После ВАУ

Модернизация и оптимизация медицины ежегодно даёт свои результаты. Тесные и неуютные стационары остались в прошлом. Новые больницы перестали строить, а уцелевшие в годы ВАУ были переделаны в общежития или заброшены. Пациенту больше не нужно бегать по разным специалистам поликлиник – их перестали строить на следующем этапе оптимизации медицины после прекращения деятельности стационаров. Позже отдельные специализации врачей были также упразднены. Остались лишь участковые убер-врачи детского и взрослого возраста. Эти великолепно обученные передовым достижениям медицинской науки, духовно-нравственно подготовленные по скрепам постатомного православия, оснащенные инновационными технологиями и имеющие широкий круг полномочий профессионалы стоят на страже общественного здоровья!..

Новая Москва.

167 год от окончания ВАУ.

День профилактики

Доктор Ро – убер-врач детского возраста проснулся по привычке в 5:55 за 5 минут до звонка будильника. Кровать была ещё тёплая – очередная студентка, которая напрашивалась к Ро в ординаторы, уже упорхнула на лекции. В спальне было душно – снова забились фильтры радиоактивной пыли на окнах.

Ро сел на край кровати, выключил будильник за две минуты до сигнала, слегка размял шею, сделал пару поворотов туловища в стороны. Он прошёл из спальни в гостиную, где по утрам делал зарядку под бурчание телевизора. Телеканал Трен-ТВ, как обычно, вещал жутковатые истории:

–Боги древнего мира – кто это? – зловеще говорил ведущий, – Выдумка наших предков? Или древняя раса инопланетян, называемых рептилоидами? Смотрите далее в нашей программе…

Разминка, упражнения с гирей по служившему доктору памяткой старинному плакату, несколько минут непрерывного избиения мешка с песком. Душ. Доктор Ро редко завтракал – не стал есть и сегодня, ограничившись большой чашкой искусственного кофе.

В 7:00 раздался сигнал видеосвязи. Допивая кофе, Ро переключил связь на расположенный на стене кухни телевизор. На экране появилось бледное худощавое лицо юной брюнетки – оператора департамента здравоохранения Новой Москвы.

–Доброе утро, доктор! Передаю статистику на утро. На вашем участке 13 за прошедшие сутки зарегистрировано 12 летальных случаев: 3 детей съедено уличными собаками, 1 убийство, 1 смерть от хронической лучевой болезни, 4 несчастных случаев и 3 смерти от вируса Ки-138. С полуночи на вашем участке зарегистрировано 286 вызовов. Высылаю подробную информацию на ваш сервер…

Доктор Ро, рассматривая на дне чашки остатки кофе, спокойном голосом перебил оператора.

–У меня сегодня день профилактики. Проверьте заявки.

Оператор замолчала, застучала пальцами по клавиатуре. Через несколько секунд она вновь обратилась к Ро:

–Да, всё верно. Тогда удачного дня, доктор! – девушка кивнула и отключилась.

Ро медленно вздохнул, поставил чашку на стол и пошёл собираться на работу. Он прошёл в переходный отсек квартиры. Здесь располагалась стойка обслуживания его формы. Доктор глянул на себя в зеркало: в отражении на него смотрел крепко сложенный мужчина среднего роста с коротко стриженными чёрными волосами, светло-карими глазами и носом, ноздри которого порой выражено раздувались, когда Ро испытывал гнев.

–За работу, – сказал он сам себе.

Форма размещалась на специальной стойке, упрощавшей её хранение и обслуживание. Лёгкий экзоскелет чёрного цвета был выполнен в стиле одежды врачей давно забытой эпохи, когда люди ещё не знали ядерного оружия и ужасов ВАУ, а самой страшной бедой была уносящая сотни жизней в день чума. Сапоги с металлической чашей поверх мыска без разделения переходили в брюки, а выше в каркас туловища с рукавами, оканчивавшихся перчатками. Ро развернул форму спиной к себе и забрался в специальный люк. Когда завершилась проверка на соответствие ДНК хозяина, включилась система экзоскелета. Он сошел со стойки формы, посгибал руки и ноги, проверяя подвижность соединений. Затем доктор подошёл к стеллажу, где покоился его шлем, очертаниями напоминавший голову красноглазой птицы в шляпе. Как только Ро опустил шлем на голову, его края герметично соединились с воротником, внутри заработали системы компьютера, очистки воздуха и другие. Завершающим этапом облачения в форму врача стало крепление к плечам защитно-маскировочного плаща, доходящего Ро до колен. Ро снова посмотрел на себя в зеркало: из-под полей чёрной шляпы на него глядели два тёмно-красных глаза треугольной формы. На левом предплечье размещался терминал компьютера экзоскелета. На правом бедре располагалась кобура с инъектором. На поясе было много мелких карманов с различными инструментами.

Лёгким движением доктор Ро взял со стойки толстый металлический посох такого же чёрного цвета, как и форма, и направился к наружной двери переходного отсека квартиры.

Ро спустился на провонявшем лифте с мигающей лампой в подземный гараж, где среди большеколёсных и гусеничных машин его ожидал транспорт убер-врача. Вороненый кибер-конь – транспорт, способный пройти в любых условиях пережившего ВАУ мира. Его корпус из композитных материалов почти не имел видимых стыков, хотя в своём туловище это чудо техники несло всё необходимое убер-врачу для работы: мини-лабораторию, рентгеновскую и ультразвуковую установку, стерилизатор инструментария, фарм-комбайн для производства некоторых лекарств и вакцин, различные инструменты и много чего ещё. Красные глаза коня вспыхнули при приближении своего хозяина. Ро погладил транспорт по шее – тот бодро фыркнул, словно живой, после чего доктор легко запрыгнул в седло. Плавно переходя в галоп, доктор Ро направился в нужный ему сектор участка 13.

На одной из многочисленных дворовых помоек три мальчика и две девочки играли прятки.

–Сейчас ты водишь!

–Нет, ты! – спорили дети.

Вдруг их внимание привлекла мелодия из популярной телерекламы игрушек, доносившаяся из-за ближайшей горы мусора. Дети прислушались.

–Пойдём посмотрим? – предложил темноволосый чумазый мальчик остальным.

–Как-то это странно, – настороженно ответила одна из девочек с двумя косичками до середины спины, – Я лучше домой пойду. Мало ли что там.

–Да ну тебя, трусиха, – стал храбриться самый щуплый в их компании мальчуган, – Пойдём глянем.

Оставшись вчетвером, они подошли к горе мусора. Щуплый храбрец, безуспешно стараясь не шуметь, влез на гору, а остальные выглянули из-за неё в поисках источника звука. На относительно чистом участке помойки танцевал игрушечный робот под издаваемую им же мелодию.

–Серый! Толстый! – обратился с вершины к своим приятелям щуплый храбрец, – Сходите посмотрите ближе. Танька, ты стой там!

Двое мальчиков внизу переглянулись. Тот, который имел округлые щёки, за что его и звали Толстым, подзадорил другого:

–Кто первый, того и робот!

Они сорвались с места к танцующей игрушке! Когда мальчишки были в двух метрах от заветного приза, ближайшая к ним куча мусора зашевелилась: из неё встал в полный рост человек в чёрном костюме с плащом, шлемом-маской в виде красноглазой головы птицы в шляпе. В левой руке у него был толстый чёрный посох, а в правой пистолет необычной формы. Мальчишки не заметили появление незнакомца. Тот вскинул пистолет и произвёл два почти бесшумных выстрела. Мальчики остановились, потянулись руками к ягодицам, пытаясь понять, что их сейчас кольнуло. Хотя куда больше их заботило то, что игрушка-робот оказалась голограммой и таяла на глазах.

Девочка, оставшаяся у края горы мусора, завизжала. Человек в чёрном резко развернулся в её сторону. Сверкнул красный отблеск в глазах шлема-птицы. Вскинут пистолет, тихий выстрел – что-то впилось ей в ногу! Опустив глаза, девочка увидела дротик около двух сантиметров в длину, торчавший у неё из бедра.

Вдруг сверху заорал щуплый храбрец:

–Это доктор! Доктор! Ребзя! Бегите!

Доктор Ро вскинул инъектор на звук, но мальчуган уже скатился с противоположной стороны горы мусора, избежав вакцинации против вируса Ки-138.

–Гадёныш! – выругался Ро в шлем и побежал за ребёнком прямо через гору мусора. С вершины он попытался достать убегающего короткими очередями дротиков, но в последний момент мальчишка успел нырнуть за очередную гору мусора. Доктор Ро выругался ещё менее цензурно, чувствуя, как раздуваются его ноздри в этот момент, и побежал к ближайшим, частично развалившимся домам, куда по расчётам мог побежать маленький пациент. Выбежав с территории помойки, он увидел мальчика, бегущего через небольшой пустырь в ближайший подъезд. Доктор встал на колено, положив посох себе на бедро, и попытался прицелится. Вдруг сигнальная система шлема издала противный звук – Ро тут же сделал кувырок назад, откатываясь обратно за горы мусора, не забыв при этом свой посох. По земле там, где он был за секунду до этого, прошла автоматная очередь.

Из-за обвалившейся стены второго этажа того дома, куда убежал мальчик, раздался противный женский крик:

–Что здесь делает докторишка? Да ещё и детский?

Ро убрал инъектор в кобуру и через мини-компьютер на левом предплечье активировал динамики экзоскелета:

–Вы мешаете проведению вакцинации детского населения от вируса Ки-138. Это очень опасное инфекционное заболевание, вспышка которого зафиксирована…

Он не договорил. В сторону горы мусора, служившую доктору укрытием, прогремела ещё одна автоматная очередь, за которой вновь последовал истеричный крик:

–Да пошёл ты! Это выдумка! От ваших прививок одни болезни!

Ро попытался наладить контакт с женщиной:

–Коронавирус Ки-138 убивает 9 из 10 заболевших. А выжившие позавидуют мёртвым! Осложнения вируса уродуют человека… Неужели вы хотите этого своим детям?

Женщина тут же завопила:

–У меня нет детей! Но я не дам прививать ни одного в этом районе! Ты дурой-то меня не считай! Я кой-чо читала! А вот тебя я изуродую сама!

Сказав это, женщина мерзко захохотала. Доктор Ро включил миниатюрные камеры на посохе и выставил его из своего укрытия в качестве перископа. Он увидел, как женщина в грязно-коричневом плаще аккуратно спрыгнула с полуразрушенного оконного проёма второго этажа. Высота была небольшая, поэтому такой фортель дался ей довольно легко. В руках, вместо автомата, она уже держала револьверный компактный гранатомёт. Хохоча, она заорала:

–Держись, врачишка…

–Твою мать! – выругался доктор.

Не теряя времени даром, Ро сорвался в бег. Увидев, с какой скоростью может бежать врач в экзоскелете, женщина подбежала к стене дома, где был присыпанный всяким мусором подвальный люк, пнула в какой-то кирпич – люк распахнулся и из него выкатился трёхколёсный мотоцикл. Стараясь не выпускать убегающего из виду, женщина прикрепила гранатомёт к специальной опоре на руле, запрыгнула в седло и сорвалась в погоню!

Доктор петлял, уходя в практически заброшенный участок города, чем сильно раздражал свою преследовательницу. Она понимала, что там, куда стремился докторишка, настолько пересечённая местность, что она не сможет преследовать его на мотоцикле. Пару раз она пыталась стрелять, но врач ловко уходил от гранат кувырками, быстро вскакивал и продолжал бегство.

–Я достану тебя! Твою башку в шлеме повесим на входе во двор! Чтобы больше сюда не совались! – орала она ему вслед.

Живучий докторишка меж тем нырнул в какую-то узкую подворотню, а преследовавшая его антивакцинаторша не вписалась в поворот – мотоцикл перевернулся, а она удачно сгруппировалась кувырком и скатилась по ухабам. Поднявшись с земли и сплюнув кровь, женщина подошла к перевернувшемуся мотоциклу, сняла с него гранатомёт и вытащила из чехла на боку байка помповый обрез.

–Скотина, – злобно сказала она, – Я найду тебя.

Закинув гранатомёт за спину, она взяла обрез в обе руки и осторожно пошла среди старых заброшенных, обвалившихся домов, которые пропитались радиоактивной пылью, став непригодными для жилья.

–Ты не сможешь здесь вечно прятаться. Ты – лишь дичь на охоте. Врачам не положено носить оружие, – тихо рассуждала она. Вдруг она увидела край чёрного плаща, лежащий на земле из-за ближайшего угла здания.

–Вот ты! – от кровожадного возбуждения антивакцинаторша даже слегка задрожала всем телом. Крадучись, прижимаясь спиной к стене, она подошла к углу, из-за которого виднелся плащ. Собравшись, сделав два-три вдох-выдоха, она выскочила из-за угла и сделала три громких выстрела. Но ажиотаж быстро отпустил её. Кроме брошенного на камни плаща, за углом ничего не было. Женщина стала крутиться во все стороны, опасаясь ловушки.

–Где ты?! Где ты, скотина?! – заорала она, стоя спиной к дому.

Голос откуда-то сверху заставил её обернуться:

–Прямо здесь!

Последнее, что она увидела перед потерей сознания, был летящий лоб толстый металлический посох.

Антивакцинаторша пришла в себя, чувствуя сильную головную боль. Не открывая глаз, попыталась потрогать гудящий лоб, но не смогла. Открыв глаза, она обнаружила, что сидит посреди пустыря, привязанная к проржавевшему корпусу какой-то машины. Женщина завопила:

–Где ты? Где ты, сволочь?!

Слева раздался голос:

–Я здесь.

Она повернулась на звук. В разрушенном оконном проёме третьего этажа ближайшего дома стоял доктор. Плащ снова был при нём. В левой руке толстый чёрный посох. Правой он держал её револьверный гранатомёт у себя на плече.

–Что ты делаешь? Что ты делаешь, гад? Ты не можешь мне навредить! Ты Гиппократу давал, урод!

Доктор Ро говорил спокойным и размеренным голосом, но динамики его формы были включены на полную громкость, что сильно било женщине по ушам.

–Раз в месяц каждый убер-врач должен проводить профилактику у себя на участке. Профилактика есть система мероприятий направленная на устранение опасных факторов возникновения заболеваний и травм.

Женщина услышала справа рычание. Обернувшись, она увидела двух облезлых собак. Животные смотрели на неё голодными глазами, у одного пса с жёлтых клыков уже капала слюна.

–А-а-а-а! – заорала она, – Спаси меня! Ты ж врач! Ты должен спасть!

Впереди показалась ещё одна не менее жуткого вида псина. Собаки прибывали на вопли женщины со всех сторон. Доктор Ро, видя, что мощности его динамиков хватило для привлечения стаи собак-людоедов, значительно убавил громкость.

–Я – убер-врач детского возраста, – Ро выделил интонацией слово “детского”, – Ты – не мой пациент, женщина-антивакцинаторша. Ты – беда моих пациентов, фактор развития болезней, как и эта стая собак.

Женщина попыталась крикнуть на него:

–Су-у!.. – но вожак стаи кинулся к ней и вцепился в лицо. Затем и другие собаки кинулись к добыче.

Доктор Ро несколько секунд смотрел, как стая кружит в центре пустыря, разрывая на части очередную жертву. Затем он поставил свой посох к стене, взял револьверный гранатомёт в обе руки и выстрелил в центр стаи. Далее с постоянным темпом Ро выпустил по стае весь барабан. После последнего выстрела, он бросил гранатомёт на пол и пошёл к пустырю, вызывая при этом на свой маячок кибер-коня. Посохом доктор добил выживших собак. Потом он подошёл к коню, запрыгнул в седло и приказал:

–Дезинфекция!

Из ноздрей коня полились струи пламени, сжигающие останки собак и антивакцинаторши в пепел. Обработав огнём весь пустырь, доктор Ро отправился домой.

Столь эффективного дня профилактики по его собственным оценкам у него не было уже полгода.

Отравление

Дождь лил как из ведра. Крупные капли колотили по крышам и окнам домов. Воздух сквозил холодом и сыростью, но был приятно чистым. После атомных войн пылевые бури стали ужасающим бедствием, приносящим с загрязнённых земель радиоактивные изотопы, убивающие мучительной лучевой болезнью любого, кто окажется без защиты респиратора или подходящего укрытия.

Кибер-конь доктора Ро чеканил неспешный шаг по безлюдной улице без конкретного направления.

С модернизацией медицины большая часть помощи населению стала оказываться консультативно операторами департамента здравоохранения. Однако, каждую консультацию оператор департамента обязан закончить фразой “Доктор постарается навестить вас!” и передать информацию на сервер участкового убер-врача. Учитывая размеры участков, почти равные по площади уничтоженной в годы атомных войн Старой Москве, убер-врачам разрешили самим выбирать, какие вызовы посетить за день. Минимально каждый доктор обязан был охватить минимум 5% обращений за предыдущие сутки при отсутствии непредвиденных обстоятельств, а сверх этого – на личное усмотрение врача.

Доктор Ро листал на портативном компьютере информацию о 427 обращениях с его участка 13 и не мог удержаться от комментариев вслух:

–Двенадцатый день болезни, не лечили, обратились в два часа ночи… Ублюдки. Отец ребёнка не нашёл собутыльника и влил стакан водки в 4-летнего сына, после чего у того началась частая рвота… Проклятое быдло. Мать полгода лечила головную боль у 10-летней дочери постановкой пиявок на область ануса, но вчера решила проконсультироваться с медиками… Где только эта гнида пиявок нашла в наши дни? Оу-у…

Одно из обращений за помощью зацепило его внимание:

–Ребёнок 6 лет, три дня кашель и насморк. Мать лечила ребёнка ранее проверенным, с её слов, лекарством. Обратилась за помощью, когда увидела, что ребёнок принял очень высокую дозу препарата. Названное лекарство в базе данных отсутствует. По телекоммуникатору даны рекомендации по технике промывания желудка и несколько общих советов. Интересно.

Ро приложил левую ладонь к гриве коня и передал через инфракрасный порт данные адреса нового вызова. Конь на секунду остановился, поводил головой из стороны в сторону, составляя варианты маршрута, затем радостно заржал и пошёл рысью, постепенно переходя в галоп.

Дом, куда доктор Ро прибыл на вызов, был вполне типичным. Пятнадцать этажей. Часть окон выбито или заколочено чем попало. Один подъезд и вовсе заброшен целиком, а через его стену от козырька до крыши пролегала глубокая трещина. Вероятно, как и во всей остальной Новой Москве, здесь мизерные взносы на капитальный ремонт пока ещё не позволяли хоть как-то восстановить здание. Дворы-помойки окружали дом. Кое-где стояли больше-колёсные или гусеничные машины. Под домом был подземный гараж: въезд в него был у первого подъезда. Однако, в большей части города цокольные помещения сильно затапливало во время дождей, поэтому многие хранили свой транспорт на улице в такую погоду.

Двери в населённые подъезды были массивными, а панель домофона закрывала дополнительная броневая пластина. Доктор Ро воспользовался универсальным цифровым ключом, позволяющем врачу входить в любой дом. Он поднялся на восьмой этаж по лестнице. Лифту Ро доверял лишь в своём доме. Да и с экзоскелетом его формы это была легкая задача.

Обычная дверь из легированной стали, электронный глазок. Ро нажал на кнопку у объектива камеры. Подозрительный женский голос в динамике спросил:

–Вы кто?

Доктор спокойно ответил обыденной для него фразой:

–Врача вызывали? Я ваш участковый убер-врач детского возраста. Можете проверить экспресс-запросом в департаменте здравоохранения Новой Москвы.

–Минуточку.

Доктор Ро стоял и спокойно ждал. Он не считал такие моменты напрасной тратой времени. Наоборот: он ценил сознательность родителей своих пациентов. Много кто в эти дни ходил по улицам. Порой некоторые мошенники притворялись врачами. Сейчас женщина позвонит в департамент, где ей сообщат, что доктор взял её вызов и сейчас находится у дверей. Это было правильно и во благо его пациентов, а, значит, устраивало и Ро.

Через некоторое время дверь чуть-чуть приоткрылась. В появившемся просвете появилось маленькое лицо светловолосой женщины. Её серые глаза с удивлением и любопытством смотрели на доктора.

–Простите, – сказала она с лёгким смущением, – с детства не видела приходящих на дом врачей.

Доктор Ро с молчаливым пониманием кивнул. Повисло неловкое молчание.

–Вы Гену посмотреть пришли?

Ро снова кивнул.

–Ой! Проходите же! – женщина широко распахнула дверь, приглашая доктора войти.

Ро прошёл в переходный отсек. Данная часть квартиры была обустроена бедно: две вешалки для одежды, рядом простенькая установка для очистки от пыли, вместо внутренней двери – несколько слоёв плотного полиэтилена от потолка до пола.

–Где ребёнок? – спросил доктор.

–Здесь-здесь. Проходите! Гена! К тебе врач пришёл! Быстро умываться и в свою комнату!

Из кухни мимо доктора пробежал мальчишка, который едва не врезался в дверь в ванную из-за того, что на бегу разглядывал врача. Быстро умывшись, ребёнок сиганул в ближайшую к ванной комнату.

Неспешным шагом доктор Ро проследовал в детскую. Комната мальчика была вполне типичной для детей Новой Москвы эпохи после ВАУ: выцветшие обои, старенькая кровать, письменный стол весь в царапинах, облезлый стул на колёсах – явно не детский, вещевой шкаф с покосившейся дверкой, куча разбросанных игрушек со следами многократно проводимого ремонта, на стене тихо работал дешёвый маленький телевизор. Телеканал Трен-ТВ вещал что-то о лунных базах нацистов.

Мальчик с серыми, как и у его матери, глазами сидел на кровати и, затаив дыхание, рассматривал возвышающегося над ним врача. Бездонно чёрный цвет костюма затягивал взгляд. Плащ придавал таинственность. Мощный посох в левой руке намекал на силу доктора. Но больше всего будоражили красные глаза шлема в виде головы птицы в шляпе: они одновременно вызывали страх и любопытство у маленького мальчика.

Вдруг доктор наклонился ближе, чуть склонил голову набок, напоминая заинтересовавшегося чем-то гигантского ворона:

–Как ты, малыш? Болит что-нибудь?

Гена быстро замотал головой.

–Давай ка мы на тебя посмотрим, – сказал доктор, – Так, мама садитесь и рассказывайте. Как началось заболевание?

Доктор Ро пальцем указал на место рядом с мальчиком, а сам придвинул стул и сел напротив них.

Большинство врачей новой эпохи полагалось на технику. Анамнез со слов пациента заменили данные от операторов департамента, а осмотр – работа с переносными анализаторами крови и другими инструментами. К счастью, стандартов в лечении после ВАУ не осталось, поэтому каждый врач работал так, как считал правильным в рамках своих знаний и общих рекомендаций от департамента. Доктор Ро полагался на старинные методы: тщательный сбор истории болезни, осмотр, ощупывание, выстукивание, выслушивание, а потом уже использование своих анализаторов.

Женщина, севшая на кровать рядом со своим сыном, несколько секунд нерешительно молчала, подбирая слова:

–Три-четыря дня назад у Гены начался насморк, немного горло болело. На следующий день поднялась температура, но не большая: 37,7 градусов максимум.

Она замолчала. Доктор решил помочь ей собраться с мыслями дополнительными вопросами:

–Что-нибудь ещё беспокоило или беспокоит сейчас? Кашель, одышка, сыпь, рвота, диарея, частые или наоборот редкие мочеиспускания?

–Нет-нет, – замотала она головой, – только это.

–И вы начали чем-то лечить? – подводя к причине обращения, повёл диалог Ро.

–Да-да, – закивала мать, – Он же не первый раз болеет. Я помню, как меня когда-то в детстве… Ну, когда вы… Ну, то есть, ваши коллеги тех лет чаще бывали у заболевших… В общем, я велела ему регулярно высмаркиваться. Следила, чтобы он много пил воды и синчая – ну знаете? Это такой синтетический чай. Горло по 4-5 раз в день заставляла полоскать с содой…

Она замялась. Доктор напомнил:

–И давали какое-то лекарство?..

Женщина от нервозности стала мять себе пальцы.

–Да… Я боялась, что он заболеет сильнее. Но соседка на днях водила меня… В общем, я давала ему Оцилогрипцинум.

Доктор уточнил:

–Как вы сказали?

–Оцилогрипцинум.

Компьютер доктора сверил название с базами данных фармакологических справочников за последние пятнадцать лет, но такого лекарства не нашёл. Ро продолжил сбор анамнеза: