По обе стороны чар

Новый биологический вид или самая большая проблема человечества?

Резников, А. И. Новый биологический вид или самая большая проблема человечества? / А. И. Резников. – Текст : непосредственный // Наука и магия. – Москва : Книжный дом, 2022. – С. 46-52.

Развитие магических систем в современном мире всё больше вызывает озабоченность не только у властей, но и у остального населения всего мира. Сосуществование бок о бок с магическими способностями, формирует новую реальность со своими законами, правилами и проблемами. Философские и межсистемные трактаты стараются сформулировать новую формулу мира, но находятся в достаточном отрыве от реального положения вещей. А меж тем, реальность такова, что маги и волшебники едут с нами в одном автобусе, работают в тех же офисах, пользуются теми же благами цивилизации. Но, в сущности, опасны ли магические способности? Являются ли они благом или же поставят человечество перед очередной катастрофой?

Ключевые слова: магия, социальные проблемы, политика

The development of magical systems in the modern world is increasingly of concern not only to the authorities, but also to the peaceful population of the whole world. Co-existence side by side with magical abilities forms a new reality with its own laws, rules and problems. Philosophical and intersystem treatises try to formulate a new formula for the world, but they are in sufficient isolation from the real state of things. Meanwhile, the reality is that magicians and wizards travel with people on the same bus, work in the same offices, and enjoy the same benefits of civilization. But, in fact, are magical abilities dangerous? Are they a blessing or will they put humanity in front of another catastrophe?

Keywords: magic, social problems, politics

С тех пор, как в 1965 году официально стало известно о «магической бомбе», которую заложила группа магов-руников на страницах изданий теологических книг (Библии, Коране, Торе и т.д.) по всему миру, количество людей с магическими способностями растёт в геометрической прогрессии. Если до инцидента число магов исчислялось десятками, то по последней переписи населения в России насчитывается свыше 750 тысяч магов [18]. И это только те, о ком известно Анклавам. Некоторые до сих пор скрываются от официальной регистрации, предпочитая труднодоступные леса и горы в качестве мест проживания. Примерно схожая ситуация наблюдается и в других странах – некоторые маги не желают регистрироваться в надзорных органах, так что общая численность магического населения, вероятно, на 10-15% выше.

На данный момент генетические исследования показывают, что магический ген может передаваться только от обоих родителей [19]. Если же один из родителей не несёт магический ген, то он или не передаётся вовсе, или передаётся в спящем состоянии и может активироваться в следующем поколении детей. Эта информация даёт примерное понимание о том, насколько быстро может расти популяция магов, а также выделить магию в отдельный подвид человека – homo sapiens propheta.

И мы должны задать себе вопрос: насколько магическая угроза реальна?

Научные исследования магических способностей отмечают, что большинство магов способны освоить следующие виды магии: шаманизм/друидизм, артефакторика, руническая магия, магия иллюзий, алхимия/биогенетика, доппель-магия, големостроение, магия слова, магия снов, магия музыки и антимагия [20]. Т.е., выпускник магической академии, в теории, владеет любым из одиннадцати видов магии. Однако исследователи отмечают и группу «изначальной» магии. К ней относятся: магия времени, анимансия, антимагия, магия денег, магия крови, псионика, геомантия, гидромантия, пиромантия, аэромантия, зеркальная магия, магия пространства, магия теней, метаморфизм, ясновидение, управление животными и любовная магия [21]. Эти виды магии встречаются достаточно редко. Как правило, предрасположенность к ним проявляется в возрасте 12-16 лет во время полового созревания. Широкий спектр возможностей применения всех вышеперечисленных способностей составляет отдельную озабоченность не только у властей, но и социально-активной общественности.

Напряженность, которую принесли маги, сложно переоценить. Со времён Дорчестерских погромов (конфликт между не магами и магами в 1988 году), случаи столкновений лишь участились. Непонимание, страх, взаимные претензии и нежелание идти друг другу на уступки порождают хаос и насилие, которое не получается преодолеть двусторонним диалогом. Последние убийства высокопоставленных чиновников в Санкт-Петербурге и волнения в небольшом уральском городке показывают, что магия может быть опасным оружием, которое заинтересованные лица могут использовать для дестабилизации ситуации.

Ещё одним опасным явлением в мировой практике является использование магические способностей для военных операций в горячих точках. Впервые опробованные при операции «Смерч» в Ираке в 1991 году, магические войска показали достаточно высокую эффективность. С тех пор все мировые державы стараются создать у себя элитные магические формирования, способные выполнять задачи не только против обычных людей, но и таких же магов, как и они сами. Это уже повлекло несколько открытых магических конфликтов в Африке и Южной Америке в середине 1990-х с участием американских, китайских, европейских и российских магов.

Во многом, ответом на это стали многочисленные террористические акты, в том числе, с применением магических способностей. Не секрет, что исламская культура отрицательно относится к проявлению магии, считая её проявлением греха. Европейские страны постоянно бьют тревогу после очередного вопиющего случая с забиванием камнями или обезглавливанием магического деятеля в Иране, Афганистане или Йемене. Однако ряд исламских террористических деятелей не против применения «живых бомб», если это помогает борьбе с неверными.

И всё же магические способностей применяются и в мирной жизни.

Исследование Массачусетского университета показывает, что свыше 75% американцев обращались в 2022 году за помощью к псионикам и более 90% заметили улучшения в своём психологическом состоянии [22]. При этом среди 25% опрошенных, которые ходили к психологам «старой школы», оценили их пользу лишь половина – 57%. И если сравнить с предыдущими годами, псионические приёмы пользуются всё большей популярностью [23]. Кроме того, псионические способности смогли снизить количество ПТСР-срывов у 62% военных, участвовавших в горячих точках в период с 2010 по 2020 годы [24].

Широкую огласку также получила история мобильной группы файр-стопперов «Опалённые ангелы», которые в прошлом году отбили у лесных пожаров несколько деревень в Томской области [25].

А благодаря охранному руническому плетению удалось предотвратить атаку исламских террористов на московское метро в 2014 году.

Эти случаи говорят о широких возможностях применения магических способностей в текущей жизни и высоком потенциале интеграции магического сообщества в остальное, немагическое. Однако правила, по которым это будет происходить, до сих пор не выработаны. Магическое законодательство часто вступает в спор с законодательством государств. Сильна и стигматизация магических способностей в ненаучных сферах. С момента официального признания магических способностей в рамках совета безопасности ООН прошло больше 15 лет, а у обывателя так и нет понимания, опасаться ли соседки с анимансией или дачника, который роет траншеи в земле силой рунических заклинаний?

Отношения между магическим сообществом и остальным миром развивается бессистемно, рывками. На каждое позитивное проявление магических способностей в СМИ муссируются несколько негативных. И хотя миру ещё только предстоит найти баланс между магией и не магией, интегрировать homo sapiens propheta нужно уже сейчас. Но ни среди магов, ни среди людей нет единого понимая, как это сделать. Потому мы можем стать свидетелями, как равного мира для всех, так и тотального хаоса и разрушения прежнего мироустройства.

Ветер на берегу озера

По мере того, как она углублялась в лес, пульсация города стихала позади. Сквозь переплетение ветвей она мельком увидела озеро – его гладкая, как стекло, поверхность отражала тяжелые облака, низко нависшие над водой. Воздух был густым, предвещая дождь, пахло влажной землей и мхом.

Она откинула капюшон, и ее темные кудри рассыпались по плечам, подхваченные поднявшимся ветром. Сначала это был легкий ветерок, игривый, он теребил ее рукава и подол пальто. Но она чувствовала его беспокойство, словно пульсацию под кожей, ожидающую, когда его позовут, придадут форму.

Она всегда ощущала присутствие воздуха вокруг себя – старого, невидимого спутника. Но она была здесь, чтобы научиться контролировать его, подчинять своей воле. Озеро было идеальным местом для этого. Уединенное, тихое, но наполненное энергией, которой она стремилась управлять. Вода мерцала в меняющемся свете, отражая небо, которое никогда не стояло на месте.

Стоя на берегу, она широко раскинула руки, закрыла глаза и глубоко вдохнула, вбирая в легкие ветер. Он закружился вокруг нее, окутывая тело, как плащ-невидимка. Она чувствовала, как меняются его потоки, ее пальцы подергивались от желания придать ему форму, выпустить из-под контроля, но она сопротивлялась.

«Терпение».

Это было первое, чему она научилась у ветра.

Она открыла глаза, сосредоточившись на одиноком опавшем листе у кромки воды. Она медленно подняла руку, вытянув ладонь, и позвала ветер. Сначала он отозвался шепотом, скользнув мимо ее пальцев, как неуверенная ласка. Она подтолкнула его еще сильнее, слегка наклонив запястье, и ветерок усилился, превратившись в тугой, управляемый поток. Лист поднялся, закружился в воздухе, словно танцуя под неслышимую мелодию, а затем взмыл вверх, по спирали поднимаясь все выше в небо.

Улыбка тронула ее губы, в груди забурлило удовлетворение. И всё же она чувствовала внутри большую силу, а потребность показать себя снедала душу.

Ветер повиновался её эмоциям. Вода покрылась рябью, а над головой быстро сгустились темные тучи. Она не дрогнула, не изменила своим желаниям. Магия воздуха всколыхнулась в ней, пульс участился. Она широко развела пальцы, позволяя ветру нести ее силу наружу, захватывая всё большую и большую часть берега.

Вдалеке прогрохотал гром, но она стояла твердо, ее связь с грозой над головой не прерывалась. Глубоко вздохнув, она успокоила воздух, утихомирив вызванную ею бурю, и ветер подчинился. Озеро вернулось к своему безмятежному состоянию, исчезла последняя рябь, и лист опустился на землю, мягко приземлившись на берег, прямо к её ногам.

Ее сердце все еще колотилось, она чувствовала ускользающие нити магии. Ветер шептал вокруг нее, теперь уже мягко, словно признавая ее власть.

Завтра она вернется в город, но сегодня этот дикий, бурный мир принадлежал только ей. А весной, когда придёт пора поступать в академию, она поразит всех на вступительных

Лесная стажировка

По пути в отдалённую уральскую деревню Иван Князев размышлял о собственной судьбе. Месяц назад он с отличием закончил академию, сдал общий экзамен и с блеском прошёл тест на самоопределение. Ему только исполнилось семнадцать – вся жизнь впереди! В ожидании выпуска он строил планы, надеясь переехать в большой город и поселиться в новом районе с видом на парк. Но его мечты сдуло ветром перемен. И вот теперь он сидел в пазике и среди пассажиров чувствовал себя чужим, как выросшая в бору пальма.

На переднем месте лицом к Ивану сидел мужчина в полинялой клетчатой рубашке. Он не отрывался от кнопочного телефона, так что юноша в подробностях рассмотрел его загорелую лысую макушку, обрамлённую подковой коротких волос. Позади него бабуля тихо баюкала на коленях саженец яблони и приговаривала, что волноваться не о чем – зиму обещают мягкую. Две женщины сидели через проход и обсуждали сериал. «Четыре дачника и идиот» – подумал Иван.

Если бы в наушниках сейчас заиграла «Hurt» Джонни Кэша, Иван бы выскочил из автобуса на полном ходу. Но в наушниках Фредди Меркьюри бодро затянул «Bohemian Rhapsody».

Is this the real life? Is this just fantasy?

Caught in a landslide, no escape from reality

Иван уже начинал ненавидеть певца.

***

Ивану казалось, что деревня Черёмухино была забыта не только Богом, но и всеми остальными управляющими инстанциями. На окраине тут и там стояли покинутые дома с заколоченными окнами. Общее, какое-то обнищавшее, неустройство сквозило во всём, и особенно в лежавших на земле заборах. Лишь на паре жилищ Иван заметил тарелки спутникового телевидения и пластиковые стеклопакеты – привычные предметы двадцать первого века. Всё остальное вызывало ощущение совершенного прыжка во времени, из-за которого Иван очутился в недавнем советском прошлом – чуждом и непонятном ему.

Пазик въехал на небольшую площадь перед длинным одноэтажным коттеджем и остановился. Дачники вышли на остановке, а Иван всё сидел на месте и смотрел перед собой, пока водитель не гаркнул:

– Конечная!

Автовокзал делил дом с небольшим продуктовым магазинчиком. Причём, явно не в свою пользу. Иван зашёл в помещение и огляделся. С невысокого потолка лился голубоватый свет. Вдоль стены со стендом расписания маршрутов располагались две деревянных скамейки. Каменный пол устилали тонкие трещины. За прозрачным стеклом одной единственной кассы сидела полная тётка с таким задумчиво-оценивающим лицом, будто решала, уедет человек сегодня из посёлка или нет.

Иван подошёл к ней и робко спросил:

– Вы случайно не знаете… здесь должен быть человек… он должен меня встретить.

– Я вам не стол справок! – рявкнула она.

– Ну, ладно.

Юноша скинул рюкзак на скамейку и сел.

«Да уж, не так я себе представлял новую жизнь» – подумал Иван, разочарованно осматривая холодную комнату автовокзала.

Шло время, а проводника всё не было. Молодой человек побродил вокруг здания, дотошно рассмотрел ассортимент продуктового магазина и съел пачку сухариков, купленную здесь же втридорога. Ивану стало казаться, что никакого проводника не будет, что он приехал в эту дыру зря, что его просто разыграли. Сейчас он сядет в автобус, вернётся в город, а там его встретят ребята и поднимут на смех.

Когда проводник всё же явился, Иван уже в третий раз изучал расписание обратных рейсов. Проводником оказался парень лет двадцати пяти в видавшей виды куртке и штанах цвета хаки. Он был немного полноват, но одежда всё равно сидела на нём мешком. Иван принял его за местного лесничего.

– Это ты Иван Князев? – проводник протянул ему руку. – Саша, – представился он.

– Да, это я, – Иван ответил на рукопожатие.

– Направление покажешь?

Немало удивившись, Иван вытащил из нагрудного кармана камень с руной. Саша осмотрел её, сделал пару движений руками и сунул в карман.

– Прости – простая предосторожность. Идём, – сказал он и взял рюкзак гостя.

У автовокзала стояла «Нива», по самые окна заляпанная грязью. Саша открыл багажник и кинул туда рюкзак.

– Залезай пока. Мне надо покормить её.

– Кого? – удивился Иван, но увидев в руках проводника канистру, всё понял.

Через пять минут они уже ехали по улицам посёлка, разгоняя гудком прогуливающихся по дороге кур.

– Постоянных жителей в деревне человек двести, – заговорил Саша, не отвлекаясь от вождения. – Зато летом много приезжает на дачу. В Советское время здесь был совхоз: куры, коровы, даже кто-то кроликов держал, а в девяностые на всё положили. Теперь только три семьи скотину держат, да и те подумывают перебраться в город.

Первое время Иван ещё слушал собеседника, но, когда «Нива» выехала из деревни, он вновь погрузился в задумчивое созерцание пейзажа. Саша быстро заметил угрюмость собеседника и сменил тему.

– В уральской академии учился?

– Угу, – Иван задумался. – Твои шмотки… Подумал, что ты из «невежд».

– А что? Нормальная одежда. Удобная. Или надо было приехать в деревню в балахоне и с посохом? – усмехнулся Саша.

– Да, глупо получилось, – согласился Иван. – Давно тут?

– Лет восемь. Закончил обучение, но пока решил остаться – Михалычу помощь иногда нужна. Лес тут… неспокойный.

Иван заметил ползущего по ноге бордового жука с длинными усами и брезгливо сбил его щелчком пальцев.

– Чувствуешь себя неуверенно на природе? – с улыбкой спросил Саша.

– Вроде того.

– Привыкай. На несколько лет эти края станут твоим домом.

Иван приуныл. Ему очень не хотелось быть здесь. Он всё ещё думал, что заслуживает большего. Ему всю жизнь родители твердили, что он способен добиться всего. Что у него есть все данные. Так почему же он оказался здесь, в лесу? Что это за злая усмешка судьбы? Или быть лесничим в глухих уральских лесах – это и есть его потолок? От грызущих сомнений Иван надолго ушёл в себя.

***

Нива скакала по лесу, словно взбесившийся бык. Её подбрасывало на кочках, она скрежетала, проезжая по обнажённым корням, вонзалась в холодные речушки, разбрызгивая воду, а потом проворным бараном взбиралась в каменистую гору.

Остановились они на краю вытянутой поляны, которую пересекал ручей. Иван на ватных ногах выполз из машины и рухнул на землю.

– Дальше пойдём пешком. Леший не любит, когда к нему приезжают на машине.

– Далеко?

– Километра три. Может четыре.

– Да вы издеваетесь! – в сердцах воскликнул Иван и лёг на траву. – Я никуда не пойду.

– Дело твоё. Вот только я на твоём месте долго бы не валялся. В траве муравьи – жутко кусачие твари.

Иван вскочил на ноги, отряхнул зад. Саша усмехнулся и молча протянул ему рюкзак.

Неподалеку, укрытый тенью деревьев, стоял небольшой бревенчатый дом. Саша открыл дверь, и к Ивану кинулась здоровенная собака – помесь волка и лайки. Иван вжался в ствол сосны.

– Не бойся, Ветер тебя не сожрёт. Максимум поглодает чуток, – оскалился Саша.

Обнюхав незнакомца, пёс вернулся к хозяину.

– Утешил, блин.

– Надо успеть до сумерек. Ветер, вперёд!

Пёс стремглав пустился в лес.

***

Последняя тропа осталась позади четверть часа назад. Теперь они продвигались по лесному бурелому. Вокруг лежали искорёженные стволы сосен. Некоторые деревья лишились почти всех ветвей и теперь стояли голышом, вытирая метёлкой серое небо.

– Это кто такое сотворил?

– Буря. Неделю назад была. Крепко потрепало, да… – отозвался Саша.

Они остановились возле двух молодых перекрученных стволами сосен – буря постаралась.

– Иногда мне кажется, что мы, люди, никогда не поймём законы природы. Как бы ни пытались.

Некоторое время шли молча. Ветер, резвясь, бегал между ними. Принося Саше палку, толщиной с Иванову руку, он подпрыгивал на месте, упрашивая хозяина кинуть её подальше.

– Какой он? Ну, Леший… Что мне нужно знать перед встречей с ним?

Саша нахмурился.

– Во-первых, никогда не называй его Лешим. Не любит он эту кличку. Во-вторых, он до крайности своенравный. Ты, вообще, о нём слышал что-нибудь?

– Что-то говорили…

– Тебе стоит запастись терпением. Учить он будет тебя по старым законам. Слыхал про них?

– Ещё на первом курсе.

– Хорошо. Эти законы – вещь старомодная. Однако насколько старомодная, настолько и сильная. Старые законы не терпят сомнений. Ты должен положиться на преподавателя, отдать свою жизнь в его руки и нисколько не сомневаться в его правоте. Стоит усомнится в правилах – и здравствуй свинцовый ящик.

Пока они перебирались по упавшему стволу через небольшой ручей, Иван подумал, что вверить себя незнакомому человеку, полностью отказаться от собственных чувств, мыслей и желаний – это совсем не то, чего бы он хотел. И даже если Леший научит его всем тайнам мироздания – это будут его, Лешего, знания. Он всю свою оставшуюся жизнь будет смотреть на мир чужими глазами. Вот почему от старых законов отказались на многих специальностях.

– Кроме того, Михаил Михайлович – впредь, давай называть его по имени-отчеству – обделён педагогическим талантом. Сколько раз он называл меня бездарем, а сколько просто идиотом. Но те знания, которые он тебе даст, перекроют всю обиду.

«Ну, с этим я уж как-нибудь справлюсь, наверное…» – подумал Иван.

– А как часто в город можно будет уходить? – спросил он.

– В город? Я дважды в месяц гоняю за продуктами в Черёмухино – если Михалыч будет тебя отпускать – можешь со мной, – он снова надвинул брови, словно что-то вспоминал. – Хотя, думаю, первые месяцы тебе придётся привыкать к изоляции.

– Как к изоляции?

– Городским всегда трудно. Пару лет назад приезжал сюда академист – чем-то на тебя похож, кстати. В наушниках больших, с плеером. Вместо тёплых вещей – электроника с аккумуляторами. Неделю нылся каждой сосне, что ему не хватает интернета, потом ещё две – что нет света. После свидания с лесом пришлось увезти его в Миасс. Не выдержал… Кстати, именно тогда я последний раз в город-то и ездил.

До домика преподавателя они дошли молча.

Хибара Михаила Михайловича больше походила на небольшой охотничий домик, нежели на дом преподавателя – невысокий, приземистый, врытый в землю не меньше, чем на метр. Из печной трубы поднималась тоненькая струйка дыма. Над крыльцом Иван заметил небольшой венок из кедровых веток – единственный видимый шаманский атрибут. Впрочем, Иван был уверен, что внутри дом куда интереснее.

Сам хозяин сидел на крыше и приколачивал доску увесистым молотком. Увидев гостей, он мягко спрыгнул на землю и положил инструмент на железный бак. Теперь-то Иван понял, почему учителя называли Лешим. Он был высок, худ, борода и волосы до плеч. Косоворотка и широкие штаны лишь дополняли образ. При этом у учителя было какое-то необычное лицо – оно словно одновременно притягивало и отталкивало взгляд.

Саша поприветствовал преподавателя, пожав ему руку. Это походило больше на встречу давних друзей. Некоторое время они переговаривались шёпотом, после чего Леший оценивающе оглядел новоприбывшего. Во взгляде преподавателя было столько надменности, что молодой человек почувствовал себя рабом, которого привели на рынок невольников в качестве товара. Даром, что зубы не просят показать. А потом преподаватель подошёл вплотную и… глубоко втянул запах его шевелюры.

– Тяжёлый случай, – сказал он сухо и пошёл к дому.

Иван открыл рот от удивления.

– В каком смысле?

Леший молча скрылся за дверью.

– Ну, удачи тебе, – то ли в насмешку, то ли всерьёз, пожелал Саша и протянул руку Ивану.

Попрощавшись с юношей, он свистнул и вместе с примчавшимся Ветром зашагал обратно.

***

Шёл четвертый день лесной жизни, но Ивану казалось, что минул целый месяц. Он скучал по сводкам новостей, по сериалам, играм, мессенджеру с закрытой конференцией для друзей. Они, наверняка, уже обустроились на новых местах и написали об этом, а он не мог прочитать их сообщения, потому что чёртов Интернет не ловил. Первая «банка» разрядилась ещё накануне, а вторая отдавала телефону последние крохи заряда сейчас. В избе Лешего было электричество, но Иван не нашёл ни одной розетки.

Это было полбеды. Больше Ивана угнетала тишина. Леший спозаранку уходил в лес и приходил только к вечеру, чиркал какие-то непонятные символы в толстом журнале формата А4 (такие обычно покупают для занятий черчением), читал книги, мастерил что-то. В общем, делал, что угодно, но только не обучал. Иван от скуки разве что на стену не лез. Он гулял по лесу, изучая местность, подолгу спал, немного слушал музыку, стараясь не сильно сжигать заряд в «банке», делал заметки о своём путешествии и как хотел бы вернуться обратно в город.

В один из таких дней Иван наворачивал круги у хижины в надежде поймать сигнал. Он искал подходящее дерево, по которому мог бы забраться наверх. Но сосны, как назло, были голы, будто старик заботливо обломал все нижние ветки. К полудню Иван нашёл-таки что-то более или менее надёжное. Тонкие ветви оказались удивительно крепкими. Оказавшись под кроной, Иван вытащил из кармана смартфон. Интернета всё так же не было.

Схватившись за ствол одной рукой, он поднял телефон выше, как будто это могло что-то изменить. Он едва не свалился вниз, пытаясь извлечь из воздуха хоть одну «палку» интернета.

– Да вашу мать! – выругался Иван и засунул телефон в карман.

Но тут он заметил внизу у дерева фигуру преподавателя. Вздохнув, Иван начал спускаться. Когда он спрыгнул на землю, Леший спокойно сказал:

– Здесь нет связи.

– Совсем?

– Ближайшая вышка в пятидесяти километрах.

– Капец!

– Вышки искажают потоки и глушат силу.

Препод развернулся и зашагал к хижине. Иван поспешил за ним.