Бессмертный. Мир не для всех

– Вся эта хрень с символами была нужна лишь, чтобы замедлить нас, – воительница махнула рукой в сторону деревьев.

Эркен покачал головой.

– Мы попались – это правда, но это не значит что нужно было просто идти, не обращая внимания на знаки. На нас могли напасть…

– Ты кого-нибудь видел? – перебила Крица.

– Нет, но это ни о чем не говорит. Враги могли скрыться с помощью колдовства и просто держаться на расстоянии.

Храмовница не стала спорить.

– Если ты прав, нас всю ночь преследовали одержимые. Они шли за нами и проверяли, выжигаем ли мы их знаки на деревьях.

– И я о том, – подхватил Эрк. – Если бы мы оставляли все как есть, на нас бы точно напали, но хоть мы и долго провозились, зато получилось пройти через лес без боя.

– Пусть так, но впереди ущелье.

Эрк посмотрел вдаль, на высокие горы и зияющий проход меж ними. Этот путь выглядел как ловушка, но Эркен понимал, что другого выхода нет. По крайней мере бессмертный точно знал, что никто из воинов храма не намерен отступать, хоть командир начал подумывать о том, чтобы отдать такой приказ.

Эрк понимал, если он прикажет войску отходить назад и покинуть горы совсем, Крица будет спорить, но последнее слово все равно останется за командиром. Так захотела королева. Белая кровь не обрадуется, если Эрк вернется без победы, но бессмертный не хотел гробить людей. В этом просто не было никакого смысла.

– Что решил, командир? – кисло спросила храмовница.

Эрк посмотрел на женщину с легким раздражением.

– А что тут еще решишь? У нас два пути: назад и вперед.

Сказав это, Эрк решил прощупать почву, намекнув на отступление:

– Я считаю, путь через ущелье опасен. Если по нашим следам идут одержимые, то в самом ущелье нас так же могут поджидать. Я считаю так же, что о нас уже знают во всех ближайших городах. Одно хорошо – на нас не обрушишь лавину, потому что скалы практически голые.

– Мы не можем отступить, – твердо ответила Крица. – Королева отдала приказ.

Эркен стиснул зубы, желая крепко выразиться насчет королевы и всех этих фанатичных болванчиков, но понял, что в этом нет смысла. Истинно верующие в то, что Белая кровь наместница Девы света на этой грешной земле просто не поймут и не примут осуждения в ее сторону.

Бессмертный ощущал в некоторых своих воинах сомнения, но это были не более чем робкие помыслы и неуверенные вопросы в духе: «а что, если?».

А что, если королева не приказывала убивать всех жителей гор подчистую? Сам бессмертный был готов поклясться, что не слышал от Готы таких слов, но Крица так и рвется начать валить народ, то и дело напоминая, что сама королева Севера отдала приказ.

Приказ есть приказ – спору нет, но его трактовка вызывает вопросы и только ему, Эрку, в этом походе решать, как истолковывать приказ Белой крови.

– Мы пойдем вперед, – сказал Эрк, – но перед этим нужно расставить на пути возможных преследователей пару ловушек. Вы это можете?

Крица скривила губы, хоть ее взгляд казался более-менее удовлетворенным.

– Храмовники не любят ловушки, но кое-что мы сможем сделать.

– Делайте. Если никого не убьем, хоть замедлим слегка.

Крица шустро подрядила людей и дала каждому задачу нанести магические символы на деревья. Эти витиеватые узоры отличались от рваных и резких демонических знаков, и были нужны, чтобы при приближении близко кого-либо взорваться и сжечь жертву к чертям.

На взгляд бессмертного, штука спорная, ведь кроме одержимого мимо дерева мог пройти какой-нибудь медведь или пробежать волк. Символ сработает и убьет зверя, а настоящие враги узнают о ловушке, услышав звук взрыва и увидев обгорелую тушу животного.

Бессмертный сообщил о своих сомнениях воительнице, на что Крица безразлично пожала плечами.

– Арсенал рядовых храмовников не богат, что тут скажешь?

– А ты разве не должна знать больше?

– Я знаю то, что помогает мне эффективно разить врагов. Расставлять ловушки – это не ко мне.

Эрк потерял желание говорить. Дождавшись, как воины храма закончат с символами, бессмертный отдал приказ выдвигаться к ущелью. Командир планировал добраться до горного прохода раньше полудня и надеялся, что боевые знаки на деревьях остановят хотя бы кого-нибудь. Храмовники не славятся ловушками и подлостями, думал Эркен, а значит одержимые не должны ожидать чего-то подобного.

Следующую остановку совершили перед входом в ущелье. По обе стороны высились каменные громады, а высоко в небе пролетали птицы и гриморы. Изредка до ушей доносился звук падающих камешков, но ущелье оказалось довольно широким, и командир считал, что для таких проворных ребят как храмовники не составит труда увернуться от сорвавшегося вниз камня.

На глаза не попался ни один демонический знак, и войско вошло в ущелье. Воины храма двигались быстро, но не бежали сломя голову. Ущелье тянулось змеей через каменные исполины, молчаливо высящиеся над людьми. Эркен шел впереди и постоянно прислушивался. Крица выглядела спокойной, как и остальные, но бессмертный уже научился понимать эмоции воинов храма и разбираться в их практически безжизненной мимике. Эти мужчины и женщины чувствовали напряжение. Оно витало в воздухе и казалось материальным.

– «Я не вижу знаков скверны», – мысленно сказала Крица.

– «Это хорошо», – нехотя ответил Эрк.

– «Или же они хорошо скрыты от глаз», – продолжала воительница. – «И это уже нехорошо».

– «Я тут вспомнил», – оживился командир, – «в самом первом городе, что мы взяли, ведь тоже были демонические знаки».

– «Они были и во второй крепости».

– «Вот именно, но в первой крепости среди врагов тоже были колдуны, хоть и всего несколько, а во второй нас поджидал целый отряд бездушных, но знаки внутри крепости ведь не работали во время нашего с тобой сражения внутри».

Крица призадумалась.

– «Хочешь сказать, знаки скверны действуют не только на нашу магию, но и на колдовство бездушных?».

– «Может быть. Если так, использование демонических символов может быть выгодно далеко не всегда, да и как знать только ли против нас эти знаки вообще нужны?».

– «Бездушные – не демоны», – подумала Крица, но не стала развивать мысль.

Войско дошло почти до середины ущелья. Над головами людей кривой полосой тянулось ясное зимнее небо. С разных сторон то и дело доносился скрежет когтей по камню – это скальные ползуны шустро передвигались по вертикальным склонам в поисках птичьих гнезд.

Эркен то и дело замечал этих небольших существ, напоминающих небольших человечков с конечностями одинаковой длины. Если бы не лысая круглая голова, было бы с ходу непонятно, где верх, а где низ.

– «У нас в пустошах такие не живут», – мысленно сказала Крица, следя за перемещениями ползунов. Из-за скального цвета кожи их было не отличить, если ползуны замирали, но бессмертный прекрасно видел ток энергии в их мелких проворных телах.

– «Здесь, в горах, жизни больше, чем в пустошах», – подумал командир.

– «Когда мы наведем тут порядок, жители пустоши смогут частично переселиться в горы», – ответила воительница. – «Это будет только на руку народу Севера».

Эркен больше не развивал разговор, оставив Крицу наедине с мыслями о светлом будущем. Светлом в ее понимании. Самого же бессмертного привлекло беспокойство среди скальных ползунов. Существа постепенно бросали свои дела и расползались по щелям. Эркен впервые видел этих мелких горных обитателей, но даже с первого взгляда командир понял, что они чего-то опасаются.

– «Нам придется драться», – произнесла Крица, посмотрев на бессмертного. – «В очень скором времени».

Эркен знал это и так. Каждый из его воинов, скорее всего, тоже понимал, что на пути их войска встанет много врагов. Бессмертный не чувствовал радости от надвигающейся битвы, но парень был рад способности воинов храма воскресать после смерти. Если бы не этот дар, их войско уже было бы разбито.

– «Как думаешь, как они решат напасть?» – в преддверии боя рыжей воительнице захотелось помечтать.

Эркен нехотя ответил:

– «Они будут осторожнее, чем в прошлые разы. По силам мы примерно равны, но они не воскресают из мертвых в отличие от нас».

– «Именно поэтому мне кажется, что враг не попрет в лобовую», – подумала в ответ храмовница и коснулась плеча бессмертного. – «Кстати, во время перехода через лес ты о чем-то говорил с храмовником. О чем?»

Эркен тут же понял, какой разговор женщина имеет в виду, как понял и то, что ее это не касается.

– «Я отдавал указания», – соврал бессмертный. – «Велел не растягиваться и всякое такое».

– «Ты такой заботливый», – насмешливо подумала воительница. – «Чтобы мы все без тебя делали?».

– «Представить не могу…».

Эркен осекся и поднял руку. Крица мысленно передала остальным команду «приготовиться». Измененные глаза бессмертного видели впереди надвигающуюся стену энергии, которая при обычном взгляде выглядела как волна из снега и ледяного ветра. Это очень сильно напоминало уменьшенную версию Ледяной бури.

– Сзади еще одна! – крикнула Крица и приказала создать полущиты, прикрывающие войско спереди и сзади. Передний полущит держала лично воительница и несколько передних воинов храма. В конце войска созданием защитного колдовства занялись замыкающие.

Две небольшие, но опасные ледяные бури ударили по войску воинов храма с обеих сторон. Налетев на золотистые полущиты, бури прекратили свое движение, разбившись о защиту воинов храма, но бессмертный понимал, что это еще не конец, как понимал командир, что расставленные храмовниками ловушки на выходе из леса не принесли результатов. А если и принесли, то это все равно не шибко помогло.

– Будем продвигаться дальше, – распорядился Эрк. – Нельзя стоять на месте.

Крица мысленно передала приказ командира, и он пронесся по всем воинам храма. Войско продолжило движение, и спустя несколько шагов Эрк вновь заметил впереди надвигающуюся стихию.

Очередной удар с двух сторон, и вновь колдовство бездушных разлетелось о щиты воинов храма. На удивление бессмертного защита храмовников прекрасно держала натиск горных колдунов. В Крице командир не сомневался, но и воины в конце войска справлялись как следует.

– Хотят нас ослабить, – бросила Крица, неприятно усмехнувшись. – Думаю, когда их колдуны истощат свои силы, в бой пойдут одержимые.

– Нам бы поспешить! – нетерпеливо ответил бессмертный, не замечая в своей руке появившуюся косу. – Не хотелось бы быть зажатым с обеих сторон.

Храмовники ускорились, насколько это было возможно. Каждый раз с небольшим промежутком их настигали насылаемые вражескими колдунами бури, и каждый раз золотистые полущиты сдерживали натиск.

Вскоре бессмертный заметил, что временные промежутки между появлениями бурь увеличились, но за это время несколько воинов храма, отвечающих за создание щитов, поменялись с более свежими товарищами.

– Они слабеют! – сообщил бессмертный. Крица не ответила, но на ее лице играло предвкушение.

– Сверху! – крикнул один из храмовников. Эркен тут же поднял глаза, заметив унсуров на скалистых выступах. В телах горных колдунов пульсировала колдовская энергия, направленная прямиком в горы.

– Они обрушат на нас скалы! – крикнул бессмертный. – Поднять щиты!

В следующие мгновения по всей длине армии храмовников надулись золотистые купола. Словно бронированная гусеница, войско ползло по ущелью, а над ними начинали дрожать горы. Вниз посыпался снег и мелкие камни. По стенам ущелья поползли трещины. Местные обитатели оживились и начали стремительно расползаться кто куда. Воздух наполнили крики испуганных птиц.

Первый огромный камень откололся от стены ущелья и полетел вниз, рухнув перед войском, частично перегородив путь. Вслед за первой глыбой начали падать и другие. Одни больше, другие меньше. Камни ударялись в золотистые щиты воинов храма и расшибались на кусочки.

Глядя на устроенный колдунами камнепад, бессмертный сомневался, что на вид хрупкие щиты храмовников сдержат натиск по-настоящему большого камня.

– Я займусь колдунами! – Эрк только сейчас заметил, что все это время его пальцы сжимали древко косы.

– Я с тобой! – решительно ответила Крица, но командир запретил ей.

– Ты будешь руководить войском. Доведи их до конца живыми!

– Поняла, – чуть поделив, ответила воительница.

Бессмертный кивнул в ответ и метнул косу в ближайшего унсура колдуна.

В этот раз войско воинов храма накрывал не сплошной купол, а несколько небольших. Между этими магическими щитами были промежутки, и в один из таких бессмертный бросил косу.

Коса вонзилась в камень, рядом с бездушным. В ту же секунду Эркен переместился к своему оружию, вырвал его из скалы и рассек колдуна, отправив его тело в полет. Унсур грохнулся спиной на золотистый защитный купол Крицы, и вспыхнул подобно факелу, издав короткий крик.

С высоты каменного выступа Эрк бросил взгляд в конец войска и увидел, что сзади все еще налетают порывы ледяной стихии, хоть каждый следующий натиск был слабее предыдущего. Если командир верно понимал, когда колдуны потратят свои силы, в бой должны броситься одержимые, но время еще оставалось.

Часть бездушных переключила внимание на бессмертного. Колдуны пытались сбить командира храмовников ветряными ударами или приморозить к скале, но Эркен ловко избегал атак, стараясь приблизиться к очередному колдуну и нанести удар.

Из-за нападений бессмертного бездушные колдуны потеряли возможность безнаказанно обрушивать скалы на воинов храма, что дало последним больше пространства для действий.

Эрк продолжал бой, но быстро понял, что колдуны не дураки и смекнули, как противостоять перемещениям бессмертного. Когда Эркен метал косу, и та вонзалась в гору, ближайший колдун попросту замораживал ее, и Эрк, появившись, не мог схватить оружие, и его приходилось призывать обратно.

Все это сильно тормозило командира воинов храма и мешало его и без того не самому лучшему способу перемещаться по полю боя. У Эрка, вопреки его желанию, не вышло разобраться с колдунами, но хорошо получилось их отвлечь, дав возможность храмовниками бить в ответ.

Когда нескольких бездушных пронзили белые молнии, бессмертный понял, что все не так уж плохо, а когда потрепанные колдуны начали шустро отступать, командир и вовсе взбодрился. Все шло не так, как планировал бессмертный, но хоть что-то да получалось.

Бездушные бежали, и Эркен осмотрел свое войско. Среди воинов храма были небольшие потери, но товарищи не бросали тела своих и несли на себе.

Когда рядовой храмовник вернется к жизни, колдовских сил в нем не будет совсем, и в случае очередной смерти он уже не воскреснет самостоятельно. Товарищи, разумеется, подсобят, да и кровь бессмертного пойдет в дело, если потребуется, однако Эркен не мог игнорировать заметную слабость рядовых храмовников в сравнении с той же Крицей.

Бессмертный быстро прикинул и понял, что в ближнем бою, если не брать во внимание колдовство, одержимый унсур ничем не уступает воину королевы, а воины храма, в свою очередь, сильно проигрывают в количестве.

– «Их атаки заметно ослабли», – мысленно передала Крица.

Эрк проследил взглядом за надвигающейся на храмовников волной льда и снега, и воочию убедился, что в этих стихийных ударах уже нет былой силы. Атака колдунов без шансов разбилась о выставленный храмовниками щит, взметнув снежную пыль, после чего наступило длительное затишье.

– «Меня сбивает с толку их упорство», – подумал командир. – «Они просто нападают и дохнут».

Крица в ответ рассмеялась, словно услышала неплохую шутку. Воительница ничего не сказала, а бессмертный хорошо понимал, что совсем не шутил.

Некоторое время воины храма продвигались без проблем. Изредка на их строй накатывали разрушительные ледяные волны, но их морозный хлад разве что немного бодрил храмовников королевы.

Пока Эркен скакал по выступам и наблюдал за всем с высоты, Крица мысленно подбадривала людей, и бессмертный слышал ее мыслекрики. И, как казалось командиру, воительница чересчур расходится.

Как считал Эрк, дисциплинированным и собранным воинам храма ни к чему столь жесткая накачка, но Крица совсем не пыталась поднять боевой дух своих бойцов – с боевым духом храмовников всегда все было в порядке. Крица хотела раззадорить или даже разозлить солдат, чтобы те бились еще яростней, под стать их старшей боевой подруге.

Эрк подумал притормозить Крицу, но решил не вмешиваться, потому что впереди их ждал второй этап сражения, и хорошо, если бы он оказался последним, но командир в это не верил.

Когда с двух сторон на храмовников набросились одержимые, это ни для кого не стало неожиданностью. Даже для не слишком искушенного в войне Эрка не было никакой интриги в том, что пытаются провернуть их враги. Ущелье – идеальное место, чтобы сдавить противника и разбить его в чертовой матери, но хватит ли у одержимых сил? Ответ на этот вопрос бессмертный был готов получить в ближайшее время.

Первые одержимые ударили в лоб, нарвавшись на золотистый щит, созданный Крицей и подпитанный ее товарищами. Мохнатые туши одержимых вспыхнули золотом и с бешеным ревом стали разбегаться прочь, обжигая своих же. Глядя на это, Эркен в очередной раз пожалел, что с ними нет других старших воинов храма. Эти золотые щиты, способные не только защищать, но и жечь, помогли бы войску пройти всю дистанцию нетронутыми. К ним бы даже никто не смог приблизиться.

Созерцания бессмысленной гибели одержимых от золотого полущита Крицы навело Эркена на мысль, что будущее за колдовством и никак иначе. Мечи, копья и луки – все это прошлое. Вскоре настанут времена, когда люди и вовсе забудут, как пользоваться клинком, потому что это будет просто не нужно.

Но Крица была одна, и в войске бессмертного больше не сражалось храмовников ее ступени. После неудачного лобового налома одержимые стали нападать с флангов, карабкаться по скалам и бросаться на воинов храма сверху. В конце войска у врагов и вовсе не было таких проблем как спереди.

– «Я назад!» – передал Эркен Крице и бросился на помощь к замыкающим.

Крица ответила на сообщение бессмертного яростным всплеском эмоций, и командир понял, что его заместительница полностью увлечена боем.

В конце войска началась кровавая свалка. Первое время грохотали молнии, но они быстро стихли, когда враг проломился через защиту воинов королевы и сошелся с противником врукопашную.

В очередной раз бессмертный убедился в том, что был прав, когда уравнивал одержимого и рядового воина храма. Против ничем не сдерживаемой ярости и бешеного напора храмовники могли противопоставить хладнокровие и академическую дисциплину, развитую годами обучения.

Этой дисциплиной могли похвастать все кроме Крицы. Соединенный с воительницей мыслесвязью, бессмертный то и дело улавливал бурлящую в разуме храмовницы ярость и желание насладиться каждым нанесенным или даже полученным ударом.

Кровь возбуждала Крицу. Кровь возбуждала и бессмертного, но увидев подобное со стороны, Эркен испытал стыд и задумался о том, в кого он превращается каждый раз, когда его коса забирает жизнь.

Но поле боя никогда не было местом для мыслей о высоком. Люди гибли, лилась кровь, а поверженных и изувеченных боем нещадно втаптывали в кровавую снежную кашу под ногами.

Одержимые шли в бой без малейшего страха, ведь храмовники не могли убить их, только низвергнуть обратно в Загробье, откуда неудачливый демон со временем мог вернуться назад, если верно сойдутся его звезды.

Храмовники же не боялись драться потому что могли вернуться из мертвых. Пусть даже не сами, но с помощью товарищей или крови бессмертного.

Эркен не боялся вообще ничего из того, что могли предложить его нынешние враги. Смех, да и только. Была бы здесь Белая кровь, она бы заставила одержимых ныть как младенцев.

Сам Эрк сомневался, что сумеет заставить одержимых рыдать, но, если командир воинов храма что-то и умел, так это убивать демонов так, чтобы они больше не возвращались в мир живых.

Когда Эркен ворвался в бой, одержимые сделались осторожнее. Появился тот, кого стоило опасаться, но Эрк уже понял, что чем ниже демон по рангу, тем он тупее, и тем меньше ему знаком страх и чувство самосохранения.

Бессмертный не мог с уверенностью сказать сколько врагов их окружило, но он был уверен – хватит всем.

Храмовники более не использовали крупные защитные купола. В ближнем бою каждый, кто успел, покрывал свое тело личным щитом, который мог сдержать несколько сильных атак.

Тактика воинов храма была простой: они входили с противником в размен. Покрытые колдовскими щитами храмовники могли пропустить парочку ударов, и пробить в ответ один раз, чтобы разнести одержимому голову.

Бессмертный такими тонкостями не заморачивался. Покрыв тело броней, Эркен рубил косой любого врага, попавшегося на глаза. Командир ворвался в толпу одержимых таким образом, чтобы его размашистые удары не задели своих. Алая коса все так же безупречно справлялась с плотью, практически не замечая ее сопротивления. Враги падали один за другим, но каждый демон пытался перед смертью унести как можно больше воинов храма.

Эркен рубил и кромсал, пока не увидел впереди просвет. За его спиной валялись десятки изрубленных тел, и стояли окровавленные воины храма из числа переживших сражение. Враги, напавшие сзади, были побеждены, но спереди еще доносились звуки боя, которые кончились, не успел командир прийти в начало.

Эрк видел, что бой пережила примерно половина бойцов. Учитывая последние битвы, это можно было считать хорошим результатом. Ущелья оказалось завалено трупами, и Эрк поймал себя на мысли, что созерцание подобного уже давно стало для него чем-то обычным. Как знать, возможно бессмертный уже ловил себя на подобных мыслях.

– Мы снова задали им, – Крица выглядела довольной. По ее лицу стекала кровь, но воительница не обращала на это внимания. – Теперь нужно атаковать город, пока они не оправились.