Птица Феникс

Глава 1

Был самый обыкновенный летний день. Легкий ветерок освежал зеленую листву деревьев. Тучки пробегали по небу, не желая задерживаться. Я шла по песчаной тропинке вдоль речки, окруженной бесчисленными ароматами полевых цветов. Пахло томящейся под солнцем травой и пылью под ногами. Редкие бабочки и стрекозы, жужжа, проносились мимо.

Стояла спокойная тишина, нарушаемая редкими возгласами птиц и шелестом трав и кустарников на ветру. Этот умиротворенный шепот ветра уносил меня в мыслях далеко-далеко отсюда. В далекие просторные луга, в темные дремучие леса, на крутые туманные откосы скал.… Туда, где я никогда не бывала и вряд ли когда-нибудь буду.

Тропа приблизилась к реке, и мои мысли нарушило мерное журчание вод. Такое манящее своей прохладой и свежестью. Разве можно перед этим устоять в жаркий день?

Сбежав по обрыву берега, я оказалась в воде. Речка была не глубокой, даже колени не скрывала. Сразу вспомнились мгновения из детства, когда я, будучи еще девчонкой, плескалась в этой речушке, собирала со дна мелкие хрупкие ракушки, ловила стрекоз и мальков рыб, выискивала маленьких ручейников. Счастливое детство…

Полная подобных мечтаний, я шла по течению реки, совершенно позабыв, куда изначально направлялась. Подол летнего платья слегка намок и прилипал к ногам. Пройдя так еще немного, я вышла не берег, потому что река стала расширяться и углубляться. Впереди, недалеко от меня, стоял небольшой мостик. Река в этом месте казалась очень глубокой. «Вроде бы раньше здесь этого моста не было», – закралось в голову подозрение. Но время идет, и все меняется. Ничто не стоит на месте…

С виду, самый обыкновенный мост, каких тысячи, сбитый из посеревших досок разной длины и ширины. В темную воду уходили такие же старые опоры. Но в целом, мост был довольно крепким и с легкостью мог выдержать несколько человек. Мне вдруг стало очень любопытно, что же там, на другой стороне моста. Весь берег с той стороны затянуло ивами, какими-то кустарниками и высокой травой. Выход с моста проходил через живой коридор из растений и поворачивал в сторону. Вся дорожка с той стороны была заполнена множеством теней и пятнами солнечных лучей, пробивавшихся через листья.

Шаг, еще один, третий… и я уже на той стороне. Позади меня ясный солнечный день, а впереди загадочный полумрак теней, манящий своей неизведанностью. Какое странное место. Я знаю эту реку с детства. И давно уже исследовала все ее берега. Но это место мне почему-то совершенно не знакомо.

Ведомая любопытством, я шла по извивающейся тропе сквозь пушистые деревья. Чем дальше я заходила, тем выше и старее становились деревья, тем плотнее обступали тропу молодые побеги с метр в высоту. Пахло мхом, зеленой листвой и травой. Где-то над головой потрескивали сучья. Стоял приятный шелест листьев, колышущихся на ветру. Это похоже на небольшую рощу, прохладную и безлюдную. И отсутствие здесь людей вовсе не недостаток. Нет ничего плохого в том, чтобы побыть в одиночестве, наедине со своими мыслями. Отдохнуть от городской суеты, домашних хлопот и напряженной работы.

Незаметно для меня, тропинка постепенно исчезла. И я шла просто меж деревьев, ориентируясь по внутреннему компасу. «Не хватало тебе еще здесь заблудиться», – проговорило сознание с усмешкой. Но впереди виднелся свет, и деревья росли реже. Вдруг, деревья расступились, и моему взору открылась небольшая полянка, полная луговых цветов: лютиков, ромашек, незабудок. А посередине стоял маленький домик. На крылечке сидела старушка и вглядывалась в лес. Она кого-то ждала.

Здесь, по обе стороны от реки, расположился дачный поселок с небольшими домиками и ухоженными огородами. Правда, рядом с этим домом других не наблюдалось, и огород старушка, похоже, не возделывала. Но кто знает…

Увидев меня, она шустро сбежала с крылечка во двор.

– Ну, наконец-то! Сколько можно ждать?! Ты там заблудилась что ли? Давай, шевелись быстрее!!! – крикнула она мне и спряталась в доме.

Я опешила. Кто это? Может быть, она приняла меня за кого-то другого? Минуту спустя я торопилась объяснить ей, что она обозналась.

– Здравствуйте, – начала я. – Вы обознались. Я не та, кого вы…

– Ничего я не обозналась, – огрызнулась старушка, не дав мне договорить. – На вот ведро, принеси воды из колодца. Да смотри, не пролей по дороге, – сказала она и сунула мне пустое жестяное ведро.

«Ладно, я наберу воды, но только из уважения к ее старости, и потому что я сегодня добрая», подумала я, выйдя на крыльцо с ведром в руке в поисках колодца.

Когда я принесла воды, она отправила меня за дровами во двор. Когда я принесла дрова, она заставила меня передвинуть большой дубовый стол. Ни тебе «спасибо», ни тебе «пожалуйста». Только ухмылялась своим беззубым ртом и приказывала, что сделать. Когда же она приказала мне вымыть пол, мое терпение и доброта внезапно закончились.

– Сами мойте! – вспылила я. – Я к вам в кухарки не нанималась! Я вообще мимо проходила и вас не знаю.

Высказав это, я развернулась и хотела уйти. Но она спокойно ответила:

– А я уж было подумала, что ты совсем мягкая и нежная стала в этом твоем городе. И подчинишься, и слова против не скажешь. Все будешь, как бедная овечка, на меня своими глазками посматривать! Али не узнала меня? Забыла совсем? А?.. И все-таки город тебя испортил, Наташа.… Совсем свой характер растеряла…

Я, оторопев, уставилась на нее удивленными глазами. А она все посмеивалась.

– Откуда вы меня знаете? – спросила я.

– А я тебя еще с младенчества знаю! – отрезала старушка. – Вон, какая дылда вымахала, а ума нисколько не прибавилось…

– Хватит меня оскорблять! – вскрикнула я, совсем рассердившись. – Я ухожу.

Я вышла во двор и стала припоминать, с какой стороны пришла. Лес со всех сторон выглядел одинаково. Никаких отличающихся деревьев или кустов, никаких примечательных трав не было. Все поле поросло бурьяном и репейником. Былых полевых цветов совсем не видно.

Пока я раздумывала, в какую сторону идти, старушка вышла из дома на крыльцо.

– Наташа, подожди. Пойдем, я тебя чаем напою. У меня вон, сколько травок разных, сейчас заварим. И зверобой у меня есть, и липа, и мелиса. Еще малины сушеной добавим. Идем, идем… – позвала она меня.

Я, с сомнением, остановилась. Может быть, она извиниться хочет? Все равно мне дорогу спросить больше не у кого. Я вернулась в дом и села возле окна на древний стул с зеленой накидкой за тот самый стол, который только что передвигала.

Старушка хлопотала с заварником, перебирала какие-то сухие травы и ягоды. Занятая приготовлением чая, она все время что-то бормотала себе под нос. Что именно, невозможно было разобрать.

Тут, как назло, небо затянуло черными тучами, ударил гром и полился дождь.

– Посиди, пока гроза не закончится, – сказала старушка.

Я начала возражать, мне совсем не хотелось сидеть здесь, в старом сарае, называемом домом, с такой же старой хозяйкой, еще и с вредным характером. Но больше она не ухмылялась и не язвила.

– Все возвращается на круги своя, – сказала старушка, садясь за стол с двумя чашками чая. – Как трава поднимается из земли, зреет, цветет, затем чахнет, гниет, возвращаясь обратно в землю. Так и мы. Колесо судьбы сделало полный оборот, и теперь ты снова здесь, Наташа. Все возвращается, все возвращается… – медленно говорила старушка с весьма задумчивым выражением лица. С видом, будто я должна принять ее слова как великую мудрость в последней инстанции. Но мне вовсе не хотелось с ней сидеть, да еще рассуждать о смысле жизни.

В это время дождь усиливался. Он мерно шумел, проливаясь на землю, стучал по крыше домика, звеня, ударялся о какие-то ведра и тазики во дворе. Дом наполнился ароматом мяты, шиповника и еще каких-то трав, которые заварила хозяйка.

– Пей, Наташа, пей. Ни о чем не жалей. Сделанного не воротишь, – говорила она.

– Да мне не о чем жалеть, – отвечала я. Она лишь кивала головой.

Серый кот вышел из-за печки и улегся в моих ногах, обвив их своим пушистым хвостом. А старушка все сидела за столом, глядя в окно, и громко причмокивала чай из своей кружки.

– Смотри, – сказала она, – явились, не запылились.

Я посмотрела в окно. Дождь все также лил на землю. Тучи закрыли небо до самого горизонта. Иногда гремел гром, и сверкала молния. На улице было темно, сгущались сумерки. Вдруг, что-то светлое мелькнуло в небе. Потом еще раз. И еще раз уже в другом месте. Я уставилась в окно, широко раскрыв глаза.

– Что это? – вырвалось у меня.

Три светлых огонька перебегали с одного участка неба на другой, оставляя за собой светящийся шлейф. Они молниеносно проносились над деревьями, потом взвивались вверх под самые облака. Потом снова опускались к верхушкам деревьев, иногда заныривали в них и выскакивали с другой стороны. В течение минуты они приблизились к нашей полянке. Здесь они разделились. Два огонька стали облетать полянку по периметру вдоль леса, иногда залетая в него, справа и слева от домика. А один огонек летел прямо к дому, опустившись на высоту человеческого роста. Невозможно было понять, что это такое. Огонек весь переливался и сверкал разными цветами. То увеличивался, то уменьшался в размерах. Он подлетел к нашему дому и стал облетать его кругом, заглядывая в окна.

– Тебя ищут, – сказала старушка.

– Зачем? – спросила я. – Что это такое?

Но она промолчала, отвернувшись к окну. Она спокойно пила свой чай, как будто это самый обычный день, каких тысячи, и будто бы ничего не происходит. Мне мой чай совершенно не лез в глотку, хоть был и приятным. Я испугалась. Масса вопросов кружились в голове: Что это за место? Кто эта старуха? Что это за огни? Может это растолстевшие светлячки, в которые ударила молния? Или это сама молния, шаровая?

Тем временем огонек проверил все окна, повисел на крыльце и внезапно улетел к горизонту. Как будто его здесь и не было. Дождь закончился, тучи разошлись и выглянуло солнце.

– Обошлось, – сказала старушка. – Скажи спасибо Дымку. Это он тебя спас.

Я вопросительно уставилась на нее:

– Каким образом? Кто они?

– Обвился вокруг твоих ног. Взял тебя в защитный круг. Вот они ничего и не увидели.

Я оставалась в недоумении. Дымок мирно спал в моих ногах. Потом он приоткрыл один зеленый глаз, зевнул, открыл другой глаз, потянулся, встал, и ушел восвояси, оставив мне свое тепло еще на несколько минут и пару серых шерстинок.

– Но кто же это? И почему меня искали? И откуда вы меня знаете? – не унималась я.

Старушка тем временем встала из-за стола, подошла к большому древнему сундуку, украшенному символами и узорами, который стоял в углу комнаты. Склонившись над ним, она стала перебирать какие-то вещи. Наверняка такие же древние, как она сама.

– На, вот, – сказала она, протягивая мне ажурную шаль из тонкой белой шерсти, – накинь на плечи.

– Спасибо, – сказала я. Шаль была легкая, как облачко и пахла древностью. Но не старостью, не пылью, не грязью, не затхлостью, а именно сладковатой древностью. – Очень красивая.

– Носи на здоровье, – ответила старушка. – Это мой дар тебе, Наташа. Вот возьми еще это перышко, повяжи его в волосы.

Перышко было светло-серое, серебристое, поблескивало на солнце.

– Чье это перо? Вороны? – спросила я, и тут же получила подзатыльник.

– Феникса, – наставительно ответила старушка. – Это тоже мой дар тебе, как и урок, который ты только что получила.

– Спасибо, – промямлила я. Подзатыльники, оказывается, тоже дарят, за них еще благодарить надо. Перышко я повязала в волосы, продев его через косу над левым ухом, как делали индейцы в одном фильме.

– Теперь ступай, – сказала старушка.

– Куда же мне идти? – спросила я.

– А куда сердце тебя поведет, туда и иди. Только не сомневайся в нем, а не то заблудишься. Ступай, ступай, – сказала она, развернулась и ушла в дом, закрыв дверь.

Так и осталась я одна стоять посреди поля возле старого дома, не зная где я, что происходит, зачем мне эти вещи, и куда я, собственно, должна идти.

Я пошла домой, растерянная и озадаченная. Сырая после дождя трава намочила мои ноги. Воздух был прохладным и свежим, пахло мокрой травой и цветами. Между деревьев я заметила проход, а приблизившись, увидела узкую тропинку. Удивительно, как же я ее раньше не заметила, когда хотела уйти от старухи. Пока я шла по тропинке, мне не давали покоя вопросы: кто эта старая женщина? Откуда она меня знает? Знает мое имя? Что еще за защитный круг кота? И что, черт возьми, за странные летающие огоньки? Зачем и почему они меня ищут? И с чего вдруг эта странная старухина щедрость на подарки? Зачем мне перо феникса? Обязательно потеряю.

– А может это была баба-яга? – сказала я вслух, остановившись. И тут же звонко рассмеялась своей догадке. Настроение мое улучшилось и меня перестали терзать все эти вопросы.

– Забудь, – махнула я рукой и бодро зашагала по тропе в сторону дома, как предполагала. И совершенно не подозревала, что в это самое время, эта старая ведьма в своем древнем доме наблюдает за мной вместе со своим серым котом, глядя в воду в жестяном ведре, которую я принесла ей из колодца.

Глава 2

Солнечные зайчики, проскользнувшие сквозь кроны деревьев, весело прыгали на моей тропе. Аромат летнего теплого леса мягко окутывал меня и навевал размышления о том, что было, и о том, что будет. Тихий шепот ветра в листве только усиливал эффект. Под пение птиц я вспоминала, как уехала в город, как окончила школу и институт, как устраивалась на работу и вливалась в коллектив, и наконец, доработала до своего первого отпуска. На отпуск я вернулась в свой старый семейный дом, в котором жила в детстве, в котором жила моя мама, и мама моей мамы, и мама мамы моей мамы, и так далее, и так далее.

Я уходила по тропе все дальше от того жуткого дома на поляне, ожидая услышать журчание речки и увидеть тот старый мост, пройдя через который я здесь очутилась. Но тропинка вела вглубь леса. Солнце опускалось все ниже к горизонту и меня начали мучить тревоги о том, как найти дорогу домой. Ночевать в лесу мне совершенно не хотелось, да еще без еды и огня. По мере моего продвижения, идти становилось тяжелее, так как тропа поднималась в гору. Все чаще стали попадаться на пути крупные камни, поваленные деревья, через которые приходилось перелазить, и расщелины, через которые приходилось перепрыгивать. Так же на пути мне повстречался куст спелой лесной малины. Такого количества ягод, что я съела, хватило бы на банку варенья. Так же по дороге мне встречались грибы: подосиновики, белые и лисички, но собирать их было не во что.

Поднимаясь все выше, тропа огибала каменные валуны, покрытые зеленым мхом. Тревога окончательно овладела моим сердцем, я торопилась и спотыкалась, чуть ли не падая. Я хотела повернуть назад, но это означало бы вернуться в тот ужасный древний дом на поляне и встретиться с его хозяйкой. И откуда мне знать, что я вернусь именно туда? А вдруг обратный путь приведет меня в еще более странное место? Хотя и здесь не так уж и нормально.… Вокруг нашей деревни никогда не было ни гор, ни сопок, ни холмов, лишь лесистая равнина и мелкая речушка.

Мои волосы растрепались, цепляясь за сучки и ветки кустарников, но перо феникса никуда не пропало, как я ожидала. Оно стало даже как будто чуть больше, расправилось и блестело. Тем временем солнце клонилось к закату, а мое сердце уже было готово разорваться от волнения и тревоги. Куда же послала меня старуха? Зря я так легкомысленно ко всему относилась, думая, что и так все знаю. Хотя ответы от нее получить возможно лишь посредством пыток. Особого выбора у меня нет, тропа идет дальше в гору, через каменные скалы и откосы. Растительности все меньше, лишь трава под ногами, кустарники, да редкие кривые сосны. Дорога очень четкая, как будто по ней каждый день ходят толпы людей. Только это дает мне уверенность, что я выберусь отсюда.

Присев отдохнуть на нагретый солнцем камень, я в недоумении осматривалась вокруг. Вид открывался превосходный. В низине темнел лес, кое-где поблескивала река, извилистая тонкая серебристая полоска. Лес расстелился до самого горизонта. Лучи закатного солнца окрасили небо в яркие красные, оранжевые, багряные, фиолетовые, даже пурпурные цвета. От такой красоты захватывало дух. Я даже не помню, когда в последний раз наблюдала закат. Глядя на горизонт, я сообразила, что иду на восток, но это открытие ничем мне не помогло. Я пыталась найти поляну с домиком внизу, но ничего не увидела среди темной зелени. Возможно, ее укрывали деревья. Нашу деревню я тоже не видела. А также дорог никаких не было, даже полосы линии электропередач не было. Мне вспомнилось, что возле дома старухи я не видела столбов и проводов, даже лампочки в доме не было. Почему же я такая не наблюдательная… будь я внимательнее, сразу бы заподозрила неладное. Но интуиция меня подвела. Даже сейчас, когда я откровенно потерялась, мое сердце молчало и не хотело указать дорогу к дому.

Тем временем солнце закатилось за горизонт, и начало стремительно смеркаться. Мрак окутывал землю, начиная с востока, и бесповоротно подкрадывался к западу, вслед за ушедшим солнцем. На черно-синем небе поблескивали первые звезды. А я серьезно задумалась о ночлеге. И поесть не помешало бы. Я отправилась дальше по тропе, надеясь встретить кого-нибудь или выйти к поселку. Идти стало намного тяжелее, я все чаще падала и совершенно выбилась из сил. Надежды мои погасли вместе с последним лучом заходящего солнца.

Вдруг я заметила, что дорога стала немного светлее. Можно было рассмотреть очертания камней, ям, ухабов и кочек. Я решила, что вышла луна. Но осмотревшись, увидела темное небо, испещренное тысячей звезд. Легко угадывались созвездия большой и малой медведицы. Луны не было. Видимо наступило новолуние. Свет испускало перо феникса, заплетенное в мои волосы. Тусклый свет, бледный, но это лучше, чем ползти на четвереньках в кромешной тьме. Этот подарок ведьмы мне очень пригодился. Во мне даже проснулось чувство благодарности к этой старухе.

Вместе со светом, ушло и тепло. Воздух остывал также стремительно, как мир погружался во тьму. Неизвестно сколько еще времени я пробиралась по тропе меж скал, но ноги мои уже отказывались идти дальше, пальцы закоченели, а изо рта вырывались облачка пара. Странная погода для июльской ночи, а одета я совершенно неподходяще. Вконец выбившись из сил, я села на траву, облокотившись спиной о высокую сосну. Я завернулась в шаль, которую мне дала старуха. Дерево росло возле отлогой скалы. Ветви сосны как будто окутали меня, укрыв от порывистого ветра, а шаль согрела и я, наконец, уснула.

Я проснулась от невероятного грохота. Вокруг было темно, дождь лил с невероятной силой. Но ветви сосны плотно накрывали меня так, что я оставалась сухой. Здесь было очень тепло. Я просунула руку между ветвей, и она вмиг покрылась каплями ледяного дождя, пальцы мои замерзли. Протерев глаза, я выглядывала в «окошки» между веток, но увидеть ничего не могла. Стояла глубокая ночь, гремел гром. Изредка пространство освещалось вспышкой молнии. Я вдруг вспомнила об огоньках, которые летали днем в грозу. Притаившись, я прижалась сильнее к стволу дерева и закуталась в белую шаль. Если они снова прилетят, то на этот раз найдут меня. А потом… и что же потом? Осветят мне дорогу, накормят и приведут домой? Сомнительно…

Некоторое время шел дождь. Потом он резко закончился. Слишком резко. Еще минуту назад он лил, как из ведра, а сейчас тихо так, будто бы и не было ничего. Совсем как днем на поляне. Это не простая гроза. Огоньков видно не было. Я вздохнула с облегчением. Меня уже начинают напрягать все эти странности. Сон пропал, на его место пришло беспокойство, вернулись все вопросы, не дающие покоя, и не находившиеся ответы.

Мне было сухо и тепло в объятиях живого дерева, хвоя сосны оказалась мягкой и душистой. Дерево напевало мне колыбельную, тихую, прекрасную. Казалось, что эта мелодия звучит только в моей голове. Мелодия нежная, легкая, но навязчивая. Постепенно она вытолкнула все вопросы из моей головы, заменив их бесконечным покоем. Я незаметно погрузилась в сон, уже не такой тяжелый, как прежде. Ветви дерева еще плотнее прижали меня к стволу, создав подобие мягкой колыбели.

Когда я проснулась, солнце стояло высоко в небе. Оно было яркое и ослепительное. Но в моей колыбели было тихо и темно. Никакие звуки не проникали сюда. Ничто не беспокоило мои мысли и сердце. Тихая мелодия по-прежнему убаюкивала и успокаивала меня. Тяжелая сонливость одолела мое тело и мысли. Хотелось только спать. Голоса без конца пели в моей голове: «Тебе не надо никуда идти. Останься с нами. Спи. Спи. Останься. Забудь все печали. Ты счастлива. Хорошо. Покой. Никуда не надо идти. Останься. Спи…».

Через силу я вспомнила, где нахожусь и куда направляюсь. Туда, куда велит сердце. Молодые побеги сосны выросли за ночь вокруг меня. Они обвили мои ноги и руки. Ветви самого дерева обвили все мое тело, не давая сдвинуться с места. И внезапно, как молния, мое сознание озарило понимание безысходности, что я поймана, как муха пауком, этим древним деревом. Оно сплело сеть из веток и корней. Оно укрыло меня в ночи от опасности, но оказалось еще опаснее, чем дождь и холод. Ему нужны мои сила и молодость, свежая кровь, чтобы напоить свои иссохшие корни и дать жизнь молодым побегам.

Превзойдя себя, вложив все силы, я стала выбираться из окутавшей меня сети. Мягко и нежно, но в тоже время невероятно крепко, сосна держала меня, не выпуская. Голоса пели громче и интенсивнее: «Не уходи. Останься. Спи. Не уходи. Останься. Спи». Запах хвои дурманил голову. Чем сильнее я боролась, тем громче голоса говорили: «Тебе не вырваться. Останься с нами. Покой».

Я отчаянно боролась с паутиной ветвей, гнула их, пытаясь сломать, но ничего не получалось. Силы уже начали покидать меня. Отчаяние начало овладевать разумом. Неужели я останусь здесь и сама стану деревом? Конечно, ряд проблем отпадет сам собой, но это не выход.

Собрав все силы, что еще остались, я начала вырываться из крепких объятий этого странного дерева. Оно стонало и выло, выпуская меня. Уже почти выбравшись, мы кричали оба. Я – от боли усилий, оно – от боли утраты. «Вернись! Останься! Не покидай нас! Нееет!!!» – кричали голоса.

Вырвавшись, я со всех ног пустилась бежать вверх по тропе, подальше от этого опасного дерева. В панике я бежала, не разбирая дороги и не смотря под ноги. И в итоге буквально влетела в родник с ключевой водой по самые щиколотки. Вода была ледяная, свежая. Вдоволь напившись и умывшись, я успокоилась  и осмотрелась. Я попала в небольшое ущелье, поросшее соснами и кустарником. Молодой ручей бил из-под скалы и убегал вниз по склону, проложив себе извилистый путь меж камней и корней деревьев. Тропы уже не было. Возвращаться, и искать ее не было никаких сил и надежд. «Ни о чем не жалей. Сделанного не воротишь», – прозвучал голос старой ведьмы в голове.

Если выбора нет, то приходится идти только вперед, не оглядываясь назад. Вот я и пошла, глядя на все деревья с подозрением и обходя их стороной, чтобы снова не попасть в ловушку. Ущелье сужалось к концу и казалось, что выхода с другой стороны нет. Пройдя его до конца, я обнаружила узкую тропу между скалами шириной меньше метра. Растительности на ней никакой не было, только каменные своды с двух сторон. Через несколько метров тропа поворачивала направо, и невозможно было понять, есть там выход или нет. Я стояла перед входом в это узкое ущелье в раздумьях, идти или нет, как увидела мышку-полевку, шустро выбежавшую из него и метнувшуюся в траву, завидев меня. Посчитав это знаком, я пошла вперед. Возможно, сюда и должно было привести меня сердце….

Шла я долго, каменные стены уже начали давить на меня. Тропа несколько раз поворачивала и вправо и влево. И у меня создалось ощущение, что я нахожусь в каменном лабиринте и хожу по кругу. Тропа имела множество ответвлений, но слишком узких, чтобы я могла протиснуться там. Возможно, дальше они и расширялись, но мне этого уже не узнать. Тем временем, моя тропа все вилась и вилась вперед, становясь уже. Мне уже приходилось идти боком. И когда я совсем отчаялась, после выступа, где еле пролезла, ущелье резко расширилось и вывело меня на лесную тропу с обратной стороны скалы.

Осмотрев себя, все ли на месте, белая шаль и серебряное перо феникса, я пошла прямо по тропе и вышла к маленькому бревенчатому домику, из трубы которого валил дым. Рядом с домом протекал ручей с чистой ключевой водой. Дом был огорожен аккуратным забором, совсем не старым. А за домом виднелись ровные грядки с посадками. Угадывались огурцы и помидоры, лук и морковь, а также картошка. Я поднялась по ступенькам на крыльцо и постучала в дверь. Мне открыла старушка, похожая на ту старую ведьму на поляне, как две капли воды. Но она улыбалась: