Рассказы о путешествиях по Дунаю

Пролог

Венский вокзал «Франц-Иосиф» встретил их запахом круассанов и утренней суетой. Середина октября выдалась на удивление тёплой — бабье лето задержалось в Австрии, и деревья вдоль Дунайского канала всё ещё держали золотую листву.

Илья закинул рюкзак на плечо и оглянулся на жену.

— Маршрут такой: такси до причала «Шпиттельнау», там садимся на катамаран до Братиславы. Два часа пятнадцать минут пути.

— Ты всё предусмотрел, — улыбнулась Вера, поправляя шарф. — Как всегда.

Двадцать пять лет брака. Дочь-студентка осталась в Москве на сессию. А они — впервые за долгое время — отправились в путешествие вдвоём. Без планов, без бронирования отелей, без списка достопримечательностей. Только Вена, Дунай и Братислава впереди.

Они сели в такси. Водитель — пожилой венец с седыми усами — спросил, откуда они. Услышав «из России», понимающе кивнул и включил Штрауса.

— Добро пожаловать в Вену, — сказал он на ломаном русском. — Наслаждайтесь.

Часть первая. Вена — прощание с империей

На причале было малолюдно. Катамаран — современный, белый, с панорамными окнами — уже принимал пассажиров. Они заняли места у окна по правому борту.

Вена медленно поплыла назад.

— Смотри, — Вера прильнула к стеклу. — Юбилейная церковь…

Купол Штефансдома блеснул на солнце и скрылся за поворотом. Проплыли мосты — каждый со своей историей, каждый со своим характером. Зелёные берега Дунайского канала сменялись современными кварталами, потом — снова парками и виллами.

— Странное чувство, — сказал Илья. — Мы покидаем город, в котором не успели ничего толком увидеть.

— Мы увидели главное, — возразила Вера. — Утро, кофе в «Централь», Шёнбруннский парк… Этого достаточно, чтобы запомнить Вену навсегда.

Катамаран набрал скорость. Город таял за кормой, как сон.

Часть вторая. Дунай между столицами

За пределами Вены Дунай изменился. Исчезли гранитные набережные, исчезли мосты с коваными перилами. Вместо них пришли дикие берега — ивы, склонившиеся к воде, песчаные косы, где грелись на солнце бакланы.

Они вышли на палубу. Ветер был тёплым и влажным, пахло водой и прелыми листьями.

— Здесь он совсем другой, — заметил Илья. — Не тот Дунай, что в центре Вены.

— А ты думал, река везде одинаковая? — Вера взяла его под руку. — Река, как человек, — меняется в зависимости от того, где течёт.

Они стояли молча, глядя на проплывающие мимо пейзажи. Иногда показывались деревушки — разноцветные домики, шпили костёлов, причалы с лодками. Иногда — заводские трубы и мосты с грузовиками.

Где-то на середине пути катамаран причалил к маленькому городку Хайнбург-ан-дер-Донау. Десять минут стоянки. Они сошли на берег, купили у местной женщины яблочный штрудель, ещё тёплый, и чай в картонных стаканчиках.

— Знаешь, о чём я думаю? — спросила Вера, откусывая штрудель.

— О чём?

— О том, что мы слишком редко это делали. Просто брали и плыли.

— Теперь будем чаще, — пообещал Илья.

Она посмотрела на него с лёгкой грустью. Они оба знали, что «чаще» в их возрасте — понятие относительное. Но обещание было важным само по себе.

Часть третья. Граница

Через час после Хайнбурга катамаран подошёл к границе. Слева осталась Австрия, справа начала угадываться Словакия — по архитектуре, по дорожным знакам, по языку, который вдруг зазвучал вокруг.

Илья достал телефон и открыл карту.

— Смотри, — показал он Вере. — Мы сейчас вот здесь. Дунай делает петлю, и через двадцать минут — Девин.

— Тот самый?

— Тот самый. Замок на скале, где Морава впадает в Дунай.

Она прильнула к стеклу. И действительно — через несколько минут на горизонте вырос знакомый силуэт. Девинский град возвышался на крутом скалистом утёсе, сжимая реку в кулак.

— Говорят, отсюда начинался путь из варяг в греки, — сказал Илья.

— А для нас — путь из Вены в Братиславу, — улыбнулась Вера. — Тоже исторический маршрут.

Катамаран прибавил ход. Замок остался позади, берега раздвинулись, и впереди показались первые высотки словацкой столицы.

Часть четвёртая. Братислава

Братислава встретила их солнцем и ветром.

Причал находился прямо у подножия Старого города — меньше чем в пяти минутах ходьбы от главной площади. Они сошли на берег, и Вера глубоко вздохнула.

— Воздух другой, — сказала она. — Не такой, как в Вене.

— Потому, что это другой город, — ответил Илья. — Другая страна. Другая жизнь.

Они сдали рюкзаки в камеру хранения на вокзале и отправились гулять. Старый город Братиславы оказался уютным, почти игрушечным — узкие мостовые, разноцветные фасады, уличные музыканты, играющие на скрипках и аккордеонах.