14 инкарнаций Саны Серебряковой

Глава 1. Ее зовут Сана.

Он сидел за столом, разглядывая облака через большое мансардное окно в крыше аудитории Академии, рассеяно размышлял об абстрактности математики, чьи бесконечные формулы текли по доске из-под мела учителя, и еще не знал, что именно сегодня, нынешняя жизнь достигла поворотного момента. Настолько поворотного, что через один час двадцать пять минут и десять секунд привычная реальность будет полностью уничтожена, понятие времени потеряет всякий смысл, а бесконечные мультиварианты начнут разворачиваться вокруг в безумном вихре. Учитель бы оценил всю красоту мгновения, если бы увидел математическое выражение этого процесса, ну или хотя бы мог в каждый момент принятия решения отслеживать перемещения своего «Я» в реальность А, Б, В и далее, но, к сожалению, он этого не умел, поэтому просто рисовал на доске формулы, думая, что с помощью них познает хоть чуточку больше той крупицы мира, что его окружает.

Саша тоже не мог видеть эти перемещения, иначе он бы уже заметил, как ткань реальности плавно расползается вокруг него, готовя судьбоносную встречу, которая уничтожит одну Вселенную и породит другую.

Впрочем, на какую-то долю секунды ему показалось, что облака переливаются, а в голове возник образ девушки с короткими каштановыми волосами, которую он когда-то где-то видел, может быть, в прошлой жизни.

Саша встряхнул головой и поморгал, надо поменьше таращить глаза вверх и почаще на доску, тогда не будет мерещиться что-то странное. Он размял затекшую шею, зевнул, и вернулся к математике.

Скоро зазвонил звонок, студенты стали шумно собираться и покидать класс. Саша кинул планшет в сумку, закинул ее на плечо, и, насвистывая какую-то песенку, отправился в столовую.

Солнечные лучи расчерчивали пол пустынной галереи на четвертом этаже. За стеклами высились черные обелиски небоскребов центра города. Саша задержался на секунду, вглядываясь в знакомый пейзаж. Серебряные нити мостов железной дороги, струились над землей меж зданий. По ним ползали продолговатые капельки поездов, а по небу плавали дирижабли с видеорекламой на боках.

В Солнечном Городе была осень. Такой могла бы стать Москва, но…

Ее уничтожили.

Саша провел пальцем по стеклу. Мир казался каким-то нереальным, готовым начать расплываться, стоит только отвлечься и посмотреть в сторону. Сегодня самый обыкновенный день, твердил он себе и сам не знал, почему. Хотя, его подсознание уже уведомили, что к чему, и оно отрубилось, как будто выпив литр валерьянки, поэтому Саше было особенно спокойно.

Прогулочным шагом он дошел до столовой, любуясь ясным осенним деньком через окна в коридорах. Поболтал с толстой поварихой на раздаче, одарил парой шуток хихикающих девчонок, стоящих в очереди, и, попивая сок из трубочки, подсел к приятелю.

– Что это ты такой сегодня умиротворенный? – спросил Толик.

– Да я даже не знаю, – Саша потянулся. – Прямо лег бы и уснул. Высшая математика подействовала.

– Кстати, о математике. Видел новенькую с факультета теоретической математики?

– Что? А должен был?

– Там совершенно удивительная девушка! О ней ходят поразительные слухи!

– Какие, например?

– Да всякие! Она совершенство, гений красоты, парни все так и падают, когда на нее посмотрят. Я сам ощутил этот эффект на себе – полный улет. Она как чертов ангел с небес!

– Да ну?

– Она чудачка. Говорят, вообще двинутая на всю башку. И имя у нее странное. Ана… Сан…, подожди, сейчас вспомню.

– Сана Серебрякова, – пробормотал Саша, приложившись к соломинке.

Толик уставился на него:

– Что? Так ты ее знаешь? Ну вот, а притворяешься, что не слышал.

– Подожди-ка, а что я только что сказал? – насторожился Саша.

– Ты назвал ее имя.

– Хм… как-то само вырвалось. Может, кто-то рассказывал уже.

Саша потер лоб, и правда, странно, что это он только что выдал? Отпив сок, он постарался выкинуть это из головы и непринужденно спросил:

– И что, никто ее еще не приструнил? Новеньким не положено наглеть.

– Желающих нет. Говорят, те, кто ей не нравятся, просто исчезают.

– Проваливаются сквозь землю? – хмыкнул Саша, не веря ни единому слову.

– Да нет, просто не приходят на пары или пропадают куда-нибудь. Одного парня цементовоз переехал прямо у ворот Академии, говорят – ее рук дело.

– Цементовоз? Ты серьезно? Слушай, Толик, хорош заливать.

– Да ты что, на Луне живешь? На прошлой неделе. Вся Академия на ушах стояла!

Он почувствовал легкое беспокойство, потому что на прошлой неделе точно ничего такого не было.

«Варианты уже сменяются», – будто прошептал кто-то.

Саша потряс головой, приходя в себя. Все это какая-то ерунда, Толик просто прикалывается. Симпатичная новенькая от его глаз бы не укрылась. Тем более, если уже неделю здесь училась! И как там ее? Сана? Что за странное имя…

Последнее он пробормотал вслух, и Толик с готовностью ответил:

– Никто не знает, так ли ее зовут на самом деле. Вроде не иностранка, фамилия-то русская. Но девочка с приветом, сказала, что ее зовут Сана, и никак иначе. Бог знает, как учителей в этом убедила, точно гипнозом.

– Ну-да, ну-да, – махнул рукой Саша, Толик превзошел сам себя, надо же, порет какую-то чушь, и думает, что ему верят! – Послушай, Толик, – начал Саша.

Но вдруг звук пришедшего сообщения прервал его. Саша машинально полез в карман брюк за телефоном, чувствуя нарастающее легкое беспокойство. Подсознание оживало, крича – вот оно, началось!

На экране высветилось:

«Приходи в спортзал. Ты моя вторая инкарнация в этом времени, я нашла тебя.

Сана».

Саша брызнул фонтаном сока на стол, соломинка выпала изо-рта.

– Ты что? – вскочил Толик – на него чуть не попало. – Что там тебе пришло? Девушка бросила?!

– Это она! Боже! Она существует?

– Кто?!

– Сана! Она… Черт знает, что это… что за бред?!

– Дай посмотреть!

– Похоже, эта девчонка назначила мне свидание!

– Она точно двинутая, – выдохнул Толик.

– Не завидуй, что поделать, я популярен, это факт, – проговорил Саша, немного успокаиваясь.

И это было правдой, он слыл первым красавчиком в Академии, непослушные светлые волосы всегда были слегка растрепаны, а проникновенные голубые глаза, зачаровывали любую девушку. Этот взгляд он старался почаще тренировать перед зеркалом.

Он оторопело повертел телефон в руках и заново перечитал надпись на экране.

Толик фыркнул:

– Я? Завидую? На тебя положила глаз какая-то долбанутая инопланетянка, тебе остается только посочувствовать. Что она написала?

Саша сунул телефон другу под нос:

– Посмотри, ты видишь тоже, что и я? Что это за околесица? Она что, шизофреничка? Перепутала меня с каким-то своим мультиком?

Толик оторопело вчитался, а потом разразился хохотом:

– О да, это в ее репертуаре! Полный финиш! Как там? Вторая инкарнация? Это что, новый термин для второй половинки? Чертовски романтично!

– Кончай ржать, Толик, я не понимаю, что происходит! Минуту назад я вообще не знал о ее существовании, и вот, она шлет мне сообщения! Если эта чокнутая в меня просто втюрилась, то это еще полбеды, мне не привыкать, но «ты моя вторая инкарнация» звучит ни хрена не романтично! Что это? Что это значит?

Друг почти скатился под стол от смеха:

– А-а-а… Наш Санёк, дополнительная ипостась дивнутой эсперки-анимешницы с факультета математики! Полный улет, я сейчас всем расскажу, ха-ха-ха! Поторопись в спортзал, кажется, она хочет преподать тебе индивидуальный курс гимнастики на матах!

Толик сложился пополам, но его смех прервал неожиданно громкий сигнал второго сообщения. А ведь уведомления были отключены перед началом учебного года, как раз потому, что постоянно одолевали поклонницы, посылая каждую минуту какую-нибудь фигню.

Приятель сразу перестал смеяться и насторожился.

Саша раздраженно включил телефон и посмотрел на экран. И должно быть, изменился в лице.

– Что там?! – побелел Толик.

– Э-э…

– Да что там?! Покажи!

Саша повернул к нему экран, и Толик стал похож на привидение, осев на стул. Его можно было понять, в послании от таинственной Саны говорилось:

«Если твой приятель, не перестанет меня обзывать или кому-то расскажет о происшествии, свидетелем которого он только что стал, то его тоже переедет цементовоз».

Саша сунул телефон в карман, озираясь. Похоже, она где-то рядом и все слышит! А как она узнала его номер? И тут его осенила догадка – друг подговорил кого-то, и его сейчас просто весело разыграли!

– Какого черта, Толик? Никакой чокнутой девчонки с экстрасенсорными способностями не существует, не так ли? Эти сообщения пишет, небось, та очкастая, с которой ты водишься? Признаюсь, я сначала купился от растерянности. Не знал, что у тебя хватит фантазии на что-то такое, ты растешь в моих глазах! Дохлая мышь в моей сумке в прошлом году – это был верх твоего творчества, а сейчас что-то новое. Откуда это? Про инкарнации – какой-то буддизм? Не знал, что ты вообще читаешь книги, не говоря уже о таких. Толик? Эй, Толик…

Друг как-то меньше всего походил на человека разыгравшего удачную шутку и нетерпящего в этом признаться. Он сидел совершенно белый, испуганно косясь по сторонам.

– Санёк, она меня убьет. Черт, она точно меня убьет! Как она услышала нас? Я не вижу ее! Ее здесь нет! Она читает мысли, Саня! Все, что про нее болтают – правда!

– Ты что? Хочешь сразить меня еще и актерским мастерством? Должен признать, у тебя талант, – раздраженно бросил Саша.

И тут он вдруг подумал, а как этой странной девчонке удалось вообще ему писать, ведь у него блок на номера не в списке.

– Саня, ты не понял, что ли? Эта сумасшедшая существует, и она ждет тебя.

****

Конечно, он не собирался идти в спортзал искать какую-то дурочку, которую в глаза не видел. О чем думала эта девчонка? Хотела показаться оригинальной? Надо же «ты моя вторая инкарнация». Ничего страннее он в жизни не слышал. Пусть даже она действительно симпатичная, с головой у нее явно не в порядке.

Саша решил принципиально не приближаться к спортзалу. Кем бы не была эта Сана, следовало поучить ее манерам. Если она думала, что он прибежит, стоит только написать пространное сообщение, то она стрельнула мимо. Он не привык бегать, как только какая-то дурочка, себе на уме, пишет интригующие сообщения, вообразив, что ему может быть до нее дело.

Прислала бы фото сначала!

С этими мыслями он вышел из столовой, Толик решил посидеть там еще, наедине со своими мрачными мыслями о скорой кончине от цементовоза, но обещал подтянуться в аудиторию к началу пары.

Саша шел по коридору, привычно закинув сумку на плечо и насвистывая песенку. Какая-то приставучая мелодия крутилась сегодня в голове.

Он так задумался, что чуть не столкнулся заведующим кафедрой Виктором Сергеевичем.

– Саша, ты куда? – остановил его тот.

– Э-э… на пары.

– Подожди, отнеси вот это в спортзал.

И Виктор Сергеевич протянул ему… скакалку.

– Вы что – шутите?! – опешил Саша.

– Не понял?

Саша встретился глазами с Виктором Сергеевичем, пристально его изучая. Происходящее не укладывалось в голове и напоминало какой-то дикий заговор. Сейчас в спортзале его ждет Сана Серебрякова, и заведующий кафедрой, вдруг, посылает его туда со скакалкой? Но Виктор Сергеевич выглядел совершенно серьезно, да и заподозрить его в том, что его подговорил Толик или кто-либо еще, было за гранью возможного. Заведующий кафедрой – научный работник со стажем, пятидесяти трех лет, в очках с тонкой серебряной оправой, руководящий лабораторией при Академии и гоняющий, как мальчишек, всех преподавателей и сотрудников. Глупые шутки ему были так же чужды, как бабе Нюре игра в гольф.

Положение усложнялось тем, что Саша, как подающий надежды студент, был принят в штат, подрабатывал лаборантом, и этот самый Виктор Сергеевич, был его прямым и непосредственным начальником, чьи распоряжение следовало выполнять без неуместных расспросов!

Даже если это неожиданная просьба посреди коридора отнести скакалку в спортзал.

– Где вы это взяли? – все-таки решил уточнить Саша с подозрением.

Завкафедрой небрежно взглянул на нелепый предмет в своей руке и пояснил:

– Только что был семинар у первокурсников. Для демонстрации опытов мы заимствовали кое-что из спортзала. Я хотел сходить вернуть инвентарь, но раз уж ты тут слоняешься, отнеси, пожалуйста, а то я уже не в том возрасте, чтобы круги наматывать по всей Академии, у меня много других дел.

У Саши сложились неплохие отношения с Виктором Сергеевичем, и глупо было бы пререкаться в ответ на невинную просьбу, тем более начальника. Но что за подстава? Неужели бывают такие вот нелепые случайности?

– Да, давайте, я отнесу, конечно, – выдавил улыбку Саша.

– Спасибо, – завкафедрой по-отечески похлопал его по плечу и пошел дальше.

У Саши мелькнула мысль, вернуться в столовою и заставить Толика, но не факт, что тот еще там, а бегать искать его времени нет, скоро будет звонок. Все это так нелепо, неужели он боится встретится с той, что ждет его в спортзале?

Ругаясь себе под нос, Саша побрел в соседнее крыло, все еще удивляясь, какое странное совпадение случилось, будто бы специально.

Экстрасенсорные способности?

Да боже мой, даже если Сана Серебрякова обладает телекинезом, ясновидением и телепатией в придачу, как она могла бы подстроить, такую сложную схему, семинар, скакалка, Виктор Сергеевич? Ей надо тогда быть самим господом богом!

За этими мыслями, он прибыл к двери спортзала. Коридор вокруг был подозрительно пуст.

Саша замешкался у входа, испытывая какое-то неуместное волнение, как будто, если открыть эту дверь и переступить порог, жизнь никогда не будет прежней.

Да что с ним? Это же просто какая-то девчонка с причудами, которой взбрендило в голову познакомиться!

Саша деловито открыл дверь и шагнул.

Просторный зал был залит светом. Сквозь стеклянную куполообразную крышу лились косые солнечные лучи. Казалось, сам воздух светился, переливался, блики играли на каждой поверхности. Прямо в центре неподвижно стояла девушка в клетчатой юбке и черном пиджаке, темные волосы подсвечивались солнцем и колыхались от невидимого, едва заметного ветерка. Над ее головой плыли облака, расчерченные в клеточку перекрытиями крыши. Облака были и под ногами, отражаясь в дощечках паркета, разлинованного под баскетбольную разметку.

Она словно создание, сотканное из света, подумалось Саше невольно.

Он быстро мотнул головой, сбрасывая наваждение. Что за глупости, в самом деле? Просто девчонка знает толк в эффектах, спортзал был одним из красивейших мест в Академии, и в солнечный погожий денек стоять в его центре, все равно что на сцене под софитами.

Неужели она так и торчала тут в этой позе, все это время?

Или она знала с точностью до секунды, когда он откроет дверь?

Почему-то Саше внезапно с НЕЙ не захотелось встречаться, тем более, наедине. Он просто развернулся и как ни в чем не бывало направился обратно в дверь. Интересно, куда все подевались, и кто ее сюда пустил…

– От меня не убежишь, Саша, – раздался за спиной мелодичный голос.

Он резко обернулся:

– Слушай, ты, а откуда ты вообще меня знаешь?

Она смотрела на него насмешливо и даже чуть надменно, улыбаясь, приподняв уголок рта. Саша раздраженно кинул скакалку на стол, стоящий в сторонке.

Девушка ответила:

– Откуда я тебя знаю? Ты часть меня.

Он не спеша подошел, на ходу разглядывая девчонку, способную брякнуть подобное.

Глубокие темные глаза – так и затягивали, каштановые волосы спускались чуть не доставая плеч, играя на солнце. Да, она была очень красива. Кто-то, быть может, бы сказал, что обворожительно красива. Было в ней нечто этакое, странное, притягивающее. Ангел с неба – это может быть чересчур, но какое-то «сверх» в ней ощущалось.

Девушка молча улыбнулась, сделала два шага на встречу, остановилась, скрестив ноги, подняла тонкие руки и крутанулась на месте, словно красуясь. Короткая клетчатая юбка взметнулась, открывая и без того незабываемые бедра.

Саша заинтересованно смотрел.

– Ну и как я тебе? Практически совершенство, не правда ли? – спросила она, чуть наклонив голову, и тоже как будто его разглядывая.

Саша фыркнул:

– Пфф, совершенство?..

Он хотел сказать, что это чересчур громко сказано, но запнулся, когда она склонила голову на другой бок, заулыбавшись еще более обворожительно.

– Забавно, я даже на тебя произвожу впечатление, а ведь мы суть одно и тоже. Представь, как я действую на всех этих мальчиков пубертатного возраста. Я для них словно мечта, явившаяся из снов.

– Самомнения тебе не занимать, – оценил Саша.

Никто бы не сказал, что он склонен теряться перед девушками, даже напротив, всегда был первым донжуаном в Академии, но эта инопланетянка действовала на мозг, как бокал шампанского. Что-то ему подсказывало, что она совершенно права, и другие давно бы распластались у ее ног, с просьбой принять в рабы навечно. Почему он сам еще не распластался, Саша даже не мог себе четко объяснить. Она была красивой, мистически завораживающей, но он, как будто, ожидал этого. Иначе не скажешь, просто ожидал и поэтому был все более спокоен, справившись с первым удивлением.

– Мальчики пубертатного возраста, а тебе самой сколько? Двадцать-то исполнилось? – спросил он, насмешливо.

– Сколько мне? – она засмеялась и звук ее мелодичного смеха эхом раскатился по спортзалу. – Ты спрашиваешь, сколько мне лет? – Она легким шагом прошлась вокруг него, сложив руки за спиной. – Может ты хотел спросить, сколько нам лет, Саша? Нам уже сотни, тысячи, а может даже миллионы. Я просто не помню все.

– Для миллионов лет ты неплохо сохранилась, – заметил Саша, поглядывая на ее длинные ноги. Черный пиджачок с гербом Академии идеально подчеркивал фигуру, он был расстегнут под ним белая блузка с игривым красным бантиком на груди, видимо поэтому Толик назвал ее анимешницей. Хотя это форма Академии, а занятный фасон давно воспет в кулуарах, носить ее пока строго не обязывали, как введенную недавно. Дизайн, как говорится, обкатывался. Поэтому не так много студенток щеголяло в этом. Но что и говорить, Сане наряд очень шел.

Девушка приблизилась, подняв большие глаза.

– Жить миллионы лет непрерывно в одном теле скучно и бесполезно, поэтому мы умираем и возрождаемся. Сейчас мне двадцать и я студентка факультета теоретической математики, но я помню куда больше.

– Короче, Сана, или как там тебя на самом деле, что у тебя за игра? Зачем ты назначила мне встречу? Вступление более чем располагает. Тебе миллионы лет, ты носишь клетчатую юбочку и почему-то называешь себя во множественном числе, причисляя и меня в этот странны конгломерат. Сейчас ты мне расскажешь, что ты с другой планеты и нам надо спасти мир, или что? Давай, как-нибудь, побыстрее, а то я на теорию поля опаздываю.

– Я вполне себе обычный человек в этом воплощении. Почему ты думаешь, что я с другой планеты? Нет, у меня есть мама и папа, я родилась и выросла здесь, в России, как и ты. Но я жила далеко от тебя, все это время – в Хабаровске. Просто однажды я поняла, что здесь, в этом веке и на этой планете есть не только я, есть еще и ты, и я нашла тебя.

– В этом месте мне, видимо, надо обрадоваться.

– Еще бы, это воссоединение, я изменила первоначальный вариант нашей судьбы, которая должна была складываться по обычной схеме отдельно друг от друга, и создала что-то новое. Мы теперь вместе, и наша жизнь изменится и никогда не будет прежней.

– Эй-эй, давай помедленней, девочка, что это за разговоры о воссоединении и совместной жизни? Сначала мне нужны кино и цветы, а потом я еще подумаю, – рассмеялся Саша.

Сана с интересом разглядывала его.

– Хватит шутить, ты ведь уже все интуитивно понимаешь, я чувствую. Я могу частично улавливать твои мысли.

– Ого, ну тогда у нас вообще семейной жизни не выйдет, лапочка.

Она медленно наклонилась к нему:

– То, что ты вспомнил о юморе и наглости говорит о том, что ты уже освоился в моем присутствии, да?

Ее лицо было так близко, а в этих темных карих глазах можно было утонуть. На какую-то долю секунды ему показалось, что она собралась его поцеловать, и эта мысль, отчего-то, привела его в ужас.

Сана отстранилась, довольно улыбаясь, а Саша напряженно соображал, не порозовел ли он. В самом деле, что за девочка со странностями, и почему он стоит здесь и треплется с ней о чем-то довольно абсурдном, когда надо идти на теорию поля?

– Ты не опоздаешь на пару, это место в локальном временном пространстве, – сообщила девчонка, словно прочитав мысли.

– А… что?

– В этом спортзале, сейчас, я создала пространство за пределами обычного течения времени, чтобы никто не мог ненароком нам помешать.

Да, у девушки был тяжелый случай. Эффектная внешность и девиантное поведение, видимо, приучили ее к тому, что все реагируют на нее, как на ходячее чудо света, да она и сама верит в то, что э-э… Может создать локальное временное пространство? Или она просто играет с ним, намеренно эпатирует, и это у нее стиль жизни?

– Слушай, Сана, кажется, так тебя зовут? Ты всегда так с парнями знакомишься? Называешь вторым воплощением и порешь какую-то фантасмагорическую чушь?

– Я? Знакомлюсь с парнями? Какой ты дурачок. Я могу посмотреть, и, ты верно подумал, они бегают за мной, мечтая выполнить любую мою прихоть. Но до сих пор мне не попадались экземпляры способные чем-то особенно заинтересовать.

Она сказала «ты верно подумал»? На одну ужасную секунду ему показалось, что она и правда читает его мысли, но быстро пришел в норму, отмахнувшись от этого, как от совершенного идиотизма.

– Дай мне руку, Саша, и я тебе расскажу все.

– Если у тебя за углом подружка, и она это сфоткает, а потом ты выложишь на своей странице в интернете, то я буду недоволен, – предупредил Саша полушутливо, но просьбу выполнил.

Сана ничего не ответила, медленно взяв его за руку. Было в этом что-то, странное. Саше даже хотелось инстинктивно отдернуть руку. Ее ладонь была мягкая и теплая, и через нее будто бы струилась какая-то мощная пружинящая энергия. У него невольно расширились глаза.

– Чувствуешь? Это я.

– По-моему у меня какие-то глюки.

– Ш-ш-ш… – прошептала она, приложив палец к его губам. – А теперь просто молчи, слушай и смотри мне в глаза.

Саша смог только удивленно моргнуть совершенно парализованный, что у нее за манеры?

– Мы одно существо, Саша, воплощенное в двух телах и в двух личностях. Такое периодически происходило в наших прошлых жизнях. То, чем мы являемся целиком, сущность слишком сильная, и не всегда одно человеческое тело способно выдержать его сознание, или не всегда этого требует задача новой жизни. Ты меньшее порождением моего изначального «Я», поэтому менее сознательное и понимающее происходящее. Я тоже порождение, не несущее всю его великую силу и знание, но у меня сохранена связь с ним и частично память. Я прима, ты секунда. Для тебя эта жизнь кажется единственной, как будто ничего не было до, и ничего не будет после, но это не так, и ты всегда это знал. Я воплотилась в этом времени и пространстве на четыре дня раньше тебя, потом возник ты. В детстве я тебя осознавала, потом забыла. Но я всегда знала, что я часть чего-то большего, и прибыла в этот мир с какой-то целью. Я поняла, что Сана Серебрякова, не полная проекция моего истинного «Я», в эту реальность, есть еще одна, я видела тебя во сне, я улавливала «воспоминания» от твоей жизни здесь. Я знала, что ты существуешь, я решила тебя найти. Я думаю, ты поможешь мне вспомнить.

– Вспомнить что?.. – прохрипел Саша пересохшим горлом, все это время он так и стоял, застыв, сжав ее руку в своей, с широко раскрытыми глазами.

– Вспомнить, зачем мы здесь. У нас есть цель Саша.

Саша несколько раз моргнул и уточнил:

– Будем, все-таки, планету спасать?

– Планета мне до лампы, Саша. Познание и саморазвитие, вот что главное.

Он смотрел на нее, она на него.

– Ты что, мне не веришь? – насторожено прищурилась Сана.

Саша мягко высвободил свою руку.

– Очень приятно было с вами познакомится, девушка, но мне уже как-то пора. Меня ждет урок этажом выше этого э-э… локального пространства. И вот уж кто точно не может обойтись без меня в процессе познания, так это учитель теории поля. Ну, пока, не скучай. Впрочем, о чем это я? Вас ведь тут, похоже, больше одного. Передай привет своей высшей составляющий и извинись, что я не останусь на вашей вечеринке, не знаю, что вы там курите, но я думаю, вам будет весело и без меня, адью.

– Чего? А ну стой, ты куда?

Саша сделал уже несколько шагов по направлению к двери и обернулся: