Лилия и Медведь

Глава 5

Утром я себя чувствовал так, будто был с большого бодуна, а ведь вчера ни капли не принял.

Башка трещит, мутит и кости ломит.

Полный мрачняк.

Сеструха уже на работе и водички мне подать некому. Придется как-то самому…

Встаю с постели, ощущая головокружение. Хуево. Гиря как будто гирей меня ебашил вчера, извиняюсь на тавтологию.

Есть подозрение, что этот ссыкун был под чем-то, отсюда и тотальное бесстрашие, и бросался на меня, как зверь. Я же принципиально не принимаю веществ, изменяющих сознание, дерусь, так сказать, по старинке. Боюсь подсесть, и мне не стыдно в этом признаться. Плоть человека слаба.

Ладно, это все херня. Прорвёмся.

Делаю глубокий вдох и встаю. Эка меня прёт!

Добрался кое-как до ванной, умылся, трусы надеть не смог. Да и хер с ними! Один в доме. Мать ещё позавчера звонила и говорила, что они с отцом едут на дачу.

Сейчас кофе попью, и вообще будет ништяк.

На кухне меня поджидает сюрприз в виде куриного бульона. Сеструха обо мне заботится.

Интересно, что ей сказала Ли-ли-я? Раз мне оставили еду, значит, все в ажуре. Ледышка смолчала, и я ей за это чертовски благодарен.

Отламываю кусок вареной курицы и поверяю телефон. Мое приглашение Света прочитала, а ответить не соизволила. Ну ок. Пусть потом не клянчит деньги на ноготочки и на эпиляцию голеней. Я тоже умею игнорить, когда очень сильно нужен.

Отправляюсь в постель. Медведю надо немного отлежаться в своей берлоге, а потом снова в бой и гасить, гасить Гирю до победного.

Мысли путаются.

Засыпаю.

Просыпаюсь от трели домофона.

Надеваю трусы. Мало ли кто там припёрся?

На экране видеонаблюдения показывают Светку. Пришла краса ненаблядная. Чой-то выглядит она хреново. Ее тоже вчера отмутузили, кхе-кхе?

Открываю калитку, и Светлана идёт через двор, деловито цокая каблучками. Встречаю ее на пороге дома.

– Медведев, ты чего в трусах? – спрашивает с претензией.

– Извини, ты не предупредила, что едешь, и я не успел их снять.

– Ха-ха. Смешно. Ты один?

– Нет, с девушками. А что?

– Серёж! – толкает меня в плечо, мол, хватит шутковать. – Впустишь в дом?

– Ну, проходи, раз пришла, – отхожу в сторону.

Света в модном белом пальтишке, не помню, чтобы я его покупал. Откуда бабки взяла? Ведь Светочка считает ниже своего достоинства работать по профессии, то есть поваром-кондитером.

– Свет, приготовь че-нибудь пожрать, а.

– Я не за этим сюда пришла. Слушай, что у вас там вчера с Гиревым Артуром произошло?

– Ничего. А почему ты спрашиваешь?

Нет серьезно, с чего вдруг? Испугалась, что ее лишили кормильца, или что?

Она же от темы боёв всегда отмораживалась.

– Он сильно тебя побил?

– Пожалеть хочешь?

– Ну что ты такой холодный, медвежонок? – протягивает руку, чтобы дотронуться до моей щеки, но я отшатываюсь от нее, почувствовав гадкий привкус во рту.

Такое чувство, что меня наебывают.

– Готовить ты мне не хочешь, жалеть не хочешь. А нахер ты мне вообще нужна, Свет? – вдруг накрывает меня.

В глазах темнеет от ярости. Раньше она хотя бы делала вид, что любит меня и хочет, а сейчас избегает встреч. Ещё и спрашивает, почему я морожусь!

– Так, значит? – сощуривается Светлана. – Не нужна? Хорошо, Медведев, но когда тебе будет плохо, ко мне не обращайся!

Мне сейчас плохо, дура, неужели ты не замечаешь ничего?

– А мне должно быть плохо? По какой интересно причине?

– Кто знает. Жизнь непредсказуемая штука.

Светка усмехается, хватает сумочку и уходит, не забыв одарить меня презрительным взглядом.

– А деньги на пальто где взяла? – кричу ей вслед.

Она останавливается и оборачивается с высокомерно-победной улыбкой на ярко-розовых губах.

Все ясно с этой шаболдой!

Какой же я был идиот.

Ладно, сказать по правде, мне плевать на нее, трахал, когда было удобно, деньги давал на бабские нужды. Вот и все. Любовью в наших так называемых отношениях и не пахло.

Но все равно она меркантильная сука. Нашла более толстый кошелек, чем у меня. И забыла поставить в известность. И кто же он?

– Ну и вали отсюда нахер, – швыряю ей вслед диванную подушку.

Светка успевает закрыть дверь, и подушка ударяется о стекло и падает на пол.

Тварь.

***

Слава богу, что мои ученики не умеют читать мысли, иначе они бы были в шоке с того, о чем думает их учительница.

Нет, конечно, я не смаковала подробности прошлой ночи. А размышляла, как нам дальше быть?

Несколько раз порывалась позвонить Медведеву и узнать, как он там? Словно Танюшка оставила мне своего ребенка, и я за него в ответе. Вдруг он страдает в пустом доме? Водички некому принести? Курицу хоть нашёл?

– Лилюш, – зовёт меня Витя. – Давай поговорим! Ну хватит дуться.

Физрук подходит ко мне вплотную, опирается на подоконник и сладострастно смотрит на меня.

Что, англичанка не дала?

– Не о чем нам с тобой разговаривать, – дистанциируюсь от него.

Мимо снуют школьники, ещё не хватало, чтобы он на глазах у детей начал меня зажимать.

– Ты все не так поняла, красавица.

– Избавь меня от своих жалких оправданий.

В моей руке зажат телефон, и я посматриваю на экран: позвоните мне кто-нибудь ради бога. Избавьте от разговора с бывшим.

Витя мне противен. У меня словно пелена спала с глаз, после того как я увидела его с другой женщиной. Новенькая учительница испугалась, что я настучу на нее директору и теперь явно гонит от себя навязчивого коллегу. Школа у нас хорошая, а она сразу после института, вот и держится за место. А Витя в обломе остался, думаю злорадно.

– Лиль, да мы просто болтали о том, о сем.

– И ты просто положил руку на стену в двух миллиметрах от ее талии. Все, Вить!

В руке вибрирует телефон, и я судорожно смахиваю по экрану пальцем, принимая звонок.

– Алло?

– Ли-ли-я, – слышу в трубке бархатный голос Медведева и теряю голос.

Господи, сам позвонил. Впервые в жизни. А я даже на экран не взглянула и не подготовилась к разговору морально.

– Чего тебе? – спрашиваю сипло.

Витя не торопится уходить, развесил уши и внимательно наблюдает за моей реакцией на телефонный звонок. Понимает, что мне позвонил кто-то важный для меня.

– Где моя сиделка?

– Понятия не имею, о чем ты, – поворачиваюсь к физруку спиной и убавляю громкость на телефоне.

– Таня написала смс, что ты сегодня побудешь со мной. И я спрашиваю: где ты?

– Я на работе, – огрызаюсь в ответ и кошусь на Виктора.

Личные границы? Не, не слышал об этом ничего. Стоит и ждёт, когда я закончу разговор, будто собирается мне сказать что-то важное.

– Когда приедешь ко мне? Я тут подыхаю. С голоду.

– А курицу что, уже съел?

– Так это ты мне еду оставила? – радуется Сергей. – А я на Таньку подумал. Спасибо тебе, Ли-ли-я.

Да что за манера мое имя по слогам произносить, как будто издевается надо мной?

– На здоровье. Приеду через полтора часа, – буркаю сердито.

– Буду ждать!

Завершаю разговор, нажав соответствующую кнопку, и ощущаю, как сильно пылают мои щеки.

Витя с недовольством смотрит на меня, будто бы все знает. Знает, что этой ночью у меня была близость с другим мужчиной. И что этот мужчина ужасно волнует меня так, как никогда не волновал Витя.

– И кто тебе звонил? – спрашивает голосом следователя.

– Неважно.

– У тебя появился другой? Так быстро? – усмехается ядовито.

– Никто у меня не появился, не придумывай, пожалуйста. Все, мне нужно идти. Пропусти.

– Лиль, ты меня бросаешь? – хватает меня за пальцы и сжимает.

– Вить, а ты сам как думаешь? – морщусь.

– Но я же не спал с Мариной, – произносит растерянно.

– Так переспи, в чем проблема? – высвобождаю руку из захвата. – Вы же оба этого хотите. Обещаю, что не настучу на вас директрисе.

Ухожу по коридору в сторону учительской, чувствуя, как Витин взгляд прожигает мне спину.

Он в недоумении. По логике вещей я должна бороться за него, а я с радостью вручаю его новенькой.

Пусть теперь Марина откармливает его мясом, и пусть у нее ребята из магазина спрашивают: "Вам как обычно два килограмма свиной мякоти?"

Лучше потрачу эти деньги на себя! Права была Таня – с меня хватит.

Глава 6

Заезжаю по пути в супермаркет и покупаю продукты.

Как-то неприлично, думаю, появляться с готовой едой. Кто его знает, майонез какого срока давности магазинные повара кладут в свои салаты? А эти котлеты… Они выглядят не только вчерашними, но и завтрашними, судя по огромной горке, которую никто не торопится раскупать.

В итоге набрался целый неподъемный пакет, придётся вызывать такси.

К дому Медведевых добираюсь достаточно быстро, и звоню в домофон.

Тишина.

Никто не открывает.

Уехал куда-то? Не дождался? Что ж мне теперь с этими продуктами делать? Одной мне будет многовато. А ладно, сейчас отдохну – и в обратный путь.

Приваливаюсь плечом к двери, и неожиданно она открывается.

Захожу в гостиную.

Ну раз, дом не заперт, значит, Серёжа где-то здесь.

– Сергей? Ты дома?

Отношу пакеты на кухню и иду в дальнюю комнату, которая принадлежит ему.

– Серёж? Тебе плохо?

Медведев лежит на кровати в одних трусах. На его лбу выступили капельки пота. Расписное тело блестит от влаги. Похоже, у него был жар, но он его благополучно сбил.

– Ли-ли-я приехала, – открывает один глаз и сканирует меня им.

– Ну ты как тут, битый? – беру с тумбочки градусник и проверяю шкалу. 38,9. Многовато.

– Прямо сейчас ожил, благодаря твоему появлению.

Медведев пытается схватить меня за край свитера, но я проворно отхожу подальше от кровати.

– Будешь распускать руки, я уеду, – грожу ему пальцем.

– Да я просто обнять тебя хотел, что ты?

А мне показалось, что пытался схватить и забросить в кровать.

Фантазия разыгралась? Немудрено, после пережитого ночью, когда я испытала на себе его медвежью хватку.

– Ладно, ты лежи, а я пойду на ужин что-нибудь придумаю.

– Ура, домашняя еда, – слышу вслед. – Ледышка, ты богиня.

– Ещё раз назовешь меня детским обидным прозвищем, и будешь на ужин грызть лёд вместо плова.

– Плов! Ооо. У меня уже потекли слюнки.

– Побереги свои жидкости. Пригодятся ещё.

Выкладываю продукты и принимаюсь за готовку. Так или иначе, плов у меня был сегодня по плану. Не здесь, так дома бы приготовила. И пусть Медведев не воображает себе, что для него стараюсь. Для себя! Теперь только для себя.

Нарезаю мясо и бросаю в казан.

Внезапно чувствую на своих бёдрах горячие руки и говорю, не оборачиваясь:

– Серёж, ты бы поосторожнее, у меня в руках острый нож. Могу и пырнуть с перепугу.

– Да ладно? За что? – демонстрирует обе ладони, изображая капитуляцию. – Я ж просто как кот ластюсь к тебе и еду выпрашиваю.

– Кот?

– Мгм, – Сергей стаскивает с доски почищенную морковь и откусывает кончик.

– Скорее уж, котяра.

Хорошо хоть оделся этот "кот". Ну как оделся, на нем только джинсы и носки. А расписные руки и голый торс оставил мне полюбоваться.

– У бати где-то тут винишко было заныкано. Выпьем аперитивчик?

– А тебе можно? – окидываю его строгим взглядом.

Я то, конечно, не прочь пропустить в пятничный вечер бокальчик вина, пока готовится еда. Но что-то сомневаюсь, что при сотрясении мозга можно принимать алкоголь.

– Конечно, можно, – Сергей протирает салфеткой чуточку пыльную бутылку с красным вином.

– Смотри, станет хуже, что я буду с тобой делать? – бросаю мясо на обжарку.

– Да почему мне все пророчат проблемы?

– Кто это все? – натираю на тёрке остаток моркови.

Не хватит морковки, оттяпал слишком много, надо ещё почистить.

– Бывшая приходила, – Сергей остервенело вкручивает в бутылку штопор.

– Бывшая? Ты разве не в отношениях, со, – щелкаю пальцами, – Светланой.

– А Света себе нового ебыря завела, – со чпоканьем выдирает древесную пробку из бутылки и нюхает вино.

Разливает по двум бокалам, и один протягивает мне.

– За здоровье.

– Твое здоровье, – уточняю. – С моим как раз таки все хорошо.

– Я что хотел спросить, ты как себя чувствуешь? – в его голосе чувствуется забота. – Я был груб, каюсь. Все нормально? Ничего не болит?

– Не болит, – буркаю и поворачиваюсь к нему спиной, чтобы он не увидел вмиг покрасневшее лицо.

– Извини меня, Лиль. Это было отвратительно с моей стороны. Я обычно не такой беспредельщик, просто вчерашний день не задался, это если мягко сказать. Не молчи, пожалуйста.

Скашиваю глаза, чтобы посмотреть на выражение его лица: правда раскаивается в содеянном или веселится?

Карие глаза серьезны, взгляд жалобный, а на губах ни намека на улыбку.

Ладно, поверю ему.

– Все нормально, Серёж, – отпиваю глоток вина и помешиваю лопаткой мясо, чтобы не пригорело.

Алексей Антонович – ценитель винных напитков. И эта бутылочка явно стоит немалых денег. Вспомнила сейчас как, Медведев в юности воровал у папы алкоголь, сливал половину в другую бутылку, а в первую добавлял воды.

Один раз мы с Таней решили попробовать, что же такое вино, и стащили по той же схеме. И Сергей на следующий день искренне не понимал, за что его отчитывают. Он, конечно, потом догадался, чьих это рук дело, но не сдал нас. Да и никто бы не поверил, что две отличницы ни с того ни с сего решили напиться.

Кстати, вино нам не понравилось, и мы его вылили в раковину. Но лёгкое чувство опьянения от прикосновения к запретному все же ощутили.

– Ты чего улыбаешься? – спрашивает Сергей.

Он стоит возле меня, весь такой полуголый, красивый и расслабленный, опирается задом на разделочный столик и с интересом наблюдет за мной. На джинсах нет ремня, поэтому они приспущены. И видна дорожка волос, уходящая от пупка под резинку боксеров.

Очень смущает, знаете ли…

– Да так, просто вспомнила, как ты вино воровал у отца.

– Было дело, – Медведев растягивает губы в улыбке, а его глаза становится по-мальчишечьи задорными.

– И спасибо, что тогда не сдал нас с Таней.

– Вы спёрли у пахана коллекционную бутыль за пять косарей. Ему на работе кто-то подогнал. И он меня чуть не прибил тогда, – смеётся и убирает с моего лба упавшую прядь волос.

Как-то сам собой завязывается разговор о прошлом. Говорим преимущественно о Тане, ведь она – единственная связующая нас нить. И вот уже плов источает безумный аромат, а наш аперитив ударил в головы.

Накладываю в тарелку рис, кладу побольше мяса и ставлю перед Сергеем.

– Короче, лучше не смотри сейчас на меня, проглочу еду вместе с тарелкой, – говорит он.

– Не спеши, я добавки тебе положу, если не наешься, – смеюсь.

Мне приятно, как благоговейно он относится к моей стряпне. Витя иной раз даже спасибо забывал сказать. Принимал угощения как должное. Вот теперь пусть ему Марина готовит.

– Ммм, какая вкуснота, – ловко орудует вилкой. – В пединститутах, как благородных девиц, нынче всему учат? И медицинской диагностике, и кулинарии, и как с детьми ладить.

– Нет. Это я такой уникум – все умею, – дразнясь, высовываю кончик языка.

– Действительно, уникум, – Сергей красноречиво смотрит в пустую тарелку, и я подкладываю ему добавки.

Просто невероятно, что после такой ужасной ночи, мы ужинаем в теплой семейной обстановке.

Он ведь попросил прощения, так? Так чего же мне дуться на человека, которого я знаю больше десяти лет?

– Давай я посуду помою? – предлагает Серёжа, помогая мне убрать со стола.

– Ты с ума сошел? – шлепаю его полотенцем по плечу. – Иди, ложись, отдыхай.

Я немного пьяна, и почему-то счастлива, словно сорвала джек-пот. Странное ощущение.

– Спасибо за ужин, – чмокнув меня в щеку, говорит Медведь, – жду тебя в своей комнате.

– Зачем? – сощуриваюсь, обалдев от поцелуя.

– Как зачем? Сказку мне на ночь расскажешь, ЛиЛи.

Глава 7

Робко заглядываю в спальню Медведева и говорю:

– Серёж, я поеду, меня такси ждёт.

– Какое ещё нафиг такси, Лиль? – резко отпружинивает от кровати. – Оставайся у меня на ночь.

– Не могу.

– Почему? Боишься, что обижу?

– Да нет, просто…

Сказать по правде, никакого такси на улице нет. Я ещё не вызывала его.

– Дом у нас большой. Хочешь, в Танькиной комнате ляг. Она запирается, если что.

– Ладно, если ты так настаиваешь, – дёргаю плечиком. – Я останусь до утра. Но только потому, что обещала Тане.

– Да понял уже, что не ради меня, – весело и грустно одновременно усмехается Сергей.

– Ну, тогда спокойной ночи? – хватаюсь за ручку двери.

– Погоди одну секунду.

Медведев притягивает меня к себе за талию и сладко целует в губы.

Его щетина царапает мне подбородок, но я не борюсь с ним. Но и не отвечаю.

Застыла в замешательстве, не понимая, зачем ему вот это все? Расстроился, что Света нашла себе нового любовника, и решил пуститься во все, так сказать, тяжкие? А я так… под руку ему попалась.

– Серёж, – упираюсь в его оголенную грудь ладонями. – Не стоит этого делать.

– Почему? Тебе не нравится, как я целуюсь?

Целуется он замечательно, но…

– Я хочу знать причину. Зачем тебе это?

– А если без причины? Просто захотел и поцеловал. Может такое быть?

– Может, но только не с нами. Мы друг друга давно знаем, и ни разу у тебя не было таких порывов в мою сторону.

– Ты повзрослела, похорошела, – ласково ведёт пальцем по моей щеке. – От очков избавилась.

– А, значит, дело было в очках, – понимающе киваю.

– Дело было во мне. Знаешь, мужчины по натуре своей охотники. Давай присядем? – Медведев берет меня за руки и сажает на кровать. – Нам не интересно брать то, что лежит рядом. Нам нужны трудные победы, завоевания, эпичные битвы за самочку.

– О да, со мной у тебя бы не было конкурентов! Соответственно и никаких эпичных битв тоже. Скукотища.

– А сейчас? Есть конкурент? Ты вчера что-то говорила об измене. Извини, плохо запомнил этот момент.

– Забудь.

– Нет, ты расскажи мне, Лили. Он тебя обидел? – сурово сдвигает брови.

– Скорее обиделся, – снисходительно улыбаюсь.

– Ты ему рассказала о том, что между нами случилось ночью?

– Нет. Конечно, нет. Я ни слова никому…

– Это правильно. Пусть все остаётся между нами, правда? Разрулим ситуацию сами.

– Серёж, да нечего тут разруливать. Я поняла, что ты ошибся. От шока я тебя не остановила. Случилось то, что случилось, и давай уже закроем эту тему.

– Уверена?

– В чем?

Смотрю на него поплывшим взглядом и ощущаю теплоту его рук. Да, мы все ещё держимся за руки. И это придает нашему общению доверительные ноты.

И я уже ни в чем не уверена.

Потому что забытые, как мне казалось, чувства выплыли наружу и теперь доставляют мне массу неудобств. Например, я смотрю на его губы и хочу, чтобы он снова меня поцеловал.

– В том, что хочешь закрыть тему нашей близости.

– О, да! – отвечаю со смешком и с неохотой отнимаю руки от его горячих ладоней, чтобы он понял, что тема интима исчерпана.

Это не может больше повториться. Ни в коем случае!

– Зачем ты меня сейчас обманываешь? – пристально смотрит мне в глаза, и я нервно закусываю губу.

– Серёж, что ты хочешь от меня услышать?

– Правду, Лили. Только правду. Что ты меня хочешь.

– Ну, знаешь ли, Медведев! – всплескиваю руками. – Твоя самооценка выше гор.

– Просто признайся в этом, и мы повторим. Нет! Начнем все заново. Я буду нежен, обещаю.

– Нежен? Ты? – фыркаю.

Почему я вообще поддерживаю этот сумасбродный разговор? Я не собираюсь с ним спать. Нет! Секс без обязательств – это не мое.

– Я тебе это докажу, – продолжает искушать Сергей.

Ох, Господи. Помоги мне устоять перед соблазном!

Он сидит рядом в сексуальной позе с голой грудью, его руки покрыты красивыми татуировками, а глаза смотрят на меня с таким вожделением, с каким даже мясоед Витя не смотрел на свиную отбивную. Вот такое сравнение, не слишком сексуальное, зато отлично передаёт суть.

Как, ну как тут устоять?

– Серёж, я пойду спать. Был трудный день.

И я не обманываю. На педсовете снова подняли вопрос о внедрении обязательного платного онлайн-образования, а 90% родителей учеников против. Не в каждой семье есть ноутбук и возможность купить платный курс обучения.

– Понимаю. Школа, проблемы, плюс ещё я – наглый и приставучий мужик. Конечно, Лили, отдыхай. Завтра увидимся. Но прежде чем уйдёшь, расскажи мне…

– Сказку? – улыбаюсь.

– Нет. Расскажи, как случился твой первый раз?

– Боже мой, зачем тебе это? – прикладываю руки к горящим щекам. – Поверь, ничего интересного.

Это произошло в день получения диплома, три года назад. Моим первым мужчиной был, конечно, Витя. Он учился вместе со мной на учителя физкультуры. Красивый, спортивный, в меру накаченный парень, он многим девочкам нравился на курсе. Но обратил внимания на меня. И мне это льстило.

В одну постель мы легли только после года отношений. Витя был на редкость понимающий мужчина и не требовал от меня секс. Ждал, когда я сама созрею. А я своим первым видела только Медведева. Смешно! Как будто бы Сергей этого хотел… Он даже не догадывался, что я о нем мечтала.

– Мне интересно. Думаю, это случилось не так давно, я прав?

– Что, чувствуется отсутствие опыта? – спрашиваю с усмешкой.

В сексе Рылеев Витя совершенно обыкновенный. Без претензий, без капризов и жалоб. Быстро добивался оргазма, и спать. Как спринтер. А я и рада, что все так быстро кончалось. Даже притворяться не надо было, что мне безумно хорошо. Вите было главное, что хорошо ему. А о женском  оргазме он то ли слыхом не слыхивал, то ли считал это неважным. В конце концов, у меня есть руки, справлюсь сама. Я и справлялась…

– Ты мастурбировала в душе?

– Ох, Сергей, что у тебя за вопросики?

Какой он коварный. Сейчас выведет меня на откровенные разговоры, раскроет, почерпнет информацию, чтобы… доставить мне наслаждение? Чтобы понять, что мне нравится? От чего я улетаю?

От мысли, что он – это он, а не посторонний мужик. Вот от чего мне будет хорошо.

Всё-таки ранняя влюбленность не проходит даром, на всю жизнь, наверное, остаётся.

– Я просто хочу сделать все красиво, Ли-ли-я.

– Ну вот, опять мое имя по слогам произносишь.

– Не буду тебя больше мучить, – Сережа кладет ладонь мне на плечо. – Ты носом уже клюешь. Иди спать, детка, а завтра утром тебя ждёт приятный сюрприз…

Глава 8

– Ли-ли-я…

Хотела встать раньше Сережи, но, похоже, опоздала, проспала.

Открываю глаза и вижу огромный букет белых благоухающих лилий.

– Доставка цветов, – с улыбкой говорит Медведев.

Вот это да! Ни разу в жизни с утра не получала букетов.

– У меня день рождения летом.

– Знаю, – отвечает со смешком. – Помню, как забирал вас с Танькой из клуба на твоё 18-летие. Вы обе были возмутительно трезвы.

Я спокойно откидываю одеяло, потому что мне асексуальная Танина пижама. Пусть смотрит. Зато точно не набросится.

– Как ты себя чувствуешь? – считаю своим долгом спросить.

– На семь из десяти, – подмигивает Сергей. – Но ещё не до конца выздоровел, поэтому тебе придётся остаться.

– И чем мы займёмся?

– А мы будем есть, пить, смотреть фильмы и спать. Как тебе план?

– Самое то для больного человека, – показываю ему большой палец и выхожу из комнаты, чтобы почистить зубы и умыться.

– Пока кофе приготовлю! – кричит мне вслед Сергей.

– Идеально, – отвечаю со щеткой во рту.

Смотрю на себя в зеркало и не узнаю свой образ. А у кого это там глазки блестят? Неужели в моем мире случился переворот, и Медведев обратил на меня внимание? Нет, серьезно? Для этого ему нужно было залезть ко мне в постель и жёстко того самого? Ох уж эти мужчины!