Вагон чудес

Паровоз все пыхтел, выпуская клубы пара, а Федя все оглядывался по сторонам в поисках младшего брата. Но тот словно сквозь землю провалился, а ведь им следовало поторопиться, иначе состав отправится без них.

Некоторые проводники уже забирались в вагоны, не надеясь на новых пассажиров, как вдруг показалось знакомое клетчатое кепи, и сердце Феди бешено заколотилось.

– Где ты ходишь? – он схватил брата за плечо, но тут же спросил, увидев испуганное, немного виноватое личико, – что случилось?

– Я не виноват, честное слово! Это все ветер, я тут ни при чем.

– Что ветер? – но Федя уже догадывался, что мог ветер унести.

– Я держал его крепко-крепко, – Витя для наглядности еще крепче зажмурился, – но тот бельчонок в последнем вагоне, он видимо заодно с ветром, он меня отвлек, на него нельзя было не засмотреться, а когда я опомнился, билет уже перемахнул через крышу поезда!

– Эх, ты, – Федя с досады сдвинул кепку брату на глаза, – белок что ли не видел? Что нам теперь делать? Где взять деньги на еще один билет?

– Это не просто белка, – сопел мальчик, поправляя кепку, – зуб даю, она умеет разговаривать!

Но Федя уже не слушал, обдумывая план действий. Еще раз оглядев перрон, мальчик выбрал вагон, проводник которого был занят с другими пассажирами, что-то у них не сходилось с багажом.

– Не привлекаем внимания, – подмигнул младшему брату.

– У вас оплачен только один багаж, – устало повторял проводник пузатому гражданину, – сколько можно повторять.

Проводник уже готов был закатить глаза, как Федя ловко сунул ему свой билет под нос, а Витя уже прошмыгнул в вагон, да так незаметно, что даже старший брат не увидел.

Федя угрюмо наблюдал за проплывающими мимо пейзажами, что-то теперь будет. И как так вышло? Он, как и многие до него и после, был уверен, что уж с ним такого не случится, уж он-то точно все предусмотрел. Но жизнь распорядилась по-своему и не обошла своей темной стороной братьев.

По случаю грядущих праздников Павел Петрович дал даже больше обещанного и два огромных леденца в придачу.

– Ну, охламоны, будьте здоровы, да передавайте привет вашей матери, да низкий поклон, – он посмеивался в длинную бороду, отчего весьма смахивал на деда мороза, Витя тот и вовсе не мог оторвать от него глаз и частенько говорил старшему брату:

– Помяни мое слово, он точно самый настоящий Дед Мороз!

– Как же, а в свободное от волшебных дел время подрабатывает булочником.

– Он не просто булочник, – авторитетно заявлял Витя, – а волшебник! Ты только посмотри на пенку в кофе, которое он подает, она же словно пушистые облака! а пар, поднимающийся из кружек? Ты видел, как он закручивается невероятными узорами, разве в других кондитерских ты увидишь такое?

Глаза мальчика горели радостным предвкушением, на что Федя скептически хмыкал, но не мог отрицать, что пар был действительно весьма затейлив.

– У всех свои хитрости для таких простачков, как ты, чтобы клиентов привлекать, все из кожи вон лезут, конкуренция как никак, – Федя со знанием дела подтягивал штаны и важно крякал, как некогда их старый дедушка, и младший брат умолкал, наступала точка в разговоре. До следующего раза.

Ребята почти каждые выходные проводили в кондитерской Павла Петровича, подрабатывали, как могли, за что добродушный хозяин пекарни неплохо им платил, и обязательно угощал сдобными булочками и горячим чаем.

– В память о вашем отце, – говаривал он, на что мальчики серьезно кивали, но не сильно огорчались, ведь они были еще малышами, когда отец так и не вернулся с войны, и почти не помнили родителя.

Им важнее всего теперь было помогать матери, которая в последнее время сильно расхворалась, а теперь и вовсе слегла. Врачи приходили и уходили, советовали разные лекарства, при чем каждый назначал совсем другое, и маленький их домик уже походил на аптеку, а запах лекарств пропитал все вокруг.

Один из последних приходящих врачей вселил надежду в мальчиков. Он рассказал о лекарстве, которое вмиг поставит их мать на ноги, но, когда назвал цену, женщина лишь обреченно покачала головой, а Федя же твердо вознамерился заработать на него.

– Это же плевое дело, мам, – махнул он рукой, – мы с Витькой быстро справимся.

Это, конечно, он преувеличил, но так хотелось подбодрить совсем изможденную мать, что сам в это поверил.

И сегодня, заработав невероятно большие по их меркам деньги, они просто-напросто все их потеряли. А теперь еще и приходится прятаться от проводников, ну как им объяснишь, что, билет-то был, просто они его потеряли, а купить новый не могут, но им обязательно сегодня нужно попасть домой, мать у них там одна совершенно.

Федя совсем загрустил, сложил руки на подоконник, положив на них подбородок, принялся считать пролетающие мимо снежинки. Дело конечно бесполезное, потому как сосчитать их невозможно, летящих и кружащихся вокруг спешащих вперед вагонов, но хотя бы занятие это прекрасно отвлекало от не радужных мыслей.

– Вот увидишь, все наладится, – тихо начал Витя, – впереди новый год, а Павел Петрович настоящий волшебник, вот увидишь, он что-нибудь придумает.

– Сколько раз тебе повторять, – Федя легонько тряхнул брата за плечи, – чудес не бывает! А Павел Петрович хороший человек, но он обыкновенный, а не волшебный!

Витя насупился, а старший брат вернулся к своему занятию.

– Федь, – снова услышал он тихий голос, – Федь.

Федя хотел отмахнуться, но стоило ему повернуться, как он оторопел. На противоположном кресле расположился самый настоящий бельчонок и взирал на братьев с явным любопытством. Они вторили ему в ответ, на него и правда нельзя было не засмотреться.

Передние зубы зверька выдавались вперед, да так сильно, что спрятать их видимо не представлялось возможным, из-за чего мордочка походила на заячью, глаза большие с веселыми искорками смотрели с хитрецой и словно переливались изумрудами, но пушистый хвост и уши с кисточками ни с чем спутать было нельзя.

– И откуда ты такой взялся, – пришел в себя Федя, хохотнув, – из цирка что ли сбежал. Нет, ты посмотри на него.

Федя совсем расхохотался.

– Разве внешность так важна? – нисколько не обидевшись, спросил бельчонок, а Федя поперхнулся.

– Извини, конечно, не знаю, что на меня нашло, – Федя в общем-то был мальчиком незлобивым, но после сегодняшних перипетий ему вдруг безумно захотелось кому-то насолить, вот и досталось бельчонку, – будем знакомы?..

Мальчик осекся, и братья переглянулись.

– Я так и знал, что ты умеешь разговаривать! – Витя рассек кулаком воздух, – и ветер значит ты подговорил?

Бельчонок подтянул салатовые штаны, хоть они и были на подтяжках, и ответил:

– Мы с ветром давние друзья, но я точно ни о чем таком его не подговаривал.

– Слушай, – Федя заговорщически придвинулся к зверьку, – а ты бы не хотел нам помочь? Работёнка непыльная, а нам бы подмога не помешала.

На лице Вити отражалось непонимание, а бельчонок упер лапки в боки.

– Я знаю, ребята, что вы в помощи нуждаетесь, но, чтобы эксплуатировать старого Шустрика, не дождетесь!

Последний слог он произнес с присвистом и лихо рванул из вагона.

– Скорее за ним! – крикнул Федя, а Витя на бегу все еще недоумевал:

– Но что случилось? Почему он убежал?

Ребята старались не привлекать к себе внимания и не бежать галопом, да только бельчонок весьма проворно улепетывал по вагонам, только мелькали салатовые штанишки.

– Да ты действительно самый настоящий шустрик! – простонал Федя, останавливаясь перевести дух в очередном вагоне. Они так увлеклись погоней, что и не заметили, сколько вагонов проскочили, благо проводника не встретили, а то пришлось бы им туго.

– Ну, так что такое, Федь? Что ты хотел ему предложить?

– Ой, Витя, ну что ты за тугодум! Представляешь, сколько бы нам дали за говорящего бельчонка в цирке? Да мы бы в миг поставили маму на ноги, пятьсот бы таких лекарств купили!

– Но он бы там сидел на цепи! Животным в цирке не сладко приходится, как ты мог такое ему предложить?

– Ну, знаешь ли, если бы кто-то не зевал, денежки наши целыми бы были!

Нижняя губа затряслась, глаза покраснели и наполнились слезами.

– Ладно, извини, – Федя неловко приобнял брата, – я не хотел, мы оба виноваты, эх, что уж теперь.

– Нет, ты посмотри, где это мы? – Витя утер ладонью нос, вмиг позабыв, что чуть было не расплакался намедни, и уже увлеченно вертел головой, глаза горели предвкушением.

– И куда это мы едем? – Федя же в панике заглядывал в окна и никак не мог узнать пейзаж: сплошные сугробы, да редкие ели мелькали за окнами, вдали же можно было разглядеть горы, хоть и снег шел не переставая.

В конце вагона горели изумрудами глаза бельчонка.

– Вот ты где! – мальчишки кинулись к нему, тот в следующий вагон, они за ним, но тут же резко затормозили и покатились кувырком по блестящему полу.

– Как думаешь, выйдут из них хорошие помощники? – пробасили над ними.

Ребята снизу-вверх взирали на высокого старца с длинной седой бородой до пояса словно усыпанной снегом, пушистыми усами, да расписном кафтане. На носу его сидели круглые очки, через которые он с интересом поглядывал на пришельцев яркими голубыми глазами, в которых можно было даже заметить проплывающие белые облачка, как на чистом небосклоне.

– Не обманула ли тебя на этот раз интуиция? – продолжал спрашивать Дед Мороз у Шустрика.

Бельчонок с крайне серьезным видом отвечал:

– Нет, думаю, толк от них будет.

Братья же только и могли, что крутить вокруг головами, да охать от изумления. Много доводилось видеть им мультиков о мастерской Деда Мороза, но такого даже Федя себе представить не мог, настоящий вагон чудес, по-другому и не скажешь.

По периметру всего вагона трудились маленькие существа, очень напоминающие собой снежинок, около пыхтящих, то и дело выпускающих клубы разноцветной блестящей пыли, печей. Если приглядеться, можно было легко заметить, как ловко снежинки—человечки крутят волшебными палочками и прямо из воздуха появляются все новые замысловатые игрушки, да каждая интереснее другой, затем отправляются в печи и уже выходят яркие и новенькие в сверкающем облаке волшебной пыли. Там уже их подхватывают кролики в разноцветных костюмах, деловито заворачивающие подарки каждый в свою особенную упаковку и, присвистывая, взмахом кроличьей лапки отправляют презенты наверх. Наверх? Ребята заворожено подняли головы и вовсе раскрыли рты.

Вместо потолка – настоящее снежное небо, да непростое, а проносящаяся карта с городами и селами, с маленькими и большими домиками, куда по волшебному пути, устланному блестящей пылью, отправлялись подарки ждущим адресатам.

– Помнишь, Петька рассказывал о какой-то чудо-снежнике и санях Деда Мороза, все еще тогда не поверили конечно ему, но, неужто это правда? – первым пришел в себя Федя.

– А я поверил! – пролепетал Витя, а старший брат только усмехнулся, уж кто-кто, а Витя верил в чудеса, хорошо это или плохо, Федя не знал, но на всякий случай каждый раз спускал брата с небес.

– Ну, что, будете помощниками Деду Морозу?

Ребята повернулись к Шустрику и с готовностью ответствовали, Витя даже встал по стойке смирно:

– А что нужно делать?

– Отправлять письма, – видя недоумение на маленьких лицах, бельчонок пояснил, указывая в правый угол, – видите вон там большой пузатый мешок? Вот это самое главное, оттуда письма поступают прямиком снежинкам, затем готовые подарки кроликам, а дальше они держат путь к своему счастливому обладателю.

Приглядевшись, на волшебных печах можно было увидеть, как имена и адреса ловко сменяют друг друга, как и подарки, идущие веселым хороводом прямо в лапки кроликам.

– Писем в этом году выдалось много, и вы нам поможете быстрее подготовить подарки. Тут главное, что запомнить, каждая снежинка отвечает за свой регион. Через печь с красноватыми клубами дыма подарки отправляются в жаркие южные регионы, вон та голубоватая печь отправляет подарки прямиком на север, зеленоватая – в средние регионы, ну а оранжевая в центральные. Не волнуйтесь, каждое письмо уже помечено нужным цветом, вам остается только опускать их в нужный отсек.

Ребята увидели возле переливающегося красными блёстками мешка с письмами отверстия, как в почтовых ящиках, только разных цветов, но все равно немного растерялись.

Бельчонок рассмеялся и с присвистом добавил:

– Все у вас получится, не волнуйтесь вы так.

Витя тут же принялся за дело, а Федя немного потупился, но все же не удержался и повернулся к бельчонку:

– Ты не думай, я не хотел тебя продавать за деньги, ну, не то, чтобы не хотел, в общем… – мальчик стал совсем пунцовым, и Шустрик, похлопав его по плечу сказал:

– Ничего, главное вовремя это осознать, а еще лучше понимать, что не все способы хороши для достижения своей цели, и не перейти тонкую грань между темной и светлой стороной бывает не под силу даже взрослым.

Мальчик улыбнулся и с легким сердцем принялся помогать брату.

Сначала было сложно, а ну как перепутаешь адрес, но потом дело пошло споро, и ребята так увлеклись, что даже Федя веселился наравне с младшим братом.

Как вдруг, прямо из ниоткуда на полупрозрачном облаке к ним подплыли две чашки горячего шоколада, да с миндальным печеньем, Федя облизнулся в предвкушении, как вдруг встрепенулся:

– Но когда же мы попадем домой? Мама там совсем одна, мало того болеет, так и за нас еще начнет переживать.

– Не волнуйтесь, – улыбнулся Дед Мороз, и то ли это была игра света, то ли на самом деле так и было, но на какое-то мгновение ребятам показалось, что перед ними стоит Павел Петрович, – мы уже почти прибыли, матушка ваша конечно заждалась, но вы сумеете ее порадовать.

Взмахнул своим посохом старый волшебник, ударил три раза об пол, как появился большой мешок подарков возле ребят.

– А это, – он подал флакон с зеленой жидкостью Федору, – передашь матери, да смотри не потеряй.

Бельчонок приоткрыл перед ними дверь и весело подмигнув, сказал:

– До встречи в новом году!

Братья не успели ответить, да и опомниться, как поезд уже тормозил у их станции, а ледяных вершин, завывающей метели и след простыл, как и волшебного вагона чудес. Если бы не мешок с подарками, да драгоценная склянка в кармане, можно было легко подумать, что все это им приснилось.

Пассажиры торопились на выход, задевая и толкая друг друга, но мальчишкам теперь все было ни по чем, они спешили домой, строить свою счастливую сказку.