Эпидемия. Дневник

Эпидемия. Дневник

День 1

Новости про странный вирус не выходят из ТОП-повестки. Пугают, что начинается апокалипсис, так что я решила записывать все в дневник, на случай, если от человечества больше ничего не останется, кроме моей истории, записанной в бумажной тетради.

Скажете, пессимизм? Я тоже так думаю, но Вера (одна классная девчонка из параллельной группы) сказала – идея отличная, перечитаем, когда все закончится. Если будет, кому читать, конечно.

В любом случае, в институте с сегодняшнего дня объявлен карантин, так что надо будет придумать планы на вечер.

Много споров, считать ли это вообще болезнью? Самый главный симптом – свечение кожи. Голубоватый ровный свет, в темноте получается совершенно шикарный вид! Учёные вроде как-то объясняют этот прикол, но больше всего похоже, что все они тупо озадачены.

По телевизору говорят, что нужно избегать мест скопления людей, но реально только зануды боятся попасть в самый модный тренд месяца – быть как призрак или крутой мутант. Судя по видео, светящиеся люди становятся королями танцпола.

Звонила Верка, предложила пойти в клуб. Раз наши мысли сходятся – долой сомнения, живём один раз!

В Сети ходят слухи, что эти светящиеся заражённые исчезают. В смысле, совсем исчезают. Ну не бред? Нельзя верить во что попало. Возможно, кое-кого забрали на опыты. Заражённых трудно убедить сидеть в больничках – кроме температуры в самый первый день, нет больше никаких проблем, кроме самого свечения. А это реально круто.

Позже напишу, как сходили.

День 2

Было зачётно – пришла пара светящихся человек. Никогда ещё в жизни мне так не хотелось чем-то заразиться! Верке удалось потанцевать с одним таким «светлячком», так что все шансы имеются.

Мама прислала сообщение, чтобы я не вздумала ходить по клубам. Пришлось наврать, что писали курсовую, она сделала вид, что поверила, так что все довольны!

В новостях говорят, что заражённым могут запретить нарушать правила карантина. Надеюсь, Верка успела подцепить это потрясающее свечение кожи! Танцевала она вчера с «больным» парнем очень зажигательно, полный контакт.

Зачем нужен дурацкий карантин, если никто не боится? Как всегда, лишь бы панику развести.

Мама звонила, говорит, у них один знакомый «светлячок» пропал. Семья в шоке. Чушь какая-то. Выдумывают, наверняка. Пошёл развеяться, а жене сказал, что пропал? Или медики всё-таки повязали?

Звонила Верка, говорит, что на потоке пара однокурсников заболели. Температурят, начали слегка светиться. Вот и понаблюдаем, с научной достоверностью, что да как.

Нашла в Сети сайты, где ищут пропавших людей, заражённых свечением кожи. Их что-то очень много. Похоже, кому-то выгодно сеять панику в народ?

Но идти сегодня в клуб не захотелось. Сижу дома, скучаю. Попробовать, что ли, курсовую начать писать? Раз более вменяемых предложений нет.

День 3

У Верки температура! Небось, уже всю себя обследовала на предмет симптомов. Говорит, пока – ничего.

А те двое с курса уже вовсю «светятся». В общаге ходят к ним на экскурсию, всем же любопытно. Если Верка реально подцепила «светлячка», даже не знаю, зайду ли к ней. Всё-таки немного страшно.

Экстренный выпуск новостей – зараженным запрещено выходить из дома, пугают административной ответственностью. Интересно, а как им еду себе покупать, если одни живут?

День 4

Вера говорит, что тётка, с которой она живёт, велела ей не выходить из комнаты, кроме как в туалет. Еду ставит на поднос перед дверью.

Хорошая у неё родня, тётка – медик. На бурную студенческую жизнь племянницы смотрела сквозь пальцы, сестре не сдавала. А к карантину серьёзно отнеслась. Наверное, профессиональная деформация – привыкла бояться незнакомых вирусов.

К обеду Верка начала слабо светиться. Наверное, тётка её в больницу сдаст, со страху.

В вечерних новостях показали, как отлавливают «светлячков» и принудительно госпитализируют. Больным лучше сидеть дома, а то запрут в четырёх стенах насильно – но уже в какой-то больнице. Представляю себе переполненные натуральной синей подсветкой палаты… Наверное, можно на электричестве экономить, когда кожа светится так сильно.

В Сети паника набирает обороты – заражённые исчезают массово. Но никто ещё не подтвердил официально. И что подтверждать-то? Бесследное исчезновение людей? Проще сразу объявить: граждане, у нас апокалипсис, дальше – сами.

День 5

Пропали те двое, из общаги. Успокаиваю себя мыслью, что они сбежали к мамочке, или попали в закрытую больницу.

Верка в шоке. Шлёт жизнерадостные селфи с сияющим синим лицом, но глаза испуганные. Волнуюсь за неё. Мама просит не выходить из дома без крайней необходимости.

День 6

Верка послушала идеи тётки про сдачу себя в больничку и попросилась ко мне на передержку. Если не рассказывать про это маме – почему нет? Хорошо, что я ей вообще не сказала про заболевшую Верку. Легче будет прикрывать. Мама сидит в своей квартире, запаслась продуктами и названивает, чтобы я тоже так сделала. Хорошо, что она со мной не в одном городе – наверняка, сейчас бы лично побежала создавать мне стратегический запас.

Приехала Верка. Сбежала из дома, оставила тётке записку, что уехала к подруге, а то ещё объявит план-перехват. Вид – просто космос! Кожа светится ярко-голубым, чистый эльф получился. Потанцевали с ней немного, для поднятия боевого духа.

По телеку показывают массовые облавы на заражённых, всех свозят на карантин. Пожалуй, идея запастись продуктами не такая уж и плохая.

Вечером сходила в супермаркет. Хорошо, что он рядом. Начала сгребать в телегу всё, что похоже на еду для бункера – даже вошла во вкус. Два раза пришлось сбегать – еле допёрла пакеты, никогда столько не покупала за раз. Покупателей было немного, но вид у всех какой-то стрёмный. Телеги, полные консервов и крупы. Соль, спички. А что, идея – подумалось мне, тоже взяла. Хотя плита-то электрическая, зачем мне спички, костры жечь? Но всё равно взяла. Как-то рефлекторно.

Верка всё одобрила – говорит, будем теперь жрать, раз больше делать нечего.

День 7

В подъезде у соседей воет собака. Они там что, забыли про неё? Спать невозможно. Надеюсь, они не пропали от вируса, а то как спасать бедное животное? Дверь заперта. Может, топор купить, на всякий пожарный?

Сходила в строительный магазин. Народу – практически никого. Только не смейтесь, но купила примус, топор и даже палатку со спальником.

Зато, похоже, начинают сметают еду – полки опустели, как после Нового года. Зашла за кофе, забыла вчера купить – что-то не понравился мне выбор продуктов. В отделах бакалеи и консервов – зияющие прорехи. Дошло до меня, что человеку для выживания нужна вода. Весь день бегала с баклашками, хорошо, что есть в наличии – лично видела, как разгрузили целую фуру.

Собака воет. Прошлась с топором по подъезду, послушать – в какой квартире. Нашла. Но не решилась.

День 8

Верка исчезла!!! С утра, пока пили кофе и обсуждали дела наши скорбные, всё было хорошо. Сходила принять душ – а её нигде нет!!! Надеюсь, это просто тупая шутка. Серьёзно надеюсь.

День 9

Соседская запертая собака воет уже еле слышно. Больше ждать нельзя. Иду вскрывать дверь топором. Неужели больше никому в доме нет дела?

Спасла собаку! Не сразу, но удалось вскрыть дверь – повезло, что она была не железная. На шум от топора вообще никто не вышел. Куда все делись?

Прямо у входа был ворох одежды: пальто, сапоги, джинсы и даже бельё. Как будто человек просто испарился, обронив всё, что было надето.

Налила воды, замученная собака очень жадно пила. Нашла и достала из закрытой кладовки сухой корм. Оставила сломанную дверь приоткрытой. Теперь она свободна.

Поискала у себя Веркину одежду, хотя она успела разбросать свои шмотки по периметру. Нашла пижаму, в которой та была вчера утром. Впрочем, она же могла переодеться в другое и уйти?

Мама по телефону потребовала подробно озвучить перечень моих апокалиптических запасов. После перечислений сказала, что я умнее, чем можно было подумать. Прелестно.

Зашла проведать собаку и налить свежей воды. Она явно была рада меня видеть. Похоже, у меня новый друг. Жалко, не знаю клички. На ошейнике ничего не написано. Надо будет придумать. Может, Зараза?

День 10

Забрала запасы собачьего корма к себе домой. Зараза заметно повеселела – похоже, с ней всё в порядке. Просится гулять.

Выходила с Заразой и зашла за запасным мешком собачьей еды. Магазин реально опустел, но сухой собачий корм, похоже, не востребован. Зря, если подумать – тоже еда. Работала только одна касса.

По телевизору теперь по кругу показывают предупреждение для заражённых не выходить из дома. На телевидении тоже все исчезли или нашли дела поважнее?

Машин на улицах всё меньше, людей – тоже.

Интернет работает. Везде пишут, что население ощутимо сократилось. Не знаю, как оно в мире, но на нашей улице ещё никогда не было так тихо.

День 11

Когда пошла гулять с Заразой, наткнулась на целую семью «светлячков» в нашем подъезде. Сначала увидела их папу – его ярко-голубая кожа была слишком заметна в полутёмном коридоре. Он как раз высунулся из квартиры, когда я была рядом – Зараза решила обнюхать какую-то ерунду на полу поподробнее. Аж шарахнулся, бедняга, когда меня увидел.

Я никуда не торопилась и через некоторое время он снова приоткрыл дверь. Видела его раньше, до эпидемии, у него невысокая жена с кудрявыми волосами и парочка пухленьких маленьких детишек, близняшки. Все светятся, как оказалось. Особенно – дети, с них и началось заражение.

На всякий случай близко не подходила. Хотя после исчезнувшей у меня дома Верки глупо бояться, наверное?

Сказали, что еды и воды у них достаточно (пока не исчезнут?..), а вот с подгузниками вышла засада – критически мало осталось. Хотят отправить папу в магазин, но опасаются облавы на заражённых.

Странные люди, рисковать главой семейства из-за подгузников?

Вызвалась помочь горе-папаше – купить им вещи первой необходимости. Узнав про оказию, вышла светящаяся мамочка и давай совать мне список покупок. Там оказалось не меньше, чем на пару тележек. Я что, тётя лошадь? Попросила сократить, например, чипсы и газировку. Как дети малые! Она долго и угрюмо сопела, но список укоротила.

Магазин оказался закрыт. Вокруг бродило несколько озадаченных покупателей, явно тоже пролетевших мимо утренних покупок.

Видела на улице патруль – как раз такие показывали в новостях, когда там ещё было что-то, кроме повторяющего призыва к заражённым соблюдать карантин.

Похоже, карантин сработал – никого из «светлячков» не видно, а ведь их должно быть уже очень много. Надеюсь, скоро всё закончится – долго ли мы протянем без работающих торговых центров?

День 12

Сегодня утром зашла проверить заражённых соседей. Чипсы больше не хотят, но хоть никто не исчез. Посоветовала им запастись водой из-под крана – раз магазины закрыли, кто знает, вдруг и воду перекроют?

Около магазина был стихийный сбор несостоявшихся галдящих покупателей. Довольно быстро приехала патрульная машина, пролаявшая через громкоговоритель, что регулярно, раз в день, будут налажены поставки воды и продуктов. Сегодня, мол, и ждите, а пока – разойтись!

Звучит многообещающе, но как-то спокойнее, что я успела очень много натаскать в первые дни! Спасибо мамочке за ценные советы. Она, кстати, звонила – у них в городе очень много уже «светлячков», пропадают целыми семьями.

Воду и продукты реально привезли, не обманули. Довольно много людей, как оказалось, отсиживаются по домам. Отстояла приличную очередь, взяла ещё воды себе и продуктов для соседей с близнецами.

Спросила раздающего (в крутейшем защитном костюме), будут ли товары для маленьких детей, но тот пожал плечами. Говорит, нет информации. На любой вопрос – нет информации. Тоже понятно – люди подневольные, сказали упал-отжался, значит, выполняй.

День 13

Встретила любопытную парочку! Высокий очкарик умного вида и очень накачанный смазливый парень (не люблю таких, помешанных на своей внешности). Зараза явно их узнала – рванула навстречу и ну давай вилять хвостом.

Познакомились. Оказалось, что хозяйка Заразы – их одноклассница. Точнее, бывшая хозяйка, она же исчезла. Ну и одноклассница тоже бывшая, школу-то они явно уже закончили.

Очкарика зовут Данила, а качка – Антон. Данила подкинул любопытную идею по стратегическим запасам – спортивное питание. Протеин хорошо хранится и занимает мало места, а протянуть на нём можно довольно долго. Богатая идея! Даже жаль, что я не успела разжиться сухим протеинчиком.

Оказалось, недалеко есть профильный магазин, только он закрыт, вместе со всей прочей торговлей. Антон рассказал по секрету, что они позже планируют его освоить, на что Данила бросил очень сердитый взгляд и Антон осёкся на полуслове. Болтун – находка для шпиона!

Теперь им придётся брать меня в долю. Ха-ха. Ограбление – это что-то новое. Или не теряться и начать самой?

Ладно, пока нас и так неплохо кормят.

День 14

Болтали в очереди за водой с Данилой и Антоном, а они встретили свою школьную учительницу. Её дочь и зять пропали вместе с малышом. Спросила про подгузники для своих заражённых соседей. Оказалось, запасы должны быть. Договорилась, что зайду к ней попозже – она проверит. Соседей пока обнадёживать не стала.

Подгузники есть, только вышло ужасно. Не нужны больше детские товары. Близнецы пропали.

День 15

Родители близнецов не открывают двери. Похоже, там больше никого нет.

День 16

На том месте, куда каждый день приезжает на раздачу фура с продуктами, образовался стихийный рынок. Люди предлагают и ищут самые неожиданные вещи. Деньгами берут, но не слишком охотно и по каким-то баснословным ценам. Почему-то вспыли наличные доллары, что вне всякой логики – эпидемия затронула все страны, и где теперь для нас та Америка? Аэропорты давно закрыты.

Стало ясно, что не хватает лекарств – аптеки не работают, как и все магазины. Хорошо, что мама всегда настаивала на приличном домашнем запасе лекарств (на всякий пожарный), хотя я смеялась и спорила, что у нас этих аптек буквально на каждом шагу. Заболеешь, мол, деточка, а мамка далеко – кто в аптеку побежит? Будет теперь, чем спасаться.

Телефон пока работает, мама в порядке. У них в городе тоже наладили поставки.

День 17

Интернет перестал работать. Пока не поняла, это проблема с провайдером или кто-то перекрыл рубильник? Чтобы народ, плавно сваливающийся в апокалипсис, не слишком громко жужжал.

День 18

Среди ночи разбудил телефон – заболела та учительница, у которой брала подгузники для пропавших соседей с близнецами. У неё никого нет, вся семья исчезла, лежит с очень высокой температурой, лекарств нет. Попросила принести жаропонижающее – тут рядом, почему нет? Жаль, что я не на медика училась.

Пошла же ночью, темно, страшно – хотела быстро проскочить, а Заразу не сообразила взять с собой. Не получилось быстро – подъехала полицейская машина, остановилась возле торгового центра. Вышли трое без защитных костюмов и аккуратно вскрыли дверь. Двое внутрь, а третий стоит, охраняет.

Я совсем рядом, попыталась вжаться в стену, но шансов мало. Обернётся – заметит. Так и вышло. Кто охранял добычу, увидел меня, и сразу полез – судя по всему, они начали употреблять заранее, разогрелись перед грабежом. Повезло, что дружков в этот момент не было рядом.

Хотел затащить меня в машину, как вдруг мелькнули две тени – крепкий мужчина и девушка. С баулами – тоже ночью что-то тащат. Девушка тюкнула размякшего от перспектив полицейского по затылку и как зашипит – беги быстро отсюда!

Побежала.

Оказалось, мы в одном подъезде живём. У отца, Клима Петровича, свой магазинчик спортивного питания. Дочь, Аня, – спортсменка. Стремительная очень, и сразу видно, что сильная. Драться умеет, судя по всему.

Они ночами потихонечку свои товарные запасы перетаскивали в квартиру. А тут я!

Видела в окно, как полицейские забегали, погрузили своего товарища в машину и уехали. Надеюсь, он меня не запомнил.

На всякий случай попросила Аню утром отнести лекарства учительнице и погулять с Заразой.

Вроде, обошлось.

День 19

История с полицейскими, освоившими ночью торговый центр, стала спусковым крючком, открывшим ящик Пандоры. Кто-то заметил, что огромные стеклянные двери взломаны, и началось паломничество. Сначала лишь самые отчаянные заходили, деловито грузили полную телегу и шустро тащили добычу домой. Поток смельчаков быстро разросся, превратившись в настоящую давку. Люди хватали все подряд из того, что ещё оставалось, и пытались выбраться с отвоеванными вещами.

Я решила благоразумно не лезть в толпу и ушла домой, прогулявшись с Заразой на почтительном отдалении.

Из окна квартиры было видно, как к обеду торговый центр заметно опустел – видимо, там уже ничего толкового не осталось.

Улица замерла в ожидании – вокруг были ещё маленькие магазинчики, аптеки и прочее, пока нетронутые грабежом. Сколько они продержатся в сохранности, запертые их владельцами? Наверное, только до темноты.

Соседка Аня, которая вчера помогла мне с полицией, попросила о помощи. У них в магазине спортпита осталась последняя партия протеина на складе, но за один раз они с отцом не дотащат – нужен третий. Две ходки могут не успеть сделать – вот-вот люди начнут вламываться во все торговые точки подряд, и кто-то может догадаться, что белок – лучший выбор апокалипсиса.

Вооружились огромными холщовыми сумками и быстро-быстро провернули перенос. Обошлось без приключений.

Надеюсь, в квартиры не полезут?

Как только стемнело, по улице пошло шуршание. Кое-где разбили витрины.

Видела, как Данила с Антоном прошмыгнули в сторону магазина спортивного питания. А ведь мы уже оттуда всё забрали!

Через минут двадцать понурые прошли в обратном направлении.

Пригласила Аню и её отца, Клима Петровича, на шарлотку – не пожалела по такому случаю последние яблоки и яйца. Рассказала про Данилу с Антоном – думала, будет ругать ребят за попытку грабежа, а она сказала, что те, кто соображает, чем надо запасаться, неглупые люди, и можно пригласить их на чашку чая.

Аня – почти моя ровесница, а такая взрослая и сосредоточенная, как будто видела гораздо больше других. Как будто она уже повоевала. Может, так и есть?

Петрович шарлотку заценил, но оказался не слишком разговорчивым. Зато Заразе он очень понравился!

День 20

Сегодня утром стало ясно, что мир стал другим. Разбитые витрины, распахнутые после грабежа двери… Мусор, летающий по улице. Мародёры ещё стесняются вламываться в закрытые магазины днём, но надолго ли это? Кажется, застенчивость нынче не в ходу и будет стремительно выходить из моды.

То и дело встречаются хмурые люди, пытающиеся найти что-то полезное после ночных налётов. Похоже, их улов не очень богат. Как будто заблудившиеся призраки, они слоняются туда-сюда, даже страшновато выходить гулять с Заразой. Никто больше не улыбается при встрече, все стараются поскорее проскочить мимо.

Такими темпами мамины мечты о перспективном столичном муже для меня окажутся пшиком.

Встретила Данила с Антоном – рассказала им про заболевшую учительницу. Это же их школьная учительница, а не моя, кстати. Пошли проведать вместе. Получилось неудобно, как будто я их пристыдила, что не навещают больную, но кто сейчас беспокоится о всех, кого знает? Просто как-то так получилось, что ей не к кому было обратиться, а я была последним человеком, кому она сама помогла недавно – с подгузниками для пропавших близнецов. Теперь не могу просто взять и бросить её.

Очень обрадовалась нашему визиту. Судя по всему, у неё не «светлячок», а банальная простуда – весь букет соплей и прочего налицо, а при «светлячке» – только температура. Варит себе бульон из кубиков, настроена позитивно. Хорошо, что Аня позавчера занесла ей лекарства.

Мама всегда говорила, что меня не корми, а дай о ком-то несчастном и брошенном позаботиться. Раньше постоянно таскала котят домой, а она ругалась. Потом, когда переехала в бывшую прабабушкину московскую квартиру, думала, что изжила это в себе. И где я сейчас? Вокруг разруха, а я подобрала чужую собаку и забочусь о чужой учительнице.

Рассказала по телефону маме про всё это – чувствую, она не в восторге, но осудить не смогла, потому что втайне одобряет.

Спросила у ребят, почему они всё время ходят парой, даже смешно. Оказывается, живут в соседних квартирах, на одной лестничной клетке. Как братья – постоянно вместе, с самого детства.

У Данила родители работают во Франции – говорят, там тоже несладко. И погромы начались ещё раньше… Мигранты не особо страдали от излишней застенчивости.

А у Антона только мать, сидит дома, никуда не выходит, боится.

Сегодня не приехала ежедневная доставка продуктов. А мусор не вывозят уже давно – похоже, скоро крыс станет больше, чем прохожих. Зараза проявила интерес к одной, прошмыгнувшей мимо. Хотя бы собакам всегда будет, кого ловить и есть.

А я, наверное, скоро похудею, как давно мечтала. Запасов полно, но перспективы какие-то не очень.

Аня предложила вместе выходить гулять с Заразой – говорит, так веселее, чем всё время дома сидеть. Но мне кажется, что она решила меня охранять. Я не против, с ней как-то спокойнее.

День 21

Еду не привозят уже пару дней, они там что, совсем нас забросили?

И патрулей, отлавливающих заражённых «светлячков», тоже давно не было. Похоже, это кое-кто заметил. Утром видела, как несколько светящихся людей прошмыгнуло в торговый центр. Не думаю, что там ещё что-то осталось из вкусного или хотя бы съедобного.

«Светлячки» явно сбились в группу и пытались найти хоть что-то. Сначала удивилась, зачем ходить толпой? Но потом поняла.

Уже на выходе их встретила группа местных хулиганов, свистками и криками прогоняющая прочь. Думаю, драка не завязалась только потому, что те боялись заразиться. Повезло, что не было рядом камней, а то, боюсь, их бы просто закидали. А куда деваться больным, им же тоже надо что-то есть?

Я испугалась, а Аня быстро сориентировалась и сказала, что мы тихо уходим. Но мы не успели. Подошедший Данила крикнул, показывая пальцем на кого-то из нападающих: «Смотрите, он же сам светится!»

Эффект был, как от гранаты, гопники бросились врассыпную, будто воробьи. «Светлячки», впрочем, тоже не стали дожидаться возможного продолжения и быстро двинули прочь, крикнув напоследок: «Спасибо!»

Аня очень смеялась! Предложила зайти в гости как-нибудь, а лучше – сейчас. Похоже, Данила ей понравился. Спросила, где Антон, оказалось – занёс выздоравливающей учительнице немного продуктов, его мама просила передать – за все те двойки, которые она не поставила этому олуху в начальной школе.

Посидели немного все вместе, даже весело – как в прошлой жизни. Петрович, Анин отец, познакомился с ребятами и объявил им прямо в лицо, что Данила хлипковат, но сообразительный, а Антон слишком много времени потратил на кубический пресс, когда надо было качать сердце. Оба сначала опешили от такой прямолинейности, а потом стали убеждать Петровича, что они очень выносливые, смешно, как дети малые на утреннике – кто у мамы лучше всех?

Спросила Аню, нравится ли ей Данила, а она усмехнулась и сказала, что адекватным выживающим лучше держаться вместе.

День 22

Мародёры переключились на квартиры. В соседнем доме была слышна пальба и крики. Сейчас в любой подъезд без ключа от домофона не зайти, но, похоже, там кто-то пошёл по соседям, вскрывать квартиры, и наткнулся на живых людей. А у нас в подъезде явно больше никого нет – давно уже тишина по всем этажам.

Днём зашел Петрович, спросил, умею ли я стрелять. Обещал научить. У них, оказывается, небольшой запас оружия и боеприпасов. Интересные получаются соседи у меня…

Квартира Ани и Петровича выходит окнами прямо на вход в наш подъезд – решили нести вахту, пока не утихнет.

Учусь перезаряжать, не так сложно, как я думала. Сказалась многолетняя практика игры на фортепиано в музыкальной школе – пальцы-то сильные.

Ещё раз спасибо маме за то, что водила в детстве в музыкалку! Не думала, что так вот пригодится…

Навеяло, под настроение стала играть на бабушкином старом пианино, но быстро прибежала Аня, говорит – ты что, хочешь всех мародёров собрать?