Бармен из Преисподней

"Сергей, беги! Нечисть совсем взбеленилась и теперь ловит каждого человека, который попадётся им на глаза. Андрея окружили. Я помогаю ему обороняться, но их слишком много. Зомби почти полностью перебиты. Позвони боссу, он поможет. За нас не беспокойся. Если что, я сожгу нас вместе с нападающими. Беги, Сергей! Спасись хотя бы ты!"

Слова послания ещё тлели в воздухе, а я уже нырнул под барную стойку и выхватил оттуда набедренный подсумок, доверху набитый набитый зажигательными патронами. Запасал я это на чёрный день. Жалко, конечно, но этот день был чёрен на столько, что никто бы не заметил как негры уголь воруют. Также взял с собой пару бутылок Молотова, коробок спичек и связку старых осколочныз гранат. Повесив всё это чудо на себя любимого, я пулей вылетел из бара и на всех парах побежал к кладбищу. Бездна, о чём вообще Эвелина думает?! Я после такого послания сто процентов должен выкинуть военный фортель почище Джона Рембо! Я их спасу! Пока не знаю как, но точно спасу!

* * *

– Вас приветствует администрация Тёмного босса! Ваш звонок очень важен для нас! Вам вскоре ответит свободный оператор. Пожалуйста, оставайтесь на линии.

И вот так уже пятый раз! Чёрт, почему начальство всегда пропадает в самый нужный момент?! Такое ощущение, что все «свободные операторы» резко решили попить кофе. Меня уже начинала бесить эта дурацкая мелодия в трубке, которая шла после зацикленного голоса автоответчика, а ведь в теории, она должна успокаивать всякого, кто звонит, чтобы он не волновался и спокойно слушал музыку ожидая, что свободный оператор ему ответит. В конце концов, я просто положил на всю эту ситуацию огроменный ржавый болт и прибавил шагу. Надо было быстро добраться до кладбища, а с телефоном у уха особо не побегаешь. Шут с ними, позже дозвонюсь…

Где-то на этих мыслях я и нарвался на неприятности. Заворачивая за очередной угол кирпичной многоэтажки, я нос к носу столкнулся с минотавром. Огромный, под два с четвертью метра, волосатый, с козлиной бородкой, закрученной в косу, с большими зазубренными рогами, он, видимо, тоже решил поучаствовать в охоте на людей и моё появление, несомненно, было ему только на руку. Рефлексы выживания в Лимбе дали о себе знать, и я резко дал заднего ходу, однако огромная человекоподобная образина с головой быка всё-таки заметила меня и с горластым возгласом «Челове-э-э-э-эк!» ринулась в погоню. Тягаться в скорости с этим плодом неправильной любви тракториста Яши с представителем крупного парнокопытного млекопитающего (о, как выразился!) я не мог, но минотавры по природе своей неповоротливы и тупы, так что в запутанных проулках спальных районов Лимба у меня было преимущество. Помнится, в стародавние времена древней Греции таких же бычков ловили и сажали в лабиринты, а потом вероломно убивали за ненадобностью, поэтому у последующих поколений рогатых выработалась резкая антипатия к Homo Sapiens и запутанным коридорам. Возможно, именно поэтому преследовавший меня монстр жутко злился и выпускал пар из ноздрей, когда пытался меня поймать меж кирпичных стен многоэтажек первого Круга. Может быть, мы бы так и проиграли в прятки до темноты, но я спешил, да и не Тесей я, чтобы с минотаврами играться. Поэтому, подгадав момент, я выскочил на минотавра из-за угла и разрядил оба ствола верного своего обреза ему в морду. Белый фосфор в патронах знал своё дело, и потомок древнегреческих хранителей лабиринтов начал истошно голосить и метаться во все стороны, ломая хрупкие кирпичные стены. Глаза ему выжгло напрочь, да и от лица его мало чего осталось. Мда. И раньше красавчиком не был, а сейчас? Ну да пофиг! И пока в моей голове крутились подобные мысли, мне приходилось уворачиваться и убегать не только от неуправляемого создания, но и от обломков кирпича, сыпавшихся на меня со всех сторон. В какой-то момент минотавр все-таки подцепил меня рогом и я, отправившись в непродолжительный полёт, странным образом шмякнулся ему на загривок.

Ну, я всё равно хотел побыстрее добраться до друзей, а тут скакун сам в седло посадил. Я схватился за рога быкомордого и дал ему шпоры. Странно, но минотавр послушался и с диким мычанием понёс меня вперёд… правда не в ту сторону. Пришлось крутануть его голову, чтобы выбрать правильный маршрут.

Короче, до места битвы я добрался бодрым коровьим галопом. И, кстати, вовремя, ибо друзья мои были в очень большой опасности. Кладбище, а в особенности дерево в центре него, почти взяла в кольцо огромная толпа нечисти! На платформе и у корней были видны многочисленные вспышки, а окружающее пространство было наполнено оружейной пальбой. По всей видимости, Андрей всё ещё держал оборону. Однако его позиции могли быть сломлены в любую минуту.

– Но, Зорька! – прикрикнул я, пришпоривая минотавра, – дави эту злобную гадину! Посторонись, зашибу-у-у-у-у!

Ну а дальше просто картина маслом! Я ворвался в толпу нечисти на всех парах, держа коктейль Молотова как огонь Олимпиады. Молотов улетел в толпу, сопровождаемый моим громогласным выкриком «Бей жидов, спасай товарищей!». За ним последовал ещё один, а следом я разбросал вокруг себя гранаты. От такого количества грохота, огня и визга попавшей под раздачу нечисти минотавр вконец взбеленился. Он начал брыкаться как разъярённый бык на родео, пытаясь скинуть меня с загривка. Наконец он споткнулся о какого-то низкорослого доходягу, и я всё-таки вылетел из седла. До позиций друзей было всего ничего, и я решил пробиваться. Над головой летали пули и мне пришлось двигаться на полусогнутых, прячась за нечистью. Оказалось, что со стороны дерева был стрелковый расчёт, и именно он выпускал смертельные снаряды веерным огнём, скашивая направо и налево вражью силу. Однако у некоторых нападавших тоже оказались самопалы, и они также палили во все стороны, убивая как своих, так и чужих. От перекрёстного огня было сложно двигаться, но армия и жизнь в Лимбе научила меня не переть напролом, как тот самый паровозик из джунглей, который смог. И пусть я был ранен в нескольких местах, потерял половину уха шальной пулей, от боли почти ничего не соображал, а моя одежда превратилась в рваные тряпки, но я медленно и верно продвигался вперёд, вынося всякого, кто вставал на моём пути. Самые ретивые получали от меня зажигательным снарядом в зубы и благополучно отлетали в стороны с раздробленными головами и горящими, как тополиный пух от шальной спички. Эх, как же хорошо горит вся эта нечисть! Наконец стрельба со стороны дерева ненадолго прекратилась и я, сделав стремительный рывок вперёд и споткнувшись о чей-то труп, влетел головой вперёд в самодельную траншею, в которой меня ждали заботливые полуразложившиеся руки подчинённых Андрюхе зомби. Оказалось, не всех их положили и они, хоть и заметно поредели в численности, продолжали держать оборону за

пулемётными точками, коих, судя по доносившемуся почти со всех сторон стрёкоту, было как минимум по одной на каждой стороне света. Там же из окопа я и истратил оставшиеся у меня гранаты, раскидывая их из укрытия, а также расстрелял ещё пару десятков патронов, опустошив свой подсумок чуть больше чем наполовину. Враги явно не ожидали моего яркого и громкого появления. Они нападали неорганизованной толпой, поэтому осколочные гранаты должны были сильно проредить их численность. По всей видимости, так оно и случилось, ибо нечисть начала потихоньку отступать. Наверное, решили перегруппироваться. Это дало мне время забраться на платформу… чтобы чуть не получить огненным шаром по кумполу! Хорошо ещё, что я не полностью залез и смог спрятаться, прижавшись к лестнице.

– Эва, жару твою через колодец, это я! Смотри, куда фаерболы свои кидаешь!

– Сергей?! Какого хрена ты тут делаешь, идиот! Я же велела тебе держаться отсюда подальше!

Эвелина была почти на пределе, это было видно не вооружённым взглядом. Девушка держалась на одних морально-волевых. Лицо осунулось, руки и ноги дрожали, платье было порвано в подоле и ещё в нескольких местах, однако, крик, которым она меня почти оглушила, был так же силён, как и всегда. Затем и Андрюха обернулся, вытирая кровь, стекающую из ушей и тоже высказал всё, что думает о моих умственных способностях. А кровь он стирал, потому что перед ним стоял на треноге крупнокалиберный пулемёт ДШК и верный заместитель Андрея, зомби по имени Йорик (красный шарф был всё ещё на нём), который заправлял в него свежую ленту. Из ствола страшной пушки советских времён валил дымок. И где он только раскопать его смог? И почему на треноге, они же на колёсах были?

– А давайте, мы просто примем тот факт, что я чёртов камикадзе, который не хочет терять своих друзей, и на этом закончим? – Не терпящим возражений тоном сказал я.

Эта моя фраза подействовала на моих друзей, как триггер, со щелчком переключивший мысли обоих, и они, разом выдохнув, обняли меня, а затем, Андрюха посмотрел на моё вооружение, скривился, и указал на открытый оружейный ящик, в котором лежало с пяток знакомой формы автоматов, а сам стал помогать Йорику перезаряжать свою крупнокалиберку.

– Вот, возьми там один автомат, магазины лежат в соседнем ящике, а патроны внизу.

Сначала я было по дурости своей, спутал их с Автоматами Калашникова, но, присмотревшись внимательней, понял, что передо мной

лежат немецкие SturmGewehr 44, впрочем, немного переделанные, по всей видимости, Андрюхой (и когда он только успел?). В отличие от стандартных образцов немецкого оружейного строения конца Великой Отечественной Войны, эти автоматы имели деревянные накладки на передней части ствольной коробки (из-за чего я их с калашами и спутал, по началу), а на ствольной коробке был закреплён оптический прицел. Приставил к плечу, посмотрел в прицел. Удобненько так, со времён службы в армии всё вполне привычно. Только переводчик огня совсем другой.

– Андрюх, а как режим огня переключать?

– А там всё довольно просто. Переводчик огня там торчит, сверху от рукоятки в виде рифлёной кнопульки. Для ведения автоматического огня переводчик передвинь слева направо на букву «D», а для одиночного – справа налево на букву «Е». Увидел, вот и молодец!

– Прицел темноват немного.... А какая кратность?

– Три с половиной. Для этой машинки в самый раз, и очередью стрелять не мешает. А по поводу того, что темноват – не привередничай, когда этот прицел делали, стёкла освещать ещё не умели. Да нормальная машинка, сам пристрелкой занимался, а накладки приделал для того, что бы ладонь ни поджарило.

– Эх, калаш был бы лучше… – с просительными нотками вздохнул я, набивая непривычного вида патроны калибра 7,92х33 миллиметра в магазины.

– Конечно лучше, но я тебе их чего, рожу что ли? Есть на складе несколько АКМ и АКМС, но их использовать – себе дороже, рассыпаться могут так же легко как два пальца…кхм… – тут он запнулся, посмотрел на скривившую носик Эвелину, увлажняющую свои ручки какой-то красноватой жижей, а затем всё-таки добавил: – об асфальт ударить, вот. Эти калаши, как будто сначала весь Вьетнам прошли от первой до последней битвы, а потом их продали за ящик бананов в Африканскую глухомань, где такое понятие, как уход за оружием, считается чуть ли не богохульством.

– Андрюх, а когда ты успел всё это провернуть? И позицию грамотно оборудовал, и зомби у тебя чуть ли не по струнке ходят и оружие это самое? Когда успел то?

– Ну а что, мне всё равно делать было особо нечего, – Андрюха явно ожидал такой вопрос, поэтому пожал плечами и продолжил, – поэтому искал себе занятия, чтобы в четырёх стенах с ума не свихнутся. Занимался рассортировкой всего добра, что на складе есть, потихоньку оружие чистил и переделывал, что бы по удобнее было, ну а затем осознал, что, сколько бы у

меня оружия не было, один я этот склад не удержу, а у меня чуть ли не под боком почти целая зомбо-рота слоняется без дела. Я для них ведь уже давно паханом стал, только вот воевать они ни в какую не хотели. Вот и построил я их. Сначала они кочевряжились, гопники всё же. Однако, после показательной экзекуции над самыми недовольными, моя власть над ними стала абсолютной. Да и сами они поняли, что сильнее стали, а то раньше только пальцы кривить и умели да гоп-стоп устраивать, и не пинал их только ленивый, а сейчас сам посмотри!

И действительно, каждый из зомбаков точно знал, кто что делает и где его место. Вообще, всё было продумано достаточно толково. По каждой из сторон света было расположено по пулемётной точке, состоящей из MG-42 с прикрытием. Двое зомби обслуживали пулемёт, а когда они перезаряжались, ещё двое других, один с СВТ-40 с оптикой, а другой с со Штурмгевером вели прикрывающий огонь. На самой платформе были навалены мешки с песком, защищающие от метательных предметов, а пулемётная точка Андрея была вообще закрыта железным листом.

– И пусть до Спецназа ГРУ им ещё, как до Китая, – продолжал Андрей, – но кое-что уже умеют. По снайперской стрельбе пока проблемы небольшие, но учатся быстро, ничего не скажешь. Так что в ближайшем будущем у меня будет подготовленный отряд почти, что бессмертных головорезов. И пусть говорят они мало, да и мертвечинкой от них тащит неслабо, но зато ответственные, приказы не обсуждают, и делают всё добротно и на совесть.

– А ещё такие пулемёты у тебя есть? – кивнул я в сторону ДШК – Не лучше ли бы установить их вместо немцев?

– Были бы ещё, так бы и сделал! – буркнул Андрей – Один он у меня, да и патронов с тысячу примерно, и половину я уже по супостатам расстрелял.

Он ещё что-то там говорил про скупость боепитания, жадность волшебной способности бункера восполнять запасы всего, что там есть и дискриминацию людей, как меньшинств Лимба, но я его не сильно слушал. Я решил извиниться перед Эвелиной. Да! Именно я! В последний раз наша встреча закончилась не очень хорошо. И пусть это была не моя вина, но, насколько я знаю женскую натуру, проще извиниться было именно мне.

– Эвелина, есть минутка? – спросил я у отдыхающей демонессы.

– Чего тебе? – устало спросила она.

– Я на счёт того случая в баре. Вышла немного непонятная ситуация и я…

– Да спасибо что напомнил. Я хотела бы перед тобой извиниться.

– Э?!

Хьюстон, у нас разрыв шаблона! По истине, меня не перестаёт удивлять моё окружение. Кто бы мог подумать, что Высший демон, считающий всех кроме своей светлости недостойными даже дышать, да ещё и девушка, существо по натуре своей с особыми тараканами в голове и верой в свою невинность в любой ситуации, будет просить у меня прощения. Либо Эва таки сломалась, либо она всё же адекватно соображающая демонесса… либо я умер и это мои предсмертные глюки.

– Я понимаю, что это не твоя вина. – Продолжила Саламандра, – твой поводок запрограммирован на этот подвал и мне не стоило удивляться, что ты там окажешься. А ещё я сожгла там почти всё, что у тебя было, а ведь там, наверное, были важные для тебя вещи. Прости, если сможешь. Если надо, я заплачу за ущерб. Так что ты там хотел?

– Да я вообще-то сам хотел извиниться, – промямлил я ошарашенно, – но, раз всё решилось, тогда ладно. Скажи, а почему ты вообще здесь оказалась?

– После того, как я выбежала из бара, мне больше некуда было пойти. По правде говоря, мне даже жить в Лимбе негде и я ночевала каждый раз на новом месте. Я случайно запомнила дорогу на кладбище и ноги меня сами сюда привели. Андрей меня выслушал и сказал, что это просто недоразумение. Потом я заночевала в одной из комнат бункера, а вот на утро уже началось. Нечисть не поверила, что Андрей является моим слугой и пошли на штурм. Пришлось обороняться, но их было слишком много. А записку мы тебе отправили, чтобы ты смог спастись, а не чтобы ты на всех парах шёл к нам на выручку! Дурак ты! Мы за тебя беспокоились, а он в самое пекло лезет! Идиот! Безмозглый человечишка! Оболтус! Да если бы с тобой что-нибудь случилось я бы…

– Так, истерику на потом! У нас война, а не скандал молодожёнов! – поспешил я заткнуть Эвелину, попутно пытаясь не показывать отсутствие уха, – ты лучше скажи, какого горелого лешего ты не сожгла всю эту шушеру? Ты же можешь выжигать целые города, так почему какую-то толпу нечисти ты просто забрасываешь огненными шариками?

– Я всё ещё нахожусь в стазисе, – устало ответила она, – мои силы ещё не раскрылись полностью. У меня был шанс пробудить их, но кое-кто благополучно обрушился на меня с огнетушителем.

– Ого, – вклинился в разговор Андрей, – Серёг, ты что, её ещё и огнетушителем избивал? Воистину, любой фетиш…

– Нет, всё было не так! – воскликнул я покраснев, – я просто потушил её, чтобы она не оставила от меня, да и от всего бара, кучки пепла.

– Сергей прав, – согласилась Эва, – если бы он меня ударил, то я бы сейчас с вами не разговаривала, а просто сидела в тенёчке, пускала слюнку и глупо хихикала.

– Тогда, раз мы разобрались, – снова взял слово я, – Эва, как можно разбудить твои силы.

– Они пробуждаются обычно под воздействием сильных эмоций и навсегда. Ну, ещё можно как в тот раз выпить горячительный коктейль, правда эффект временный и я не знаю, как долго они будут работать.

– Нужны конкретные эмоции?

– Ну да. Гнев там, страх, смущение…

– Эй, голубки, – позвал нас Андрей, – я, конечно, очень не хочу вас отвлекать от очень важного разговора, но сейчас для этого не совсем подходящие условия! Враги пошли на второй заход!

Мы посмотрели друг на друга, одинаково скривились и посмотрели в сторону врага. Нечисть и вправду перегруппировалась и пошла на штурм. Не сговариваясь, мы разбежались по краям платформы и заняли оборонительные позиции. Андрей держал центр, а мы с демонессой взяли фланги. Внизу снова зазвучал стрёкот пулемётов в сопровождении Андрюхиного ДШК. Враги в этот раз были более настойчивы. Они с завидной активностью пытались взять нас в кольцо, тем самым накрыв нас со всех сторон и задавив численностью. Однако и нас стало больше, пусть и на одного человека, и мы сдерживали неуправляемую толпу нечисти изо всех сил.

Обороняться было сложно, но весело. Стрелять твари почти не умели, пули свистели далековато от моей позиции и я просто чувствовал себя персонажем какой-нибудь компьютерной стрелялки и отстреливал противников с азартом гроссмейстера в покер, благо, автомат с оптикой вполне позволял это делать. Эвелина, видимо уже восстановившая свои силы, осыпала огненными шарами слишком ретивую нечисть. Андрей экономил патроны и стрелял короткими очередями и в основном в толпу. Из-за большой мощности ДШК враги просто разлетались на куски и то, что от них оставалось категорически отказывалось вставать на ноги, ибо вставать им в основном было уже не на что…

– Серёга, у меня кончаются патроны и идеи! – позвал меня после получаса обороны Андрей, – если у тебя есть хоть какой-то план, то лучше бы тебе приводить его в жизнь и, желательно, поскорее, иначе мы все можем

накрыться этой самой…кхм…звездой, что сорвалась и падает! И падает она прямо на наши головы!

– По правде говоря, есть у меня одна идейка, – ответил я ему, – но я без понятия, сработает или нет. Мне надо…

Бум! Мои слова потонули во взрыве. Я успел увидеть метнувшуюся в сторону Андрея Эвелину, а затем они, разогнанные ударной волной от взрыва, кубарем отлетели к противоположным баррикадам. От пулемётного расчёта не осталось даже обуглившихся железяк, а от нашей позиции отлетала группа ведьм верхом на разного вида чистящих инструментах. Мессершмитты, местного разливу, блин! Кто на мётлах, кто на швабрах, а одна, вроде бы, даже на советском пылесосе марки «Ракета» с характерным звуком ракетоносителя «Союз-1». А, судя по ожидающим их на земле ящикам с небольшими чёрными округлыми предметами, одним заходом они не ограничатся. На ходу стреляя по недо-Валькириям, при этом понимая, что стреляю сейчас в белый свет, как в копеечку, я подбежал к друзьям. Похоже, Эва как-то смогла удержать часть взрыва и сохранила жизнь Андрею, хоть и припечатала ему по животу, когда их отбросило и поэтому, мой друг пока валялся в абсолютной прострации. Видимо, та самая звезда его всё-таки накрыла.

– Принцесса, у нас мало времени, – сказал я, поджигая последний Молотов, – пей коктейль и айда со мной!

Эва, не говоря ни слова, кивнула, залпом осушила бутылку с горящим спиртом, икнула и схватилась за протянутую мной руку. Я потащил её туда, где раньше стоял пулемёт, а сейчас была лишь дыра на краю пола.

– Ладно, Эва, давай жги! – крикнул я, развернув её лицом к бушующей толпе врагов.

– Я… я не могу так, – замялась она, – просто не могу. А если бы я и могла, то уже давно бы выжгла их к чертям собачьим.

– Да что же с тобой не так! – взревел я, повернув её к себе лицом. – Почему тогда в баре ты в мгновение ока сожгла всё в моей каморке, а тут не можешь даже кисточку на хвосте вон того беса поджечь?!

– Тогда была другая ситуация. Я была напугана и смущена…

Пока мы там припирались, я заметил в тылу врага некое движение. Присмотревшись, я увидел, что к кладбищу медленно, но верно подкатили несколько пушек. Воронённые дула оружия времён Ивана Грозного неспешно поворачивались в нашу сторону. А из центра толпы уже поднимались ведьмы, держа в руках самодельные бомбочки. Чёрт! Сейчас

силы Эвелины нужны как никогда. Что же ей надо?! Смущения ей не хватает?! Ну, ладно! Напросилась! Сейчас я её так смущу, что дальше и не куда!

Я рывком привлёк недоумевающую демонессу к себе, приобнял её одной рукой за талию и крепко поцеловал. Прямо в губы. Минуты на три. Потом снова повернул обратно к нечисти, штурмующей наши позиции, а сам отпрыгнул от греха подальше.

И да начался Армагеддон! Эвелина, воспылав ярко-оранжевым пламенем, взревела от переполняющей её силы, вскинула обе руки перед собой, и перед её ладонями стремительно образовывался шар, с чудовищной скоростью поглощая всё то пламя, что рождала Эвелина. Шар светил всё ярче и становился жарче, стремительно превращаясь в некое подобие новорождённой звезды, такая была в нём концентрация. Кожа на руках Эвелины уже по середину предплечья покрывала чешуя, да и в тех местах, где её платье было порвано, виделось то, что кожа начала отслаиваться.

А затем небо сотряс первый выстрел одной из пушек, и к нам стремительно полетело чугунное ядро. 100 метров…70 метров… 30 метров…10… 5… я уж было хотел бежать, но тут произошло немыслимое! Ядро начало плавиться, а раскалённый металл стал втягиваться в карликовую звезду. И тут я услышал голос Эвелины, то которого мысленно перекрестился, ибо это было страшно…

– Мощь Солнца в моих руках! – как разъярённая змея прошипела Саламандра, и пламенный луч Смерти, вырвавшийся из её рук, устремился на врага. Ад и Израиль! Первый же пушечный расчёт был уничтожен, расплавлен, превращён в пепел, полностью аннигилирован! эта же участь постигла и три ближайших расчёта. Некоторые пушки картинно взрывались, разбрасывая повсюду куски металла и обслуживающего персонала. Видимо, задело бочки с порохом или они были заряжены. Потом Эвелина устремила свой луч на приближающихся ведьм. Основоположники демонического феминизма прямо в воздухе превращались из грозных полуголых валькирий в чёрные летающие факелы, которые дымясь, падали штопором на испуганную нечисть. Следом за ведьмами Эвелина начала выжигать стремительно редеющую толпу нападавших на земле, оставляя на их месте одни угольки, да мёртвую землю.

Но, всё хорошее (и не очень) со временем заканчивается. Закончились и силы у демонессы. Я успел подхватить её истощённое тело и отнести к Андрею, когда с тыла послышалась стрельба. Мысль о том, что нас-таки взяли в кольцо я отослал куда подальше, ибо наступающая нечисть ещё не отошло от проявления истинных сил Эвы, так что я, как единственный, кто ещё стоял на ногах, решил проверить, кто же там палит. Увиденное заставило мою челюсть встретиться с землёй. Шестеро бесов выскочили из-ниоткуда и начали осыпать свинцом и снарядами стушевавшихся врагов. Двое из них били по врагам фугасными снарядами из РПГ-7, двое прикрывали снайперским огнём из СВД-М, а последние двое, разбежавшись в стороны, поливали нечисть пулями из АК-103, которые являются более современной модификацией старого доброго АКМ. За ними на странного вида паровой тарантайке летели знакомые мне лица. Держатель, директор, казначей… короче главный всея музея Михаил и его телохранитель-служанка-компаньон Алечка. Михаил кричал нечто патриотически-матерное и стрелял в воздух из пистолетов. Алечка молча крутила баранку, заставляя тарантайку входить в сумасшедшие заносы в лучших традициях уличных гонщиков. Враги же, полностью разбитые морально и потерявшие больше четверти своей численности, ударились в неуправляемое бегство. Их ещё долго преследовали выстрелы неожиданного подкрепления.. И только когда последний упырь, прихрамывая на прострелянную ногу, скрылся за горизонтом, я позволил себе устало плюхнуться на деревянный пол и, выбросив свой автомат в сторону, задрать голову и посмотреть на хмурое серое небо. Победа…

Я отпаивал Эвелину коктейлем «Гуттен Морген!». Это пойло могло поднять на ноги даже высушенного суккубом чёрта, проверено лично мной и Бэллой. Демонесса приходила в себя постепенно. Видимо, у неё ушло много сил на последнюю атаку и, не будь я рядом, она могла и не выжить. Андрей тем временем очнулся, и уже считал оставшихся бойцов. Из почти пятидесяти относительно крепких зомби осталось лишь десяток, и те пока что были без некоторых конечностей. Плюс ко всему Йорика расшвыряло взрывом в разные стороны. Только ошмётки красной тряпицы, оставшиеся на баррикадах, несмело трепались на одном только известном им ветру. Ну, что тут скажешь? Бедный Йорик…