- -
- 100%
- +
Жила-была Золушка. Звали её так, потому что и платье, и туфли, и руки, и даже нос у неё были всё время выпачканы в золе. Это не значит, что Золушка была неряхой, просто когда каждый день приходится топить печь – поневоле испачкаешься.
У Золушки, естественно, был отец, мачеха и сёстры. Семья Золушки жила в городе в благоустроенной квартире с ванной, центральным отоплением и цветным телевизором, а Золушка обитала в простом деревенском доме, стоящем на опушке дремучего леса. Только не подумайте, пожалуйста, что Золушка была бедная несчастная девушка, которую злодейка-мачеха выжила из дому. Ничего подобного. Мачеха Золушки была очень милая, спокойная женщина, и с падчерицей у неё были прекрасные отношения. Просто, когда отец Золушки, королевский лесничий, получил благоустроенную квартиру, и вся семья перебралась в город, Золушка, пожив там немного, заявила, что предпочитает деревню. Её утомляла городская суета, балы, на которые положено ходить молодым девушкам, шум экипажей под окнами. И Золушка перебралась обратно в старый отцовский дом. Там она и жила: топила печь, ходила в лес – за хворостом и по воду к колодцу, окучивала картошку и пропалывала укроп. Впрочем, когда у неё не было настроения этим заниматься – всегда можно было включить электрокамин и приготовить обед на газовой плите, стоящей в углу (ну, а газовые баллоны в избушку лесника завозились регулярно).
Одиночество Золушки разделял огромный лохматый пёс, наполовину – сенбернар, наполовину – бобтейль. Барри караулил дом, возил санки с дровами и бидоны с водой и охотился на крыс, которых Золушка боялась. Крысы были, пожалуй, единственными животными, которые вызывали у неё страх. Дочь лесника, Золушка, была не совсем обычной девушкой. Она прекрасно стреляла и могла защитить себя от любого хищника, даже волка и медведя, если бы в лесу нашёлся хоть один зверь, желавший Золушке зла, и спокойно могла кормить с ладони хлебными крошками серую мышь. Но крыс Золушка боялась. Впрочем, благодаря стараниям Барри ни одной крысы ни в доме, ни в сарае не было.
Отец Золушки с переездом в город стал работать посменно. Три дня в неделю он проводил в лесу, ночуя в избушке с дочерью, а другие четыре дня жил в городе. Оставшаяся неделя была распределена между двумя его помощниками. Один из них был сыном местного углежога, другой … о другом речь особо.
Другой был третьим сыном Жозефа Рокфора Старшего. Когда-то Жозеф был мельником, но с тех пор как помол муки стал королевской монополией и стал осуществляться на элеваторе, оставил мельницу и занялся торговлей земельными участками. Хотя мельница теперь и не использовалась по назначению, она содержалась в идеальном порядке, а вскоре Рокфор приобрёл в разных местах ещё несколько мельниц, овинов, сараев и кузниц и создал первый в королевстве музей деревянного зодчества. Музей пользовался огромной популярностью, туристы приезжали со всего королевства, бывали и гости из-за границы. И вскоре возле музея выросла гостиница, модернистское здание – сплошь стекло и бетон, однако старик Жозеф почти сразу же понял свою ошибку. Здание было разобрано на составные части (у Ж.Р. Старшего никогда не пропадало ни одного гвоздя и ни одной доски) и куда-то увезено, а туристы стали жить в пустых домах прежних хозяев, перебрались в город. Гостей необычайно привлекала местная экзотика: печь, лавки, полати, горшки, ухваты. Они с удовольствием топили баню и заготавливали сено, и облокотившись на плетень, обсуждали с Золушкой тонкости выращивания турнепса, хотя вряд ли кто-нибудь из них был способен отличить турнепс от подсолнечника.
Дела Жозефа процветали и бывший мельник решил удалиться на покой. Старший сын унаследовал обширные поместья, поля, луга и контору “Рокфор, Рокфор и Мазерель”, занимающуюся торговлей недвижимостью, средний – туристскую фирму и музей, а младший должен был заняться игрой на бирже. Но Жак Рокфор Младший проявил удивительное упрямство и непослушание отцовской воле. Он решительно заявил, что от биржи у него болит голова, клиенты его нервируют и, вообще, он не видит в этом деле никакого смысла. В итоге акциями пришлось заняться его отцу, впрочем, надо сказать, дела у них шли превосходно, а Жак стал королевским лесником и поселился вместе со своим котом Шарлем в деревне, где жила Золушка. Временами он заходил к ней на чай, а иногда и на обед. Пока хозяева пили чай и болтали, кот и пёс удобно разлегшись – один на крыше будки, другой – прямо на земле, обсуждали внешность и манеры туристов.
Жизнь текла мирно и спокойно. Куры несли яйца. Пёс ловил крыс, кот – блох, а Жак – браконьеров. Золушка обрызгивала смородину раствором медного купороса, а туристы фотографировали её и старый овин.
Но неожиданно мирное течение жизни нарушилось. Его величество Франциск-Август-Людовик XXXIX решил совершить инспекционную поездку по своему королевству.
В честь приезда короля в одном из старинных замков, принадлежавших Ж.Р. Старшему, был назначен бал. Замок долгое время пребывал в заброшенном состоянии, но благодаря стараниям промышленника и столпа государства Ж. Рокфора был приведён в надлежащий вид. Механизм подъёмного моста починили, ров почистили и наполнили водой, в покоях устроили паровое отопление, ловко замаскированное роскошными каминами, а стены украсили огромным количеством зеркал, гравюр, ковров и гобеленов. После чего замок со всем его содержимым был преподнесён в дар королю. Неудивительно, что его величество начинало свою инспекционную поездку по владениям Ж.Р. Старшего в самом наилучшем расположении духа.
Бал должен был состояться пятнадцатого мая. Двенадцатого сёстры Золушки Аннет и Маргарита, обе радостно взволнованные, впорхнули к ней в избушку. Золушка только что вернулась из леса с вязанкой хвороста.
– Ты уже слышала про бал? – выпалила Аннет, забыв поздороваться.
– Сам король приезжает, а главное… – Маргарита задохнулась от волнения и за неё закончила Анна.
– Объявлено, что на этом балу принц выберет себе невесту. Как в старые добрые времена, представляешь?
– мама сказала, что ей сказала мадам Кири, которой сказала её молочница; которая дружит с придворной молочницей, что король сказал, что надо поддерживать традиции, – на одном дыхании произнесла Маргарет.
– Молочнице? – спросила Золушка.
– Что молочнице? – не поняла сестра.
– Король сказал молочнице?
Маргарита махнула рукой:
– Ну не придирайся. Откуда узнала молочница, я не знаю. Не в этом ведь дело. Надеюсь, на этот раз ты оставишь свои дурацкие принципы и поедешь.
Золушка вздохнула. Балы она не любила. И ехать туда ей совершенно не хотелось. Но в то же время ей не хотелось огорчать сестёр, и Золушка судорожно искала благовидный предлог, чтобы отказаться. Наконец, её осенило:
– Но ведь у меня нет соответствующего платья. И сшить я не успею, – поспешно добавила она. – Ведь до праздника осталось всего три дня.
Аннет всплеснула руками:
– Зачем тебе платье! Сейчас никто не ездит на танцы в платьях”
– Но у меня вообще нет ничего подходящего, – со слабой надеждой сказала Золушка.
– Как это ничего! А сейчас на тебе что одето?
Золушка оглядела свои брюки и мохнатый свитер, к которым пристали сосновые иголки и мелкие веточки.
– Это же последний крик моды, – продолжала Аннет, – облегающие штаны подчёркивают достоинства фигуры, кофта из грубой шерсти, нарочитая небрежность. Да все просто умрут от зависти.
– И ты в этом ходишь за дровами?! – включилась в разговор Маргарет. – С ума сошла. Немедленно выстирай, убери в шкаф и доставай только по праздникам.
Золушка не выдержала и рассмеялась:
– Ну хорошо, хорошо. А в лес прикажете в бальном платье ходить?
– Ходи в джинсах. Они теперь всё равно не в моде.
– В них нагибаться за хворостом неудобно – отпарировала Золушка, покосилась на сестёр и добавила:
– Ладно, молчу, молчу. Буду я на балу и даже в этих самых штанах.
– Ну и умница” – воскликнула Аннет. – Ну ладно. Мы побежали. Нам ещё в парикмахерскую и маникюр делать и новые туфли купить. Да, чуть не забыла, мама завтра устраивает чаепитие, постарайся быть, она тебя звала.
И сёстры, щебеча, упорхнули.
ХХХ
Было шесть часов тёплого осеннего вечера. Золушка в своём праздничном костюме стояла на крыльце, готовая отправиться на бал. Кот с псом, сидя возле сарая, о чём-то оживлённо спорили. Из соседнего двора доносилось кудахтанье кур. Мимо в открытой автомашине проехал спешащий на бал заморский турист, нервно поправляя галстук-бабочку. Золушка уже готова была сойти с крыльца, когда перед ней прямо из воздуха возникла её крёстная. Арикия, крёстная Золушки, естественно была феей. Феи в описываемое нами время не часто посещали Озёрное королевство, а золушкина крёстная была одной из самых почтенных и уважаемых и у неё было много дел в иных землях и временах, поэтому со своей крестницей она виделась нечасто, но каждый раз, посещая Озёрное королевство, старалась навестить Золушку.
– Дорогая моя, – произнесла Арикия, – как я рада тебя видеть. Куда ты собралась, дитя моё?
– На бал в честь прибытия короля, – неосторожно ответила девушка. Она спохватилась, но было уже поздно.
– Бедное дитя! – воскликнула крёстная. – В этих лохмотьях. Но не волнуйся, сейчас мы что-нибудь придумаем. Начнём с платья.
Надо сказать, что на самой Арикие были изящные облегающие брюки и рубашка-апаш. Арикия была вполне современной дамой и тщательно следила за модой. Но как-то так получилось, что когда фея взмахнула своей волшебной палочкой, на Золушке очутилось пышное шёлковое платье до полу. Золушка не решилась сказать крёстной, что такой фасон вышел из моды по крайней мере триста лет назад. К тому же, как ни странно, платье ей понравилось. Исчезла скованность и Золушка почувствовала себя легко и свободно, впрочем, не надо забывать, что Арикия была всё-таки феей.
– Ну что ж, – произнесла Арикия. – Прелестно. Что же теперь? Ах да, конечно, тыква.
Золушка потупилась:
– Тыквы у меня нет, они в наших условиях плохо растут, вегетационный период слишком короткий. И к тому же я их не очень люблю. Но зато есть капуста и кабачки, – поспешила добавить она.
Фея на минуту задумалась:
– Ну что ж, я думаю, мы можем позволить себе некоторое отступление от правил. Где твоя капуста?
Но тут возникло некоторое затруднение, поскольку ни Золушка в её бальном платье, ни, разумеется, фея не могли принести с огорода кочан, не рискнув испачкаться.
– Действительно, сложная ситуация, – сказала фея. Но раньше же мы как-то решали эту проблему. Тыквы тоже были все в земле. Сейчас загляну в свою записную книжку.
– Не надо, – остановила её Золушка. – Я просто попрошу Барри.
Громадный пёс подбежал на свист хозяйки и без малейших усилий выкатил на дорогу самый большой и красивый капустный кочан.
– Спасибо, – поблагодарила Золушка. – Можешь возвращаться к коту, вы там о чём-то беседуете, я тебя отвлекла.
– Он уже ушёл. Сказал, что у него дела государственной важности. – Пёс презрительно фыркнул, – и смылся, а я лучше за вашими манипуляциями послежу.
И Барри уселся на краю дороги, высунув длинный розовый язык.
Фея взмахнула палочкой, и на дороге возникла элегантная коляска с сиденьями, обитыми зелёным бархатом с инкрустациями из хризопраза и малахита.
– Гм, – произнесла Арикия, – карета не получилась. Но это даже к лучшему. Элегантней. А золотая карета – это несколько вульгарно.
С лошадьми никаких затруднений не возникло. Шесть маленьких серых мышек выскочили, стоило только Золушке слегка посвистеть. И вот уже серая в яблоках шестёрка гордо стояла и потряхивала гривами.
От ливрейных лакеев пришлось отказаться. Действительно, ближайшие лягушки водились только в болоте за деревней, а бал должен был вот-вот начаться.
– Ну и последнее, – сказала фея. Кучер. Для этого нам нужна большая толстая крыса.
– Ни за что на свете! – взвизгнула Золушка. – Только через мой труп. Впрочем, – добавила она немного, устыдившись своей бурной реакции, – здесь всё равно поблизости нет ни одной крысы. Барри их всех переловил.
Арикия вздохнула.
– Да, но без кучера нельзя. Сама ты не можешь править, исключено. Ящерицы… – мелковаты. Уж не подойдёт.
Тут её взгляд упал на лохматого пса на обочине, с интересом наблюдающего за происходящим.
– А это выход. Барри, друг мой, вы не возражаете?
Пёс помотал головой. Ради своей хозяйки пёс был готов на что угодно, а побыть немного кучером – что тут такого тяжёлого.
Последний взмах палочки. И вот очаровательная девушка в белом платье же готова открыть дверь великолепного экипажа. Кони нетерпеливо переступают ногами. Внушительный кучер в расшитом камзоле натянул поводья.
Но тут прямо перед каретой, будто кто-то резким ударом шпаги рассёк скучную театральную декорацию, засияло ослепительно голубое море, и из ярких солнечных лучей и солёных брызг возник юноша, почти мальчик. Свет поблек и Золушка смогла разглядеть пришельца. Глаза мальчика лучились, волосы были в полном беспорядке, брюки грязные, свисающие на одной из коленок живописными лохмотьями. Куртка была небрежно наброшена на плечи, один рукав в глине, другой, суда по некоторым признакам, в мазуте.
– Энрико! – воскликнула фея. – Что за вид?! Где ты был?!
– У золотой рыбки, – улыбнувшись, объяснил мальчик. – Там откос очень скользкий, сплошная глина. А до этого я шёл напрямик через лес, а там бурелом, и ежевика, и ручей.
– Немедленно приведи себя в приличный вид! Этот мальчишка сведёт меня с ума! Ты выполнил поручение?
– Да. Старуха стала администратором в баре “Старая мельница”. Там срочно необходимо навести порядок, а то жители жалуются. Танцы до рассвета, стрельба из лука после десяти часов, всё время конский топот.
– А старик?
– Старик ничего не захотел. Я предложил ему помочь с починкой избушки, но он сказал, что теперь и сам справится.
– Ну хорошо – милостиво кивнула фея. А теперь всё-таки приведи себя в порядок.
Энрико тряхнул волосами. На минуту всё вдруг опять залило золотистое сияние. Худенький мальчик в чёрном бархатном камзоле, в башмаках на высоких каблуках с золотистыми пряжками поправил прядь волос, выбившихся из-под серебряного обруча, украшенного топазом. И склонился перед Золушкой в церемонном поклоне.
– Приветствую вас, мадемуазель.
Фея прижала пальцы к вискам.
– Нет, я больше так не выдержу. Неужели ты не можешь выглядеть более современно?
– Могу – дерзко отозвался паж. Оно приготовился тряхнуть головой, но Арикия вскричала:
– Не смей!
Золушка во все глаза наблюдала за странной сценой.
– Представляешь, дорогая, когда я в прошлый раз сделала замечание этому негодному мальчишке, он напялил на себя этот жуткий жёваный блестящий костюм и кепку, в каких ходят у нас туристы из Союзии. Не понимаю я этой твоей любви к ретро, я пожилая дама, и то стараюсь следить за модой. Неужели тебе хочется одеваться так, будто на дворе пятнадцатый век?
– Хочется, – сказал Энрико.
Фея только махнула рукой, а Энрико, обратившись к Золушке, продолжил:
– Я не волшебник, я только учусь. Но всё-таки, дорогая Золушка, позволь сделать тебе небольшой подарок.
– Да, но… – смущённо начала Золушка. Дело в том, что фея, сотворив ей платье, позаботилась и о паре изящных туфель.
– Нет, нет, – совсем не то, что ты думаешь, – улыбнулся Энрико. Он вынул из кармана своих бархатных штанов небольшую коробочку. – Это поможет тебе, если ты попадёшь в затруднительное положение. – И добавил, лукаво улыбнувшись: – красивые девушки часто оказываются на балу в затруднительном положении.
Золушка хотела открыть коробочку, но Арикия вскричала:
– Дорогая, ты опаздываешь уже почти на час. Садись быстрее в карету, потом посмотришь.
Золушка быстро поцеловала Энрико в щёку.
– Спасибо за подарок! Спасибо, крёстная!
Она вскочила в коляску, кучер щёлкнул кнутом, и экипаж быстро понёсся по дороге.
ХХХ
Золушка, немного робея, поднялась по широким мраморным ступеням и остановилась перед дворцом, из которого слышались звуки музыки. Девушка в нерешительности остановилась, но тут дверь стремительно распахнулась, и из-за неё кто-то выскочил, чуть не сбив её с ног. Золушка вгляделась в бесцеремонного гостя и вдруг узнала его.
– Кис, кис, кис, Шарль, – окликнула Золушка кота. И тут же, рассмотрев его получше, удивлённо воскликнула: – Господи! Зачем тебе вся эта фурнитура?!
И действительно, кот выглядел крайне необычно: на лапах красные, явно на несколько размеров больше чем надо сапоги, на шее золотая цепь. Амуницию его дополнял перламутровый театральный бинокль.
– Тсс! – произнёс кот, прижав лапу к губам. – Тайна. И тут же гордо сказал:
– Я только что сосватал своему хозяину принцессу.
– Что? – переспросила Золушка.
– Всё очень просто. Ты же знаешь , что мой хозяин – третий сын?
Золушка кивнула.
– Это во-первых. Во-вторых, у него нет ни имущества, ни состояния.
Золушка пожала плечами, не зная, возразить ей или согласиться. Жак, конечно, не обладал никаким имуществом кроме куртки, которая была на нём, ружья да кастрюли. Правда, имущество его отца состояло в несчётных акрах, гектарах, франках и луидорах, и вообще-то, объективно говоря, Жак был самым богатым женихом в округе.
Размышления Золушки прервал кот.
– И, в-третьих, у него есть я. Что из этого следует? – И кот сам себе ответил: – Что он должен стать мужем принцессы, все условия налицо. Я только что изложил всё это Его Величеству, ему понравилась идея. – Кот гордо выгнул спину, но спохватился, поправил бинокль и прибавил: – Извини, спешу. Мне сегодня ещё предстоит съесть Людоеда.
И кот бросился вниз по ступенькам.
Золушка улыбнулась, глубоко вздохнула и вступила в зал.
ХХХ
Она прибыла как раз вовремя. К моменту её появления гости как-то осознали, что лосины, мини-юбки, леггинсы со штрипками и маленькие черные платья от Кардена как-то плохо гармонируют с сияющими мраморными полами, бронзовыми подсвечниками и огромными венецианскими зеркалами в массивных рамах.
Неудивительно, что Золушка в своём платье, будто сошедшая с картины Ватто, сразу же стала центром внимания. Его высочество, поклонившись, немедленно пригласил её на танец. Когда Золушка и Принц провальсировали три тура подряд, девушка начала ловить на себе неодобрительные взгляды придворных дам.
– Ваше Высочество, – прошептала она на ухо Принцу. Если я, да и Вы тоже не хотим заслужить всеобщего порицания, то Вам следует пригласить на менуэт кого-нибудь другого.
Его Высочество со вздохом произнёс:
Ох, уж мне этот этикет. Но мадам Жерве совершенно необходимо пригласить. От этого зависят то ли кредиты, то ли земельная реформа. Но я надеюсь, после менуэта вы позволите мне угостить Вас мороженым.
Золушка кивнула.
Спустя полчаса Золушка печально ела мороженое и изо всех сил старалась казаться заинтересованной, слушая принца. Она уже смирилась с необходимостью вести светский разговор о погоде, охоте, нарядах, танцах. Но всё оказалось ещё хуже. Принц был юноша умный и начитанный, балы и светские сплетни его не очень занимали, и сейчас он увлечённо пересказывал Золушке содержание очередной книги Сартра. Золушка, которая терпеть не могла Сартра, слушала с тихим отчаянием, прикидывая, как ей можно ускользнуть, не показавшись невежливой.
Но тут, к счастью, Его Высочество кто-то позвал, и Золушка опрометью бросилась вниз по чёрной лестнице, мечтая как можно скорей вернуться домой. Свои туфли она сняла, чтобы стук каблучков не выдал её, и держала их в руках.
Золушка выбежала через чёрный ход и остановилась поражённая: ни кареты, ни лошадей, ни даже кучера не было.
ХХХ
Что же случилось с псом, капустой и мышами? Дело в том, что пока Золушка танцевала с Принцем, произошло много событий.
Барри в облике кучера, удобно разместившись на облучке, с презрением поглядывал на остальных кучеров, лакеев и шоферов, и втягивал носом весьма интересные запахи, доносившиеся из правого крыла замка, где находилась кухня (ведь хоть он и выглядел сейчас как человек, он всё равно оставался псом).
Как вдруг Барри увидел кота, с которым он расстался час назад, выходящего из королевского дворца с необычайно важным видом и к тому же очень странно одетого.
– Эй, кот! Что ты тут делаешь? Да ещё в таком виде?
Кот с недоумением оглянулся, но быстро сообразил, в чём дело. Через минуту он уже сидел на передке коляски и, насмешливо щуря свои зелёные глаза, глядел на пса, который, по правде говоря, чувствовал себя крайне глупо в своём камзоле и пудреном парике.
– Ну, – произнёс кот после долгой паузы. Я-то, положим, в своей собственной шкуре. А что случилось с тобой? Тебя заколдовали? Или труд превратил тебя в человека? Но ведь это, кажется, случается только с обезьянами.
Барри хотел было огрызнуться, но обнаружилось, что в теперешнем его виде сделать это было невозможно. Ему ничего не оставалось, как рассказать Шарлю по порядку всю историю с появлением феи.
Внимательно выслушав всё, кот невинно заметил:
– Ну что ж. Тебе осталось страдать совсем недолго. Как я понял, в полночь волшебство кончится и передо мной окажется обыкновенная лохматая, давно нечёсаная собака в камзоле и парике.
– И вот тогда-то я тебе задам, словоблуд проклятый! – прорычал кучер.
Кот только пренебрежительно махнул хвостом.
Это был обычный стиль общения Шарля и Барри. Жили они как кошка с собакой – то есть душа в душу, что не мешало им ссориться каждые пять минут.
– Ну хорошо, – сказал Барри, немного успокоившись. – Со мной по крайней мере всё ясно. А почему ты шастаешь по королевскому замку с таким видом, будто ты старший помощник младшего церемониймейстера, только что поднявший веер вдовствующей герцогини?
Как видите, Барри тоже умел быть язвительным.
– О, вдовствующие герцогини тут ни при чём, – усмехнулся кот. – Просто я только что сосватал своему хозяину дочь короля.
– Это как же?
– Очень просто. Я сообщил королю, что мой хозяин, маркиз Карабас, имеет неподалёку прекрасный замок с обширными земельными и водными угодьями. Завтра Его Величество совершит туда инспекционную поездку. После которой, я уверен, сочтёт, что мой хозяин – самая подходящая партия для принцессы. Видишь ли, в старинной легенде…
– Знаю, знаю, – перебил Барри, – слышал я эту сказку.
– Так вот, если ты знаешь эту легенду, – не дал сбить себя кот, – то ты понимаешь, что дело практически сделано. Осталось только уговорить людоеда превратиться в мышь и съесть её. Пустяки! – и кот важно повёл усами.
– А Людоед кто такой? – спросил пёс с интересом. – Какой-нибудь биржевой маклер?
– Ничего подобного, – воскликнул кот. Настоящий Людоед. Бородища рыжая, брюхо огромное, сапоги сорок пятого размера. Сроду не брился и не мылся. Сидит себе в глуши, питается случайными путниками, ни о каких новшествах, вроде биржи или ценных бумаг, и слыхом не слыхивал.
– Брехня, – уверенно сказал пёс. – Таких патриархальных людоедов в наше время уже не осталось.
– А вот и осталось, – упорствовал кот. – Самый настоящий Людоед, а не какой-нибудь вульгарный злодей-финансист.
– Брехня, – повторил кучер и пренебрежительно сплюнул на траву. Кот выгнул спину и прошипел:
– Может, тебе его показать?
– Ну покажи, если сможешь.
– И покажу.
– Ну давай, давай, – Барри демонстративно зевнул.
– Значит, не веришь? – спросил кот, неожиданно успокоившись.
– Конечно нет. Какая разумная собака поверит, что в нашем цивилизованном королевстве может жить Людоед.
– Тогда поехали.
– Куда?
– В замок Людоеда, я тебе его продемонстрирую, – а потом съем.
– Я бы поехал, – сказал заинтересованный Барри. Но сейчас я не могу.
– Мы прекрасно успеем, – принялся уговаривать его кот. – Бал будет продолжаться до полуночи. Сейчас только восемь часов. Туда – полчаса, обратно – полчаса. Самое позднее полдесятого ты уже будешь здесь. Никто даже ничего не заметит. А твоя хозяйка до двенадцати, я уверен, не выйдет. В таком наряде она просто обречена на успех. Принц наверняка выберет в жёны именно её.
– Точно? – спросил пёс.
– Можешь не сомневаться.
Как мы видим, в этом кот был прав, но он не мог предположить, что Золушка покинет бал задолго до полночи, утомлённая беседой об экзистенциализме.
– Ну что, едем? – спросил кот. Барри взял поводья.
ХХХ
Коляска катилась по заброшенной дороге, которая очень скоро превратилась в лесную тропинку. Пёс правил, кот указывал направление. Наконец, Шарль сказал:
– Здесь.
Приятели выбрались из кареты и, пробравшись через густой колючий кустарник, оказались у чёрного входа в замок.