Егерь. Столичный Гамбит. Книга 4

Глава 1

Я переступил порог.

Зал барона Валентина Красногорского оказался неожиданно светлым и уютным, несмотря на свои внушительные размеры. Высокие окна пропускали дневной свет, который отражался от отполированных дубовых панелей, покрывавших стены. Между этими панелями висели картины с изображениями мирных пейзажей баронства, портреты членов семьи и гербы союзных родов.

В дальнем конце зала, на невысоком возвышении, стоял массивный стол из светлого дерева, больше напоминавший рабочее место. За ним располагалось высокое кресло с мягкой обивкой, а по бокам — четыре кресла поменьше для гостей и советников. Вся обстановка говорила о том, что здесь не просто принимают подданных, а ведут дела и решают насущные вопросы управления.

Барон Валентин Красногорский поднялся при моём появлении, и сразу стало ясно — передо мной стоит человек дела, а не кабинетный правитель.

Мужчина лет сорока пяти, крепкого телосложения, широкоплечий, с прямой осанкой воина. Седеющие виски придавали ему солидность, но глаза — внимательные, живые. Лицо обветренное, с морщинками — след долгих часов на свежем воздухе и в седле. На открытых предплечьях просматривались зелёные татуировки Мастера.

На нём была качественная кольчуга, кожаные наручи с накладками и высокие боевые сапоги с потёртостями. У пояса висел длинный меч в ножнах из тёмной кожи с искусной серебряной отделкой. Никаких излишеств, никакой показной роскоши, но каждая деталь говорила о качестве. Это был правитель-воин, готовый лично встать на защиту своих земель.

Совсем иначе выглядел человек, стоящий рядом с ним. Высокий, худощавый мужчина средних лет в дорогих тёмных одеждах. Его тонкие черты лица оставались совершенно бесстрастными, а пристальный взгляд изучал меня с тем особым вниманием, с каким коллекционер оценивает новое приобретение.

Длинные пальцы с дорогими перстнями покоились на спинке кресла — слишком расслабленно для человека, находящегося возле барона.

Бледная кожа, тёмные волосы, уложенные с какой-то безупречной точностью — всё выдавало в нём того, кто привык, чтобы другие заботились о мелочах его жизни. Валентин время от времени бросал на него короткие взгляды, словно ожидая одобрения или указания.

Вот только… Где татуировки? Их просто нет. Неужели этот человек не Зверолов? Даже не Мастер?

Что-то было в том, как незнакомец молчал, но при этом и само его присутствие наполняло зал невидимой тяжестью и заставило меня держать руки свободными. Инстинкт.

Этот человек находится рядом с бароном не случайно. Слишком уверенно держится для простого советника.

— Максим, — произнёс барон низким, властным голосом. — Подойди ближе.

Я сделал несколько шагов вперёд, остановившись на почтительном расстоянии. Красавчик притих на моём плече, инстинктивно чувствуя напряжённость момента.

И как себя вести? Ладно, как чувствую, так и сделаю.

— Ваша светлость, — сказал, слегка наклонив голову.

— Перед тобой один из советников его величества — Арий, — барон жестом указал на своего спутника. — Он прибыл сюда по особым делам и заинтересовался твоими… тем, что рассказал Ефим.

Арий шагнул вперёд, изучая меня оценивающим взглядом. В его глазах читался холодный расчёт опытного дельца, привыкшего иметь дело с людьми как с инструментами.

— Максим, — произнёс он мягким, но отчётливым голосом. — О тебе ходят интересные слухи. Говорят, ты слишком проворен в дуэли и достаточно умён в лесу.

Я осторожно кивнул, не спеша с ответом. В политических играх придворных каждое слово имело вес.

— Некоторые успехи были.

— Ваше благородие, — тяжело надавил Арий.

— Что, простите? — не понял я.

— Некоторые успехи были, ваше благородие, — чуть ли не с яростью прошипел Арий.

— Некоторые успехи были, ваше благородие, — повторил я, мысленно проклиная себя за незнание местного этикета. Первые же минуты — и уже провалился. Советник короля не простит подобных оплошностей. Нужно держать язык за зубами и поскорее выбираться из этой ловушки.

— Скромность похвальна, — усмехнулся Арий, — но сейчас нас интересуют факты. Говорят, у тебя есть два Королевских ветряных рыся.

Я едва сдержал улыбку. Он что, специально так непривычно говорит?

Барон внимательно наблюдал за моей реакцией. Я почувствовал, как что-то в атмосфере изменилось.

— Да, ваше благородие. Это так.

Арий едва заметно наклонил голову — и барон тут же выпрямился, словно получил разрешение говорить. Он сделал шаг вперёд, но я заметил, как его взгляд на мгновение задержался на советнике, ожидая одобрения.

— Превосходно, — произнёс барон, и в его голосе прозвучала странная поспешность. — Я заинтересован в приобретении этих редких магических существ для определённых нужд. Готов предложить тебе тысячу золотых за обеих рысей.

Значит всё-таки хотят мою стаю. Вот зачем вызвали.

Тысяча золотых. Сумма, которая могла бы обеспечить мне безбедную жизнь на годы вперёд. Но я видел, как Арий почти незаметно кивнул, когда барон озвучил предложение, словно хозяин, довольный тем, как питомец выполнил команду. И этот взгляд барона… Не уверенного правителя, а человека, который боится ошибиться перед вышестоящим. Что за ловушка, так красиво оформленная как щедрое предложение? И кто здесь настоящий кукловод?

В мире хищников так же — когда предлагаешь добыче сладкую приманку, за ней всегда скрывается капкан. И теперь я либо жадно ухвачусь за деньги, либо попытаюсь торговаться. И тот, и другой вариант сделали бы меня предсказуемым.

— Ваша светлость, — сказал спокойно, — это действительно щедрое предложение. Но я вынужден от него отказаться.

В зале повисла тишина. Арий слегка приподнял бровь, а барон заметно напрягся.

— Отказаться? — переспросил советник, и в его голосе прозвучала холодная нотка. — От тысячи золотых? За каких-то зверей? Что это за Зверолов. Милорд, ВАМ нужны эти рыси.

Маска вежливости спадала, показывая истинное отношение придворного к тем, кого он считал ниже себя. Я видел такой взгляд в глазах местных чиновников в прошлой жизни — смесь высокомерия и раздражения от того, что простолюдин посмел не оценить их «милость».

— Видите ли, ваше благородие, — продолжил я, сохраняя спокойный тон, — эти «звери» не просто питомцы. Они — мои партнёры. Предать их доверие означало бы предать самого себя.

Арий сделал шаг назад, и его лицо исказилось выражением презрения:

— Партнёры? Ты ставишь животных выше интересов короны? Да это граничит с неблагодарностью!

Сначала заставить отказаться от предложения, а потом выставить отказ как проявление неуважения к власти. И почему нужно применять против какого-то мальчишки из деревни такое давление? Этих королевских особей хватает даже в самом Драконьем Камне.

Но у меня был план на такой случай.

— Напротив, ваше благородие. Предлагаю служить интересам баронства и короны гораздо более эффективно, — сказал я, повернувшись к барону. — Позвольте предложить альтернативу.

Валентин Красногорский заинтересованно наклонился вперёд. Арий же нахмурился — сценарий начинал идти не по плану.

— Говори, — коротко сказал барон.

— Вместо продажи двух зверей, которые принесут разовую прибыль, я предлагаю организовать постоянные поставки магических существ, — начал я, чувствуя, как идея обретает форму в моих мыслях. — Звероферма.

Барон поморщился, Арий же довольно усмехнулся.

— Зверофермы? — Валентин Красногорский покачал головой. — Да уж, поставки Ефима были хорошего качества для продажи и поддержания армии. Всё-таки третья ступень. А что нового ты можешь предложить?

Да, в этом мире магических зверей подобные предприятия — обычное дело. Похоже друид крови снабжал Ефима Е-ранговыми существами, а себе не оставлял, следуя запрету.

Уровней с двадцатого по тридцатый… Да, для армии такие существа были вполне сильны. Исключения составляют лишь особо развитые Мастера вроде Всеволода. Не думаю, что каждый второй способен контролировать волка Теневого Разреза.

— В моих руках звери становятся совсем иными созданиями, — я начал говорить самое главное. — Лучше, умнее, быстрее и… полезнее. Это означает доступ к видам и качеству, которых нет ни у кого из соседних регионов.

В глазах барона загорелся интерес. Валентин Красногорский был правителем, а значит, мыслил стратегически. По крайней мере, именно на это я и наделся.

Лицо Ария потемнело.

Чтобы подкрепить слова делом, я сосредоточился на потоковом ядре. Воздух в зале словно загустел, пронизанный невидимыми токами силы. Из глубины груди хлынул насыщенный и живой поток золотистого света. Свечение окутало пространство передо мной, формируя светящийся кокон.

Не было никаких сомнений, что о ней уже знают. Как и о близнецах. Поэтому пусть посмотрят сами.

Золотистая оболочка пульсировала, словно гигантское сердце, а затем начала растворяться сверху вниз, открывая сначала контуры массивной головы с торчащими ушами. Потом проступили могучие плечи, покрытые полосатой шерстью, мускулистое тело и, наконец, лапы с когтями длиной в кинжал. Последние искры света погасли, и в зале стояла моя кошка во всей своей устрашающей красе. Размером с медведя и с глазами, горящими разумом хищницы. Её присутствие мгновенно изменило атмосферу в зале — даже воздух, казалось, стал гуще от исходящей от неё ауры.

— Интересно, — протянул барон, наклоняясь вперед. — Доклады Всеволода не передавали истинных масштабов. Значит, ядозуб способен на такую трансформацию? Впечатляет.

Арий сделал шаг назад, на его лице читался расчёт. Афина развернулась к ним, и в её жёлтых глазах вспыхнула недобрая искра. Она оскалилась, демонстрируя клыки, и издала низкое рычание.

— Афина! — резко окликнул я.

Кошка мгновенно прекратила рычать, но агрессия в её позе никуда не делась. Она подошла ко мне и потёрлась мордой о ногу, словно помечая территорию, но взгляд от чужаков не отводила.

— Вот видите, милорд, — Арий тут же ухватился за момент, почтительно обращаясь к барону. — Зверь неуправляем. Агрессивен к посторонним. Если уж сам хозяин не может полностью контролировать своего питомца, то кому можно будет продать таких… странных существ? Кто рискнёт их приобрести?

Барон нахмурился, явно прислушиваясь к словам советника. Я сжал губы, стараясь держать себя в руках. Что на уме у этого гада?

— Всё это требует практики, да, — спокойно ответил, положив руку на голову Афины. — Но посмотрите на перспективы. Что могут сделать подобные звери? А ведь я могу подготовить много таких. В разумные сроки.

— Да? — вкрадчиво спросил Арий. — Но корона заинтересована в стабильности. В предсказуемости. А что произойдёт, если подобные… эксперименты… выйдут из-под контроля? Если кто-то решит, что может создавать армии подобных монстров без королевского разрешения?

Он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе, затем продолжил:

— Его величество король Аларих очень не любит неопределённость в вопросах безопасности. Особенно когда речь идёт о… неизученных возможностях.

Афина успокоилась под моей рукой, но настороженность не покидала её. Я мысленно приказал ей исчезнуть, и кошка растворилась в воздухе так же незаметно, как появилась.

— Всё это пока лишь красивые слова, но где гарантии, что ты говоришь правду? — не унимался Арий. — Что не забрал или не выкупил зверя у истинного таланта? Кто поручится, что ты выполнишь обещания?

— Результаты моей работы, — ответил я, встречая его взгляд. — Мы можем начать с малого. Дайте мне возможность доказать.

Я старался сохранять спокойствие, но ладони вспотели. Понимание того, с кем имею дело, давило всё сильнее. Это не торговые переговоры — это допрос. Арий не просто хочет купить рысей, он зондирует почву. Изучает, насколько я опасен для существующего порядка.

И самое страшное — я не знаю правильных ответов. Один неверный ход, и этот человек найдёт способ убрать меня как угрозу. Передо мной стояли сильные мира сего, и как бы не хотелось говорить открыто… Нельзя. Нужно действовать разумно. По крайне мере пока не знаю, что за фигуры выставлены на шахматной доске.

Барон задумчиво барабанил пальцами по подлокотнику трона. Почему он молчит и позволяет говорить советнику?

Я видел, как в его голове складываются расчёты. Постоянный источник боевых и полезных зверей против разовой покупки. Стратегическое преимущество против тактической выгоды.

— И всё же парень говорит любопытные вещи, — произнёс Валентин наконец. — Очень интересно.

Арий понял, что теряет инициативу, и его лицо потемнело от раздражения. Этот человек явно привык к тому, что его планы исполняются без осложнений, а какой-то деревенский зверолов только что перевернул всю схему с ног на голову.

Барон открыл рот, чтобы продолжить, но вдруг нахмурился. Сначала я не понял почему, но затем тоже услышал — где-то вдалеке звучали тревожные приглушённые крики.

Арий тоже обратил внимание на нарастающий шум за окнами. Его глаза сузились.

ТУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУ!

В тот самый момент, когда барон открыл рот, чтобы что-то сказать мне, оглушительный рёв сигнального горна разорвал напряжённую тишину тронного зала. Звук был настолько мощным и пронзительным, что Красавчик вздрогнул на моём плече, а я невольно поморщился.

Это был не обычный сигнал — длинные, протяжные ноты, вместе с короткими резкими всплесками. Даже не зная местных традиций, я сразу понял — так звучит сигнал тревоги.

Массивные двери распахнулись с грохотом, и в зал стремительно вошёл Всеволод. Его обычно безупречная выправка была нарушена — дыхание сбито, на лице читалось крайнее напряжение. Мастер не стал церемониться с этикетом и сразу направился к барону.

— Ваша светлость! — воскликнул он, не обращая внимания на присутствие Ария и меня.

Барон резко поднялся, мгновенно преобразившись из степенного правителя в боевого командира:

— Говори, Всеволод.

— Скоординированное нападение магических зверей на столицу! — выпалил телохранитель. — Одновременно атакуют северные, западные и южные ворота. Милорд, их… Их очень много. Есть летуны.

Арий резко выпрямился, а я почувствовал, как холодок пробежал по спине. Скоординированное нападение магических зверей на укреплённый город — это было нечто из ряда вон выходящее. Та самая атака, о которой все говорили?

Время пришло.

— Потери? — коротко спросил барон, уже направляясь к стойке с оружием у стены.

— Держимся, как всегда. Но северные ворота под угрозой прорыва — там сотня Камнекрушителей. Командиры запрашивают подкрепления.

Валентин Красногорский сорвал с крюка тяжёлый двуручный меч и мгновенно преобразился. Исчезла вся дворцовая чопорность — перед нами стоял закалённый в боях военачальник, готовый лично вести своих людей в бой.

— Седлать коня, — приказал он Всеволоду. — Я выдвигаюсь к северным воротам.

— Стойте! — резкий окрик Ария заставил всех замереть.

Советник короля шагнул вперёд, и в его осанке появилась властность, которой не было ранее. Словно маска придворного советника слетела, обнажив истинную сущность человека, привыкшего командовать.

— Милорд, вы не можете лично участвовать в сражении, — заявил он тоном, не терпящим возражений. — Правитель региона не должен рисковать собой в первых рядах.

Барон обернулся к нему, и в его глазах вспыхнуло раздражение:

— Это мой город, Арий! Мои люди гибнут, защищая его. Моё место — с ними!

— Ваше место — здесь, в безопасности, — твёрдо ответил советник. — Вы слишком ценны для королевства, чтобы рисковать жизнью в уличных боях.

Я наблюдал за этойсценой с растущим изумлением. Арий говорил с бароном как старший с младшим, как командующий с подчинённым. И что самое поразительное — это работало.

Валентин сжал рукоять меча изо всех сил, но не возразил. Я видел, как по его лицу пробежала целая гамма эмоций — ярость, бессилие, а затем горькое понимание.

— Мой город под атакой, — процедил он сквозь стиснутые зубы, — а я должен прятаться в замке, как напуганный старик?

— Вы должны думать о благе королевства, — невозмутимо ответил Арий, но в его голосе прозвучала сталь. — Личные амбиции здесь неуместны. Вы же знаете, кто я и зачем здесь.

Последние слова прозвучали как пощёчина. Барон вздрогнул, словно получил физический удар.

Он повернулся к Всеволоду, словно ища поддержки у верного воина.

Но Всеволод, к моему полному шоку, неохотно покачал головой:

— Его благородие прав, ваша светлость. Слишком большой риск — атака невиданных масштабов, такого ещё не было. Было бы лучше вам заниматься координацией.

В тронном зале повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь отдалёнными звуками битвы, доносящимися из города. Барон стоял с мечом в руках, словно статуя разгневанного воина, но я видел — он понимал расстановку сил.

Арий обладал реальной властью, и барон просто не мог позволить себе спорить. Ослушайся, и королю это не понравится?

— Тогда что ты предлагаешь? — процедил сквозь зубы Валентин, не убирая меч в ножны.

Советник окинул взглядом зал, его глаза задержались на мне на мгновение дольше, чем следовало, а затем он повернулся к Всеволоду:

— Мастер Всеволод лишь один из телохранителей, пусть и сильных. У вас достаточно людей, которые имеют опыт и авторитет среди воинов. Вызовите их, и мы займёмся координацией действий. А Всеволод пусть докажет верность короне.

Всеволод кивнул, явно облегчённый тем, что ситуация разрешилась без прямого конфликта:

— Понял. С вашего позволения, ваша светлость?

Барон резко кивнул, затем перевёл взгляд на меня:

— Продолжим наш разговор позже. Если выживем.

Его голос сквозил раздражением.

— Конечно, ваша светлость, — кивнул я и развернулся.

— Милорд, — Арий сделал шаг вперёд. — Лучше оставить деревенщину с таким ценным активом с нами. Если он погибнет, то что тогда?

— И что, я должен показывать простаку как барон ведёт дела? Нет, — Валентин резко взмахнул рукой. — Уводи его.

— Милорд, я настаиваю, — возразил Арий.

— Послушай меня, Арий, — зарычал Валентин, рывком разворачиваясь к советнику. — Уж тут не настаивай, это уже за гранью. Я не собираюсь держать чёрт знает какого пацана в этом зале, лишь бы его не пришибло.

— Но…

Их спор затянулся, а Всеволод жестом указал мне на выход:

— Пойдём.

Мы направились к дверям быстрым шагом. Барон показался мне отличным мужиком, что уж тут. Настоящий воин, который знает, что такое битва и как руководить своими землями. Но прибывший советник вдруг начал связывать ему руки и усиливать давление. И всё из-за меня?

Нет. Из-за Режиссёра и Актрисы? И как узнать что происходит?

Тем временем звуки битвы становились всё отчётливее — лязг оружия, крики людей, рёв разъярённых зверей.

По коридорам замка мы почти бежали. Всеволод то и дело оглядывался через плечо, проверяя, поспеваю ли я за ним. В его движениях читалась нетерпеливая тревога.

— Слушай меня внимательно, — резко сказал он на ходу, не замедляя шага. — Я не знаю какие у тебя планы, но в голову не бери лезть в самую гущу событий. Ты ещё слишком молод и неопытен для подобных сражений.

Это меня зацепило. Да, формально я был в теле восемнадцатилетнего парня, но за плечами у меня был тот опыт, который не раз смотрел смерти в глаза. Честно сказать, изучить происходящее было моей первой мыслью.

— Я не из тех, кто прячется за спинами, — ответил, не отставая.

Всеволод резко остановился и схватил меня за плечо:

— Это не игра, мальчишка! — в его голосе зазвучали стальные нотки. — Там сейчас не лесные волки или медведи, с которыми ты привык иметь дело! Это нападение зверей абсолютно разных ступеней! Твои питомцы, какими бы сильными они ни были — ещё слабы и неопытны для такого. Попадёшь под удар — и от тебя мокрое место останется!

Он отпустил моё плечо и снова двинулся вперёд, но теперь его шаги были ещё более решительными:

— Просто постарайся выжить! Хотя, после того, что видел в деревне… — он покачал головой. — Если сможешь безопасно помочь, помоги.

Понятно. Он беспокоится о моей безопасности? Или о том, что может потерять ценный ресурс из-за моей неосторожности?

Мы выбежали из главного здания замка в центральный двор. Здесь царил настоящий хаос — слуги и стражники бегали во всех направлениях, кто-то выносил оружие из арсенала, кто-то готовил лошадей.

Но главное — звуки битвы теперь были настолько близкими, что, казалось, сражение происходило буквально за воротами. Крики, рёв зверей, звон металла — всё это сливалось в какофонию войны.

Всеволод молча направился к одной из оседланных лошадей. Не оборачиваясь и не говоря ни слова, он вскочил в седло и галопом помчался к дальней стороне двора.

Я бросился к главным воротам замка, что вели в город. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Дальше меня ждал настоящий ад — это уже было понятно. Едва я выбежал на широкую мощёную улицу, как почувствовал волну раскалённого воздуха, пропитанного дымом и запахом крови.

Небо над моей головой озарилось багровым светом, словно само солнце истекало кровью. Воздух наполнился свистом и треском, и тут же, прямо передо мной, с ужасающим грохотом рухнуло горящее тело в искорёженных доспехах стражника.

Металл звякнул о камни мостовой, искры веером разлетелись в стороны, а от тела валил чёрный дым.

Я инстинктивно отшатнулся, прикрывая лицо рукой от жара, и только тогда понял — это было лишь началом кошмара, который поглотил весь город.

Глава 2

Воздух разорвал резкий свист. Я задрал голову и увидел, как сквозь дымную пелену над крышами пролетело что-то массивное — тёмный силуэт с размахом крыльев больше телеги.

Существо издало пронзительный крик, от которого заложило уши, и скрылось за башней.

ТРЕСК!

В следующее мгновение с соседней крыши посыпались черепица и обломки дерева. Оттуда вырвался столб пламени — кто-то из питомцев защитников атаковал летуна огненной магией.

Красавчик заёрзал у меня на плече, поворачивая голову во все стороны. Его чёрные глазки горели не страхом, а азартом — горностай чуял опасность и был готов к драке, как бы безумно это ни звучало для зверька его размеров.

— Сиди смирно, — прошептал я, придерживая его рукой. — Здесь не твоя схватка. Стоило тебе лишь силу прокачать, да, герой?

По улице метались люди — большинство бежало к укрытиям, прижимая к груди детей или узлы с пожитками. Стража пыталась направить поток к ближайшим убежищам, выкрикивая приказы, но их голоса тонули в общем гуле.

Я прижался спиной к каменной стене дома, стараясь не мешать бегущим. Над головой снова раздался свист, и я успел увидеть, как огромная птица — нет, не птица, а чёртова химера с головой хищника и телом рептилии — пронеслась над улицей, цепляясь когтями за край крыши. Черепица посыпалась вниз, заставляя людей шарахаться в стороны.

Где-то вдалеке грохнуло — видимо, что-то обрушилось. Дым стал гуще, въедался в горло и щипал глаза. Я прикрыл нос рукавом, пытаясь отфильтровать хоть немного воздуха.

Справа от меня, в узком проулке между домами, я заметил Мастера в тёмной кожаной броне. Он стоял спиной ко мне, вытянув руку вперёд. Рядом с ним застыла огромная ящерица размером с быка и гребнем из каменных шипов вдоль спины.

Мастер что-то крикнул, и ящерица дёрнула спиной. Шипы на её гребне задрожали, а затем один за другим сорвались с места и полетели вверх. Я проследил их траекторию взглядом — они мчались к крыше, где промелькнула тёмная тень летуна.

Раздался глухой удар, затем ещё один. Существо жутко взвыло и сорвалось с крыши, падая куда-то за дома. Земля дрогнула от удара.

Ящерица фыркнула, и я увидел, как на её гребне начали расти новые шипы — медленно, словно живые кристаллы. Мастер коротко кивнул своему питомцу и двинулся вглубь проулка, туда, где упало существо.

Я стоял, вжавшись в стену, и пытался осмыслить увиденное. Это была не просто битва — это была война. Скоординированная, отточенная, где каждый знал своё место. Мастера действовали слаженно, их питомцы работали как продолжение их воли.

И это был лишь край настоящего сражения.

Да этот мир… Чёрт, ДА ЧТО ПРОИСХОДИТ! Как это всё произошло?!

Звуки боя доносились со всех сторон. Где-то вдалеке ухала магия, сотрясая воздух. Но здесь, на этой улице, было относительно тихо — лишь отголоски войны, бушующей за стенами города.

Я сделал глубокий вдох, заставляя себя успокоиться. За свою жизнь не раз оказывался в ситуациях, где малейшая ошибка стоила жизни. Здесь было то же самое, только масштабы другие.

Красавчик снова заёрзал, его усики подёргивались, улавливая запахи. Я положил руку ему на спину, чувствуя, как под шерстью напряжены мышцы.