«Козни врагов наших сокруши…»: Дневники

№ 41

Церковный школы и церкви

Церкви Божией дано великое обетование, что врата адовы не одолеют ея. Князь (диавол. – Ред.) да хорошо знает это обетование, знает, что все его козни, все усилия будут безплодны: Церковь пребудет до скончания века непоколебимою. И, однако же, в безумной злобе своей пылая ненавистью к Главе Церкви Господу Иисусу, сокрушившему его главу, он вымещает свое поражение на вечной вражде к верным чадам Церкви и, не имея силы и возможности стереть с лица земли всю Церковь Божию, строит козни против тех народов, где наиболее хранятся заветы Христа. Таков милостию Божией наш Русский православный народ. Вот уже около тысячи лет, как наша Русь просветилась святым крещением и освятилась верою православною. Но за то, что она восприняла святое учение Христово в самом чистом его виде, как оно вышло от святых Апостолов, как изложено святыми отцами на Вселенских Соборах, как выражено в творениях духоносных мужей – светильников Церкви вселенской, – за это враг ненавидит Русский народ всею ненавистию и сею ненавистию по отношению к нам отравил всех западных христиан. Не зная, не понимая, да и будучи не в состоянии понять, по гордости своей, глубину смиреннаго Православия, западные народы считают нас “отсталыми”, непросвещенными, суеверными, чуть не варварами. Чужды мы им по духу, чужды и они нам по всему их миросозерцанию. И вот чрез них-то, чрез их последователей – наших интеллигентов, оторвавшихся от роднаго народа, враг и пытается с корнем вырвать святое Православие из русской души. И никогда еще в истории Русскаго народа не было для него столь благоприятнаго времени, как переживаемое нами. Никогда так мы, русские люди, не были призываемы долгом совести и – скажу – чувством самосохранения стоять на страже заветной святыни Православия, как ныне, – стойте же бодро, православные русские люди: враг у дверей! Он захватил в свои цепкие руки нашу печать: среди гула и гама преданных ему, якобы, “либеральных” газет едва слышится слабый голос патриотической печати. В среду самой этой патриотической печати он вносит раздор и кружковщину: вместо братскаго взаимнаго вразумления наши патриоты позволяют себе против своих собратий, патриотов же, речи немирныя; а известно, что где немирство, там и вражда, там и самолюбие, там и сам поджигатель всякой вражды – князь тьмы. Нашел он, враг Божий, и в высших сферах, в среде наших законосоставительных учреждений усердных и верных себе слуг, которые не зная Православия, не умея ценить этого сокровища, будучи ослеплены ненавистию ко всякой вере, восстают наипаче против святой веры православной и воображают, несчастные, будто стоят за прогресс, за просвещение, за благо человечества! Один Бог может вразумить этих слепцов. Но их усилия не проходят без вреда для Церкви Божией, сущей в пределах Русской земли. Кто из русских людей не знает, какой чудовищный, разрушительный для Церкви законопроект выработали эти слепцы в Государственной Думе касательно вероисповеданий неправославных? Теперь подбираются к народной школе. Та к как открыто идти против церковных школ еще неудобно, а школы эти являются у наших лжелибералов бельмом на глазу, ибо имеют своею задачею главным образом воспитание народа в духе Церкви, то придумали предлог: надо-де объединить все школы в одном ведомстве. Несмотря на всю очевидную ложь самаго принципа такого объединения, несмотря на то, что он и не может, и не будет проведен в жизнь, да и сами проповедники его в него не верят, – несмотря на все это он выдвинут, и в настоящее время вопрос о судьбе церковной школы уже обсуждается в Государственной Думе. А пока что подготовляется почва к его решению в желательном для врагов Церкви смысле. Церковную школу всячески поносят, клевещут на нее и в печати, и в разных собраниях, лишают ее средств к существованию, хотят ее измором довести до закрытия. Министерския, земския и всякия другия школы – родныя детки нашей Государственной Думы, а церковныя – пасынки или падчерицы. Для тех просят 10, дают 12 миллионов, а для церковных жаль и одного. Но и этого всего мало. Дан знак, и началась агитация против церковных школ на местах. Казалось бы: раз составлены “сети” школ, разграничены пределы земских и церковных, как это ни странно, но пусть так: пусть каждая школа и живет, и действует в своих, ей указанных, пределах. Та к нет же, пускаются в ход даже такия меры, как явный обман духовенства… У меня, в епархии, был такой случай: существовала школа церковная лет 12; помещалась в доме одного “благодетеля”, торгующаго в Петербурге чем-то; этот благодетель решил перестроить здание школы, дал средства, поручил дело заведующему – священнику. То т и трудился, уверенный, что трудится для церковной школы, но когда здание было окончено, в нем поселилась земская школа… Ни указание на сеть, ни право давности существования тут школы – ничто не помогло. Один богач от себя внес 500 руб. на содержание этой, можно сказать – украденной у Церкви школы, пока земство ассигнует на ея содержание средства. Тоже благодетель! А земства наши, известно, не всегда так расположены к церковным школам, как наше Сольвычегодское, ассигновавшее на церковныя школы ежегодное пособие по 10 500 руб., и Яренское, в прошлом году ассигновавшее 13 000 руб., а ныне 22 015 руб. Большею частию земства не брезгуют не только тем, что плохо лежит, но и прямо краденым. Как иначе назвать в самом деле хотя бы вышеупомянутую школу, как не украденною у Церкви? Строителю-благодетелю надо было иметь на месте священника в качестве наблюдателя за постройкой: он и повел дело так, что недогадливый батюшка воображал, что трудится для церковной школы. Но и этого мало. Врагам Церкви надобно создать иллюзию, будто сам народ не хочет церковной школы. И вот являются приговоры крестьян о передаче церковной школы в земство. Составить такой приговор нетрудно: стоит только внушить крестьянам, что на церковную школу они-де обязаны давать и сторожа, и отопление, обязаны ремонтировать, а земская школа – самое милое дело: ничего не надо, ни о чем не заботьтесь, все будет дано от земства. Крестьянин не рассуждает, что земство-то с него же берет на школы. И пишут приговоры… А чтобы приговор имел больше силы, чтобы производил там, где им, врагам Церкви, нужно, большее впечатление, делают так, что агитация ведется тайно от священника. Агитаторы действуют прежде других на церковнаго старосту, прельщают его разными обещаниями. И вот батюшка и во сне не видел, а дело уже совершилось наяву: приговор составлен… Пока еще немного таких приговоров, но в таких делах важно начало. Важно то, как отнесутся к таким, несомненно подстроенным, приговорам власти церковныя и гражданския. Простой народ не всегда может по достоинству оценить церковную школу и легко поддается влиянию агитаторов, обещающих великия и богатыя милости от светскаго ведомства. Ведь ему дорог каждый грош, хотя он и рублей не жалеет на водку. Но церковные старосты суть лучшие люди прихода, по крайней мере, это – избранники прихода. Вот почему я счел благопотребным обратиться к ним с своим архипастырским словом, объясняя им преимущества церковных школ и призывая к помощи священнику в заботах о школе. Напечатав свое обращение в “Епископ. Вед.”, я распорядился, чтобы каждому церковному старосте был вручен и отдельный оттиск моего послания.

Церковным старостам Вологодской епархии

От Никона, Епископа Вологодскаго и Тотемскаго

Призываю, братие, на всех вас, труждающихся для Церкви Божией, благословение Божие.

Святейшему Синоду благоугодно было в последнее время обратить особенное внимание на благоустройство церковноприходских школ. Указом от 31 июля сего года он предписал: установить ежегодные обязательные взносы со всех церквей и монастырей Империи на эти школы и каждый год производить тарелочный сбор также во всех церквах и монастырях в продолжении святок: с 25 декабря но 6 января. Церковныя школы имеют свое начало в глубокой древности. 900 с лишком лет тому назад наш равноапостольный князь Владимир, просветитель Руси, крестив киевлян, повелел обучать детей в школах под руководством священников; в древней Руси, до Императора Петра Великаго, все школьное учение находилось под руководством Церкви. Вот почему вечно блаженной памяти в Бозе почивший Самодержавный Миротворец Император Александр III, в Своих царственных заботах о просвещении народа воскресил замиравшую церковную школу и, по Его державному мановению, в течение последних 26 лет стали быстро возникать по лицу родной земли церковноприходския школы, и число их теперь достигает до 46 000. И ныне благополучно царствующий Самодержец Всероссийский, верный заветам Своего Отца, благочестивейший Император Николай Александрович много раз высказывал Свое Царское благоволение к церковноприходским школам. Кто же должен более всех заботиться о сих школах, как не духовенство и те православные русские люди, которые ближе всех стоят к духовенству – вы, церковные старосты? И мы, архиереи, с благодарным чувством свидетельствуем, что церковные старосты почти везде являются самыми усердными помощниками священникам в их заботах о церковных школах. Спасибо им, добрым ктиторам святых Божиих церквей, что они своим русским сердцем понимают, как эти школы дороги и полезны народу нашему, потому что ведут детей народа под благодатную сень храма Божия и воспитывают их в страхе Божием. К глубокому прискорбию, находятся среди старост, правда, очень немногие, такие, которые не только не сочувствуют церковным школам, но и восстают против них, говорят, что их надо передать земству или министерству, указывают на то, что они тягостны для церквей по расходам на них. Забывают они, эти старосты, что они должны защищать все, что носит на себе имя Церкви, что принадлежит Церкви, забывают, что их обязанность всеми мерами помогать пастырям Церкви в их святых заботах о просвещении народа, помогать и мне как архипастырю Церкви Вологодской в благоустроении церковных школ. Не хотят такие старосты подумать, что, восставая против церковной школы, они возстают против власти церковной, против меня недостойнаго, но Богом поставленнаго их архипастыря. Признаюсь: я этого не ожидал от старост церковных в нашей, всегда мирной, послушной своим архипастырям епархии. Сам я вырос в селе, с детства привык уважать церковных старост, как лучших православных людей в приходе, как избранников всего прихода, и всегда видел, с какою любовию, с каким сыновним доверием относятся они не только к распоряжениям церковной власти, но и к распоряжению своего приходскаго священника. Мы живем, братие, в скорбныя для Церкви Божией времена. Ныне не редкость встретить даже среди именующих себя православными людей, критикующих церковную власть, не желающих ей подчиняться. Скорбно все это видеть. Не так заповедал нам Христос Спаситель наш. Он сказал св. Апостолам: слушающий вас, Меня слушает, и отметающийся вас, Меня отметается. Слова эти относятся и ко всем нам, пастырям Церкви, яко преемникам апостольскаго служения в Церкви, облеченным благодатию священства и архиерейства. И терпим мы, пастыри, всякия поношения и непослушание от своих же словесных овец. И вот что особенно скорбно. Христос сказал: овцы слушают гласа своего пастыря, а наши овцы нередко требуют, чтобы мы их слушали. Терпим мы от неразумных мирян такое непослушание, молимся, чтобы вразумил их Господь; но вы-то, ктиторы храмов Божиих, вы – избранники приходов! Возможно ли допустить, чтобы среди вас находились противники воли своего архипастыря? Если о мирской, гражданской власти, сказано: проявляющийся власти противится Божию повелению, то судите сами: как же можно противиться власти Богом поставленных пастырей и архипастырей? Повторяю: в моей епархии немного таких противников среди церковных старост, и я отечески призываю таковых к послушанию, я прошу их помогать мне в благоустроении церковных школ, я объявляю им, что Святейший Синод разрешил каждый год расходовать из церковных сумм на церковноприходския школы даже без всякаго разрешения от архиерея до 50 рублей, а теперь призывает всех нас и еще больше уделять на это святое дело народнаго просвещения в духе матери нашей св. Церкви православной. Я вынуждаюсь с болью сердца объявить и то, что те старосты, которые будут отказывать церковным школам в посильной помощи, которые будут вредить им, подговаривать прихожан к передаче сих школ в ведение земств или министерства, такие старосты будут мною увольняемы от должностей как ослушники воли епископа, как не радеющие о благе детей своего прихода. Ведь всякая копейка, всякая охапка дров, все то, что даст храм Божий на родную ему церковную школу, все это – Богу приятная жертва на просвещение светом Христовым детей приходских. Пусть от трудовой свечечки, которая горит в храме Божием пред ликом Божиим, загорится огонек и в детской душе, тот огонек света Христова, который согреет душу ребенка познанием заповедей Господних. Знаю, что и храмы Божии имеют свои нужды, но ведь и священник, и архиерей знают эти нужды не хуже, чем старосты: они, конечно, рассудят, сколько какой храм может дать на школу, не обременяя себя. Хорошее дело украшать храмы золочеными иконостасами, но еще лучшее дело украшать душу детскую Христовым учением. Хорошее дело повесить большой колокол, но еще лучше и Богу приятнее научить деток хвалить Бога в храме святом своими нежными детскими голосками. Не худо строить высокую колокольню, но несравненно лучше возвышать детския сердца к Богу научением их молитвам и песнопениям церковным. А всему этому учит наша церковная школа, всего этого требуйте от нея вы, церковные старосты, и вы будете вправе этого требовать, если не будете скупиться уделять, конечно, с согласия священника, некоторыя лепты из церковных сумм на церковныя школы.

Братия! Я еще раз повторяю: враг Церкви Божией, враг Самого Христа незаметно подкрадывается к нам. Берегите детей прихода от его козней! Этот враг – тот, кто учит детей, будто в Церковь Божию незачем ходить, будто Царя не следует почитать, будто и Бога нет… Если, помилуй Боже, есть где такие учителя или учительницы, то ни гроша не давайте на них, пишите о них мне: я не потерплю таких учителей и учительниц…

Милость Божия буди с вами.

№ 42

Два русских князя – защитники идолопоклонства

В одном из моих дневников я отметил, как постепенно подмениваются наши понятия, как хочется кому-то подменить все наше православное миросозерцание, перевоспитать народную православную душу на новый лад… Для этой цели не жалеют никаких средств, все пущено в ход, особенно печать и школа. И дело идет быстрым темпом: даже старики, даже люди, когда-то отстаивавшие наши заветные идеалы, как будто под влиянием какой-то духовной эпидемии, постепенно заражаются новыми понятиями и притом хотят выдавать их за заветы Христа… Не хотелось бы думать, что это – подслуживанье кому-то из власть имущих; ведь и самые благонамеренные “власть имущие” не безгрешны, могут ошибаться, а следовательно, уже в силу самой благонамеренности своей и честнаго отношения к долгу своему, охотно признают свои ошибки. Не нуждаются они в льстецах, готовых защищать их ошибки: напротив, таких льстецов они гонят от себя прочь… Да тут, повторяю, даже и не лесть: тут просто признаки духовной заразы новыми понятиями, в основе коих лежит толстовское непротивление, самый расплывчатый либерализм, коим хочется кому-то подменить Христово учение о любви.

На эти мысли наводят меня многия явления в нашей журналистике. Вот, например, в своем “Гражданине” известный когда-то патриот князь Мещерский, отвечая “Колоколу”, печатает “Открытое письмо храброму борцу за православие, спрятавшемуся под буквами П. К.”. Князь не стыдится открыто стать на защиту постройки в Петербурге идольскаго капища, причем слова “языческия капища” ставит в знаки вносные и подчеркивает, очевидно, находя такое название несоответствующим в отношении буддийской молельни. Очевидно, также, что для него, как и для другого князя-редактора (Ухтомскаго), собиравшаго, как писали, пожертвования на это капище, буддийская вера не есть языческая. У сих господ, кажется, понятия о язычестве совершенно своеобразныя, и спорить с ними безполезно. Для нас же, православных, языческие идолы такая же скверна, как и древний оный Перун. Мы помним сказанное в слове Божием, что “идоли язык – бесове суть”. А где бесы, там и мерзость, там и великое оскорбление нашего православно верующаго сердца. Князья придут в ужас, что я, православный архиерей, говорю это? Не взыщите, ваши сиятельства: в сделку с совестью входить не умею и как учит меня святая Церковь, тако верую и исповедую. Называйте меня, как угодно – верую, что вся православная Русь будет не на вашей, а на моей стороне; ибо она еще не отреклась от учения церковнаго. И уж, конечно, не вам учить Церковь Божию, и ваша брань не страшна нам, верным ея чадам и служителям.

А крепко бранится князь Мещерский. Он величает всех нас, православных русских людей, начиная с высокопреосвященнаго Томскаго Макария, этого глубокочтимаго всею Русью святителя-миссионера, меня и г. Трубникова, горячо протестовавших против капища языческаго в столице, и кончая союзниками, величает “лицемерами-фанатиками”, “узкомозглыми лжесынами Православной Церкви”, “круглыми невеждами”, “донкихотами”, даже “преступниками”, обвиняет нас “в безумной, гнусной по притворству трусости” за нашу мать-Церковь, в “бешеном фанатизме”, в “жажде избиения людей и потоков крови во славу Церкви”, говорит, что мы “требуем небывалаго акта насилия у Государя”… Он дерзает обращать к П. К., а следовательно, и ко всем нам, держащимся строго церковнаго воззрения, грозныя слова Господа нашего Иисуса Христа, обращенныя Им некогда к книжникам и фарисеям: “горе вам, книжники и фарисеи лицемеры, яко внеуду являетесь человеком праведни, внутрьуду же есте полни лицемерия и беззакония!” И эти слова в своем дневнике он повторяет трижды… Мы не будем отвечать ему бранью на брань, мы только напомним ему, что Христос Спаситель был сердцеведец, а он, князь, еще не имеет сего дара. Христос видел и читал в сердцах книжников и фарисеев их лицемерие и беззаконие, а князю еще не дано этого. Почему он думает и на всю Россию кричит, что мы лицемерим и фарисействуем, когда протестуем против осквернения идольским капищем нашего царствующаго града, носящаго имя апостола Петра и стоящаго на местах, некогда освященных стопами благовернаго князя, святаго Александра Невскаго, коего и мощи здесь почивают? Кто дал ему право говорить о нас, будто мы “полны беззакония и лицемерия”? Вы были, князь, в нашем болящем, измученном сердце? Вы видели там наши беззакония? Стыдитесь, ваше сиятельство! Правда, и мы, как и вы, не без греха, но не вам обличать нас в грехах наших. Мы плачем от душевной боли за все то, что творится на несчастной Руси, а вы изволите говорить, будто мы лицемерим, будто мы находимся “в припадке бешенаго фанатизма”… Вы даже клевещете на нас, будто мы “требуем насилия и даже пролития крови над группою буддистов и над строющеюся их молельнею” – да ведь это уж совершенная клевета, клевета непростительная в устах – не иудея какого-нибудь, а благороднаго “потомка великаго Карамзина”, как вы часто любите себя величать! Вы даже не хотите нас признать христианами, вы так и говорите: “вы даже не христиане”, и ссылаетесь на слова Христа Спасителя, не имеющия ни малейшаго отношения к религии: “воздадите кесарево кесареви”… Будда – не кесарь, и мы – не покоренные кесарем иудеи.

Что касается невежества, то позвольте, князь, вернуть это обвинение с большим правом по вашему адресу. Вы изволите уверять нас, что “буддисты не язычники, а чтущие столетиями единаго Бога”, а того и не подозреваете, что сии буддисты никакого единаго личнаго Бога и не признают. Вы уверяете нас, будто они “от своего Будды воспринимают для жизни заветы веры, нравственности и любви к ближнему, совершенно одинаковые с теми, какие проповедует Христова Церковь”. Ах, князь, позвольте вам доложить, что просто стыдно за вас: вы-то и есть “круглый невежда”, не умеющий отличить божественнаго откровения Христова от бредней индийскаго царевича, вы-то и не подозреваете, что чрез это становитесь рядом с некиим лжецом Нотовичем, измыслившим целую книгу с целию доказать, что Христос Спаситель все позаимствовал у буддистов в Своей молодости, но ведь это уж – простите – даже и не невежество, а хула на Духа Святаго… Ведь если учение Будды “совершенно одинаково” с учением Христа, то зачем и приходил на землю Христос? Зачем и умер, и воскрес? Ведь вот до чего можно договориться, князь, – до полнаго отречения от Христа… Советуем вам почитать о том, что такое буддизм в сочинениях покойнаго Никанора, архиепископа Одесскаго, архиепископа Нила Ярославскаго, архиепископа Вениамина Иркутскаго, протопресвитера Аквилонова и профессора Ал. Ив. Введенскаго в его докторской диссертации. Если же эти сочинения покажутся вам слишком тенденциозными, как писанные служителями Церкви, то загляните хоть в книгу И. А. Подгурскаго о буддизме и проф. Рис Девиса… Очевидно, ничего вы из сей литературы не изволили читать, а судите о буддизме с видом знатока предмета и учите нас, что учение Будды “одинаково” да еще “совершенно одинаково” с учением Христа… Ах, князь! Как жаль вас, как стыдно за ваше поистине “круглое” невежество в сем деле!..

Вы становитесь настоящим адвокатом буддистов: вы называете их “безвредными и кроткими”, вы ссылаетесь на их якобы “уважение” к православной Церкви, как на отличительную будто бы черту буддизма, вы уверяете, что никакой опасности от пропаганды буддизма не может быть. Но и мы не говорим о такой опасности: мы говорим лишь о соблазне. Нет сомнения, что найдутся в среде нашей интеллигенции и такие, которые пойдут в идольское капище, правда, из празднаго любопытства, но если бонзы какие там будут жрецы, предложат им, особенно дамам, кинуть на горящие уголья горстку благоуханных трав, то не задумаются исполнить такой обряд: “что ж-де тут преступнаго? Надо уважать и чужую религию, хотя бы она была и заблуждением”… А того не вспомнят сии новые идолопоклонники, что во времена оны древния именно вот этого приличия и требовали от христиан но крепкие духом святые мученики отдавали свои руки на сожжение, а желания язычников не исполняли. Таков был св. Варлаам, котораго прославил в своем слове св. Василий Великий за то, что тот не сбросил со своей руки фимиам, когда язычники держали его руку над горящими углями, пока все персты руки не отпали… А мы знаем примеры из нашего времени, что такое “уважение” чужой вере оказывалось нашими православными… Бог им судия!

Но, повторяю: дело не в опасности “пропаганды”. Дело в глубоком оскорблении религиознаго чувства православно верующих. Видеть идолов в родной столице, идолов, коих отцы наши низвергали и влачили по земле, видеть идольское капище, за разорение каковых Церковь прославляет многих святителей, видеть всю эту мерзость на стогнах царственнаго града, – вот что обидно для нас. Мы не препятствуем идолопоклонникам кланяться своим идолам в их жилищах, но публичное оказательство такой, по нашим убеждениям, нечестивой веры, такого служения, идолам или бесам – для нас это одно и то же, – видеть капище, возвышающееся превыше наших храмов православных, – вот что невыносимо для нас! И ужели протест, простой протест против сей, повторяю, мерзости языческой, ужели заслуживает того, чтоб нас обозвали “фарисеями, полными беззакония и лицемерия”?.. Пожалейте, князь, русских православных людей! Ужели вам какие-то идолопоклонники дороже нас, миллионов православных?