Джулия Монрек

У костношипных кабанов мясо было тем мягче, чем старше особь, так как шипы прорастают изнутри наружу, и при взрослении покрывают собой большой горб. При угрозе кабаны специальными мышцами на спине вздыбливают острые шипы, направляют их вперёд и атакуют жертву с разбега. У молодых особей непроросшие шипы находятся в теле, и мясо поэтому жёстче.

На вид самым старым был самец, поэтому Джулия выбрала его в качестве своей цели. Она вспомнила, как однажды отец купил на рынке мясо костношипного кабана на ужин. Даже просто обжаренный кусок мяса, без специй, был невероятно вкусным и таким нежным, что будто таял во рту. Предвкушая трапезу, Джулия собиралась атаковать. Кабана необходимо убить с первых атак, думала она, пока он находится на расстоянии, иначе дальнейшая битва с ним станет проблематичной. Осталось решить, какую магию применить. Магия огня не подходит – кабана может разорвать взрывом, и тогда это будет уже не обед, а живая осколочная бомба. А если её при этом проткнет один из шипов, будет почти верная смерть. Магия света бьёт быстрее и точнее, поэтому Джулия выбрала её. Она сложила руки, будто обхватив ими невидимую сферу и стала накапливать магию, чтобы её точно пробить толстую шкуру животного. Пока всё шло хорошо, и кабаны спокойно жевали траву, разрывали что-то в земле и не замечали девушку, спрятавшуюся за кустами в пяти метрах от них. Накопив достаточно магии, Джулия по привычке выкрикнула громка: «Praefectum lux penetremus5». Кабан сразу услышал, откуда исходит угроза, и побежал в её сторону, опустив голову к земле и на ходу ощетиниваясь. Джулия поняла, что совершила ошибку, и направила магический снаряд в кабана. Снаряд попал ему в рыло, прошёл по кривой и вышел через брюхо, оставив рваную рану, из которой стали вываливаться кишки. Застряв в земле, снаряд затух и исчез. Кабан, замедляя бег, сделал ещё пару шагов, замер, завалился на бок и ещё какое-то время дёргал копытами. Остальные кабаны убежали сразу, как только самец упал. Когда он замер, Джулия подбежала к нему и воткнула меч в сердце, чтобы быть уверенной, что кабан мёртв.

Проблема с источником пищи была решена, но появилась новая – Джулии никогда не доводилось разделывать животных. Конечно, в детстве она часто ходила с отцом в лавку мясника, и видела, как это делает мясник. Также она вспомнила, как однажды отец купил целого, только забитого поросёнка. Тогда он не разделял его на части, а извлёк внутренности и зажарил целиком. Джулия решила сделать так же. Мечом она распорола брюхо, и стала доставать внутренности. Это было сложно и неудобно, так как перевернуть кабана на спину мешали шипы. Девушка попыталась их вырвать, сделать это руками не получилось, она ковыряла их ножом, но и это не помогло. Она остановилась и посмотрела на свои руки, перепачканные кровью, затем на убитого кабана с вываленными внутренностями – выглядело это неаппетитно. «Да-а, лучше бы я нашла добычу поменьше», – сказала она и решила отрезать только заднюю ногу, а затем пошла искать место, где её приготовить. Оставаться возле мёртвой туши было опасно – могут прийти другие хищники или падальщики.

Скоро девушка вышла к высокому скалистому холму и пошла вдоль него, ища какую-нибудь расщелину, которая могла бы подойти для ночлега. Найдя подходящее место, она запомнила его и отошла ближе к деревьям. Там она развела костёр и пожарила на нём кабанью ногу. Пока мясо готовилось, она думала о бессмысленном убийстве животного. «М-да, впредь буду охотиться только на мелких зверей». Закончив трапезу, она попыталась уложить оставшееся мясо в мешочек с вяленым мясом. Хоть мешочек и был вместительным, вся кабанина в него не помещалась. Тогда Джулия съела ещё мяса, сколько могла, а оставшееся оставила у костра, затушила его и пошла обратно к расщелине, ощущая тяжесть и коря себя за переедание. С трудом протиснувшись в узкую щель, она расширила пространство внутри заклинанием, но проход оставила узким. Джулия сняла шлем и легла, подложив рюкзак под голову, но уснуть долго не получалось – в животе по-прежнему ощущалась тяжесть, пол казался слишком твёрдым. Она долго ворочалась, а когда стала наконец засыпать, отметила, что снаружи не слышно птиц, только ветер шелестел листьями.

Наутро тишина показалась ей оглушающей и неестественной. Ветра не было, и теперь снаружи не доносилось ни звука. Девушка села, подобрав под себя ноги, надела шлем и посмотрела на выход из пещеры. Протискиваться наружу, как вчера, ей не хотелось. Она потёрла правую ладонь пальцами левой руки, подошла к выходу, громко произнесла: «Palm explosive6» – и коснулась ладонью стены. Взрыв оглушил её. Она прижала руками уши: «Вот идиотка, тут же эхо!» Тем не менее проход теперь был шире, и она вышла обратно в лес, но ещё долго стоял звон в ушах, будто усиливаемый мёртвой тишиной вокруг. Джулия подумала, что это странно – не может быть в лесу так тихо.

Ещё пять дней она бродила по лесу. Из зверей ей встречались только зайцы, которых она ловила и готовила на костре. Утром одиннадцатого дня она устроила себе ночлег под широкими, выступающими над землёй корнями дерева.

– Эй, живодёрка! – разбудил её незнакомый голос.

Голос был приятный, но незнакомка, которой он принадлежал, кричала грубо и громко:

– Вылезай давай. Я знаю, что ты там!

– Что? – проснувшись, девушка недоумённо посмотрела по сторонам, не понимая, откуда кричат. – Сейчас.

Джулия сонно выкарабкалась наружу и увидела перед собой дриаду. Точнее, это была тиграда. От обычных дриад они отличаются тем, что нижняя часть вместо парнокопытного у них принадлежит тигру. Тиграды были очень редкими, но не менее опасными: и обычные дриады представляют собой серьёзного противника, а дриады с туловищем хищника – тем более. Выше пояса тиграда выглядела как человек с зеленовато-коричневой кожой, в некоторых местах покрытой тонкой молодой корой. У неё были голубые глаза, эльфийские, дугой заострённые вниз уши и волосы-лианы. Руки были как у человека, за тем исключением, что пальцы были без ногтей, а внешнюю сторону предплечья покрывали ростки-шипы, которые лианы используют для защиты и атаки. Верхняя часть дриад – это росток, посаженный в мёртвое тело детёныша животного. Все дриады происходят от центрального магического дерева. Такое дерево появляется случайно, иногда возле мест крупных сражений, или там, где сражались сильные маги, но чаще – в лесу вследствие увеличения популяции магических существ, в редких случаях – благодаря силе некоторых эльфов, например, лесных.

– Что смотришь, человек? Молчишь. Боишься наказания, которое несу тебе я за твои злодеяния?

– Да нет, думаю, как повезло мне встретить тиграду. О каких злодеяниях ты говоришь?

– Ты обвиняешься в том, что убила прекрасного молодого лумзала, а также отца кабаньего семейства.

– Вот как. То что кабана я убила зря – с этим согласна, но лумзал сам хотел меня сожрать, за что и поплатился жизнью.

– Отлично, значит ты сама признаешься в содеянном и готова понести наказание?

– Какое?

– Смерть!

– Подожди, дриады нападают на людей, только когда те убивают реликтовых животных… А, хотя кому я объясняю? Перед дриадами сколько ни распинайся, всё равно убьёте, – сказала Джулия уже скорее самой себе.

– Надеюсь, человек, ты закончила говорить, ведь это будут твои последние слова. Я, низшая дриада Адель, убью тебя!

– Подожди, низшая дриада. Тебе сказали меня убить? Да ещё за лумзала и кабана? Это же не какие-то редкие твари, их полно в лесу.

– Да, я низшая дриада Адель, и я сама решила устроить суд и казнить тебя.

– Насколько мне известно, у вас, дриад, должна быть ранговая система, а ты в ней, получается, самая низшая?

– Это так, глупый человек. Старшие сёстры отговаривали меня от охоты. Но они просто трусливы. Я – хищник я сильнее их, я защищу лес! Поэтому, человек, не сопротивляйся, и прими свою смерть достойно.

– Как самоуверенно. Единственная проблема для меня – это то, что мы находимся в лесу, ты же проблемой не являешься.

– Хватит разговоров! Готовься к смерти, человек.

Дриада вырвала из своей руки шип, удлинила его магией, превратив в подобие копья, и метнула в девушку. Джулия успела отбить его мечом, и копьё воткнулось в землю рядом с ней. Она взяла его левой рукой и сожгла заклинанием, презрительно посмотрев на дриаду. Джулия так часто применяла заклинание сгорания, что ей не требовалось произносить его вслух. Тиграда оскалилась, обнажив клыки. Её пальцы стали удлиняться и заостряться, превращаясь в смертоносные зелёные когти. Завершив метаморфозу, она зарычала.

– А, это ты, – сказала Джулия. – А я думаю, где котёнок мяукнул?

Она достала меч, второй рукой обхватила его у рукояти вокруг лезвия, не касаясь его, и произнесла: «Candens ferrum7!» Ладонь девушки покраснела, словно раскалённые угли, передавая жар лезвию. Она провела ей вверх, и весь клинок запылал жаром. Покрепче сжав рукоять, она отвела руку назад, готовясь бросить и закрутить меч. «Igneus orbis8» – громко крикнула она и метнула его в тиграду. Меч закручивался всё быстрее и быстрее, превращаясь в огненный диск. Он попал в цель и отсёк зазнавшейся тиграде правую руку чуть ниже плеча, полетел дальше по наклонной вниз, воткнулся в дерево и застрял.

Раненной кошкой взвыла дриада, зашипела и широко махнула уцелевшей рукой, выпустив в сторону девушки все шипы. Джулия быстро сформировала ладонями сферу и выпалила заклинание: «Ignis clypeus9». Она запустила пальцы в сферу, будто собираясь вывернуть её наизнанку, но вместо этого растянула её на максимальную ширину, затем быстро подцепила остатки заклинания пальцами и выпрямила ладонь на летящие в неё шипы. Большая часть пролетели мимо, но те, что попали в огненный щит, моментально сгорели.

Дриада не теряла времени. Она наклонила голову к раненной руке так, чтобы волосы-лианы коснулись плеча – те впились в руку, будто змеи. Дриада потянула голову обратно, и они оборвались, а часть лиан, оставшихся в плече, переползла вниз, сформировав собой новую конечность.

Джулия опешила, увидев, как быстро дриада восстановила руку. Дриада уже бежала в её сторону, набирая скорость для сокращения дистанции. На бегу она взмахнула руками вверх, разрезав воздух острыми когтями. Из застрявших в земле шипов стали прорастать лианы. Словно змеи они поползли к своей жертве. Джулия выпрямила правую руку, широко расставила пальцы, обхватила запястье левой рукой и направила её в землю у своих ног, произнеся при этом: «Circulus ignis10». Луч огня ударил из раскрытой ладонь, сформировал вокруг девушки круг и разошёлся от ней в стороны на несколько метров, сжигая всё на своём пути. Лианы сгорели. Но тиграда лишь перепрыгнула через огненную волну.

Джулия достала второй меч, но было поздно – дриада уже перехватила её руку, не давая нанести удар, и, наклонившись к ней, впилась клыками в правое плечо. Когтями левой руки она вонзилась в бок девушки, а затем распрямилась, подняв жертву на высоту своего роста. Раны были неглубокими, но от такого рывка они стали больше. Вкусив кровь, тиграда с наслаждением вонзила клыки глубже.

Джулия дотянулась до висевших на поясе ножен, направила их устьем в живот дриады и потёрла пальцем руну на них. Руна на ножнах засветилась, зовя клинок обратно. В ответ ей загорелась руна на мече, застрявшем в дереве. Сделав оборот на сто восемьдесят градусов назад, разрезая дерево, клинок полетел обратно в ножны, но не вошёл в них, так как на пути оказалось бедро тиграды. Меч вонзился в него по самый эфес. Тиграда зарычала. Она поняла, что это дело рук её добычи, сильнее сжала челюсти и рванула вверх, намереваясь оторвать кусок плоти. Джулия заорала от боли. В ярости она обхватила руками восстановленную лианами руку дриады и крикнула: «Palm explosive11!». Направленный взрыв разорвал её на куски. Тиграда мгновенно выпустила свою жертву. Джулия упала, но тут же встала и проткнула грудь тиграды мечом. Она отпустила меч, обхватила правое запястье другой рукой и произнесла заклинание: «Acri tactus12!» Сияющей ладонью она ударила в бок тиграды, заклинание перешло на её тело, обжигая кожу. Ожог расширялся. Рана пылала пламенем света. Дриада завалилась на бок, тяжело дыша. Джулия вытащила меч из её груди и обошла, чтобы достать второй. Из-под земли вылезли лианы и полностью закрыли собой тиграду, будто защищая её. Джулия попробовала разрезать лианы мечом, но на их месте тут же появлялись новые. Тогда она ещё раз потёрла руну, и меч, оставшийся в бедре дриады, полетел в ножны, легко разрезав лианы. Джулия бросилась к корням, под которыми ночевала, вытащила рюкзак и побежала прочь. Миновав приличное расстояние, она достала карту, нашла центр Забытого королевства, и побежала в его сторону. Пробежав так ещё километра два, она снова остановилась, чтобы отдышаться и свериться с картой. «И почему нам не выдали компас? – сказала она вслух. – А, ну да, я же ищу фамильяра, а не какое-то конкретное место. Надеюсь, этот росток-паразит в теле тигра не быстро восстановится. Надо поскорее выбираться из этого леса».

Она шла через лес ещё два дня. К удивлению девушки, за это время не произошло ничего примечательного. Она также ловила зайцев и другую мелкую живность, которая годилась в пищу и не пыталась её съесть. Ей везло, и она легко находила место для ночлега, также приспосабливая его для себя при помощи магии. На третье утро девушка уже чувствовала себя спокойнее. Она вспоминала слова тиграды. «Может, дриады этого леса боятся меня? – думала она. – Наверно, так и есть. За это время на меня не нападал никто, кроме лёгкого голода».

Но помимо голода её тревожило и то, что на поиски фамильяра оставалось всё меньше времени. Она вспоминала, как преподаватель Нолета рассказывал, что по статистике найти фамильяра может один студент из трёхсот, а двадцать шесть лет назад из шести тысяч студентов нашёл фамильяра только один. После этого всё меньше и меньше желающих отправлялись на руины Забытого королевства.

Джулия заметила на земле следы лап, похожих на заячьи. Их было много, но размером они были меньше.

– Наверно, это не заяц, – рассуждала она вслух, – тут будто целое стая пробежала. Кажется, я знаю, кому они принадлежат, как же они называются…

Зверь выпрыгнул из-за дерева, и, заметив его краем глаза, Джулия выкрикнула: «Кролик!» Испуганно дёрнув ушами, кролик побежал прочь. Джулия – за ним. Преследовав его несколько минут, она запыхалась и остановилась, посмотрела по сторонам – рядом рос причудливый куст, больше ничего примечательного. Кролика нигде не было видно.

Она уже было пошла дальше, как справа раздался голос:

– Здравствуй, юный маг! Ты, наверное, ищешь фамильяра?

Вздрогнув от неожиданности, девушка резко развернулась, вытащив меч и направив его на незнакомца. Перед ней, опираясь на палку-трость, стоял старик в поношенной одежде. Он был очень стар. Его длинная седая борода, казалось, вот-вот рассыплется в прах. Шляпа на голове походила на шляпку гриба, тело старика частично поросло мхом, через который тут и там торчали грибы. Руки и ноги обвивали шипастые лианы, а запястья и голени были пробиты шипами насквозь.

– Не бойся, девица, дряхлый старик тебе не противник. Я – Фим, посланник дриад.

– Они прислали тебя, чтобы отомстить за свою сестру? Я могла её убить, а тебя я просто сожгу.

– Знаю-знаю, меня прислали, чтобы помочь тебе попасть в город мертвецов. Там ваши чаще фамильяров находят.

– А что ж дриады сами не явились?

– Боятся. Меня тоже боялись, пока я не стал их рабом. Эх, жаль меня, молодого гриба-паразита, съел старый маг-неудачник…

– И как ты поможешь мне найти фамильяра?

– Этой, телепортацией, или как её дриады называют. Магия – это не моё, конечно, я не человек, а всего лишь гриб-паразит в теле старика, но немного пользоваться ей умею. Подземные лианы вмиг доставят тебя к краю леса.

– И какие гарантии, что меня просто не похоронят под землёй?

– Шипы на этом теле управляют мной. Вот тут в голове, – старик указал рукой, – есть шип, возле мозга. Дриады хотят, чтобы ты поскорее покинула их лес. Не сделаю, как приказали дриады – старик умрёт, а умрёт носитель – умру и я. А гриб Фим не хочет умирать, я еще не стал грибницей и не захватил лес.

– Хорошо, может сделаешь наконец, что тебе приказали дриады?

– Ах, да… Вроде они тебе ещё еды хотели передать, – человек-гриб оторвал что-то сбоку с ноги и протянул Джулии, – на вот, пару грибов.

– Ф-у-у… Нет.

– Почему? А… Точно, они тебе ягод дадут. Ну ладно, тебе пора. Начнём.

Джулия кивнула, сняла сумку и крепко обхватила её руками. Дед с грибом-паразитом дважды стукнул палкой-тростью, из-под неё мгновенно вылезли лианы и коконом оплели девушку. Что-то потащило её, земля треснула и она резко упала вниз. Долго катилась она под землёй, как с горки: то вниз, то вверх. Поначалу довериться дриадам и деду-грибу показалось ей плохой идеей, она боялась, что её так и оставят в земле. Прошло ещё немного времени, и Джулию. выплюнуло из защитного кокона на поверхность. Транспортировало кокон существо, которое сейчас корчилось на земле. Оно было похоже на что-то среднее между кротом и пожирателем земли – червём. Через пару мгновений странное создание превратилось в шип и залезло обратно в землю.

Джулия отряхнулась от грязи и прислонилась к стоящему рядом дереву, рассуждая о том, стоил риск того или нет.

Из коры дерева в том месте, куда девушка упёрлась рукой, появилось лицо:

– Ждражтвуй!

Джулия отскочила в сторону:

– Ох ты ж… Что за хрень?

– Я – старшая дриада Рэнла. Спасибо, что пощадила нашу младшую сестру, – продолжило дерево ровным и приятным голосом, не замечая ругательства. – В знак благодарности мы решили помочь тебе.

– Предупреждать надо, прежде чем так появляться, – сказала Джулия уже спокойнее. – Но спасибо, что в земле не оставили.

– Ты усомнилась в слове дриады? Наши слова стоят больше, чем слова некоторых эльфов.

– Да, я читала, что дриады всегда держат слово. Но знаете, я всё равно склонна не доверять.

– Это твоё решение, человек. А теперь слушай. Иди прямо, там увидишь тропу, по ней ты доберёшься до края леса. В начале тропы, по правую руку, ты увидишь грозди трёхцветных ягод, красно-жёлто-синих. Вы, люди, называете их «одна ягода на день». Это дар отца-дерева, так он приносит извинения за нападение нашей младшей сестры. Пройди по тропе дальше и ты услышишь ручей. Там ты сможешь набрать воды. У опушки, где деревья начнут редеть, будь осторожна – там могут быть мертвецы, которые раньше жили в городе. Сам город ты не увидишь, он под землёй, но за лесом будет много входов в него. Может, там тебе удастся найти то, что ты ищешь. Далеко в город не заходи, там тебя ждёт только смерть.

– Ну, спасибо.

Только она договорила, и лицо дриады растворилось в дереве. Джулия немного отдохнула, поела и отправилась в путь. Она нашла и ягоды, они оказались вкусными и очень питательными, и ручей – всё, как говорила дриада. Начинало смеркаться, и девушка решила устроить ночлег. Пока за деревьями не было видно города мертвецов. Хотя по рассказу дриады он должен быть под землёй, Джулия всё равно представляла, что увидит что-нибудь. Она всё думала об этом городе, представляла себе, что это такое тёмное место, где ходят мертвецы и обитают мстящие либо охраняющие что-нибудь духи, бродят скелеты и личи, злые некроманты, создающие ужасных существ из трупов людей и животных. Засыпая, она вспоминала страшные сказки, которые рассказывали ей в детстве, а также университетские лекции, на которых говорили о проклятых местах, о городах-призраках, в которых люди восстали из мёртвых, чтобы отомстить обидчикам и всему миру за мучительную смерть. Возможно, город мертвецов когда-то прокляли целиком или в нём началась страшная болезнь, которая убила всех жителей, превращая в зомби или другую нечисть? А может, в этом городе жили великие маги-алхимики, уничтожившие город своим экспериментом, и, возможно, из-за этого и случился второй магический коллапс? С этими мыслями она уснула.

Джулия видела яркий сон, в котором она шла через лес, в нём были орды мертвецов во главе с личом. Разделавшись с ними, она провалилась куда-то вниз и долго шла бесконечными коридорами, убивая восставших стражников, а затем вышла к подземной лаборатории, посреди которой был гигантский кристалл с заточённым в нём могущественным духом, вокруг которого маги-учёные даже после смерти проводили свои жуткие эксперименты. Дух молил спасти его, освободить из многотысячелетнего заточения, а в награду обещал стать её фамильяром. Девушка ловко расправилась с врагами, разбила кристалл, и оставалось лишь заключить контракт с фамильяром, как вдруг она проснулась. Уже вовсю светило солнце, и громко чирикали птицы.