотни реальных боев с вооруженным и подготовленным противником, штурмовала граждански объект – городской морг.

Бойцы стремительно пересекли небольшой дворик и ворвались в здание. Они не говорили между собой, хотя на каждом был полный боевой комплект, включающий не только непробиваемый для обычного оружия эластичный костюм, но и видео сопровождение. А звуковые датчики были давно вживлены в организм подполковника. Просто не о чем было говорить, да и не надо лишних слов при таком задании. Тем более, что на этот раз приказ был отдан группе непосредственным руководителем. Начальник Московского отдела – полковник, Иващенко Константин Федорович час назад срочно вызвал всех на одну из конспиративных квартир и обрисовав обстановку с утечкой опасного вируса в одном из муниципальных зданий города. Полковник отдал четкий приказ полностью зачистить здание морга. Рюкзак с усовершенствованным напалмом Б-5 сейчас как раз оттягивал лямки за плечами Михаила.

– Попалились! – раздался голос снайпера Семена. Он прикрывал группу из сквера, в котором остановилась оперативная машина.

– Второй этаж, гражданский, снять не успел, – Семен больше всего переживал по поводу этого задания, пока они ехали на место.

Раз сказал, что снять не успел – значит, не успел, – подумал Михаил. Он уже через пол минуты после сообщения Семена поднимался на последнюю ступеньку лестницы ведущей на второй и последний этаж этого здания. На полу лежало семь тел. Подполковнику не надо было щупать пульс или слушать дыхание, чтобы понять, что все уже мертвы. Он быстро снял небольшой распылитель сбоку своего рюкзака, отщелкнул предохранитель и очень аккуратно нажал на спуск по одному разу над каждым телом, потом еще несколько раз в сторону дальних от себя стен.

Дольше минуты оставаться в этой комнате нельзя, – вспомнил Михаил инструкцию к данному девайсу по устранению следов секретных операций. Даже с их спец снаряжением, способным фильтровать из воздуха молекулы любых современных отравляющих газов, нужно было поторопиться. Минута – ровно столько времени было необходимо для того чтобы начало действовать это «чудо» убийственных нано технологий. Подполковник быстрым шагом направился за своей группой вглубь здания, время от времени плавно нажимая на маленькую желтую кнопочку распылителя. Подполковник мысленно вывел на экран контактной линзы левого глаза план здания морга, чтобы не заплутать в боковых коридорах.

– Кто-то еще? – Михаил мог бы и сам просмотреть всю имеющуюся у конторы информацию по персоналу морга и по работающей в это время смене санитаров и врачей, но не хотел отвлекаться, том более, что для этой работы у них есть техподдержка, самый младший в их группе – капитан Андрей Варенуха.

– Да, – сразу откликнулся Андрей, – есть еще как минимум один, хм, – он помолчал несколько секунд прежде чем продолжить.

– Мой тезка, бывший гражданин Украины – Андрей Васильевич Колот. Возраст – полных двадцать шесть лет, рост сто восемьдесят три сантиметра, вес восемьдесят килограмм, спортивного телосложения. В юности активно занимался спортом. А вот это интересно, имея юношеские разряды по боксу, бегу на дальние дистанции и плаванию, отличное физическое сложение, освобожден от прохождения военной службы в Украинской армии по причине слабого здоровья. Они по ходу там прикалываются? Хоть бы из лички убрали! – от возмущения в голосе капитана даже прорезались какие-то интонации, хотя такое физически не могло иметь место. Речь в их костюмах считывалась не микрофоном, а специальным лазерным приемником прямо с мышц гортани, обрабатывалась компьютером и проецировалась специальным синтезатором речи непосредственно на слуховой нерв бойца. Можно было активировать модуль, окрашивающий фразы, согласно эмоционального фона говорившего, но он работал не всегда корректно, поэтому Михаил его практически всегда держал выключенным.

– И куда он делся? – Михаил уже закончил с коридором и поднимался на крышу здания, откуда вся команда должна была эвакуироваться по пожарной лестнице в течение ближайших двух минут.

– Спрыгнул на дерево и дал деру, – ответил Александр, еще один член их группы и указал на ближайший жилой дом, видневшийся сквозь деревья сквера в трехстах метрах от здания морга.

– Миш, ты бы видел, как он улепетывал. Думаю КМС по бегу этот теска Андрея точно сдал бы, – Александр уже откинул раскладную пожарную лестницу и начал спускаться вниз. Он вообще был самым деятельным из отряда.

– Кто-то хоть успел по нему выстрелить? – у подполковника все сжалось в груди, даже стыд за убийство гражданских прошел. Возникшая ситуация называлась просто – провал.

– Нет, – за всех ответил самый рослый из их группы, майор Варкес Гариспян, прекрасный стрелок и мастер рукопашного боя.

– Бегун сразу за деревьями оказался, может быть у Семки бы и получилось его снять, но не у нас с этими пукалками, – майор потряс перед Михаилом штатным оружием и добавил, – такие дела.

– Эвакуация на основную базу, у нас мало времени, по прибытию письменный рапорт в течение часа, выполнять, – подполковник глянул на крышу уже обреченного здания и спустился по лестнице вниз.

1.3. Объект внимания – Андрей Колот. Место внимания – один из «рыхлых» миров Мироздания, г. Москва, метрополитен

Сердце в истерике билось об внутреннюю сторону ребер, с явным желание разбить их на куски и бежать дальше не оглядываясь. Дыхание никак не успокаивалось минут десять. Я не мог нормально сфокусировать взгляд, в глазах все расплывалось словно при нырянии под водой без маски. Мир вокруг то подергивался, словно в эпилептическом припадке, то замирал как муха в киселе. А руки вовсе тряслись как у пьяницы с огромным стажем. Я даже не мог вспомнить, как вообще попал в метрополитен, как пролетел турникеты и заскочил в вагон. С того момента как услышал хлопки выстрелов и понял, что убийцы теперь бегут за мной, память работала слабо. Все запомнилось небольшими обрывками, примерно как видишь мир в быстром мелькании лампы на танцполе – изображение бесцветное, хоть и четкое. Вот я выбегаю на крышу. Вот не задумываясь прыгаю вниз с высоты второго этажа. Вот бегу. Вот, чуть не попадаю под колеса автомобиля, перебегая проезжую часть. Вот я уже на эскалаторе, который почему-то не движется вниз. И все это под какой-то просто оглушающий стук. Как будто барабан прямо у головы – тук, тук, тук. Только потом, сидя в вагоне метро я осознал, что это стучит мое сердце заглушая все остальные звуки вокруг.

Но, что же это? Кто эти люди? Почему они всех убили? – в такт сердцу стучали в сознании вопросы, на которые я не находил ответов. По поводу того, что все мои знакомые по работе уже мертвы, у меня не было никаких сомнений.

Что мне делать дальше? Пойти в полицию? В ФСБ? Можно ли идти домой? Так, стоп, надо собраться, – я приказал себе остановить мысленный поток и на пару секунд смог прекратить внутренний диалог, чтобы трезво взглянуть на ситуацию. Получалось, надо посоветоваться с кем-то и залечь на пару деньков где-нибудь.

Так что у меня есть? – подумал я, проверяя карманы и тут же горестно вздохнул. Негусто – 500 рублей мелкими купюрами и мятная жвачка, – Одно хорошо, начинаю успокаиваться.

Я посмотрел на людей в вагоне. Сразу же поймал на себе несколько осуждающих взглядов. Прямо кожей ощутил их мысли – поразвилось наркоманов, вот нарик ломка видать, пьянь поганая и подобное. Остальным едущим в этом же вагоне на меня глубоко наплевать, что сказать – Москва город больших возможностей. В этот момент я вспомнил об одном своем знакомом хакере – Илье. Можно сказать о старом друге, только давно виденном, по причине занятости как моей так и его.

Родом Лобов Илья Анатольевич тоже из Севастополя. Закончил тот же факультет приборостроительного, что и я, только на три года раньше. Илья в четырнадцать лет обрушил сервер Майкрософта в Киеве, за что чуть-чуть не угодил в колонию для несовершеннолетних. Потом было еще несколько интересных эпизодов в его биографии, о которых он предпочитает умалчивать. Сейчас Илья специализируется на изготовлении любых документов, а также занимается поиском любой информации в том числе конфиденциальной, на доходы от этой деятельности и живет. Я сам, когда понял, что мои родственнички – московские аборигены, не сильно горят желанием помочь мне с местной пропиской, обратился к нему за помощью. И ведь хакер помог, неоспоримое доказательство тому – информация в электронной базе паспортного стола Черемушек.

Решено, еду к Илье, а там посмотрим, – медленно выдохнув, я откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

1.4. Объект внимания – подполковник группы зачистки Михаил Серов. Место внимания – один из «рыхлых» миров Мироздания, г. Москва, офис группы антитеррора

Михаил только дочитал рапорты всех членов группы и уже решил идти к шефу, но не успел. Аккуратно закрыв за собой дверь, Константин Федорович уселся на стул напротив, достал сигарету, сделал пару затяжек и уставился на Михаила вопросительным взглядом.

– Собирался к вам, – Михаил кивнул в сторону папки рапортов на своем столе.

– Ага, я понял – рассказывай, – полковник снова сделал несколько быстрых затяжек, это говорило о том, что разговор будет серьезным.

– Приехали, зашли. В здании были только гражданские, сопротивление не оказали. Все здание было подвергнуто обработке по грифу ПБМ-7. Один гражданский сбежал. Преследование не дало результатов. Информация по гражданскому подготовлена, – Михаил достал из папки и протянул Константину Федоровичу несколько листов бумаги. Иващенко тут же бегло ознакомился с материалом.

– Почему допустили, – в голосе начальства звучали нотки тревоги и не слышанные ранее подполковником интонации. Было похоже на то, что шеф здорово раздосадован или взволнован.

– Не могу понять, все правильно было сделано, все по инструкции, однако…, – Михаил протянул папку с оставшимися материалами полковнику.

– Нда, какие есть идеи? – Иващенко аккуратно положил документы на стол и снова посмотрел на своего подчиненного.

– Если произошла утечка биологического оружия, то возможно как раз этот злодей и был агентом. Не сильно похож, но думаю надо связаться с полицией, с ФСБ, с нацбезопасностью. Этого Колота – в федеральный розыск и молиться богу, чтобы у него не было больше образов заразы. Кстати, а вообще, откуда появилась информация о БЧ в здании морга? – закончил изложение своих мыслей вопросом Михаил.

– Михаил Васильевич, пока шумиха только помешает и привлечет ненужный интерес к конторе. Думаю, давай поищем его своими силами, – полковник задумался о чем-то на несколько секунд, а потом ответил на вопрос подчиненного.

– По оперативной информации террорист работал патологоанатомом, а вирус был в одном из мертвых тел, которые вы уничтожили. Но этот парень тоже интересен. Вы что-то странное заметили в его поведении или вообще? – вопросительно взглянул на Михаила Константин Федорович.

– В каком смысле, странное? И что за оперативные данные, у нас новые осведомители? – Михаилу разговор нравился все меньше и меньше.

Бред какой-то, зачем прятать штамм смертельного вируса в заурядном городском морге? И что за странности могут быть такие? – подумал Михаил. Его внутренний голос прямо вопил о том, что здесь уж очень все не чисто.

– Ну, что-то из ряд вон выходящее, даже не знаю…, – Константин Федорович опять к чему-то прислушался и, поднявшись, мягко добавил, – попытайся вспомнить, нам это может очень помочь. Поговори с ребятами, а информация пришла из отдела прогнозирования, через минуту ты был в курсе.

Когда за полковником закрылась дверь, Михаил серьезно задумался над сложившейся ситуацией, он пытался утрясти вместе всю полученную информацию, только у него это плохо получалось.

– Отдел прогнозирования – гадалки и сказочники, мать их! – сквозь зубы выругался он, вспоминая, сколько его группе пришлось побегать по наводкам этого самого отдела. Заодно подполковник припомнил, что они никогда еще не подводили, скорее наоборот.

Отступление первое. Незадолго до основных событий. Объекты внимания – не подлежат идентификации. Место внимания – пространство между мирами