По просторам жизненных случаев

– Не хочу работать! Хочу только веселиться!

– Дайте молочного шоколада!

– Шампанского и иного бухла!

– Хочу грешить!

– Не жизнь, а спелый персик!

– Эх какой крутой концерт и угар! Какой сладкий кутеж! А до него жил, будто не жил!

– Это вам шутки што ли? Мы кутим с Пауком!

– Лихие дела!

– Жир!

– Остановите у магазина! Я хочу рахат-лукума!

– Дайте манго! Куда делся коньяк?

– Мед!

– Коньяку и веселья до утра!

Грохочет музыка. Какой-то дед переходит Ленинский проспект. Паук убрал музыку и деду:

– Эй плешивая рухлядь! Тебе что жить надоело?

Кто-то сзади:

– В сторону, сосуд неудачи! Мы кутим!

А деду…Он как шел через Ленинский, так и шел…

Возле дома №3 по Ленинскому с магазином «Подарки», где я провел свои первые два года жизни, влетели в ямку. Пробили колесо! О Москва! Столица! 21 век! Дороги в центре! Припарковались запаску поставить. Открываю я огромный немецкий багажник, а там… комбоусилитель для гитары, бас-гитара в кофре, пустые и полные пластиковые и стеклянные бутылки, одеяло, книги, просроченные билеты, афиши, соления, сковорода, корзина с яблоками, кофты, свитера, скотч, гора какого-то трикотажа, баулы мусора (забыли выкинуть), пакеты с разными деталями и сценическими костюмами, маска Дракулы и т. д. и т. п.!

«Нужные» люди под громкий смех вывалили все это прям на Ленинском у бордюрного камня. Пока ставили запаску меня охватили странные ощущения. Я здесь жил маленьким! И вот, лет тридцать пролетело! И стою я под окнами дома, где делал первые шаги, а рядом со мной немецкая машина, Паук, вино, музыка, пиво, девушки танцуют, шампанское, шум, смех, крики радости, коньяк и куча хлама… Да, хорошо!

Поставили запаску. Вокруг машины пляс! Музыка на всю! Я ржу. Аж воздуха не хватает от этого ржача! Шквал веселья! Колоритное зрелище, особенно, куча хлама! Пробитое колесо кинули в багажник. Много чего не лезет обратно. Под хохот и крик запихнули только самое нужное и необходимое. Хлам так и оставили валяться на Ленинском. Уезжали, задыхаясь от хохота, смотрели на кучу мусора с одеялом!

– Во! Машину разгрузили! Так-то!

– Ну…Теперь люкс!

– Бизнес-класс!

– Тащем та та, эта, например м, та, та, атлична, там это… Едем в огни бальшова города, например. Коль, гони! – заявил довольный Паук и врубил музыку.

Мы опять хохотали, и у нас с Пауком от этого угарного смеха, атмосферы, веселянки, музыки и кутежа в глазах темнело! Уф! И куча барахла еще эта! Поехали дальше в омут счастья…

Кутить, конечно, надо, если есть время, возможности и настрой. А вот барахло и хлам так оставлять не надо! Есть помойка! Тем более в городе. Не повторяйте! Не делайте так! Особенно за городом!

2022

Приключение

Лет восемь мне было. Из деревни бабушка с дедом привезли много провизии. Надо перевозить. Ну, восьмилетний с мамой много-то не перевезут «своим ходом» из центра Москвы на окраину. Куда даже метро еще не «дотянули».

– На такси поедем все вместе. Вещи и еду в багажник. Там разгрузим, в квартиру занесем, переночуем. Завтра скромно доберемся с тобой, мать, на автобусе, да на метро, – принял решение дед, сказав бабушке, да и вообще всем.

– Ураааа, – обрадовался я.

Ведь вначале 80-х 20 века это же целое приключение! Проехаться на «Волге», на такси.

– Ну что ж, давайте так. Ща соберёмся. Когда соберёмся, ты пойдешь поймаешь машину. И в путь, – ответила бабушка.

Собрались сами, собрали вещи, дед поймал такси, погрузили все, расселись. Едем. Я смотрю в окошко, жадно впиваясь в каждую деталь, боюсь что-нибудь пропустить «важного», не заметить. Еще и ощущение скорости надо запомнить! Верчу головой по сторонам. Гляжу на стрелку делений скорости. Центр! Москва!

– О какая красивая машинка! Какой цвет красивый! – заметила мама.

– Да, яркий, оранжевый! Выделяется! Куда-то едут. Тоже, наверное, всей семьей. Народу-то в ней, смотри! Что за марка-то машины? Знают наши мужчины? А? – спросила бабуля.

– Ну это же «Москвич», – опередил я деда с ответом.

Мчим, поглядываем на этот «Москвич», обсуждаем это «чудо техники». «Москвич» едет и едет впереди нас. Люди в нем что-то тоже обсуждают, жестикулируют руками, вертятся… Выезжаем на большой Каменный мост. Забыли про «Москвич», все внимание на Кремль.

– Да, красота! Звёзды то! А! – дивилась бабушка.

– Ну! Рубиновые! —добавил дед.

– Купола на солнышке золотом-то как горят! Слепят прям аж! – восторгалась мама.

Я тоже хотел и глотал такую красоту! И вот, как только съехали с моста, и все еще мы разглядывали башни Московского Кремля, сразу же на Боровицкой площади… Удар, скрежет, лязг, грохот! Головы наши тут же в одну сторону шума, оп! А там этот красивый «Москвич» с грузовиком столкнулись. Как случилось, мы проглядели. Видим: «Москвич» перевернуло, и лежит он на крыше. Через окошки салона видно, как люди там копошатся. Паника. Но вроде живы все. К ним бежит патрульный милиционер. И шофер из грузовика тоже к ним выскочил. Бок у «Москвича» весь мятый, ободранный. Стекла все высыпались…

– Ой, ой батюшки свет! Свят, свят, спаси, сохрани! Кошмар! Ай, спаси, сохрани! – причитала бабушка.

– Ужас какой! Вот ведь жалко как людей, машину! Надо ж такому случиться-то! – смотрела мама на аварию.

– Ну заголосили! Главное – живы! Вон копошатся внутри. А остальное. А железо, – дед вставил.

– Скока стоит железо-то это! Небось лет шесть копили! – с сожалением добавила бабушка.

– Как вышло-то так? – мысли вслух у мамы.

– Да водила в «Москвиче» виноват! Сам задел «Зилок». Засмотрелся небось на стены Кремля. Его вертануло в сторону, колесо аж лопнуло и перевернуло по ходу, – без эмоций как бы, ответил шофер, и повернул на Моховую улицу.

Авария пропала из поля зрения. Вот и приключение. И для нас, и для «Москвича». Я не забыл. Те, кто был в «Москвиче», захотят не забудут! Надеюсь, что все остались живы. Очень, очень аккуратным, внимательным надо быть за рулём! Чуть отвлекся – все! Дорога этого не прощает!

2022

В метро с голубцами

В метро чего только не увидишь! Чего только не бывает! Ехал я с друзьями: не помню куда и зачем, не помню сколько нас было, да и не важно это… Заходим в вагон: сидит мужик, пьян в стельку. На нем костюм, рубашка, пара пуговиц оторваны, галстук вывернут из-под пиджака, ботинки грязнющие, в глине (где-то его носило). Вся вообще одежда на нем недорогая, но не драная, не засаленная. Ботинки и пуговицы пострадали видно от этой пьянки. Чиновник низкого ранга скорее всего. Ну или мне так показалось. Но видно: работа есть. Семья (кольцо обручальное). Сидит. На коленях дипломат в пыли, грязи, а на нем открытая банка с голубцами и чекушка водки. Выпьет из горла: «Фу…ааа…оха…кря»…

Закусывает из банки. Достаёт голубцы ложкой, которая торчит из складного ножика. Которым он, судя по ситуации, и открыл голубцы. Волосы с одного бока лежат аж на плече. Понятно, что по-трезвому он следил за прической и тщательно прятал свою лысину. Но сейчас ему не до этих «мелочей», ему все равно! Рядом с мужчиной никого. Сидящие напротив смеются, удивляются! Вот ведь что может пьяный. Да и весь вагон таращится на него. Почти у всех повернуты головы в его сторону. Ну правда, зрелище оригинальное!

Внизу между сиденьями и ногами пьяницы катается пустая чекушка (давно, значит, едет мужичок-то). Лысина блестит каким-то лилово-пурпурным цветом. На дипломате разлита водка, ошмётки от голубцов. Фу… Гадость! Рыгает. Смотрит взглядом животного. Да и животные осмысленнее, пожалуй, глядят! Подремлет, махнет, закусит, очнется: «Ох бл»… – опять подремлет.

Может, горе какое случилось у мужчины, а может, просто русская распущенность. А если горе, водкой проблему не решишь! Только еще усугубишь! И как можно настолько не уважать себя, не уважать общество, чтобы вот так вот… В общественном месте! В таком виде! Ведь не бомж. Какая-то социальная прослойка ведь! Есть же статус какой-никакой! Какая бестактность! Какая невоспитанность! Какое наплевательское отношение к окружающим! Каково его семье! Какой эгоизм с его стороны! Мне так надо, мне так комфортно и плевать на всех и все!

Нет и нет у нас уважения ни к себе, ни к окружающим, как только попадаем под «чары зелёного змея». Ну как вбить в русскую душу, что без водки-то лучше жить! Думать нам надо прежде, чем употреблять.

2022

В пятницу вечером в СССР

Пятница, вечер, 80-е годы, СССР. Гулял я с Вовкой – моим дружком около дома, в котором мы жили. Панельный, энергоэффективности А, 12-этажный, восьмиподъездный, обычная новостройка того времени. И вот на эту громадину во дворе всего одна стоянка для автомобилей! Мест десять, не больше, и хватало! Вот времена-то были!

Из соседнего подъезда вышла наша подружка:

– Ну и что вы здесь? Чем заняты? – спросила Маша.

– Да ничем. Ты же видишь: ножичек кидаем. Думаем, что бы сегодня поделать. Может, вот с Коляном на пустырь сейчас пойдем, тритонов ловить в пруду, – ответил Вовка.

– А, зачем они вам? – удивилась Маша.

– В аквариум пустим, – ответил я.

– Это ведь такие маленькие ящерки? В воде живут? – уточнила Маша.

– Вот видишь, дружишь с нами и поэтому разбираешься! – немного важно заявил Вовка.

– А… ну а я с папой и мамой на дачу, поедем. Мне неохота что-то. Вот меня на чуть-чуть отпустили погулять, пока они вещи собирают…

Играли, говорили, что-то придумывали. Детям всегда есть чем заняться. Начали игру в слова. Машиным мелом на асфальте писали первую и последнюю буквы слова. Тот, кто писал, говорил значение слова, остальные отгадывали.

– Машенька, беги сюда, поехали, пора, – раздался голос мамы.

– Ну пока! Ехать надо, после доиграем! – и Маша прихватив мелки побежала к машине.

Ей не хотелось уезжать, чтобы «скучать» на этой даче, как она говорила… Но послушная девочка прыгнула на заднее сиденье. Мама захлопнула дверь за дочкой, села сама впереди, и «Москвич-2140» зеленого цвета тронулся в путь. А мы стояли и смотрели, как удаляется от нас чистенькая машина с Машей, которая махала нам рукой.

– Да! Везет же! Своя машина! – сказал я.

– О, еще как везет! Слишком! Очень везёт! – ответил Вовка.

Игра рассыпалась, мы пошли за тритонами.

Такие вот тогда были ценности! Как же все поменялось! Ну кому сейчас нужен «Москвич». А у кого он есть, разве про него скажут: О! Везет! Да! Слишком даже!

Хороша ложка к обеду! Жить надо в ногу со временем! Тратить. Иметь то, что ценно сегодня, пользоваться этим! А то ведь завтра это уже может быть никому не нужно! А люди, которые застали СССР, отлично это помнят и понимают.

2022

Аллергия?

Делали я и мой приятель пересадку в метро. Зашли в вагон. Глядим: валяется между сидениями пьяный мужик. Двери закрылись. Мы пока оценили, пока сообразили, что к чему, мужик этот, хорошо одетый, лет пятидесяти на вид, полысевший уже, начал чихать. Бойко, громко, звонко, брызги, сопли, раз, два…раз уже десять, наверное, чихнул… Лежал он на спине, при каждом чихе голова его приподнималась и после Апчхи билась лысиной о железную рейку, которая скрепляла шов линолеума.

– Надо поднять его. Аллергия что ли какая у него? – сказал мне приятель.

– Да, давай. Уж и лысина покраснела! Сколько он еще о железку биться то будет? – ответил я, и мы пошли поднимать.

Взяли с одной стороны мы, с другой еще мужчина помог. Очень толстый и на ногах не стоял. Еле посадили это тело. Рядом сидящие разошлись.

Сидит мужик, глаза мутные, остатки волос по бокам головы дыбом, в каких-то крошках, каком-то соре, лысина красная от железки, о которую он бился, когда чихал, валяясь на полу. Лицо мятое, багровое. Сам весь в пыли, вытер все в проходе. а из носа две длинные, густые, зеленые соплины висят! Гадость!

– Аа-чхи-чхи – еще раз! Сопли еще гуще нависли.

Кто-то ржет, кто-то брезгливо отворачивается, кто-то морщится, кто-то сквозь зубы:

– Тьфу…Пьянь! Мерзость какая! – всем противно.

А мужик заплетающимся языком:

– Ну што? Весе-ллоо штоль? Да-а?

Положили мы ему на колени, на пыльные брюки его кожаную сумочку.

– На, держи крепко! Не потеряй! Твоя, – попытался я донести до него.

Мужик мутно смотрел на меня. Вроде понял что-то. Вцепился в сумку. Отер рукавом пыльной куртки сопли… Мы вышли, наша станция.

Ну зачем? Зачем так напиваться?

2022

По пути на работу у кого-то не заладилось, а кому-то весело

Окончил школу. В институт не захотел. Обычный парень из обычной рабочей семьи. Из рабочего района на окраине Москвы. Устроился сразу после школы, после лета работать. Сам стал рабочим на крупном книжном складе. Разгрузить, погрузить, подать, принести, отнести… А что ещё? Без образования, без опыта… График: неделя в «первую», неделя во «вторую». Когда во «вторую» – высыпаешься! Но вот в «первую» смену вставать! Ух как рано! Караул! Да ещё ехать час с четвертью до этого склада.

А дело-то молодое. Пока погуляешь, пока покуришь, да стаканчик пропустишь, да девочку свою проводишь да с друзьями своими обсудишь, что на выходных… На сон мало остается!… А ездил он в «первую» почти на первом автобусе до метро. В глаза хоть спички вставляй, как говорится. И окружали его в автобусе такие же работяги как и он сам. Тоже до работы добирались. Все полуспят. Все не высыпаются по своим каким-либо причинам.

И вот в один из дней ехал парень в «первую» смену поработать. Зима. Едет, дремлет, крепко держится за ручку сиденья впереди. На проходе между сиденьями слякоть, грязь, жижа, пакость, резкий поворот, и один из работяг, сидевший и заснувший у окошка на одноместном сиденье, падает смачно со шлепком и брызгами грязной воды, боком во все это вышеперечисленное в проходе. Весь обделался! Брюки, пальто, шапка из какого-то меха ― кот или кролик, по жиже прокатилась. Мужичок сразу очнулся, сон как рукой сняло! Начал вскакивать, оперся рукой о пол. Автобус трясло, как назло, водитель что-то затормозил. Мужичок сел на «пятую» точку. Пальто ещё сильнее уделал. Перчатки тоже уделал. Никто не догадался помочь. Встал. Стоит. С него течёт все это! Отряхается. Грязные брызги в стороны.

– Это, ну это, потише, все на меня летит! – завозмущался рядом сидящий, тоже работяга.

– О, да, а простите! Но видите чо тут! – оправдывался мужичок.

Аккуратно, как смог, отряхнулся, обтерся, шапку как-то выжал, сел обратно, сильно расстроенный.

У парня тоже сон как рукой сняло! Смех душил, подобрался к горлу. Еле справлялся чтобы не заржать как конь! Выскочить что-ли? Оторжаться! Нет мочи терпеть более! Не крепись! А то на работу опоздаешь! Хорошо, что не я так шмякнулся! Ведь вот как чувствовал, и сегодня крепко держался! Всегда так держаться буду теперь! О как мало для счастья надо! – бурлило в голове парня. И он ехал с отличным настроением.

Ну почему мы такие?

2022

Кактус

Было нам лет по 15. Жили мы в СССР. Да, был дефицит многих вещей, но в 15 лет мы в принципе ни в чем не нуждались. Но не было у нас денег попить пивка, а очень нам с Вовкой – моим другом хотелось. А родители не дадут же нам на пиво-то в 15 (по крайней мере, у нас в семьях было так).

– И что делать-то мы будем? Где взять-то пивка? Как наскрести? Погода-то, погода!!! Сейчас бы пивка, и вот там у кустиков посидеть-то! – сказал Вовка.

– А мне вот идея пришла! – ответил я.

– Скорее, слышь, говори! Я на все согласен! – раззадорился Вова.

В то время были у меня хобби: аквариумные рыбки и кактусы. Перебирая различные варианты, где взять на пиво меня осенило!

– Если мы походим вокруг домов и на первых этажах увидим кактусы у кого-нибудь… Можно попробовать купить их. Я стрельну у родителей денежки под это дело! Отдадим за кактус поменьше и дело-то наше в шляпе! Понимаешь! Мы с пивом! – обнадежил я Вовку.

– Так пошли же искать! Скорее! – завелся Вовка.

Как выяснилось, тогда можно было увидеть на подоконнике кактус и запросто зайти к хозяйке или покричать прямо в окно и попросить продать его. И некоторые хозяева нам отдавали либо за какие-то символические суммы, либо вообще за так эти колючие растения. Мы потом так и покупали кактусы, пока мне уже некуда ставить их стало. А мама не сказала:

– Все хватит! Больше на кактусы денег не проси! Не дам!

Начали мы искать, но в тот день что-то не было, как назло, подходящих вариантов.

– Стоп! Я вспомнил! В аптеке, что рядом с Алтуфьевским шоссе, видел я огромный колючий кактус! Он растёт в громадной лоханке с другими цветами, – сказал Вовка.

– И что? Лоханку ты предлагаешь у аптеки купить что ли? – хохотал я.

– Нет, я лучше придумал!

– Ну говори, что ль!

– Я сейчас возьму дома рукавицы брезентовые! У отца есть. И мы пойдём в аптеку! Ты зайдешь и если не будет опасности, будешь держать дверь. Я быстро заскочу в рукавицах выдерну кактус и убежим!

– Давай! – не раздумывая, сказал я.

Сказано – сделано! Вот мы идём с рукавицами к аптеке. День солнечный, погода – чудо! В аптеке почти никого. Зайдя туда, я увидел только фармацевта, которая что-то показывала и объясняла одной из двух бабулек и кассиршу – тучную женщину лет 50 в огромных очках с усиками над жирными ярко накрашенными губами. Я понял: никакой опасности. На меня никто внимание не обратил. А еще мне сразу бросилось в глаза чудо природы – огромный сантиметров 60 в высоту и сантиметров 30 в обхвате, толстый колючий кактус! Он был посажен вместе с массой других цветов и вряд ли кого-то интересовал особо.

– Ну и ну! Такой бриллиант! Среди заурядных цветочков, – подумал я.

Открыл я дверь настежь. Вовке ничего говорить не надо было. Он натянул рукавицы! Ко мне подкатывали ни с чем не сравнимые чувства озорства, веселья и страха – это не описать! Вовка в рукавицах вбежал в аптеку! Кассирша в очках настолько опешила, что у нее открылся рот! Челюсть немного выступила вперед. Она не соображала, что происходит, но поняла, что сейчас что-то будет. Может, в голове ее мелькнуло, что касса в опасности? Вовка подбежал к кактусу и ловко выдернул его с первой попытки. За эти секунды лицо кассирши не отрывалось от Вовки. Я никогда не забуду гримасу удивления и недоумения на ее лице! Меня начали душить спазмы смеха! Вовка пробежал мимо меня. Я рванул за ним.

Мы бежали с бешеной скоростью от страха и прям ржали, задыхались, орали… Бежали мы почти до своего дома, минут 15! Наконец, мы решили, что опасность позади (если она вообще была)! Мы остановились, упали на траву. Хохотали, орали, корчились от коликов смеха. Сказать, что мы ржали как кони – вообще не сказать ничего! Такой шум от нас был! А рядом валялись кактус и рукавицы. Немногие проходящие мимо нас люди не понимали повода нашего веселья, но наш смех их тоже заводил, они улыбались, у них поднималось настроение!

На этого колючего красавца – кактуса я взял денежки у мамы (ей он тоже очень понравился). После обеда мы купили пива. Пили. Смеялись. Эх жизнь. Молодость.

– Да… Как же мне понравилось! Коля, иди выбирай любой кактус! А я все сделаю! Хочу это повторить! – сказал весело Вовка.

– Ладно…

Но больше мы так не поступали. Другие кактусы мы честно покупали или получали в дар.

2018

Делай больше

Бесценность жизни

Толпы всего земного шара

Приличным людям очевидна.

Ничем духовным толпу не удивить:

Ей материальные блага давай.

Одних на кухню тянет

К пахнущим оладьям.

Других – в убогий свой

Безвкусный дом.

Но жизнь проходит,

Как свечной огарок потухает

От суеты толпы не остается и следа

Никто не чтит, не любит

И не помнит

Толпу, в могилы канувшую навсегда.

А гении, вожди и полководцы

И все, кто непосредственен,

Толпе будут нужны всегда.

2009

Жизнь без смысла

Каждый, может, чего-то и знает

Каждый хочет чего-то и видит

Каждый ищет чего-то и ждет

Каждый знает, что он лучше всех,

Но жизнь быстро течет,

Но жизнь дважды прожить невозможно.

Каждый думал, что он лучше всех,

И не каждый узнал, что жизнь прожил он зря

Каждый только лишь смог наследить

Каждый след-то оставить не смог.

2010

Было около Мосфильма

«Ну, значит, жду от вас звонка! Надеюсь, утвердят и не зря приезжал! До свидания», – сказал я после успешного прохождения кастинга и через пять минут вышел из проходной Мосфильма. Погода была прелесть! Один из последних осенних дней, когда небо ясное, листва разноцветная, воздух прозрачный и еще теплый днем. Настроение было прекрасное. В троллейбусе, сидя у окошка, я задумался о чем-то приятном.

И уже на следующей остановке увидел, как молодая мама аккуратно выносила своего ребенка. Ребеночек был бледненький, и видно было, что он инвалид. Выйдя из троллейбуса, мама поставила своего ребенка, поправила на нем одежду, и они вместе потихоньку пошли. Аккуратно и чисто одетый в хорошую одежду, в очках, худенький (я не разобрал: девочка или мальчик), прилагая усилия (видно было что ему трудно дается ходьба) ребеночек шел, а ножки у него заплетались. Он что-то рассказывал маме и чуть улыбался… У меня сердце кровью облилось. Буквально остановилось. Хотя я и не сентиментальный человек. На моих глазах выступали слезы. Душно стало.

Я оглядел пассажиров глотая ком, подступивший к горлу. Почти все смотрели на ребеночка с мамой. И как-то не придавая этому никакого значения. Надеюсь, это мне только показалось в ту минуту! И понятно стало, что все мои проблемы катятся комом с горы, что это вообще и не проблемы-то! Вот очевидно было: где и у кого проблемы и горе. И это – что самое страшное – не самый крайний вариант горя! Далеко не крайний! Доходит ли до нас (здоровых), как некоторые страдают! Всю жизнь…

Давайте же не отворачиваться от тех, кому нужно помогать, от тех, кто нуждается в помощи, не забывать об этом, не обходить это и хоть какую-то крупицу помощи вкладывать в их жизнь. Всем ограниченным физически людям это очень, очень важно и нужно, а с нас не убудет, наоборот, мы станем добрее и лучше. Не попрошайкам да халтурщикам в метро и электричках давать милостыньку, так только чтобы отмахнуться, мол я сделал хорошее дело, а действительно участвовать (хоть как-то) в жизни инвалидов, престарелых, детей сирот, больных и других нуждающихся. А сколько таких нуждающихся!!! Подумать только, если мы бы, ну как могли им и вообще друг другу помогали! Насколько лучше и легче всем нам жить станет!

Эх дай же бог чтобы вылечили этого ребеночка полностью…ну хоть бы он не страдал…Ох, как же жаль… – думал я, а в горле першило, а троллейбус все дальше уезжал от той остановки…

2018

Дача

Он Игорь Петрович Гаврилов – муж. Она Зинаида Павловна Гаврилова – его жена. Игорь Петрович работает чиновником среднего звена в N-ском министерстве, жена – домохозяйка. Не скажешь, что они богатые люди, но зарплаты мужа хватает на быт, а так как они не кутежники, непьющие, ну и вообще могут рассчитывать свои средства (конечно, Игорь Петрович выпивает по праздникам и выходным, но меру знает, и это их семейный бюджет не подрывает), то в общем при достаточно размеренной жизни, ну и за время их тридцатилетнего брака, когда мужу исполнилось 55 лет, а Зинаиде Павловне – 50, когда их взрослая дочь Татьяна удачно вышла замуж за европейца и переехала к мужу, Игорь Петрович наконец-то накопленную кое-какую сумму денег, достаточную для приобретения скромной дачи или приличной, даже новой машины (такие цели были у семьи) решил реализовать в жизнь:

– Все! Хватит! Пора и «пожить» как полагается!

– А я…и не против, я даже тебе давно говорила… – согласилась супруга.

Она была более склонна к покупке дачи, а вот мужу хотелось иномарку. Хотя о даче, где очень тихо, мало соседей, рядом лес, щебетание птичек (а лучше трели соловьев), жужжание пчел…он тоже мечтал, но суммы на то и другое не хватало. Нужно было решить: либо скромная дача и поддержанная малолитражка, либо комфортная, новая машина «иномарка».