Золотой Грааль

По мотивам реальной истории.

Имена персонажей являются вымышленными

   После обеденного перерыва зазвонил телефон:

– Добрый день, говорите на русском языке? Мне нужен адвокат.

– Добрый день, представьтесь, пожалуйста.

– Марс Альянов.

– Слушаю вас, господин Альянов.

– Я гражданин Чеченской Республики, уже десять лет живу в Швейцарии, трёхкратный чемпион и мастер восточных единоборств. Мне нужна поддержка в рабочем суде, так как я уже больше года работаю без зарплаты и у меня очень много неприятностей. Я семейный человек, у меня четверо детей. Один из них приёмный.

– Наш адвокат говорит только на немецком, английском, французском, итальянском языках. Если вы готовы в присутствии переводчицы общаться с адвокатом, то я могу вам назначить срочную встречу.

– Да, почему бы и нет, я готов и в присутствии переводчицы.

   Голос у Марса был очень встревоженным, и мне показалось, что терпение у него на исходе.

– В следующий понедельник – 22 сентября в 14:00 вас устроит?

– Да.

– Тогда до понедельника, и удачной вам недели!

– Спасибо, вам также.

   Положив трубку, я направилась к Эдуарду Лехиму – моему работодателю и адвокату. Как всегда, он был очень занят, и мне не удалось ему сообщить о новом деле.

   Дату встречи я поместила в Outlook, чтобы господин Лехим по окончании работы заметил, что у нас новое дело.

   Неделя была суетливой, у меня накопилось очень много дополнительных заданий, нужно было много переводить. Выходные дни мы провели на гольф -поле в Холцхойзерне. О, как я люблю гольф! Он дает мне заряд энергии на целую неделю.

   Помимо учёбы и основной работы я старалась подыскивать себе дополнительный заработок, чтобы чувствовать себя не слишком зависимой от своего любимого. Зависимости как таковой не было, до появления Лехима я сама растила и воспитывала свою дочь. Он мне как будто свыше послан. Моя жизнь совсем изменилась, я начала интенсивно изучать иностранный язык, окончила бизнес школу, моя дочь, несмотря на огромные финансовые трудности, была зачислена в женский интернат Терезианум в городе Бруннен. Это чудесная школа, только для девчонок. Мне всегда хотелось свою крошку оградить от тех бед, которые я пережила, дать ей то, чего у меня не было. Всё вроде было замечательно, но я не могла остановиться на достигнутом, мне хотелось карьерного роста. И одновременно совместных детей со своим возлюбленным.

   После возвращения с гольфа, как всегда, напомнила Эдуарду о встречах, которые у нас начинались с понедельника. Он, конечно, и сам смотрел в Outlook, но ему, как и каждому мужчине, было приятно, что рядом с ним любимая женщина -менеджер.

   Я даже не знала, на какую тему мне к понедельнику готовиться, достаточно ли у меня словарного запаса, на курсах переводчиков мы всегда требовали от клиентов подробного объяснения, но мне показалось, что клиент настолько взволнован, что я не стала его тревожить. Понедельника я ожидала как никогда. Для меня спортсмены были людьми с большой силой воли, казалось, что у них всегда должно быть всё хорошо, и вот тут я, кажется, ошиблась.

   Звонок в дверь:

– Добрый день, моё имя Марс, это моя супруга Лилия.

– Добрый день, – выговорил на русском языке Эдуард Лехим, у него это неплохо получалось.

   Меня Лехим представил как свою секретаршу и переводчицу.

   Эдуарда хватило ненадолго, его русский словарный запас закончился сразу же после приветствия. Я провела клиентов в комнату для совещаний.

   На столе, как обычно, мною были приготовлены вода без газа и бумага для заметок.

– Я вас слушаю, что вас ко мне привело? Вот мои визитные карточки, меня зовут Эдуард Лехим, я адвокат.

– Добрый день, господин Лехим. Я живу в Швейцарии уже десять лет, год назад я дал объявление о поиске работы в газете «Русская Швейцария». И буквально через пару недель мне позвонила женщина, Мария Фламер, и предложила с ней встретиться. При встрече она мне рассказала, чем занимается фирма, а я как бывший спортсмен могу на неё работать в качестве шофёра и её личного телохранителя. Я был так обрадован, что мне даже в голову не могло прийти, что эта женщина мошенница.

   Приехав домой, рассказал жене суперновость, она была очень рада, так как четверых детей нужно каким -то образом кормить. Несмотря на то, что мой старший приёмный сын был уже совершеннолетним и подрабатывал, он жил пока с нами.

   После получения работы Мария с моей супругой Лилией очень подружились. Я с каждым месяцем всё больше и больше внедрялся в дела фирмы. И через три месяца мне было уже предложено стать коммерческим директором фирмы с месячной зарплатой около девятнадцати тысяч швейцарских франков. Я не мог отказаться и согласился сразу же, даже не подумав, что моего знания иностранного языка не совсем достаточно для этой должности. Вообще -то я очень плохо говорю на немецком, да и моя супруга так же плохо общается на немецком языке. Мы привыкли, что наши дети, которые уже десять лет обучались здесь в школе, получили хорошее языковое образование, и им приходилось заниматься всей нашей перепиской.

   После получения новой должности мы переехали в кантон Швиц на виллу Марии. Она отдала нам свою мебель, но зарплаты я так и не видел. Через полгода она очень сблизилась с моей супругой и начала рассказывать об интрижках со мной. Мне было неловко это слышать, возможно, я и флиртовал, но дальше дело не зашло. В один прекрасный день Мария уговорила мою супругу инвестировать в их же проект сто тысяч швейцарских франков. Эти деньги моя супруга получила в наследство от её родителей. Я всегда говорил: пусть лежат, пока я здоров, я вас прокормлю. Мне не хотелось, что бы она их инвестировала, но женщины так подружились, что мое слово ничего не значило. Это страшно, когда в твою семью внедряется чужая женщина, при этом ты становишься под её влиянием как слепой котёнок, который вроде бы пытается защитить свою семью и одновременно затягивает ее в яму с долгами.

– Скажите, господин Альянов, а что это за фирма? И что за проект? – Эдуарду не хотелось дальше себя запутывать, ему нужны были факты, и факты с доказательствами, желательно на бумаге и со свидетелями. Он был адвокатом с пятнадцатилетним стажем и, работая в прокуратуре, многому успел научиться. Прежде всего клиент, который готов судиться, должен предоставить как можно больше доказательств.

– Да, конечно, господин Лехим, у меня всё с собой. Фирма называется «Инвестиции ГМБХ».

   Эдуард взял документы и, извинившись, вышел.

   Я предложила клиентам чай, кофе, но они категорически отказались. Я почувствовала, как волнуются Марс и Лилия.

– Как вы сейчас живёте? – внезапно спросила я.

– Да как, с надеждами, что она мне отдаст зарплату, а моей супруге – её вложенные деньги. Я сейчас открываю частную школу по восточному единоборству, где буду преподавать детям дзюдо.

– А раньше вы чем занимались? – снова полюбопытствовала я.

– У моей жены был бар «В гостях у Альяновых», мы вместе там работали, но дело то шло, то не шло, поэтому я и подал в газету объявление о поиске работы. Мы же, как только я нашёл работу в «Инвестициях ГМБХ», в течение одного месяца бар и продали.

   Думали, наконец -то я нашёл настоящую работу в Швейцарии.

   Господин Лехим снова вошел в комнату с выдержкой из Ханделсрегистер – государственного реестра.

– Смотрите, господин Альянов, вот написано черным по белому, что вы были генеральным директором в «Инвестициях ГМБХ». Вы знали, что вас официально зарегистрировали на фирме?

– Я догадывался, но мне же ведь Мария не всю правду говорила, она мне давала подписывать бумаги, содержания которых я не понимал. Всё было построено на моем к ней доверии.

– Но вы пытались хоть немного поинтересоваться подробностями дел этой фирмы?

– Да пытался, но я же ведь спортсмен, а не бизнесмен. Я не один такой, который вложил в их проект деньги. Есть ещё москвичи.

– Москвичи?

– Да, я возил людей, которые большие деньги инвестировали в этот проект.

– А что за проект?

– Был привезён золотой Грааль из Мюнхена. Якобы ему уже более двух тысяч лет, редкий антиквариат, и стоимость этого Грааля около трёхсот миллионов швейцарских франков. И через пять лет он будет в десять раз больше стоить. Естественно, инвесторы только таким образом и делают деньги, для них это была большая находка.

– Хорошо, а где это всё происходило? Я имею в виду презентацию этого Грааля.

– Это всё происходило на вилле в кантоне Швиц. Приехали инвесторы, остались с ночёвкой, гуляли, пили. Очень хорошо отдыхали.

– Я так понимаю, этот проект – система типа пирамиды?

– Да вроде того.

– Хорошо, я берусь за ваше дело, мне нужно, чтобы вы подписали доверенность и оставили все документы, которые у вас есть, или, если у вас есть время, мы скопируем их сейчас.

– Хорошо, мы подождём.

   Я пошла копировать документы, а Лехим занялся подготовкой доверенности.

   Я не могла поверить, что в Швейцарии такое возможно. Что местный русскоговорящий народ очень ловко использует русскоговорящих приезжих с плохим знанием иностранного языка.

   Но, как Лехим мне говорит, не бери это близко к сердцу, а иначе тебе будет тяжелее решить проблему.

   После подписания доверенности мы проводили клиентов.

   Перед уходом Альянов спросил у Лехима:

– Скажите, господин Лехим, а как по совести поступают с такими людьми адвокаты?

– По совести? – переспросил Лехим. – Глубокоуважаемый господин Альянов, у нас, у юристов, совести нет, мы поступаем только по закону, а иначе и законы не нужно было тогда принимать. Не переживайте, если вы будете делать с нами всё по закону, а не по совести, то дело будет выиграно.

   Попрощавшись с клиентами, я отправилась готовить кабинет к совещанию. Тут меня позвал Лехим:

– Дорогая, уточни, пожалуйста, у господина Альянова, была ли расписка или что -то вроде того, где они застраховали себя в том, что вложенные деньги будут обратно возвращены.

– Хорошо, дорогой.

   На следующий день я созвонилась с Марсом, он подтвердил наличие расписки и пообещал завезти её в офис.

   Эдуард был очень озабочен, он уже связался с судом по рабочим делам и взялся за подготовку дела к разбирательству.

   Неделя, как всегда, пролетела очень быстро. У меня сплошная череда экзаменов, ни дочери, ни Эдуарда, ни себя я толком не видела, только компьютер и книги.

   Не так давно нас посетила идея приобрести собачку – кокерспаниеля. Моя дочь Аврора чувствовала себя очень одинокой, ей хотелось, конечно, братика или сестричку, но у нас всё никак не получалось. И мы пришли пока к выводу купить собачку. Привезли мы его из французской части Швейцарии. Такая лапочка, назвали его Нельсоном, в честь адмирала Нельсона. Ему это имя очень подошло. Собака оказалась очень игривой и шаловливой.

   Кокер-спаниель погрыз всё что можно и нельзя. Один раз, когда мы отлучились больше чем на восемь часов, он выгрыз дырку в стене. Это было, конечно, не самое приятное зрелище.

   Недели летели, и дело семьи Альяновых должно уже было рассматриваться рабочим судом, но тут одним махом Альянов взял и всё испортил.

   Его бывшая работодательница начала их всячески провоцировать и выселять из её собственной виллы. Естественно, Марс не мог больше этого всего выносить. Выслушивая все жалобы, мы старались дать ему надёжный и верный совет. Всегда ему говорили, чтобы ни под каким предлогом ничего не подписывали, неважно, какую бумагу она вам подсунет. Но Альянова она взяла вот каким образом.

   При выселении Мария пообещала Марсу отдать всю ту мебель, которой они пользовались, и выплатить за полгода зарплату, если он заберёт заявление из рабочего суда. Мебель была шикарная, итальянская, из красного дерева. Посуда и мягкая мебель, естественно, ему были очень нужны, так как Мария ему не заплатила, деньги Лилии были вложены в проект, а выручку за продажу бара они, конечно, успели за год потратить. Супруга начала его просто третировать. Ему нужно было принять срочное решение, и он подписал это соглашение. И лишь затем позвонил мне:

– Добрый день, Валерия, это Марс.

– Добрый день, Марс, завтра уже рабочий суд, Вы как, в духе? – Валерия, мне нужна срочная встреча с Лехимом.

– Да без вопросов, подъезжайте сегодня, он заканчивает подготовку к разбирательству в суде вашего дела. Как раз заодно он всё с вами и обсудит, может, где -то можно будет кое -что подправить.

   Альянов подъехал вовремя. Лехим был рад, что его работа была к этому времени закончена.

– Господин Лехим, – голос Альянова задрожал, – я подписал бумагу, где написано, что я заберу назад заявление из суда.

– Как подписали? Вы вообще в своём уме?

– Да не знаю я, в своём ли я уме, она меня опять взяла этими обещаниями, и мы переехали, у нас нет ни мебели, ни денег, и она мне так это преподнесла, что я ей в очередной раз поверил.

– И что теперь мне делать с моей работой? Конечно, сообщу в суд по рабочим делам, но вы мне должны будете за эту работу заплатить, господин Альянов.

– У меня пока нет денег, но я обязательно, как только они появятся, оплачу ваш счёт, господин Лехим.

   Мне, конечно, как всегда, пришлось Эдуарда успокаивать, в том числе и себя тоже.

   Прошёл месяц. Марс не получил ни мебели, ни денег.

   Мы взялись через супругу Марса Лилию попробовать вернуть её инвестированные 100 000 швейцарских франков.

ЗНАКОМСТВО С ЖЕНЩИНОЙ-ВАМП

   Мне всегда хотелось посмотреть на эту Марию, узнать, как она выглядит. Я почему -то представляла себе женщину-вамп и сгорала от нетерпения увидеть её – красавицу, стройную, с длинными великолепными волосами, с шикарной грудью. И вот однажды моё желание исполнилось.

   Мы решили действовать через мирового судью, чтобы Мария всё же наконец отдала деньги обратно. Меня Лилия взяла с собой к мировому судье как переводчицу и как консультанта.

   Дело было в ноябре, мне пришлось добираться на поезде, правда, на полпути меня подобрала Лилия на своём лиловом пежо. В машине играл шансон, у Лилии было замечательное настроение, я увидела в её глазах какой -то просвет. У неё была интересная внешность, конечно, уже за 45, и воспитание четверых детей, скорее всего, требовало много сил. Она была невысокой – примерно полтора метра, очень худенькая, с красивыми бёдрами, всегда с маникюром и укладкой. Я поражалась её энергии и уравновешенности. Ей шёл её маленький росточек. Рядом с мужем, большим, сильным, спортивным мужчиной, она выглядела миниатюрной женщиной и, казалось, должна была себя чувствовать уверенно за широкой спиной мужа. Но почему -то наша жизнь поворачивается к нам иногда спиной, и приходится, несмотря на то, что ты мать четверых детей, бороться за своё счастье. Сейчас она не чувствовала себя победительницей.

   Мы добрались до здания исполнительного совета (Gemeinde), где находится вся верхушка местной власти, в том числе и мировой судья. К счастью, в этой деревушке мировым судьёй была женщина. В моем телефоне была, как всегда, переадресация русскоязычной линии на мой номер, но вдруг раздался звонок, и меня на чистом швейцарском диалекте попросили позвать к телефону господина Лехима. Я даже растерялась, но через мгновение переадресовала звонок дальше.

– Итак, где же Мария? – с любопытством спросила я.

– Да может, она и не придёт, она мне вчера звонила, просила встретиться, но я, себя переборов, отказалась от встречи с ней и пустых обещаний, – бодро ответила Лилия.

– Госпожи Альяновa и Шмидт, прошу в кабинет.

   Мы вошли в кабинет, нас там уже встречала мировой судья.

– Здравствуйте, меня зовут госпожа Мюллер, я мировой судья.

– Здравствуйте, я госпожа Альянова.

– Добрый день, я госпожа Шмидт, – я протянула ей свою руку. Рукопожатие почувствовалось сразу: как и занимаемая должность, оно было сильным.

– Присаживайтесь, по всей вероятности, наша обвиняемая стоит в пробке и будет чуть позже.

   Буквально через пару минут – стук в дверь. Госпожа Мюллер прошла вперёд и, приоткрыв дверь, пригласила Марию войти. И вот что я увидела.

   Метр с кепкой, круглая стрижка каре, которая ей вообще не к лицу, ножки коротенькие, такое ощущение, что передо мной стоит маленький гномик, просто на один метр больше, чем они есть на самом деле. Боже, мне стало так не по себе! Неужели она смогла этого трёхкратного чемпиона обвести вокруг пальца?

   Госпожа Мюллер поприветствовала госпожу Фламер и пригласила её присесть за стол. Я, как всегда, в первую очередь представилась и подала свою визитную карточку. На тот момент я была не госпожой Лехим, а госпожой Шмидт с двойной девичьей фамилией после второго брака. Но это не важно.

   Мировой судья начала процесс, мне пришлось переводить, тогда я даже не пыталась делать себе пометки на бумаге, мой мозг работал с колоссальной нагрузкой, перерабатывая всю информацию. Две женщины – соперницы. Как я потом поняла, не всё нам с Лехимом было до конца рассказано. В процессе я узнала, что расписка, выданная госпожой Фламер для выплаты денег обратно, была вовсе не для этого предназначена.

   Оказывается, однажды господину Альянову нужно было забрать у одного инвестора сто тысяч швейцарских франков, и по этой причине Мария выдала ему эту расписку, мол, Альянов должен эти деньги перевезти. Мария запутала там всех: и мирового судью, и меня, и Лилию. Мы все опешили. Но тут меня осенило прочитать вторично эту расписку. И я, приостановив процесс, попросила минуту времени. Мне эта минута была выделена, и после прочтения стало ясно, что Мария врёт. Пришлось пару благоразумных советов шепнуть Лилии на ушко, так как она была уже готова ехать к мужу для выяснения отношений. Я думала, что её терпение лопнет и она ударит Марию по лицу. Но, к счастью, этого не произошло. Затем мы достали сертификат, подтверждающий инвестицию, где чёрным по белому стояло, что госпожа Альянова вложила сто тысяч швейцарских франков в проект золотого Грааля. После этого судья потребовала у госпожи Альяновой подтверждение, откуда она взяла эти сто тысяч швейцарских франков, с банковскими выписками, где они хранились, с какого и по какое число.

   Мировой судья сделала копию расписки и, смотря с недоверием в глаза госпожи Фламер, проговорила:

– Я отправлю этот документ на перевод. Мне всё же не понять, как вы, госпожа Фламер, устраиваете на работу отца четверых детей и уже в течение полутора лет оставляете его без зарплаты. Всего доброго, я пришлю вам всё в письменном виде.

   Я сразу поняла, что мировой судья на нашей стороне.

   Мы вышли из здания, я спешила в офис, предстояло сделать кое-какие покупки. На тот момент мне нельзя было с украинскими водительскими правами водить машину. Прожив в Швейцарии 6 лет, я решила поехать в Украину и за две недели получить водительское удостоверение. Сдала теорию, вождение и получила украинское международное водительское удостоверение, заплатив незначительную сумму. Можно сказать, что оно обошлось мне всего в пятьдесят швейцарских франков.

   После приезда в Швейцарию отправила письмо в дорожную полицию (Strassenverkehrsamt) с просьбой о допуске меня к экзаменам только по вождению, но мне пришёл отказ, с пометкой о пересдаче теории и вождения на немецком языке. Это, конечно, ужасно, когда ты свой отпуск тратишь на улаживание и решение проблемы, а твой заслуженный документ не принимается. Но закон есть закон. Мне пришлось по новой обучаться, и я поняла, что дорожное движение в Швейцарии довольно сильно отличается от украинского. Правда, стоило это в двадцать раз дороже, чем в Украине.

   Добравшись до Диетикона (Dietikon) с тремя пересадками, я была уже как выжатый лимон, но пришлось взять себя в руки и поведать Лехиму, что мне пришлось сегодня пережить. Сначала о том, как выглядит эта Фламер и как она нас всех смогла снова запутать. И даже разозлить. И что, по всей вероятности, она, т. е. госпожа Мария Фламер, влюблена в господина Альянова. И что её любовь явно не с добрыми намерениями. И, наверное, что -то между ними было. Но Лехим не захотел к моему мнению прислушаться. Ему нужны были доказательства, а не догадки.

– А может, Фламер говорила правду? Мне в какой -то момент показалось, что жертва – это Мария, а не семья Альяновых.

– Лерочка, я же ведь тебе говорил, ну не может этого быть, я видел господина Альянова и общался с ним, и он ещё неоднократно со своей женой и даже с коллегами приходил, которые также подтверждали непорядочность Фламер, – уверял меня Лехим. – Лер, ты, как всегда, со своими предрассудками. Что у нас там на завтра?

   Пробежавшись глазами по календарю, объявила Лехиму, что завтра у нас суббота.

– Может быть, приготовим раклет?

– М м м, от раклета я не откажусь.

   К раклету мне пришлось начистить много чеснока. Солёненькие огурчики, маринованный лук, фаршированная ратунда с сыром – всё было накрыто к ужину. Лехим сделал мне комплимент по поводу приготовленного блюда и добавил, что, мол, вампиры сегодня точно будут нашу квартиру обходить. К раклету я подаю только горячий чёрный чай с молоком. Вечер прошёл очень спокойно.

ПРЕДЛОЖЕНИЕ

   Лехим был интересным мужчиной. Рост 1,85 метра, плотного телосложения, с зелёными глазами. Умел всегда себя преподнести и, конечно, красиво ухаживать. Красивое ухаживание и умелый флирт меня покорили и очаровали. Он уделял достаточно времени спорту, особенно гольфу. Я его ещё звала на теннис и фитнес, но это уже были его вторичные увлечения. Мне нужно было ну очень сильно потрудиться для того, чтобы он пошёл на фитнес.

   Мы жили не на широкую ногу. Иногда ходили в кино, зимой на каток. У нас не было много знакомых. В основном мы общались с родственниками Лехима. Аврора, моя дочь, очень подружилась с Лехимом, а я его просто обожала.

   Всё вроде было хорошо, если бы не второй звонок Альянова, который нас надолго лишил возможности отдыхать. Скажете, так не бывает? А вот ещё и как бывает.

   Альянов сообщил, что у него есть другая жертва, которая пострадала от Марии Фламер. Она инвестировала в проект золотого Грааля четыре миллиона евро полтора года назад. И обещанные проценты по сей день не были выплачены. И что ей срочно нужен адвокат.

   Я была ошеломлена такими суммами и сразу же назначила встречу, но он сообщил мне, что в данный момент эта дама находится в Москве и будет только через три недели. Встреча была перенесена, и я постучала в кабинет шефа:

– Тук, тук, тук.

– Да, Лерочка.

– У нас, наконец, появилась клиентка -олигарх.

– Да ну? Давай, выкладывай.

– Таисия Чикоревич.

– Мне это ничего не говорит.

– Она вложила в «Инвестиции ГМБХ» четыре миллиона евро.

– Так, это уже интересней.

– Так вот, она будет у нас в офисе ровно через три недели, – моему счастью не было предела, у меня это было видно даже по лицу.

– Хорошо, что тебе ещё удалось узнать?

– Со мной Альянов не сильно откровенничал, сказал, что ей очень нужен надёжный адвокат. Она вложила деньги с тем условием, что годовые проценты будут ей выплачиваться вовремя.

   Уже прошло полтора года, а процентов она ещё не получила.

– Хорошо, мне нужно будет к её приезду подготовиться. Надеюсь, что инвестированные деньги были легально заработаны и, разумеется, подлежали налогообложению.

– А если нет, то что, нет шансов ей эти деньги вернуть? Возможно, мы столкнёмся с Интерполом?

– Лерочка, давай дождёмся приезда госпожи как её там… – около трёх секунд Лехим вспоминал её имя. – …Чикоревич, вспомнил. Ты, дорогая, как всегда, забегаешь вперёд.

– Ага, – я с обидой кивнула головой. Мне всегда не хватало его смышлёности, если я хотела копнуть глубже, он меня останавливал и не пытался продолжать дальше беседу. Конечно, вполне вероятно, что с его опытом работы ему вовсе не хотелось дополнительной головной боли, у него много было разных дел, в основном уголовных. А там пока ты не получишь доказательств, то не стоит даже и задумываться, что будет дальше. Я же с другим складом характера, я всё свое детство мечтала стать детективом и привыкла всё разбирать по косточкам.

   На следующие выходные Лехим пригласил меня в ресторан «Зеерозе» на Халвилерзее (Халвилерское озеро). В этот день я ещё сдала на Платцрайфе по гольфу и получила разрешение играть на 18 лунок. Я была со своей подругой Таей, мы с ней через сайт Одноклассники.ru познакомились и стали периодически встречаться на гольф– поле.

   Моя интуиция меня не обманывала, и то, что Лехим хотел сделать мне предложение, не было для меня тайной. Своим предчувствием, что сегодня мой гражданский муж сделает мне предложение, я поделилась с Таей. Тая мне пожелала удачного вечера.