- -
- 100%
- +
«Будь мягким. Не позволяй миру ожесточить тебя. Не дай боли заставить тебя ненавидеть. Не допусти, чтобы горечь украла твою сладость. Гордись тем, что, пусть даже мир с тобой не согласен, ты всё равно считаешь его прекрасным местом»
– Курт Воннегут
22 апреля.
(до сдачи сочинения 2 месяца)
Жизнь-это?
Еще в начале учебного года нам задали эту тему для контрольного сочинения по литературе. Уже апрель, но я до сих пор не чего не написала. Мне всего семнадцать и, наверное, раньше я бы с легкостью ответила, что представляет собой моя жизнь. А все что я сейчас могу сказать это то, что жизнь – это полное, беспросветное дерьмо и врятле что-то уже исправит мое мнение.
Наверняка у кого-то в жизни было такое ощущение, ты хочешь, что то сделать и понимаешь, что бессилен. Тебе остается просто жить дальше, но ты совершенно не понимаешь как это возможно. Еще месяц назад я о таком и подумать не могла, я как идиотка старалась делать что-то, быть лучше, но кому это нужно? Цель потеряна, и идти больше не куда.
Я будто бы лечу с тысячного этажа. Скорость слишком большая и я распадаюсь на мелкие частицы. Сейчас я где-то на середине и мое падение свободно, а что будет в конце? Я молчала, когда все катилось в пропасть, а теперь поздно кричать.
Оказывается, бег не так уж плох, как я думала раньше. Вчера я вышла на улицу, и мне захотелось бежать и это мне помогло. Я престала думать, особенно после четырех километров, когда в моей голове была одна мысль о том, что я сейчас умру или у меня отвалятся ноги, ну или я выблюю свои легкие. Но после отдыха все возвращается. Вообще-то сейчас я люблю все, что помогает мне не копаться в своих мыслях. Это кино, сериалы любые телешоу, но только не книги. Глупые романы или детективы я не люблю, они мне только действуют на нервы, а серьезные книги заставляют копаться в себе еще больше.
Сейчас я все больше замечаю, что моя комната очень большая, такое ощущение, что уже с детства родители хотели, что бы я существовала только здесь, как в принципе и произошло. На мне одето почти все время пижама, да я даже в магазин так хожу. У меня их оказалось очень много, просто раньше я думала, что это забавно, а теперь мне просто удобно и все равно.
Я могу часами смотреть в одну точку, не осознавая этого и думать, думать перекручивать все в голове. Такое ощущение, что какой-то червь засел и поглощает меня, все мои добрые, хорошие мысли и остаются только темные. Остановить это может разве что зашедшая в комнату мама, что бы сказать «– пора обедать дорогая». Голос у нее громкий, въедливый как будто она знает, что меня надо встряхнуть, разбудить. Так было и сегодня. Вот разносится ее голос по всей моей огромной комнате:
– Пора обедать дорогая – говорит она.
– Хорошо мама, я сейчас спущусь – говоря это, я ощущаю, как я не хочу этого делать.
Я все же решаю спуститься. У нас большой дом. В детстве мы всегда с сестрой любили носиться по нему, играть в догонялки, прятки. А когда мы выросли, он заметно опустел, как будто стал еще больше и неуютнее. Я иду на кухню. За столом уже сидят и мама и папа. Все как будто, так и должно быть. Такое ощущение, будто одна я понимаю, что не может все оставаться по-прежнему. Хотя все, конечно же, всё знают, но предпочитают молчать. Тем не менее, я сажусь за стол.
На обед, как и во все остальные дни, конечно в те которые я не пропускала, оставаясь в своей комнате, мы едем спагетти с подливкой. Я ковыряюсь вилкой в тарелки, эти макаронины свисают, словно дождевые черви и я говорю себе «– ты должна есть, ты должна съесть хотя бы полпорции». Все сидят молча с пустыми глазами и без всякого выражения эмоций на лице. Я чувствую как напряжение растет и не выдерживая встаю и говорю:
– Все с меня на сегодня, пожалуй, хватит, я наелась этой едой и этим представлением, – я не сдерживаюсь и говорю это со злобой.
– Что случилось, может, ты хочешь чего-нибудь другого, у нас есть пюре из брокколи, – мама говорит это, но такое ощущение, что её губы не двигаются.
– Нет, я хочу, что бы вы перестали делать вид, что ни чего не произошло. Давайте выскажете мне, все, что хотите. Говорите, что это я виновата.
И папа тут возмущенно выдает, – да кто вообще ест пюре из брокколи, что это за гадость такая.
И мне не верится, что он хочет обсудить это сейчас, какое то брокколи. Я встаю и ухожу наверх. Идя по лестнице, я все еще слышу, как они ругаются из-за этого.
Наконец я захожу в свое убежище, в свою берлогу. Я ложусь на кровать и включаю канал с музыкальными клипами. Со мной как всегда моя верная подруга, шоколадка. Это, наверное, единственное, что меня сейчас радует, хотя бы немного. Но не успеваю я удобно расположится, как слышу звонок в дверь. Сейчас я не спускаюсь, когда звонят, даже если ни кого нет дома, но в этот раз я решила, сама не знаю почему. Родители наверняка тоже этого не ожидали, это было видно по их выпученным глазам.
– Я открою – говорю это на весь дом, сама не ожидая от себя.
Открывая, я вижу Мэтью. О боже, зачем он снова пришел?
– Привет.
– Пока.
– Подожди, я принес вещи, которые у меня остались, держи.
Я забираю вещи, говорю ему, что бы он убирался отсюда и захлопываю дверь. Я застываю на месте, слыша только как мама, начинает рыдать.
4,5,6 сентября
(до сдачи сочинения 8 месяцев)
Мы сидим на уроке литературы. Сегодня это первый урок и, кстати, выпускной класс, поэтому Мистер Блез усердно старается вбить нам в голову что очень важно проявить себя хотя бы в последний год, все возможными путями- «Вам же поступать в колледж»– так он говорил и в прошлом году, но кто не думал об этом и в том году не думает и в этом. Это конечно не обо мне, я же отличница, посещаю все возможные кружки и занимаюсь фотографией, нет, я не хвастаюсь, просто всеми силами пытаюсь сделать так, что бы я смогла уехать подальше отсюда. Фотографией я занимаюсь около 5 лет. Я фотографирую в школьную газету, и высылаю свои фотографии на разные конкурсы, в общем, делаю все, что бы меня заметили, но пока у меня не очень получается. Ведь подписчики в инстаграме не считаются, а жаль. Ведь я хочу поступить в Нью-Йоркский университет, там учится моя старшая сестра, и если я сделаю это, то целый год мы будем учиться вмести в одном университете. Но между тем я задумалась и не услышала, как ко мне обращается Мистер Блез
– Скажи мне Мелани, как ты думаешь, что мы будем делать для контроля в конце года? – так как Мистер Блез помешан на сочинениях, ответ был ясен всем.
– Мы напишем сочинение Мистер Блез»
– Правильно Мел – он называет меня так, потому что считает меня одной из лучших своих учениц, так он говорит всегда, когда я сдаю ему свои сочинения. – Мы напишем контрольное сочинение, которое вы сдадите в конце года и тема этого сочинения будет… – Мистер Блез делает паузу и пальцами барабанит по столу . – Что для вас жизнь или жизнь – это.
Тема, как мне показалось на первый взгляд, легкая. Так думаю не одна я по выражению лиц в классе понятно, что и другим она понравилась. С лева от меня сидит моя подруга, она приехала только сегодня и целое лето с ней мы не виделись, она летала в Лондон с родителями. Ее зовут Кэтрин Парк, она в нашей школе знаменитость, во-первых, она чирлидер и просто красавица, высокого роста блондинка, волосы длинные, грудь третьего размера, в общем, все параметры модели. Ну и во вторых её фамилия известная на весь наш пригород, так как Марк Парк занимает не последнее место в Хартфорде. Но для меня конечно не первое, не второе не имеет ни кого значения.
После уроков мы с Кэт, наконец, встречаемся, обнимаемся и орем на весь школьный коридор как мы рады видеть друг друга. Она рассказывает, как ей жилось целое лето в Лондоне и как обычно болтает еще кучу всего. Так же она говорит о том что рассталась со своим парнем, который не смог пережить лето без Кэт, так говорит она сама , а на самом деле он просто начал встречаться с девушкой на пять лет старше его , просто он думает что это круто. Она встречалась, как и полагается с капитаном команды по футболу Дугласам Флетчером, по красоте затмевающим всех жителей Западного Хартфорда, правда так думает только сам Дуглас.
–А как там твой Брайан? – вдруг спрашивает Кэт, как будто только сейчас вспоминает, что с ней рядом стою именно я.
– Никак, и не какой он не мой, ты что забыла, что в прошлом году мы поставили точку.
– Да ладно, брось он до сих пор не нашел себе девушку, ты тоже одна вы все равно будете вместе.
– Не думай обо мне так плохо.
– Хорошо не буду. Сегодня вечеринка, пойдешь?
– Не знаю.
– Ну, понятно, как всегда. Ладно, мне пора домой, но мы еще увидимся. Пока.
– Пока.
Я сажусь в новенькую, недавно купленную машину темно красного цвета, правда не мою, а мамину, мне машина долго еще не светит. В нашей школе почти все ездят на машинах и почти все доезжают на них до своих шикарных домов. Хотя я не считаю что Западный Хартфорд лучший, но также не считаю его совсем плохим. Я еду домой, завтра приедет моя сестра, она приезжает раз в месяц на два дня, я очень рада когда это происходит. Мы с сестрой не разлей вода мы одно целое, хотя она и старше меня. Её зовут Джорджиана, я как в прочем и все, зову её Джо. Она ниже меня и волосы у неё длинные, русского цвета, а сама она худенькая и без всяких широких мест вот отличие от меня. Нет, я тоже не толстая просто моя попа, по-моему, родилась отдельно от меня и она не маленькая, а волосы у меня темные каштановые, и рост 175см. Поэтому мы совсем не похожи, да и наши взгляды на мир совершенно разные, в отличие от неё я немного пессимистка, но, наверное, поэтому мы и ладим.
Я подъезжаю к дому, папиной машины нет. Значит, он на рыбалки, это его любимое занятие в свободное от работы время. Работает он в Хартфорде в компании производящей климатические системы и оборудование. Он очень гордится тем, где он работает, и может часами рассказывать про свою работу. Когда я вхожу в дом то вижу там маму лежащею в гостиной на диване, гостиная у нас почти вся в белых тонах, так что может ослепить своей белизной. Она лежит, значит, уже приняла, бокал другой вина и спит. Нет мама не пьющая, но после того как её уволили из Университета Хартфорда, она там преподавала Медицину, а до этого работала в больнице в Нью-Йорке, мама стала выпивать ,как она говорит – «Они не могли выгнать меня после стольких лет отдачи им себя»-мы все понимаем что для неё это горе, особенно потому что она как ни кто любит учить, и теперь всю свою силу в обучении она применяет на нас. Хотя с того времени как её уволили, прошло уже два года.
Я прохожу в свою комнату, мама даже не пошевелилась. Моя комната напоминает мне отдельный домик. Мы с сестрой всегда играли в моей комнате. Так как она большая мы любим здесь танцевать, устраивать показы мод и заниматься всякой ерундой, а еще мы очень любим, сидеть на крыше, окно из моей комнаты выходит прямо на маленькую пристроенную крышу. Мы сидим там и смотрим на звезды. Это наша традиция и это прекрасно.
Мне приходит сообщение от Кэт « Сегодня в 21:00. Вечеринка у Роба. Я заеду за тобой». И этим все сказано, значит с ней не поспоришь. Она как паровоз, всегда тянет меня за собой. Я прихожу на кухню, мама уже встала.
– Ты уже приехала, уже четыре – говорит это она не уверенно, наверно думает, не проспала ли она до вечера.
– Да уже пол пятого. Что у нас на обед? Так есть хочется.
– Ой, у меня так болела голова, что я решила прилечь и уснула, так что можешь разогреть спагетти, они там в холодильники.
– Опять покупная еда, мне уже надоела есть эту фигню, и почему это у тебя болела голова даже не знаю – сказав это я сразу пожалела, ведь мы не говорим маме что она в чем то не права – « ты же пьешь почти каждый день, может уже хватит жалеть себя, мам тебе всего сорок три , ты еще можешь устроиться на новую работу и наконец перестать пить.
– Что ты такое говоришь, ты не благодарная, как и все остальные – мама повышает голос, что раньше происходило очень редко – устроится на работу, а может я не хочу работать я заслужила отдых и вообще могу делать то, что хочу, а если не хочешь есть покупную, возьми и приготовь. Я вам не служанка!– она говорит это и уходит в гостиную, но не далеко, до дивана , она падает и кажется уже засыпает. Теперь все понятно, просто она напилась больше чем обычно и еще не проспалась. Поэтому мои слова были бесполезны , она все равно не чего не вспомнит. Пожалуй, я возьму сырные шарики и конфеты в шоколадной глазури, готовить я точно не собираюсь.
Сидя в своей комнате, я слышу, как звонят в дверь, уже полдевятого. Значит это приехала Кэт, она все время заезжает за мной раньше, что бы убедиться, что я иду одетой, во что ни будь приличное. Но по её мнению «приличное» все-таки немного неприличное. Я бегу вниз что бы открыть ей дверь , так как папы все еще нет дома ,она может разбудить маму , ну а я не очень то хочу что бы она опять привязалась к Кэт с нравоучениями.
– Привет, еще раз, проходи, поднимайся в мою комнату.
– Да привет, ты что ли одна дома.
– Нет, мама дома, но она спит.
– А понятно – и мне понятно то что она давно обо всем догадалась, но вот что мне нравится в Кэт хоть она и любит посплетничать, мои секреты она не разбалтывает- Ты уже одета, хотя вряд ли, по-моему на тебе пижама , да еще и с какими-то клубничками, надеюсь ты не в этом собираешься идти , хотя ты можешь, это точно.
– Нет, конечно, не в этом, просто я ждала тебя, смысл мне одеваться, если ты все равно все забракуешь.
– Ну да это ты правильно думаешь, ну что давай выбирать.
Хоть я и не думаю что у меня плохой вкус , просто все мои вещи не для вечеринок, они скорей напоминают что-то мешковатое и не особо солнечное , да я и не так чтобы сильно люблю на них ходить , там все пьют и веселятся , но а я не пью и думаю всем понятно как бывает не пьющему человеку в обществе пьяных , хотя там бывает весело, ведь чего только не вытворяют на таких вечеринках.
– Вот я нашла, давай одевай это и пора идти – она достала спортивное платье моей сестры, оно не длинное выше колен с номером ноль восемь и нашей фамилией. Она делала его на заказ и потом отдала мне, она жуткий шопоголик и вещей у неё куча, поэтому и мне иногда перепадает, к платью я одеваю свои любимые синие, немного потертые, кеды. К удивлению Кэт одета сегодня скромно, даже шорты прикрывают весь её зад, да и вырез на футболке не большой.
– И да, не забудь свой фотоаппарат, будет весело
Да я везде фотографирую, но особенно на вечеринках, потому что там получаются очень веселые кадры.
– А по какому случаю вечеринка Кэт?
– У Гейба предки опять уехали.
Мы садимся в её припаркованный Фиат, в ее машине всегда пахнет духами, даже очень, иногда, так что у меня начинает кружиться голова. Дом Гейба находится в двух кварталах от моего. Он большой, на заднем дворе с бассейном. Его родители богатые, постоянно ездят в командировки, оставляя Гейба одного. Тут я вспоминаю что не кому не сообщила что уехала , хотя это не особо требуется , родители мне доверяют, ну или им просто все равно. Я звоню папе.
– Пап я уехала с Кэт, приеду, ну может к одиннадцати – конечно я вру, приеду точно не раньше часа, но какая разница.
– Хорошо Мелани, повеселитесь – он говорит это и просто вешает трубку, что еще тут сказать.
Вот и дом Гейба. Уже слышны крики и громкая музыка. Мы входим. Кэт сразу же бросает меня и идет к выпивке. Её можно понять, родители не часто отпускают Кэт на вечеринки, так что на любой она напивается в хлам. Я же прохожу на диван смотря на обстановку вокруг. А вот и Кэт, она уже держит два стакана и садится ко мне.
– Держи, я притащила нам с тобой по стакану чего-то, сама не знаю чего, это и неважно, главное, что это спиртное.
– Хах, нет спасибо, ты же знаешь, что я не пью, так что прости.
– О какая же ты скучная, я прямо не могу, ладно мне больше достанется, пошли вон к нашим парням из футбольной команды, ты меня сфоткаешь и я выложу это в свой инстаграм , чтобы этот придурак Дуглас понял какую девушку он потерял.
– Хорошо, хорошо пойдем, я сфотографирую тебя, а то твоя самооценка понизилась на один пункт из ста, пора бы поднять.
– Ой, да как смешно, вон лучше посмотри там и твой “придурок” Брайан стоит.
– Он не мой, еще раз тебе говорю.
Мы подошли к этим парням, там и правда стоял Брайан, но я старалась не обращать на него внимания. Мы с Брайаном познакомились два года назад и в том году расстались. С начала он мне очень нравился и даже стыдно, но я за ним бегала, а потом когда я добилась желаемого он начал меня раздражать. Я вдруг как будто сняла розовые очки и увидела что на самом деле он заносчивый и эгоистичный придурок. Правда после этого я с ним встречалась еще некоторое время. Просто он такой красавчик и даже не тупой, это мне и нравилось. Он состоит в школьном совете, и мы вместе заведовали школьной газетой. Но всему приходит конец. Я не могла выслушивать без конца, какой он классный от него же самого и вот в конце года я бросила его.
– Давай сфотографируй меня с Джоном, сфотографируй, как мы целуемся – и Кэт просто взяла и поцеловала едва знакомого ей парня – Ну, как мы отлично получились?
– О да – я произнесла это с большим удивлением. Кэт ушла с тем парнем, а ко мне подошёл Брайан.
– Привет, давно не виделись, как дела? – он сказал это, и по моему телу сама не знаю почему, побежали мурашки.
– Ну привет Брайан, да давненько, вроде бы с того момента как я тебя бросила – я сама не ожидала, что произнесу это с таким не довольствием – Дела лучше всех. Как твои? – он взглянул на меня и улыбнулся одним уголком рта, это он умеет лучше всех, и у меня опять побежали мурашки.
– Ты чего такая злая? Здесь все веселые, а ты злая. Знаешь у меня тоже все хорошо, вот думал о нас все лето, думал, не сделали мы ошибку.
– О неужели? Правда? А я не думала о нас вообще. Так что прости. И кстати не думаю что здесь всем весело, вот той девушке точно не весело – я показываю на девушку, блюющую в углу.
– Ну да. Хорошо, прости, что сказал это да и вообще, тебе принести выпить-он опять улыбается своей фирменной улыбкой.
– Да пожалуй, принеси мне сок.
– О’кей – он уходит, и я вижу, как он разговаривает с Кэт.
Меня отвлекает Гейб, он вбегает в гостиную с громкими не разборчивыми криками , выбегает в другую дверь и прыгает в бассейн. Я бегу ту даже, как и все остальные, только моя цель не поглазеть, а сфотографировать. Вот за такие моменты я и люблю вечеринки.
Он вылезает от туда, кажется, он немного протрезвел, видимо этого он и добивался. Гейб видит меня и подходит.
– О привет, конфетка ты здесь давно? Я рад тебя видеть, как твои дела? Я тут ведешь не много развлекаюсь, а у тебя на меня опять компромат появился и ты опять будешь вымогать за него у меня шоколад – мы смеемся, я знаю Гейба очень давно еще с детства мы выросли на одной улице, практически соседи, он хороший парень и, кстати, в детстве он мне нравился, а потом его семья переехала и наши пути разошлись. Но мы вместе учимся, так что иногда встречаемся. А конфеткой он меня называет, потому что в детстве, когда у меня уже был фотоаппарат, я фотографировала, как он делает всякие шалости и вымогала у него конфеты.
– Да, привет я рада тебя видеть, дела вроде хорошо. Ну не бойся, у меня теперь появились карманные деньги, и я в состояние купить себе шоколад, хотя надо подумать – мы опять смеемся.
– Ну ладно побегу людей развлекать. Это же вечеринка у Гейба – он кричит, и все тоже кричат, произнося его имя, да у него же лучшие вечеринки – Хорошо значит, договорились с меня шоколадка – он уходит.
Ко мне подходит Брайан
– Вот держи сок, ты говорила с Гейбом? – еще, когда мы встречались с Брайаном, он всегда ревновал меня к нему.
– Да, и по-моему тебя это не должно волновать, ну и вообще-то если ты не забыл мы у него на вечеринки.
– Ну да, конечно.
Я пью сок и вдруг понимаю, что вряд ли это сто процентный сок, там был добавлено какое-то спиртное. Но так как я понимаю это не сразу, я пью два глотка. Меня начинает тошнить.
– Придурок, ты что добавил водку! – я говорю это еле задерживая все то, что поднялось у меня вверх из желудка.
– Оу нет, это наливала Кэт, я не знаю.
Я бегу на кухню беру стакан и наливаю воду. Тут ко мне подходит Гейб и спрашивает у меня все ли хорошо, хотя он и сам выглядит не очень.
– Не очень хорошо этот придурок Брайан налил мне в сок водку.
– Вот урод, у тебя же непереносимость – он куда-то отправляется.
Гейб точно знает, что у меня не переносимость, потому что мы с ним в детстве уже пробовали немного выпить, вот именно после этого я и поняла что у меня не переносимость. Но я слышу, что начались какие то крики. Я вбегаю в комнату, там уже Гейб повалил на пол Брайана и собирается его ударить . Но я успеваю задержать его руку и тут понимаю что мне лучше уйти, все просится наружу. И я только успеваю крикнуть им что они идиоты и выбегаю на улицу, меня тут же рвет и сразу становится лучше. Пару минут я еще стаю рядом с домом и потом решаю все-таки уйти, но не успеваю отойти, как слышу, что меня кто-то нагоняет, это Гейб. Он останавливает меня. У него разбита губа.
– Подожди конфетка, он получил по заслугам, так что можешь спать спокойно.
– Я тебя не просила. Ты же знаешь, что я не люблю драки. Зачем все это?
Он подходит ко мне ближе и смотрит прямо в глаза. И в его глазах отражаюсь я. Мы смотрим друг на друга. Он берет меня за талию. Так уверенно, будто мы уже не один год встречаемся. Наклоняется и его губы уже почти около моих, но тут я опомнилась и оттолкнула его. Я не хочу с ним целоваться, он всего лишь мой друг. Он остался стоять в полном удивлении. А я побежала домой.
Придя домой, я посмотрела на часы, полдвенадцатого, до дома добиралась почти час, и даже не опоздала.
Дома темно. Все спят. Такая тишина после вечеринки и так хочется погрузиться в нее, и я иду спать.
***
Утро субботы. Девять часов. Я еще валяюсь в кровати и слышу шум подъезжающей машины. Да это точно она, но я не встаю не могу подняться, хочу спать. Мама наверняка уже проснулась, а папа уже на работе. Я слышу звонок. И дикий крик радости. Я вскакиваю с кровати, как будто не кокой тяжести и не было, бегу вниз да это она, это моя Джо.
– Джо! – я бегу вниз и кричу так громко как могу.
Джо стоит в коротеньких шортах и в футболке на два размера больше нее, вот только она из шатенки перекрасилась в абсолютную блондинку и очень коротко подстриглась. Странно, но она даже не написала мне об этом.
– Мел, моя любимая сестренка – Джо обнимает меня так сильно, что я начинаю задыхаться – Наконец то я тебя увидела, я так рада, что дома.
Мы еще раз обнимаемся и уходим в комнату, мама говорит, чтобы мы через полчаса спускались на обед.
Джо как обычно, даже не заходит в свою комнату, а сразу в мою. Она кидает вещи, и мы начинаем болтать, без остановки. Она рассказывает о своей учебе, друзьях, о том, как она неудачно прокрасилась в салоне красоты.
– Знаешь мел, по-моему, тебе надо подстричь волосы – она говорит это не много в приказном тоне.
– Ты так думаешь? Ну, я даже не знаю.
– Да, да надо примерно повыше плеч. Это тебя освежит, тебе надо обновить себя.
– Не знаю, может как-нибудь потом.
Мама кричит нам, что обед готов. Мы спускаемся, садимся за стол, папа тоже приехал и теперь мы как идеальная семья. Все стороны стола заняты, как будто пазл собрался.
– Дочка я так рада тебе, как дела? Как учеба? Расскажи нам. – Мама говорит это с таким энтузиазмом, вот мной она никогда так не интересуется.
– Да доченька нам очень интересно – подхватил папа.
– Ох, папа, мама, у меня все хорошо – дела, учеба. Я так рада, что учусь в этом университете, спасибо вам за возможность – она всегда умела подлизываться к родителям, в отличие от меня.
– О, доченька ты что, ты сама всего этого добилась, ты же у нас умничка – мама сказала это с таким удовольствием, будто ей вручили Оскар.
– Спасибо мамочка.
– Мне кажется или меня сейчас стошнит? – упс, похоже, я сказала это вслух.
– Мелани прекрати! – мама сказала это как обычно в своем раздраженном тоне.
Весь остальной обед плавно переходящий в ужин родители расспрашивали Джо об учебе, а я налегала на конфеты. К концу ужина мама уже хорошенько напилась и пошла спать, а папа пошел смотреть матч по бейсболу. Мы с Джо поднялись в комнату.
– Ну и зачем теперь ты подлизываешься родителям? Тебя же теперь могут отпустить куда угодно.