Узник Судьбы

«Земля – это колыбель человечества! Но нельзя же вечно жить в колыбели».

К. Э. Циолковский

1. И небо рассыпалось мириадами звезд…

Мир менялся, становился иным, во многом не понятным, но захватывающим и не предсказуемым, как и сама жизнь. К завершению XXII столетия Христианской Эры была покорена Солнечная Система. Населены Марс, спутники Юпитера. Венера стала центром химической промышленности, а Плутон совершенным космодромом, плацдармом для будущей космической экспансии. В системе Сатурна развилось машиностроение, а лучше, чем жители Марса никто не разбирался в электронике.

Изменилась и сама Земля, ставшая столицей Солнечной Системы. Как и положено столице, планета преобразилась, лишившись промышленности, став культурным и политическим центром. После долгих дебатов с представителями религиозных направлений, было решено ввести новое летоисчисление, Космическую Эру, первым годом которой стал 1961 год Христианского Летоисчисления, а Новый Год решено праздновать 12 апреля. Впрочем, религиозные деятели не успокоились и более чем на протяжении трехсот лет, годы считались по двум системам.

На заре пятого столетия Космической Эры, известный марсианский ученый Арес Никополидис не только разработал, но и провел успешные испытания на верфях Каллисто двигателя, с помощью которого можно достичь скоростей, близких к скорости света. На горизонте сознания забрезжила надежда, что межзвездные полеты станут реальностью в ближайшем времени.

В 440 году к.э. (К.Э. – Космическая Эра) был построен первый звездолет и его старт в 448 году положил начало пока еще робкой экспансии человечества в дальний космос. Естественно, что первая экспедиция отправилась к Проксима Центавра, ближайшей звезде. Круг поисков расширялся, сначала до радиуса шестнадцати световых лет, потом до пятидесяти. Примерно к 600 году наступил кризис. Время. Оно неумолимо, а «парадокс близнецов» никто не отменял. Экспедиции отправлялись в неизвестность. Анабиоз использовался как средство, чтобы экипаж не прибыл к цели путешествия дряхлыми стариками, а вот относительно обратной связи были проблемы. За все время лишь удалось получить обрывочные сведения, что одна из экспедиций основала колонию в системе Эпсилон Индейца. Судьба даже первой экспедиции осталась неизвестной, а уж о десятках других, и говорить не приходилось.

Примерно около 630 года, некто Чань Ляо основал политическое движение, которое собрало под свои знамена всех недовольных космическими исследованиями. Вначале на это смотрели с известным юмором, но после диверсии на космодроме Плутона, нашлась работа и для тайной полиции, а на Меркурии была создана колония строгого режима для политических заключенных.

При содействии Тайной Полиции было создано подразделение «Черных Ангелов», призванное выполнять силовые задачи по поддержанию порядка в Солнечной Системе и за ее пределами. Наиболее серьезным было восстание на заводах Ганимеда, но его удалось подавить, а Чань Ляо покончил с собой, став, в некотором роде, «мучеником» за свободу убеждений. Так родилось политическое течение «чаньляонство», ставшее со временем, разновидностью религии.

Каждому изобретению свое время. В 768 году исследовательский центр на Плутоне сообщил, что группе под руководством академика Педро Родригеса удалось решить проблему перемещения и свести «парадокс близнецов» к минимуму. Испытания устройства были окончены к 770 году, и уже на 801 год был запланирован первый старт экспедиции к Эпсилон Индейца, призванной проверить состояние колонии землян в этой системе.

Экспедиция завершилась успешно. Более того, были установлены дипломатические отношения с колонией, что положило началу создания Лиги Миров. Уже совсем скоро, начиная с 815 года, начали осуществляться регулярные рейсы лайнеров, а курорты Эпсилон Индейца стали модным местом отдыха политической и деловой элиты.

К 1302 году Лига расширилась и постепенно приобретала черты галактической империи. В системе Канопуса была создана военная база «Черных Ангелов», регулярных войск и подразделения «Звездных Рейнджеров». Здесь же был основан военный университет и академия для подготовки армейских специалистов.

Научные экспедиции находили руины древних цивилизаций, большинство из которых были не гуманоидного типа. Целый ряд археологических находок послужил толчком к развитию космической техники. Более того, когда вернулась экспедиция из системы Веги, ее участники прожили не долго, а все сведения были в срочном порядке засекречены. После этого были увеличены ассигнования на развитие боевой техники и подготовку специалистов. Подразделения «Звездных Рейнджеров» и «Черных Ангелов» были выведены из армейской структуры и теперь были в личном подчинении президента Лиги. Это произошло в 1538 году космической эры.

Примерно около 1500 года появилось движение «Космической Вольницы», лихих пиратов, нападавших на мирные планеты. «Рейнджеры» и «Ангелы» не остались без работы, ибо даже жестокие расправы с разбойниками не уменьшали их число, а, иногда создавалось впечатление, что скорее наоборот они плодились все больше и больше. Казалось бы, что рабство осталось в далеком прошлом, но именно пираты возродили этот древний промысел. Общественность возмутилась, когда командор рейнджеров, Николай Цепыш, сделал рейд на пиратскую базу Новая Тортуга и приказал посадить на кол примерно пять тысяч пиратов. По приказу правительства Лиги, командор был разжалован и казнен, а пираты затихли и не совершали крупных набегов до 1590 года.

Снова подняли восстание чаньляонцы, захватили в 1593 году систему Альфы Геркулеса и удерживали ее до 1616 года от регулярных войск с помощью пиратов, пока не были разгромлены рейнджерами и «ангелами». Пленные были отправлены на радиоактивные рудники Стикса, где прожили весьма недолго, пополнив список мучеников за веру. Чаньляонцы с этого времени отмечают День Покаяния Пятисот Геракулесианских Мучеников.

Лидер чаньляонцев, Бань Ху XI, обратился к президенту Лиги с просьбой выделить отдельную планету для последователей Чань Ляо и парламент одобрил эту просьбу, предложив осесть, в системе Бета Скорпиона. Великий исход начался в 1699 году и продолжался до 1711 года. По завершении исхода чаньляонцы торжественно уничтожили все космические транспорты и наложили запрет на любые исследования космического пространства. По договоренности с Лигой, на планете Бета Скорпиона – 3 была оставлена база Рейнджеров для патрульной службы и экстренной связи с Лигой. Бань Ху XI отказался устанавливать любые дипломатические отношения с Лигой. К 2003 году на планете чаньляонцев сложилось аграрное общество, опустившееся на уровень феодального хозяйства раннесредневекового Китая земной истории.

Летописи подразделения «Черных Ангелов» не велось, но в документации после 2138 года часто встречается имя Ксан Гривс, причем количество взысканий, полученных им, было почти рекордным. Точных сведений об этом спецназовце не имел даже полковник Гришко, назначенный начальником особого отдела и заместителем генерала Пейна в 2128 году, а о своем прошлом молодой человек предпочитал особо не распространяться.

Как бы там ни было, но абсолютно точно известно, что в 2133 году Ксан Гривс поступил на обучение в военную академию Канопуса, которую окончил с блестящими рекомендациями и в 2138 году был принят в корпус «Черных Ангелов». Ксан Гривс участвовал в рейдах на дальние планеты и заслужил репутацию «везунчика». Чего стоил поисковый рейд на Валхаллу, где в условиях первобытных джунглей удалось спасти археологов, попавших в ловушку космических пиратов. Именно Ксан Гривс одним из первых попал в подразделение, назначенное для поиска развитых инопланетных цивилизаций. В этой программе Гривс принимал участие с 2140 по 2146 год.

Ксан Гривс стал лучшим воином звездного пограничья и из «везунчика» превратился в «любимчика богов», ибо его группы всегда возвращались на базу с минимальными потерями. Разве что при взрыве Сверхновой в системе NGG128973 группа Гривса потеряла половину состава, а те, кто выжили, получили изрядную дозу облучения. В 2146 году Ксан Гривс получает годичный отпуск и отправляется на Бету Скорпиона, чтобы восстановить здоровье в мягком климате планеты, населенной чаньляонцами. Престарелый Ли Чень IX, тепло принял молодого человека, и официально признал его своим внуком.

Чем занимался «ангел» в этом отпуске никто не знал, но даже инструкторы впоследствии говорили, что равных Гривсу в рукопашном бою нет никого, как среди рейнджеров, так и «ангелов». А как удивились врачи, когда в 2147 году Гривс вернулся из отпуска без следов лучевой болезни, причем злые языки говорили, что половина дедушкиного гарема плакала, провожая Ксана на Канопус, излечив внука правителя с помощью любовной терапии от страшного недуга. Самому дедушке молодые проказницы из гарема давно были неинтересны. Правы сплетники или нет – сказать сложно, но здоровье спецназовца сильно окрепло, несмотря на мрачные прогнозы медиков. Из его бывшей группы только он продолжил службу, а остальные были отправлены в отставку по состоянию здоровья.

Гривс приступил к обязанностям и тут же не замедлил «отличиться» на задании в системе желтого карлика NGG1792518 и за неподчинение начальству был разжалован в рядовые. Только заступничество бывшего ректора академии спасло десантника от трибунала. Гривса перевели в штрафное подразделение и отправили охранять дальнюю базу, расположенную на далеко не курортной планете, Ахерон V вблизи области, контролируемой пиратами братства «Черной Звезды».

Как бы там ни было, но на исходе 2149 года Гривс был срочно амнистирован, вызван на главную базу «Черных Ангелов» и получил новое задание. «Лучше бы его не амнистировали!» – потом громко восклицал генерал Пейн, но что произошло, то произошло.

2. Штурм

– Ксан Гривс! – рявкнул капрал.

– Я! – каблуки Ксана щелкнули, плечи расправились, лицо изобразило преданность и внимание, хотя он всегда считал, что мозг у капрала Доджа не больше, чем у харонского звероящера, а у того, несмотря на его гигантские размеры, мозги обнаружить так и не смогли. А, говорят, очень старались…

– Десантник Ксан Гривс, ты удостоен великой чести! Ты примешь участие в операции по освобождению захваченного террористами исследовательского спутника-станции «Тарнаир 1535»! Понял? На сборы пятнадцать минут! Учти, ожидается серьезный штурм! И помни, полная секретность!

Спецназовец, выслушав приказ, спешно облачился в черный комбинезон, защищавший от радиации, бактерий и вирусов, высоких и низких температур, а также от многого другого. Гривс надел десантные ботинки, с кучей встроенных в них приспособлений, застегнул пояс с запасными обоймами для автомата и пистолета, с зарядным блоком для бластера. В дополнение ко всему пошли ножи из сверхпрочных сплавов, лазерный резак, автомат, два пистолета, бластер, передатчик, аптечка и разные мелочи, которые иногда бывают так необходимы. Завершал общую картину шлем, который внешне очень напоминал рыцарский, только отличался материалом, из которого был изготовлен: прочности его позавидовал бы и звездолет, правда, не самого высокого класса. Специальные линзы позволяли видеть в темноте.

Ну вот, кажется, и все. Прошло всего двенадцать минут. Еще оставалось время, чтобы добежать на место сбора. В кают-компании уже собралась солидная толпа. Присутствовал и сам генерал Пейн. Он коротко объяснил задачу.

– Станцию нельзя сильно повредить, – в конце добавил генерал, – Поэтому разрешаю пользоваться только автоматами и оружием для рукопашного боя. Террористов в плен не брать!

Командовал штурмовой группой подполковник Ларнье. Под его началом оказалось три десятка десантников: майор Дулитл, капитан Карс, лейтенанты Ческ и Шоуз, капралы Додж, Роуз, Айг и Салмит, да к тому же еще двадцать один рядовой.

Гривс поймал взгляды своих старых приятелей, Всеслава и Райдера, с которыми не раз попадал в различные переделки. Приходилось отлавливать монстров на Альбе, очищал от ядовитых плотоядных гигантских пиявок Рион, гонялся по Вселенной за космическими пиратами, но сейчас перекинуться даже парой слов они не успели. Капралы погнали личный состав к штурмовому звездолету, там разбили на боевые пятерки и указали посадочные места. Гривс попал в группу майора Дулитла, вместе с «любимым» капралом Доджом, Стивеном, Райдером.

Успокаивало то, что исследовательская станция «Тарнаир» не была оснащена артиллерией. Внешне никто не подавал признаков нервозности, но все это относительно. Можно быть спокойным даже при ядерном взрыве, отбросить автомат, завернуться в простыню и без паники выдвигаться на кладбище.

Опытный взгляд сразу уловил едва заметный тик правой щеки Райдера, что говорило о волнении старого соратника. Кто же посмел напасть на станцию? Пираты? Вряд ли эти шакалы космоса осмелились бы на такую операцию. «Чаньляонцы»? Они заперлись на своей планете, и радуются жизни в замкнутом псевдосредневековом мирке. Агрессоры иных миров? Это уж совсем было маловероятным событием, разве что все-таки пираты совсем забыли страх, навеянный Николаем Цепышем.

И так база. Ксан на ней бывал и не раз, неплохо знал расположение отсеков, но смысла ее захвата не понимал. И еще менее понимал, зачем эту груду железа необходимо удерживать захватчикам. Несколько противометеоритных аннигиляторов да пара плазменных направителей для обороны не пригодны и для пилотов штурмового звездолета не представляют проблемы.

Звездолет «ангелов» вышел из подпространства на расстоянии одной десятой астрономической единицы от базы. Включены планетарные двигатели, и пилоты зашли к базе перпендикулярно плоскости эклиптики. Лихой маневр и аварийный шлюз станции прочно совместился со стыковочным узлом корабля.

Капрал Айг заложил у входного люка мину направленного действия. Рвануло! Люк снесло. Пятерка лейтенанта Ческа бросилась внутрь станции. Их встретил такой шквал огня из всевозможных видов оружия, что двое были убиты. С уверенностью понять, кто есть кто, под этими шлемами было практически невозможно, но среди погибших оказался и командир группы. Спецназовцы еще пару раз попытались атаковать, но безрезультатно, только потеряли еще одного бойца, да трое получили тяжелые раны.

– Э-э, так мы ничего не добьемся! – нервно ударил по переборке кулаком подполковник Ларнье, и все не преминули с ним согласиться.

Исследовательская станция «Тарнаир 1535» – это пять этажей, множество комнат, подсобных помещений. Настоящий космический дворец. А раз так, то не сошелся же свет клином на главном входном люке. После рассмотрения схемы станции сразу нашлись еще две возможности проникнуть внутрь – через люк для отстрела мусора и люк для выпуска исследовательских зондов.

Две пятерки через запасной ход покинули штурмовой звездолет. Выход в открытый космос всегда был изрядным испытанием и граничил со страхом, можно сказать первобытным страхом, который могли преодолеть немногие. Люк для исследовательских зондов был заблокирован, и вскрыть его не представлялось возможным без нарушения герметизации станции, а вот мусорный шлюз был в полном порядке, хотя пристыковаться к нему в условиях невесомости было еще той задачей.

Примерившись, Додж «выстрелил» в сторону «Тарнаира» сверхпрочным тросом с присоской на конце, которая непременно присасывалась к любому материалу. Впрочем, при желании, подобными свойствами могли обладать и подошвы ботинок. Додж прикрепил второй конец троса к звездолету, затем, не торопясь, болтая ногами в космическом пространстве, все равно, что в бассейне, крепко держась за трос руками, стал перебирать ими, продвигаясь в сторону станции. За ним тем же путем двинулись майор Дулитл, Стивен, Гривс, а замыкал цепочку Райдер. Переправа прошла успешно. Теперь, когда ботинки крепко держались за матовую поверхность «Тарнаира», можно было перевести дух, и попытаться вскрыть мусорный люк. Хоть ботинки и магнитили, идти все же приходилось осторожно: чуть что – и поминай, как звали!

Майор Дулитл уверенно, но без лишней спешки шел впереди и, минут через двадцать, цель была достигнута. Пришло время работы Стивена. Он присел на корточки, извлек из прикрепленной к поясу небольшой зеленой сумки черную квадратную коробочку. Это был «электронный взломщик». Оставалось прислонить его к люку для мусора и подождать, пока «взломщик» не найдет контакт с внутренними запорами. Предсказать, сколько это ожидание продлится, было совершенно невозможно. Прошла минута, вторая, третья… И вот на одиннадцатой минуте раздался тихий щелчок, затем створки люка медленно разъехались. Райдер молнией прыгнул в это довольно узкое отверстие. Через пару секунд в «фонах» послышалось: «Тут никого нет! Спускайтесь!»

Все спустились внутрь «Тарнаира» и, чтобы не тянуло обратно в открытый космос, задраили за собой люк. Чтобы выбраться из крохотного отсека, используемого как склад для мусора, потребовалось «распечатать» еще одну дверь, но для «электронного взломщика» это не составило особого труда.

Стены коридоров испускали слабый белый свет, которого вполне хватало, вкупе с линзами, чтобы видеть все, что требовалось. Террористы пока показывались, но то, что могло ожидать за любым поворотом, за каждым люком и за каждой дверью, предсказать было невозможно. Осматривали по очереди все отсеки, заглядывали за каждую дверь, во все коридоры.

Майор остановился, поднял руку вверх, и взял оружие наизготовку. Из-за поворота коридора выскочили двое, в похожих, словно на одном складе с «ангелами», получали комбинезонах и в таких же полностью закрывающих голову шлемах. Отличие было только в цвете формы, у десантников черная, у их оппонентов синяя. Куда спешили они? Неужели решили избавиться от лишнего мусора? Это верно, чистота и порядок – залог боеспособности, как гласит устав. Этакая, слегка нервозная, шутка!

Шустрые ребята и профессионалы, каких мало. Среагировали быстро, но не настолько, чтобы увернуться от лучевого оружия спецназовцев. Перестрелка продолжалась не более пяти секунд и то, потому что пришлось повозиться с персональными отражателями лучевого оружия. Вот уж удивили террористы! Такой штукой обладали только подразделения специального назначения Лиги. То, что некогда было террористами, лежало окровавленное, исковерканное, изувеченное, а десантники продолжили выполнение своей задачи.

– Пора перебираться на другой этаж, – коротко, тоном, не терпящим возражений, приказал майор.

Оставалось лишь выбрать наиболее безопасный путь. Самый простой – это, конечно лифт, но зато и самый опасный. Подумав, все-таки решили рискнуть подняться цивилизованным методом, а не прочищать корпусом вентиляционную шахту. Во-первых, вряд ли враги ожидают, что «ангелы» находятся внутри станции. Во-вторых, подъем лифта – это секунды. На счастье спецназовцев, у него не существовало дверей. Иначе единственный террорист, находившийся в предлифтовом отсеке, положил бы всех пассажиров. Стивена не спас даже личный отражатель, а ткань комбинезона тем более. Захлебнувшись кровью, он сполз на желтый пластик пола. Ответный залп размазал террориста по белой стене. Едко запахло горелым пластиком.

Стивену уже ничего не могло помочь. Оставив тело, десантники побежали в сторону отсека управления станцией. Бежали. Легко сказать. Скользкий металолопластиковый пол напоминал каток, или, скорее, площадку для акробатического танца Карнеги-холла на Земле. Вспышки лучевого оружия, заставляли совершать балетные «па», прямо шоу «балета на льду», при этом еще и отстреливаться. Сопротивление неожиданно прекратилось, словно террористы окончательно обессилели, либо начали срочную эвакуацию.

Дверь в отсек управления заклинило, то ли в результате боевых действий, то ли так было предусмотрено конструкторами станции, но ничего страшного. Лучшего ключа, чем плазменная граната еще не придумали. В помещении находись трое в темно-синих форменных комбинезонах. Начавшаяся было перестрелка, стремительно перешла в рукопашную схватку, поскольку заряды не бесконечны, да и бластеры изрядно перегрелись и скорее наносили противнику ожоги, чем реальный урон.

Вот тут-то и пригодилось Гривсу боевое искусство «чаньляонцев», без которого, пользуясь стандартными приемами рукопашного боя, он бы последовал вслед за Стивеном и остальными парнями, погибшими при штурме станции. Помнится, старый гуру все сравнивал молодого человека с его отцом, который владел системой некоего великого мастера русской древнего боя Кадочникова, и ему единственному, за много лет, дал все что умел, в том числе и «запретное знание», взяв слово, что Ксан обязательно вернется на планету.

Террористы были крутыми парнями и на первый, и на второй, и на десятый взгляд, ибо никто еще не оказывал такого серьезного сопротивления космодесантникам из особого подразделения, перед которым трепетали космические пираты, мятежники и заговорщики всех мастей и рангов. И вот, оно удары по самолюбию, и такие удары, что невольно подумаешь о бренности бытия. Мелькали кинжалы, сверкали ручные плазменные и лазерные резаки, вспышки и искры красного и оранжевого цветов, просто удары ногами и руками, прыжки, падения, вопли… Раздался страшный крик. Это лазерным резаком отсекли руку Райдеру.

Додж сшиб одного из террористов с ног, стал коленом на живот и, взмахнув кинжалом, перерезал тому горло. Фонтанчики ярко-алой крови, брызнувшей из рассеченных сонных артерий, окатили его. Додж довольно захохотал – вид крови всегда приводил его в восторг.

Майор Дулитл нанес такой удар, что переломил противника, как ломают соломинку или ветку. Последний террорист, отскочил за пульт управления, выдернул из какого-то ящика бластер и поспешно вставил свежую обойму с зарядами. Десантники бросились в разные стороны, и выстрелы слились в один громкий залп. Дыра величиной в два кулака образовалась в груди майора Дулитла. Роняя автомат, он опустился на колени, затем медленно завалился на бок, уткнувшись шлемом в обрубок руки Райдера. Его убийца откинулся на пульт управления, дернулся и затих, поскольку тоже получил несколько зарядов в грудь.

Пахло кровью, горелым мясом и жженым пластиком. Стонал Райдер, все три мертвых террориста плавали в лужах крови, майор Дулитл тоже был мертв… Гривс усадил Райдера в кожаное кресло, достал индивидуальную аптечку, перетянул кровоточащий обрубок правой руки жгутом, ввел из шприц-тюбика антидот, подобрал отсеченную часть руки, положил ее в специальный пакет. Слава Богу, пришить руку для врачей не составит особого труда. Если, конечно, удастся победить.

Оставив Райдера в командном отсеке, Гривс и капрал Додж поспешили на поиски главного входа в «Тарнаир». Помощь не понадобилась. Пятерка капитана Карса тоже благополучно проникла в тыл оборонявшим вход террористам, одновременно пошел в атаку резервный состав с десантного звездолета. Это был ад! Кровь, кровь, кровь…

Подполковник Ларнье стоял посреди этого царства смерти, сняв шлем, и глубоко дышал. Да, почти эпическая картина маслом, в стиле древнего художника Васнецова. Не хватало только замогильного голоса свыше, типа «поле, поле. Кто тебя усеял мертвыми костями?» Настроение у всех было не лучшим, попросту говоря более чем скверным, но командир был упоен победой. Неважно, что цена оказалась слишком высокой. Да царь Пирр, из прошлого Земли, был в этом плане велик. Он хотя бы сохранил больше половины своей армии, в отличие от бравого подполковника. Из тридцати «черных ангелов» осталось только девять. Кроме Ларнье, уцелели капрал Додж, Гривс, раненый Райдер, Всеслав, капрал Айг, да еще трое рядовых – Шеппард, Тайджи и Хоук. Вот и все живые герои этого почти эпического рейда.

Любопытство погубило кошку или иного зверька, кто знает, а на военной службе и вовсе думать не положено. Короче, Гривс таки нарушил устав, тем, что задумался над произошедшим. Он сначала подумал, что же за тайное преступление произошло на станции, и что это за враги, с которыми так тяжко было биться, а потом, терзаемый любопытством, потянулся рукой к шлему одного из террористов.

– Что ты делаешь? – неожиданно яростно и вместе с тем с каким-то непонятным страхом закричал капрал Додж, – Рядовой Гривс! Отставить!

Он устремился к подчиненному, но тот уже снял шлем с головы мертвеца. Снял и ужаснулся! Можно было ожидать всего, что угодно, но только не это… Кларк? Кларк! Они вместе учились в десантной школе, вот только после Гривс, благодаря лучшим итоговым тестам, попал в подразделение «Черные Ангелы», а он в батальон «Межзвездных Рейнджеров». Хорошенькая же оказалась встреча, ничего не скажешь.

И тут… Слабое биение сонной артерии Кларка вывело Гривса из оцепенения. Скорей, надо оказать помощь! Рука автоматически потянулась к аптечке и остановилась, словно наткнувшись на колючий, недовольный, кровожадный взгляд капрала Доджа. Он вскидывал автомат, и смертоносное жерло оружия смотрело на Гривса и Кларка. Размышлять было некогда, и рефлексы сработали раньше, чем разум.