- -
- 100%
- +
– Эй! Да кто‑ни…
Но желтое такси, не сбавляя скорости, наехало прямо на него, прервав его отчаяние…
Когда машина налетела на него, Артём почувствовал то, что чувствуют те, кого сбивают. Его подбросило от удара, он врезался лицом в лобовое стекло. Боль взорвалась в голове, искры полетели из глаз, и пришло забвение.
А в следующий миг он вновь оказался в центре перекрёстка, а машина, промчавшись сквозь него, уехала прочь, оставив Артёму за собой простое осознание: "Я умер."
Затем Артём бродит по городу, пытаясь вспомнить, как же всё произошло? Он пытается войти в какое‑нибудь здание. Артём чувствует ладонью ручки дверей, но те не поворачиваются, а двери не отворяются, как бы он на них ни напирал. Обычно люди неосознанно обходят его стороной, но стоит ему внезапно преградить им путь – они проходят сквозь него.
Солнце почти село. Когда уже зажглись фонари и последний закатный луч озарил день, Артём увидел своё отражение в витрине. Оно изменилось. Кровь и грязь пятнами расплывались на куртке, рубашке и разодранных джинсах. Одна нога босая. Лицо разбито, нос сломан, зубы выбиты. Артем в ужасе смотрел на свое отражение, пока солнце окончательно ни скрылось за горизонтом, забирая с собой это видение…
…И они объяснили ей.
– Сначала мы подумали, что все мёртвые – такие как мы, но потом увидели, что это не так, – продолжила рассказывать Юля, так звали блондинку.
– Мы стояли в какой‑то пробке. И в соседней машине человеку стало плохо, – продолжил Кирилл, темноволосый парень.
– Не успели мы глазом моргнуть, как видим, что он сидит уже рядом со своим телом на соседнем сидении.
– А потом просто открывает дверь и исчезает!
– А некоторые, кто, например, умер в аварии, не исчезают! Мы уже сколько едем, знаешь, сколько автокатастроф видели! Погибшие просто бродят неподалёку.
– И вот увидели тебя, решили подъехать.
– А ты видела… себя? – спросил Кирилл.
Таня отрицательно покачала головой.
– И мы вот не стали смотреть, – добавила Юля.
– А хочешь с нами поехать? – спросил Кирилл, – мы, честно сказать, не знаем куда едем…
Таня ещё раз огляделась и сказала:
– Я с вами…
В дороге они спросили, как она умерла, но Таня сказала, что не помнит.
– Ничего, скоро вспомнишь. Это само придёт, – сообщил ей Кирилл. – У нас тоже так было.
И они рассказали. Их убили. Юля и Кирилл были в ресторане. И когда они уже собирались уходить, Юля пошла в уборную, а Кирилл – за машиной. Когда она вышла на стоянку, кто‑то подобрался к ней сзади и ударил по голове. Кирилл нашёл её, лежащей в крови на парковке, подбежал к ней и тут получил такой же удар. Какое‑то время они были порознь, но потом встретились. Осознание смерти пришло само, как данность. Для всех людей они стали невидимы. Сколько бы они ни кричали и ни толкали их – ни до кого достучаться так и не смогли. Вскоре им и пришла мысль отправиться куда глаза глядят. Они вернулись к кабриолету Кирилла. И, как ни странно, он открылся и завёлся. И они уехали. Поначалу они думали, что, когда кончится бензин, их поездка с ветерком закончится, но, сколько бы они ни ехали – топливо не кончалось. И вот они встретили Таню…
Близился закат. Таня прислушалась к своим чувствам. Ни тоски, ни боли, ни печали. Таню пугало лишь то, что она не знала, что будет дальше. Но пока рядом с ней были Юля и Кирилл, ей было спокойно. Сейчас они для неё были самыми близкими людьми, а все те, кто был для неё дорог, в той прошлой жизни, ушли куда‑то необычайно далеко.
В какой‑то момент она спросила своих попутчиков – ни пара ли они? На что те весело рассмеялись, и рассказали, что являются просто друзьями. И таковыми были с детства. В тот роковой вечер они пошли в ресторан после довольно‑таки долгой разлуки. Кто мог подумать, что всё так кончится?
Начало смеркаться. И в тот момент, когда оранжевый диск в последний раз блеснул, Таня что‑то увидела. Они ехали на восток, поэтому закат светил им в спину. И в блеске того последнего солнечного блика она увидела своих новых друзей иными. Голова Юли была проломлена в нескольких местах, словно кто‑то бил её по голове чем‑то тяжелым, и бил долго. А затылок Кирилла представлял собой ещё более ужасающую картину. Он напрочь отсутствовал. Она такое видела в кино. В том фильме человек выстрелил себе в рот…
Но солнце исчезло, а вместе с ним пропало и это видение…
"Хм, интересно, – подумала она, – а как выгляжу я?.."
…Куда ему идти? Где ночевать? А мёртвые вообще интересно спят?
Холода Артём не ощущал. Также – ни усталости, ни голода. Ушёл и страх. Не осталось ничего.
И тут Артём что‑то почувствовал. Он поднял глаза и остановился. На него неотрывно смотрел какой‑то мужчина. Артём чуть было не рассмеялся от радости. Однако в следующий миг он увидел в этом взгляде страх, да что там – почти что ужас. И беспокойство вернулось.
– Эй! – начал он, однако, незнакомец пустился наутёк. Артём, не задумываясь, ринулся вдогонку. Он сделал рывок и схватил незнакомца. В какой‑то миг подумал, что его рука пройдёт сквозь этого человека, но ладонь крепко вцепилась в плечо. Беглец закричал:
– Отпусти меня! Ты – безбилетник! Они придут за тобой!
– Что? Кто я? Безбилетник? Кто это? Кто придёт?
– Они! Те, кому уже не отправиться дальше…
– Что? Не пойму… Просто скажи, ты как я?
– Нет, ты – безбилетник, ты… – он замолчал, и посмотрел куда‑то позади Артёма. – О… Они уже здесь.
Артём оглянулся. Мужик воспользовался этим, вырвался из рук и ринулся бежать. Артём же остался на стоять месте, пытаясь разглядеть что же увидел испуганный незнакомец. Наконец он рассмотрел какой‑то силуэт. На вид это был абсолютно непримечательный мужчина. Когда он подошёл ещё ближе, Артём увидел, что его губы шевелятся, но ничего не произносят. Краем взгляда Артём увидел, что и позади тоже кто‑то приближался. Он повернулся – к нему шли ещё двое: мужчина и женщина. Они также что‑то беззвучно говорили.
– Вы видите меня? Кто вы? – необъяснимый страх накрыл Артёма с головой. А когда он увидел глаза незнакомцев, ему стало ясно почему. Из них на него глядела абсолютная пустота. Он хотел было убежать, но тут его схватили. Его руку пронзил холод. Затем мороз поднялся к шее и ударил в голову. Из глаз словно ударили искры. И Артём увидел сбивающую его иномарку желтого цвета и расплывающиеся красные кляксы. Вернувшаяся боль затмила страх, и Артем, стряхнув с себя незнакомцев, бросился прочь. Его попытались схватить, но тщетно.
Артём улепётывал со всех ног.
"Если я умер!" – думал он, убегая. – "То, что стало с ними?.."
…Ночь наступила внезапно. Вроде ещё было светло, как вдруг всё резко поглотила тьма. В следующий момент им навстречу выехала машина. Кирилл прижался к обочине, чтобы пропустить встречный автомобиль, но тот также свернул по направлению к ним. Стало очевидно, что кто‑то намеренно идёт на столкновение. Кирилл нажал на клаксон, помигал фарами, но незнакомец только увеличил скорость.
– Интересно, что с нами произойдет, если мы столкнемся? – спросил Кирилл.
– Давай, не будем проверять, – ответила ему Юля.
И Кирилл резко дал влево, когда, казалось, столкновение было неизбежно. Они посмотрели на пронёсшийся мимо автомобиль. Тот резко развернулся и устремился в погоню.
– Да, что такое! – воскликнул Кирилл.
– Может, остановимся и выясним, что ему нужно? Может он такой же, как мы? – предположила Таня.
– Ну уж нет! – ответил ей Кирилл и ударил по газам. – Держитесь!
Таня, не отрываясь, смотрела на преследователя. Но слепящий свет дальних фар не давал разглядеть водителя. Мелькнул указатель с названием какого‑то города.
– Сворачивай с шоссе! – сказала Таня.
– Зачем?
– На улицах мы сможем от него оторваться.
– Понял.
Город спал, лишь редкие светофоры мелькали на темных улицах.
"Интересно, кто там за рулём?" – подумал Таня. И в свете уличных фонарей она увидела то, что заставило её закричать.
– Кирилл, гони! Гони!
– Что? Что ты увидела? – Спросила Юля, пытаясь что‑то разглядеть в зеркале заднего вида.
Таня в испуге отвела взгляд и увидела выражение лица Кирилла, когда он посмотрел в зеркало заднего вида. Это просто непередаваемый ужас. Но в этом выражении было что‑то ещё. Она не поняла что, но ей это не понравилось.
Тем временем нагоняющий их автомобиль взревел и начал сокращать расстояние.
– Кирилл, быстрее! Он догоняет! – кричала испуганная Юля.
А потом все произошло очень быстро. Показался широкий перекресток в форме буквы Т. Дорога, по которой они ехали, упиралась в бетонный забор. Кирилл свернул направо, но неожиданно на них выскочила какая‑то машина. Кирилл рефлекторно вывернул руль налево. Столкновение со стеной оказалось неизбежным. "Вот и посмотрим, чего стоит наша смерть на самом деле", – подумала Таня, и машина влетела в стену. Но удара не последовало. Автомобиль прошел сквозь бетонную плиту и устремился дальше. Кирилл быстро сориентировался и поехал дальше, не снижая скорости. Крики ужаса сменились радостным смехом.
– Черт возьми, – сказал Кирилл, – да если б я знал, что будет так весело, то умер бы раньше!
Таня посмотрела назад. Никого. Кирилл выехал на дорогу, и они поехали прочь из города.
Начало светать. Юля спросила:
– А вы видели, кто за нами гнался?
Таня промолчала и посмотрела на Кирилла. А он ответил:
– Я был слишком занят, пытаясь увезти наши жопы.
– Таня, ты смотрела. Может, видела? – спросила Юля.
– Нет. Стёкла были тонированы. Я ничего не разглядела…
И они поехали дальше. Не прошло и часа, как солнце полностью взошло.
От веселья, что царило в прошлый день не осталось и следа. У всех на уме была ночная погоня. Юля плакала. Кирилл пытался её утешить. Таня не стала вмешиваться. Она обратила внимание на место очередной аварии. Погибший, сжимая что‑то в руке, растеряно стоял посреди дороги и непонимающе смотрел на проносящиеся мимо машины. Видимо он только пришёл в себя, – подумала Таня. Место его гибели было от него всего лишь в нескольких метрах. Но, даже смотря в ту сторону, он не замечал своего окровавленного трупа. Или не хотел замечать? Стоп! Она что‑то вспомнила. Наверное, и её мёртвое тело было от неё так же близко. Возможно, если бы она сразу не уехала оттуда, то смогла бы увидеть себя и понять, как она умерла. Как её убили. Зачем она уехала оттуда? Вообще куда они едут?
– Кирилл, остановись, – попросила она.
– Зачем? Что случилось?
– Тормози!
Машина съехала на обочину.
– Таня, что такое? – спросила Юля.
– Мне нужно вернуться.
– Зачем? – спросил Кирилл.
– Не знаю, но я уверена, так надо. Нам не нужно было уезжать, это неправильно…
– Но зачем? Нас никто не держит…– Начал Кирилл, но Таня его перебила:
– Да, никто. Но есть кое‑что. Я уверена.
– Да, Кирилл, мне кажется она права. Давай вернёмся…
– Я не понимаю зачем? А… а если за нами снова погонится этот…
– Кто? Так ты видел его? – резко спросила Юля.
– Да нет. Не видел я никого…
– Кирилл, поехали назад, я прошу… – снова попросила Юля.
– Я не заставляю ехать со мной, ребята. Просто я считаю, что правильней было бы вернуться обратно. С нами что‑то произошло неправильное. Мы должны были оставаться там, где…
– …нас убили? Конечно, с нами произошло что‑то неправильное! Нас прикончили! – воскликнул Кирилл.
– Я о другом. Всё должно быть не так.
– Кирилл, она права. Я тоже так думаю. И я хотела остаться, но ты сказал, что нам лучше уехать… Я прошу тебя, давай вернемся вместе с Таней…
Обе девушки посмотрели на Кирилла.
– Ну, ладно.
И они поехали обратно…
…Тане снится сон.
Она открывает глаза и понимает, что находится не в машине Кирилла, а в автобусе. В обычном автобусе, из тех, что ездит по городскому маршруту. Он почти полон. Все сидения заняты, многие стоят, держась за жёлтые поручни. Таня стоит на центральной площадке напротив дверей. Она окидывает взглядом пассажиров. Впереди на местах, предназначенных обычно для женщин с детьми и пожилых людей, напротив друг друга сидят Юля и Кирилл и, непринуждённо смеясь, о чём‑то болтают.
Больше никого Таня не узнаёт. Единственная странность для нынешнего времени, ни один из пассажиров не занят своим телефоном, хотя среди них и встречаются молодые люди. "Это потому что мы все мертвы, а покойникам телефоны ни к чему," – думает Таня.
Затем её взгляд привлекает какой‑то парень в самом конце автобуса. Он не спускает с неё глаз. Кроссовки, джинсы, рубашка в клетку, лёгкая серая куртка. Ничего примечательного, однако, что‑то отличает его от остальных. Вот только что?
Её мысли прерывает появившийся, словно ниоткуда, человек. Она переводит на него взгляд и приходит в ужас! На секунду ей кажется, что перед ней стоит тот, кого она увидела в преследующей их машине. Но это видение исчезает – это просто кондуктор. Женщина неопределённого возраста. Таня замечает, что на них устремили взгляды все пассажиры. У всех на лицах дежурное любопытство, только у Кирилла это неприкрытый страх, говорящий о том, что он увидел в кондукторе то же, что и Таня.
– Ваш билет? – спрашивает кондуктор. Таня начинает лихорадочно рыскать по карманам, хотя она точно знает, что билета ей не найти. Она виновато смотрит на кондуктора и говорит:
– У меня его нет… – её начинает пронизывать страх. У неё крепнет уверенность, что кондуктор её накажет, но та просто сказала:
– Тогда вам не место здесь. Пройдите, пожалуйста, на переднюю площадку, скажите водителю, он остановит движение, и вы сойдёте. – И как ни в чём не бывало пошла дальше, испрашивая у пассажиров проездные документы.
Таня поднимается с места и идёт на переднюю площадку. Заглядывает в окошко водителя.
– Эмм… Извините, пожалуйста, у меня нет билета, и мне сказали, что мне необходимо сойти.
Таня также ждёт какое‑то наказание и готова уже выслушать в свой адрес какую‑нибудь грубость, однако, водитель с улыбкой отвечает ей:
– Конечно! Я сейчас же остановлю автобус. Что же вы раньше не сказали? Не пришлось бы так долго ехать. – На его лице читается искренняя обеспокоенность. Он останавливает автобус, нажимает на кнопку, и передние двери с шипением отворяются. Таня спускается на одну ступеньку, но замирает и обращается к водителю:
– А я могу остаться и поехать дальше?
На что водитель также с улыбкой ей отвечает:
– Конечно, можете, но зачем вам это сейчас? Пройдите через дверь…
– А, ну да, – говорит Таня и поспешно выходит. Двери закрываются, и автобус, вернувшись на полосу движения, едет дальше. Девушку охватывает непреодолимое чувство сожаления. А когда автобус скрывается из виду, Таня просыпается…
…Всю ночь и весь день Артём бродил по городу.
Он вспомнил, кем был. Студент последнего курса. Учёба, съёмная квартира. Родители в разводе, младший брат, друзья, но всё за сотни километров отсюда. И это всё в прошлой жизни, а точнее просто в прошлом. И сейчас он призрак. Ещё есть те, кто не может отправиться дальше. Артём назвал их Пустыми. И с ними лучше не встречаться.
"Они те, кому уже не отправиться дальше. А ты – безбилетник," – эти слова не выходят у него из головы. Что это значит? Надо понять. А лучше найти кого‑то и спросить.
Несколько раз он натыкался на Пустых. Пару раз ему пришлось улепётывать от них, что есть сил. Кем они являются? А кем – он? Раз он здесь, то тоже не может оправиться дальше? И теперь они ищут его, чтобы присоединить к их нескончаемой немой беседе?
А если нет, то где другие умершие, как он? Почему Артём больше никого не встретил? Может все другие отправились дальше? Умерли, увидели свет и улетели в рай, ну или куда там отправляются? А почему он не увидел света или тоннеля в загробный мир? Может ещё не время? Отмечают же девять дней или сорок. Может ещё срок не пришёл?
"Так я и вправду умер", – мысль о смерти раннее пришла как нечто само собой разумеющееся, но только сейчас она дошла до него в полной мере. Это значит, что он не увидит больше родителей, брата, друзей. Не влюбится по‑настоящему и не проживёт свою жизнь. Конец?
Девять дней, значит? Сорок? Делать здесь нечего. Надо сваливать. Может домой? Но успеет ли он? Лучше поторопиться. Но не пешком же идти! Вот бы на машине доехать. Интересно мёртвые водят машины?..
…Когда они ехали в обратную сторону, Юля спросила Таню:
– А ты совсем не помнишь, что с тобой произошло?
Таня сначала подумала, что девушка спрашивает её про сон, но спустя миг всё поняла.
– Нет. Я, помню, приехала на выходные к родителям, а вечером с друзьями отправилась гулять. Мы были в каком‑то клубе. Не знаю. Я всё еще не могу вспомнить…
– Ничего, это придёт, – сказала Юля. – Я тоже долго не могла вспомнить. А Кирилл – почти сразу. Не знаю, что бы я делала, если бы его рядом не оказалось. Как странно, да? Всего несколько дней назад мы были живы, и вот теперь… – Она пожала плечами. – Никогда не думала, что всё будет так. А ведь у нас у всех наверняка были какие‑то проблемы, какие‑то заботы. Помнишь Кирилл, как мы ссорились в ресторане?
Кирилл взглянул на Юлю.
– Нет, не помню. Мы ссорились?
Таня пристально посмотрела на него. Кирилл определённо врал.
– Ну да, – продолжала Юля. – Но я никак не могу вспомнить из‑за чего. Наверняка из‑за каких‑то пустяков. Мы ведь с ним знакомы наверно с детства. Все всегда думали, что мы встречались, представляешь! Но мы всегда с ним были как брат и сестра! Да, Кирилл? – спросила Юля, улыбаясь. Кирилл улыбнулся в ответ:
– Конечно, сестрёнка…
Они ехали без остановки. На закате они свернули с дороги в том месте, где встретились с Таней.
– Ты уверена, что хочешь это увидеть? – спросил Кирилл.
– Уверена.
– Ну, тогда пошли…
…Солнце коснулось горизонта. Они шли вдоль обочины, где повстречались. Осмотрели всё, что можно, но так и не нашли следов тела.
– Ничего, – произнёс Кирилл.
Юля закрыла лицо руками и уткнулась ему в плечо. Он обнял её.
– Не понимаю…Они напали на меня, когда мы выходили из клуба. Их было трое. Они увезли меня и… – Таня закрыла лицо руками. – В конце они выбросили меня здесь. Когда они уехали, я всё ещё была жива. Я пыталась ползти к дороге и…
Кирилл выпустил из объятий Юлю и направился к замолчавшей Тане, видимо, чтобы утешить.
– Кирилл! – испуганно сказала Юля. – Твой затылок…
Таня взглянула на солнце. Лишь его край всё ещё держался над горизонтом, отбрасывая свой призрачный свет. Кирилл посмотрел на Юлю. Её раздробленный череп смотрелся ужасающе. Он перевел взгляд на Таню. Её лицо представляло один сплошной синяк. Один глаз превратился в красное пятно, другой заплыл.
– Так вот мы какие, – произнёс он.
– Так в тебя стреляли? – непонимающе пробормотала Юля. – Но ты же сказал, что тебя ударили, как и меня… – Она замолчала, опустила взгляд. Воспоминания вернулись. – Я сказала тебе, что выхожу замуж. Поэтому ты так расстроился, а я думала, тебя это обрадует… Ты признался мне в любви. И мы поссорились… Ты ушёл. А я пошла тебя искать, и ты… Так это ты… Это сделал ты?!
Он молчал.
– Но зачем? Ведь ты же сказал, что любишь меня? Кирилл…
– Именно поэтому я и сделал это! Я всегда тебя любил, но ты никогда не замечала меня…
– Но мы же… всегда были…
– Друзьями?! Но ты мне была больше, чем друг! Что тебе во мне не хватало? Что? Денег? Я стал таким ради денег! Я стал сволочью только ради того, чтобы дать тебе всё то, что ты хотела…
– Кирилл, какие деньги? О чём ты?
– И тут ты мне заявляешь, что выходишь замуж за какого‑то урода! Да… Да как ты могла?!
Таня смотрела на ошарашенную Юлю. Слёзы катились по её щекам. Солнце уже село, и все следы смерти ушли. Кирилл что‑то говорил ей, пытаясь доказать, что другого выхода у него просто не было…
…Он вышел из ресторана и пошёл к кабриолету, которым пытался произвести на Юлю впечатление. Машина ей очень понравилась, и Кириллу это придало уверенности. И он решился ей признаться, а она… Он сделал всё, чтобы наконец выбраться из этой нищеты и добиться всего, чтобы Юля поняла, что он надёжен, что он тот, кто ей нужен, а она… Кирилл сел в машину и достал из бардачка пистолет. Он спрятался в тени за соседней машиной и стал её ждать. И дождался. Удар рукояткой пистолета о затылок лишил её чувств. Затем он ударил её ещё раз, и ещё… Уже сидя в машине, Кирилл понял, что иного выхода нет и, сунув в рот дуло пистолета, нажал на спуск…
…Разговор прервал тот самый черный автомобиль, что преследовал их ночью. Увидев его, Кирилл замолчал. Но на этот раз ужаса в его лице Таня не разглядела. Машина остановилась, из неё появился тот, кого Таня увидела в свете ночных фонарей безымянного города. Человек без лица. Кирилл, не отводя взгляда от Безликого, подошёл к нему. Он в последний раз посмотрел на Юлю и сел в машину. Машина сдала назад, развернулась и уехала.
Девушки смотрели вслед исчезающему вдали автомобилю.
– А что нам теперь делать? – спросила Юля.
– Я думаю это и так понятно, – произнесла Таня. Она вспомнила последние слова Водителя автобуса: "Пройдите через дверь" – значит, им нужна дверь. И она намерена её найти.
– Что ты имеешь в виду?
– Как что? Мы же безбилетники, так?
– Кто?
– Безбилетники. Значит, нам нужно найти билет, чтобы отправиться дальше…
…Артём нашёл машину не сразу.
В поисках средства передвижения он отправился на ближайшую автостоянку у торгового центра. Артём дёргал за ручки каждой машины в ряду. Ничего. Все, естественно, заперты. А как иначе? На что он вообще рассчитывал? Нет, у него получится! Должно получиться! Эта уверенность его не отпускала. Просто что‑то он делает не так.
И тут он увидел то, что искал. На парковку заехала машина. Он так и не смог определить её марку. С виду обычный современный автомобиль, но что‑то делало его другим. Выходил ли кто‑нибудь из машины? Артём обошёл её со всех сторон. Никого. Секунду помешкав, дернул за ручку – дверь отворилась. Сел в салон. Ключи торчали в замке зажигания.
Что ж, нет смысла чему‑то удивляться. Пора ехать.
Двигатель ровно загудел, закрутились колёса.
Поехать в родной город? Интересно, родители уже знают, что он умер? Хотя какая разница? Поедет куда‑нибудь ещё. Главное не оставаться на месте. А ещё лучше найти себе попутчиков. Возможно, в пути ему посчастливится встретить кого‑нибудь, кто сможет ему всё объяснить…
…Стоило солнцу исчезнуть за горизонтом, как ночь, не мешкая, навалилась на мир.
Девушки вернулись к машине.
– Ты умеешь водить? – спросила Юля.
– Да, – ответила ей Таня и села руль.
– Ты сказала, что мы какие‑то безбилетники. Что это значит? Тебе что‑то известно?
И Таня рассказала ей о своём сне.
– И теперь нам надо найти какую‑то дверь? И где нам её искать, ты знаешь?
– Не представляю даже.
Они выехали на дорогу. Чуть погодя Юля произнесла:
– До сих пор не могу поверить, что натворил Кирилл. Понимаешь, он всегда был таким хорошим человеком. И я даже предположить не могла о его чувствах. А когда‑то давно я ведь была в него влюблена, но так и не решилась ему признаться. Быть может, не будь я такой трусихой, ничего бы этого не произошло.
– Даже не думай винить себя. Ему нет никакого оправдания.
– Да, я пониманию. Будь это в той жизни, ничего кроме ненависти я бы не испытывала, но на этой стороне всё по‑другому. Я помню, что очень любила моего жениха, а сейчас с трудом могу отыскать его имя в памяти. И ещё мне кажется, что Кирилл всё также сидит с нами в машине. Я должна его ненавидеть, но у меня не получается. Я… Я просто в смятении…
– Может, если избавимся от машины, тебе станет легче?
– А ты уверена, что мы сможем найти другую?
– Ну если не найдём, то всегда сможем продолжить путь на этой.
– Ну, тогда давай.
Магистраль начала огибать большой город. То и дело стали попадаться автосалоны. Девушки начали выбирать, в который из них отправиться за новым автомобилем.
– Я ещё не совсем понимаю, как это происходит, но думаю, стоит очень захотеть, и выбранная машина откроется нам с ключами наготове. Вот увидишь. – Предположила Таня.
Уже начинало светать. По автостраде проносились редкие автомобили. Оставив кабриолет на парковке, девушки направились к салону. У входа в ряд стояли шикарные модели для тест‑драйва, но они прошли мимо них.
– Как мы сможем войти? – спросила Юля, – везде же заперто.
– А прямо через парадный вход, – ответила Таня и дёрнула за ручку. Дверь отворилась. – Вот видишь.
Они вошли внутрь. Везде горел свет, сверкали машины, мигали огни сигнализации. Но когда дверь автоматически закрылась, всё разом потухло, и кромешный мрак растёкся повсюду. Даже брезжащий на улице рассвет не в силах был разогнать его. От неожиданности девушки застыли.