- -
- 100%
- +
Стальная дверь содрогалась от ударов.
– Открывай, чёртов чудик! Так просто это тебе с рук не сойдёт!
Джон сидел в кресле посреди своей комнаты. Его не беспокоили охранники, колотившие в дверь. Успел убежать и ладно. Пока они возятся, у него будет вся жизнь в запасе, без тревог и проблем. Именно для такого случая он подготовил свою комнату: неважно что бы ни произошло, у него была комната для бегства от всего мира.
«Даже если я попытаюсь им всё объяснить, у меня ничего не выйдет, они и слушать меня не станут. Либо пристрелят на месте, а потом выдадут в новостях за сопротивление аресту, либо под суд. А оттуда в тюрьму или на электрический стул. Это всё просто большое недоразумение, только и всего. Как бы мне не нравился этот наглый мешок с деньгами, я не желал ему смерти.»
* * *
– Джонни, мальчик мой! Как продвигаются дела? – мистер Глаттон неожиданно спустился в подвал. Его шаги в мягких тапочках были совсем тихими, и Джон их не услышал. – Всё уже готово?
– Видите ли, сэр… – начал Джон, приподнявшись. Одна из панелей пола была вскрыта и оттуда торчали пачками провода. Сам он находился в застеклённой коробке – маленькой комнатушке внутри подвала. – Это как посмотреть…
– Джонни, я думал мы договорились. К сегодняшнему дню ты обещал всё сделать, – он расхаживал вокруг, осматривая стеклянную комнатушку и приборную панель вдоль стены. Зашёл к нему внутрь. – Я покрыл все расходы, исполнял любое твое пожелание, я можно сказать, да я и скажу, спас тебя.
– Сэр, ещё слишком рано…
– Так почему ты не хочешь помочь мне в свою очередь? Неужели ты уже забыл, где ты был, когда я нашёл тебя? – не дал ему договорить мистер Глаттон. Он продолжил мягким бархатным голосом, как его халат. – Над тобой же открыто смеялись, тыкали пальцем в чудака. Никто не верил в твои проекты. Ещё бы немного, и того глядишь, побирался бы на улице. Но тебе повезло, что я прознал о тебе. Знаешь, что, Джонни? Мы с тобой похожи. – Глаттон подошёл к нему сзади и положил руку на плечо. – Мы с тобой оба мечтатели.
– Машина готова, но нужны испытания. Это может быть опасно. Прошу вас, ещё раз – мне нужно больше времени.
Глаттон резко развернул его к себе лицом и схватил Джона за грудки комбинезона:
– Ты меня уже закормил своими обещаниями! Сколько можно ждать?! Или ты просто вытягиваешь из меня деньги, а?! – он вздохнул, отпустил комбинезон, поправил складки. – Ты пойми, Джонни. Я стал богатым не потому что много ждал. Я всегда хватал момент, пока его не сцапали другие. Так же получилось и с тобой. Пока никто не верит в управление временем. Но ты построил машину времени, вот она передо мной, прямо как в кино! У меня больше нет терпения ждать, малыш Джонни. Я сам хочу убедиться в её работе.
Мистер Глаттон дважды хлопнул в ладони. В подвал спустились два человека в костюмах, один принёс чемодан, другой подошёл стене, нажал кнопку и часть стены отодвинулась. Внутри оказалась ещё одна небольшая комната, завешанная одеждой. Глаттон зашёл внутрь, дверь задвинулась и человек встал к ней спиной.
– Сэр, я не знаю для чего именно вам машина, но должен вас предупредить об эффекте бабочки. Любые, даже малейшие изменения в прошлом могут привести к непредсказуемым, а главное – непоправимым изменениям в настоящем. Я даже сожалею о своём творении, сэр.
Дверь открылась и оттуда вышел Мистер Глаттон, именно Мистер с большой буквы, потому что теперь он был одет в хороший костюм с начищенными блестящими ботинками. Несмотря на свой небольшой рост, начинающие редеть седые волосы и дряблое тело, выглядел он солидно. Правда фасон показался Джонни устарелым, будто костюм позаимствовали из театра для исторической пьесы. В схожие костюмы, только менее дорогие, были одеты те двое.
– Об этом можешь не беспокоиться. Мы прыгнем не так уж далеко, нет у нас никакого желания убегать от динозавров, по крайней мере пока. Перешагнем пару веков назад и вернёмся со зверушкой, которая нынче уже не водится. Слышал когда-нибудь про сумчатого волка?
– Вроде да, с-сэр. – Джонни начал понимать, к чему он ведёт.
– Раньше их даже в зоопарке держали, а теперь и днём с огнём не сыщешь, потому как кончились. Если бы такая игрушка сыскалась сегодня, сколько бы она стоила? Да ей бы цены не было. Но я ей дам. А если их начать разводить, а? Целый биологический вид, который принадлежит только тебе, бесконкурентный и уникальный товар. Твоя машина – мой бесконечный мешочек с золотом, Джонни. Я слышал, что многие научные открытия происходили почти одновременно в разных частях света, независимо друг от друга. И кто знает, может где-нибудь сейчас тоже изобретается машина времени. Так что мы не можем долго ждать. Мы отправляемся. Сейчас.
Джон приладил панель, вышел из стеклянной комнаты и подошёл к пульту управления. Пробежался пальцами по клавиатуре, на дисплее высветилось «200 лет, обратное направление движения. Подтвердите перемещение».
– Всё что сейчас внутри машины, все люди и предметы окажутся в прошлом, 200 лет назад. У вас будет 3 месяца, после этого вы снова очутитесь здесь, в нашем времени. Это всё чего я смог достичь на данный момент. Будь у меня больше времени…
– Джонни!
– Вы точно уверены, что хотите отправиться прямо сейчас?
– До тебя, что, с первого раза не доходит, дубина?
– Хорошо, но я вас предупредил, сэр.
Двое людей в костюмах зашли в стеклянную комнатушку. Мистер Глаттон кивнул.
«Надеюсь всё сработает. Прости меня, вселенная, если я тебя уничтожу» – Джон нажал на кнопку. Мистер Глаттон стоял в центре и смотрел на Джона, вздёрнув подбородок и скрестив руки на груди. За его спиной, по бокам от него высилась свита в лице двух охранников. Пару секунд ничего не происходило. Затем мистер Глаттон упал на колени, охрана бросилась его поднимать.
– Джонни, мать твою, что ты натворил… – захрипел он. Он поднял голову и посмотрел на него.
Джон отпрянул от стекла и застыл в ужасе.
Лицо Глаттона осунулось, изрезалось морщинами. Волосы стали выпадать, начали появляться старческие пятна. Один из охранников забился в угол, уставился на дряблые руки. Второй попытался помочь приподняться мистеру Глаттону, но тоже упал.
«Нет, нет, нет, только не это!» – Джон жал кнопки, но машина не останавливалась. Пока Глаттон дополз до стекла, он превратился в сморщенный скелет.
– Джонниии… – прохрипел он еле слышно, прижимая тощую ладонь к стеклу. Затем медленно опустился на пол. Больше он не двигался, стал усыхать и бледнеть. Охранники обратились дряхлыми стариками и слегли на пол.
Джон подбежал к двери и чуть было не открыл её, но вовремя одумался.
Из тел стали вытекать странного цвета жидкости, которые тут же высыхали. Кожа сжалась и рассыпалась пылью. Скелеты в ветхих костюмах развалились, черепа гулко покатились по комнате.
Дверь, открывшись, высвободила двухсотлетний воздух.
* * *
«Я всё сделал правильно, ошибка не допустима. Только сейчас я понял: ошибка была не в машине, а в самом понимании природы времени. Даже если бы он хотел спасти кого-то от смерти, предотвратить войну или что-то в этом роде, я бы не смог ничего поделать. Время необратимо, оно движется только вперёд, без оглядок и сожалений. Вселенную нельзя уничтожить, она сама защищает себя от парадоксов.
Об этом у меня ещё будет время подумать. Хорошо, что я заранее оборудовал свою комнату. Отныне мне не нужна будет ни вода, ни еда, ни даже воздух. У меня есть полки, заставленные книгами, тубусы полные моих чертежей, инструменты для создания моих новых шедевров. Всё это – мои единственные спутники на ближайшую вечность. И всё благодаря моему венцу творения – камере вне времени.
Если бы я постарался замедлить время, то скорее всего произошло бы что-то наподобие предыдущего эксперимента: вместо того чтобы в моей комнате проходили года, пока у них текут секунды, я бы просто замедлился для них.
Спасибо тебе, жадный старик, своей смертью ты спас меня от ошибки. На этот раз всё будет по-другому.
Если рассматривать время как неотделимую часть пространства в нашей вселенной, тогда я сделаю свою комнату пространством за её пределами. Здесь не будет времени. Если моя теория верна, то весь мир для меня замрёт, кроме этой комнаты. Я буду ни жив, ни мёртв до тех самых пор, пока мне самому не надоест. Так скоро включать её я не планировал, да обстоятельства ломятся в дверь.
Я, конечно, иду на большой риск, ведь никто не знает, что вне нашей вселенной, но терять мне уже нечего. Риск меня никогда не останавливал, напротив же, только подстёгивал».
– Ублюдок, думал самый умный, да – глухо послышалось за дверью. После этого стало слышно включенную болгарку, за ней – визжащий скрежет. Из щели между дверью и стеной на пол посыпались искры.
«Видимо пора. Нажму на кнопку и весь мир замрёт. Нажму ещё раз и мир снова продолжит своё движение, ничего не заметив.
Нажму на кнопку и всё получится.
Нажму на кнопку и всё получится.
Нажму на кнопку и…»
Дверь распахнулась.
– Руки вверх, и без фокусов! – охранник держал парня на прицеле. Тот таращился в монитор. Дверь располагалась сзади и сбоку от него.
Ноль реакции.
– Поднял руки быстро! – заорал ещё громче второй охранник, бросив болгарку и выхватив пистолет.
Парень даже не дрогнул. «Стальные нервы видать, у щенка то» – подумал первый.
– Считаем до трёх, если не поднимешь руки, будем стрелять!
Ни единого движения. То ли глухой, то ли совсем дурак.
– Раз!
Воздух казался густым, эпоксидным.
– Два!
Тишина. Изобретатель был подобен изваянию.
– Три!
Раздался выстрел, за ним второй.
Охранники опешили. Каждый из них многое видел за свою жизнь, но только не такого.
Пули зависли в дверном проёме, прямо в воздухе.
Второй охранник подошёл с опаской, потянулся к пуле пальцами.
– Стой! – первый отдёрнул его руку. Достал монету из кошелька, подбросил её в комнату. Закружившись, она пролетела до дверного проёма и замерла там, на одном уровне с пулями.
Он пригляделся повнимательней. В комнате, возле окна, в воздухе зависла муха. Крыльями она не шевелила.
Джон, молодой изобретатель, не боящийся риска, сидел в своей комнате. Ни жив, ни мёртв.