Отец жениха. Ты моя

Глава 1

– Ну вот, любимая, мы это сделали! – Руслан подхватил меня на руки и покружил прямо на пороге ЗАГСа. – Осталось познакомить тебя с моим отцом. Уверен, что ты ему понравишься! – аккуратно поставил меня на ноги и поцеловал в щеку.

Недолго наши отношения будут оставаться целомудренными. Скоро мы с Русом станем законными супругами. Не верится даже! Ведь мы вместе всего четыре месяца.

К моему жениху очередь из девчонок стоит, но он почему-то выбрал меня – Асю Тюльпанову, будущую медсестру. Мне осталось учиться всего год. Так что замужество и возможная беременность никак не помешают моим планам.

Лишь бы отец Руслана меня принял. Я слышала от своей подруги Лизы, что Марат Османович – человек строгих правил. Но я надеюсь, что когда он узнает, что мы уже подали заявление, то поймет, что мы любим друг друга и не станет нам мешать. А пока мне придется призвать на выручку всё свое обаяние.

Рус открыл передо мной дверцу своего авто, и я села на пассажирское сидение. Мои руки и колени заметно подрагивали. Мне очень нервно. Возможно, мы поторопились и отправились в ЗАГС под влиянием эмоций.

Дело в том, что у меня строгая мама, для которой секс до свадьбы равен концу света. Она вбивала мне эту мысль с раннего возраста, и она укоренилась во мне, как непреложная истина. Сначала брак, потом постель. Гарантия, что Русланчик не бросит меня, получив своё.

– Я люблю тебя, – сжал он мою кисть.

– И я тебя, – улыбнулась в ответ.

Нет, не поторопились. Из нас получится отличная семья.

Рахманов открыл автоматические ворота, и загнал машину во двор. На мне нежно-розовое платье из натурального шелка, которое придавало мне уверенности. Все-таки мой жених из богатой семьи, и я должна ему соответствовать.

Сегодня дождливый день, поэтому поверх платья я надела малиновый плащ. Поправив тщательно уложенные волосы и браслет, вышла из салона. Рус подал мне руку, и мы вместе ступили на порог его дома.

Марат Османович сидел в кресле и читал что-то в планшете. На нем белый тонкий свитер и очки в модной оправе. Господи, он так молод, что его вполне можно принять за старшего брата Руслана! В его черных волосах нет ни намека на седину.

При виде нас Рахманов-отец снял очки и, отложив гаджет, встал с кресла. Он брезгливо осмотрел меня и спросил:

– Сын, ты кого притащил в мой дом?

– Папа, познакомься, это Ася, – вдохновенно ответил мой жених. – Я её люблю, и сегодня мы подали заявление в ЗАГС.

Взгляд Марата Османовича резал меня без ножа. Да что там, убивал меня медленно. Что я ему такого сделала? Мы ведь впервые в жизни виделись.

– Так это ты не даешь моему сыну, пока он не женится на тебе? – спросил Рахманов старший насмешливо. – Хитра! Но в эту субботу я лично видел, как ты приехала к двум мужикам по вызову. Ты в этом малиновом плаще была, – кивнул он острым подбородком на мою вещь.

– Что вы такое говорите? – побледнела я.

– Я говорю: пошла вон отсюда!

Мои колени подогнулись, и я была готова упасть в обморок от такого «тёплого» приема.

– Папа, почему ты так разговариваешь с моей невестой? – опешил Руслан.

Он, как и я, был в шоке от поведения Марата Османовича. Мы, конечно, подозревали, что он не сильно обрадуется нашим отношениям, но не такой же степени!

– А ты пока помолчи. Я с ней разговариваю, – ткнул в мою сторону пальцем мужчина. – Ты проститутка?

– Нет! Я не такая, – мне хотелось исчезнуть из этого дома. А лучше прямо из города.

– Папа, Ася еще девственница. Как и велят наши традиции, у нас все случится в первую брачную ночь.

– Девственница, – заливисто рассмеялся Рахманов-отец. – Да она тебя просто развела, как пацана. Лично видел, как твоя Асенька двоих обслуживала за раз. Двумя дырками работала сразу.

– Папа, – Руслан с ужасом посмотрел на меня.

От унижения мои щеки покраснели, а из глаз покатились слезы. Что он такое говорит? Я никогда не была с мужчиной.

– Я общался с одним человеком в сауне, а там эта… деньги свои отрабатывала, никого не стесняясь.

– Это была не я! – закричала в отчаянии.

– Да? А кто же? – хищно оскалился Марат Османович.

– Моя сестра Кира.

– Сестра, говоришь?

– Да-да! Кира поссорилась с мамой и ушла из дома. Но иногда мы с ней встречаемся, и она берет у меня какие-то вещи. Вот этот малиновый плащ был у нее на прошлой неделе. Мы с ней очень похожи, поэтому вы легко могли спутать нас, – прорвало меня.

– Почему поссорилась с матерью? – спросил он без интереса.

– У мамы и сестры не совпадают жизненные ценности, – обняла себя за плечи, чтобы хоть чуточку согреться.

Марат Османович выразительно хмыкнул и сказал:

– Есть один способ проверить, невинная девушка ты или нет. Иди в мой кабинет, раздевайся и жди меня. А я пока с сыном поговорю.

– Но я… – кинула умоляющий взгляд на Руса, чтобы срочно спасал меня, но он словно окаменел.

– Ты глухая, что ли? – разозлился Марат Османович. – Иди в мой кабинет и раздевайся. Или проваливай нахрен из моего дома.

– Иди, – процедил Руслан.

У меня пересох рот, а по коже прошел мороз.

Что меня ждет? Зачем раздеваться?

На ум приходят всякие гнусные мысли вроде права первой ночи на Руси. Нет, нет… Не будет же отец жениха лишать меня девственности ради проверки! Это ненормально, мы в двадцать первом веке живем.

Господи… что делать? Может гордо уйти? Но тогда Руслан подумает, что я его обманывала. Я не знакомила его с Кирой, потому что она… Она неблагополучная, одним словом. Курит, выпивает – моему парню она бы точно не понравилась. И я не знала, что она занимается проституцией, клянусь, не знала…

– А где… кабинет? – беспомощно посмотрела по сторонам.

– Вверх по лестнице, второй этаж, направо, белая дверь, – отчеканил Рахманов-отец, не отрывая строгого взгляда от лица своего сына.

На слабых ногах я пошла в указанном направлении, не понимая, что меня там ждет.

Толкнула белую дверь и оказалась в медицинском кабинете.

Сразу вспомнила, что Марат Османович раньше работал гинекологом. Вероятно, он принимал пациенток и на дому тоже.

Как он будет проверять, лгу я или нет?

Как?

За ширмой стояло гинекологическое кресло, и меня прошиб пот. Как же я боюсь эту адскую штуковину, напоминающую пыточное приспособление для женщин!

Однажды моя мама увидела, как меня провожал одноклассник, и повела меня к врачу для проверки девственности. Благо доктор оказался адекватным и не стал меня смотреть.

Перед колледжем, конечно, пришлось пройти всех врачей. Приятного мало, когда тебя «смотрят» пальцем через задний проход.

«Раздевайся и жди меня там», – прозвучал в голове зычный голос Рахманова-отца, и мне стало совсем нехорошо.

Он собрался загнать меня на кресло и осмотреть лично!

Нет, нельзя допустить подобное унижение, ведь он… Он мой будущий свекор!

Глава 2

Марат

Не верю я этой потаскушке, а вот своим глазам – верю.

В субботу я поехал в сауну, где проходила встреча с человеком из Росздравнадзора – Таганским. Как водится, он отдыхал большой компанией, и с ними, конечно, были шлюхи. Элитные девочки. Но для меня они все конченные бляди, вне зависимости от суммы их заработка.

И эту яркую шалаву в малиновом плаще поверх нижнего белья я особенно запомнил. Девка произвела фурор на своих клиентов.

Так как я приехал в сауну работать, а не веселиться, то сосредоточился на переговорах. Но кое-что все-таки увидел, когда дверь комнаты отдыха открылась.

Два чиновника одновременно натягивали невесту моего сына, которая, ссылаясь на девственность, ему не давала! Правда, я тогда знать не знал, кто это такая. А то бы вытащил ее оттуда за волосы, но сначала пару снимков для Руслана бы сделал.

Сын сам мне жаловался, что его стояк замучил, дрочить устал. И я посоветовал найти ему временную деваху из числа тех влюбленных студенток, которые сами бегали за ним. Но он и слышать не хотел о других девушках, буквально помешался на этой своей Асе.

Признаться, я пытался найти девчонку и объяснить ей, что мой сын женится только на «нашей». У меня есть несколько приличных знакомых семей, где растут взрослые дочери, которые годятся в жены Руслану и подходят ему по статусу.

Для начала выяснил, кто такая эта Ася Тюльпанова, и чего ей от моего сына надо. Студентка медколледжа, совсем не уровень Руслана. Ясно же, что запала на него из-за денег.

Но познакомиться с ней не успел, Рус привел ее в наш дом. Еще и в ЗАГС сгоняли – пиздец какой-то!

Шустрая девка, довела парня до спермотоксикоза и повела, как послушного барашка, заявление подавать.

Ничего, сейчас я выведу эту шалашовку на чистую воду!

– Папа, что ты такое говорил про Асю? – спросил сын, когда его девка вышла из комнаты.

– Развели тебя, олух. Твоя Ася – шлюха, на которой клейма негде ставить.

– Это не может быть! Она ведь сказала, что есть сестра…

– И ты поверил? Видел эту сестру?

– Нет, но… А что ты собираешься делать? Зачем ты сказал ей раздеться, пап?

– Доверься мне, – хлопнул его по плечу ободряюще. – Я опытный врач и сразу пойму, ведет ли твоя девчонка бурную половую жизнь или нет. Если я ошибся, то принесу ей извинения.

– Я уверен, что это какая-то ошибка. Ася не могла… – растерянно пробормотал сын.

– Вот сейчас и узнаем, могла или нет. В нашу клинику девки табунами ходят зашиваться перед свадьбой, может и твоя Ася такая. Жди тут.

Я решительно поднялся по лестнице и толкнул дверь.

Девушка застыла посреди комнаты и пялилась испуганно на ширму, за которой скрывалось кресло. Она сняла только плащ, мяла его в руках и со страхом косилась на меня, боясь посмотреть мне в глаза.

Попалась!

А ведь ей почти удалось женить на себе моего олуха. Сейчас будет уговаривать меня помалкивать. Только не на того нарвалась, всегда презирал распутниц. Из-за одной такой бляди у меня теперь нет жены.

– Почему ты еще не разделась? – спросил строго.

Демонстративно открыл верхний ящик и достал ультратонкие перчатки, чтобы произвести осмотр.

– Марат Ос… – ее голос сорвался… – Османович, прошу вас не надо.

– Не надо что?

– Просто поверьте мне, я не такая, я не езжу по вызовам, – на меня смотрели огромные «честные» коровьи глаза.

Красивая девчонка, прекрасно понимаю, почему Руслана так повело от неё.

Те же скулы, те же губы, нос, лоб, цвет волос… Да она это была, пусть не втирает.

– Я никогда не верю на слово. Понятно? Мне нужны веские доказательства. Не хочешь их предоставлять – свободна.

– Но как свободна? Руслан… он же подумает, что… Господи, меня правда там не было! Это какая-то страшная ошибка.

– Если ошибка, как ты утверждаешь, то тебе бояться нечего. Я опытный врач и быстро определю, девственница ты или нет.

– Но я… – она шумно сглотнула.

Страх терзал ее и рвал на клочки. Этой девушке явно есть, что скрывать. А если она беременна? Возможен и такой чудесный вариант. Поэтому осмотра не избежать.

Я не позволю повесить на моего сына чужого ребенка. Руслан сейчас влюблен, а значит критическое мышление у него сейчас отсутствует.

– И что бы ты ничего глупого себе не напридумывала, скажу прямо: меня не волнуют твои женские прелести. Я здесь только, как гинеколог, и защищаю интересы своего сына.

– Я понимаю, – опустила она голову.

– Так будешь раздеваться или нет? – натянул перчатки. – У тебя ровно одна минута, Ася.

Девчонка завибрировала всем телом, схватилась дрожащими пальчиками за край платья и спросила:

– Всё снимать?

– Нет. Только трусы.

Прекрасная актриса. Не видел бы я своими глазами, как ее пялили с двух сторон, я бы поверил.

– Иди за ширму, как будешь готова, позови.

Ася кивнула и на негнущихся ногах пошла в указанном направлении.

Через две минуты, когда я уже потерял всякое терпение, она позвала меня:

– Марат Османович. Я готова.

– Тогда я вхожу.

Девчонка сидела на кресле, свесив ноги вниз. Трындец, она что, у гинеколога никогда не была? Представляю, какой букет заболеваний может она носить, если ни разу не обращалась к врачу.

Надо хотя бы стандартный мазок взять, мой сын вполне мог залезть к ней пальцами в трусы, а потом те же пальцы потащить себе в рот.

– И как я должен тебя смотреть? Ноги поставь на подставки.

– Господи… – она стыдливо закрыла лицо ладонями.

– Слушай, Ася, хватит изображать святую невинность. Достаточно! Мы тут одни, не перед кем играть. Сядь, как надо.

– Как вы не понимаете? Мне так стыдно! Вы же папа Руслана.

– Я устал повторять, что сейчас я для тебя просто врач-гинеколог. Или ты сомневаешься в моем профессионализме?

– Нет, нет, конечно… Рус много про вас рассказывал. Вы – его кумир.

Уже откровенная лесть пошла, но ей меня не провести и заболтать. Таких малолеток, как она, щелкаю на раз-два.

– Ася, – шумно и нетрепливо выдохнул, и девчонка тут же раздвинула ноги. – Платье теперь подними. Или я сам должен все делать? – спросил раздраженно.

Меня этот цирк уже утомил, честное слово.

Став почти свекольного цвета, Ася задрала платье.

Первое, что я почувствовал – это ее запах. Чистый, черт возьми, запах. Шлюхи не могут так пахнуть.

Девчонка сидела в кресле, окаменев и зажмурившись, будто бы ожидала, что я пытать ее сейчас буду.

– Когда были последние месячные? – задал стандартный вопрос, бегло осматривая ее вульву и анус. Оба отверстия были наглухо закрыты, что опять же, свидетельство о том, что бурной половой жизнью эта девушка не жила.

– Шесть дней назад.

Похоже на правду, что у нее сейчас начало цикла. Так, не беременна – уже прекрасно.

– Ну, что, Марат Османович, вы уже готовы извиниться передо мной? – неожиданно дерзко спросила Ася.

– Еще нет, – ответил я и ввел в нее указательный палец…

Глава 3

– Ай-яй, вы что делаете? – дернулась я от неожиданности. – Вы что, меня девственности лишили?

– Кончиком пальца? Глупости не говори. Я взял мазок. Ну и проверил кое-что. Можешь одеваться.

Не зная, куда себя деть от стыда, я соскочила с кресла, взяла трусы и вылетела из-за ширмы.

– Не спеши, – остановил меня за плечо Марат Османович. – Оденься нормально и только потом выйдешь к жениху.

Господи, его палец был во мне.

Не Руслана, а его отца!

Какой позор. Чувствую себя грязной. Меня оболгали и подвергли унизительному осмотру.

Не хочу больше оставаться в этом доме ни секунды. А извинения Марат Осёлович пусть засунет себе в одно место.

Рахманов стянул перчатки и вышел из кабинета.

Всё позади, но меня еще изрядно потряхивало. Вдруг он солжет сейчас моему жениху и скажет, что я не чиста?

Вот это знакомство… Просто нет слов! Знала бы, что меня ожидает в доме отца жениха, то ни за что бы сюда не приехала. Хотела, чтобы у нас с Русом все было правильно. Но Кира всё испортила… Какого черта она катается по вызовам?

Конечно, я не смогу повлиять на нее. Мать столько раз обзывала ее шлюхой, что Кира стала ею по-настоящему.

Господи… Я теперь не смогу носить этот плащ. Затолкала его со злостью в пустую мусорную корзину и вышла из кабинета.

Я старалась идти гордо, с прямой осанкой, ведь правда оказалась на моей стороне. Пусть через унижения, но мужчины теперь знают, что я не проститутка.

– Руслан, я хочу уйти отсюда.

– Останьтесь на ужин, – сказал Марат Осёлович.

Теперь я буду называть его только так!

– Спасибо, я не голодна.

– Ась, давай останемся? Папа хочет извиниться перед тобой. Он обознался.

– Мне не нужны его извинения.

– Давай не будем конфликтовать, малыш? – жених взял меня за руку.

А я смотрела на него и думала: какую же огромную власть имеет над ним отец, ведь он почти при сыне залез в трусы будущей невестке! А Русу хоть бы хны. Дорогому папе он перечить не смог.

И теперь я как ни в чем ни бывало должна сесть с ними за один стол и поужинать?

– Нет, я ухожу, – высвободила руку и пошла в сторону выхода. – До свиданья.

– Подожди, Ась, я отвезу тебя домой, – кинулся за мной Руслан.

Когда я села в машину жениха, слезы ручьем полились из моих глаз. Я вытирала их рукавом дорогого платья – настолько мне было наплевать на всё.

Моя жизнь больше не будет прежней.

Никогда.

С каким презрением смотрел на меня Рахманов старший! Словно я паучиха. Словно мне от его сына нужны только деньги. Не нужны! Я запретила Русу дарить мне дорогие подарки. А цветы просила приносить только когда есть повод. Потому что знала, сколько стоит один букет.

– Ась, ну ты чего, Ась? – допытывался жених.

– Я чего? А ты чего? Почему не заступился за меня, а? Почему позволил отцу оскорблять меня?

– Я был в шоке. И признаться, подумал, что всё это правда. Мой отец не станет лгать, я ведь хорошо его знаю. Он так уверенно говорил, что видел тебя, что… Аська, прости! Почему ты не сказала мне про Киру?

– Потому что не хотела.

– Впредь рассказывай мне всё, ладно? Мы жениться собрались, а ты родственников своих от меня скрываешь. Ну кто так делает?

– Я еще и виновата осталась.

– Всё будет хорошо. Зря ты не захотела остаться. Папа – гордый, но он извинился бы перед тобой. А теперь даже не знаю, как вас мирить.

– Никак. Не хочу больше видеть твоего отца.

– Но если ты собираешься выйти за меня, то тебе придется с ним общаться. Ты ведь знаешь, что отец – единственный мой близкий человек. Есть еще бабушки, но это совсем другое.

После сегодняшнего знакомства, я уже не хочу никакого замужества.

Завтра я отойду от шока и эмоций, и все будет, как прежде.

Или не будет.

– Тюльпанчик, не дуйся, – погладил меня по колену жених, и я дернулась.

– Руслан, а тебе нормально, да? Что твой отец видел меня голой! – никак не могла успокоиться.

– Мой отец – врач. Он в своей жизни столько женских кисок видел, что его уже ничем не удивишь. Он ведь гинеколог.

Взгляд Рахманова-отца теперь будет преследовать меня в кошмарах – я в этом уверена.

Как обычно Руслан остановился за два квартала до моего дома, чтобы мама случайно нас не увидела. Если она увидит марку и модель авто Рахманова, то придумает себе невесть что.

Я сказала ей, что начала встречаться с обычным студентом медицинского ВУЗа. Только мама спит и видит свести меня с каким-нибудь верующим парнем из ее церкви.

Пока я была маленькая, она каждое воскресенье меня водила на собрания, где мне было ужасно скучно. Там ничего «такого» не происходило, просто все читали Библию и обсуждали прочитанное.

В лет четырнадцать я перестала ходить в дом молитвы, потому что мне не нравился пастырь – лысый мужик с бородкой и с цепким ощупывающим взглядом, после которого хотелось помыться с мылом.

Руслан обнял меня и начал целовать в губы. Я еще не конца успокоилась и поэтому не могла включиться в поцелуй. Рот словно окаменел, а язык присох к нёбу.

– Асёнок, ну что такое?

– Прости я не могу, – взялась за ручку двери. – Я пойду домой.

– Я завтра заеду за тобой после занятий. Скинь время, когда закончатся.

– Ладно, пока.

Вылезла из машины и вдохнула чистый воздух после дождя. Голова закружилась. Тело без плаща мгновенно сковал холод. Ничего, добегу быстренько.

Я тихо открыла дверь квартиры своим ключом и услышала характерные стоны и шлепки.

Да, ладно?!

Неужели наглая Кира привела кого-то в наш дом? Не дай бог мама узнает!

Сейчас я ей выскажу всё, гадине такой. Как же я зла на нее! Берет мои вещи и в них по вызовам катается. Как же я гордилась своим плащиком, а теперь он мирно почил в кабинете гинеколога Осёловича.

Вот сейчас подожду, когда парочка закончит свои дела и войду туда.

Минуты через три звуки стихли. Всё, я пошла ругаться.

Без стука влетела в комнату матери и просто остолбенела…

Глава 4

– Анастасия, выйди отсюда! – указала пальцем на дверь мама.

Ее лицо стало белым и злым. Еще бы! Я застукала ее с пастырем Львом Анатольевичем. Он как раз штаны натягивал, а она поправляла трусы.

Оба с пеной у рта доказывали своим духовным собратьям, что секс без брака недопустим и за этот проступок люди должны нести наказание. А сами…

Мой привычный мир решил сегодня разрушиться окончательно. Я бы никогда не подумала, что моя праведница-мать завела роман со своим наставником! Не было вообще к этому никаких предпосылок. И давно они вместе?

– Ася, – потянувшись к рубашке, сказал Лев Анатольевич, – мы с твоей матерью сначала оденемся, а потом поговорим с тобой. Подожди нас в гостиной.

Не говоря ни слова, я вышла из спальни. И что самое интересное: правила нарушают они, а стыдно почему-то мне. Уши и лицо горели огнем. Что за день такой?

Даже интересно, что они скажут! Почему говорят одно, а делают совсем другое?

Пастырь вышел первым. Он сел в кресло, смахнул со штанин невидимый мусор и сказал:

– Ты не подумай ничего плохого о своей матери, но мы… – всегда прекрасный оратор вдруг не мог подыскать подходящих слов.

– Вы собираетесь жениться на ней? – подсказала я.

– Что? Жениться? – нахмурился мужчина и почесал бородку. – Ася, ты ведь знаешь, что мой статус, он… гм… не предполагает наличие жены.

– Зачем же вы тогда пришли сюда?

– Никому не говори о том, что видела. Пожалуйста, просим тебя. Ради матери.

– Хорошо, я не скажу. Только это очень лицемерно получается, Лев Анатольевич. Люди верят в то, что вы им говорите.

– Да что ты знаешь о наших людях? В церкви уже несколько лет не была! – полоснул меня острым взглядом мужчина. – Твоя мать – прекрасный образец, олицетворяющий женское начало.

– И вы не смогли пройти мимо ее юбки…

Я уверена, что этот Лев заставил ее заняться с ним сексом. Она не могла сама…

– Помни, Ася, с кем разговариваешь, – процедил угрожающе. – У тебя что-то случилось? – как отличный психолог пастырь сразу понял, что сегодня я взвинчена и не такая кроткая, как обычно.

– Нет, у меня всё прекрасно.

– Тогда почему ты вернулась домой раньше времени?

– Неважно.

– Ты мне как дочь. Я всегда готов выслушать тебя и дать тебе совет.

– Спасибо, обойдусь.

– Ну, в душу лезть не буду, коли ты этого не хочешь. Я тогда пойду, – пастырь поднялся с места. – Двери моей церкви всегда открыты для тебя, Анастасия.

– Угу. До свиданья.

Не зря мне не нравился этот мужчина! Я уверена, что мама с ним не по своей воле. Наверняка ей было противно с ним в постели. У меня самой тошнотворный ком в горле стоит. Еще не отошла от одного неприятного случая, как произошел следующий.

Я зашла в кухню, где мама заваривала травяной чай, и сказала:

– Он тебя заставил, мам? Всегда знала, что он неприятный тип.

– Не говори так о Льве, – ответила она глухим голосом. – Почему ты вернулась?

– А почему вы задаете мне один и тот же вопрос?

– Ты видела то, что не должна была видеть.

– Я уже пообещала пастырю, что никому ничего не скажу.

Ее напряженная спина немного расслабилась. Она очень сильно боится огласки, и я понимала почему: те люди, которые вместе с ними молятся, их просто возненавидят.

Был случай, когда они изгнали из своего сообщества женщину, которая провела ночь с новым знакомым. Сам Лев и выгнал бедняжку, когда она во всем призналась. Он многое запрещает другим, а самому себе разрешает всё. Так получается.

– Когда ты познакомишь меня со своим парнем? – вдруг спросила мама.

Ее излюбленное: перевести тему на меня, когда сама в чем-то не права. Неудивительно, что Кира сбежала из дома. Жаль, конечно, что сестра покатилась по наклонной, и отголосок ее деятельности словила я. Теперь Марат Осёлович всегда будет смотреть на меня и видеть шлюху.

– Как и договаривались, мам. В субботу он к нам придет на ужин.

Я попросила Руслана разыграть из себя обычного студента. Мама будет резко против наших отношений, если узнает, что он богат. Деньги в их коллективе тоже презирались, все «излишки» отдавались главе на развитие церкви.

– Хорошо. Лев Анатольевич тоже будет присутствовать на ужине. Он хочет понять, что он за человек, этот твой Руслан.

– Что? Нет! Я не хочу. Он – не наша семья.

– Тебе придется смириться с его присутствием в моей жизни.

Пастырь быстро вычислит, кем является Рахманов на самом деле, у него глаз наметан на состоятельных людей. А я не хочу, чтобы меня опозорили выклянчиванием у него пожертвований. Это они еще не в курсе, что мы заявление подали в ЗАГС. Внутреннее чутье подсказывало мне пока молчать.

– В твоей жизни, мам, но ни в моей, – рискнула пободаться с родительницей.