Любимая женщина трубочиста

Действующие лица и события романа вымышлены, и сходство их с реальными лицами и событиями абсолютно случайно.

Марина проснулась от тихого стука в окно. «Наверное, птичка», – подумала она, зевнула, потянулась и собралась перевернуться на другой бок.

Однако таинственный стук, разбудивший ее, повторился. Мариша спрыгнула с постели, прошлепала по полу босыми ногами к окну, отодвинула шторы и замерла с широко распахнутыми глазами. За окном в воздухе висел Саша. Ее сердце замерло от испуга и изумления. Она машинально протерла глаза и только потом распахнула окно. Тогда-то она и увидела, что он вовсе не висит в воздухе, а стоит в строительной люльке.

– Здравствуй, Мариша! – сказал он.

– Здравствуй, Саша, – отозвалась она эхом.

– Я разбудил тебя? – спросил он, смущенно улыбаясь.

– В общем, да, – не стала отрицать она и добавила, чтобы не огорчать его, – мне все равно нужно было вставать.

– Как хорошо, – обрадовался он и протянул ей крошечный горшочек с начавшим распускаться белым гиацинтом, – это тебе, Мариша!

– Какой аромат! – воскликнула она. И взяв горшочек из его рук, тотчас уткнулась носом в цветок.

– Я войду? – спросил он осторожно.

– Да, конечно! – спохватилась она.

Марина почему-то была уверена, что он прямо из люльки шагнет на подоконник и спрыгнет с него в комнату. Но неожиданно для нее люлька вместе с Сашей стала спускаться вниз.

– Ты куда? – крикнула она огорченно.

– Если позволишь, то я войду через дверь, – донеслось до нее снизу.

Мариша закрыла окно, поставила на подоконник цветок и бросилась к двери.

Глава 1

Апрель в этом году выдался необычный. Создавалось такое впечатление, что в гардеробе, где висела одежда всех двенадцати месяцев, кто-то в самый ответственный момент вырубил электричество. И собравшийся в путь апрель обмишулился, на ощупь в темноте взял не свой наряд, а братца мая, обрядившись в него, в зеркало в более светлом месте поглядеть не удосужился, да так и заявился в наши края в майском наряде, со всеми вытекающими из этого последствиями. Вот до чего доводит всем нам хорошо известное авось. Но чего греха таить, случиться такое может с любым из нас. Может быть, поэтому никто и не торопился осуждать апрель, наоборот, люди обрадовались раннему теплу и пробуждению природы. Воздух пах тополиными почками и промчавшейся над городом первой грозой. Вот уже и березки раньше времени примерили длинные зеленые сережки и наклонили ветви, кокетливо рассматривая в осколках луж свое отражение.

«Хороши», – шепнул набежавший ветер, «очень», – согласились лучи рассвета и позолотили крошечные бриллиантики капелек, оставшихся на соцветиях после дождя.

Увидев, что небо прояснилось, и ветер унес прочь последние дождевые тучки, Андриана Карлсоновна прошла на лоджию, распахнула окно, чтобы впустить в комнату свежий воздух со всеми головокружительными ароматами весны. Постояв немного возле открытого окна, она вернулась в комнату, которую торжественно называла залом. А насмешник Артур с напускным безразличием к ее слову «зал» добавлял – тронный.

Бросив почтительный взгляд на висящий на стене портрет Петра I, Андриана присела на диван, тихо вздохнула и задумалась о своем, о девичьем. Более года назад она осуществила свою давнюю мечту и открыла частное детективное агентство «Шведское варенье».

Назвала она его так в честь рецепта варенья, которое ее предок, по семейному преданию, родоначальник их рода Шведовых-Коваль шведский воин преподнес своей невесте вместо свадебного подарка. С тех пор рецепт передается из уст в уста, от матери к дочери. Вот и Андриане этот рецепт поведала ее мама и наказывала передать своей дочери. Андриана снова вздохнула, но на этот раз по той причине, что дочери-то у нее и не было. Но ладно, это еще не причина для печали, – решила она и снова стала думать об агентстве.

Открывая его, Андриана Карлсоновна надеялась, что когда-нибудь ее детективное агентство «Шведское варенье» прогремит на весь мир. Она вообще была большая любительница помечтать.

Но реальность была такова: прошло несколько месяцев, после того как Андриана раскрыла свое первое громкое дело, и никто из солидных клиентов к ней так и не обратился. Правда, вспомнила она, был все-таки один бизнесмен, который пообещал ей солидные деньги, если она отыщет пропавшего месяц тому назад сенбернара.

Дело поначалу показалось Андриане безнадежным, не так-то легко в огромном мегаполисе, да еще со всеми его пригородами, сыскать собаку, пусть и такой видной породы, как сенбернар. Но ее внутреннее чутье посоветовало ей рискнуть, и она к нему прислушалась.

Поначалу все ниточки, за которые она хваталась, оказывались короткими и ложными. Но потом она все же отыскала сенбернара на чужой заброшенной даче – его отвез туда собственный сын бизнесмена, который ненавидел преданное отцу животное. Дача же принадлежала покойной бабушке одной из девиц мажора, и эта молодая особа охотно выдала возлюбленного за ту сумму, которую Андриана посулила ей от лица бизнесмена. Девица не прогадала и в итоге получила обещанные деньги.

Мажор же нигде не учился и не работал, жил за счет отца и при этом не стеснялся грубить ему не только наедине, но и в присутствии посторонних.

Бизнесмен, получив назад свою собаку, на радостях сдержал свое слово, оплатил все расходы сыщицы и сверх оговоренного гонорара щедро наградил Андриану Карлсоновну, как он сам выразился, премией за усердие.

Позднее она узнала, что мужчина предпочел преданного сенбернара беспутному сыну и отправил отпрыска в ссылку в Лондон, при этом посадив его на небольшую дотацию. Короче избалованному мажору придется туго. Но как говорили во времена Андрианиной молодости – с чем боролся, на то и напоролся.

Потом был еще один случай с животными. К Андриане обратилась старенькая бабушка и слезно умоляла отыскать ее сибирского кота – отраду и утешение на старости лет. Кот был подарен ей внуком, который укатил на два года в Прагу. Он звал старушку с собой, но она, не пожелав покидать на старости лет родину, отшутилась, сказав внуку, что может рассыпаться по дороге. И внук, подумав, решил оставить бабушку в ее квартире, но держал ситуацию под контролем при помощи постоянных телефонных звонков.

Кот, к счастью нашелся быстро. По-видимому, он и сам искал свой дом, так как Андриана обнаружила его сидящим на дереве в соседнем дворе. Когда она его позвала по имени, он сразу спустился к ней. В руки не дался, но сел вместе с сыщицей на скамеечку, с которой Андриана позвонила хозяйке и та немедленно прибежала за своим любимцем.

Старушка пыталась всучить Андриане деньги, но сыщица категорически отказалась. А вот перед предложенными сладостями из Праги не устояла. Еще она получила красивую пачку чая и небольшую салфетку с видом Пражского моста на журнальный столик. Старушка уверяла Андриану, что салфетка эта не только красивая, то и прочная, лет двести не порвется, так как при строительстве Пражского моста в его цемент ушло множество возов с яйцами, которые крестьяне свозили со всех окрестностей.

Андриана про себя подумала, что двести лет ей не прожить при всем желании, да и салфетка все-таки не мост. Но вслух своих мыслей не высказала, только лишь сердечно поблагодарила хозяйку кота за приятный подарок. Расстались они довольные друг другом, потом несколько раз созванивались и собирались летом встретиться в кофейне.

А однажды к Андриане обратилась дама бальзаковского возраста, отрекомендовалась бизнес-леди и пожаловалась на то, что ее муж постоянно куда-то пропадает. И не один, а с деньгами с ее карточки.

Андриана взялась проследить за супругом заказчицы и вскоре застукала его страстно обнимающимся с юной прелестницей в машине. Решив довести дело до конца, она отправилась на своем мотоцикле вслед за машиной мужа бизнес-леди. Парочка привела ее к съемной квартире. Подробности Андриана выяснила у соседей, после того как влюбленные покинули гнездышко. Добрые люди предупредили ее, что девица должна вернуться, так как эту квартиру ей снял любовник, и она в ней живет постоянно. Сыщице все стало понятно. Гулена припеваючи жил на деньги жены и на них же содержал свою любовницу.

Неверный супруг был выставлен разгневанной бизнес-леди за порог, а Андриана получила солидное вознаграждение.

Но теперь Андриана можно сказать сидела без дела. Одно радовало – ранняя весна. И конечно, Артур!

Хотя она никогда не чувствовала себя одинокой. У нее были две близкие подруги – Леокадия и Мила.

Если сравнивать их с водными стихиями, то Мила была похожа на среднерусскую реку с широким руслом и спокойным течением. Она никуда не спешила, по образованию была библиотекарем и самозабвенно любила книги и тишину читальных залов, но большую часть своей трудовой жизни отдала бухгалтерии. Виной тому были тяжелые времена и то, что ей пришлось одной растить внучку Виолетту. Теперь та выросла и сама училась в институте. К радости бабушки, на бюджетном месте.

А Мила занималась вязанием спицами и крючком, много читала и готовила вкусные блюда для внучки и подруг. Для души у Милы был пес Тишка. Душа-человек можно было бы сказать о Тишке, приняв во внимание расхожее выражение: «А что, собака не человек, что ли?»

Вторая подруга Андрианы – Леокадия – с ее бурной личной жизнью, любовью к мужчинам, искусству и путешествиям была сравнима разве что с горной рекой. На ум Андриане невольно пришли строки Лермонтова о Тереке:

Андриана невольно улыбнулась: это, конечно, явный перебор. Лео, несмотря на свой порывистый характер и яркие вспышки страсти, была все-таки доброй женщиной и хорошей подругой, всегда готовой прийти на помощь. А любвеобильность – это ее личное дело. Тем более что два ее преданных поклонника – генерал сухопутных войск в отставке Андрей Яковлевич Полуянов и профессор романо-германских языков Иннокентий Викентьевич Лавидовский – были вполне довольны своей жизнью и никаких требований к Лео не предъявляли. Андриана подозревала, что мужчин и самих устраивает такое положение вещей. Оба были давно не мальчиками, чтобы яростно враждовать из-за женщины. Они, можно даже сказать, сдружились. Генерал приохотил профессора к рыбалке. Хотя несколько рассеянный Лавидовский не столько рыбу ловил, сколько развлекал своим интеллигентным поведением многоопытного генерала. Но Полуянов как человек благородный сделал ответный жест и позволил Лео и Иннокентию таскать себя на заведомо скучные мероприятия типа оперы, лекций по искусству и концертов в филармонии. Однако генерал не роптал, считая, что долг платежом красен. Но вынашивал план пристрастить уступчивого Иннокентия к тихой охоте. Одно только смущало генерала: как бы Кеша, увлекшись сбором грибов, не накидал в корзинку одних поганок и мухоморов. С него станет, с беззлобной насмешкой думал генерал.

Мысли Андрианы вернулись к Артуру. Вернее, к двум Артурам. Люди говорят, что старая любовь не ржавеет. Может быть, оно и так, иначе разве вспомнил бы о ней ее Артур Соколов, военный летчик, которого она полюбила в своей далекой юности. Чувство к нему Андриана так и не сумела до конца погасить в своем сердце. Оно покоилось на самом донышке, время от времени робко напоминая о себе.

А Артур женился и, должно быть, был счастлив в семейной жизни. И она никогда не узнает, вспоминал ли он о ней, оставаясь наедине с собой. Но перед тем как покинуть свет, он о ней вспомнил и наказал внуку, тоже Артуру, присматривать за своей первой любовью.

И парень явился в старинный город на Волге исполнять наказ деда. Правда, нельзя сказать, чтобы внук так уж торопился. Прибыл он к Андриане только спустя два года после ухода деда. Объяснил это тем, что ему нужно было заложить фундамент своей карьерной лестницы. Андриана понимала его и не осуждала. К тому же другой на его месте вообще бы не явился. Очень нужно молодому перспективному парню опекать оставшуюся в прошлом первую любовь своего неугомонного деда.

Одно только время от времени раздражало Андриану: уж больно рьяно Артур взялся за дело и присматривал за ней так, словно не она ему в бабушки годится, а он ей в дедушки.

– Тоже нашелся опекун, – ворчала она время от времени себе под нос. Хотя чего греха таить, забота Артура о ней грела душу Андрианы.

К появлению в ее доме Артура подруги отнеслись по-разному. Мила сразу же встревоженно спросила: «А ты уверена, что он тот, за кого себя выдает?»

Андриана кивнула – уверена. Да и как тут не быть уверенной, если Артур-младший был точной копией своего деда в юности.

Лео же хмыкнула:

– Хорошо, что этот парень появился в твоем доме.

– Это почему же? – насторожилась Андриана.

– Тебе будет теперь с кем развлечься.

– Что ты имеешь в виду? – выпустила все свои иголки Андриана.

– Только то, – снисходительно пояснила Леокадия, что о тебе есть кому позаботиться. А ты о чем подумала? – поинтересовалась она ехидно.

Андриана вспыхнула как маков цвет и ничего не ответила. А Леокадия, сделав вид, что не замечает смущения подруги, продолжила как ни в чем не бывало – у меня есть Андрей и Иннокентий, у Милы – Виолетта. А у тебя?

– Фрейя и Маруся! – выпалила Андриана.

Лео расхохоталась. И даже Мила виновато улыбнулась.

«Ну, погодите!» – подумала про себя Андриана, а вслух сказала: – Вы просто обе мне завидуете!

– Конечно! – хором согласились подруги. И Андриана, как ни присматривалась к их лицам, не нашла на них и намека на улыбку. «Интриганки, притворщицы», – беззлобно ругалась она про себя.

Андриана поднялась с дивана и принялась за домашние дела. Не сидеть же целый день под царским портретом, погрузившись в воспоминания.

Лео говорила, что домашние дела нельзя назвать работой, но Андриана была с ней не согласна. По ее мнению именно домашняя хозяйка трудилась больше и тяжелее всех. К тому же домашние дела имеют свойство никогда не заканчиваться. Каждый день нужно готовить, убирать, а тем, у кого немаленькая семья, еще и стирать часто приходится. У Андрианы, например, не было машинки, и она стирала вручную. Хотя обе ее подруги считали, что это неправильно, у любого уважающего себя современного человека должна быть в доме умная стиральная машина. Но Андриана стояла на своем. За что Артур называл ее мазохисткой. Она на него за это не сердилась по той единственной причине, что это было бы было бесполезно.

После обеда Андриана сходила в продуктовый магазин, сварила кошкам куриную грудку, себе приготовила парочку котлет на пару и две столовые ложки картофельного пюре. На завтра сварила суп и сделала овощное рагу, чтобы и другой день не возиться на кухне. Ближе к вечеру приняла душ и плюхнулась в постель с книгой. Не заметила, как уснула.

Проснулась рано, еще только начало светать, от нетерпеливого мяуканья кошек. Фрейя и Маруся успели проголодаться за ночь и требовали кормежки и внимания.

Наполнив миски любимиц едой, Андриана снова забралась в постель и заснула. Сколько она проспала, неизвестно, но и открыв глаза, женщина не спешила вставать. Кошки были накормлены, и Андриане жутко не хотелось вылезать из мягкой шелковистой пижамы бирюзового цвета, которую ей, кстати, подарил Артур. Она прочитала в каком-то журнале, что светские львицы даже устраивают пижамные вечеринки. А чем она, спрашивается, хуже.

Когда Андриане надоело лежать в постели, она побрела в ванную, ополоснула лицо прохладной водой и направилась в зал, где уселась в кресло-качалку, которое она купила со своего последнего гонорара. Взяла со стола книгу и уже собралась углубиться в мир криминальной Америки начала прошлого века, как зазвонил ее сотовый. Высветившийся номер был ей неизвестен, поэтому отозвалась она неохотно:

– Говорите!

Это явно не новый клиент, успела она подумать про себя, так как в объявлениях об услугах детектива она указывала номер Макара Пантелеймоновича.

Макаром Пантелеймоновичем звался ее стационарный телефон. Имя свое он в буквальном смысле выстрадал: у Андрианы была милая привычка высоко задирать ноги во время смены уличной обуви на домашнюю и наоборот. В процессе она задевала провод, соединяющий телефон с розеткой, делая это, конечно же, неумышленно, но телефону от этого было не легче, так как провод улетал туда, куда Макар телят не гонял. Проверить аппарат сразу Андриана не удосуживалась, а потом и вовсе о нем забывала. Поэтому телефон оставался безголосым на несколько часов, а иногда и на сутки. Отчество же Макар получил в утешение.

Уверенный женский голос в телефоне проговорил:

– Здравствуйте, меня зовут Альбина Юрьевна Пронина. Мне порекомендовали вас, как хорошего специалиста!

– Преподавателя физики? – машинально уточнила Андриана.

– Какого еще на фиг преподавателя физики?! – неожиданно рассердилась звонившая.

– Тогда, простите, я вас не понимаю… – растерялась Андриана от внезапного напора неизвестной ей женщины.

– Вы Андриана Карлсоновна Шведова-Коваль? – требовательно спросила женщина.

– Я, – не стала отпираться Андриана.

– Вы владелица частного детективного агентства «Шведское варенье»?

– Я…

– Чего же вы мне тогда голову морочите?! – раздраженно завибрировал голос.

– Я вам? – изумилась Андриана.

– А то кто же! – уверенно наступала звонившая. – У меня есть для вас дело, и нам нужно встретиться безотлагательно, чтобы вы немедленно приступили к расследованию. Я понятно выражаюсь? – строго спросила собеседница.

– Вполне, – не слишком уверенно отозвалась Андриана.

– Тогда где и когда?

– Через час у меня, – сдалась Андриана Карлсоновна, – адрес мой вы знаете?

– Откуда? – фыркнула женщина и приказала: – Диктуйте!

И Андриана продиктовала ей свой домашний адрес, напрочь позабыв спросить, кто же дал этому напористому танку ее телефон.

Андриана решила не терять даром время: быстро перекусила, выпила чашку крепкого чая и сменила свою удобную пижаму на строгий деловой костюм, в котором она предпочитала принимать клиентов. Звонок в дверь раздался за пять минут до назначенного срока. У Андрианы уже все было готово к приему посетительницы. «Бедному собраться – только подпоясаться», – с иронией подумала она про себя.

Глава 2

Андриана Карлсоновна открыла дверь, недоумевая, как это посетительница вошла в подъезд, не воспользовавшись домофоном. «Хотя, возможно, – тут же подумала она, – женщина вошла с кем-то из жильцов, сославшись на то, что идет к ней». Такое ведь часто случается, редко кто из жильцов подъезда пытается удостовериться, что не проживающий здесь человек пришел именно к тому, кого назвал. Ведь и сама Андриана не интересуется у тех, кто спешит пройти вместе с ней в подъезд, кто они, откуда и куда направляются.

– Здравствуйте, еще раз, – сказала женщина.

Андриана ответила на приветствие.

– Проходите, пожалуйста. – Она указала рукой в сторону кухни.

– Как я уже говорила, меня зовут Альбина Юрьевна Пронина. – Женщина придирчивым взглядом оглядела кухню.

– Да, я помню, – сказала Андриана, – мое имя-отчество вы уже знаете.

– Знаю, – согласилась посетительница, удобно устраиваясь на синем диванчике.

Андриана Карлсоновна к этому моменту успела хорошо рассмотреть гостью и составить о ней приблизительное впечатление, которое, впрочем, могло быть обманчивым.

Сама хозяйка устроилась на стуле за столом, где у нее уже были приготовлены ручка и блокнот. Артур твердил ей, что нужно покупать компьютер, но она все еще раздумывала над этим вопросом. И даже сказала Артуру, что ни у Шерлока Холмса, ни у Эркюля Пуаро, ни у мисс Марпл компьютера не было.

Артур расхохотался от души, а Андриана, слегка обидевшись, добавила:

– Однако они раскрывали сложные дела. А у некоторых под рукой вся современная техника, а воз и ныне там.

– Что ты имеешь в виду под возом? – заинтересовался Артур.

– Ничего, – ушла от ответа Андриана.

– И к слову, – усмехнулся Артур, – за твоих гениальных сыщиков преступления раскрывали Конан Дойль и Агата Кристи, которые сами же эти преступления и придумывали.

Андриана в ответ только презрительно фыркнула.

Теперь же она внимательно посмотрела на посетительницу и сказала:

– Альбина Юрьевна, расскажите мне, с чем вы пришли. Я вас внимательно слушаю.

– Полтора месяца тому назад был убит мой младший брат – Семен Юрьевич Пронин.

– Сочувствую.

Пронина нетерпеливо отмахнулась:

– Я к вам пришла не за сочувствием.

– Я догадываюсь. Но по поводу убийства вы должны были обратиться в полицию.

– Вы что же, думаете, что полиция не занимается убийством моего брата? – с горькой иронией проговорила Пронина.

– Думаю, что занимается…

– Конечно! Но я хочу, чтобы вы тоже подключились к расследованию.

– Зачем?

– Сестра художника Вениамина Стеклова Галина Андреевна Беседина сказала моему мужу, что для вас отыскать преступника – раз плюнуть.

– Галина Андреевна явно преувеличивает мои способности, – скромно отозвалась Андриана.

– Может быть, но это не важно, – нетерпеливым жестом отмахнулась от нее Альбина Юрьевна.

– А как с ней связан ваш муж?

– Мой муж не связан ни с кем, кроме меня! – отрезала Пронина.

– Извините, я не так выразилась.

– Просто Геннадий недавно участвовал в создании каталога полотен Вениамина Стеклова. Галина Андреевна, заметив, что моего мужа что-то тяготит, расспросила его о том, что у него случилось. Муж поделился с ней нашей печалью, и тогда она рассказала ему о вас и настоятельно посоветовала прибегнуть к вашим услугам. Тем более что мы люди небедные, – многозначительно добавила Пронина.

Но Андриана Карлсоновна пропустила тонкий намек клиентки на свой толстый кошелек мимо ушей, вместо этого она спросила:

– Значит, у вашего мужа были хорошие отношения с вашим братом?

– Отличные, – заверила ее Альбина Юрьевна. – К тому же Гена видит, как я страдаю, и переживает за меня.

«Так и должно быть, – подумала Андриана, – но, как известно, идеальных семейных пар в мире раз-два и обчелся». И отступив ненадолго от темы разговора, она спросила: – Галина Андреевна пропагандирует творчество своего брата?

– Конечно! Они с Руфиной Станиславовной даже вознамерились создать музей в его честь.

– Простите, с кем? – удивленно переспросила Андриана.

– С Никитовской! Вы что, не знали, что она на протяжении не одного десятка лет была Музой Стеклова? – Клиентка недоуменно изогнула правую бровь.

– Я слышала об этом. Просто я была уверена, что Руфина Станиславовна по мужу Сомова.

– Был муж, да весь вышел. Так что она снова Никитовская.

– Они развелись?

– Нет, что за ерунда приходит вам в голову. С такими мужьями умные женщины не разводятся. А Руфина женщина умная.

– Не сомневаюсь. Так что же с ее мужем?

– Супруг Руфины в Канаде разбился в горах.

– Как так?!

– Точно неизвестно, поехал с семьей своей давней подруги кататься на лыжах – и с концами!

– Но его хотя бы нашли?

– Нашли в ущелье. И теперь Руфина – богатая женщина. После оформления наследства она вернула себе девичью фамилию.

– Почему?

– Как почему? Ради Вениамина Стеклова! Ведь он полюбил ее тогда, когда она была Никитовской.

– А как же дань памяти мужу?

– Не будьте такой сентиментальной! И вообще, не заговаривайте мне зубы, – рассердилась будущая клиентка.

– Так я и не…

– Вернемся к делу, ради которого я пришла, – перебила ее Альбина Юрьевна, – я хочу, чтобы вы нашли убийцу моего брата!

– А если я не смогу сделать этого? – спросила Андриана.

– А вы постарайтесь! Я же, в свою очередь, дам вам подсказку.

– Какую?

– Семена убила Маринка. Или ее муж. Или они оба вместе! – безапелляционно заявила Пронина.

– Кто это такие?

– Маринка Сергачева бывшая жена Семочки. По мужу она теперь Томилина.

– То есть она вышла замуж?

– Да. За Александра Томилина.

– Если бывшая женщина вашего брата замужем, то зачем ей его убивать? Какой мотив?

– Мотив имеется, – проговорила сквозь зубы Пронина.