Агнесса и Тайна Зеркаландии

– А что это за Книга Судьбы? – навострила уши Агнесса, боясь потерять каждое слово.

– О, это удивительная книга! – чуть ли не пропела хранительница и прижала руки к груди. – Там хранится подробная информация о каждом рожденном человеке не только при жизни. Но и после его смерти, – последнюю фразу миссис Кэрролл почему-то произнесла шепотом и осмотрелась вокруг, словно хотела убедиться, что за ними никто не следит.

Литтафины вытянули шеи, но быстро поняли, что им все равно не дотянуться и не разобрать, что она скажет. Хранительница наклонилась к девочке и прошептала на ухо, что великая книга находится в специальной секретной комнате, куда и предложила пройти.

Между шестым и седьмым блоком миссис Кэрролл повернула налево и пошла вдоль стеллажей, большая компания последовала за ней. Они шли до тех пор, пока хранительница не остановилась между стеллажами «2000» и «2001», стоящими возле стены.

– Если мне не изменяет память, кажется, она находится тут. Разве можно выбрать более потрясающее место, как не смену тысячелетий? – задала она вопрос, скорее всего, самой себе и глубокомысленно посмотрела наверх, словно что-то вспоминала.

В Большом Хранилище Жизней стеллажи никогда не ставились впритык друг к другу, между ними всегда сохранялось небольшое пространство – экономить на месте считалось дурным тоном. Это нужно для того, чтобы видеть четкое разделение между годами. На свободные участки стены в золотых рамах под тончайшим стеклом помещали самые удивительные истории или портреты талантливейших представителей искусства.

– Кажется, в прошлый раз здесь висела история Гомера, а сегодня портрет Микеланджело. Впрочем, это не важно, – она подошла к стене, ощупала ее, несколько раз постучала кулаком и прислушалась, как будто ей нужно твердо знать, что за стеной ничего и никого нет. – Да, я абсолютно уверена – это она.

Агнесса и литтафины замерли на месте и молчали, только Вайлет поправляла крупный белоснежный бант на фиолетовом платье.

– Ну, что застыли, как памятники? Вот мы и пришли, – гордо произнесла миссис Кэрролл.

– Но это же стена… – недоуменно сказала Агнесса и уже приготовилась разочароваться, но не успела.

– Не торопись, милая, – мягким тоном сказала Эмилия Кэрролл. – Никогда не торопись! Это не просто стена, а особенная стена.

Хранительница отошла на шаг назад, вытянула вперед правую руку и нарисовала в воздухе три звезды разных размеров, затем обвела их кругом против часовой стрелки и с придыханием произнесла:

– Конфестим апериант!

Агнесса внимательно следила за тем, что же произойдет, но через пару мгновений возникло небольшое облако белого дыма, которое переливалось миллионом серебристых блесток, а когда облако испарилось, она увидела, что стена… растаяла. Как, собственно, растаяла и рама вместе с портретом Микеланджело, которая висела совсем недавно. Вместо этого перед ними возникла полупрозрачная дверь из неизвестного материала, за которой, тем не менее, ничего не было видно.

Не успела Агнесса прийти в себя, как миссис Кэрролл произвела еще какие-то хитрые манипуляции с дверью, но она ничего не разглядела, так как находилась в полном недоумении и замешательстве. Хрум наблюдал за ее реакцией и захихикал в кулачок. Агнесса уже хотела толкнуть его в бок, чтобы он не смеялся над ней, но не успела, так как в это время прозвучал непонятный треск, и миссис Кэрролл толкнула дверь вперед.

– Секретная комната открыта, добро пожаловать! – Эмилия пригласила всех пройти внутрь, обрадованная тем, что ей удалось вспомнить детали и подробности открывания секретной комнаты, ведь уже несколько десятилетий она сюда не заглядывала.

Небольшая квадратная комната, стены которой полностью оклеены серебристой фольгой, произвела неизгладимое впечатление на девочку. Посередине находился невысокий постамент, выполненный из чистейшего горного хрусталя, а на нем лежала загадочная и невероятная Книга Судьбы. Агнесса лишь мельком успела взглянуть на нее, а по спине уже побежали мурашки. Книга оказалась просто огромная, ее размеры составляли примерно метр на полтора и, понятное дело, чтобы открыть ее, без помощников никак не обойтись.

Справа от Книги Судьбы на таком же хрустальном столике стоял необычный темный светильник в форме куба с серебристой окантовкой по краям, а на каждой стороне красовались маленькие круглые отверстия. Внутри светильника стояла полупрозрачная цветная пленка, которая постоянно вращается вокруг своей оси. Миссис Кэрролл включила светильник. Странная пленка завертелась, отразила свет, и по всей комнате побежали цветные полосы, а в них замелькали и запрыгали разные тени, создавая картинки. Девочка сразу узнала известные сказочные эпизоды и, конечно, любимых героев. Секретная комната погрузилась в неповторимую волшебную атмосферу.

– Ух ты, какая невероятная красота!.. – ахнула Агнесса и на мгновение совсем забыла, зачем пришла в самое загадочное место.

Миссис Кэрролл дождалась, когда девочка насладится сказочными картинками, и таинственным шепотом произнесла, жестом указав на постамент:

– Вот она, знаменитая Книга Судьбы!

Книга была прекрасна и уникальна, ручной работы, и от нее исходила удивительная энергетика. Агнесса сразу заметила, что и в самой секретной комнате стоит какая-то изумительная, располагающая атмосфера.

Невероятно красивая обложка книги, выполненная мастером своего дела, притягивала взгляд. Она была сделана из светло-коричневого материала с едва заметным орнаментом из неизвестных символов, а по краям ее украшали вставки черного цвета из настоящей крокодильей кожи. Название книги выложено из настоящей алмазной крошки и переливалось миллионами огоньков, так что Агнессе немедленно захотелось прикрыть лицо руками, боясь, что она ослепнет от слишком яркого света.

– Великая Книга Судьбы, которая знает все на свете про каждого человека, – восхищенно произнесла миссис Кэрролл и застыла в умилении, но вскоре очнулась от нахлынувшей эйфории. – Ну, милая, про кого ты хочешь что-либо узнать?

Агнесса оживилась и подошла ближе. Девочка потопталась на месте, раздумывая, хочет ли вообще знать что-либо, ведь никому не известно, какая информация ее ждет: хорошая или плохая.

– Ну же, смелее! – подстегнула хранительница.

– Я бы… хотела… я бы хотела узнать про папу, – неуверенно произнесла Агнесса, и ее глаза заблестели. Еще немного, и первая слезинка покатится по щеке, но девочка собрала волю в кулак и не позволила себе расклеиться.

– Так, как зовут папу? Что-то память совсем подводит меня, – пробормотала Эмилия Кэрролл.

– Стивен. Стивен Паркер.

– Так-так-так, Стивен Паркер, – повторила миссис Кэрролл, чтобы не забыть только что озвученное имя и обратилась к своим верным помощникам. – Ну-ка, ребятки, помогите открыть книгу.

Литтафины, находившиеся рядом, были наготове, словно только того и ждали, когда потребуется их помощь. Они быстро попрыгали на постамент, собрались с силами, поднатужились и раскрыли книгу, перевернув великолепную тяжелую обложку.

Перед взглядом Агнессы возникла первая страница книги, представляющая собой нечто необыкновенное. На светло-коричневой страничке, разрисованной необычным орнаментом, находился, казалось бы, самый обыкновенный алфавит. Однако каждая его буква, выполненная из настоящего золота, лежала на отдельном черном квадратике, а наверху, в длинном золотом окошке, находилась пустая строка.

– Нужно из букв набрать имя твоего отца, – произнесла хранительница.

Миссис Кэрролл поднесла руку к первой букве. Она отделилась от квадратика и приподнялась в воздух, а хранительница жестом перетащила ее по воздуху в пустую строку. Со всеми остальными буквами произошла такая же история, пока в строке не появилось имя: Стивен Паркер. Агнесса обратила внимание, что при этом все буквы алфавита остались на своем месте.

После того как хранительница набрала имя, на странице напротив строки, словно из воздуха, появилась небольшая кнопка в виде звезды, которая светилась голубым светом. Миссис Кэрролл нажала на нее, и книга зашелестела миллионом страниц. Вокруг постамента поднялся настоящий вихрь, и Агнесса прикрыла голову руками, чтобы не растрепались аккуратно уложенные прямые волосы. Поиски нужной страницы прекратились, и перед взором девочки предстал разворот из тончайшей серебристой фольги с историей ее отца. На левой странице в красивой раме находился портрет Стивена Паркера.

– Папа! – закричала Агнесса и склонилась над книгой.

Мистер Паркер вдруг улыбнулся, подмигнул дочери и бодрым голосом спросил:

– Как дела, доченька?

– Хор-ро-шо, – растерянно произнесла Агнесса. Она никак не ожидала, что портрет отца заговорит человеческим языком, однако решила не терять ни минуты и засыпала давно волнующими ее вопросами. – Что случилось, папа? Куда ты пропал, где ты находишься?

– Я сам очень желал бы это знать! Я выходил после работы из редакции и как всегда собирался идти домой. Вдруг подошли какие-то странные люди, усадили меня в черный автомобиль, после чего я очнулся уже в этой непонятной, темной и безумно холодной комнате, где ни зги не видно, – подробно ответил отец, и вдруг изображение мистера Паркера исчезло.

– Папа, папа! – звала Агнесса, пытаясь вернуть отца, но все попытки оказались тщетны. От беспомощности она повернулась к миссис Кэрролл, и на ее глазах заблестели яркие слезы.

– Ну что ты, милая, перестань, – принялась утешать ее хранительница. – Твой отец жив и здоров, а это уже хорошие новости.

– Но я даже не знаю, где он находится! – воскликнула девочка.

– Он и сам не знает. Но я все-таки догадываюсь, где может быть это темное место, – миссис Кэрролл перешла на шепот.

– И где же? – так же шепотом спросила Агнесса и чуть ли не превратилась в одно большое ухо.

– В стране Зеркаландия, – ответила она и перевела взгляд на книгу, и девочка последовала ее примеру.

На правой странице располагалась информация о владельце портрета, которого до сих пор не было на месте: имя и фамилия, год и место рождения, способности и талант, если таковой имелся. В правом верхнем углу находилась фотография бутылочки, в которой хранилась история его жизни.

– Каждый человек в течение жизни делает три главнейших выбора. Первый выбор он совершает, когда выбирает образование. Второй – когда решает, где будет трудиться, и третий, пожалуй, самый важный, когда выбирает партнера, с которым будет создавать семью, – посвятила Агнессу в тайны жизни хранительница. – Если все три выбора правильные, человек идет своим предначертанным путем, его судьба исполняется, а бутылочка загорается серебристым светом. Кстати, именно поэтому внутри она поделена на три уровня при помощи очень тонкого стекла, которое невооруженным взглядом невозможно заметить. Но если человек совершает грубейшие ошибки, она заполняется черным дымом. Вот, посмотрим.

Миссис Кэрролл взмахнула рукой, и бутылочка мистера Паркера приняла вертикальное положение, при этом она имела объем и выглядела, как настоящая. Но Агнесса догадалась, что это, конечно, всего лишь копия.

– Видишь, она полностью светится, – жестом указала на бутылочку хранительница. – Это говорит о том, что твой папа совершил три правильных выбора и совершенно точно идет по своему пути, выполняя заложенное свыше предназначение.

Агнессе было крайне приятно слышать такие слова о любимом отце, и она засияла улыбкой.

– Раз уж мы находимся в секретной комнате, посмотрим страницу Алвиса Голдмана. Его странная смерть никак не дает мне покоя, – произнесла миссис Кэрролл и тяжело вздохнула.

Книга снова зашелестела, но на этот раз вихрь был гораздо меньше, и вернулась на первую страницу с алфавитом. Миссис Кэрролл быстро набрала имя министра, нажала на звездочку и через пару мгновений застыла на развороте, где расписана история его жизни. Первое, на что взглянула хранительница, это левая страница, на которой вместо портрета чернела пустота.

– Я так и знала! – воскликнула Эмилия Кэрролл, всплеснула руками и нервно зашагала по комнате.

Литтафины оживились, все вместе уставились на хозяйку, а потом Радди выступил вперед и произнес:

– Миссис Кэрролл, мы же говорили вам, что на естественную смерть это совсем не похоже…

– Знаю-знаю, – быстро заговорила хранительница. – Но нельзя же так просто делать поспешные выводы!

– Все было довольно очевидно, он обладал прекрасным здоровьем, – спокойным и рассудительным тоном сказал Радди.

Агнесса слушала разговор и совершенно не понимала, о чем идет речь. Миссис Кэрролл взмахнула рукой и произнесла:

– Ладно, посмотрим на бутылочку.

Однако хрустальная бутылочка не приняла, как ей полагается, вертикальное положение, вместо нее возник лишь призрачный силуэт.

– О, – простонала миссис Кэрролл. – Бедный Алвис! Он умер, но его душа не может обрести покой. И это будет продолжаться до тех пор, пока не будет разгадана тайна его смерти…

– И где же бродит его душа? – осторожно спросила Агнесса.

– Подозреваю, все в той же Зеркаландии. Это просто какая-то обитель зла, все проблемы и невзгоды родом оттуда, – призналась Эмилия Кэрролл.

Агнесса стояла в нерешительности и смотрела на книгу. На лице маленькой гостьи появилось такое озабоченное выражение, словно изнутри ее что-то сильно мучило и особенно волновало, но она очень боялась задать раздирающий душу вопрос.

– Ты хочешь что-то спросить? – догадалась хранительница, посмотрев на девочку.

– Да, очень. А можно… взглянуть на… мою судьбу? – шепотом проговорила она, и ее большие глаза стали просто огромными.

– Увы, моя хорошая, нельзя. Ни один человек не должен знать свою судьбу, не должен знать наперед, что с ним произойдет, иначе он полностью перепишет историю жизни, и страшно представить, что с ним будет. Потому что все может измениться в самую худшую сторону. И вообще, как продолжать жить, зная, что с тобой произойдет завтра? Каждый должен сам пройти свой путь, следуя зову сердца, повинуясь таланту и мечте, – миссис Кэрролл понизила голос и произнесла, четко выговаривая каждое слово. – Но я могу сказать, что в тебе есть божья искра, Агнесса. Не предавай ее, пожалуйста.

– А что такое «божья искра», миссис Кэрролл? – поинтересовалась девочка, потому что никогда прежде не слышала такое красивое выражение.

– Это талант, милая, – коротко ответила Эмилия Кэрролл. – Дар или способность, посланная тебе свыше.

– А как это – «не предавать»? – уточнила Агнесса, чтобы убедиться в том, что она правильно понимает то, о чем говорит хранительница.

– Видишь ли, многие люди с годами утрачивают заложенную искру, – грустно проговорила миссис Кэрролл. – Особенно, когда идут к своей мечте слишком долгое время. Когда возникает множество препятствий, потихоньку они теряют веру в себя, а искра угасает. Это очень печальное зрелище, Агнесса. Мне всегда безумно жаль такого человека, но я ничего не могу поделать, чтобы это изменить.

– Неужели совсем невозможно помочь? – спросила Агнесса, потому что всегда искренне верила, что из любой ситуации можно найти выход.

– Разжечь эту искру может только он сам, изнутри, – прошептала Эмилия Кэрролл и подняла в воздух указательный палец. – Главное – нужно снова поверить в себя и свои силы, а это далеко не просто, особенно если нет поддержки близких людей. Всегда продолжать идти вперед, несмотря ни на какие преграды, а их будет вагон и маленькая тележка! Падать, вставать снова, пытаться тысячу раз, если, конечно, мечта или высшая цель, которые человек стремится воплотить в жизнь, заслуживают внимания и уважения.

Миссис Кэрролл замолчала, с грустью посмотрела на книгу, о чем-то задумалась, словно что-то вспомнила, а потом сказала:

– Пора уходить. Но прежде чем мы покинем секретную комнату, мне нужно взглянуть на одну страничку, – она посмотрела на гостью, поправила очки и ласковым тоном попросила: – Агнесса, подожди за дверью, пожалуйста. Это секретная информация, предназначена только для меня.

– Хорошо, миссис Кэрролл, – ответила девочка и направилась на выход. Едва Агнесса приблизилась к двери, как она бесшумно отворилась, а когда гостья переступила порог, тотчас вернулась в исходное положение.

Миссис Кэрролл быстро набрала в строке «Агнесса Паркер» и дождалась, когда книга найдет нужный разворот. Она пробежалась взглядом по странице и пробормотала себе под нос:

– Так-так, интересно… Значит, способностями она наделена писательскими, талант – литература, жанр – детская сказка… Изумительно, просто изумительно! О, да тут появилась новая графа…

На странице Агнессы Паркер голубоватым оттенком светилась новая и крайне редкая графа под названием «Пророчество». Она появлялась всего несколько раз в столетие и только у тех людей, которые должны оставить след в истории человечества. Миссис Кэрролл внимательно изучила запись и впервые узнала, что Агнессе в будущем предстоит не только прославиться, но, кроме того, на ее долю выпала честь выполнить Великую Миссию.