На струне

– У нас такого нет. – Тяжело выдохнул капитан. – Только криокапсула. По инструкции раненого следует поместить в нее и доставить в госпиталь.

Кэлрон скривился.

– Это лучше чем ничего. – Проговорил он.

Девушку отнесли в специальный отсек где располагалось несколько крио капсул. Они находились в кораблях еще с тех времен когда на кораблях не было гипердвигателей. Тогда корабли шли подолгу экипаж работал сменами по несколько месяцев ложась в криосон в перерывах. Конечно медицинский блок был бы надежнее, но переоборудовать корабли было дорого, да и куда девать все эти криокапсулы не понятно. Вот и написали инструкции. Даже провели какие то исследования подводя под это дело нужную теоретическую базу. В итоге, компании судовладельцы сэкономили кучу денег, производители по сути не столь нужных теперь капсул все еще держатся на плаву. А наличие на пассажирском корабле вместо криокапсул медицинского блока взвинчивает цены на билет едва ли не на порядок.

Капитан провел нужные манипуляции и автоматика показала, что процедура заморозки прошла успешно. Федоров тяжело выдохнул и направился в кают-компанию. Спустя минуту там же появляется Хан и Кэлрон.

Капитан повиснув в пустоте возле стола держал на руках котенка и кормил его с рук небольшим кусочком пищевого концентрата.

– Что будем делать? – Спросил Кэлрон.

– Ничего. – Задумчиво протянул капитан. – Без техника починить систему жизнеобеспечения невозможно. Навигация не работает. А теперь у нас нет гипердвигателя и грузового отсека.

– Предлагаете опустить руки? – Кэлрон вопросительно поднял бровь.

– Я ничего не предлагаю – Устало произнес Федоров. – Я лишь констатирую факт. Если нас в ближайшее время никто не найдет шансов на спасение у нас нет.

– Вряд ли нас кто-нибудь найдет. – Засомневался Хан. – Нас ведь никто не ищет. А начнут искать не раньше, чем через сутки, когда мы не выйдем из гипера в расчетной точке. Еще через сутки выяснят что в гипер мы все-таки ушли. Поиски на этом и закончатся. Просеивать четыре сотни световых лет пути никто не станет.

– Вот именно. – Проговорил капитан глядя на котенка, который очень забавно разглядывал шарик воды летающий возле него.

– У меня есть идея. – Проговорил Кэлрон. – Но придется выйти в космос.

Капитан не отреагировал никак. Хан пожал плечами. Кэлрон молча обернулся в несколько движений удалился в коридор.

Котенок на руках у капитана забеспокоился. На него действовала нехватка кислорода, но пока он был отвлечен едой. Сейчас он жалобно мяукал, и цепко держался когтями боясь отцепиться.

Капитан задумался. К чему он устроил эту авантюру с котенком? Его бывшая жена не будет с ним цацкаться. Продаст какому-нибудь богатею и радостно улетит на курортную планету оставив дочь где-нибудь в интернате. Ее новый ухажер был то ли юристом то ли судебным исполнителем. Когда Федоров попытался получить права на опеку над ребенком ему прилетело столько судебных исков, что он едва не лишился работы. Бывшая прозрачно намекнула, чтобы он не дергался. Ему назначали еще более высокие алименты и закрыли дело. С дочерью он теперь видится еще реже чем раньше, благо хоть ему не выставили полный запрет на посещения.

В этот раз по прилету они снова должны были встретиться с дочкой и провести вместе целую неделю. Жаль что ей придется пережить потерю отца. Она очень тяжело переживала развод.

Федоров задумчиво погладил котенка, который мяукал все беспокойнее и жалобнее. Если сейчас снять шлем, то можно будет просто уснуть. Разве только, стоит написать какую-нибудь записку, для потомков.

– Капитан… Капитан. – Кто то тряс его за плечо. Федоров не заметил, как уснул.

– Что? – Непонимающе закрутил он головой.

– Кэлрон вернулся. Несет какой-то бред. – Заговорил Хан.

Капитан хмыкнут и через мгновение появился Кэлрон.

– Я знаю где мы находимся. – Заявил он.

– Здорово. – Бесцветным голосом проговорил капитан, даже не повернувшись в его сторону.

– Ну вот, я же говорил. – Указал на попутчика Хан.

Кэлрон внимательно разглядывал обоих. Молчание затянулось, и капитан устало повернул голову.

– Даже если знаете, что нам это даст? – Заговорил Федоров. – У нас больше нет гипердвигателя. А если бы и был, не думаю, что Вам удалось бы объяснить ему на пальцах, где мы.

Хан нервно хохотнул, но тут же замолчал. Кэлрон на этот раз молчал долго. Он переводил взгляд с одного на другого, и наконец решившись на что-то заговорил.

– Вот. – Он достал нечто из вакуумного кармана скафандра.

– И что это? – Непонимающе спросил Хан.

Кэлрон развернул предмет и это оказался древний планшет. В несколько движений он был запущен и в воздухе повисла старомодная голограмма с картой изведанной части галактики.

– М-да. – Протянул Хан. – Такими не пользуются уже лет… Сколько?

– Двести. – Протянул капитан. – Но на той помойке где мы его подобрали, наверное это считается передовыми технологиями.

– Очень удобная вещь. – Проговорил Кэлрон не обращая внимания на насмешки. – Работает в любых условиях, в нескольких режимах. Сейчас такого не делают.

– Точно. – Серьезно подтвердил капитан. – Потому что оно нафиг никому не надо.

Хан засмеялся, но как-то грустно.

– Если ни у кого нет идей, то с вашего позволения я продолжу. – Невозмутимости Кэлрона могли позавидовать звезды. – Я повторяю, я знаю где мы находимся.

Глава 5

Капитан смотрел на Кэлрона и разочарованно гладил котенка.

– Ну и бред. – Проговорил Хан. – С чего Вы вообще решили будто определили наше местоположение?

Кэлрон с готовностью вновь развернул планшет и изменил масштаб изображения.

– Мы вылетели из этого созвездия на Землю. – Начал он объяснения и на карте протянулась линия. – Мы летели в гипере в течении двадцати двух суток. Если взять среднюю скорость в 20 гипер узлов в сутки получается, что нас выбросило в радиусе светового года от этой точки.

Капитан хмыкнул и глянул на Хана. Старпом задумчиво изучал карту.

– Световой год. – проговорил он. – Слишком большая погрешность.

– Согласен. – Сказал Кэлрон. – Я вышел в открытый космос и найдя в качестве ориентиров 3 звезды, сократил радиус до десяти световых минут.

В подтверждение его слов на карте вспыхнула точка.

Федоров непонимающе взглянул на Кэлрона.

– Вы что сделали? – Он даже перевернулся в пространстве от удивления.

– Вышел в космос…

– Не, не, не. Это я понял. Что там про три звезды? – Проговорил Федоров держась за стол.

– Сориентировался по звездам. – Скромно сказал Кэлрон.

Капитан посмотрел на Хана. Тот неуверенно пожал плечами.

– Первый раз слышу. – Пробурчал себе под нос капитан.

– Даже если и так. – Вступил Хан. – Дальше то что? Десять световых минут от этой точки, а значит сорок световых ЛЕТ от дома.

– Есть вариант. – Проговорил Кэлрон снова обращаясь к своей карте. – Всего в одном световом часе от нас проходит космическая струна. Давно открытая. Я ее знаю.

– Ну, это уже совсем. – Возмутился Хан. – Струну он знает.

– Ладно. – Остановил его жестом капитан. – И что? Насчет струны.

– Оседлаем ее. – Уверенно заявил Кэлрон.

В воцарившейся тишине было слышно только тревожное прерывистое дыхание котенка.

– Этот корабль. – Кэлрон обвел рукой. – Глубоко модернизированный сатурнианский сверхтяжелый транспортник. Сотню лет назад, до того, как нашли первый гипердвигатель, на таком от Земли до Сатурна добирались всего за неделю.

– И мы радостно полетим к струне? – Хмыкнул Хан. – Ну и бред.

– Лучше чем этот бред, ни у кого идей все равно не найдется. – Проговорил Капитан. – Значит летим к струне.

– Нужно сбросить лишнее. – Проговорил Кэлрон. – остатки грузового отсека и гипердвигатель будут только обузой.

Старпом рассмеялся и махнул рукой. Капитан решительным движением расстегнул гермоклапан скафандра и сунул внутрь котенка. Застегнув все на место Федоров активировал магнитные ботинки и его притянуло к полу.

– Старший помощник Вон. – Гаркнул он командирским голосом.

– Я. – Хан от неожиданности вытянулся по стойке смирно.

– Облегчить судно. От носа до кормы. Все что не служит нашему выживанию – за борт. Хочу что бы через час эта груда металлолома была способна развить максимальную скорость. Мы отсюда выберемся даже если придется толкать корабль руками. – Скомандовал капитан.

– Принято. – Отозвался Хан.

Следующие несколько часов прошли в беспрерывной подготовке. С корабля было выкинуто все что не являлось частью несущих конструкций. Все припасы собрали в столовой. Найденные скафандры безжалостно выпотрошены в поисках источников питания и аварийных наборов. Даже из капитанской каюты демонтировали всю мебель. В конце все трое стояли возле иллюминатора двигательного отсека и следили за удаляющимися частями корабля.

– Я оставил здесь маяк. – Проговорил Хан. – Если выберемся, сможем вернуться. Может найдем кого.

Капитан задумчиво кивнул. Они сбросили вообще все. Даже пассажирский отсек, ставший сейчас ненужным, отстрелили. В их распоряжении теперь оставалось всего три помещения. Отсек силовой установки, кают-компания со столовой и мостик с капитанской каютой. Кают компанию нельзя было бросить. Этот отсек был связующим, иначе и от него бы избавились.

После все трое перебрались на мостик и корабль стартовал.

– Мы взяли курс. – Доложил Кэлрон. – Через шесть суток будем у струны, но уже через трое ее будет отчетливо видно.

– Отлично. – Проговорил капитан.

– И еще, нам удалось восстановить часть внешних приборов наблюдения. Навигационные, к сожалению, восстановить не удалось, зато управление кораблем сильно облегчилось.

– Что у нас с кислородом и запасами пищи? – Спросил капитан.

– Кислорода, хватит на три недели, но если будем спать и экономить, думаю реально растянуть на четыре. С едой все немного получше. Аварийные запасы скафандра рассчитаны на две недели, плюс имеются концентраты и бутилированная вода. Если давление в отсеках сохранится то хватит еще на месяц. В целом у нас есть около двадцати пяти дней жизни. – Отчитался Хан.

– Значит сейчас у нас перекус. После назначим смены и будем поочередно спать. – Скомандовал капитан. – Через трое суток результаты нашего решения будут видны.

Первым на смену заступил Кэлрон. Он отнесся очень серьезно, сидел пристегнутый к креслу и следил за показаниями приборов. Остальные спали в капитанской каюте отключая магнитные ботинки и просто повисая в пространстве. Трое суток прошли спокойно, и струна действительно стала видна.

Капитан и старпом сидели и восхищенно разглядывали открывшееся изображение. С такого расстояния был виден только метеоритный поток, окружавший струну и напоминавший рисуемую структуру ДНК. Несколько длинных верениц метеоритов где-то свивались в кольца, но большая часть потока шла, параллельно закручиваясь по спирали.

– Никогда не видел их так близко. – Проговорил Капитан.

– Да. – Согласился Кэлрон. – Сейчас, после того как начали использовать гипердвигатель, струны стали не так востребованы.

– А раньше? – Спросил Хан.

– Раньше маршруты строились по другому. От одной струны к другой, и вдоль них. Были ведь разработки генераторов кротовьих нор. Или, к примеру очень перспективный варп двигатель. Конечно, были везде свои нюансы. Но после появления гиперпривода разработки свернули. – Ответил Кэлрон.

– Кротовьи норы были слишком дороги и не точны. – Вспомнил Хан. – А варп, не помню, что там было не так со временем.

– Может и было. – Уклончиво ответил Кэлрон. – А может и не было. Кто ж теперь вспомнит.

Хан хмыкнул, но допытываться не стал.

– Кстати о воспоминаниях. – Проговорил Кэлрон. – Струны – это очень старый космический объект. Они появились вместе со вселенной.

– Вы решили нам пересказать школьный курс космографии? – Улыбнулся капитан.

– Возле нее все не так. Человеческое сознание там может давать сбои. – Невозмутимо продолжил Кэлрон.

– Как это?

– Например, у Вас могут возникнуть воспоминания о событиях которые еще не происходили.

– То есть, я увижу будущее? – Удивился Федоров.

– Возможно. – Подтвердил Кэлрон. – Но только не рассчитывайте выиграть в лотерею увидев правильную комбинацию.

– А что ж так? Было бы не плохо. – Сказал Хан.

– Видите ли. Если вы угадаете правильную комбинацию, то струна вам это покажет. Вернее, не так. Вы бы и так выиграли. Струна может показать только то, что точно произойдет.

– Что то я не понял. – Сказал Капитан. – То есть если мне суждено выиграть, струна мне покажет выигрыш? Хотите сказать, что судьба существует?

– Мы еще слишком мало понимаем в таких фундаментальных вещах как время. Так, например раньше считалось, что скорость света есть величина постоянная и неизменная. Но ведь возможно, что в соседней галактике это совсем не так. А значит и теория времени может оказаться не столь уж верной. – Проговорил Кэлрон.

– От Ваших объяснений понятнее не становится.

– Я понимаю. – Тоскливо сказал Кэлрон. – И вряд ли смогу объяснить лучше.

– Значит ожидаем странностей и стараемся не удивляться? – Предположил капитан. Кэлрон кивнул.

Следующие трое суток экипаж израненного корабля наблюдал приближение космической струны через все доступные приборы наблюдения. Чем ближе она становилась, тем грандиознее выглядела. Когда корабль подошел на заданное Кэлроном расстояние струна занимала все обзорные экраны.

– Вот это махина. – Выдохнул Хан.

– Что теперь? – Спросил капитан.

– Самое ответственное. Нужно пройти через метеоритный поток. – Ответил Кэлрон.

Он положил руки на панель управления и вновь, как в прошлый раз закрыл глаза уподобляясь пианисту.

– Приготовьтесь. – Сказал он не открывая глаз.

Старпом быстро пристегнулся к креслу. Капитан помимо обычного приготовления теперь заботился еще об одном жителе собственного скафандра. Котенок по началу доставлял много неудобства, царапался и лез повсюду. Его шерсть летала внутри скафандра и один раз уже забила фильтры. Но капитан отчаянно решил не бросать его. Котенка приходилось кормить и поить, для чего каждый раз требовалась разгерметизация. Федоров поправил ремень, проследив, что бы пушистый комочек даже случайно не попал под него, и доложил о готовности.

Кэлрон не обернулся. Вся его фигура словно налилась решительностью. Его руки задвигались с невероятной скоростью. Корабль совершил несколько рывков и уровняв скорость с одним из метеоритных потоков начал движение к струне. Строки данных двигались по экрану системы мониторинга с не позволявшей ничего прочесть скоростью. Весь корабль начал мелко дрожать. На экранах было видно, как множество метеоритов словно взбесившись бросались навстречу кораблю и Кэлрон бросал судно из стороны в сторону уходя от столкновений. В определенный момент плотность летящих на встречу метеоритов возросла до такой степени, что изображения с внешних камер больше напоминало снежную метель.

В один момент корабль задрожал еще сильнее, когда внезапно экраны моргнули и все стихло. Вместо изображения метеоритного потока снаружи клубилось серо-коричневое нечто, словно корабль окунули в огромную чашку с грязным бензином.

Кэлрон медленно опустил руки.

– Мы на струне. – Проговорил он. Голос звучал глухо и будто издалека.

– Черт возьми, Кэлрон. Судя по тому, что я увидел Вам это не впервой? – Восхитился капитан.

– Отнюдь. Как раз таки я проделываю это впервые. Но вот мой прадед занимался таким регулярно. – Скромно сказал Кэлрон.

Капитан не стал допытываться. Он завороженно смотрел на обзорные экраны. Изображение на них чем-то напоминало вид открывающийся во время скольжения корабля по гипертрассе, и вместе с тем было не похоже ни на что ранее увиденное.

– Как мы поймем где находимся? – Спросил капитан.

– Струна идет известным маршрутом. Не на долго вынырнем, но это будет не раньше, чем через двое суток. – Ответил Кэлрон.

– Я так понимаю струна не ведет к Земле. – Проговорил Хан. – По крайней мере не настолько близко. Что будет через двое суток?

– Давайте вначале пройдем этот путь. – Заявил Кэлрон.

Капитан и Хан ушли спать, а Кэлрон остался на первую смену. Через восемь часов Федоров появился.

– Я пришел Вас сменить. – Сказал он. – Но Вам нужно объяснить мне что делать.

– В целом, ничего. – Устало сказал Кэлрон. – Я настроил систему на выполнение не сложных действий. Теперь корабль сам идет на струне, нужно только присутствие кого то из нас на всякий случай. Будите меня, как только захотите или посчитаете нужным.

Сказав это, он собирался уйти, но капитан заговорил.

– Знаете, Кэлрон. Я сейчас проснулся со странным воспоминанием. Я помню, как мы прилетели на землю. Нас встречали спасатели, огромная толпа прессы и прочих зевак. Там была моя дочь. – Он задумчиво помолчал. – В моем воспоминании мы искали Вас, но так и не смогли найти.

– Думаю это хороший знак, капитан. – Улыбнулся Кэлрон и ушел.

Капитан хмыкнул, глядя ему в след. Убедившись, что он ушел, Федоров проделал на панели управления несколько манипуляций. Он вызвал меню и на экране появились карточки личных дел членов экипажа. Несколько секунд Федоров вглядывался в надпись под изображением Кэлрона.

«Второй пилот. Кэлрон.»

Капитан задумался. В его воспоминании было и еще кое-что. Он сидел на стуле в небольшой комнате. На стоящем перед ним столом было несколько папок с пластиковой бумагой. Распечатки с показателями систем его корабля и что-то еще не столь запомнившееся. Человек сидевший напротив него говорил, что никаких следов присутствия загадочного попутчика они не нашли. Ни в системах корабля ни где бы то ни было не было и намека на еще одного члена экипажа. Вот только в другом воспоминании уже другие люди показывали ему изображение Кэлрона. Другая прическа, цвет глаз и выглядел он слегка постарше, но это был он.

Капитан пристегнулся к креслу. Задумываться о таких вещах было страшновато. Он помнит то, чего еще не было.

Его смена проходила спокойно и когда должен был заступать Хан, Кэлрон пришел вместе с ним. Ему он так же провел небольшой инструктаж.

– Какая у нас скорость? – Спросил Хан.

– Невозможно узнать. – Проговорил капитан.

– Но по моим ощущениям не меньше двух гиперузлов. – Сказал Кэлрон.

– Как это, по ощущениям? – Удивился капитан.

Кэлрон пожал плечами.

– Получается мы могли бы пройти сорок световых за двадцать суток. – Вслух посчитал Хан.

– Скорость на струне не равномерна. Можно и быстрее, но струна уйдет в сторону, а мы пойдем дальше. – Ответил Кэлрон.

– А что там, дальше? – Спросил капитан.

Кэлрон выдохнул, но на этот раз не стал скрывать. Он снова достал свой планшет и развернул карту.

– Вот здесь, – Он указал пальцем. – Кротовая нора. Она искусственная. Одна из первых. Ее специально пробивали к струне. Ей давно не пользовались, но срок ее жизни может исчисляться миллионами лет, так что должно сработать.

Федоров и Хан уже ничему не удивлялись.

Еще через сутки пути Кэлрон созвал всех и посоветовал пристегнуться, ведь они будут сходить со струны.

– Это пробный выход. – Объяснил он. – Мы не далеко от нужного места. Но шли чуть быстрее чем я рассчитывал, а значит и сходить будем немного раньше.

На этот раз Кэлрон не закрывал глаза и сразу приступил к управлению кораблем. По внешним экранам было не понятно, они показывали одну и ту же муть. И только по навалившейся тяжести капитан и старпом смогли проследить момент начала движения. Корабль вздрогнул, и внешняя муть начала рассеиваться.

Вновь на экранах закружила метеоритная метель. Но на этот раз корабль не швыряло из стороны в сторону. Кэлрон будто простроив маршрут заранее, аккуратно и точно прокладывал путь меж мечущихся в безмолвной ярости космических камней. С каждой пройденной минутой плотность метеоритного потока падала и вскоре истерзанный корабль выскочил в открытое пространство.

Кэлрон отвел корабль от струны и заявил, что вновь отправляется за борт. Удивляться его предложениям и идеям никто уже не стал. Он вернулся спустя час и развернул карту.

– Мы здесь. – Указал он пальцем. – Идем в нужном направлении. Однако наша скорость выше расчетной. Причем существенно. Мы идем выше световой. А вот что бы пройти в червоточину скорость должна быть меньше световой.

– Не понял. – Поморщился капитан. – Что это значит?

– До кротовой норы совсем близко. – Кэлрон сел в кресло и начал вводить команды. – Нужно тормозить. Если мы подойдем к ней на скорости выше световой, то пройдем ее насквозь. Она нас не впустит.

– Почему? – Удивился капитан.

– Это связано с физикой процесса пробоя пространства. Как проехать на наземном транспорте по плохой дороге. Если скорость будет достаточно велика, можно перелететь яму. Это не полноценная аналогия, подходит только для понимания сути. А суть в том, что скорость должна быть ниже. – Проговорил Кэлрон и рубанул рукой по панели управления.

Сидевших в кресле и заблаговременно пристегнувшихся людей бросило вперед, но ремни удержали.

– Сколько нам до червоточины? – Тяжело просипел капитан.

– Пятнадцать минут. – Ответил таким же сдавленным голосом Кэлрон. – Мы действительно близко.

Через десть минут стало понятно, что затормозить они не успеют. Кэлрон хмурился и производил немыслимое количество манипуляций. Корабль то и дело вздрагивал, корпус вибрировал, а на панели мониторинга высвечивались надписи о перегреве двигателей.

Не большую, по космическим меркам, червоточину было отчетливо видно. Она была уже очень близко, когда Кэлрон выдохнул и опустил руки. Корабль словно нырнул в стоящее вертикально озеро, пронзив зеркальный шар червоточины насквозь.

– Не успели. – Грустно проговорил Кэлрон. Он проделал несколько манипуляций и дрожание корабля прекратилось.

На экранах было видно, как червоточина медленно удаляется, становясь все меньше.

– Мы идем в сторону Солнечной системы. – Проговорил Кэлрон.

– Замечательно. – Вымолвил Хан. – Всего то через три десятка лет будем дома.

– Остается всем лечь в заморозку. Тогда долетим. – Проговорил Капитан.

– Не думаю, что это хорошая идея. – Заговорил Кэлрон. – Из заморозки не выйти без посторонней помощи. А направление я знаю только примерное. Промахнемся на пару световых месяцев никто и не узнает. Так и останемся болтаться в открытом космосе.

– Что будем делать? – Капитан и Старпом смотрели на Кэлрона.

Кэлрон внимательно посмотрел на обоих, достал планшет. В несколько движений он изменил масштаб.

– Здесь. – Он ткнул пальцем в какую-то точку. – Это черная дыра.

– Думаете мы уже не спасемся? – Проговорил Хан. – Нырнем в черную дыру и дело с концом.

– Рассмотрим такой вариант позже. – Серьезно ответил Кэлрон. – При нашей скорости дойдем до нее за трое суток. Используем ее для разворота. Весь путь обратно потратим на плавное торможение. Это почти на неделю быстрее, чем если начать тормозить прямо сейчас, а после возвращаться своим ходом.

– Тогда вперед. – Проговорил капитан.

За следующие трое суток Кэлрон еще дважды выходил в космос сверяясь с направлением, и они достигли дыры без происшествий.

Кэлрон приступил к управлению кораблем, направляя его на сближение с черной дырой по касательной траектории. Остальные уже привычно вжались в кресла. Капитан с улыбкой подумал, что уж как-то очень сильно он отстранился от управления кораблем, но начавшаяся тряска быстро выбила из головы лишние мысли.

Вокруг все трещало и корабль едва ли не разрывало на куски. Действие разнонаправленных гравитационных потоков пытались изодрать изувеченный корабль. Их вдавило в кресла с такой силой что ни капитан, ни Хан не могли вздохнуть. Внезапно корабль вздрогнул, дернулся в сторону и его закружило.

– Плохо. – Выдохнул Кэлрон.

Ему долго никто не отвечал, потом капитан смог отдышаться.

– Что случилось? – Спросил он.

– Мы на что-то налетели. Двигатели повредило. Ни один не отвечает на запросы. – Ответил Кэлрон.

Он, не переставая терзал панель управления и на экране высвечивались красные строчки. Корабль сообщал о невозможности запустить двигатели, но Кэлрон не унимался. Через какое-то время, когда экран окончательно заполнился тревожными сообщениями, он все же убрал руки от панели.

– Можно выразиться очень банально. – Бесцветным голосом заговорил Кэлрон. – Есть хорошая и плохая новость. С какой начнем?

– Ого. – Устало протянул капитан. – У нас имеется хорошая новость? Прямо-таки праздник. Ну давайте Кэлрон, порадуйте нас.

– Мы развернулись и на полном ходу летим к червоточине. Скорость, думаю, даже повыше чем была. Через двое суток будем на месте. – Ответил Кэлрон.

– А плохая в том, что двигатели не работают? – Уточнил капитан.

– Да. Затормозить мы не можем.

Капитан тяжело выдохнул.