Мусс с сюрпризом

Глава 1. Круизное приключение

Если вы думаете, что после раскрытия всех тайн рода Перепонкиных, разоблачения «Теней» и обнаружения последнего цветка Марфы жизнь в «Шале-Петушках» наконец-то стала тихой и размеренной, как хорошо выстоявшееся тесто для слоёного пирога, то вы, как обычно, глубоко заблуждаетесь. Тишина в нашем посёлке — понятие относительное, как «диетический» эклер или «скромная» шляпка Лерки Каблуковой. Она может длиться ровно до тех пор, пока кто-то не решит, что нам срочно нужно расширить горизонты, и не подкинет нам приглашение, от которого невозможно отказаться.

Всё началось с письма, которое я обнаружила однажды утром, когда, стоя на кухне в своём любимом фартуке с вышитыми вишнями (Лерка подарила на память о «вишнёвом» расследовании), размешивала тесто для утренних круассанов. Марсель, как обычно, сидел на холодильнике и смотрел на меня с выражением, которое можно было перевести только так: «Ты опять печёшь эту сладкую ерунду, а не нормальную колбасу? Когда уже будут котлеты?»

Я как раз собиралась ответить коту, что котлеты — это не его профиль, и вообще, он уже получил свою утреннюю порцию сливок, как в дверь позвонили. На пороге стояла почтальонша тётя Зина, которая в последнее время зачастила к нам с какими-то странными посылками. На этот раз она протянула мне плотный конверт из дорогой, чуть шершавой бумаги, с вензелями и гербовой печатью.

— Вам письмо, Манефа Сергеевна, — сказала она, многозначительно подмигивая. — Из самого Сочи. Видать, важное. А то я и не знаю, кто там такие жирные конверты рассылает. Может, поклонник? Или наследство?

— Спасибо, тётя Зина, — я взяла конверт, чувствуя, как внутри поднимается странное предчувствие. Марсель, услышав слово «Сочи», спрыгнул с холодильника и подошёл ближе, принюхиваясь к конверту с таким видом, словно он уже знал, что там внутри.

Я вскрыла конверт и вытащила сложенный вдвое лист плотной бумаги, на котором было напечатано:

«Уважаемая Манефа Сергеевна Полуэктова-Воронова!

Изысканная компания «Черноморские круизы» имеет честь пригласить вас в качестве специального гостя и почётного кондитера на борту нашего лайнера «Императрица», следующего по маршруту Сочи — Ялта — Батуми — Сочи. Ваш мастер-класс по приготовлению фирменных десертов станет главным событием нашей гастрономической программы.

На борту вас ждёт полный пансион, отдельная каюта класса «люкс», возможность пользоваться всеми удобствами судна и, разумеется, незабываемые виды на Чёрное море. Билеты на проезд к месту посадки прилагаются.

С уважением, администрация «Черноморских круизов».

Под письмом стояла размашистая подпись, которую я с трудом разобрала: «Капитан И. К. Серебряков».

Я перечитала письмо дважды, потом ещё раз. Марсель, который уже успел запрыгнуть на стол и заглянуть в конверт, вопросительно мяукнул.

— Круиз, — сказала я коту. — На теплоходе. В Ялту и Батуми. Мастер-класс. Я, представляешь? Нас пригласили как почётного гостя.

Марсель в ответ чихнул и отвернулся, давая понять, что его впечатлить круизом невозможно, если только там нет колбасы.

— Что случилось? — на кухню ворвалась Лерка, которая, услышав шум, выскочила из своей комнаты с накрученными на бигуди волосами и чашкой чая в руке. — Почему ты так странно смотришь на какой-то конверт? Там что, угрозы? Опять «Тени» очнулись?

— Хуже, — сказала я, протягивая ей письмо. — Нас приглашают в круиз. В качестве кондитера. На теплоходе «Императрица».

Лерка прочитала письмо, и её глаза загорелись тем самым огоньком, который я знала слишком хорошо. Это был огонёк авантюризма, предвкушения и уверенности, что сейчас начнётся очередное приключение.

— Круиз! — завопила она, забыв про бигуди. — Манечка, это же мечта! Море, солнце, Ялта, Батуми! И ты будешь главной звездой! Ты же любишь море? Нет, ты точно любишь море! Мы должны поехать!

— Мы? — я удивлённо подняла бровь. — Лера, там приглашение только мне.

— А я поеду как твой личный ассистент, — отрезала она. — Или массажистка. Или та, кто будет раздавать эклеры. В конце концов, я умею делать массаж! Помнишь, я в прошлом году ходила на курсы «Массаж для начинающих»? Получила сертификат! Правда, на нём было написано «не гарантируем сохранность мебели во время процедуры», но это мелочи.

Я вздохнула. Лерка была права в одном: отказаться от такого предложения было невозможно. Во-первых, это признание моих кулинарных заслуг. Во-вторых, я никогда не была в Ялте и Батуми. А в-третьих, после всех этих расследований, тайников и погонь, мне действительно хотелось просто отдохнуть. Посмотреть на море, подышать морским воздухом, почитать книгу на палубе... И, возможно, провести пару мастер-классов.

Единственное, что меня смущало, — это Марсель. Его не приглашали. А оставлять его одного на две недели я не могла. За это время он бы точно нашёл новый тайник в нашей квартире, съел бы все запасы колбасы и навёл бы такой беспорядок, что пришлось бы заново проводить капитальный ремонт.

— А что, если мы возьмём Марселя с собой? — спросила я, глядя на кота, который при слове «море» приоткрыл один глаз и сделал вид, что ему всё равно.

— Гениально! — Лерка хлопнула в ладоши. — Он будет нашим талисманом. И вообще, котики отлично переносят путешествия. Помнишь, в прошлом году я читала статью про кота, который обогнул земной шар на яхте? Правда, его всё время укачивало, и он съел все припасы, но это же детали!

Я посмотрела на Марселя. Кот, который якобы делал вид, что ему всё равно, явно прислушивался к нашему разговору. Когда я поймала его взгляд, он выразительно зевнул, но в этом зевке мне почудилось одобрение.

— Хорошо, — сказала я. — Мы едем в Сочи. Марсель едет с нами. А ты, Лера, едешь как мой личный ассистент, массажистка и... мой похититель спокойствия.

— Лучший титул в моей жизни! — Лерка уже вытащила чемодан и с энтузиазмом начала швырять в него вещи. — Я беру с собой перцовый баллончик, лупу, свой маникюрный набор на случай, если придётся брать отпечатки пальцев, и все наряды, которые у меня есть!

Я хотела возразить, что в круизе нам вряд ли понадобятся перцовый баллончик и лупа, но промолчала. С Леркой бесполезно спорить. Если она решила, что это будет очередное расследование, то так оно и будет.

До Сочи мы добирались поездом. Дорога была долгой, но удивительно приятной. Мы сидели в купе, пили чай, смотрели в окно на проплывающие мимо пейзажи и обсуждали предстоящее приключение. Марсель, который сначала скептически отнёсся к поездке, быстро освоился и даже позволил Лерке погладить себя. Он сидел на моих коленях и смотрел в окно на проплывающие мимо поля, леса и реки с выражением, которое я уже научилась читать: «Ну и зачем вы меня сюда притащили? Всё это зелень, вода и какие-то странные птицы. Когда уже будет море, наконец? И колбаса?»

— Маня, а ты знаешь, что я прочитала про этот теплоход? — Лерка, которая всю дорогу штудировала брошюру, которую нам дали вместе с приглашением, оторвалась от чтения и посмотрела на меня с горящими глазами. — Там, говорят, есть собственный спа-салон, кинотеатр, ресторан с живой музыкой и, представляешь, даже библиотека! Старинная, с книгами девятнадцатого века! И говорят, там есть один пассажир... коллекционер, который собирает старинные карты. Он миллионер и очень загадочный тип.

— Откуда ты это узнала? — я удивилась. — Это же просто брошюра.

— Я позвонила в администрацию, — ничуть не смутилась Лерка. — Сказала, что я твой личный ассистент, и мне нужно знать, кто будет на борту, чтобы подготовить правильную программу мастер-классов. Там очень милая девушка всё рассказала. Сказала, что на борту будет несколько известных личностей. Какая-то вдова миллионера, шеф-повар, который только что закрыл свой ресторан в Москве, и капитан, который, говорят, сам когда-то был пиратом. Но последнее, конечно, легенда.

— Пиратом? — я улыбнулась. — Ну, Лера, ты же не веришь в эти байки?

— Я не верю, но это интересно, — она пожала плечами. — В любом случае, скучно не будет.

Когда мы вышли на вокзале Сочи, нас встретил приятный, слегка солёный морской ветер. Я сделала глубокий вдох и почувствовала, как внутри разливается лёгкость. Мы проехали на такси до морского вокзала, и когда я увидела «Императрицу», у меня перехватило дыхание. Теплоход был огромным, белоснежным и выглядел так, словно сошёл со страниц старого фильма о путешествиях. Его корпус сверкал на солнце, а на палубе развевались флаги.

— Вот это да, — прошептала Лерка. — Мы действительно будем на этом плавать?

— Будем, — я почувствовала, как внутри закипает волнение.

На трапе нас встретил человек в белоснежной форме с золотыми нашивками. Это был капитан Игорь Константинович Серебряков — высокий, седовласый мужчина с пронзительными голубыми глазами и улыбкой, которая располагала к себе с первого взгляда. Он пожал мою руку и сказал:

— Манефа Сергеевна, мы так рады, что вы согласились приехать! Уверен, ваш мастер-класс станет главным событием нашего круиза. А это, как я понимаю, ваша ассистентка?

— Моя лучшая подруга и личный помощник, — улыбнулась я. — Валерия Каблукова.

— И массажистка, — добавила Лерка, подавая ему руку. — Я могу сделать вам массаж, капитан, если у вас затекает спина от долгого стояния у штурвала.

Капитан рассмеялся:

— Обязательно воспользуюсь. Добро пожаловать на борт, дамы. Ваши каюты уже готовы.

Нас проводили в каюты, которые оказались просторными, с большими кроватями, ванными комнатами и иллюминаторами, из которых открывался вид на море. Лерка, едва войдя, бросила чемодан и начала распаковывать свои наряды, развешивая их по шкафам с такой скоростью, словно готовилась к фотосессии.

— Я займу самую большую полку для своих шляпок, — сказала она, — а ты займи свою. Марсель, выбирай место! Тебе идёт этот угол у иллюминатора.

Марсель, который, наконец, освободился от переноски, первым делом обошёл всю каюту, обнюхал каждый угол, каждую щель и, видимо, остался доволен. Он запрыгнул на подоконник у иллюминатора и уставился на море с таким видом, словно он был не котом, а капитаном, который оценивает погодные условия.

— Ну что, хвостатый, — сказала я ему. — Начинается наше приключение.

Кот в ответ лишь приоткрыл один глаз, но в его взгляде я прочитала одобрение. Он ждал, когда мы выйдем на палубу, чтобы оценить новый мир. Лерка уже нашла на тумбочке брошюру с картой палубы и схемой расположения всех кают и ресторанов.

— Смотри, здесь есть ресторан «Морской бриз», на верхней палубе — бассейн, а внизу, кажется, библиотека! — она зачитала вслух. — И библиотека действительно есть, прямо в конце коридора! Мы должны туда зайти и посмотреть. Говорят, там есть книги восемнадцатого века!

Мы оставили вещи, и я предложила сначала осмотреть палубу. С моря дул лёгкий ветерок, на небе было ни облачка. Мы поднялись на палубу, и я замерла, глядя на бесконечную синюю гладь, которая сливалась с небом на горизонте.

— Это невероятно, — прошептала я. — Я никогда не видела такого большого моря.

— А я видела! — Лерка облокотилась на поручни. — Правда, только в кино. Но вживую лучше.

Марсель, которого я взяла на руки, тоже заворожённо смотрел на море. Он, казалось, был очарован этой бесконечной гладью, хотя, возможно, просто размышлял, водятся ли в этом море рыбы, которые могли бы стать его обедом.

Мы зашли в ресторан, где нас уже ждал завтрак в честь прибытия. За соседним столиком сидела элегантная пожилая женщина в шляпке с вуалью и дорогом платье — та самая вдова миллионера, о которой говорила Лерка. Она пила кофе и задумчиво смотрела в окно. Рядом с ней стоял молодой человек в строгом костюме — видимо, её помощник.

За другим столиком сидел мужчина лет пятидесяти, с седой бородкой и усталым лицом, который изучал меню с видом профессионального критика. В моей голове мелькнула мысль: «Шеф-повар, который закрыл свой ресторан?»

А в углу, за столиком, который был заставлен книгами и картами, сидел тот самый коллекционер. Он был одет в дорогой, но немного старомодный костюм, и его руки, покрытые тонкими морщинами, держали старую, выцветшую карту. Он что-то изучал с таким выражением лица, словно искал сокровище. На его пальце блестел перстень с крупным тёмным камнем, который показался мне смутно знакомым.

— Маня, — прошептала Лерка, толкая меня локтем. — Посмотри на того мужчину с картой. Он же и есть тот самый коллекционер! Говорят, он ищет старинные карты, связанные с пиратами Черного моря.

Я посмотрела в сторону коллекционера. Он поднял глаза, и наши взгляды встретились на долю секунды. Его глаза были холодными, внимательными, и в них было что-то, что заставило меня почувствовать беспокойство.

— Знаешь, — сказала я Лерке, — у меня странное предчувствие. Как будто этот круиз может оказаться не таким спокойным, как мы думаем.

— Ой, Маня, — отмахнулась она. — У тебя всегда предчувствия. Давай просто наслаждаться морем, а завтра у тебя мастер-класс. Тебе нужно отдохнуть и набраться сил.

Но я знала, что интуиция меня редко подводит. А за соседним столиком коллекционер уже сворачивал свою карту и убирал её в портфель.

— Чувствую, что это путешествие только начинается, — прошептала я, поглаживая Марселя, который одобрительно замурлыкал.

На следующее утро я проснулась с чувством странного волнения. За иллюминатором простиралось бесконечное море, и я несколько минут просто лежала, глядя на его бесконечную гладь. Где-то внизу шумел двигатель теплохода, и этот ровный гул успокаивал меня, словно колыбельная. Марсель, который спал на моей подушке, приоткрыл один глаз, убедился, что я жива, и снова закрыл его — явно давая понять, что кормить его раньше десяти утра — это нарушение кошачьих прав.

Лерка прибежала ко мне в каюту, когда я уже заканчивала завтрак. Она была одета в яркое летнее платье и широкополую шляпу, которая делала её похожей на героиню старого фильма.

— Маня, я уже всё разведала! — объявила она, плюхаясь на стул. — Библиотека на этом теплоходе — настоящее сокровище! Там есть книги, которым больше ста лет, и одна из них посвящена пиратам Черного моря. Я даже взяла её почитать! Представляешь?

— Ты умудрилась взять книгу из библиотеки до того, как мы отплыли? — удивилась я.

— Я очень убедительная, — сказала она. — И вообще, библиотекарь — милейшая женщина. Она сказала, что я могу взять любую книгу, если я обещаю вернуть её до конца круиза. Так что у нас есть целых две недели, чтобы изучить эту книгу. Но это ещё не всё! Она сказала, что капитан сам иногда ходит в библиотеку и читает старые книги о мореплавании. И ещё она сказала, что тот коллекционер, про которого мы вчера говорили, тоже там часто бывает. Он изучает какие-то старые карты и всё время говорит про какой-то клад.

— Клад? — я насторожилась. — Какой клад?

— Я не знаю, — Лерка пожала плечами. — Она не стала рассказывать. Но она сказала, что у него есть какие-то документы, которые он никому не показывает. И что он постоянно говорит про «клад Перепонкиных».

Я чуть не поперхнулась чаем.

— Перепонкиных? — переспросила я. — Ты уверена, что она сказала именно это?

— Абсолютно! — Лерка кивнула. — Она сказала: «Перепонкины» — это какая-то старая фамилия. Я, если честно, сначала подумала, что ослышалась, но она повторила: «Перепонкины». Это же ваша фамилия, Маня! Ну, та, которая была раньше!

Я почувствовала, как внутри всё холодеет. Клад Перепонкиных. Мы считали, что нашли все тайны рода, но, оказывается, есть ещё что-то. И этот коллекционер знает об этом. Более того, он охотится за этим кладом.

— Мне нужно поговорить с ним, — сказала я, вставая. — Сейчас же.

— Сейчас? — Лерка удивлённо подняла бровь. — Маня, у нас ещё есть время. И кстати, через час у тебя мастер-класс. Ты же не хочешь опоздать на собственное шоу?

Я остановилась. Лерка была права. Я не могла просто так ворваться к незнакомому человеку и требовать объяснений. Мне нужно было действовать осторожно. В конце концов, если коллекционер действительно охотится за наследием Перепонкиных, он может быть опасен. Особенно если он знает, кто я такая.

— Хорошо, — сказала я, беря себя в руки. — Сначала мастер-класс. Потом я поговорю с ним.

Мастер-класс проходил на верхней палубе, под открытым небом. Я приготовила всё необходимое для демонстрации «Кекса правды» — того самого, который мы с Леркой нашли в дневниках Марфы, и который стал символом нашего расследования. Вокруг меня собрались пассажиры — в основном пожилые пары и несколько молодых семей с детьми. Все они смотрели на меня с любопытством и ожиданием.

— Доброе утро, — начала я, надевая фартук. — Сегодня я покажу вам, как приготовить десерт, который в нашей семье называют «Кексом правды». По легенде, если вы испечёте его с любовью и съедите в кругу близких, он поможет вам найти ответы на самые важные вопросы. Но предупреждаю: в него не нужно добавлять цианид, как в моём первом расследовании. Это был очень неудачный эксперимент.

Люди засмеялись. Я чувствовала, как напряжение уходит, и я начинаю получать удовольствие от процесса. Я рассказывала о каждом ингредиенте, объясняла, почему важно просеивать муку дважды, замачивать изюм в роме и добавлять ваниль в самом конце. Публика слушала с интересом, особенно когда я упомянула, что этот рецепт передавался в нашей семье из поколения в поколение и что его происхождение связано с тайнами, которые мы разгадывали больше года.

После демонстрации я угощала всех кусочками свежеиспечённого кекса. Люди подходили, благодарили, просили рецепт. Я улыбалась и чувствовала, как внутри разливается тепло.

— Вы действительно удивительная, — сказала женщина, подходя ко мне. Она была высокой, стройной, с тёмными волосами, собранными в пучок, и тёплыми глазами. — Мне сказали, что вы не просто кондитер, а настоящий детектив.

Я улыбнулась в ответ:

— Это было в прошлом. Сейчас я просто пеку кексы.

— Никто не перестаёт быть собой, — сказала она. — Я Виктория, кстати. Я плаваю одна, но надеюсь, что за время круиза у меня появится много новых друзей.

Мы немного поговорили, а потом она ушла. За ней последовала очередь других пассажиров, которые хотели поблагодарить меня. Я уже хотела было отойти, чтобы отдохнуть, как вдруг заметила, что коллекционер стоит в стороне, у самого борта, и смотрит прямо на меня.

Я направилась к нему. С каждым шагом я чувствовала, как внутри нарастает волнение.

— Добрый день, — сказала я, подходя к нему. — Меня зовут Манефа Воронова. Я организатор мастер-класса.

Он посмотрел на меня с лёгким удивлением, но в его глазах мелькнул интерес.

— Я слышал о вас, — сказал он. — Ваше имя упоминалось в связи с некоторыми старыми историями. Вы наследница Перепонкиных, не так ли?

Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Он знал. Он знал, кто я.

— Да, — ответила я, стараясь говорить спокойно. — Я слышала, что вы коллекционируете старые карты. Вам, возможно, известно что-то о карте, связанной с моей семьей?

Он улыбнулся, но улыбка была холодной.

— Это долгая история, — сказал он. — Возможно, мы поговорим позже. А пока наслаждайтесь морем. Оно прекрасно, но иногда в нём скрываются тайны, которые лучше не тревожить.

Он развернулся и ушёл, оставив меня стоять на палубе с чувством, что этот разговор только начинается.

Ночь прошла беспокойно. Я ворочалась в постели, и мне всё время казалось, что я слышу голос Марфы. Её слова эхом отдавались в моей голове: «Тот, кто найдёт клад, должен быть готов к правде, которую он откроет». Я не знала, что это значит, но я чувствовала, что мы на правильном пути.

На следующее утро Лерка влетела ко мне в каюту с криком:

— Маня! Это случилось!

— Что случилось? — я села на кровати, протирая глаза.

— Коллекционер мёртв! Его нашли утром в бассейне! И говорят, он был отравлен!

Я вскочила, чувствуя, как внутри всё холодеет.

— Отравлен?

— Да, — Лерка была бледна. — И знаешь, что самое страшное? В его бокале был шоколадный мусс. Твой мусс. Тот, который ты готовила вчера на мастер-классе.

Я почувствовала, как ноги становятся ватными.

— Это не я, — прошептала я.

— Я знаю, — сказала Лерка, сжимая мою руку. — Но полиция уже на борту, и они будут задавать вопросы. Нам нужно быть готовыми.

Марсель подошёл ко мне и потёрся о ноги. Я наклонилась и погладила его. Начиналось новое расследование, и я была в центре его. И на этот раз у меня не было Аркадия, чтобы выручить меня. Я должна была справиться сама. Я сжала кулаки и подумала: мы справимся.

— Я пойду к капитану, — сказала я. — Он должен знать, что я не виновна. А потом я поговорю с пассажирами. Кто-то из них знает, что произошло.

Лерка кивнула. Её глаза горели решимостью.

— Я иду с тобой.

— Конечно, — я улыбнулась. — Без тебя я бы не справилась.

Мы вышли из каюты, и Марсель, как всегда, побежал вперёд. Он знал, что начинается новая глава. И он был готов помочь.

Я не знала, что нас ждёт впереди. Но я знала, что правда всегда найдёт свой путь. И я была готова найти её.

Мы вышли из каюты, и коридор «Императрицы» встретил нас неестественной тишиной. Обычно здесь слышались шаги пассажиров, негромкий смех, обрывки разговоров, а сегодня — только ровный гул двигателей, который, казалось, стал громче, подчёркивая пустоту и тревогу. Лерка шла рядом, сжимая в руке перцовый баллончик, который она, разумеется, прихватила с собой, несмотря на мои заверения, что в круизе он не понадобится. Марсель бежал впереди, его хвост был поднят трубой, и он то и дело останавливался, принюхиваясь к воздуху, словно читал невидимые следы, оставленные только что произошедшей трагедией.

Капитанская каюта находилась на верхней палубе, за массивной дубовой дверью с медной табличкой «Капитан И.К. Серебряков». Я постучала, и через несколько секунд дверь открылась. Капитан выглядел встревоженным, но собранным. Его глаза цвета серого моря внимательно осмотрели нас, словно он оценивал, насколько мы можем быть полезны или опасны.

— Манефа Сергеевна, Валерия, — произнёс он, жестом приглашая нас войти. — Я ждал вас. Садитесь.

Мы прошли в просторный кабинет, обставленный с морской строгостью: карты на стенах, модели кораблей на полках, барометр и секстант на письменном столе. Капитан сел напротив нас, сложив руки на столе, и его лицо было серьёзным, без тени вчерашней дружелюбной улыбки.

— Я знаю, зачем вы пришли, — начал он. — Вы хотите знать, что произошло. Я должен вас предупредить: на борту работает полиция, они будут задавать вопросы. Вам, Манефа Сергеевна, скорее всего, придётся дать показания. Ваш мусс… — он замялся, подбирая слова, — его нашли в бокале погибшего.

— Я не имею к этому отношения, — твёрдо сказала я, глядя ему прямо в глаза. — Я готовила мусс для мастер-класса, но я не могла знать, что кто-то использует его для убийства. Я даже не знала, что коллекционер был на моём мастер-классе. Он стоял в стороне, и я его не угощала.

— Я вам верю, — неожиданно сказал капитан. — Я знаю вашу историю, Манефа Сергеевна. Я читал статьи о вас и о ваших расследованиях. И я знаю, что вы не убийца. Но я также знаю, что улики говорят против вас. Мусс был в его бокале. Он был отравлен. И вы — единственный человек на борту, кто готовил этот мусс.

— Кто-то мог подсыпать яд в мусс после того, как я его приготовила, — возразила я. — Или кто-то мог принести другой мусс, точно такой же, и подменить его. Это же не сложно.

— Возможно, — капитан кивнул. — Но полиция будет искать простые ответы. Вы должны быть готовы к вопросам и к тому, что вас могут задержать до выяснения обстоятельств.

Я почувствовала, как внутри закипает гнев, смешанный со страхом. Я не хотела снова оказаться в центре расследования, где все улики указывают на меня. Я слишком хорошо помнила, как это было с отравленными эклерами и с пирогом с двойным дном. Но я также знала, что в этот раз у меня есть преимущество: я нахожусь на борту корабля, и убийца тоже здесь. Он не может сбежать. Он где-то рядом, и я должна его найти.