Контактер. Книга 2. Виляя хвостом

Глава 1

1

Маршрутный автобус отъехал от остановки общественного транспорта, с шумом выпустив из выхлопной трубы несколько клубов сизо-грязного, со специфическим запахом дыма.

Артём, только что сошедший с этого «чудесного» средства передвижения и насладившись «ароматом», оставленным его выхлопной системой, мысленно пожелал «всего наилучшего» лицу, которое отвечало за техническое состояние данного транспорта и выпустило его на маршрут.

Повернувшись на сто восемьдесят градусов от удаляющегося автобуса, молодой мужчина бодрым шагом двинулся в сторону близлежащих к остановке жилых многоэтажных домов.

Он шёл и радовался летнему, ясному, солнечному утру, свежему и озорному ветерку, так приятно обдувающему сейчас его лицо, а также тому, что впереди был ещё практически целый месяц до начала дождливой и унылой осени.

Обойдя возвышавшиеся многоэтажки, он увидел показавшееся здание «родного» Районного Отдела Внутренних Дел, у входа в которое наблюдалась какая-то необычная активность.

Хорошее и безмятежное, утреннее настроение Артёма постепенно улетучивалось по мере приближения к вышеназванному строению.

Открыв железную дверь и войдя внутрь, он взмахом руки поприветствовал находящихся за большим, стеклянным окном сотрудников дежурной части:

– Здорово. Как дежурство?

– Бывало и лучше, – недовольно ответил оперативный дежурный майор милиции Николаев. – Весь личный оперсостав собирается в кабинете заместителя начальника уголовного розыска Казакова. Поэтому давай, Долгов, дуй туда.

– А что так официально? Что-то случилось?

– Уже устал всем повторять, – измученным тоном заметил дежурный. – Тебе сейчас твое руководство всё объяснит.

– Понятно.

Артём быстро поднялся на второй этаж, прошёл по петляющему коридору до нужного кабинета и, быстро постучав, открыл входную дверь, ведущую в него.

– Долгов, заходи, присаживайся, – быстро сказал, указав ему на ближайший свободный стул, заместитель начальника отдела уголовного розыска майор милиции Казаков Игорь Николаевич.

В его кабинете собралось около десяти сотрудников оперативного подразделения.

– Кажется, все кто остался, собрались, – серьезно начал хозяин кабинета, обращаясь к подчиненным, – тогда начнём. Сегодня, приблизительно в четыре часа тридцать минут утра, в городском парке, расположенном между Ново-южным и Южным жилыми микрорайонами нашего города, был обнаружен труп Краснова Валентина Сергеевича, на теле которого имеются следы, свидетельствующие о насильственной смерти. Да, это наш Валя. Сразу же были подняты оперативники, которые проживают недалеко отсюда и самостоятельно могут добраться до отдела. Сейчас они все на месте обнаружения тела. Там же находятся начальник РОВД, начальник уголовного розыска и следственно-оперативная группа под руководством следователя прокуратуры. Мы все, кроме дежурной смены, выдвигаемся туда же. Больше мне пока ничего не известно, поэтому я не смогу пояснить что-то дополнительно по этому факту. Всем получить оружие. Через пятнадцать минут – рассаживаемся по машинам.

2

Краснов Валентин пришёл в отдел уголовного розыска чуть более трёх лет назад. Он на тот момент только что закончил соответствующее учебное заведение МВД и, получив лейтенантские погоны, был направлен в их РОВД.

До поступления в ведомственный институт Валентин отслужил срочную службу в рядах Вооруженных Сил, поэтому он не был одним из тех желторотых юнцов, которые в звании лейтенанта иногда приходили на службу в милицию. Тем не менее, Артём тогда отметил удивленные и немного растерянные глаза нового сотрудника, когда тот столкнулся с суровыми реалиями работы уголовного розыска. Он видел, как тяжело даётся Валентину процесс сопряжения тех знаний, которые он получил в специализированном учебном заведении, с теми требованиями и навыками, которые в органах внутренних дел реально были необходимы для работы непосредственно на «земле».

Артём, во время нахождения в отпуске официального наставника, почти месяц «разжевывал» и объяснял молодому сотруднику, каким тогда являлся оперуполномоченный Краснов, тонкости и специфические аспекты оперативно-розыскной деятельности. Долгов заметил, что Валентин достаточно долго их усваивал. Но когда эти необходимые, служебные нюансы «доходили» до ученика, и когда они окончательно откладывались в его голове, то их он уже никогда не забывал и своевременно применял на практике.

Даже спустя какое-то время молодой оперативник – Валя, как ласково все сотрудники отдела его называли, неоднократно подходил за советом к Артёму, как к более опытному коллеге, который всегда мог объяснить не совсем понятные, рабочие моменты.

Через год Краснов успешно приспособился и привык к требованиям службы, что позволило ему влиться в коллектив уголовного розыска полноценным сотрудником.

Долгов вспомнил, как он с Валей заступал на суточные дежурства, как сидел в многочисленных «засадах», как ходил в ночные рейды, как задерживал лиц, совершивших преступления, и как многое ещё чего они делали вместе по работе. Своим усердием и трудолюбием, а затем последовавшими результатами в оперативно-служебной деятельности, молодой оперативник заслужил уважение в коллективе. Бескорыстной отзывчивостью и постоянной готовностью помочь он вызывал у коллег восхищение, а проскакивавшей иногда, непонятно как сохранившейся, почти детской наивностью в некоторых вопросах – чувство умиления.

Также Артём помнил, как физически и психологически возмужал его бывший подопечный, как он «получил» старшего лейтенанта и как всем отделом «обмывали» его звёздочки. Затем Краснова назначили на должность старшего оперуполномоченного. Некоторые сотрудники шутливо называли Валю – «братишкой Долгова» за то, с каким терпением и спокойствием он обучал своего более молодого коллегу.

Всё это сейчас всплыло в голове старшего оперуполномоченного уголовного розыска, капитана милиции Долгова Артёма Николаевича, пока он ехал в переполненной служебной машине вместе с другими своими коллегами на место происшествия.

Наконец, автомобиль остановился, и все находившиеся в нём сотрудники «выгрузились» на тротуар, неподалеку от которого располагался вход в городской парк.

По размерам он представлял собой достаточно большой участок местности с густой растительностью. В основном, это были большие, ветвистые, покрытые крупными листьями дубы, которые перемежались другими деревьями. Несколько широких асфальтных дорожек проходили через всю территорию парка. Более узкие, натоптанные в земле тропинки вели в густую, заросшую большими деревьями его «дикую» часть. Сам парк использовался как место для прогулок и для «поглощения» в нём свежего, «лесного» воздуха, поэтому на его территории не имелось каких-либо строений и иных благ цивилизации, кроме нескольких длинных, старых скамеек, расставленных по краям тротуаров, с такими же «древними» урнами для мусора.

В это ясное, солнечное утро вход в парк блокировали сотрудники патрульно-постовой службы милиции. Показав служебное удостоверение, Казаков спросил старшего из них:

– Где место происшествия и следственно-оперативная группа?

– Там, по дороге, – сказал старший сержант милиции, махнув рукой, показывая направление движения, – около километра идти.

– Спасибо, – ответил майор и кивнул головой подчиненным, – вперёд.

Через десять минут пешего движения по указанному маршруту майор вместе с коллегами подошёл к месту, где стояло очередное оцепление, охранявшее непосредственно место происшествия.

Артём, остановившись возле сотрудника, перегораживавшего дальнейший проход, внимательно посмотрел вперёд.

В тени от длинных и густых ветвей дубов, на асфальтовой дорожке, неподалеку от деревянной скамейки с чугунными, тяжелыми ножками спиной к нему лежало тело. До него было, приблизительно, сорок метров. Рубашку с короткими рукавами, находящуюся на нём, Долгов вчера видел на Вале.

Рядом со скамейкой на переносном складном стуле сидел человек, в котором Артём узнал следователя прокуратуры Григорьева, который что-то писал на бумаге. Неподалеку от него стоял эксперт-криминалист. Он задумчиво глядел на неподвижное, застывшее на тротуаре в неестественной позе тело и надиктовывал следователю специфические моменты его первичного осмотра.

Чуть в стороне от них стояли: прокурор района, начальник РОВД, начальник уголовного розыска майор милиции Сорокин Владимир Петрович.

Последний, увидев Казакова с сотрудниками, которые стояли возле оцепления, направился к ним.

– Слушайте внимательно, – сказал начальник своим подчинённым, кивнув головой в сторону работников прокуратуры. – Там пока продолжается оформление протокола осмотра места происшествия и описание тела. Поэтому никому за оцепление не заходить, чтобы не мешать проведению следственного действия. Убитый был найден сегодня, примерно, в четыре часа тридцать минут. Увидела его девушка, которая ранним утром гуляла с собакой. Я сам его тоже рассмотрел. К сожалению, это Краснов Валентин Сергеевич. Да, наш Валя. Из предварительных видимых повреждений – три колото-резанные раны с левой стороны груди, в области сердца. Других следов физического воздействия на его тело пока не выявлено. Смерть, ориентировочно, наступила около четырёх часов утра, то есть непосредственно перед обнаружением. Пока ничего, что могло бы хоть как-то объяснить случившееся, установить не удалось. Те оперативники, которые прибыли раньше вас, осуществили осмотр и обследование части парка, которая примыкает к Ново-южному жилому району. Сейчас они проводят поквартирный обход и опрос жильцов домов, примыкающих к парку с той стороны. Вам сейчас необходимо будет выполнить тот же комплекс мероприятий на той части парка, которая граничит с Южным жилым районом, с целью установления возможных предметов или следов, которые могут иметь отношение к данному преступлению. Затем надо поговорить с жильцами домов, примыкающих уже с той стороны парка. Обо всех предварительных результатах докладывать сначала Казакову, а затем мне.

Сорокин повернулся к своему заместителю и сказал, обращаясь именно к нему:

– Конкретно расстановку личного состава осуществишь сам.

– Понял, – ответил тот и стал раздавать указания вверенному ему личному составу.

– Долгов Артём, – громко произнёс Сорокин, – подойди ко мне, пожалуйста.

После того, как Казаков со всеми остальными оперативниками направился в сторону подлежащего осмотру участка местности, начальник розыска произнёс, обращаясь к подошедшему сотруднику:

– Ты Валю знал лучше всех здесь присутствующих. Есть какие-нибудь мысли, предположения о том, кто мог это сделать?

– Навскидку – нет, – ответил подчинённый.

– Понятно. Тогда возвращайся обратно, в отдел, – продолжил майор, вытаскивая из кармана какие-то предметы и протягивая их собеседнику. – Это ключи от кабинета и сейфа Краснова. Достанешь из него все материалы, которые у Вали находились на руках в производстве, и изучишь их подробно. Особенно те, по которым он работал в последнее время. Возможно, из них что-то интересное и узнаем. Следователя прокуратуры я предупредил, поэтому он в курсе и не против этого. Понятно?

– Более чем.

– Тогда дуй в отдел. И постарайся это всё сделать быстрее. Сам понимаешь.

– Понимаю, – ответил Долгов и, взяв ключи, направился к выходу из парка.

3

Артём постучал в дверь и, быстро открыв её, вошёл в кабинет начальника уголовного розыска.

Сорокин, сидя за своим рабочим, заваленным бумагами столом, с кем-то разговаривал по служебному телефону.

Сбоку от него сидел майор милиции Петров Алексей – сотрудник Управления уголовного розыска.

Долгов был хорошо знаком с ним, так как тот периодически приезжал к ним в РОВД с целью оказания помощи в раскрытии сложных преступлений, а также в случаях, когда уголовные дела, возбужденные на их подведомственной территории, находились на контроле в Министерстве.

Петров был опытным работником, что неоднократно доказывал при совместном проведении оперативно-розыскных мероприятий.

– Привет, – поздоровался с ним Артём, протягивая руку.

– Здорово, – ответил Алексей, пожимая кисть оперативника.

Наконец, Сорокин положил трубку телефона и, обращаясь к подчиненному, сказал:

– Вот, из Управления нам на помощь прислали, – он кивнул головой в сторону Петрова, – ну и заодно проконтролировать, как продвигается расследование по убийству Краснова.

– Да, я уже понял, – отметил Долгов и спросил другого участника разговора. – Ты один? На машине?

– На машине. Пока один. Но в течение часа ещё двое сотрудников подъедут.

– Хорошо, – заметил начальник розыска и, взглянув на часы, продолжил, – сейчас – четырнадцать часов тридцать минут. Артём, что там с материалами Краснова?

– Ознакомился, – ответил тот. – Он в последнее время работал по линии незаконного оборота наркотиков. Ты же сам его туда определил. Поэтому и материалы у него все соответствующие: наркоманы, барыги и другая связанная с «дурью» публика. От этого «контингента» можно всё что угодно ожидать. Хотя, убить оперативника – даже для них это, наверное, слишком. Но, чего не бывает. Я по всем материалам Валентина выписал на отдельные листки данные лиц, которых нужно бы опросить. Их я прикрепил сверху к каждому материалу отдельно. Так что сейчас начну обзванивать, вытаскивать и разговаривать с ними.

– Понятно, – заключил Сорокин. – Сегодня весь оперсостав, за исключением дежурной смены, работает только на это убийство. При осмотре места происшествия в папке Краснова был обнаружен протокол допроса мужчины в качестве свидетеля. Валя закончил допрашивать его в двадцать часов пятьдесят минут вчера вечером. Сам допрос он проводил по отдельному поручению следователя по месту проживания того мужчины. Поэтому допрашиваемый, возможно, был последним, кто видел Валентина живым. Надо будет его допросить по этому факту. Все данные на него у меня есть. К сожалению, обследование территории парка ничего интересного не дало. Поквартирные обходы всех близлежащих домов – тоже. Сейчас начнём проводить рейды по всем притонам и «блатным хатам» нашего района. Всех, кто находится там, будем привозить сюда и работать с ними. Также начали вытаскивать ранее судимых и лиц, от которых можно обоснованно ожидать совершения такого преступления. Я полагаю, что скоро здесь будет много всякого сброда, с которым нужно будет работать. Контролировать этот процесс будет Казаков. А вы сконцентрируйтесь на проверке родственников, друзей, близких, соседей по месту жительства и лиц, проходящих по материалам убитого. Докладывать о результатах лично мне. Понятно, Артём? Что тебе надо для этого?

– Всё понятно. Чтобы указанное тобой быстро сделать и запараллелить проведение действий, мне нужно в помощь ещё пару человек и хотя бы одну машину.

Начальник подумал несколько секунд, а затем ответил:

– Хорошо, машину бери. Ноль сорок восьмую. Двоих человек в помощь – тоже возьми. Я так понимаю, что это – Привольнов и Голованов?

– Так точно.

– Тогда приступай. Предварительно доложишь мне о результатах проведенных мероприятий сегодня в двадцать часов. Понял?

– Так точно.

– Вот тебе листок с данными допрошенного Валей мужчины, и идите работать, – закончил разговор Сорокин.

Оперативник взял протянутый ему кусок бумаги и вместе с Петровым направился к себе.

4

Артём поднялся в свой кабинет, где уже сидели за своими рабочими столами его коллеги – Привольнов Вадим и Голованов Петя, с которыми он делил данное служебное помещение.

Вслед за Долговым в кабинет вошёл Петров, который поздоровался с двумя другими оперативниками, и сразу перешёл к делу:

– Ну что, показывай материалы Краснова.

– Вот, – ответил капитан, выкладывая из сейфа на стол бумаги и документы.

– Ого, – удивился майор, – однако! А материалов-то у него больше, чем я ожидал.

– А ты как хотел? – спросил его Артём, отметив реакцию собеседника. – Он ведь на «земле», а не в Управлении работал. Но ты не переживай. Там, на самом деле, не так много, как кажется. К тому же, я, как говорил у Сорокина, всё изучил и сверху каждого материала необходимые данные на отдельный листок приколол.

– Так что делать то будем? – спросил Алексей.

– Я вместе с Вадимом и Петей, – ответил Долгов, кивнув головой в сторону двух «соседей» по кабинету, – опрошу мужчину, которого вчера Валя допрашивал, поговорю с его родственниками, друзьями, знакомыми и соседями. И возьму себе верхние три материала. Остальные – ты со своими двумя архаровцами отработаешь. Кто быстрее закончит, тот помогает отстающим.

– А почему тебе достались верхние, а мне – нижние материалы? – хитро спросил Петров.

– Да там они почти все одинаковые. Одни – по уголовным делам, возбужденным по фактам хранения наркотических средств, другие – по фактам их сбыта. Причём, по последним, которые были возбуждены по материалам отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков Управления, а Валентин только помогал в задержании, почти всем подозреваемым и обвиняемым избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. И никто из них не мог совершить убийство сегодня ночью, так как они находятся в следственном изоляторе. По ним можно со следователем переговорить, в чьём производстве находится соответствующее дело, чтобы узнать их мнение о наличии обоснованных причин, подозревать кого-либо в причастности к совершению убийства. Но если хочешь, я могу взять три нижних материала, а тебе оставлю верхние.

– Да ладно, не надо, – примирительно ответил майор, – бери верхние. Только мне нужна будет отдельная комната или иное помещение, чтобы мы друг другу не мешали, когда будем с разными людьми говорить.

– Это тебе к Сорокину надо обратиться. Только он может тебе что-то выделить.

Алексей разочарованно выдохнул, развернулся и вышел из кабинета.

– Ну и каков план наших действий? – спросил Голованов, когда за майором закрылась дверь.

– Сначала, – стал перечислять Артём, – я созвонюсь с мужиком, которого вчера вечером Валя допрашивал. Вызову его к нам. Возможно, он что-нибудь интересное скажет. Потом мы, втроём, садимся на служебную машину и едем к вещевому рынку. Там у меня встреча с одной молодой особой. Она проходит по одному из трёх материалов, которые остаются у нас, в качестве обвиняемой по факту хранения наркотических средств. Следователь, который ведёт это дело, сказал, что она «неплохая» девушка, которая всё осознала, признала свою вину и готова, в разумных пределах, содействовать правоохранительным органам. Я час назад созвонился с ней и договорился о встрече в указанном месте. После этого, я на общественном транспорте возвращаюсь сюда, где у меня на восемнадцать часов вызвана другая девушка, которая проходит по второму материалу, возбужденному в её отношении тоже по факту хранения наркотических средств. Она, как и первая, признаёт свою вину, но «сдавать» никого не хочет. Несмотря на это, поговорить с ней всё равно надо. А вдруг что-нибудь важное узнаю. По дороге на вещевой рынок тебя, Петруха, мы завезём к маме Валентина и оставим там. Она проживает отдельно от него, но вместе с его старшим братом. Ты поговоришь с ними, выяснишь про отношения, наличие друзей и знакомых, о которых не знаем мы. Короче, всё как обычно. Если они скажут что-то интересное, то сразу можешь их допросить. Потом, своим ходом, возвращаешься обратно. Ты, Вадим, после того как оставишь меня возле вещевого рынка, едешь на машине к дому, где проживал Краснов со своей подругой. Она должна быть дома, так как в данный момент находится в отпуске. Опрашиваешь её. Очень аккуратно осматриваешь всё там. Ну, сам понимаешь, ищешь то, что может иметь отношение к происшедшему сегодня. После этого, поговори с соседями, вдруг они что-то нужное для нас скажут. Если что, сразу звони Сорокину. Затем возвращаешься на машине обратно сюда. Вечером, как все вместе здесь соберёмся, наметим дальнейший план действий с учётом полученной информации.

– Как будто всё понятно, – почесывая затылок, сказал Привольнов.

Зазвонивший телефон прервал обсуждение намеченных мероприятий.

Артём взял трубку. Положив её через несколько секунд обратно, он обратился к Голованову:

– Сорокин выделил Петрову отдельное помещение. И тот просит, чтобы принесли оставшиеся для него материалы Валентина, так как он уже «устал бегать по-нашему РОВД». Петя, возьми эти документы и отнеси их, пожалуйста, в четыреста двенадцатый кабинет и отдай Алексею.

Долгов, указывая на нужные бумаги коллеге, усмехнулся и заметил:

– Вот сразу видно, что сотрудник из Управления приехал – «мне нужна отдельная комната», «устал бегать по РОВД», «принесите материалы в кабинет», – после чего оперативник добавил, обращаясь к коллегам. – Ты, Петруха, как передашь ему все документы, спускайся вниз к стоянке. Вадим, выгоняй машину. А я сейчас сделаю один звонок и тоже к вам подойду. Потом сразу поедем.

5

Артём стоял возле дома, расположенного недалеко от вещевого рынка, у которого он договорился встретиться с девушкой. Она была основной фигуранткой первого материала Краснова.

Через пять минут ожидания к нему подошла стройная, молодая особа, чуть выше среднего роста, одетая в белую кофточку, узкую голубую юбку, которая заканчивалась немного выше колен, на ногах – сандалии. Длинные, тёмные волосы были собраны в хвост. Аккуратные и правильные черты лица производили приятное впечатление. На ней были большие, темные, солнцезащитные очки, поэтому оперативник не смог рассмотреть её глаза.

– Добрый день. Вы – Артём? – спросила она и, получив утвердительный ответ, продолжила. – Я – Ирина. Вы сегодня со мной по телефону беседовали. Если хотите продолжить разговор, то пойдёмте за мной.

– А далеко идти? – поинтересовался Долгов.

– Нет, здесь рядом, через один дом. Там будет спокойно, и нам никто не помешает.

– Хорошо. Ведите.

Девушка пошла вперёд, а мужчина направился за ней, не отставая.

Пройдя совсем немного, они зашли во двор небольшого, трехэтажного дома. Проследовав в его единственный подъезд, они по лестнице поднялись на второй этаж. Ирина ключом открыла входную дверь и жестом пригласила милиционера войти. Подождав, когда он зайдет в квартиру, она тихо проскользнула за ним.

– Проходите прямо, – сказала девушка, – там будет удобно.

По узкому коридору он проследовал в небольшую кухоньку, осмотрев которую, присел на стул возле стола. Она опустилась на табурет, расположенный напротив, и заговорила:

– Это квартира одной моей подруги. Она поехала проведать родителей, которые живут в другом городе. Приедет только через пять дней. И вот дала мне ключи от квартиры, чтобы я поливала её цветы. Я сама в другом месте живу. Но не хочу, чтобы вы туда приезжали. А здесь тихо. Никто ничего не увидит и не услышит. Вы сказали, что с Валентином что-то случилось. Можно узнать, что именно? И о чём вы хотели меня спросить?

Девушка сняла темные очки и посмотрела на него своими большими, выразительными глазами.

Посмотрев в эти два «зеркала души» и чуть помедлив, капитан ответил:

– Да, конечно, можно. Он погиб сегодня ночью. Его нашли на территории парка с тремя колотыми ранами в груди, от которых он и умер. У вас есть какие-нибудь предположения о том, кто мог это сделать?

Молодая женщина медленно закрыла глаза. Потом обхватила своё лицо обеими руками. Казалось, что она даже не дышит.

– Ирина, – спустя какое-то время позвал её Артём, – с вами всё в порядке?

– Конечно, нет, – ответила она. – Как в такой ситуации может быть всё в порядке?

Девушка встала, налила себе стакан воды и не спеша выпила его. Потом вновь села на свой стул и спросила:

– А вы хорошо его знали? Давно были знакомы с ним?

– Честно говоря, – немного подумав, осторожно произнёс оперативник , – мне бы хотелось, чтобы это вы ответили на мои вопросы. А не я – на ваши. Но чтобы удовлетворить ваше любопытство и тем самым установить между нами относительно доверительные отношения, я вам отвечу. Да, я знаком с ним давно. Знал его хорошо, так как находился с Валей почти в дружеских отношениях. Он был чистым, честным и порядочным человеком. Валентин практически воплощал в себе идеальный образ современного милиционера. Но, к сожалению, с ним случилось то, о чём я вам рассказал. Поэтому для меня очень важно и принципиально установить лицо или лиц, которые убили его.

Она сидела и внимательно смотрела на Артёма, слушая то, что он говорил.

– Так вы можете мне ответить? – вновь спросил её Долгов. – Есть ли у вас предположения о том, кто мог это сделать?

– Я приехала, – медленно она начала говорить, – в этот город три года назад. Была твердо уверена, что со своей внешностью быстро стану высокооплачиваемой моделью. Пройдя пару платных курсов обучения для подготовки к выступлениям в качестве модели, я приняла участие в нескольких конкурсах. Но, как вы уже поняли, никаких мест я там не заняла, и никаких контрактов мне никто не предложил. Деньги, которые мои родители с таким трудом для меня скопили, быстро закончились. Возвращаться в наш маленький городок, в котором мне нечего было делать, и расстраивать своих родителей своими неудачами я не хотела. Поэтому, когда ко мне обратился Вольдемар и предложил работу в эскорте, я, немного подумав, согласилась. Не буду рассказывать о том, как слово «эскорт» быстро переросло в понятие «интим услуги», и как я сама была отчасти в этом виновата. Вольдемар набирал девушек, которые хотели связать себя с «модельным бизнесом», но у которых по различным причинам это сделать не получилось. У него были связи среди людей, которые проводили эти конкурсы красоты и моделей. От них он получал данные об участницах, которые «вылетали» с них и оставались без работы. Тем «девочкам», соответствовавшим его субъективным требованиям к внешней привлекательности, он предлагал работу в «эскорте». Очень быстро он объяснял им, что, оказывая более «близкие к телу» услуги, можно гораздо больше заработать. Те девушки, которые отказывались участвовать в этом, сразу же «увольнялись» и покидали «наш дружный коллектив», как называл Вольдемар тех, кто оставался работать у него. Так как все его подопечные – «девочки» с модельной внешностью, то и клиенты у него не простые работяги, а люди с деньгами: крупные предприниматели, бизнесмены и руководители коммерческих компаний. Поэтому он обеспечивает всех работающих у него жильём и одеждой. А она должна соответствовать статусу клиента. И у него уходит много средств на неё. Правда, Вольдемар потом удерживает соответствующую часть из нашей заработной платы, чтобы компенсировать все свои затраты на её покупку.