Апология детектива. Труд. Личный опыт

Работа детектива во втором десятилетии

Продолжаются и описанные тенденции. Укрупнение бизнеса, волна поглощений и перераспределение доходов в сторону укрупнения. Богатые богатеют, остальные как получится. Свободных денег у людей становиться меньше. При этом, достаточно понимающих возможности и доверяющих детективам.

Это не мешает укрепляться отношению к детективам, как к персоналу сферы услуг, падает качество обращений, средняя прибыль и статус клиентов. Если до этого клиенты обращались в основном по необходимости, и только иногда для хитрых ходов, сейчас появляются «самые умные и хитрые», пытающиеся любыми способами добиваться, зачастую, странных целей. Они пытаются использовать детективов в темную или в неоднозначных ситуациях, другими словами «загребать жар чужими руками». Итог такого подхода, низкая вероятность результата. Работать по их задачам в лучшем случае не интересно, в худшем опасно – много проблем и ненужных, даже лишних, действий. Из плюсов то, что такие клиенты слышны с первых фраз. Когда это становится понятно, озвучиваем предоплату побольше, они отказываются, на том и расходимся. Сейчас таких стало меньше, но порядок работы с ними такой же. С другой стороны стоят статусные люди, которые тоже слышны с первых фраз. Они предпочитают писать, и их отличает отсутствие мелочности, разумный подход и понимание рисков. С ними проще работать, и результат можно получить вероятнее и быстрее. Это две основные крайности, остальные клиенты и заказы между ними, ближе к той или другой стороне, со своим набором особенностей.

Так же в то время активно развиваются массивы данных, в том числе для проверок в области безопасности. Так называемые «биг дата» или «большие данные». То, что было в виде баз данных на дисках – в виде «Кронос» или «стар5» – перемещается в интернет. Детективы и службы безопасности банков уже активно пользуются такими базами данных. Возникает массив «Спарк» и другие возможности онлайн проверок. Если в конце нулевых еще можно было найти диски с базами на радиорынках Москвы, то уже в начале десятых в ответ на такой вопрос смотрели с большим недоверием, даже опаской. Правда, почти сразу, диски заменили ссылкой на сайт, где эти самые базы можно было скачать. Свежих данных там не было, и получить их было одно время сложно, сказалась работа в этом направлении.

Получается так, что часть детективов уходит в «биг дату» – верификация, проверка на судимости и другой негатив. Работают делая большое количество проверок, за счет снижения цены. В середине десятых была беседа с представителем этого направления, по разговору стало понятно, что избыточных доходов нет. Многим основной доход, продолжают приносить частные лица, на проверках по базам данных, наблюдении, и других специфических мероприятиях. Одно время пользовался спросом способ создать проблемы аферистам, когда законного способа воздействовать не было, а справедливость требовала сатисфакции. Физическими акциями мы не занимались, применяли только психологическое воздействие. Оно иногда помогало не только в сатисфакции, но и избавить от проблем. По примерной схеме «создай человеку проблемы и он не сможет создавать их тебе». Еще были наработаны широкие возможности взлома почт и других электронных источников информации. Появляется много разноплановых заказов, доходы растут, старые направления работают, появляются новые. Перспективы хорошие.

О мошенниках в детективной сфере слышно все меньше. Но появились жалобы на некоторых опытных детективов, работающих по принципу – «клиент может остаться не совсем доволен, но не должен иметь возможность обозначить недостаточность результата». Или, если сказать короче, – «мы работали, у нас не получилось, сам виноват». Напрямую так конечно не формулировали, а некоторые считали, что работают честно. Поймать таких специалистов за руку сложно, особенно клиенту. Перегибы, недоделанная или несделанная работа были тем не менее очевидны. Одно время даже было намерение работать с такими в интересах клиента. Отказались от этого, так как собственных ресурсов было недостаточно, а направление убыточное. Вопрос почему. Все просто, чем больше человек отдал денег, тем сложнее ему понять, что его обманули. Тяжело в это поверить и признать ошибку. Например, был такой случай. К нам обратился клиент для консультации по работе другого детектива. Из результата у него были только рассказы и неразборчивая (зашумленная) запись телефонных переговоров. Наши объяснения клиенту, что работы не было, не принесли результата. Для нас это было очевидно, но клиент не поверил, продолжал спрашивать как можно использовать имевшийся у него результат. И такие ситуации происходили периодически. Принцип чем то похож на «Стокгольмский синдром» и часто встречается у обманутых.

Для объективности скажем, что помимо внутренней слабости или жадности некоторых детективов, есть и объективные причины перегибов. Это отчасти профессиональная деформация, отчасти то, что ожидания клиента и реальные возможности детектива отличаются. Объяснить все подробно почти всегда значит отпугнуть клиента и потерять заказ. Этим стимулируется неискренность в описании собственных возможностей. В большинстве допустимая. Но тем не менее связанная с сокрытием или части информации или путей ее получения. С дополнительным превознесением собственных заслуг, и объема проделанной работы. Это приемлемо, когда работа делается и оправдано, когда есть результат. Но бывает иначе, детектив часто понимает, чем кончится дело клиента, и может раскрывать это понимание в диалогах, фактически ничего не предпринимая. Ситуация клиента обычно понятна, понятен и возможный результат действий детектива. Красиво преподнести правдоподобные подробности тоже не сложно. Мы в своей работе старались избегать таких действий, их неприятного осадка их возможных последствий. Обычно ограничивались консультацией. Но многие к сожалению позволяли себе создавать видимость работы.

Пример для иллюстрации, возврат в семью. Муж живет в другом месте, жена о текущей обстановке знает мало. При этом все рассказывает детективу, тем охотнее чем больше сумма заказа. И желание поделиться проблемой тоже большое, поделиться не с кем, поэтому все подробности сообщает незамедлительно. Детектив понимает ситуацию и слабую эффективность своих действий. Но деньги нужны. Большой соблазн рассказывать о предпринятых действиях, не делая их, периодически подкидывая подтверждения в виде неинформативных фотографий или записей переговоров. А часто, и этого не делая. На доверии. Доказать ничего не возможно, клиент думает, что работа идет, просто ничего не получается. Опять же для объективности нужно понимать, что одной недобросовестности детектива тут не достаточно. Сам клиент почти всегда пытается детективной услугой заменить свои действия. Это не работает. Невозможно услугой заменить откровенный разговор с женой или мужем. Человеческие отношения глубже товарно-денежных. По опыту работает только совместный, согласованный и обдуманный труд клиента и детектива. Часто клиенту больше требуется работа над собой, чем услуга детектива, но он или она не хотят этого понимать, и даже говорить об этом не принято.

Возвращаемся в десятые, в эти годы снимается много детективных сериалов, которые выступают как хорошая реклама услуг. Есть известные детективы, есть и надежда на увеличение заработка на основе очевидных возможностей. Укрепляется надежда на возможность «выйти из сумрака», выстроить работу детективного агентства как обычного юридического лица. Появляется уверенность в возможности встроится в бизнес процессы корпоративных клиентов. Были и основания так думать. Наработанные способы влияния на спрос, загруженные сотрудники и растущий доход. Постоянно появляются новые возможности по доступу к информации. Недостатка в предложениях нет, даже наоборот. Правоохранители подстраиваются под новые условия, и идет робкая работа по некоторым направлениям. Но здесь взаимодействие не развивается, нестабильно и постепенно сходит на нет, по естественным причинам. Например, детализации телефонных переговоров теряют актуальность, и больше не позволяют выявить, как раньше, почти все особенности жизни нужного человека, по той причине, что многие переходят на общение через мессенджеры.

Перспективы хорошие, работаем на подъеме и начинается самое интересное.

Детективы на конец десятых и начало двадцатых годов

После середины десятых годов государство укрепилось достаточно, чтобы выстроить понятные правила работы для бизнеса. Из ярких фактов – цены на обналичивание денег выросли, возможностей в этой сфере стало меньше. Многие переходят в более прозрачные сферы, связанные например с бюджетными средствами. Активно убирают откровенных мошенников, сначала крупных, потом остальных, в том числе и по старым делам.

Детективная деятельность тоже не избежала внимания государства. Серьезный звонок был – посадка известного на тот момент детектива Насонова, снимавшего сериал о своей работе. Делом занимались представители государственной безопасности, так называемые «старшие братья», формальным поводом стала детализация звонков, сделанная на чужой номер. Недавние изменения в законодательстве это позволяли. Например обещание посредничества в даче взятки раньше не наказывалось, а сейчас – тяжкое преступление. После этого случая и других, менее показательных – уши мы поприжали. Рынок услуг притих. С госбезопасностью шутить не принято, там каток работает четко, если затянуло – не вырвешься, и лучше в сферу внимания не попадать.

Параллельно, в тот же период, это примерно 2017- 2018 год – закрылось большинство доступов как к сведениями из государственных баз, так и сотовых операторов. Продлилось это не долго, но видно было, что работа проделана серьезная, обращать внимание на себя никто не хотел. Примерно через год наши вопросы перешли от госбезопасности к правоохранителям, что стало сигналом «оттепели». Еще через год другой стало можно еще немного расслабится, учитывая высокий интерес. Надолго пристального внимания государственной машины обычно не хватает, возникают новые срочные вопросы. Возможности вернулись, но напрямую работать с правоохранителями перестали и сохранилось серьезное отношение к собственной безопасности.

Встречаться с клиентами и до описанных событий большой необходимости не было, а в этот период – настоятельная просьба о встрече воспринималась как провокация. Возможно из-за преувеличенного внимания к безопасности, но тем не менее оправдано. При постановке задачи на государственном уровне буква закона не главное для исполнителей.

Сейчас, после коронавируса, людям понятно что такое удаленная работа. Тогда мы только учились объяснять необязательность встречи. Небольшой навык таких объяснений уже был, практика подсказывала избыточность очной беседы для работы. Обычно вопрос клиента не требует личной встречи, больше того удаленная работа более конфиденциальна, и это удобнее для людей. Очная беседа не повышает качества, а, наоборот, зачатую служит для введения в заблуждение на этот счет. Мы заменяли ее грамотной беседой по телефону, анализом ситуации или предложением сделать небольшую часть работы для взаимного доверия. Почти всегда этого оказывалось достаточно и позволяло экономить время. Благодаря этому подходу соотношение доходов и трудозатрат стало выше.

Возвращаясь к напряжённости, в качестве дополнительных мер безопасности использовали наводящие вопросы клиенту при общении по телефону, уточнение подробностей и внимание к паузам в ответах. У клиента длинных пауз не будет, провокатор обязательно задумается или попадется на логической ошибке. По очевидным, финансово не выгодным вопросам как и раньше сообщали, что консультация – платная. Но сейчас это стало системой. Кто соглашался, готов и к заказу. Кто отказывался – хочет поболтать, и незачем терять время, а провокатору на консультацию денег не дадут.

В моменты особенного напряжения обязательной проверкой перед встречей стало «поморозить» – отложить встречу на несколько дней или неделю, иногда можно было сделать так несколько раз. В итоге получалось несколько дополнительных бесед, ситуация становилась понятнее и нам и клиенту, и часто мы начинали работать без встречи. Раньше таким способом тоже пользовались, но в основном по вопросам где заработать не получится или по сомнительным заданиям. Пользовались способом и с будущими работниками для понимания устойчивости желания работать. При сомнительных предложениях таким образом отказывали – сообщали, что возможность помочь пропала. После несостоявшейся встречи это проще воспринимается.

Встречи в этот период стали уникальным событием. Императивом стала собственная безопасность. Логика здесь простая. Не заработать, преувеличив опасность не хорошо, но не страшно, гораздо хуже потерять несколько лет в случае обратной ошибки и преуменьшения опасности. Наши скромные доходы, как и дворцов заманчивые своды, – никогда не стоили свободы.

По итогам давления на детективов, осталось немного частных детективов, работающих через интернет, и некоторое количество детективов занимающихся интересами юридических лиц по соглашениям. Последних эти события коснулись меньше, они в основном занимались небольшими проверками, будучи встроены в закрытую систему бизнес процессов. Есть мнение, что и возможностей по добыче информации они имели меньше или меньше ими пользовались за ненадобностью, и в целях безопасности.

Детективы оставили проверенных клиентов и исполнителей, с которыми давно работали. В один момент создалось ощущение, что давление направлено на полное уничтожение детективной сферы и мы даже не рассматривали работу с новыми клиентами. Потом, как и писали в начале, стало проще, особенно когда прошла информация, что из госбезопасности вопрос передали в министерство внутренних дел.

Все причины напряженности в детективной сфере знать не можем, но основания предположим. Вероятно, это опасения перед нашими скромными, но не поддающимися контролю возможностями. Опыт детективов и коммерческие связи с частными исполнителями, сотрудниками организаций и государственными служащими помогают получать полноценную информацию без формальных доступов и быстрее, без бюрократических сложностей и в достаточном объеме. Это иногда делает наши возможности сравнимыми с правоохранительными, а опыт нестандартного использования информации и слабая возможность привлечь детективов к ответственности превращает в некотором смысле в «вольных птиц». А кому нужны такие специалисты в вольном полете? Риторический вопрос, с очевидным ответом.

Отсюда первая очевидная и, хочется верить, основная причина, это государственная безопасность. Возможность пользоваться детективным ресурсом представителями иностранных структур может подрывать безопасность государства. Случаи таких завуалированных, аккуратных намеков были, как и ситуации когда мы отказывались от работы. Всегда отсекали политику. Если по коммерческим вопросам ошибки часто остаются без последствий, то по политическим вероятность ошибки сложно просчитать, а последствия практически неотвратимы. По крайней мере на нашем уровне. Это было понятно с самого начала, задолго до описанных событий, и позволило избежать многих проблем.

Вторая возможная причина, тоже немного политическая, но скорее в личной сфере. Это угроза для положения некоторых чиновников, которую можно увидеть в возможностях детективов. Например, для чиновников, имеющих шаткие позиции из-за излишнего коммерческого подхода в работе. Практика показывает, что чем больше добра по закромам, тем меньше желание трудится и больше страх его, добро, потерять. И еще четче образ видимых и надуманных опасностей: «Там убоялись страха, где не было страха» Пс. 13:5. Такие люди осознают, что их анкетные данные публичны и соответственно достаточны, для выяснения личной информации, что опасно для тех, кто многим перешел дорогу. Избежать такой опасности полностью невозможно, но можно уменьшить риски, и они тем меньше, чем меньше например детективов. Был опыт работы в подобной ситуации, правда задолго до описанных событий. Наши возможности позволяли получать информацию скрытно, избегая контроля, чего правоохранители например делать не могли. Это позволяло правильно подготовиться к диалогу, удивить информированностью и решить некоторые задачи.

Если немного окунуться в анализ – позиция части чиновников похожа на попытку усидеть на двух стульях. Совместить попытки заработать и соблюсти формальные обязанности. Но невозможно одинаково хорошо работать и на себя, и угождая начальству, и для людей. Поэтому очевидно, что работа строится вокруг интересов начальства, остаётся делать меньше положенного по должности для людей, и снижать возможность гражданского контроля, например описанным выше или любым другим способом. И уже сюда можно вписать личный коммерческий интерес. Такой подход можно назвать недальновидным, даже глупым, но он встречается повсеместно. Слабая или искусственно сниженная обратная связь создает массу отложенных проблем и неоправданную иллюзию отсутствия ответственности. Платят за это все по разному, но в первую очередь самые жадные и неопытные. К счастью, таких агрессивно жадных чиновников не много. Гораздо больше тех, кто делает свое дело не задумываясь об опасностях, действуя в приемлемых рамках. На этом закончим с общим анализом и вернемся к детективам. Были и второстепенные причины напряженности. Их подробно разбирать не будем. Отметим одну очевидную. Это способ работы некоторых коллег описанный в одной из предыдущих глав и граничащий с мошенническим, который совпал по времени с активной работой правоохранителей в пресечении мошенничеств в целом. Возможно это был элемент совсем другой работы, но напряжения в детективную сферу он добавил.

В конце описанного периода возможности по получению информации практически восстановились, с поправкой на взаимодействие через посредников. Но работа строится предельно аккуратно, исключая возможность негативных ситуаций. Детективы вынуждены перебирать клиентов и опираться на небольшие заказы с гарантированным результатом, исключая любые неоднозначные ситуации. Это делается, чтобы избежать любого недопонимания с клиентом, способного иметь негативные последствия и конечно ограничивает доход.

В общем работаем с ощущением враждебной среды вокруг, параллельно обдумывая другие направления, не связанные с детективными услугами. Попытки работать как раньше слишком рисованы. Стало очевидно, что перспективы середины десятых не оправдались и направление можно поддержать только в условно спящем режиме, «из любви к искусству» и нежелания терять возможности. Без наемных сотрудников и серьезного дохода, зато не затрачивая много времени и занимаясь другими, не связанными с детективным, направлениями. Насколько это общая тенденция судить сложно, но она очень похожа на основную. Примерно так детективные услуги переходят в следующее десятилетие.

Детективы в двадцатые годы нового века и сегодня

Первое событие двадцатого года коронавирус. А с ним связано много изменений в жизни. Возможно это проверка менеджерами при власти «окна овертона» – насколько сильно можно зажать людей, сохранив возможность управления. Почему менеджерами уже говорили, власть публично принимает ответственность, менеджмент избегает. Хотя, возможно, мы видели не только, и не столько попытки манипуляции или обмана, но и реакцию институтов управления на незнакомую проблему, страх, попытка избежать ответственности и только потом решение задачи.

В детективных услугах коронавирус сказался, но не сильно. Причина в том, что этот период выпал на момент, когда сфера наших услуг уже была в несколько угнетенном состоянии. Больше сказалось другое, к концу 2020 года, а особенно позже, после того как задержали «отравленного оппозиционера» – снова прижали направление. Детективы по привычке притихли, снова перестали браться за заказы. В тот период наиболее активно работали правоохранители по всем каналам получения информации. Такого не было ни разу за пятнадцать лет. До этого всегда оставались каналы, сейчас – через государственные органы все возможности пропали. Правда уже были альтернативные источники информации, и возможность работать сохранилась. Прижали очень сильно, но совсем не на долго, месяц или чуть больше. Потом все вернулось на свои места. И через несколько месяцев возможности полностью восстановились.