Моя соседка Катя

Я знала ее всего два месяца в своей жизни, но если меня попросят назвать знакомого мне человека с самой удивительной судьбой, я отвечу: «Моя старая соседка Катя».

Мы с молодым человеком заехали в новую квартиру и в первый же вечер, выйдя из нашей комнаты, я увидела молодую девушку небольшого роста с собранными в хвост светлоокрашенными волосами чуть ниже плеч. У нее были серые и чуть уставшие глаза, которые без тени опаски смотрели прямо в глаза незнакомки – мои. «Привет, ну, как вы? Устроились?» – низким голосом поинтересовалась Катя. Конечно, мы устроились, но новое место и новые люди для меня всегда стресс, чего не скажешь о новой знакомой. «Бадди! А ну, зайди домой!» – соседка прикрикнула нарочито строгим тоном на выбежавшего из ее комнаты серо-белого кота. Так я узнала о «единственной радости» моей соседки. Помимо ее мужа, конечно.

Катя работала в маникюрном салоне и очень поздно приходила домой, обычно уже после 23:00, а ее муж Микаэль, который, кстати, родом из Азии, приходил еще позже, если вообще приходил, а не ночевал на работе. Это были очень трудолюбивые приезжие москвичи. И если с Микаэлем за все время нашего проживания там мы обменялись только несколькими «Привет – Пока», то с Катей, кажется, мы обсудили все. Точнее, она говорила, а мы слушали ее. То ли работа в маникюрном салоне натренировала ее на нескончаемые разговоры, то ли это просто такой характер, но если ты начинаешь с ней диалог, будь уверен, это может затянуться на час, а то и два.

Но эти длинные разговоры не были бессмысленными. В них мне открылся абсолютно новый для моего мировосприятия человек. Катя родилась в Сибири в маленьком городе, название которого я не запомнила. Они жили бедно, ее мать работала швеей, а отец был наркоманом. Когда Кате было 7 лет, он умер у нее на глазах. Она сказала, что не плакала в этот момент, а успокаивала маму и заботилась о своих двух младших братьях, которые тогда были совсем малышами. Не знаю точно, была ли у их мамы после этого депрессия, но знаю, что Катя стала для своих братьев и учителем, и воспитателем, и нравственным стержнем. До меня иногда доносились отрывки ее телефонных разговоров с ними: «Арсений, камеру поверни на раковину. Это что такое? Сколько раз говорить: поели – помыли, поели – помыли!», «А по истории домашку сделал? Ты понимаешь, что если ты историю хотя бы своей страны знать не будешь, тебя человеком не назовешь! Учи историю, все войны, всех правителей, ты дураком хочешь остаться?!» Не берусь судить ее воспитательные методы.

Еще я узнала, что когда Катя с семьей переехали в другой город, такой же маленький и такой же безымянный из-за моей короткой памяти. И ей там пришлось тяжело. Подростки – народ недружелюбный, особенно в глубинке России, где из секций только боевые искусства и военная подготовка. Тогда она в первый раз подралась с девочкой, которая думала, что Катя хочет увести у нее парня. Пришлось вызывать милицию. Но приятным воспоминанием из того города для Кати было знакомство с маленьким котенком, которого принесли домой ее братья. Дети на улицах были жестокими и всякое творили с уличными животными. Катя поняла, что не сможет спокойно выпустить его обратно и поставила маму перед фактом: «Это мой кот, он живет в моей комнате». Она назвала его Бадди в честь персонажа из «Истории игрушек».

И вот они уже впятером через несколько лет переехали в Москву. Катя поступила в университет на заочную форму, после выпуска должна стать менеджером, но сама говорит, что не переносит офисную работу и скорее бы открыла свой салон. А еще Катя обожает все, что связано с Азией. Однажды она пошла на тематическую корейскую вечеринку, где познакомилась со своим будущим мужем Микаэлем. Именно с ним она впервые побывала за границей, объездила половину России, так как он часто брал ее с собой в командировки. Было много рассказов про его родину, в которой девочка из Сибири знакомилась с новыми родственниками из Азии. Все там было хорошо, кроме больших пауков. Из-за одного она в испуге упала в туалете, а когда на грохот и визг сбежалась семья Микаэля, девушка только промолвила: «Spider…», указывая пальцем на виновника происшествия.

Катя успела доверить мне свои мечты: «Когда у нас с Микаэлем будет свой дом, у меня на кухне обязательно будет цветная мозаика, а шкафы будут без ручек, такие, знаешь, которые нажатием открываются, простые, без узоров всяких, чтобы мыть было проще». Она рассказывала мне все, не ожидая откровений в ответ, и для меня это было ново. Обычно люди не рассказывают малознакомому человеку о тяжелых моментах из детства, о смелых мечтах о будущем, планах.

Я узнала девушку, которая тратит 20 тысяч рублей в год на обследования для своего кота, «чтобы он оставался здоровым как можно дольше, у них же столько болезней есть, не все люди знают об этом». Я узнала девушку, которая учит новый и совершенно непонятный язык, потому что в апреле переедет с мужем в азиатскую страну на год. И ей придется отдать кота на передержку, потому что там «нет ни нормальных ветеринарных клиник, ни хорошего корма». Я узнала девушку, которая может прийти домой в 23.30 и разболтаться с тобой на кухне о жизни монахов на два часа. А потом она предложит посмотреть фильм ужасов, потому что обожает их. И ничего она не боится.

«Рада, что вы заселились, наконец-то с кем-то поговорить можно, а то Микаэля вечно дома нет, только я да Бадди» – однажды сказала Катя. Я удивилась, как много в человеке может быть энергии: ведь она целый день разговаривает со своими клиентками и все же не может наговориться». Она часто по-детски смеялась над чем-нибудь. Один раз она плакала. Очень громко. В тот вечер ее обманули мошенники на 14 тысяч. Кате было очень обидно за свой труд. Но она сказала, что пыталась продать одну вещь, которая досталась ей бесплатно: «Это карма».

Было грустно уезжать от нашей старой новой соседки. У меня было ощущение, что она моя старшая сестра. Она скажет, чем мыть полы, чем плиту, как не развести тараканов, как не забрызгивать зеркало в ванной. После переезда мы не общаемся, как-то неловко – наверное, она нас уже забыла, ведь мы мало говорили, а только, раскрыв рот, слушали и слушали ее истории, как дети.

Интересно, как она сейчас?