- -
- 100%
- +
Основная часть российской космической станции Аврора была собрана на орбите три года назад. Это был новый проект Роскосмоса. Официальная программа заключалась в исследовании влияния невесомости на развитие растений. Не официальная – строительство анализатора биохимических процессов в открытом космосе. Данные засекречивались и по закрытому каналу связи, напрямую отправлялись в Министерство Обороны. Объектом наблюдения была Луна. Станция состояла из шести модулей. Обитаемыми были четыре: два жилых, лаборатория и спускаемый модуль. Последний год сменялись только грузовики. Раз в квартал они в автоматическом режиме привозили все для жизнеобеспечения и материалы для работы. Первоначальный экипаж состоял из шести человек. Все они занимались строительством станции и отладкой оборудования лаборатории. Постепенно их сменяли научные специалисты. Сейчас на станции работали два космонавта- командир Дмитрий Остров и Михаил Линин, оба ученые с мировым именем, оба не первый раз в космосе.
Последняя вспышка на Солнце нарушила устойчивую работу бортового компьютера. Автоматика выдавала явно некорректные данные. Температура воздуха начала увеличиваться на глазах. Тело не спрашивало разрешения и работало по заданной природой программе- потело. Все лицо покрылось ровным слоем жгучей жидкости, в глазах защипало. Требовалось немедленно принимать меры по восстановлению жизнеобеспечения корабля. Мы отрабатывали нештатные ситуации на симуляторе на Земле. Каждый знал алгоритм решения задачи до автоматизма.
– Миш переходим на резерв. Главный перегружаю. Готовься к тому, что придется попотеть, проверять магистрали на предмет утечек. Давай, меняем фильтра и смотрим, что будет.
– ЦУП, главный компьютер перезаргузился, работа нормальная, отклонений в системе нет. Разве что новая иконка на экране или что-то похожее на нее, без подписи. Внешне напоминает серый щербатый круг, на пробой пикселей не похоже. Нажимать не стал.
– Первый, как температура? – прозвучал спокойный голос из Центра Управления Полетом
– ЦУП, температура восстанавливается, расчетное время до восстановления 42 минуты. Кислород в норме, углекислый газ в норме.
– Первый, данные совпадают. Иконку не трогайте, кондиционированием управляйте с главного компьютера. С иконкой разбираемся.
– ЦУП, вас понял, отключаюсь.
Экипаж методично снимал панели и проверял трубопроводы, электропроводку. Все говорило о том, что никаких видимых механических повреждений не было, скорее всего сбой системный.
Пролетели три часа – как мгновение.
– ЦУП, температура по ощущениям выше той, что показывают датчики. Компьютер выдает 22 градуса, термометры соответствуют. Ощущения 30 или более. Влажность 40%.
– Первый, наши данные соответствуют вашим. 22 градуса, влажность 40%, кислород в норме. Пробуйте еще раз перезапустить систему.
–ЦУП, понял вас.
– Миш, перезапускаем третий раз. Мистика какая-то. Я все проверил, все параметры говорят одно и тоже, но по ощущениям температура растет, мы так сваримся. Сбой в компьютере – это понятно, но аналоговые термометры, разве они могут повредиться? А если бы могли, то наверняка бы показывали разные данные. У нас же всё как часики.
– Температуру понижаю до 18 градусов, может полегче будет.
– Померь свою температуру, только градусником, не с браслета.
Я тоже прислонил ко лбу термометр.
– У меня 28,3. Что за ерунда?
– У меня так же. Сколько с браслета?
– Аналогично.
– И у меня.
– ЦУП, данные с индивидуальных браслетов и с термометра показывают у меня 28.3, у Михаила 28.3 градуса. Сообщите ваши данные.
– Первый, данные подтверждаем, разбираемся. Как самочувствие?
– Я в норме.
– Михаил в норме.
– Первый, вас понял, отключаемся. Сегодня лаборатория не работает, у вас выходной. Отдыхайте, следите за самочувствием. Любые ощущения фиксировать, докладывать в ЦУП.
– Следующая связь через 30 минут.
– Миш, по закону подлости, как только говорят абсолютно здоровому человеку, будьте осторожны, внимательно прислушайтесь к своему организму. Так сразу просыпается мнительность. Не пойми откуда возникают подозрения в тысяче самых разнообразных болезнях. Могут возникнуть даже боли.
– Ага, напридумаешь всякое, от поноса и вплоть до беременности.
Как бы смешно все это ни звучало, но у меня реально закололо в боку, да настолько сильно, что я поморщился.
– Командир, не говори, что у тебя в боку заболело – Михаил заметил мою реакцию.
– У меня тоже в боку покалывает. Наверное у нас из-за изменения температуры меняется водный баланс и наши потроха заявляют о своем несогласии с подобной ситуацией.
В динамике послышалось: – «Первый, подтверждаю наличие «чужой» иконки на мониторе главного компьютера, синхронизированного с вашим. Программисты не могут удалить или безопасно активировать иконку. Видимо это Баг. Пока игнорируйте её до полного понимания, что с ней делать. Что бы случайно не активировать, передвиньте ее в угол экрана».
Я коснулся пальцем Чужой иконки на тач экране и только попытался передвинуть, как палец провалился в стекло монитора. Как будто нагретый гвоздь в полиэтиленовую пленку. Не было никакого сопротивления. Палец с легким усилием вошел в экран. И так же легко я его вынул. При этом экран не погас, и иконка не исчезла, лишь немного увеличилась.
Я застыл на секунду в ступоре. Мои знания не сходились с увиденным.
– Как думаешь, что это может быть? – я ждал реакции от Михаила.
Он потрогал твердое стекло монитора и сунул свой палец в глубокую вмятину от моего в центре иконки.
– Экран определенно испорчен, но продолжает работать. Для проплавления стекла твой палец должен быть не менее 1500 градусов. У тебя явно не простуда.
– ЦУП – вы видели? Что можете сказать?
Минутная пауза.
– Первый, наденьте перчатки и ничего не трогайте.
– Вам нужно поменять поставщика электроники. У них кроме смартфонов нет ничего стоящего. –заметил я.
На мониторе жирная зловещая иконка не пропала. К ней добавились еще две, тоже круги с замысловатым орнаментом.
– Первый! На экране появились еще иконки, наши программисты выяснили, что некая программа сама создает и ведет процессы, не связанные с системой, и не используя при этом оперативную память. Объем, который она должна занимать, огромен, но диск не затронут. И самое главное…
– Первый, посмотрите на Луну.
Я вгляделся в монитор телескопа. На горизонте появлялась яркая как Солнце Луна. Весь спутник окутан пылью, сквозь белую пыль я увидел в поверхности гигантский кратер, нет, не кратер – вмятину от моего пальца. Михаил застыл как каменный.
Это какой-то сон. Мне все снится и вспышка на солнце и монитор и переговоры с ЦУПом.
Нет! Все слишком ясно, слишком реально.
– Я надеюсь ты сделал это чистым пальцем? – Михаил находил силы иронизировать.
Я демонстративно засунул палец в нос, что- то там нашел и не отводя глаз от взгляда Михаила опустил в отверстие монитора. Пару раз крутанул, вынул и уставился в экран телескопа, направленного на Луну.
– Только не говори, что ты только что, как перст божий вдохнул жизнь в твердь Лунную.
Я улыбнулся, оставив его шутку без ответа.
– Первый, Первый, как слышишь! – динамик разрывался в попытке докричаться до нас.
– ЦУП, слышу хорошо. – ответил я, как после похмелья.
– Первый, мы не даем сто процентной гарантии, что сможем восстановить систему кондиционирования. У вас в запасе не более трех суток. К этому времени мы не сможем прислать грузовик с оборудованием. Так что готовьте спускаемый модуль. Время и траекторию мы рассчитаем.
– Вас понял, готовить спускаемый модуль.
Ужасная жара, пить хочется. Я взял бутылку с водой. Сделал пару глотков. Вода показалась горячей, противной. Однако стало немного полегче. Понизил температуру кондиционирования до 16 градусов. Михаилу тоже жарко, кожа блестела, видно, что он вспотел.
– Пить ужасно хочется. Ты как?
– Вроде норм, – спокойно ответил Михаил. Он выдавил из бутылки пузырь воды размером с шарик пинг-понга и дунул на него. Шарик воды затрясся и неохотно поплыл в мою сторону – старая забава.
– Лови! – сказал он.
Я прицелился и открыл рот. Шарик, приближаясь, увеличивался в размерах. Я смотрел сквозь него как через линзу. И вдруг меня как парализовало, сквозь шарик воды я очень четко увидел нечто черное, напоминающее вытянутую амебу размером с кошку. Оно прилипло к боку Михаила. Без конечностей, головы или хвоста. При этом видно его было только через линзу воды. Увиденное настолько поразило меня, что я не заметил, как вода врезалась в мое лицо. Вода разлетелась на мелкие брызги. Амеба пропала.
– Ты видишь? – я указал пальцем в бок Михаила.
–Что? – непонимающе ответил он и повернулся.
– Ничего странного не вижу.
– Срочно стряхни с себя – я не знал, как это назвать и как сказать.
– Можешь посчитать, что я сошел с ума, но я только что видел нечто черное, приклеенное к твоему боку. У меня «заколосились» мурашки по спине.
– Лети ко мне, быстрее.
Капли воды собирались в более крупные шарики и медленно дрейфовали в сторону воздушного фильтра. Михаил подлетел ко мне. Я стал бить его по бокам. Он непонимающе смотрел на меня, но совершенно не сопротивлялся.
Как ни странно, но мои руки не чувствовали никакой плоти.
– Смотри сквозь воду.
Его лицо стало белым как бумага. Он нервно дергался, пытаясь стряхнуть с себя невидимых тварей.
Мы одновременно, как будто по сигналу начали выдавливать воду из бутылок.
Атмосфера корабля наполнялась шариками воды разного калибра. Мы понимали насколько это опасно для корабля. Но задачи выполнялись по мере их поступления.
– У тебя на боку тварь. – резко сказал он.
– Сбей ее. Похоже, что им это не нравится.
Я как мельница обмахнул вокруг себя.
– Вижу не одного, их тут много – очень тихо сказал Михаил.
Я пригляделся и вправду, по разным углам ползали не менее десяти тварей.
– Заметил, как они передвигаются? Чрезвычайно быстро, при этом им не требуется отталкиваться от чего-либо. Как им удается изменять направление движения в невесомости? Крайне неприятная картина. Нам надо что-то придумать. Как видеть их без водяных шариков? Попробуем стекло.
Михаил взял прозрачную крышку контейнера, экран защитного щитка, наконец стекло. Через все это Михаил с серьезным спокойным лицом разглядывал, пытаясь увидеть хоть что-нибудь.
– Не работает.
– Связывайся с ЦУПом, – сказал Михаил.
– ЦУП, у нас нештатная ситуация.
Я взял камеру и направил ее сквозь шарик воды, потом передвинул объектив мимо и снова через воду.
В ЦУПе гробовая тишина. Все уставились в мониторы. С минутной задержкой прозвучало:
– Выяснить наличие примесей в составе воды. За отсутствием таковых изменить освещение, яркость и направление. Включить вентиляцию на максимальные обороты. В качестве анализатора используйте линзы очков с диоптриями или другие линзы. Очки предпочтительнее из-за удобства.
– Первый, состыковать с «грузовиком» спускаемый модуль, добавить в транспорт запас воды, воздуха и питания на семь дней. Отстыковать пару от станции, координаты мы введем. На все сборы двадцать четыре часа. Станцией займутся военные. Вы в карантине до особого распоряжения. Подтвердите?
– Состыковать с «грузовиком» спускаемый модуль, добавить с транспорта запас воды, воздуха и питания на семь дней. Отстыковать пару от станции. На сборы двадцать четыре часа. В карантине до особого распоряжения.
Закипела работа. Уложиться с такой работой в сутки в невесомости, задача не из простых, кроме продуктов жизнеобеспечения необходимо перенести еще много чего, что необходимо для проживания в маленьком пространстве спускаемого модуля.
Страх тормозил мозг. Я понимал, что эти существа находятся буквально на расстоянии протянутой руки. Мы не знаем их природу, насколько они могут быть опасны. И страшно! Ведь мы их почти не видим.
Я поймал маленький шарик воды и внимательно вгляделся в него, нет сомнений в воде ничего не было.
Включил вентиляцию на максимальные обороты и переключил освещение. Наши гости не пропадали.
Шарики воды рекой направились в сторону воздушных фильтров. Возникал серьезный риск коротких замыканий в электрике, но сейчас это было не главное. Повысилась влажность, костюмы пропитались водой и потом. Мы были словно в бане.
– Миш, в лаборатории возьми маски с очками, антисептик и респираторы.
Михаил медленно уплыл в научный отсек, стараясь минимально прикасаться к чему–либо. Через минуту он появился в маске. По выражению лица было понятно, что Михаил, человек с железными нервами, серьезно напуган. Я надел маску с увеличительными стеклами очков. Все сразу стало размытым, голова закружилась. Но зато, я четко увидел их. Я насчитал не менее 12 особей. Видел их очень четко, несмотря на не резкий фон. Они очень близко, тесное пространство космической станции – не стадион. Как же они близко.
– ЦУП, очки сработали. Видим объекты четко. Гладкие вытянутые тела около полуметра в длину, без каких-либо органов. Они, изгибаясь или сокращаясь очень быстро плавают, не прикасаясь ни к чему. Сейчас попробую закрепить на веб-камеру увеличительное стекло. По всей видимости мы видим их только через увеличительную линзу, причем достаточно сильную. Непонятно почему столь крупный объект радикально черного цвета не виден хотя бы в размытой форме при обычном зрении? Агрессии не проявляют.
– Первый, проверьте грузовик и спускаемый аппарат на наличие сущес…
Связь прервалась, и в динамиках появился белый шум.
– Миша, они пока нас игнорируют, продолжим погрузку. Аккуратненько бери контейнеры и потихоньку кидай мне.
– Понял, командир,– спокойно очень тихо сказал Михаил.
– Тебе не кажется, что их становится больше?
– Да, заметил. В районе пульта управления их особо много.
– Заметил? нет, ты заметил? – шепотом закричал Михаил.
– Из монитора, который ты продавил пальцем из самой дыры вылезла тварь.
– Да вижу. Монитор размером с лист формата А4, толщина около шести сантиметров. Откуда берутся эти твари?
– Надо либо заткнуть эту дыру, либо оправить монитор погулять за борт.
– Заткнуть хорошая идея, но знать бы как? Я даже не представляю, насколько эти твари материальны, я их не чувствовал, когда стряхнул с себя.
– Смотри на монитор! – Михаил крикнул и указал в сторону работающего главного компьютера. На экране появились еще две иконки, а первые сблизились настолько близко, что почти соприкасались. И вдруг вспышка осветила пространство через иллюминатор. Я вычислил координаты вспышки. Это было не Солнце. Направление было от Плутона. То, что произошло было за гранью понимания. Плутон и Хаумеа сошли со своих орбит, за минуты переместились в пространстве и столкнулись, взрывом слабо осветив галактику.
– Даже среди карликов, есть тот, что будет считаться гигантом,– хмуро пофилософствовал Михаил.
– На мониторе иконки объединились. Странная мысль, не связаны ли появление иконок и наших гостей? – тихо заметил я.
– Это очевидно. И если они связаны с нашими планетами, то скоро на экране появится голубая иконка. И бог его знает, как она будет взаимодействовать с другими? Про тыканье пальцем я уже говорил.
– Решение какое-то все равно должно быть.
– На мониторе было 5 иконок, осталось четыре. Первая Луна, из нее появились наши друзья.
– Есть версия, что Земля была колонизирована человеком. Если сложить массы Меркурия, Венеры, Марса и Плутон-Хаумеа, то получим новую планету с массой Земли. Забавно. Заметь, и без нас – людей,– усмехнулся я.
– А с размещением в пространстве у них похоже тоже проблем нет.
– Мы не знаем точно, что они с Луны, мы видим лишь странные совпадения. Совершенно не знаем их природу. Может только гадать, критериев для жизни великое множество.
– Мы видим то их- лишь при особых условиях. – Михаил успокоился.
– За работу, наклей на дырку в мониторе скотч, может пластик для них является непреодолимым препятствием,– сказал я и сам порадовался своей шутке.
– Не береди лихо-пока оно тихо. Не стоило человечеству летать на Луну.
Нью Мексико
– Мистер Харрисон**, у Москвы нештатная ситуация на космической станции.
– На корабле появились гости с Луны. Они проявляют активность, не поддающуюся контролю, – офицер достал несколько фотографий.
– Похоже, что они увидели то, что мы обнаружили во время миссии на Луну – угрюмо сказал сенатор, рассматривая снимки или делая вид, что рассматривает.
Его взгляд не фокусировался на деталях, он как будто смотрел сквозь. Руки заметно тряслись. Лицо стало красным. С заметным заиканием он произнес:
– Мы их увидели сразу при прилунении. На стекле шлема скафандра наклеено увеличительное стекло для того, чтобы астронавт мог рассмотреть интересующие детали. Линза была в левой части стекла. Так мы и проходили с полуповоротом головы.
– Были большие опасения, что форма будет занесена на землю. Поэтому были предприняты меры по карантину.
– После контакта нам пришлось свернуть программу. Все данные были засекречены. Мы предупредили русских, вкратце описав ситуацию, что на спутник соваться очень опасно и нам нужно поискать другое место соперничества, – тяжело говорил старый Харрисон Шмитт.
– То с чем мы столкнулись – до сих пор не имеет объяснения. И это пугает. Нам дали понять, что мы на Луне незваные гости.
– Начиная с первой экспедиции мы должны были погибнуть, но они каждый раз настойчиво нам помогали убраться с Луны. Мы думали- это везение. Но в последний раз рядом с нами появилось отверстие, не яма – гигантское отверстие. Оно проходило сквозь всю Луну. Через мгновение оно закрылось. Наше оборудование и лунный кар исчезли. Все происходило секунды.
– У вас есть, что добавить?
– Я рассказал все полвека назад.
– Они начали действовать?
– Да. Они начали создавать критическую массу. Сейчас Луна, Плутон и Хаумеа.
– Русские знают, как решить проблему? – голос сенатора был уставшим.
– Да они не сидели без дела. Несколько лет назад они поставили на военное дежурство «изделие».
1 канал
…Вчера в результате попадания космического болида в энергетическую установку погибла российская космическая станция «Аврора». Россия потеряла своих героев-космонавтов …
PS.
*Хаумеа- Карликовая планета Солнечной системы
**Харрисон Шмитт – астронавт, сенатор, член лунной экспедиции.
Конец.