История станицы Каладжинской
- -
- 100%
- +
© Сергей Николаевич Свашенко, 2018
© Надежда Александровна Скорнякова, 2018
ISBN 978-5-4493-9432-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Каладжинский укрепленный пост
Введение
История станицы Каладжинской уходит своими корнями в середину XIX века, когда неподалеку от просуществовавшего восемь лет на правом крутом берегу Лабы укрепленного поста, у слияния рек Большой и Малой Лабы была заложена сама станица. Происходит это во время Кавказской войны 1817—1864 года, когда Российской Империи, оттесняющей черкесов в горы, нужны новые опорные пункты, для завоевания и сохранения земель в Закубанье, а также для пресечения потока работорговли.
Однако можно ли, говоря об истории Каладжинской, не упомянуть историю человеческих поселений в этих местах, предшествовавших ее основанию? Ведь заселение человеком берегов Лабы произошло более пятисот тысяч лет назад, когда сюда из Африки переселились первые архантропы, позже, около ста тысяч лет назад, за ними пришли неандертальцы, а потом и кроманьонцы. Волна за волной накатывались на междуречье Большой и Малой Лабы народы. Кого здесь только не было. Об этом нам могут рассказать многочисленные археологические памятники, сохранившиеся до наших дней.
Но и на этом рассказ об истории этой земли вряд ли закончится. Без повествования о том, как она, эта земля, собственно, образовалась, как формировался ее рельеф, какие животные и растения в разное время выбирали ее для своего обитания, он, этот рассказ, был бы не полным.
И уж раз мы заговорили о доисторических животных и растениях, и о том, как формировалась местная флора и фауна, нельзя было бы не упомянуть и о нынешней природе этих мест.
А для того, чтобы книга окончательно в себе отразила все, чем богата эта земля, стоит рассказать о достопримечательностях самой станицы Каладжинской и о достопримечательностях ее окрестностей.
Таким образом, у нас сформировался план повествования. В первой главе пойдет рассказ об истории станицы от ее основания и до наших дней. Из второй главы вы сможете узнать историю заселения человеком Лабинской долины. Третья глава расскажет о формировании самой земли, начиная от совсем далекого нам палеозоя, и заканчивая приходом в долину Лабы первых представителей человеческого племени, когда облик нашей планеты, климат, флора и фауна этой местности сформировались почти окончательно.
В четвертой главе рассказ пойдет о природе в окрестностях станицы, о ее флоре и фауне. А пятая и шестая главы вберут в себя всю информацию о достопримечательностях станицы, коих немало, и о том, что интересное можно увидеть в радиусе 50 километров от нее.
И вот теперь, когда все точки над «i» расставлены, можно переходить непосредственно к повествованию.
Ущелье в окрестностях станицы Каладжинской
Глава I. История станицы Каладжинской
Официальный отсчет своей истории станица Каладжинская ведет с 9 октября далекого 1861 года, когда неподалеку от Каладжинского укрепления у слияния рек Большой и Малой Лабы и была заложена станица.
Остатки Каладжинского укрепленного поста (который был основан в 1853 году и просуществовал восемь лет вплоть до основания самой станицы), расположенные на круто обрывающейся к Лабе горе, в наши дни называют крепостью. Пост имел свои огневые точки, в которых находились пушки. Были в нем земляные укрепления, пороховой погреб и подвалы, предназначенные для хранения провианта. Обороной поста занимались несколько десятков солдат.
Для чего здесь, на берегу Лабы, нужен был укрепленный пост? Чтобы понять, обратим свой взор вглубь времен на несколько лет раньше. Своим основанием пост, как и станица, обязан Кавказской войне 1817—1864 гг. Нас в этом временном отрезке интересует 1832 год, когда из девяти линейных кавказских полков образовалось Кавказское линейное казачье войско. Напомним, что до этого момента, а точнее с конца XVIII века, Кавказская укрепленная линия проходила от устья Лабы до Ставрополья и охранялась она донскими казаками. Именно из них, а также из переселенцев в 1832 году и было образовано КЛКВ.
С 30-х годов XIX века началось активное расширение войсковой территории в земли Закубанья, а равнину между Лабой и Кубанью называли Новой или же Лабинской линией (так как кордонная линия была перенесена с Кубани на Лабу). Река Лаба стратегически рассматривалась с двух точек зрения: первая – как граница мятежных абадзехов и мирных горцев, вторая – имеющая важное значение оборонительная линия запада Закубанья. Высокий правый берег Лабы открывал прекрасный вид на лежащие на противоположном берегу равнинные окрестности и мог быть использован как естественная преграда. Именно география этой территории предполагала выгоды новой кордонной линии.
Внедрение в Закубанье, по решению Царского правительства, осуществлялось путем создания системы военных укреплений. Отряд, сформированный под командованием генерала от кавалерии, барона Григория Христофоровича фон Засса, медленно, ведя короткие бои с горцами, продвигается в Закубанье к территории, расположенной между реками Белой и Лабой, оставляя за собой, созданные им новые укрепления – Махошевское, Зассовское, Темиргоевское, Михайловское, Новодонецкое и Георгиевское. Укрепления служат как плацдармы для долговременных походов на Белую. В них можно хранить запасы оружия, фуража и провианта. Кроме того, они используются для защиты от набегов, совершаемых горцами.
С осени 1841 года неподалеку от укреплений появляются станицы Лабинская, Урупская, Чалмыкская и Вознесенская. А в приказе от 25 марта 1843 года мы читаем: «Государь император высочайше повелел соизволить: из переселяемых на Лабинскую Линию четырех станиц Кавказского линейного казачьего войска составить особый полк, которому именоваться Лабинским Линейным казачьим полком». Так планомерно началось вытеснение черкесов в горы и заселение завоеванных земель казаками. 1
В 1853 году у слияния Большой и Малой Лабы на крутом правом берегу появляется Каладжинское укрепление. А к 1860 году Новая линия, начинаясь от укрепления Каладжинского и пролегая до станицы Бесстрашной, составляет со Старой линией единое целое под управлением КЛКВ.
Приказом Кавказской армии от 1 апреля 1861 года объявляется о создании в Закубанье пятнадцати новых станиц. А 13 апреля 1861 года начштаба войск Кубанской области в предписании №2444 излагает свои мысли по заселению станицы Каладжинской. Суть их сводится к тому, что в большинстве своем поселянами должны стать не казаки (хоть они и были приспособлены жить в этой пограничной зоне), а нижние чины Кавказской армии с семьями.
И вот, с освещения церкви святого апостола Иоанна Богослова, 9 октября 1861 года на карте Закубанья возникает новая станица – Каладжинская, с конца 1860-х годов по 1870 год именуемая поселком. Для сохранения оборонительной мощи новое поселение обнесли частоколом из 5—6 метровых заостренных бревен. В частоколе были ворота с двух сторон. Их запирали на ночь, и часовые охраняли покой станичников.
Почему станица получила такое название? Тут просто. По имени укрепления. А вот почему так назвали укрепление – вопрос второй. Этимология этого названия исследована еще недостаточно. Версий же несколько. По версии В. Б. Виноградова – свое имя сначала укрепление, а потом и станица получили по имени хребта в Закубаньи, чье название «Къаладас» имеет кабардинские корни и переводится как «живущие в крепости». По версии же А. В. Твердого, изложенной им в «Топонимическом словаре Кавказа», название имеет адыгейскую этимологию, и в основе его два слова «къалэ» – город, крепость – и «жъы» – старый, то есть «старая крепость». Имеется и тюркская версия происхождения, в которой «къалэ» – также означает крепость, а «джик» – это уменьшительный суффикс, и все слово можно перевести как «маленькая крепость». Так что, как ни крути, крепость – присутствует во всех версиях. 2 3
Быт первых поселенцев был нелегок. У казаков было 6 гектаров пахотных земель и 10 гектаров казацких наделов. В основном станичники выращивали пшеницу, ячмень, кукурузу и подсолнечник. Последний они сбывали в станицу Лабинскую, хотя в Каладжинской и была своя маслобойня. Был в ней и небольшой сахарный заводик, две мельницы и даже винокурня. Со скотоводством было сложнее. Окрестный рельеф не располагал к наличию хороших пастбищ. Скот то и дело проваливался в овраги.
Основное население станицы составляли переселенцы с Украины и из Центральной России. Так в 1862 году в станице проживало 52 казака, 19 крестьян из Воронежской губернии и 8 нижних чинов Кавказской армии. Всего же в станице проживало 400 человек. По переписи населения от 1906 года в станице насчитывалось уже 2020 жителей.
Кроме самой Каладжинской «крепости» – остатков Каладжинского укрепленного поста – в станице сохранились еще два памятника архитектуры конца XIX века. Это здание торговой лавки и амбар.
К XX веку Каладжинская становится относительно крупным населенным пунктом, с налаженным административным устройством и почтовой связью, который имел постоянное сообщение, обеспеченное с помощью проложенных дорог, с соседними станицами – Зассовской, Ахметовской и Лабинской.
К 1912 году на территории станицы проживает уже 4078 человек, имеются два училища: церковно-приходское и министерское. А общее число земель для пользования составляет более 15 тысяч десятин.
Есть на территории и в окрестностях станицы памятники XX века, которые также относятся к объектам культурного наследия. На северной окраине станицы находится братская могила красноармейцев, погибших за власть Советов в годы гражданской войны (1918 г.). В парке на улице Мира – братская могила красноармейцев, погибших за власть Советов в годы гражданской войны, и партизан, казненных фашистскими оккупантами в годы ВОВ (1918—1920, 1942—1943 гг.). Там же находится памятник В. И. Ленину (1934 г.). На улице Ленина в доме номер 34 проходило первое заседание Каладжинского ревкома. А чуть дальше по этой улице можно найти здание, где в школьные годы учились Герои Советского Союза И. Н. Нестеров, П. Л. Шмиголь и Герой Социалистического Труда М. П. Кутинова (1922—1929, 1926—1933, 1944—1946 гг.). Сейчас в этом здании располагается средняя школа №3. 4 5 6
В наши дни станица Каладжинская вместе с селом Новый мир входит в состав Каладжинского сельского поселения, расположенного на территории Лабинского района, общей площадью 12,1 тысяч гектаров с населением 2175 человек. Административный центр находится в Каладжинской.
Герб и флаг станицы Каладжинской
Рассказывая историю станицы, нельзя не упомянуть о гербе и флаге Каладжинского сельского поселения. Они были утверждены 25 июня 2007 года решением Совета муниципального образования Каладжинское сельское поселение Лабинского района №70 и внесены в Государственный геральдический регистр РФ с присвоением регистрационных номеров 3616 и 3617 соответственно. Авторами идеи являются В. Нагаевский и М. Шарунов.
Герб выглядит так: зеленое поле, окаймленное поверху нитевидной зубчатой полоской, состоящей из двух вершин, упирается в лазоревую полосу в верхней части; в нижней части герба золотой плетень с закрытыми воротами посередине; по центру зеленого поля располагается казачья сторожевая вышка золотого цвета; справа и слева от вышки, зеркально расположенные, вздымаются на дыбы серебряные кони с золотыми гривами, хвостами и копытами.
Изображение флага идентично гербу, за исключением того, что плетень с закрытыми воротами символизирует золотая полоса в нижней части, а вместо нитевидной зубчатой полоски, состоящей из двух вершин, между верхней лазоревой и центральной зеленой, располагается ровная узкая полоска белого цвета.
Укрепленные ворота и казачья вышка, уходят корнями к основанию станицы и символизируют то, что станица была надежным прикрытием от нападений горцев.
Вздыбленные кони – то, что жители станицы всегда составляли конные сотни Кавказского Линейного и Кубанского казачьего войска. Они также являются символом грациозности, красоты, бесстрашия, верности, воинской доблести и свободы.
Лазоревая полоска в верхней части – символ чистого неба, безупречности, добродетели и воли. А еще лазоревый – определяющий цвет линейных казаков.
Нитевидная зубчатая полоска серебряного цвета символизирует горные пики, у которых расположилась станица. Белый – символ мира, честности и чистоты.
Зеленый цвет основного поля призван рассказать о природе и сельском хозяйстве. Он обозначает плодородие, возрождение и здоровье.
Золотой же цвет служит для того, чтобы рассказать о достатке. Он является символом, величия, богатства и процветания.
Глава II. Заселение человеком Лабинской долины
Можно ли, рассказывая историю этой земли, ограничиться только временным отрезком с момента основания станицы и до наших дней? Думаем, что нет. Ведь история заселения Лабинской долины уходит корнями в ранний каменный век, то есть на глубину более пятисот тысяч лет назад. И в наши дни не составляет труда обнаружить кремневые артефакты раннего палеолита в руслах ее многочисленных притоков.
Около 2 миллионов лет назад из Передней Азии на Северный Кавказ мигрировали архантропы и распространились оттуда в смежные районы. Архантроп, или же эректус (от латинского Homo erectus – человек выпрямленный или человек прямоходящий) – ископаемый вид людей, которых можно рассматривать как предков современного человека. 7 8
К сожалению, до наших дней дошло мало свидетельств пребывания архантропов в изучаемом нами районе. Костные остатки эректусов на территории Северного Кавказа не обнаружены. Хотя на берегах Лабы и ее притоков и находят кремни, относящиеся к ашельскому времени, представителем которого является архантроп. Поэтому, минуя их мы сразу перейдем к палеоантропам.
Каменный век
На смену архантропу на территорию Кубанского Кавказа приходит палеоантроп. Происходит это в мустьерскую эпоху около ста тысяч лет назад. И такой человек называется неандерталец. Основной материал для него, как и для архантропа, по-прежнему кремень. Только уже более искусно обработанный. Из него изготавливались рубила, остроконечники и скребла. Ледниковый период, во времена которого и проживал неандерталец, накладывал свой отпечаток. Неандертальцы селятся в пещерах и под скальными навесами.
В соседнем Мостовском районе, до которого рукой подать, обнаружены самые древние на Северном Кавказе останки неандертальцев. Местом обнаружения являются Монашеская и Баракаевская пещеры Губского ущелья близ станицы Баракаевской. А в горном массиве Ятыргварта нашли петроглифы, датируемые III тысячелетием до нашей эры. 9 10 11
Неоантроп или кроманьонец селится в долине Лабы примерно 50 тысяч лет назад, и по первому времени соседствует с неандертальцем. Так продолжается около 20 тысяч лет, после чего неандерталец исчезает.
Каменный век сменяется бронзовым. Однако, несмотря на название, орудия в большинстве своем по-прежнему изготавливаются из камня. В окрестностях Ахметовской, например, на склонах и плоских вершинах можно и сегодня обнаружить микролиты. 12
Мезолит и неолит в долине Лабы представлены не так явно, как палеолит. Это связано с тем, что ледниковый период отступил, и человек уже вышел из пещер. Теперь его поселения находятся на открытых пространствах, где, увы, сохраняются до наших дней хуже.
Бронзовый век
Познакомившись с металлом, человечество начинает новый виток своей истории. Высокие террасы Лабы изобилуют курганами. Их высота от нескольких десятков сантиметров до нескольких метров. Курганные погребения, зародившись в раннем бронзовом веке, просуществовали в качестве обычая вплоть до XVI века нашей эры. Верхушку кургана часто украшали каменные изваяния, которые в наши дни можно встретить разве что в музее. Например, в Лабинском краеведческом, или на территории школы в той же Ахметовской.
Не исключение в этом плане и окрестности Каладжинской. Неподалеку от станицы находится несколько групп курганов. Всего около восьми десятков насыпей. Одни из значительных групп носят имена Большие и Малые Кургашки. А самая крупная даже не имеет собственного имени и в госреестр входит просто как Курганная группа (25 курганов). Все они являются археологическими памятниками и входят в культурное наследие нашей страны. Но, увы, мало исследованы.
В 2011 году удалось отстоять в суде неприкосновенность этих археологических объектов и опротестовать действия администрации Лабинского района, выдавшей разрешение на строительство межпоселкового газопровода от станицы Зассовской до станицы Каладжинской, проходившего по плану прямиком по курганам.
Самые ранние курганы, найденные на берегах Лабы, относятся к майкопской культуре. Есть также захоронения ямной и катакомбной культур. Все три типа курганов нередко потом использовались для более поздних погребений. Например, над захоронением катакомбной культуры бронзового века в ранне-скифское время возведен знаменитый Костромской курган. 13 14 15 16
Еще один тип памятников, дошедший до наших дней из бронзового века – это дольмены. Самое крупное в мире их местонахождение как раз таки находится в бассейне реки Лабы. На безлесных холмах левого берега реки Кизинка археологи обнаружили 564 сооружения. Из них большая часть относится к плиточному типу. Однако есть и корытообразные, и даже один составной. 17
II тысячелетие до нашей эры также является началом развития северокавказской культуры в Закубанье. От нее остались курганные погребения, богатые бронзовым инвентарем. В горных районах представители северокавказской культуры вступают в контакт с представителями дольменной культуры, а на равнинах с представителями катакомбной. 18
Не меньшие открытия ждут нас при изучении периода перехода от бронзового к железному веку. На их стыке возникает кобанская культура. До конца XX века считалось, что она распространялась только в Закавказье, однако раскопки, произведенные в конце прошлого века, показали, что это далеко не так. Близ Каладжинской археологами обнаружено древнее кобанское городище. Памятники кобанской культуры свидетельствуют о наличии высокоразвитой металлургии меди у кобанцев, а также о широких межплеменных связях ее носителей. Они являются одним из важнейших источников изучения истории многих народов Северного Кавказа. 19
За кобанцами на берега Лабы приходят сначала киммерийцы, а затем и скифы. Именно киммерийцы из всех племен Северного Причерноморья стали известны нам по имени. Грекам этот воинственный народ был знаком еще с гомеровских времен. Есть о нем упоминания и в клинописных текстах ассирийцев. В IV веке до нашей эры их вытесняют и частично поглощают скифы.
Железный век
Приход скифов совпадает с началом железного века. Ко временам вторжения скифов в Сирию, Мидию и Палестину (IV век до нашей эры) и относят Костромской Курган, о котором мы уже упоминали. Именно там была найдена нащитная бляха в виде оленя, ставшего символом Государственного Эрмитажа. Ее можно отнести к настоящим шедеврам скифского «звериного стиля». Благодаря Геродоту (древнегреческому историку) мы можем многое узнать о них. Ведь именно Геродот, путешествуя скифским землям в V веке до нашей эры, оставил нам подробные сведения о скифской культуре. 20
Следом за скифами подходит очередь меотов, предков адыгов. По берегам правых притоков Лабы Чалмыка и Куксы можно найти большое количество меотских городищ, датируемых ранним железным веком. Более двух тысяч лет назад меоты были земледельцами, и экспортируемый ими хлеб отправлялся через Боспорское царство, возникшее к тому моменту по берегам Черного и Азовского морей, прямиком в Грецию. Из Греции же меоты получали оливковое масло, посуду, ювелирные украшения и многое другое.
Помимо земледелия меоты занимались скотоводством. Высокий уровень у них получило и ремесло, особенно керамика. На обрывах рек и во многих городищах отслеживаются мощные культурные слои, что говорит о длительном непрерывном пребывании меотов на берегах Лабы. Скифская культура оказала сильное влияние на меотов. А греческий географ Страбон даже относит к меотам скифов. 21
Следующая волна, нахлынувшая на Кубанскую землю – сарматы (савроматы). Сарматов, пришедших в Прикубанье, еще принято называть сираки. Сираки уничтожают меотскую знать, а на меотов накладывают дань. Однако уже в III веке до нашей эры в борьбе с греческими городами-полисами Таманского полуострова между меотами и сарматами складывается военно-политический союз, постоянно пополняемый за счет притока кочевников-сарматов из Волжских степей. И даже противник великого Рима, царь Боспора Митридат IV Евпатор предпочитает жить с ними в мире, используя и меотов, и сираков в своих боевых действиях против римлян. А его сын Фарнак в борьбе против войск Юлия Цезаря призывает к себе на службу десятки тысяч сиракских и сарматских воинов. 22
Эта совместная военная деятельность меотов и сираков, а также то, что большинство последних все чаще предпочитает оседлый образ жизни, приводит к формированию меото-сиракского этноса. Происходит это в I веке нашей эры. Вновь созданная общность устраивает сеть военных укреплений между Кубанью и Лабой для обороны от нашествий степных кочевников. Как следствие этой жизнедеятельности, на этих просторах раскидываются курганы так называемого «Золотого кладбища», получившего свое имя благодаря большому количеству найденных в курганах золотых украшений. Но в захоронениях слабо прослеживаются какие-либо значимые имущественные различия, что говорит о благополучии, которое было достигнуто не только походами и захватническими набегами, но и деятельностью во время оседлого образа жизни. 23
В I веке нашей эры южные горные районы Закубанья облюбовывают для себя аланы (предки современных осетин), чьи городища, сложенные из грубообработанного камня и находят там археологи в наши дни. Наиболее известное – городище Куньша в селе Горном. Общая площадь его составляет более 400 гектаров. Чтобы было нагляднее, скажу, что городище Куньша по своим размерам превосходит по суммарной площади средневековые города Дамаск, Самарканд и Иерусалим. А жило в нем от 12 до 15 тысяч человек. На территории городища обнаружены развалы 30 христианских церквей, датируемых X – XIII веком нашей эры. Аланы были христианами. И стали ими на 74 года раньше, чем приняла крещение Русь. Через контролируемые ими земли проходил Великий Шелковый путь, и Византия, чтобы сделать этот путь менее опасным, приобщила горные племена к своему верованию.
В средневековых источниках встречается информация о столице Западной Алании – городе Магас (Маас). По свидетельству этих источников, Магас был значительным культурным, политическим и торговым центром на Кавказе. Он возник на Великом Шелковом Пути в XIII веке, а во времена татаро-монгольского нашествия был полностью разрушен. Но можно ли соотнести городище Куньша и легендарный Магас – вопрос, открытый для исследования.
Нашествия готов и гуннов
В III веке нашей эры на Кубань новой волной врываются готы (восточногерманские племена). Происходит ассимиляция с местными племенами скифов и сарматов (сираков). Это служит началом бесконечных походов на Римскую Империю. Одновременно это является концом для обитателей многих городищ, в том числе и «Золотого кладбища». Почему произошло последнее? Пока это является загадкой для историков, которую еще только предстоит разгадать.
IV век нашей эры полностью меняет карту, казалось бы, устоявшегося мира. Происходит это благодаря тому, что кочевники из Азии начинают постепенно двигаться на запад. Хотя началось все это значительно раньше с азиатского племени хунну, которое медленно прокладывало себе путь, обрастая по дороге тюркоязычными племенами. Усилившись за счет угорских народов Урала и ираноязычных племен сарматов, гунны (а именно о них сейчас идет речь) сохранили в незначительной мере элементы своей культуры, но в большей мере переняли сарматские и угорские элементы.
Это нашествие уничтожило весь азиатский Боспор. Танаитские аланы и остготы были покорены, а большая часть меотских племен ушла дальше в предгорья Кавказа. Огромная территория находилась в подчинении этому полукочевому союзу племен с разными корнями. И держался этот союз исключительно на силе оружия. Ведь основным источником существования этой «империи» была война. Однако после смерти легендарного вождя гуннов, Атиллы, которая случилась в 453 году, произошло то, что было закономерно. Вся эта шаткая пирамида развалилась на несчетное количество враждующих новообразований. 24