Подарок Живы. Княжна и Охотник

Глава 1

Давно уже повеяло переменами, и чем ближе, тем больше Охотник понимал – совсем скоро эти земли изменятся до неузнаваемости. Только вот что именно произойдет… Этого он пока не понимал. Более того – он чувствовал, что и сам он сыграет во всем этом роль. Ветра, что дули от побережья, стали жарче и неистовей, и так же зрела где-то ярость, так же обжигала кого-то зависть. Кого-то влиятельного, но при этом не настолько разумного, чтобы сопротивляться порывам ненависти. К чему же это могло привести? Можно ли это остановить? Этого Охотник не знал. Он только поправил меч на поясе, поудобнее повесил лук и направился в сторону леса. Новый день наступал, и рассветные лучи солнца уже окрасили верхушки сосен в необычно-розовый цвет. И от этого же света, который только-только начал разгонять ночную темноту, тени казались особенно черными и длинными, и лесные духи, которые не любили рассветы, были особо опасны. Но Охотник, хоть и видел каждого из них, все же не обращал внимания. У него были дела поважнее, а его защита – слишком сильна, никто из них даже не попытается напасть. Да даже если и попытается… Хватит одного движения. В этом лесу у Охотника не было врагов и не могло быть. И хоть он и был рожден смертной женщиной – уже давно к миру живых не принадлежал.

И был этому даже рад – кто знает, кто его мать, что оставила его когда-то давно? Быть может, у нее не было другого выбора, потому что была бедна и никак нельзя было прокормить еще один рот. А быть может и так, что и вовсе ребенок нежеланным оказался и нелюбимым. Что теперь об этом думать? Охотник был доволен своей жизнью и никогда другой не желал. Одно только было ему интересно и почти недоступно – общение с другими людьми. Они были такие разные даже тогда, когда Охотнику удавалось понаблюдать за ними издалека… Это было слишком странно и даже пугающе… Но сейчас было слишком много других забот, потому что произошло что-то такое, что никто и никогда не мог и представить.

Засуха длилась уже не первый год в княжестве Яшера, и люди понемногу сходили с ума, потому что запасы зерна заканчивались. Сколько просителей приходило во дворец князя – не перечесть, но каждый из них уходил ни с чем, потому что нелады с жарким солнцем – это не единственная беда, что пришла в княжество. Слег с какой-то неизвестной болезнью князь, да так, что ни один из лекарей из местных или из приглашенных не могли понять, что с ним такое. А как лечить то, что неизвестно? Никак. Потому только и оставалось, что поддерживать силы в князе до тех пор, пока не найдется ответ на загадку странной болезни. Княгиня, его жена, не отходила от мужа ни на шаг. Она и прежде старалась не вмешиваться в государственные дела, потому что так была воспитана с самого детства, а теперь и вовсе не появлялась на люди, всю себя посвятив заботе о любимом муже. Даже несмотря на то, что вышла замуж она, конечно же, по велению родителей и ради укрепления отношений между княжествами, со временем она смогла искренне полюбить мужа. Несмотря на его жесткий непростой характер, не терпящий возражений, он был справедливым и старался быть мягче со своей семьей, и Светлана это очень ценила. По большому счету, что казалось семьи, по-настоящему строгим Светогор был только со своим сыном, молодым княжичем Светославом. Но оно и неудивительно – тому предстояло стать новым князем после того, как Светогор умрет. Он должен был многому научиться и потому с самого детства почти все время проводил на каких-либо занятиях или тренировках. И совсем иным было отношение ко второму ребенку – молодой Алёне. Она была любимицей своей семьи, да и не только. Каждый, кто жил во дворце, любил милую девчушку, которая пыталась быть везде одновременно – вот она уже помогает на кухне, криво нарезая морковку, а через несколько минут уже во дворе – просится покормить животных, и так до бесконечности. А так как отец был постоянно занят делами, а брат все время пропадал на занятиях, она была предоставлена только матери. С мамой же было скучно, потому и сбегала Алена постоянно из-под крыла.

А уж когда пришла беда и тяжелые времена, то на младшую в княжеской семье совсем перестали обращать внимание. К этому времени Алена уже достигла своих шестнадцати лет и теперь считалась невестой. Правда, о замужестве она и не думала, а мечтала только о том, чтобы научиться сражаться так же, как брат. Зачем ей это было нужно, она и сама не понимала, но разговоры о женихах и платьях неизменно наводили на нее тоску. И как не пыталась мать сделать из нее приличную княжну, ничего у нее не получалось. Потому на какое-то время бросили эту затею, и лишь иногда, в моменты напряжения или страха за будущее, в матери просыпались эти порывы сделать из дочери достойную княжну, чтобы выдать замуж.

И сегодня был как раз такой день:

– Алена, где ты! – княгиня Светлана шла по коридорам, заглядывая в каждую комнату. Она понятия не имела, куда могла запропаститься ее дочь, которая как раз сейчас должна была сидеть с другими девушками и заниматься вышивкой. Подготовка приданого – очень важный процесс, и даже княжеская дочь должна была хранить в сундуках для важного дня что-то, сделанное собственными руками. Только вот Алена, которая, кажется, совсем не планировала никаких замужеств, не считала нужным заниматься такими вещами. Да и кому может понадобиться ее вышивка? Она ведь выходила довольно кривой, да и вряд ли наволочку после ее работы можно было бы нацепить на подушку. Совсем никому.

– Алена! Я ведь все равно тебя найду!

А Алена слышала крики матери, но выходить не планировала, да и вообще была в полной уверенности, что ее никогда не найдут, потому что пряталась она в библиотеке. А княжеская библиотека занимала не одну, а сразу несколько связанных между собой комнат. Да и в пределах одной комнаты стеллажей было так много, стояли они в таком порядке, который был известен только тому князю, что и занимался ее обустройством, что спрятаться тут было невероятно легко. В особенности от матери, которая считала чтение художественных книг – не более чем чудачеством, которым можно было заниматься только в свободное от других дел время. А такого времени у Светланы не было, и она считала, что и у княжны его быть не должно – все время юной девушки должны были занимать занятия, которые готовили бы ее к супружеской жизни.

И хотя Алена считала такие размышления довольно недальновидными и однобокими, она все равно очень любила свою мать. Та была заботливой и очень спокойной, она никогда не ругалась и только расстраивалась, если что-то шло не так, как следовало. И почему-то это расстройство заставляло чувствовать себя виноватой намного больше, чем любая ругань. Алена понимала – мама живет так, как ее научили, она в свое время была послушной дочкой, которую всю жизнь готовили к замужеству. И она была прекрасной матерью и женой, но девушка иногда задумывалась – а какие чувства и мысли были в маминой голове на самом деле? Что она скрывала внутри, никому не говоря? Что-то должно было быть за этой всегда смиренной и добродетельной маской. К сожалению, родня Светланы была очень далеко от этих мест, за океаном, и никогда еще Алена не видела своих бабушку с дедушкой или другую мамину родню, чтобы расспросить о детстве и молодости. Жаль, что произошла та трагедия, когда при шторме были уничтожены практически все корабли княжества – после этого никто уже не выходил далеко в море.

Потому и приходилось девушке черпать знания о мире из книг. Потому и пряталась она именно в библиотеке. Это место было у Алены самым любимым, и она знала тут каждый уголок, каждую ступеньку каждой лестницы – книг в библиотеке было так много, что их размещали на полках до самого потолка, и для того, чтобы добраться до некоторых из них, без лестницы было никак не обойтись.

Вот и сейчас Алена сидела на одной из ступенек почти под самым потолком на самой, казалось, ненадежной лестнице во всем княжестве. Та постоянно шаталась и будто пыталась упасть то в одну, то в другую сторону, но все же каким-то чудом сдерживалась. Девушка же не обращала на это ровно никакого внимания, потому что рассматривала книгу. Почему на самых верхних полках всегда лежали самые старые книги? На этот вопрос она так и не нашла ответ – никто будто не знал. Но вместе с этим постоянно сидела именно на этой лестнице и именно на уровне самых верхних полок. Старые книги обладали для девушки какой-то неизъяснимой притягательностью, даже несмотря на то, что многие из них были написаны на языках, которые Алене были незнакомы. В старых книгах было много изображений, хоть чаще всего и выцветших, и девушка могла часами их просто рассматривать. А еще чаще всего в этих книгах было написано о старых богах.

О, как много было их раньше! И как много капищ было разбросано по многим землям, о которых девушка и не слышала раньше. Существуют ли они сейчас? Помимо картинок, в книгах были и карты с обозначениями разных мест силы, и Алене доставляло огромное удовольствие искать на этих картах их княжество. К слову, не на каждой из них можно было найти тот огромный остров, на котором было княжество, которым правил отец девушки. Однажды она подошла к князю с расспросами о том, почему все именно так, и тот объяснил, что когда-то эти земли были частью большого континента, но после случилось какое-то невероятное событие, и тогда часть суши отделилась и будто отплыла в сторону. Так и образовался этот остров. Только вот на расспросы о том, что же это за невероятное событие, князь толком ничего не мог ответить. Тогда Алена принялась искать что-то сама, и только в одной из книг нашла историю о том, что на континенте было когда-то два огромных княжества, которые постоянно враждовали между собой. И в конце концов Перун разгневался на них, ему надоело видеть умирающих ни за что людей и битвы, которые ни к чему не приводили. Перун призвал на эти земли огромную грозу, молнии расцвечивали небо, а гром просто оглушал. И вот одна из молний, самая большая и опасная, ударила прямо в огромный дуб, потревожив все его корни, и трещины пошли по земле, и континент разделился. Так прошла граница между двумя княжествами, которые не могли поделить земли. Только вот и большое княжество на острове потом распалось на три отдельных. Каждое заняло те земли, которые посчитало нужным. Одно осталось на побережье у леса, второе обосновалось в горах, чтобы беспрепятственно добывать сокровища – драгоценными камнями были очень богаты эти земли. Ну и третье княжество в стремлении отделиться обосновалось далеко на севере, в холодных и неприступных землях. Алена знала про каждое княжество, обо всех читала и удивлялась, как это на, казалось бы, не таком большом пространстве были такие отличные друг от друга люди и земли?

Но так или иначе, Алене не удавалось попутешествовать даже по тем землям, которые были совсем рядом, не говоря уже о том, чтобы на корабле отправиться куда-то еще. Как же хотелось сбежать из дома куда-то далеко-далеко! Путешествовать, слушать разные истории путников и рассказывать свои, быть может, даже встретить настоящую любовь! Об этом тоже было много книг в библиотеке, и в каждой из них девушка влюблялась без памяти и была очень счастлива потом несмотря на то, что влюбленных повсюду подстерегали опасности и соблазны. Самой же княжне такое не грозило. Мать давно сказала, что такие знатные люди выходят замуж и женятся только по соображениям княжеским, а еще о том, что может случиться такое, что она даже не увидит своего жениха до свадьбы! Как-то Алена слышала разговоры родителей о княжеских детях соседей, о том, в каком они возрасте, являются ли наследниками. Одному из этих людей, скорее всего, и предстояло стать мужем Алены. Интересно, какие они были? Красивые, смелые и сильные, такие, как ее брат? Или наоборот? Девушка читала в книгах и о других князьях – ленивых и трусливых. За такого замуж совсем не хотелось. Кроме того, она всего лишь младшая дочка, и оттого понимала, что престол не займет, а потому не очень-то важная птица. Может быть, ей повезет? И она сама сможет выбрать себе мужа? Но это, конечно, вряд ли.

Но пока что у нее было время, чтобы путешествовать хотя бы по страницам книг с большим удовольствием. Сейчас все были заняты вопросом пропитания, а еще здоровья князя. Когда еще будет время, когда она предоставлена сама себе? Больше уже, наверное, никогда. Она очень хотела чем-то помочь матери, но что она может сделать? У нее нет власти, а решения принимают люди, которые намного больше знают об управлении княжеством, чем она сама.

Крики и призывы матери стихли – она ушла куда-то в другую сторону, и Алена могла больше не прятаться и не прислушиваться. И хотя она и не собиралась уходить из библиотеки, сейчас она могла устроиться за большим столом, чтобы как следует рассмотреть свои сегодняшние находки. Это была книга про древних богов, которую она еще никогда не видела, и другая – с подробной и относительно свежей картой острова. На ней были обозначены даже самые маленькие деревеньки, лесные дороги, а еще домики в лесах, которые использовали охотники или другие люди, которых непогода или ночь застала в пути. Алена знала, что в таких домиках часто бывает что-то съестное, а еще теплая и сухая постель, печка, у которой можно было греться или приготовить себе еду. В общем, какое-то время там можно было прожить. И часто фантазировала о своей жизни в таком вот доме.

Она любила такое рассматривать, представляя пути, по которым могла ходить она сама. Алена могла бы при желании и возможности стать, например, охотником. Она отлично стреляла из лука – училась этому втайне от матери, но с пособничеством брата. Тот иногда брал с собой Алену на тренировки и позволял недалеко также отрабатывать удары или умение обращаться с тем или иным оружием. Он думал, что княжна должна уметь за себя постоять при необходимости, потому что случалось всякое. В конце концов, он и сам помнил и читал историю о том, как враждовали годами два княжества до того, как их не разделил океан. И хотя сейчас княжества с виду сохраняли мир и дружеские отношения, все же очень настороженно относились к соседям. Да и было что делить – всем хотелось больше земель и больше ресурсов. Княжич считал, что нападение – это всего лишь вопрос времени. А члены княжеской семьи, захваченные в плен – это прекрасный способ торга и манипуляции. Нужно уметь за себя постоять. Да и сама Алена читала о поляницах – воительницах, которые и сильных богатырей могли победить, да еще после и в мужья себе богатыря взять. Правда, девушка не знала, есть ли еще богатыри на их землях? Или на отдельно взятом острове? Так или иначе – тренировалась она часто, хоть и попадало ей часто от матери потом за мозолистые руки. Мама считала, что кожа любой женщины, а в особенности княжны на выданье, должна быть бела и чиста. Ни о каких ссадинах, синяках и уж тем более шрамах и речи быть не могло! Максимум, что могла себе позволить девушка – это укол иголкой или же тонкой спицей, но не больше. И уж сколько раз девушке из-за этого приходилось всеми силами прятать разные части своего тела – не сосчитать. Брат на тренировках, если вставал против нее, никогда не давал спуску и не поддавался. И хотя порой Алена обижалась на него за это, все равно была благодарна. Она понимала, что, если произойдет что-то ужасное, никто не будет ей поддаваться. Кроме того, она и сама могла в какой-то момент помочь, например, матери или стареющему отцу, спасти их. Это придавало сил стоять до последнего и придумывать разные способы для того, чтобы сбегать из дома на тренировки.

На самом деле, так и проходили все дни девушки – в попытках спрятаться от маминых увещеваний, в библиотеке или с братом. Правда, с братом она виделась совсем не так часто, как хотела – все его дни были заняты разными занятиями. Но сейчас брата рядом не было, с мамой было особенно не о чем поговорить, а подруг у нее не завелось. Почти каждая девушка во дворце хотела выйти удачно замуж, вокруг этого и крутились все действия и все разговоры. Разве что с теми, кто служил во дворце, кто мог себе позволить ту свободу, которая Алене и не снилась, она могла разговаривать. Но и их мать отвадила, утверждая, что неприлично княжеской дочери общаться с простыми служками.

Обо всем этом девушка раздумывала и сейчас, рассеянно глядя в окно. О книгах она позабыла и сейчас просто переворачивала страницы почти что бездумно. Но встретилось ей кое-что, что привлекло ее внимание – на одной из страниц был нарисован пшеничный колос. Только колос – и больше ничего. Он был красивым, рисунок будто даже светился изнутри и навевал мысли о той беде, которая постигла их земли. Все поля убивала засушливая жара…

Потому Алена и решила почитать то, что было на соседней странице. А рассказывалось там о богине Живе. Девушка слышала о ней много раз. Жива покровительствовала природе и юности, красоте и зелени. Именно ей сейчас возносили молебные слова на капищах, именно у нее просили пощады и благоволения. Но она то ли забыла об этих землях, то ли просто не хотела им помогать. Но на следующей странице, когда закончилось описание самой богини, начинались истории, о которых Алена раньше и не слышала. Там рассказывалось о прекрасном тайном саду, в котором Жива проводит свои дни. Там всегда лето, и он такой большой, что нельзя увидеть ничего, кроме этого сада, даже если птицей взлетишь высоко в небо. И самое удивительное в том, что там собраны все-все растения и деревья, все виды кустарников, и ни одно из них не повторяется, все разного вида и цвета. Дорожки всегда идеальны, хоть никто за ними и не следит, и растения будто бы сами за собой ухаживают. Ни одного сухого листочка нельзя было найти в этом саду. Где-то в этом саду спрятан и дом Живы, но никто не знает, на что он похож. Никто и не знал, как много времени сама Жива проводит в своей обители, а сколько дней в году обозревает свои владения. Кроме того, говорилось еще об одном строении в саду Живы – каком-то тайном месте, где хранится ее самое величайшее сокровище. Именно это сокровище и было изображено на картинке.

Особенный колос, который круглый год мог давать столько зерна, сколько потребуется. Если иметь у себя такой колос, то можно и не высаживать поля, можно вообще не переживать о том, какой будет урожайность хлебов. Можно не запасать зерно в огромных количествах. Хлеба у того, кто владел этим колосом, не переводилось.

И лишь однажды Жива поделилась с людьми этим колосом – помогла далекому народу, который жил в холодном севере близ гор, таких высоких, что солнце никогда не светило на земли у их подножия. Эти люди жили охотой и рыболовством, но однажды Жива увидела их страдания и отдала им колос. После этого люди оставили земли, на которых жили, и перебрались в более южные места, где научились самостоятельно выращивать зерно. Тогда колос вернулся обратно к хозяйке.

Эта часть истории показалась Алене очень странной. Зачем люди жили в таком месте, где не могли даже нормального пропитания себе добыть? Не знали, что бывает иначе?

В любом случае, девушка загорелась этой идеей. Она понимала, что, скорее всего, это только легенда. Но откуда-то же она взялась?

Глава 2

Все дальнейшие дни княжна проводила только в библиотеке. Порой забывая поесть и не замечая, когда наступала ночь. Зато мама теперь всегда знала, где ее можно найти. Но женщина настолько отчаялась вытащить девушку из библиотеки, что в конце концов она смирилась и дала распоряжение приносить ей прямо туда еду и поставить кровать, подвинув один из стеллажей. А сама вернулась к тому, чем и занималась все эти дни – ухаживала за мужем, которому, несмотря на усилия всех лекарей, совсем не становилось лучше. Никто так и не мог понять, отчего именно слег князь, что за напасть его поразила. Все видели только отчетливо, каким прерывистым было дыхание князя, как быстро он терял вес, каким бледным становился. В конце концов и вовсе рухнул в беспамятство, никого не узнавая и даже будто бы пугаясь своего самого преданного и давнего слуги, который все же старался понемногу кормить и поить своего господина, чтобы поддерживать в нем жизнь. Готовил даже какие-то лечебные отвары с его родины – далекого севера. Но все было тщетно, и даже поговаривали уже о том, что князь может не пережить следующую зиму. Среди народа, правда, было и другое мнение – кое-кто считал, что он просто струсил и боится показываться на глаза людям, которые доверили ему свою жизнь. Эти же люди подозревали, что и наследник княжеского престола сбежал, опасаясь гнева людей. Но Алена, когда слышала такое, их не винила. Люди были напуганы и голодны. У всех дома были дети, которые не могли без хлеба и овощей. А этого всего было катастрофически мало, как ни старались люди сберечь свои посевы.

Мысль о том, что колос может и правда существовать, сводила ее с ума. Она не могла спать, думая о том, как быстро она спасла бы столько семей от голода. Ей даже казалось, что это помогло бы и ее отцу встать на ноги.

Потому она так фанатично искала все новые и новые книги, в которых было хоть малейшее упоминание о Живе. Таких книг было, конечно, много, и девушка скрупулезно читала все, что могла найти, делая пометки и радуясь, что ей хватило усидчивости научиться писать в свое время. Заметки свои она никому не показывала и прятала под подушкой на ночь. Но о колосе было совсем мало, всего только раз она встретила о нем упоминание. Потому она начала изучать информацию о том, где может находиться этот самый сад. В одной из книг было написано, что он располагался на острове, и девушка обрадовалась. Возможно, это ее остров! Много листов было исписано пометками, которые могли помочь найти это место. Самым сложным моментом был тот факт, что в сад вела потайная дверь, а сам он находится будто бы за пределами земель, где жили люди. Значит, искать просто открытое место было глупо. Может ли быть такое, что дверей много?

В конце концов она свела воедино множество фактов, отыскала все, что могло помочь, и теперь внимательно смотрела на полную карту острова, надеясь найти то самое место, которое может соответствовать тому самому тайному проходу.

А после еще долго сидела, не веря своим глазам. Вот оно! Было место в горном княжестве, где мог находиться проход к тайному саду Живы! Дело за малым – пробраться туда!

Собиралась Алена долго и основательно. Она стала еще более скрытной и задумчивой, чем обычно, и это не могло не ускользнуть от взгляда ее матери. Светлана в один из дней все же отвлеклась от заботы о своем муже и зашла в комнату к девушке так рано, как смогла. Ей повезло – Алена просыпалась достаточно поздно, потому что любила засиживаться до ночи за книгами, и сейчас не успела никуда ускользнуть.

– Доброе утро, – сказала женщина негромко. Она отодвинула тяжелые шторы, чтобы впустить в комнату немного света, и удивилась пыли, которая тут же взвилась в воздух. Да, на фоне солнечного света была видна каждая пылинка, любой мусор во сто крат сильнее, чем в другое время. Но все же сейчас тут было слишком уж грязно.

– Доброе… А что ты тут делаешь?

– Да просто поболтать зашла. Давно мы с тобой не виделись. А у тебя тут совсем не убирают, что ли? Так пыльно…

– Почти не убирают, да. Не хочу, чтобы мои вещи трогали.

– У тебя появляется все больше и больше тайн от окружающих. А ведь никто в этом доме не желает ей зла.

– Что поделать, я расту и взрослею. А ты сама как-то говорила о том, что у девушки должна быть загадка.

– Ох, если бы это делало тебя хоть немного женственнее. Но ты упорно отказываешься воспринимать все, что делает тебя женщиной, и все занятия выбираешь мужские. А ведь ты станешь женой какого-то влиятельного князя.

Алена вздохнула – все эти разговоры мать повторяла раз за разом много раз, и никогда они не находили в душе девушки совсем никакого отклика. И почему-то именно сейчас раздражение, которое она сдерживала все эти годы, вырвалось наружу. Она была слишком непохожа на свою мать, слишком другой. Может быть, Светлана была слишком мягкой, и потому не смогла оказать того влияния на девушку, которое должна была? Или дело все же в их различиях? Вот с братом у нее было много общего, и если бы их воспитывали одинаково, то девушка сама могла бы стать главой какого-нибудь княжества. Но этого, конечно, никогда не произойдет, и ей придется довольствоваться ролью тихой и примерной жены, тени своего мужа. Если повезет, мужа влиятельного, но совсем не обязательно. И от этого в душе Алены все больше и больше росло раздражение, злость и тоска по тому, чего она никогда не сможет достичь, хоть и родилась в княжеской семье. У крестьянской дочери и то больше свободы! По крайней мере, она сможет выбрать в мужья того, кого сама захочет, а Алене такая роскошь была недоступна. Потому и вылилось все, что она сдерживала долгие дни:

– Ну и что? Ты стала женой влиятельного князя, и у тебя нет даже права высказать свое мнение. Ты прикрылась этой женской жертвенностью и живешь в ней, упорно игнорируя все остальное! Тебя так воспитывали, и ты была примерной дочерью, а теперь стала примерной, но бессловесной женой! Так нельзя жить, я так не хочу. Я знаю, что вы можете меня заставить, и я знаю, что так и будет, но не отбирай у меня возможность делать то, что мне нравится, хотя бы в таких мелочах, как книги! И найди уже что-то, что понравится тебе самой! Хватит учить меня жизни, о которой сама не имеешь никакого понятия!