Мертвый Ренегат

На Войне не бывает добрых и злых,

На Войне нет правых и виноватых,

На Войне нет победивших или проигравших,

На Войне есть лишь живые и мертвые…

Глава 1. Десятая Сфера

Застывший в серо-белом пространстве юноша заморгал и очнулся. Он вспомнил всю свою прошлую жизнь, начиная с самого раннего детства и заканчивая последней схваткой с магами Армии Ночи, произошедшей на поляне вблизи Великого Леса, что расположен в северо-западной части Империи.

Когда кроваво-красная стрела, невесть откуда прилетевшая, пронзила левое плечо Реннета и сотворенный им «Щит-убийца» задрожал, угрожая рассыпаться, он принял единственное верное решение, которое существовало на тот момент и могло бы спасти ему жизнь…

Нет, он не хотел этого, не хотел, чтобы все закончилось именно так! Запретное заклинание теневого элемента, просмотренное им в черной книге незадолго до злополучного похода с Неосветом, по праву можно считать самым последним средством. Оно принадлежало к разряду опаснейших. Но увы – того потребовала ситуация, в которой он оказался, поэтому колебаний просто не могло быть.

Еще больше трех веков назад мистики-исследователи в своем трактате «Путь в Пределы» доказали, что после смерти человеческая душа не погибает, как думали их предки, а уходит из мира смертных. Предполагалось, что она отправляется за грань, называемую Небесными Пределами. Что именно там находится, никто сказать не мог, это место оставалось недостижимым даже для заклинаний мистиков. Что было известно наверняка, так это абсолютная невозможность возвращения обратно уже покинувшей мир души. Вообще, душой называли человеческие эмоции, мысли, чувства, воспоминания – все, чего не существовало физически, но в то же время их существование являлось неоспоримым фактом. В данной области оставалось слишком много неизвестного и, в конечном счете, только мистики были способны чувствовать и порой даже видеть душу. Сами они описывали их в виде пульсирующих капелек света.

Также, оставалось загадкой время существование души, ведь даже самые глубокие старцы, продлевавшие жизнь своего тела с помощью магии до ста сорока лет, умирая, отправлялись в путешествие за Пределы, равно как и остальные. Некоторые считали, что человеческая душа вовсе бессмертна, а другие – что срок ее существования составляет около трехсот лет. Последние объясняли свои доводы в пользу смертности души тем, что она в процессе развития физического тела тоже менялось. А все изменчивое, как известно, не является бессмертным, даже скалы, крошащиеся со временем. Более того, бывали случаи, когда душа ломалась вследствие искусственного воздействия. То есть, душу можно ранить или даже уничтожить, хотя последнее уже скорее догадки, потому что достоверных фактов убийства человеческой души не существовало и по сей день, разве что в легендах.

Использованные Реннетом «Когти Смерти» позволяли человеку удержать собственную душу в мире смертных, заново восстанавливая утрачиваемую непосредственно при смерти связь с физическим телом.

Иными словами, это сильнейшее запретное заклинание сберегало душу на астральном уровне бытия, не давая окончательно отделиться от бренного тела, которое в это время исцелялось от ран и обретало былую целостность. Можно сказать, маг получал второй шанс остаться в живых и продолжить существование. Некоторые подумали бы, что никакая магия не способна вернуть мертвого, и были бы правы. Даже запретная магия не властна над душой, уже ушедшей за Пределы. По крайней мере, так говорилось в книге. Но совсем другое дело, если она не успела туда уйти…

После использования заклинания полное «пробуждение», сравнимое с воскрешением, требовало время от нескольких минут, до нескольких часов. Точнее сказать невозможно, так как многое зависело от полученных повреждений и силы воли самого мага. В черной книге все описывалось довольно-таки туманно. Юноша еще не до конца понял все аспекты связи тела, магии и души, однако решил рискнуть, творя это заклинание. В тот миг он не мог с уверенностью утверждать, что все получиться как нужно, без гибельных последствий. Впрочем, оставались ли у него другие варианты?

Честно говоря, шансов на благополучный исход затеи и пробуждение было не так уж и много. Слова заклинания читались в спешке, а из-за необходимости постоянно держать врагов на расстоянии и торчащей из плеча стрелы, степень концентрации оставляла желать лучшего. Кто знает, быть может, он действительно сейчас был мертв и находится в месте, называемом Небесными Пределами. По сути, ожидание пробуждения должно больше походить на длинный сон, вот только Реннету до сих пор не приходилось умирать и сказать что-либо конкретнее он не смог бы.

И сейчас, пребывая на этой безжизненной и неестественно-белой земле, под серым низким небом, он чувствовал себя в крайней степени странно и неуютно. Стоит начать с того, что он не чувствовал ни боли, ни голода, ни тепла и ни холода. Не ощущалось даже малейшего дуновения ветерка и колебания воздуха, словно представший перед ним мир был мертвым во всех смыслах этого слова. Также, по какой-то непонятной причине плащ Реннета имел черный цвет, а не светло-серый.

– Странно, – прошептал он, сжимая руку в кулак и сосредоточенно пытаясь соединить в памяти все когда-либо виденное и слышанное об аналогичных местах. Здесь даже тактильные ощущения казались немного иными, нежели прежде. – Я что? Все-таки умер?! – беспокойным и неуверенным голосом спросил юноша у пустого пространства вокруг себя…

– Верный вопрос! – прозвучало вдруг откуда-то, словно несколько разных по звучанию голосов соединились в один.

От неожиданности Реннет подскочил на месте и инстинктивно потянулся к несуществующему мечу у пояса. В это самое мгновение прямо перед ним буквально из ничего материализовалась высокая фигура в просторных черных одеяниях. Не успел юноша удивиться, как оказался окружен еще пятью фигурами. Некоторые из них были облачены в снежно-белые цвета, подобно магам правящего клана «Свет».

Не в силах шевельнутся от столь ошеломляющего поворота, Реннет уставился на них, переводя взгляд от одной фигуры на другую.

– Сейчас только от тебя зависит, умер ты или же остался жить… и не факт, что последнее для тебя будет лучше. Так что же ты выбираешь? – низкий и довольно грубый мужской голос обращался именно к юному магу. Тот, по непонятной ему самому причине, был уверен, что слова принадлежат стоявшей перед ним фигуре в черном, хотя он явственно видел: его губы, тонкие и бесцветные, совершенно не двигались. Голос прозвучал, будто в самом сознании юного мага.

– Эээ… – он растерялся.

– Что ж, вижу, ты от страха дар речи потерял, Реннет? – теперь уже напрямую обратился синеглазый незнакомец с резкими и жесткими чертами лица. В его голосе появились эмоции, а точнее – ехидство. – Наверняка сейчас ты задаешься вопросом, откуда мне известно твое имя? – усмехнулся он, колыхнув длинными волосами необычного серо-синего оттенка, выбивающимися из-под черного капюшона. Индигово-синие глаза горели силой.

– Нет, да у всякого может приступ паники случится, глядя на твою до слез привлекательную рожу! – громко вмешался тут же другой незнакомец, звонко расхохотавшись при этом. Он стоял слева от синеволосого и носил ослепительно-белую накидку. Всем своим видом он походил на мальчишку-хулигана и разительно отличался от первого: короткие зеленоватые волосы, непослушно торчащие в разные стороны, россыпь веснушек на детском лице, тоненькая щуплая фигура почти на целую голову ниже Реннета. Его насмешливо-дразнящее заявление в адрес первого лишь усиливало общее впечатление. Впрочем, последний не остался в долгу и незамедлительно огрызнулся, испепеляя взглядом:

– Заткнулся бы, ветроголовый! – крикнул он, развернувшись к нему.

Тот уже было раскрыл рот, чтобы ответить, но резкий и властный голос, несомненно принадлежащий женщине, оборвал его и заставил захлопнуться:

– Довольно! Дайте мальчишке хоть слово вставить!

Реннет обернулся к источнику нового голоса. Как он и предполагал, им оказалась женщина. Черные как смоль прямые волосы ниспадали на откинутый капюшон того же цвета, буквально сливаясь с ним. Она была воистину прекрасна, хотя белое лицо и излучало какую-то жестокую и холодную энергию.

– У тебя ведь имеются вопросы к нам, не так ли? – вдруг обратилась она к Реннету.

– Кто вы такие? – неосознанно вырвалось у того. Пусть с виду эти незнакомцы походили на обычных людей, все же было в них что-то странное, до жути необычное. Лица и внешность целиком – казались ненастоящими, идеально симметричными, без родинок и шрамов. Такая идеальность сравнима с уродством, если тщательно всматриваться.

– Это довольно сложный вопрос, – женщина, в свою очередь, пристально рассматривала мальчишку. – Мы не люди, если ты об этом. И это не привычный тебе мир, – ответила она спустя мгновение.

– Вы… боги?.. – спросил он первое, что пришло на ум, вспоминая легенды о шестерых языческих Сущностях Природы. Их также именуют «Основы». Некоторые маги всерьез поклонялись им, утверждая, что благодаря этим молитвам заклинания никогда не подводят их. Почему-то, по опять-таки непонятной ему причине, Реннету казалось, что стоящие перед ним шестеро связаны со всем этим, хотя признаться честно, к религии он всегда относился с осторожностью.

– А мы похожи на богов? – не удержался зеленоволосый мальчуган. Его глаза блестели чересчур восторженно, как будто у маленького ребенка, которого только что похвалили.

Молодой маг ответил не сразу. Он оглянулся на всех шестерых и, заметив на себе чуть насмешливый взгляд еще одной девушки с алыми волосами и в белой мантии, стоящей по правую руку, неуверенно произнес:

– Н-не очень-то…

– Ууу… – парнишка с веснушками сделал опечаленное лицо.

– Нет, мы не боги, – кивнула женщина в черных одеяниях. – Увы, как уже сказала, и не совсем люди. Мы обладаем большей силой, чем любой маг в вашем мире, включая тебя самого. И нас стоит опасаться столь же сильно, сколь простой смертный боится Бога!

«Нет нужды говорить о силе», – подумал про себя Реннет. Он не ощущал сейчас в себе магию, но это не мешало чувствовать его в других. Без сомнений, окажись стоящие перед ним фигуры людьми, они были бы сильнейшими из всех существующих. Его зрение видело шесть различных видов стихийной магии – это огонь, воздух, вода, земля, тьма и свет. Вышеупомянутые Сущности Природы по легенде обладали именно ими. А значит, они так или иначе связаны с легендами, и опасаться их действительно стоило. Кроме того, в них чувствовалась необъяснимая и ужасающая власть, однако исходила она будто бы не от самой шестерки, а от кого-то более могущественного…

Как бы там ни было на самом деле, раздумья помогли Реннету успокоиться, отойти от всех неожиданностей, и взять себя в руки.

– Хотите сказать, что мне нужно вас бояться? Вы здесь за тем, чтобы убить меня? Не совсем понимаю… – медленно, но уже сдержанным тоном поинтересовался он.

– Использование запретных заклинаний непростительное преступление для любого существа! – громко произнес синеглазый мужчина с аурой, похожей на стихию воды. Он смотрел на стоящего перед ним мага, как на самого отъявленного негодяя. – Мы имеем полное право уничтожить тебя прямо здесь, до того как заклинание исцелит твое тело и вернет душу назад.

Реннет слегка удивленно посмотрел на него. В глубине души он испугался такого поворота событий, но отработанное за долгие годы умение притворяться спокойным мастерски скрыло эти чувства. Мысли все еще путались, но он ясно осознавал грозящую опасность и оценивал ее, стараясь не допустить ошибок.

– Но так как меня еще не уничтожили, смею сделать вывод, что вам от меня что-то нужно, да? Полагаю, вы не отстали от людей в стремлении использовать других для достижения собственных целей.

На этот раз ответила черноволосая женщина с аурой, схожей с тьмой:

– Как уже сказал ранее мой брат Квинн, умер ты, или все еще жив – решать тебе! Мы можем пересмотреть вынесенный приговор в случае, если ты согласишься помочь нам.

«Приговор? Я что? Пропустил судебные разбирательства? А как же право на защиту чести и достоинства? – мысленно съехидничал про себя юноша, когда-то уже сталкивавшийся с похожей политикой дел, и как раз это помогло ему немного успокоиться. – Ну… хотя бы к главному подошли. И на что, интересно, я понадобился таким сильномогучим не-человекам и не-богам?»

– Раз уж вы решили пересмотреть свои принципы ради столь жалкого смертного как я, следует понимать, что помощь окажется… эмм… совсем непростой?

– Хоть твои слова звучат непомерно дерзко, учитывая нынешнее положение, в целом все именно так, – кивнул синеглазый маг. Судя по всему, он и был Квинном.

Реннет благополучно проигнорировал его гневный взгляд, подумал мгновение, и заявил:

– В таком случае, я хотел бы услышать, желательно подробно, в чем будет состоять моя помощь вам. До сих пор вы ничего конкретного о себе, или о том, где мы находимся, не сказали. Это тоже, знаете ли, вежливостью не назвать.

Ответ, полученный им от странной шестерки, оказался подобен удару тяжелого молота… или лепету безумца.

– Ты должен остановить войну магов!

– … ? – Реннет ошалело раскрыл рот.

– …Позволь договорить, прежде чем начнешь задавать глупые вопросы, – коротко махнул рукой Квинн. – Видишь ли, мы Бессмертная Стража этого мира, и наша обязанность защищать его от внутренних угроз, способных привести к гибели всех и вся. Если не поймешь, ничего страшного, от тебя мы такого и не ждем, – насмешливо добавил он, а затем продолжил: – На данный момент мы находимся в одной из семнадцати сфер, или же пластов реальности. Вы часто называете их Небесными или Нижними Пределами. Другими словами, тело, что ты сейчас ощущаешь, на самом деле зеркальное отражение твоей души, когда реальное физическое воплощение осталось там, внизу, – говорил мужчина, демонстративно указав пальцем себе под ноги. Ты бессилен перед нами, так как не можешь обратиться к магии, а нам – напротив, ничего не стоит оборвать тонкую нить, привязывающую твою душу к телу. Тогда смерть придет окончательно, и ты покинешь сей мир и сию реальность. Лично я считаю, что это стало бы для всех наилучшим исходом, однако кое-кто из нас не согласен, потому было принято решение дать тебе шанс все исправить.

Мальчишка более-менее понял его весьма туманные объяснения, но к самой сути разговора лишь предстояло подойти.

– Я должен остановить войну, однако, зачем это вам? – спросил он прямо.

– Мало кто из вас – смертных, понимает всю опасность войны между магами, – заговорила вдруг девушка с красивыми ярко-алыми волосами. Она, почему-то уже которое время, не отрывая взгляда, смотрела на юношу. И не совсем так, как это делали остальные. – Столкновения обладателей Дара способно уничтожить целый мир.

– Что?

Девушка чуть кивнула и продолжила:

– Понимаешь, весь твой мир, а также сферы вокруг и внутри него, пронизаны бесчисленными невидимыми потоками магии. Именно она дарует жизнь растениям, животным, насекомым, птицам, рыбам, и человеку. Именно магия отвечает за существование всего живого в мире. Ее так и называют – магия Жизни, но скорее всего ты сталкивался с другим названием – Дикая магия. Существует еще множество других видов, происходящих от нее. В обычное время сохраняется определенный баланс между ними, однако во время крупномасштабных сражений магов – все иначе. Столкновение в бою одного вида магии с другим уничтожает равновесие, и дикая магия сливается со стихийной, мистической или колдовской, порождая процесс называемый «Конфликт». Рождение Магии Смерти… – произнесла она последние слова печальным тоном.

Ей удалось задеть Реннета за живое: еще в Немиссе он фанатично занимался изучением разных видов и проявлений магии. И сейчас, услышав что-то новое, с чем никогда прежде не сталкивался, он загорелся желанием выяснить все до последнего клочка информации. Конечно, сомнения также не оставляли его, потому он задал вопрос:

– Магия Смерти? Дикая магия? Звучит как сказка для детей… – скривился он. – И каким образом все это повлияет на окружающий мир?

– Во время крупномасштабных сражений, столкновение множества противоборствующих заклинаний рождает своего рода разрушающую магию материю. Она неконтролируемо повлияет на природу и живущих в ней существ. Ты, верно, сам замечал, что во время войн чаще случаются стихийные бедствия наподобие извержения вулканов, землетрясений, наводнений – словно природа сходит с ума. Добавь к этому частые эпидемии, массовые заболевания животных и людей, впоследствии порождающих голод. Все это губительное действие потери баланса дикой магии, возникновение разрушительной нестабильности в ее структуре, – ответила та.

– Такого быть н-не может…

– К сожалению, так и происходит, – развел руками зеленоволосый парнишка.

Юный маг, недавно ступивший на путь ренегатства, задумался. Если уж говорить откровенно, он никогда не обращал внимания на столь странные совпадения, сопровождающие годы войн, однако это не отменяло того факта, что они действительно существовали.

– Не может, говоришь? – откликнулся внезапно Квинн, с мрачноватым лицом скрестив руки на груди. – Тебе стоило бы проверить все заново. Каждый раз, когда на Континенте проходили войны, больше всего людей погибало не от меча и заклинания, а от банального буйства стихий и голода. Но… – он сделал короткую паузу, – но и это еще не все, а как говорят люди: всего лишь цветочки. Сам Конфликт гораздо страшнее, чем ты можешь себе представить. В первой войне маги еще не успели обрести такое могущество, а главное – воевали не друг с другом. Их победили люди, и этим спасли положение. А во второй, больше полвека назад, кое-кто помешал двум великим орденам сразиться и уничтожить все и вся в последней битве. Ты ведь помнишь, кто именно это был? А знаешь, по чьему велению они действовали? – мужчина насмешливо улыбнулся юноше.

Да, Реннет был знаком с правдивой историей последней войны, потому догадка не заставила себя ждать:

– Неужели Девятка Истинных Теней работала на вас? – не смог он скрыть удивления.

– Ты слишком много болтаешь, Квинн, – вмешалась вдруг черноволосая женщина с холодным взглядом. Она казалась немного раздраженной происходящим и сама продолжила разговор: – Если коротко, то мы предложили им сделку. И они благоразумно предпочли искупить свою вину за использование запретных заклинаний, возложив на алтарь собственные жизни. То же самое мы предлагаем тебе сейчас.

Слова, вырвавшиеся из уст юноши, стали неожиданностью и для него самого.

– А почему бы вам самим не поднапрячься? – довольно дерзко спросил он. – И что такого страшного в запретных заклинаниях, что вы стараетесь уничтожать любое упоминание о них? Мне хотелось бы знать, прежде чем дать ответ.

Женщина подошла к Реннету вплотную, всколыхнув полы черной мантии, целую минуту прожигающим насквозь взглядом смотрела сверху вниз, а затем холодно ответила:

– Мы сильны, но наша власть не распространяется на твою реальность, а лишь на сферы. Мы Стража – имеем право решить твою судьбу, и потому предлагаем жизнь за услугу. Наблюдая за тобой, я все больше уверяюсь в том, что ты способен повлиять на происходящее в мире, однако вместе с тем ощущаю беспокойство. Иной раз приходит мысль, что мы ошибаемся в выборе орудия.

Реннет молчал, ожидая продолжения, но его не последовало.

– Ясно… – пробормотал он, вцепившись взглядом в пустое пространство. Про запретную магию не произнесено ни слова. Наверняка им было что скрывать. – Хе-хе… а вы, и правда, создаете довольно жалкое впечатление. Решили использовать такого как я – презренного грешника, в качестве орудия. Это выдает степень вашего отчаяния, я полагаю. Но, как же по-человечески наивно полагать, будто вы контролируете ситуацию, – вдруг прямо в лицо им засмеялся Реннет. – Что ж, тогда не будем медлить и побыстрее закончим все. Надеюсь, процесс уничтожения меня не займет у вас слишком много времени, ведь ее потребуется, чтобы найти нового добровольца в орудия, нового идиота, согласного под угрозами ввязаться в туманную и гарантированно опасную авантюру.

– То есть, ты отказываешься от наших условий? – спросила слегка озадаченным тоном черноволосая, после многозначительного молчания.

Реннета всегда пугала смерть, и потому он даже использовал Когти Смерти, невзирая на то, что малейшая ошибка могла стоить ему души. Однако та жизнь, что ему сейчас предлагают, во много раз хуже. Возможно, существует шанс обмануть и, вернувшись назад, послать их вместе с просьбой куда подальше, однако учитывая невероятную силу и власть Бессмертной Стражи, это трудновыполнимо. Существует немалый шанс, что они подстрахуются каким-то образом. По этой причине юноша не желал давать клятвы и обещания. А что еще важнее, он был практически уверен в том, что в качестве замены никого другого у них на примете нет, иначе ему просто не стали бы предлагать выбирать. Поэтому оставалось лишь играть роль упрямца до конца… до победы или смерти.

– Если я и сделаю что-нибудь для мира, то только по собственной воле и ради себя! – спокойно и твердо ответил он вслух. – Не привык, знаете ли, верить всем на слово.

– Понятно… что ж, тогда счастливо тебе уйти, – сухо произнесла женщина и нацелила тонкую бледную руку на него.

Вокруг кисти заискрилась густая тьма, от которой у молодого мага все нутро похолодело. Казалось, это холод могильных плит и сырой земли. «Неужели я ошибся? Они правда меня убьют? Вот так быстро, не советуясь, не торгуясь?» – замелькали мысли в его голове. Он даже напрягся, но не стал показывать своего страха и отчаяния, просто опустив голову. Отыграть роль до конца… ему нужно было всего лишь продолжать настаивать на своем…

– Постойте… – начала было аловолосая девушка, но щуплый парнишка, смахивающий на хулигана, вмешался первым:

– Ладно, прекратим уже эту постановочную комедию разыгрывать, – заявил он, с очаровательной мальчишеской усмешкой, идущей буквально от ушей! – Наш юный маг давно обо всем догадался, и будет держаться до последнего. Даже если взаправду решим убить его… – добавил он, резко перестав улыбаться. И при этом лицо его начало выглядеть еще более пугающим, нежели у черноволосой женщины и Квинна вместе взятых. Подросток не способен смотреть такими глазами. – Так чего ты хочешь? – спросил он у Реннета прямо.

Слегка удивившись столь внезапной смене личности, а также гробовому молчанию вышеупомянутых Стражей на дерзкое поведение своего собрата, юноша не сразу смог ответить на заданный вопрос. «Он что? Тут главный у них?» – мелькнула мысль в его сознании.

– Все довольно просто, – немного неуверенно начал он. – Вы отпускаете меня, и я благополучно возвращаюсь в свою… хм… реальность. Никаких клятв и обещаний с моей стороны. Скромное условие, по-моему.

– То есть, ты благополучно сваливаешь и забываешь о нашем разговоре. Так?

– Не совсем, – покачал головой Реннет, взглянув на подавшего голос Квинна. – Если сказанное вами правда, то угроза уничтожения мира останется, а значит и мне там удастся просуществовать недолго. Иначе говоря, в моих же интересах сделать то, о чем вы просите, однако действовать я буду по-своему. Разумеется, любые ваши советы и добровольная помощь не останутся без внимания.

Зеленоволосый мальчуган чуть улыбнулся, но эта улыбка разительно отличалась от предыдущих – выглядела чересчур жуткой.

– Не хочешь быть орудием в чужих руках, верно?

– Я не верю тебе! От подобных личностей можно ожидать чего угодно, – мрачно высказалась женщина в черной мантии.

Реннет пожал плечами и сказал:

– Не могу не согласится. Честного выполнения договора, благородных жертв во имя мира или безоговорочного подчинения вашему слову не будет.

Неожиданно, стоящая справа от него девушка расхохоталась, и алые волосы засияли пламенными бликами, очень схожими с ее аурой огня. На вид ей можно дать чуть больше двадцати лет. Впрочем, на внешний возраст полагаться не стоило, когда речь шла о Них.

– Ух… а мне он нравится! – заявила она, изучающе разглядывая юношу. – Думается, как раз у него-то все может получиться. Предлагаю поверить его словам!

– Поддерживаю сестру, – вдруг откликнулся зеленоволосый Страж, скрестив руки на груди. Глупая хулиганская улыбка снова вернулась к нему, словно его личность опять сменили. Такое резкое отличие и вправду пугало, но Реннет все же смог уверенно кивнуть.

Еще двое стражей, до сих пор не проронившие ни слова, выглядели так, будто им было совершенно безразлично происходящее. Один из них – высокий мускулистый мужчина с густыми бровями, хмуро сходящимися на переносице, носил черные одеяния, а вторая – приятная и смиренная на вид невысокая женщина, была облачена во все белое. Цвет волос и глаз каждого из стражей точно соответствовал их стихиям, из-за чего юноша предположил, что их облики не соответствуют ни настоящему возрасту, ни отражению их душ, если они у них были конечно. Казалось, что это всего лишь искусственные маски, или иллюзорные облики. Он не мог прочесть выражения лиц этих двоих, потому решил сказать кое-что.