В блокаде

Постскриптум и Предисловие

а) Постскриптум взамен эпиграфа

Теперь, с оглядкой на «исход», неудержимый, словно лавина необозримого табуна в безумной беге; теперь, бесповоротно сознавая, что Карабахцам, как этносу, пришёл "логический" конец, невыразимо трудно удержаться и, шлифуя текст для финальной публикации своих книг в Интернете, отказаться от возможных переделок, что так и просятся теперь – с вершин обретённой умудрённости.

Изыди! (Это я сам себе.) И не надейся! Не поддамся! Оставлю в том же виде наивного неведения, что позволяло (?), понукало (?), вынуждало (да!) всё сделать так, как оно и получилось. Тогда… Даже и не думай что-то подправить и улучшить как-то.

Нет, нет и нет. "Не позволам!" Не дам себе даже акценты поменять, вставить абзац-другой пожалостливее или попафосней, чтоб аж до щемоты. И уж тем более не заведу классическую шарманку: "А я же ж говорил!.."

Единственное, что себе позволю: грамматику кой-де подрихтовать для отражения достижений в процессе своего обучения. Ведь должен же я был, хотя б на полвершочка, подрасти – морфо-орфо-синтаксически – за истекший, с невообразимо давних пор усердного триптихописания, период.

Брось! (Это снова я же и ему же.) Лучше не сработаешь, сделанного не исправить. Делай как все, и теки себе дальше, в русле необратимой нивелировки в угоду всеассимилирующей глобализации, которая, с учётом семимильного размера её шагов, на дольше пары поколений не затянется.

Ыртана иригнакы чи пицрянялу, ай жо'овурт-чьан, байць лох ляв а ынян, просто ориш керп... (где-то так на тему "Солнце взойдёт…" пропел Трубадур голосом О. Ануфриева.

Ну, а теперь – все вместе: «Солнце взойдёт… бла-бля-блаа-бля-ля-ля!..»

Ханкенди (бывший Степанакерт), 2024-01-15

. . .

б) Предисловие

Ну, а где ещё и поумничать, если не в предисловии? Взять да и блеснуть подковками своими несравненными в, области искусства!

Ага! Как благотворительный кузнец-просветитель, подкую-ка я честну́ю публику, чтоб даже бомжи в забегаловках разбирались: что за херня такая – триптих, вааще, и как монтируется, особенно в произведениях монументального характера, хотя годится даже в партитуру для балалайки без оркестра.

Давно назревшая необходимость, кстати, раз он гуляет вдоль и поперёк до беспредела. То есть, меры надо применять предосторожности – знай и умей успешно отличить триптих от трип… ну, в общем… Столько слов уже поназаимствовали очень совпадающего звучания, что даже и минздрав предупреждать не успевает.

Вон сосед мой после ланчбрейка заявился на свой вёрк не в том дрескоде, так его фейсконтроль прямо на входе повязал. «Это», – говорят, – «у нас джоб такая, мы тут секурити делаем».

Но не будем о грустном, а вернёмся к факту, что в данной книжке трип… э… (пронеси, господи!) то есть… тих (ЙЕС!) есть сборкой из трёх составляющих. Именно в чём и пребывает его коренное отличие от «диптиха», где сочленённых только двое.

Для понимабельности такого явления, как триптих, вспомним «соображание на троих». Сходятся трое, несовпадающих друг с другом по целому ряду параметров, однако после непродолжительной традиционной процедуры каждый начинает изливаться о своём, не придерживаясь очерёдности внутри соображённой троицы.

Так предоставим же их самим себе, этих троих из вышепредставленного философического триптиха, сошедшихся в целях выслушать каждый сам себя. Они донесли нам смысл «триптиха», спасибо им и – до свидания.

Теперь уже смело и с понятием отметаем всю кагалу скульпт-музо-живописных триптихов, нам с ними не по пути. Ведь мать наша – читающих и пишущих – это литература, которую мы все лелеем и блюдём: век воли не видать!

. . .

Первое место в повестке дня (на сходняке в данную книжку) заняло историческое исследование, оно же эссе, оно же… нет полное досье длиннее самого эссе, так что на этом лучше закруглюсь и просто оглашу весь список:

1) «Основные предпосылки поражения Республики Нагорного Карабаха в войне 2020 г.», —

жанр этого произведения уже объявлен, а на первое место досталось «Предпосылкам», чтобы легче въехалось в две остальные части триптиха;

2) «Марсиано-Блокадные Хроники», —

исполнены в классическом летописном жанре: чего замечено, то и отмечено;

3) «Любовь и Ненависть», —

драматическое произведение рассчитанное (количественно) на труппу Степанакертского Русского Драматического Театра, сработано по просьбе руководительницы оного, Жанны Алексеевны Крикоровой, она же впоследствии определила и сам жанр – «пьеса антиутопия».

Поскольку и 1), и 2), и 3) написаны внутри блокады Нагорного Карабаха – зимой 2022 – 23 г. г., то и названием всей книги стало «В Блокаде», она же «Зимний Триптих».

А чё париться?

Степанакерт, 2023-02-24

Основные предпосылки поражения Республики Нагорный Карабах в ходе войны 2020 г.

(историческое исследование – часть первая)

§ 1.

Достаточно уважаемая (в близких ей кругах) особа на днях провозгласила: "Нас всех продали 9 ноября!"

В декларации звучали боль и убеждённость. Все оказавшиеся в радиусе слышимости ощутили невольный вздрог и внутреннее сжатие, на чисто рефлективном уровне.

Эту пару (вздрог и сжатие) можно скрыть, если научен держать себя в руках или в узде (кому чем сподручнее), можно и виду не подать, однако избежать грёбаные рефлексы – это фиг ты угадал. Такая уж в нас заложена реакция, генетический дар от предыдущих поколений: когда звучит известие такого рода – сжаться, обращаясь в комок энергии, и – рвать когти во весь опор. Как правило – врассыпную.

"Нас предали!", "Нас продали!", "Спасайся кто может!" – вариантов у возгласа, пригодного дать старт общей панике, немало. Перечислять не стану, чтоб лишний раз не дёргалось многострадальное очко, отмечу лишь, что всякий вызывает позыв к бегству, в этом их общая черта. Вопрос "куда бежать?" не возникает – паника отключила мозг, работают одни инстинкты…

К счастью, в помянутой декларации содержалась дата – "9 ноября", она чуть приглушила вой сирен в спинном мозгу, дав шанс включить и головной.

Ну право же, шугануться посреди февраля, и рвать прочь без памяти, как лось в лесной облаве, из-за торговой сделки, заключённой 3 месяца тому – спешка явно запоздалая. Да тут ещё и мозг (ну, который выше) завёлся-таки, наконец.

Улучил, понимаешь, момент, когда его не трясут как попало (что неизбежно при чрезмерно ускоренном перемещении тела в пространстве. И он приходит к выводу (головной мозг приходит, благодаря нормальным условиям на рабочем месте, раз тебя не встряхивают, как попало, и ты не бацаешься об стенки своего же черепа, изнутри), что тут сказано про ноябрь двухлетней давности…

Хуу… Можно переходить в режим «узбагойзя» … Расслабься…Теперь-то поздно уж паниковать. Нынче всё, что тебе осталось – это впадание в унылый депресняк либо в депрессивное уныние, на выбор. Или можешь ещё перебирать траурные аватарки для своего акаунта в Мордокниге, она же Facebook.

Потому что 9 ноября 2020 в драматически поздний час времени суток, премьер Армении (на букву «п») подписал капитуляцию в 44-дневной войне:

"Полуторамесячная странная война. Война беспилотниками против автоматов легендарного Калашникова.

Война, в которой генералы приказывают оставить укрепрайон и отойти. – Ну, командиры ж знают, да. Манёвр такой, наверно. Для стратегии.

Затем бросают в атаку на позиции (оставленные противнику) до тех пор, когда бросать уже некого.

А в результате: премьер раздаёт генералам звания Герой Нации – за чёткое исполнение поставленной задачи."

(Цитировано из Бутыли #37 в книге «Блог, или Роман на слабо́». – (https://www.smashwords.com/books/view/1157427, если это кому-то ещё интересно.)

§ 2.

Особу, чьё объявление призвало взяться за труд о предпосылках поражения (см. §1.), уважают все, знающие её. Поголовно. В том числе и я. Безмерно. Но вместе с тем ("Платон мне друг, однако математику никто не отменял") – позволю себе указать иную дату, определившую неизбежность поражения Нагорного Карабаха в его борьбе за независимость.

По издавна устоявшемуся во мне мнению, «странная» война была проиграна за 28 лет до её начала. Или таки продана? А! – невелика разница…

Исход войны 2020 г. был предрешён убийством Первого Председателя Верховного Совета Нагорно-Карабахской Республики Артура Мкртчяна в возрасте 33-х лет (а кто бы сомневался!) 14 апреля 1992 г.

– Убили! – Голосила с балкона их квартиры жена Артура (впоследствии она изменила свою оценку случившемуся), соседи со своих балконов смотрели вслед КАМАЗу без номерных знаков (время было такое, КАМАЗ без номеров и без кузова вполне годился для перевозки пары пассажиров), что покидал периметр двора пятиэтажек. Впрочем, соседей никто не опрашивал, а прибывшие из Еревана вертолётом чины Национальной Безопасности разъяснили местным правоохранительным органам официальную версию «бытового» самоубийства.

Гильзу от пули, после выстрела в упор в голову Председателя, так и не нашли.

Его жена, открывшая на стук в дверь – за пару минут до трагической случайности – моложаво-небритому посетителю, забыла свои показания местному следователю, которые давала до прилёта вышестоящих дознавателей. Она вспомнила, что весь тот день не покидала спальню, лёжа с высокой температурой.

Пороховой нагар в стволе табельного оружия Председателя не обнаружился, но против официальной версии нет приёма…

Историю вершат одиночки, так уж повелось, что толпа думать не умеет, толпа годится для массовки в кинофильме Ч. Чаплина или для скандирования лозунгов, или когда надо переть против другой толпы.

Артур не успел сделать свой вклад в историю – слишком уж по-наивному всерьёз отнёсся он к задаче освобождения Нагорного Карабаха. Не слушался советов Старших, хотя ему и намекалось. Как будто трудно было догадаться, что Центр не одобряет самодеятельность местных рулевых на бывших окраинах Империи. Вот и докатился до неосторожного обращения с огнестрельным оружием (официальная версия)…

А что потом? Да вы и сами всё это знаете. Обычная номенклатурная чехарда – грызня за должности, купля-продажа стульев/кресел… Мы ж все из одного болота, насмотрелись этих игрищ высших инстанций, ежегодно повышающих себе зарплату на 100-200-… тыс. АМD, ну а низы́ по полгода не получают свою, нищенскую, и проклинают жрущих Их («ляпюм ын!»).

«Не финансировали» на языке банковских сделок означает, что твоя зарплата всё ещё вложена на депозитный счёт, вкупе с общей денежной массой, не выплаченной таким же, как ты. Что тут непонятного? Деньги не просто лежат в банке, они ещё и работают, растут (лёжа), пройдёт полгода и наросшие проценты переводятся на другой счёт, а тебя, совместно с прочей голытьбой, так и быть «профинансируют». Усёк? Кому вершки, а кому корешки.... Игра в драмики и нолики…

И вообще, мало говори! Тогда, возможно, в конце года, добавка тебе выйдет, тысчонок пять…

Да, я никак не Мать Тереза, и не обязан подавлять в себе естественных человеческих чувств во исполнение однажды принятой на себя роли. Мне незачем скрывать (по крайней мере от себя), что ненавижу номенклатуру, она же чиновники, ответработники, кадры, бюрократы,,,.

А как же иначе? Кто-то из них осознанно, а кто и неумышленно, всю жизнь держали меня в чёрном теле. Хотя, конечно, спору нет, когда брать их по отдельности, то можно, чисто гипотетически, предположить наличие в их рядах приятного собутыльника или опытной наложницы (гипотетически!), однако в целом, взятыми как класс, номенклатурщики не вызывают во мне отношения выше негативного, что уже отмечалось. Впрочем, это вопрос иного порядка, а в данной работе ограничусь лишь рассмотрением роли номенклатуры в том, что всё случилось так, а не иначе.

(И тем не менее, за редким исключением, людей Карабаха я люблю. Не народ люблю, а людей. По отдельности. Люблю их говор, шутки, наивные уловки облапошить (чёрный слон в каждом кулаке, когда выбираешь цвет своих шахмат), но люблю не забесплатно – их человеческое отношение позволило мне, инородцу, выжить тут 35 лет с гаком. Правда, не могу сдержать одну претензию – истёкшего срока не хватило мне, чтобы втемяшить в их упёртую башку, что Украинец я! Стоит отвернуться и – слышу за спиной: "эна Рус!")

§ 3.

А и как тут не посетовать на скоротечность жизни! Ещё вчера – ты был тузом козырным, а сегодня тебя любая занюханная лярва может "дедулькой" обозвать! Э!.. Ну их!.. Завернём туда, где я и нынче кровь с молоком, покуда что, то есть к литературе…

Не первый год (и крепко) печалила меня ситуация в литературе порождённой Пушкиным (Эфиопских кровей) и Гоголем (кровей Xохляцких)… Ой! пронеси Господи! ох, не доведи, чтоб модератор-вертухай заметил, как снова у меня неправильное слово выскочило. По его долбодонским понятиям оно оскорбительно! Такая у него инструкция, но я горжусь своей принадлежностью к племени Xохлов… Короче, пусть не заметит и не заблокирует меня по-новой!

На следующий век нашлись достойные продолжатели – А. Белый, И. Бунин, А. Чехов. Ну, а дальше, после них? Ах да, Александр Солженицын – великий человек, гражданин, свидетель, обвинитель – да что угодно! Пробудил – и мордой толкнул в море крови миллионов, убитых теми, чьи заветы я клялся исполнять, когда на шею мне навязывали красный пионерский галстук.

Спасибо, Солженицын, ты жил не по лжи. Но, увы, Исаич, не писатель ты, а лишь репортёр, вожатай в голую правду про Архипелаг Гулаг…

Пишущих много, а писателей – раз, два и… обчёлся. Куда как чаще ты встретишь излагателя. Он тебе изложит факты, вымыслы, проповеди морально-патриотической окраски, будь то Толстой или, скажем, Чернышевский, или Сейран Карапетян, работник телевидения Степанакерта…

На весь 20-й век в Русской литературе случились лишь 4 настоящих писателя, что смогли потрясти меня, читателя, всерьёз и надолго – Булгаков, Платонов, Зощенко, Шаламов. Однако все они из первой половины столетия. (За что?! Ещё хочу!) Тогда как вот у них – там, за бугром, отсчитывая с 70-х, и Пинчон тут тебе, и Уоллес, если поминать одни только вершины. Обидно ж даже как-то, ведь мне в школе прививали любовь к литературе Русской…

. . .

Из чего складывается писательское ремесло?

Во-1-х, из владения материалом – не только знать словарь на 0.5 % минимум, но и уметь сложить нужное тебе – отсутствующее у всех Далей с Ожеговами, однако живущее в языке, ожидая, когда ты откроешь это – Слово. Классический пример тому: находка Достоевского,– глагол "стушевался".

Во-2-х, понадобится умение слагать предложения из слов, которыми владеешь, чего от школы ждать бесполезно, там обучают только названиям входящих в него членов.

У истинного писателя каждое (к-а-ж-д-о-е!) предложение – это пейзаж в оконной раме, заглядываясь на него, всякий раз обнаруживаешь новые детали. Одного лишь этого – умения обращаться со словом и складывать пейзажи – достаточно, чтобы немногочисленная проза Андрея Белого превзошла все тома Шолохова, Шукшина и массы прочих маститых излагателей из Союза писателей. Макулатура и литература отнюдь и далеко не равнозначны.

И в-3-х, твои литературные поделки обязаны по ходу сюжета нести в себе какую-нито мысль, желательно новую. Вот и все дела! 1, 2, 3 и ты – писатель!

Да, но прежде всего задумайся и покрепче: оно тебе надо? Ведь ничего бесполезнее литературы и вообразить невозможно! Её невозможно ни есть, ни одевать, ни рубить дрова ею…

(– Ха! Да чё ты гонишь? А как же дачи писательские? Льготы? Ордена? Привилегии?.

– Ара! Не газуй! Это всё для излагателей, для дармоедов, что присосались пить кровь трудовых масс, по примеру М. Горького, который объяснял чекистам какие они молодцы, классные ребята, и за это стал пушисто жить, мягко спать и есть до отвалу, пока «чертяки в кожаных тужурках», за его спиной, куда он не заглядывал, вели к стенке живых людей – обращать в трупы во имя великой идеи, воспетой Алёшей Пешковым (он же М. Горький), Буревестником Революции. Она свершилась, и он начал воспевать убийц, но устно, в своих докладах, т. к. Председатель Совета писателей СССР на книжки временем не располагает. Да и опасно это! Вон Маяковский – творил даже после победы Октября, пока не понял, что не за тех старается: приговорил слугу победителей и сам же привёл в исполнение.)

А всё это к тому, что мне, как всегда? крупно повезло по жизни, и я успел-таки встретить (спасибо, Орлеана Александровна! навеки я тебе обязан) не просто Русского писателя конца 20-го века, но главного писателя, до открытия которого стоило дожить. Писатель Довлатов.

Открывал я его утомлённо и томно: ладно, так уж и быть – гляну, хотя вряд ли… после всех этих сенсаций жёлтой прессы, после отрезания голов и гениталий перед видеокамерой, после иного всякого дерьма, которым нас захлёстывает цивилизованный мир высоких технологий (но мы от него надёжно отгорожены YouTube записями радостно гогочущего зрительного зала, откликаясь на пердёжный юморок станд-аперов про чпоки-секс (гы! гы! гы!), больничку-психохирургичку (хе! хе! хе!) и прикольный акцент "ай! нашальныка!")…

Нет, отвык я книги открывать и перелистывать, однако (тут снова повезло) случилось блокада и, коротая отключения света под лучиной фонаря-налобника – дай-ка гляну какой это Довлатов вообще…

На второй странице поза моя приобрела насторожённую аккуратность, я почесал налобник и – аххуел!. Причём по полной – этот Довлатов обращался ко мне на моём языке, он говорил теми словами, с которыми я взрастал и формировался, общался с блатными, фарцовщиками и лабухами. Более того – его пейзажи способны представить весь блюз жизни в одной строке.

"Прозрачный дождь". Ну, каково́?!. Блин! Ведь сто раз видел, не подозревая, что можно настолько точно воспроизвести. Или такое вот: «Я иду под луной, откровенной и резкой, как заборная надпись».

Ау! Тургеневы и Паустовские со всеми вашими пейзажными пассажами! Все их отдам за эти 10 слов!

А мысли? Их у человечества немного наберётся, тысячелетиями напролёт мы повторяем эту пригоршню на разных языках, то так то эдак. Но чтобы представить эти мысли настолько глубоко и ёмко потребовался Довлатов:

"Устои общества немногочисленны: корыстолюбие, страх, продажность".

И всё – против такого не пурхнешь, куда ни дёрнуться – вилы.

Да будь я негром помоложе и равнодушно относился к боли, то весь свой кожный покров, без остатка, пустил бы под татуировки цитат из Довлатова, век воли не видать! Например:

"Женщина как таковая является чудом. Она – марцифаль".

И – всё, Петрарка нервно покуривает в сторонке, кусает себе губы в приливе зависти эпохи Возрождения…

Да я б, испещрённый татушками, весь том Довлатовского Малого Собрания Сочинений носил бы на себе (синим по не очень белому), не тревожа публичную республиканскую библиотеку.

Однако же простите, какое отношение имеет проза Довлатова к предпосылкам поражения, если писатель скончался за бугром, когда Нагорный Карабах уверенно сидел в седле своей непризнанной борьбы за независимость? Клянусь честным словом – она тут даже близко не при чём, однако именно она поможет выявить причину грядущих поражений.

Кому интересно, прошу следовать за мной, но не настаиваю, а если до конца исследования добреду в единственном числе и гордом одиночестве: с меня и этого вполне довольно.

(историческое исследование – часть вторая)

§ 4.

Итак:

"Устои общества немногочисленны: корыстолюбие, страх, продажность."

– сказал великий классик, равных которому я не встречал, но всё же позволю себе малость поборзеть. Ведь если внимательно вдуматься, страх – да, тут не поспоришь, он – цементирующая составная любого общества, однако корыстолюбие и продажность, по сути дела, две стороны одной и той же медали. Это парочка не разлей вода, человек продаёт себя, чтобы удовлетворить своё корыстолюбие, а корыстолюбие определяет его продажность. Замкнутый круг, неразлучимо.

Простой пример, есть у меня знакомый, которого я сразу же зауважал (не умею сдерживать в себе это чувство, если человек в своём деле профессионал, а не пустое место с купленным дипломом и/или «лапой волосатой» на его бестолковой холке). Но вот однажды, уважаемый спец вдруг начал бурно изливать свои восторги насчёт человеческих качеств незабвенного Бако (затяжной предпоследний президент НКР, если кто забыл). Уж до того, де, Саакович весь умный из себя, и добрый, и такое всё.

Лились эти сладкие трели не для меня, но я стоял неподалёку и мучился стыдом, поскольку знал, что это пошлая ложь, и что спец, изливаясь, не хуже меня знает, что неустанный созидатель доходных домов и магазинных сетей, зодчий "чёрной дыры" – долгостроя для отсоса денежных ресурсов на (типа как) мемориал, древоненависник, искалечивший священный лес над Дашушеном, заслуживает много чего, но уж никак не восхищения. Он, бывший уважаемый мною, всё это знал, но изъявлял отсутствующему рядом президенту своё почтение, умильно мягкое, как мыльный гель для душа, и пенился, в надежде, что до Сааковича дожурчит верноподданное мнение и ему, преданному специалисту, воздастся лесть крупным госзаказом… а может просто примерял себе должность банщика, на всякий.

Нет, на все 100 не берусь определить его мотивы, уж как ты ни раскручивай рекламу сказочнику Фрейду, а всё равно: чужая душа – потёмки…

Или другой классический пример – выборы местного президента на «а». Ну, вспомнили? Снимок телефоном избирательного бюллетеня внутри кабинки, где ты поставил правильную птичку и – 20 тыс. AMD в кармане!.. Какая жирная птичка! Э!..

Так что устоев у общества по прежнему 3, но с маленькой поправкой: два из устоев, определённых Довлатовым, сведены в один пункт (1) и добавлен ещё один устой, о котором он, конечно же знал, но обошёл молчанием из вежливости или, возможно, жалости. Однако любой трезвомыслящий антрополог, с оглядкой на предводителей людского стада, в котором движущие силы развития общества сведены до 2: секс и деньги, не станет отрицать их тупость.

Да, Довлатов знал, но проявил гуманность, описывая —ч ерез устои – нас, гуманоидов.

Таким образом, устоев так и осталось 3, это —

1)корыстолюбие/продажность,

2)страх, и

3) тупость.

Тупо променять свой дом, вместе с родной деревней, на 20 тыс. AMD, тупо гордиться высоким крестом на соседнем холме, что светится по ночам (да, лес пришлось исковеркать в ходе строительства, зато у нас самый небывалый крест во всём регионе и нам теперь никто не страшен). М-да…

О чём бишь мы? Ах да! Номенклатура и народ. Они едины, как им и полагается, они говорят на одном языке. Ну, почти на одном. Кровное родство, опять же. Номенклатурщику известно название деревни дедушки по матери или, возможно, у него тёща из Сызника. Неразрывное целое. Какая-никакая циркуляция таки имеет место, несмотря на внутрикорпоративные браки для продвижения карьеры.

К тому же среди номенклатурщиков порой нормальные люди попадаются, допустим, премьер-министр, а летает общим самолётом бизнес-класса, а не спец бортом на одного (нет, pltcm htxm про Норвегию с Австралией). Или как тот премьер в Иране, полномочия сложил, вернулся в родные горы и продолжил пасти овечек, совсем даже без телохранителей…

Но несмотря на все эти положительные проблески, имеется у номенклатуры значительный минус – её стерильно безысходное бесплодие. Не дано ей познать мучительное счастье творчества, создать хоть что-нибудь своё.

Всё на что она способна – это подновить наглядную агитацию, переиначить атрибутику, предписать использование георгиевской ленточки по особым дням.

(Чего?! Что значит «выпил»? Я вообще до вечера ни-ни. А ты, сталбыть, подумал, в одном только Закавказье номенклатура водится? Ну, так выдь за дверь и подумай ещё раз, покрепче!)

Что сделала номенклатура Нагорного Карабаха для народа за 28 лет непризнанной независимости между двумя войнами?

А сделано за столь короткий срок таки немало – газета «Советский Карабах» стала именоваться «Азат Арцах» (пока не испустила дух); беззаветно совещалось Национальное Собрание всем своим депутатским корпусом глубокомысленных парламентариев; организовывались и ре-организовывались 36 (или всё же 38?) министерств и ведомств, не говоря уже про аппарат президента, а также премьер-министра; в различных государствах мира были созданы постоянные дипломатические представительства непризнанной республики Нагорного Карабаха; родственники и просто нужные люди обеспечивались постоянной работой в госучреждениях.

Откуда средства на содержание такой орды дармоедов?

(Ну ты, блин, наивный – посмотри вокруг и что увидишь? Номенклатуру и народ. Теперь делай выводы – откуда. Или тебя снова послать? за ту же дверь?)