- -
- 100%
- +
– Зато как метко, – хмыкнул альв, выдёргивая стрелу из шеи оленя.
– Извините, – отозвался Эланор. – Привычка стрелять по цели, едва она появилась.
– Узнаю Аглароста в этом, – хмыкнул Таурхир.
– Не он один, – отозвался Элофор, жестом подзывая оставшихся на поляне воинов. – Но выстрел, правда, неплохой, – он перевёл взгляд на Эланора. – Приятно удивлён. Ещё раз на засаду останешься?
– Да, господин, – с искренней радостью произнёс Эланор. – Это куда приятнее, чем падать под копыта собственной лошади.
Элофор только усмехнулся словам племянника.
– Ладно, – кивнул он, когда воины подошли, чтобы забрать и освежевать тело оленя. – Сменим место засады. На этой тропе уже пролилась кровь.
– Куда выйдем? – спросил Бэлеграс.
– На склон. Там место удобное.
– Как скажешь, – ответил Бэлеграс. – Так, что, я твоего стрелка с собой беру?
– Раз он этого достоин, – ответил Элофор.
Альв, хмыкнув, кивнул.
– Ладно, мы отправляемся.
– Главное, успейте, – усмехнулся напоследок Элдуин, запрыгивая на коня.
– Ты лучше удрать успей, – отозвался Бэлеграс, бросаясь вперёд, словно для того, чтобы стянуть Элдуина с коня. Элдуин резко отдёрнулся в сторону и натянул поводья, заставив животное встать на дыбы. Бэлеграс не растерялся, быстро схватив коня под уздцы.
– Я ему словами, он на меня коня! – воскликнул он. В следующий миг он уже стащил сына Элофора с седла. Элдуин, не медля, вцепился в ворот рубахи Бэлеграса, увлекая альва за собой на землю. Они прокатились по траве, больше хохоча, чем борясь, после чего, наконец, поднялись, стряхивая с волос и плащей налипшую траву.
– Мы можем продолжить охоту? – спокойно спросил Элофор, наблюдая за происходившим ни то недовольным, ни то усталым взглядом.
– Извини, отец, – одновременно произнесли Бэлеграс и Элдуин, снова рассмеявшись. Элофор вскинул бровь и, не сказав ни слова, развернул своего коня. Элдуин, бросив весёлый взгляд на Бэлеграса, поспешил последовать за отцом.
Альв, проводив взглядом группу эльфов, обернулся к Эланору.
– Пошли, – кивнул он.
Эланор послушно последовал за альвом. Эта выходка казалась ему странной. Странным было и то, что Элофор, при этом, не сказал ни слова. Но это было на руку. Бэлеграс находился в слишком весёлом настроении, чтобы заметить какой-нибудь подвох.
– Я немало благодарен за то, что позволили мне присоединиться к вам и на этот раз, – произнёс Эланор. Альв усмехнулся.
– Лишний не помешает никогда лучник, – ответил он. Эланор улыбнулся. За краткое время общения с альвом он не успел окончательно привыкнуть к ломаной речи правителя Харадмина, когда тому приходилось говорить на языке эльфов. Но сейчас это ещё раз доказывало то, что Бэлеграс находился в хорошем расположении духа. И разговор мог получиться действенным.
– Да, я понимаю, – отозвался он. – Но, по поводу лучника, полагаю, эту похвалу стоит направлять не ко мне. Элдуин превосходит меня во всём.
– Тренировки больше у Элдуина, – отозвался Бэлеграс. Старший сын Элровала мгновение помедлил, словно собираясь с мыслями, после чего, как бы ненароком, произнёс.
– Разумеется. В конце концов, не зря он обучался все эти пятнадцать лет.
Бэлеграс не ответил, вопросительно взглянув на собеседника. Эланор бросил на альва непонимающий взгляд.
– Вы не знали? – спросил он. – Через два месяца у Элдуина заканчивается обучение.
– Не говорил Элофор об этом, – отозвался Бэлеграс, усмехнувшись. – Вот, время!
– Да, мой дядя не очень любит привлекать много внимания к событиям, которые происходят в его семье, – произнёс Эланор. – Даже к таким особенным, как окончание обучения моего брата.
– Это ты к чему?
– Только не подумайте, я не осуждаю господина Элофора, – быстро проговорил Эланор. – Просто я знаю, как сам Элдуин ждёт этого момента. Хотелось бы сделать что-то приятное своему брату. Тем более я ему теперь жизнью обязан. Но, что придумать – я не знаю. Дядя вряд ли поддержит моё желание как-то особенно поздравить Элдуина, а сам я, к сожалению, и к моему стыду, не знаю моего брата настолько, чтобы придумать что-то, чтобы ему понравилось.
Бэлеграс перевёл изучающий взгляд на Эланора.
– Хочешь, действительно, поздравить достойно его? – спросил он.
– Да, – просто ответил Эланор, пытаясь понять, о чём может думать альв. Если Бэлеграс задаёт этот вопрос, может ли это значить, что альв уже попал в расставленную и для него сеть?
И, словно в подтверждение его догадок, Бэлеграс, быстро глянув по сторонам, произнёс, понизив голос:
– В Харадмине для него устроить праздник можно. Если не согласится в Элфине Элофор.
– О, это было бы прекрасно! – восторженно произнёс Эланор. – Но, дядя не будет против?
– Не откажет мне он, – хмыкнул Бэлеграс.
– Я очень надеюсь, – ответил Эланор. – Но, в чём будет моя помощь?
Бэлеграс усмехнулся.
– Брату твоему не проговориться, – ответил он.
В тот же вечер Бэлеграс, предварительно договорившись с Эланором, чтобы тот отвлёк брата, заговорил с Элофором.
– Значит, скрыл от меня, – усмехнулся он, подсаживаясь к другу. Элофор, отвернувшись от пламени костра, непонимающе взглянул на альва.
– Что именно скрыл? – усмехнулся он.
– Повод для праздника, – ответил Бэлеграс. – Элдуин заканчивает обучение когда?
– Небо! – Элофор рассмеялся. – Я думал, что-то более серьёзное.
– Разве не серьёзно?
Элофор вскинул бровь.
– В Элмаре такого обычая не было, – ответил он. – Да и сейчас я его не устанавливал.
– Ну, так, это же твой сын, – возразил Бэлеграс.
– И, что далее? Я должен сделать исключение?
– Почему – нет?
– Вряд ли это будет правильно, – ответил Элофор. – Я не могу выделять его из всех воинов только потому, что он – мой сын. Правила и обычаи у нас для всех одинаковые.
– Но ради Элдуина ведь можно от правил отступить, – возразил Бэлеграс.
– Тогда мне придётся от этих правил отступать все последующие годы, – ответил Элофор.
– Но, разве ты его не поздравишь, хотя бы? – в голосе Бэлеграса послышалось недовольство.
– Разумеется, в своей семье я его поздравлю, и мы порадуемся все вместе, – спокойно ответил Элофор. – Разумеется, в Элфине будут торжественные мероприятия, как и всегда. Но выделять при этом одного Элдуина я не буду.
Бэлеграс перевёл недовольный взгляд на пылающий костёр.
– Всё ясно, – мрачно произнёс он. – То есть, до собственного сына тебе всё равно.
Элофор шумно выдохнул. Упрямство Бэлеграса не могло не раздражать, однако спорить с ним сейчас было бессмысленно, тем более что альва это только злило. А ссориться из-за праздника для собственного сына было бы странно.
– Чего ты хочешь от меня? – спросил он, сдаваясь, чтобы избежать ненужных распрей.
– Согласия, – усмехнулся Бэлеграс. – Ты ж знаешь, он мне – как родной. Я хочу устроить праздник для любимого племянника.
– Любимого племянника? – усмехнувшись, повторил Элофор. – Нет, ну, мне, конечно, приятно, что ты так к нему относишься.
– Так, что? – с нетерпением спросил Бэлеграс. Элофор рассмеялся.
– Да, я не устраиваю праздника на своей земле, зато все альвы будут радоваться успехам Элдуина, – он перевёл взгляд на Бэлеграса. – Ты понимаешь, в какое положение ты меня ставишь?
– Ты мне надоел, – фыркнул Бэлеграс. – Это мой подарок Элдуину. Так, что?
– Ладно, – отмахнулся Элофор. – В чём моя помощь будет?
Бэлеграс изучающе взглянул на друга.
– Забыть о принципах своих. Сможешь?
Элофор пожал плечами.
– Придётся, – он перевёл взгляд на огонь, как вдруг заметил стоявших поодаль Элдуина и Эланора, и что-то живо обсуждавших. Элофор некоторое время наблюдал за племянником и сыном, после чего, не сводя взгляда с обоих воинов, спросил:
– Кстати, ты откуда узнал об этом?
– Мы с Эланором разговорились, – ответил Бэлеграс. Элофор сдвинул брови.
– Что он ещё сказал?
Альв бросил недовольный взгляд на друга.
– Что хочет брата поздравить, что благодарен, что тот спас его, – он толкнул друга в плечо, заставив его, тем самым, взглянуть на себя. – Ты подозреваешь его в чём-то?
– Нет, – Элофор снова перевёл взгляд на сына и племянника. – Пока что.
Глава пятая
Вопрос
День перед праздником начался для Эланора едва ли не до рассвета.
Вчера Элофор и Нэфмар уехали в Элмар и Эланор, пользуясь так удачно подвернувшимся случаем, направился к брату. Элдуин был занят какими-то не особо крупными делами, доверенными ему отцом.
– Я не помешаю? – спросил Эланор, входя в рабочую комнату дяди.
– Да, всё в порядке, – ответил Элдуин, не отрываясь от прочтения очередного документа. – Ты хотел что-то?
– Да, отпроситься на день домой. Если можно.
– Разумеется, – Элдуин отложил документ, взял лист бумаги и быстро подписал разрешение. – Главное, отдай это Агларосту, – произнёс он, протягивая бумагу брату.
– Благодарю, – Эланор с поклоном принял документ.
– Не за что, – отозвался Элдуин, снова возвращаясь к своим делам. – Прости, я сегодня занят.
– Я уже не мешаю, – ответил Эланор, выходя из комнаты.
Он быстро вышел из дворца, разыскал Аглароста и передал ему подписанную бумагу. Агларост сдержанно выразил своё недовольство по поводу отъезда Эланора, но возражать не стал, заметив подпись Элдуина.
И вот, наконец, он смог покинуть Элфин, чтобы отправиться к отцу.
Он добрался до Амондора быстрее, чем за час. Однако, как он ни надеялся, что они с отцом обсудят всё быстро и без лишних свидетелей, ему пришлось задержаться, так как в Амондоре непонятно по какой причине был и Элаглар, и вести разговоры о государственных переворотах в его присутствии было бы неразумно. Во всяком случае, отец ни намёком не обмолвился об этом, когда они всей семьёй собрались на обеде. Элровал завёл непринуждённый разговор о каких-то новостях, погоде и обучении Эланора. Старший сын также легко отвечал на вопросы отца, матери и Элгила. Заметил он и то, что за всё это время Элаглар не произнёс ни слова. Эланор уже не помнил, когда средний брат был в хорошем настроении. С момента его ухода в Элмар он появлялся дома раза два-три, и все эти разы, приезжая относительно спокойным, он обязательно ссорился с отцом и уезжал таким же мрачным, как и сейчас.
Наконец, обед закончился. Элровал и Эланор перекинулись ещё парой малозначащих фраз, после чего отец поднялся, обозначая тем самым конец трапезы, и кивком позвал старшего сына следовать за собой.
Они вышли, поднялись на второй этаж и направились в комнату. Отец пропустил сына вперёд, закрыл за собой дверь и быстро прошёл к столу.
– А теперь рассказывай, как всё на самом деле? – спросил он, доставая из ящика стола пустой лист бумаги.
– Нормально, но несколько сложно, – ответил Эланор, тоже проходя к столу и готовясь к письменному диалогу.
– Не думал, что твой брат приедет, – понизив голос, произнёс Элровал, расставляя на столе чернильницу и подставку с перьями. – Хотелось бы знать, почему Таурхир отпустил его.
– Может, из-за приезда дяди в Элмар? – предположил Эланор.
– Может, – Элровал обмакнул перо в чернильницу и, склонившись над столом, что-то написал на бумаге.
– Так, что ты говорил о своём обучении? – спросил он.
– Всё нормально. Ну, не так легко, как казалось изначально, – ответил Эланор, опуская взгляд на лист бумаги.
«Есть какой-то план?» – был написан вопрос. Эланор взял перо и быстро написал:
«Завтра праздник в Харадмине. Окончание учёбы Элдуина. Я подал эту мысль альву, но он думает, что придумал сам. Рассматриваешь как возможность?»
Элровал прочитал ответ, после чего написал:
«Торопишься?»
«К дяде сложно подобраться» – ответил Эланор. – «Он осторожный. Общения не поддерживаем. Через три года отправит обратно. Другой возможности может не оказаться».
Элровал вопросительно посмотрел на сына. Эланор развёл руками.
– Сам понимаешь, – шёпотом произнёс он.
Элровал кивнул, что-то обдумывая, после чего снова взялся за перо.
«Есть яд», – написал он. – «Еслиэто произойдёт на чужой земле, будет чем занять обе стороны».
«Если с дяди начать?»
Элровал отрицательно помотал головой.
«Тогда надо сразу готовить переворот. Агларост поднимет войска. Элдуина проще. Мэнэлгвай обещал помочь с Агларостом и Нэфмар. Я сообщу о плане, он подсуетится. Ангсарн займёт элмарцев. Тогда можно убивать Элофора».
Эланор устало вздохнул.
«Сколько времени на Аглароста?»
«С полгода».
Эланор согласно кивнул.
– Так, значит, Элдуин делает немалые успехи, – произнёс Элровал вслух, нажимая на одному ему известный камень на стене возле камина. В следующее мгновение тонкая каменная плитка отодвинулась, обнаружив за собой небольшой тайник. Элровал достал шкатулку из чёрного дерева, покрутил секретный замок и открыл крышку. Внутри лежали несколько глиняных флаконов, небольшой стилет и пара перстней, которые могли в себе скрывать либо отравленные шипы, либо полости для яда. Всё это он в своё время сумел получить не без помощи Мэнэлгвая.
Элровал достал один из флаконов, после чего закрыл шкатулку и вернул её в тайник. – Я рад за него.
– Да, Элдуин – превосходный воин, – ответил Эланор, принимая из рук отца флакон с ядом. – Разумеется, не таков, как его отец, но многие из воинов уступают ему в умении. А ещё недавно он мне жизнь спас… – последние слова вырвались у Эланора, словно против его воли. Элровал изучающе посмотрел на сына.
– И, как это получилось? – спросил он, снова подходя к столу.
– Я упал под копыта лошади. Элдуин остановил её.
– Что ж, это благородный поступок, – протянул Элровал, снова написав что-то на бумаге. Эланор перевёл взгляд на стол.
«Надеюсь, это не помешает?» – Элровал испытующе взглянул на сына. Эланор посмотрел на отца и опустил взгляд. Впервые он поколебался. Он должен отплатить злом за добро. Должен. Почему, вдруг, должен? Может, не стоит? Может, всё рассказать дяде? Упасть в ноги, во всём признаться. Тогда и в доверие проще будет втереться. А после, когда отца за измену казнят, он сможет действовать уже в собственных интересах… Небо! О чём он думает?! Он за один только этот заговор должен на виселицу отправиться!
Он помотал головой, пытаясь не выдать всю силу бушевавшей в нём борьбы.
«Я рассчитываю на тебя», – написал Элровал. – «Ты ему не обязан».
– Элдуин весь в отца, – уже вслух произнёс Элровал. – Мой брат сделал бы то же самое, – он порвал исписанный лист бумаги и бросил его в камин.
– Наверно, да, – пробормотал Эланор, понимая, что разговор окончен. Он ещё некоторое время постоял у стола, вертя в руках флакон. – Ты будешь завтра на празднике? – спросил он. Элровал усмехнулся.
– Вряд ли я буду желанным гостем, – произнёс он как можно более безразлично. – Но, если Бэлеграс не выгонит меня, я приеду.
– Я думаю, всё будет зависеть от решения Элдуина, – ответил Эланор. – Он, вроде, хотел тебя пригласить.
– Тогда передай ему, что я буду чрезвычайно благодарен ему, – произнёс Элровал.
– Передам, – Эланор кивнул. – Я буду собираться, меня всего на день отпустили. А вечером я еду в Харадмин, помогать Бэлеграсу.
– У Бэлеграса мало слуг? – хмыкнул Элровал.
– Ну, он просил, – Эланор поболтал пузырьком с ядом.
– Ах, ну, раз сам Бэлеграс просил, – Элровал кивнул, довольный тем, насколько быстро сын понял способ передачи смысла сказанного совершенно иными словами. – Тогда, конечно, поезжай. Странно только, – произнёс он чуть громче. – Что этот праздник будет в Харадмине.
– Бэлеграс сам предложил, – ответил Эланор, пряча флакон с ядом за пояс и подходя к двери. – Хорошо, до завтра.
– До завтра, – отозвался Элровал.
Эланор вышел.
Однако покидал он комнату отца в смешанных чувствах. Ещё каких нибудь полгода тому назад он не сомневался бы в правильности своих действий. Теперь же всё казалось иначе. Теперь, вопреки всем советам и наставлениям отца, он чувствовал, что он в долгу перед Элдуином, и подлить ему яд будет сложно. Небо! О чём он думает? Это не просто сложно! Это преступление! Но, с другой стороны, если он пойдёт против отца, насколько это окажется разумно? Он слишком долго к этому шёл. Он слишком долго втирался в доверие дяди. Он сдружился с братом именно ради этой цели. А теперь, когда до начала решающих действий оставался всего шаг, он вдруг начинает сомневаться. Нет, это недопустимо. И что отец скажет? Что он, его сын, его первенец, на которого он возлагал все надежды, подвёл его из-за своей нерешительности?
Эланор медленно двинулся по коридору. Власть, слава, земли, другая жизнь, без постоянного надзора со стороны Элфина – и от всего этого его отделял лишь один флакон с ядом. Но, стоило ли за это продавать свою совесть? Более того, если он решится – назад пути уже не будет. Он столкнёт лавину, которую уже подготовил его отец.
Он шёл по коридору, чтобы спуститься на первый этаж дворца, как звуки шагов в комнате брата, мимо которой ему пришлось проходить, заставили его остановиться. Может, поговорить с Элагларом? Хотя, средний брат вряд ли будет рад вести этот разговор. И, всё же…
Он кратко постучал и, не ожидая ответа, открыл дверь.
– Войду? – спросил он.
Элаглар бросил недовольный взгляд на брата.
– Ты уже вошёл, – бросил он, пристёгивая меч к поясу.
– Уезжаешь?
– Ты ж видишь.
– Вижу, – Эланор, войдя в комнату, закрыл дверь. – Ты слишком быстро.
– А что мне среди вас делать? – фыркнул Элаглар. – Я здесь только и слышу этот отцовский бред о мести.
– Может, не стоит так об отце говорить, – с нажимом произнёс Эланор.
– А что стоит?! – Элаглар резко повернулся к брату. – Я приезжаю в отцовский дом. Да, мне иногда хочется вас всех видеть. А в ответ слышу, что я предатель и перебежчик.
– Тебя никто не заставлял отправляться в Элмар, – спокойно произнёс Эланор. – Ты сам это выбрал. Не обвиняй теперь всех.
Элаглар остановился, устремив на брата испепеляющий взгляд.
– Тебе чего надо? – бросил он. – Ты поговорить хотел? Или ещё раз меня предателем назвать?
– Я тебя предателем не называл, – ответил Эланор. – Ни когда ты в первый раз ушёл, ни сейчас, – он прислонился спиной к дверному косяку. – Просто хотел пообщаться с тобой, как с братом.
– Если это опять про месть, общайся с Элгилом, – мрачно отозвался Элаглар, накидывая плащ.
– Отец дал мне яд, – не обратив внимания на слова брата, произнёс Эланор. – Ты же знаешь, что Элдуин заканчивает обучение. Завтра Бэлеграс праздник устраивает.
– И ты решишься? – В голосе Элаглара прозвучал металл.
Эланор на мгновение замолчал.
– Я не знаю, – приглушённо произнёс он.
Элаглар изучающе посмотрел на брата.
– Ты сам-то этого хочешь? – спросил он. – Или просто отца боишься?
Эланор пожал плечами.
– Не боюсь, – ответил он. – Отступать не хочется. Да, и, не мне одному это выгодно.
– Не прикрывайся семьёй, – бросил Элаглар, слишком сильно затягивая завязки плаща. – Ты ж, в первую очередь, для себя это делаешь.
– Я это делаю для отца…
– Если б для отца, твоя совесть оказалась бы сильнее твоих намерений, – перебил Элаглар, резко дёрнув стянувшие горло завязки. Эланор бросил мрачный взгляд на брата.
– А где твоя совесть? – недовольно произнёс он. – Ты не хочешь меня отговорить?
– Ты пришёл сюда, чтобы я тебя отговаривал? – фыркнул Элаглар. – Я могу проще сделать. Я даже должен сейчас отправиться в Элфин и предупредить дядю.
– А ты готов это сделать? – Эланор устремил на брата испытующий взгляд. – Отправишься в Элфин сейчас?
Элаглар, наконец, справившись с плащом, бросил недовольный взгляд на брата и отвернулся.
– Если я это сделаю, ты ж отречёшься, – ответил он. – А после вы с отцом найдёте способ и от меня избавиться. Я прав? – он снова взглянул на брата.
– Нет, – Эланор отошёл от двери, понимая, что брат собирается уйти. – Ты неправ. Вообще, я просто хотел узнать твоё мнение, а не спорить с тобой.
– Моё мнение? – фыркнул Элаглар. – Я считаю это преступлением и предательством. А если у вас это и получится, надолго власть ни он, ни ты не удержите.
Эланор мгновение помолчал.
– А если я не только верну? Если я, всё же, смогу удержать? – спросил он. – Ты воспользуешься ей?
– Будьте вы оба прокляты со своей властью, – бросил Элаглар. – Если ты это сделаешь, ты мне больше не брат. Теперь дай пройти.
Эланор сделал шаг в сторону.
– Иди, – бросил он.
Больше не сказав ни слова, Элаглар вышел, хлопнув дверью.
Эланор, сунув большие пальцы за ремень, прислонился спиной к стене и устремил взгляд в пол. Элаглар, конечно, в чём-то был прав. Но его правда была слишком резкой. Эланор сам прекрасно понимал, что совершает преступление. Но, если он отступит, он предаст отца. Эланор достал флакон с ядом. Преступление. Убийство. Да, Элаглар прав. Но, с другой стороны, если он, действительно, сможет добиться того, к чему стремится, не воспользуется ли его брат этими привилегиями? Эланор был уверен, воспользуется. Да и, разве его брату не выгодно будет избавиться от законной власти чужими руками, а после, продолжая речи о добре и справедливости, получить часть этой власти? Эланор сунул флакон с ядом за пояс. Пора. Он вышел в коридор и направился к выходу. И прочь все сомнения.
Элаглар, едва выехав на главную дорогу, остановил коня. Разговор с братом сложно было назвать приятным и, возможно, он сказал что-то лишнее. С другой стороны, согласиться с действиями отца он не мог. Это было преступлением, а становиться преступником он не желал. Но просто осуждать брата, зная о грядущей беде, было мало. Что ему теперь делать? Поехать и рассказать дяде обо всём? Тем более, Элофор уже должен был вернуться в Элфин. И он поверит, и будет благодарен, в этом Элаглар не сомневался. Он сомневался в другом – хочет ли он сам этой справедливости, о которой он говорил брату? Не проще ли ему самому будет жить, если Эланор исполнит план отца? Тем более, ещё неизвестно, когда Эланор решит действовать, и решит ли, судя по тому, что он сомневается? А если он сейчас поедет в Элфин, выдаст брата, а брат не будет этого делать? Как ему быть тогда?
С другой стороны, и Эланор в этом прав, осуществление плана отца было бы выгодно для всей их семьи. Он сам-то в Элмар изначально пошёл не только для того, чтобы учиться махать мечом. А перед братом он всегда может извиниться за свои слова. И тогда ему уже не придётся выслушивать недовольные речи Сленсигила, терпеть неприязнь элмарцев, ловить на себе ненавидящие взгляды окружающих. Он, имея достойную военную подготовку, сможет встать во главе войска брата. В том, что Эланор будет нуждаться в его помощи, он не сомневался. Да, план отца будет выгодным и для него. Но, зря, что ли, он всё это время так стремился найти правду? Зря пытался доказать, что он не таков, как его отец? Зря он столько говорил о чести, справедливости и долге, если даже собственные слова теперь обратились для него в пустой звук? И чем он, в таком случае, лучше отца, если он готов совершать собственные преступления руками брата?
Элаглар снова бросил взгляд в сторону Элфина. А, впрочем, в чём справедливость? Где она? Как её определить? Дядя, говоря о доверии, приставил своих воинов наблюдать за их семьёй. Таурхир, получив предупреждение о небезопасности пребывания Эланора в Элфине, до сих пор никому ничего не сказал. И даже его, Элаглара отправил сейчас на время домой именно для того, чтобы он не успел чего-нибудь сказать Элофору, пока тот находился в Элмаре. Это было более чем понятно. Справедливость? Честь? Увы, мир был далеко не таким, как он заявлял о себе. А стоило вырваться из этого мира и начать жить против его правил, и можно было закончить жизнь либо в петле, либо от удара ножом в спину. Стоило ли меняться, в таком случае? Элаглар натянул поводья коня. Пусть будет то, что суждено. Если Небо, действительно, решает всё по справедливости, оно усмотрит путь для них всех. И, повернув коня в противоположную сторону, Элаглар поехал в Элмар.
Глава шестая
Торжество
Начало праздничного дня в Элфине было обозначено лязгом оружия, шелестом развевающихся знамён, звуком шагов воинов, чеканящих шаг и приказами, отдаваемыми Форолосом и Агларостом.
Элдуин стоял во главе своего отряда, держа в руках знамя Элфина. Волнение, радость, гордость – все эти чувства смешались в сердце юного эльфа в одинаковых пропорциях, так что он вряд ли мог сказать, что именно он сейчас чувствует. Последний день его обучения закончился неделю назад. И всю эту неделю они изо дня в день по несколько раз проходили вот таким же строем по центральной площади военного города, а сегодня то же самое предстоит сделать на дворцовой площади Элфина. А весь народ будет на них смотреть. Кто-то будет завидовать, кто-то восхищаться, кто-то искать недочёты. Значит, надо всё сделать исключительно.