Криптоморфы: Паутина страха

Глава 1

Судьба Киры Коваль решалась в эту минуту: Платон Строгин, начальник отдела оперативных расследований, внимательно изучал ее личное дело и рекомендательные письма. Он сидел за столом напротив Киры, не спеша перелистывая страницы в папке. Кира терпеливо ждала вердикта. У нее была тайная цель, о существовании которой Строгин даже не догадывался.

В кабинете работал кондиционер, и пиджак из тонкой ткани не спасал Киру от прохлады. Она поежилась, пытаясь унять нервную дрожь. Сказывались переживания о предстоящем испытательном сроке в отделе оперативных расследований и безумная спешка: сегодня днем Кира совершала привычную пробежку по парку, когда ей позвонили из БЛОК – Бюро ликвидации опасных криптоморфов – и сообщили, что Платон Строгин срочно вызывает ее на собеседование. Она две недели мечтала услышать этот звонок и уже отчаялась его дождаться.

Взмокшая от бега, в спортивных шортах и футболке, Кира тут же вернулась домой, приняла душ и переоделась в деловой костюм. Она запрыгнула в свою старую развалюху, которая по какому-то недоразумению все еще считалась автомобилем, и помчала в БЛОК, молясь о том, чтобы не застрять в пробках. Когда до начала собеседования оставалась одна минута, Кира влетела в приемную начальника отдела оперативных расследований и, пытаясь отдышаться, с невозмутимым видом поздоровалась с удивленной секретаршей. Ровно в назначенное время (шестнадцать часов тридцать минут) Платон Строгин вызвал ее в кабинет.

Наконец, он закончил чтение личного дела и, сняв очки, посмотрел на Киру. На вид Строгину было лет пятьдесят: сухощавый, волосы с проседью. На костистом лице выделялись проницательные глаза, нос с небольшой горбинкой и тонкие губы с опущенными уголками.

– Впечатляющее досье, – сказал Строгин, с прищуром глядя на Киру. – Нечасто приходится видеть столь выдающиеся результаты у выпускников Академии. У вас отличные оценки по теоретическим дисциплинам, физической подготовке и стрельбе. Преподаватели, со многими из которых я знаком лично, отзываются о вас наилучшим образом. Ваша нацеленность на результат в столь юном возрасте достойна всяческой похвалы.

Вообще-то Кире в марте исполнилось двадцать два года, и она считала себя вполне взрослым человеком, но матерому Строгину выпускница Академии наверняка казалась несмышленой девчонкой, которая по какому-то недоразумению решила устроиться на службу в самое элитное подразделение – отдел оперативных расследований.

Строгин явно добивался того, чтобы Кира стушевалась под его насмешливым взглядом, но она старалась держаться хладнокровно, ведь от ее поведения на собеседовании зависело, удастся ли ей достигнуть своей тайной цели.

– Спасибо. – Кира скромно улыбнулась. – Для меня будет честью работать в отделе оперативных расследований, если вы дадите на это разрешение.

Кира с детства мечтала о службе в БЛОК. Первым шагом к цели стало поступление в Академию БЛОК, где курсантов в течение пяти лет готовили к непростой работе агентов, занимавшихся поимкой криптоморфов.

Но за последний год у Киры появилась еще одна цель: завершив обучение в Академии, она во что бы то ни стало хотела попасть на службу именно в отдел оперативных расследований и стать напарницей одного конкретного человека.

– Мы всегда рады успешным выпускникам Академии в наших рядах, – сказал Строгин, а затем, нахмурившись, добавил: – Но меня кое-что озадачило в вашем заявлении.

– Что-то не так? – Кира постаралась, чтобы удивление в ее голосе не прозвучало слишком наиграно.

– Вы просите о том, чтобы стать напарницей Марка Вереса, – осторожно начал Строгин, наблюдая за реакцией Киры.

– Да, все верно, – с невозмутимым видом подтвердила она. – Агент Верес – легенда БЛОК и пример для подражания многих курсантов Академии. Несмотря на молодой возраст, он обезвредил рекордное количество агрессивных криптоморфов. Говорят, он как будто обладает особым чутьем на этих тварей. Мне бы очень хотелось перенять его профессиональный опыт.

– Марк Верес действительно является одним из самых результативных агентов БЛОК. – Строгин потер переносицу, а затем, помрачнев лицом, продолжил тихим голосом: – Проблема заключается в другом: у Вереса очень сложный характер.

Кира пожала плечами:

– Я слышала об этом. Но, судя по всему, сложный характер Марка Вереса никак не сказывается на его профессиональных успехах. В конце концов, у каждого есть свои недостатки.

Строгин фыркнул от смеха. Кира не ожидала столь живой реакции от будущего начальника: преподаватели Академии отзывались о нем как об очень сдержанном и бесстрастном человеке.

– Недостатки? – Строгин покачал головой. – Это еще мягко сказано. За три года службы в БЛОК Верес сменил пять напарников: они были в ужасе от его поведения и наотрез отказались с ним работать. Теперь он волк-одиночка. При всем моем уважении к профессиональным навыкам Вереса, я должен признать, что его личные качества вызывают отторжение у всех наших сотрудников. Он желчный и грубый человек. Я категорически против того, чтобы вы работали вместе с ним.

Кира ожидала такого ответа. Но у нее был последний козырь. Встав со стула, она подошла ближе к столу Строгина и, глядя в его холодные глаза, твердо сказала:

– Вы прочитали мое досье, но там не указано главное – причина, по которой я хочу служить в БЛОК. Думаю, вы о ней прекрасно знаете. Именно поэтому мне важно работать вместе с самым лучшим агентом. Я хочу стать таким же профессионалом, как Марк Верес. Или еще лучше.

Строгин нахмурился и, что-то обдумывая, постучал ручкой по заявлению выпускницы Академии. Наконец, он сказал:

– Кира, я работал с вашим отцом. Знал вашу маму. И только ради светлой памяти о них я разрешаю вам пройти испытательный срок в качестве напарницы агента Вереса. Но хочу еще раз предупредить: вам будет очень тяжело.

– Я знаю. – Кира сдержанно кивнула, хотя внутри нее все ликовало: ее план сработал, а это значит, что она будет работать вместе с Марком Вересом!

Строгин расписался на заявлении и протянул его Кире.

– Агент Коваль, поздравляю вас с поступлением на службу в отдел оперативных расследований БЛОК. – Он взглянул на часы, висевшие на стене. – Я распоряжусь о том, чтобы вы получили удостоверение и табельный пистолет до конца дня. Завтра приступите к работе.

– Я благодарна вам за оказанное доверие. – Кира сложила заявление и убрала его в карман пиджака. – Но у меня есть еще одна просьба.

Строгин вопросительно взглянул на Киру, явно обескураженный ее настойчивостью. Она мягко улыбнулась, чтобы не показаться начальнику слишком наглой, и осторожно, как бы невзначай сказала:

– Я бы хотела уже сегодня познакомиться с агентом Вересом. Где я могу его найти?

Глава 2

Марк Верес прицелился и нажал на спусковой крючок табельного пистолета. Защитные наушники приглушили грохот выстрела, а отдача чуть дернула руку. Пуля угодила в центр мишени, установленной в конце стрелкового коридора. Именно здесь, в учебном тире, агенты БЛОК два раза в месяц в свободное от службы время отрабатывали навыки меткой стрельбы.

Задача ставилась простая: как можно точнее поразить мишени, представлявшие собой прямоугольные куски фанеры с нарисованными на них криптоморфами. Изображения монстров были однотипными и нарочито гротескными: вытянутые туловища, деформированные руки с когтями, бугристые головы с красными глазами и распахнутыми клыкастыми ртами. Как шутили агенты, никто из них ни разу в жизни не видел именно такого криптоморфа, поэтому художник, рисовавший мишени, скорее всего использовал образ, приснившийся ему в кошмарах.

Кроме Марка в тире находились другие агенты из отдела оперативных расследований – сегодня была их очередь от души пострелять по фанерным чудовищам. Расположившись в дальней части помещения подальше от Вереса, его коллеги о чем-то весело переговаривались, сменяя друг друга у огневого рубежа. Они избегали общения с Марком, но это нисколько его не волновало: он был волком-одиночкой, и этот статус в коллективе полностью его устраивал. Лучше метко стрелять в цель одному, чем быть мазилой в толпе напыщенных идиотов.

Марк вынул из рукоятки пистолета отстрелянный магазин, собираясь заменить его на новый, как вдруг сзади кто-то похлопал его по плечу. Он обернулся, застав перед собой Алекса Томчака, своего бывшего напарника в отделе оперативных расследований. Томчак теперь работал в тандеме с другим агентом и, как и все остальные сотрудники БЛОК, всячески избегал общения с Вересом.

Марк снял защитные наушники, когда увидел, что бывший напарник что-то ему говорит.

– Верес, к тебе гости, – Томчак повторил свою фразу и с ухмылкой отошел в сторону.

За его спиной оказалась невысокая девушка в темно-сером брючном костюме, который удачно подчеркивал изгибы стройной фигуры. У нее были светло-русые волосы, забранные в хвост на затылке. Зеленые глаза и выразительные губы украшали миловидное, немного бледное лицо с едва заметными веснушками на щеках и носу – похоже, девушка старательно маскировала их тональным кремом. Она с интересом разглядывала Марка, держа в руках какую-то папку. Он удивился: как это хрупкое создание занесло в гремевший выстрелами учебный тир?

Марк перевел взгляд на ехидно улыбавшегося Томчака, ожидая от него комментариев, но тот не успел ничего сказать – девушка, шагнув ближе, начала беседу первой:

– Меня зовут Кира Коваль. Я выпускница Академии БЛОК, – представилась она. – С завтрашнего дня мы будем напарниками.

Томчак, прыснув от смеха, покачал головой:

– А ты смелая. – Он ободряюще похлопал девушку по плечу. – Прежде, чем Верес скажет тебе первую гадость, хочу предупредить: с ним невозможно работать. За пару месяцев, что мы были напарниками, он меня чуть до нервного срыва не довел.

– Томчак, ты еще скажи, что по ночам в подушку плакал, – поддел Верес, с удовольствием отметив, как помрачнел бывший напарник: как и раньше, Томчак терпеть не мог, когда задевали его самолюбие.

– Думаю, мы найдем общий язык. – Кира с вызовом взглянула на Вереса.

В глазах девчонки мелькнул хитрый огонек, который мгновенно его разозлил: он не любил, когда кто-то самонадеянно нарушал установленные им правила и границы.

– Мы найдем общий язык, если ты прикусишь свой, – отрезал Верес, наблюдая за реакцией девушки: она даже бровью не повела. – Ты явно что-то перепутала. Я работаю без напарников.

– Но это противоречит уставу БЛОК, – возразила настырная выскочка. – Согласно ему, агенты отдела оперативных расследований ввиду особо опасного характера службы должны работать в тандеме с напарником, что повышает безопасность при выслеживании и задержании криптоморфов.

Томчак снова расплылся в злорадной ухмылке, наблюдая за невиданным шоу: какая-то девчонка посмела перечить самому Марку Вересу! Более того, другие агенты, находившиеся в дальней части тира, прекратили стрельбу и, сняв защитные наушники, с едва скрываемыми усмешками поглядывали на Вереса и дерзкую выпускницу Академии. Пора прекращать это непотребство. Марк демонстративно вставил новый магазин в рукоятку пистолета и с презрением спросил у расплывшегося в улыбке Томчака:

– У тебя зубы лишние, что ли? Давно по морде не получал?

Ухмылка мгновенно слетела с лица бывшего напарника. Скривившись, будто съел лимон, он ответил:

– Да пошел ты, Верес. С тобой даже поржать нельзя.

– Ржать будешь со своими шакалами. – Марк кивнул на коллег, наблюдавших за их разговором. – Вместо того, чтобы таращиться на меня, лучше бы наконец-то научились метко стрелять.

Томчак, покачав головой, обратился к Кире:

– Беги, пока не поздно.

Он отошел в дальнюю часть тира, где его с нетерпением ждали другие агенты: всем наверняка хотелось из первых уст услышать очередную историю о скверном характере Марка Вереса. Впрочем, ничего нового. Многие из них уже привыкли к тому, что с Вересом лишний раз лучше не пересекаться. Он был отвратительным коллегой, умудряясь при этом оставаться безупречным профессионалом – в конце концов, вряд ли кто-то еще в БЛОК мог похвастаться такой же феноменальной результативностью в поимке криптоморфов. Его опасались, сторонились, а иногда откровенно ненавидели. Но Марк плевать хотел на мнение коллег: он делал свое дело – и делал его хорошо. Его не волновало, что думали о нем другие люди, но еще меньше он заботился о том, хотел ли кто-то с ним дружить. В конце концов, у него была особая причина для враждебного отношения к миру – тайна, надежно похороненная в прошлом…

Когда Томчак отошел, Марк перевел взгляд на Киру: в холодном блеске ее глаз читались интерес и вызов. Девчонка либо и правда не по годам отважная, либо…

– Ты умственно отсталая? – высказал Марк второе предположение. – Я же сказал: я работаю один. Строгин прекрасно об этом знает, поэтому не мог назначить тебя моей напарницей.

– Похоже, он передумал. – Кира улыбнулась уголком губ, протягивая Марку лист бумаги из папки. – Это заявление, подписанное Строгиным. Он дал добро на нашу совместную работу.

Марк пробежал взглядом по строчкам. Внизу стояла размашистая резолюция Строгина: «Принять на испытательный срок в качестве напарника агента Марка Вереса». Вот черт! Строгин совсем головой тронулся?

И не успел Марк высказать вслух свое недовольство, как девчонка уже протягивала ему папку, набитую бумагами.

– Здесь мои рекомендательные письма от преподавателей Академии и результаты аттестации, – пояснила она. – Они убедительно доказывают, что я достойна стать твоей напарницей: будучи одной из лучших выпускниц Академии, я должна работать вместе с лучшим агентом отдела оперативных расследований.

– Тебя саму не тошнит от этого пафоса?

Марк взял протянутую папку и, придав лицу нарочито пренебрежительный вид, быстро ее пролистал: как и следовало ожидать, аттестационные листы Киры Коваль пестрели отметками «отлично», а преподаватели Академии в рекомендательных письмах не скупились на хвалебные слова в ее адрес.

Что ж, эта настырная девчонка хочет стать напарницей Марка Вереса? Значит, она сегодня же получит такой профессиональный опыт, о котором еще долго будет рассказывать своим подружкам со слезами на глазах. Но это даже хорошо: чем больше агентов БЛОК будет знать о том, что с Вересом лучше не иметь никаких дел, тем лучше.

– Ладно, так и быть, – с ухмылкой сказал Марк, отметив, как вытянулось от удивления лицо Киры: похоже, столь быстрой победы она не ожидала. – Хочешь работать вместе – милости прошу, только потом не жалуйся Строгину, как злой и вредный Верес тебя обижает.

– Не переживай: я умею терпеть, – вздернув подбородок, ответила Кира, а затем с насмешливой улыбкой кивнула на мишень в конце стрелкового коридора. – Надо же, ты не такой меткий, как я думала.

– Можно подумать, ты у нас снайпер, – фыркнул Марк, стараясь сдержать раздражение, ведь Кира была права: он действительно пару раз попал в «молоко», немного промахнувшись мимо фигуры криптоморфа.

– Какой глаз? – вдруг спросила Кира.

– Что? – Марк не сразу понял вопрос.

Девчонка хитро улыбнулась и пояснила:

– Выбирай: в какой глаз криптоморфа мне выстрелить? – Она достала пистолет из кобуры, спрятанной под пиджаком, и кивнула на мишень.

– Давай в левый.

Марк едва успел отойти в сторону от огневого рубежа, когда Кира, обхватив пистолет двумя руками, стремительным движением нацелила его на мишень. Она трижды нажала на спусковой крючок, и пули с грохотом одна за другой попали точно в цель, поразив левый глаз нарисованного монстра.

Кира обернулась к Марку. Она самодовольно улыбалась, но Марк заметил, как предательски дернулись уголки ее губ: похоже, Кире Коваль стоило больших усилий изображать из себя крутую девчонку. Интересно, ради чего весь этот спектакль? Почему эта выскочка так навязчиво набивается к нему в напарницы?

Марк сделал вид, что меткость Киры совершенно его не впечатлила, и равнодушно процедил:

– Встречаемся через пять минут на парковке.

Спрятав пистолет в кобуру на поясе, Марк надел куртку и направился к выходу из тира. Он прошел мимо Томчака и других агентов, которые с усмешками оживленно обсуждали увиденное. Марк даже не посмотрел в их сторону: пусть судачат дальше, ему нет никакого дела до этих придурков.

У выхода из тира стояло большое мусорное ведро, куда агенты обычно выбрасывали пластиковые стаканчики из кофейного аппарата или пустые бутылки из-под воды. Марк демонстративно швырнул туда папку с результатами аттестации и рекомендательными письмами Киры Коваль. Он спиной чувствовал, как она провожала его взглядом, а значит, наверняка видела, как он обошелся с ее документами. Марк не сомневался, что его поступок наверняка задел девчонку, но нисколько об этом не сожалел. Пусть знает: никому не позволено играть не по правилам Марка Вереса.

А сейчас их ждала одна очень интересная поездка.

Глава 3

Вечер опускался на город: темнело небо, затянутое грязными тучами, в сумраке ярче светились фонари и фары машин, а немногочисленные пешеходы сновали по тротуарам мимо мрачных громадин домов. Конец июля выдался пасмурным и прохладным – впрочем, зачастую казалось, что другой погоды здесь попросту не существовало.

Кира, сидевшая на пассажирском месте, покосилась на Марка Вереса: устремив взгляд на дорогу, он уверенно вел свой внедорожник по улицам. Кира понятия не имела, куда он ее везет, но этот факт почему-то мало ее тревожил. Ей удалось практически невозможное: она не просто напросилась в напарницы к Вересу, но, кажется, умудрилась его заинтриговать! А иначе как еще объяснить, с какой легкостью Марк пригласил ее прокатиться «по одному интересному делу», как он выразился на парковке, когда Кира садилась в его черный внедорожник.

В голове все еще стоял образ Вереса в тире: высокий, мускулистый, одетый в джинсы и простую черную футболку, агент БЛОК только одним своим видом запросто мог вскружить голову толпе легкомысленных девиц, но Кира была не из таких. Да, она отметила его холодную красоту: серые глаза с прищуром, ухмылка на губах, напоминавшая скорее оскал, и по-хулигански взъерошенные темные волосы делали его похожим на опасного хищника, затаившегося в засаде в ожидании добычи. И Кире лишь оставалось надеяться, что она не станет его жертвой…

– Куда мы едем? – спросила она, решив наконец нарушить затянувшееся молчание.

Верес ухмыльнулся:

– На наше первое совместное дело. Ты же так сильно мечтала со мной поработать.

– Хотелось бы конкретики. – Кира пристально посмотрела на Вереса, но он все так же следил за дорогой, даже не удостоив напарницу коротким взглядом.

– Если испугалась, ты так и скажи. – Кажется, ему доставляло удовольствие издеваться над Кирой. – Я тебя высажу: вот здесь как раз подходящее место.

Кира взглянула в окно: они проезжали мусорную свалку на окраине города.

– Очень смешно, – фыркнула она. – Я слышала, что у тебя сложный характер, но не думала, что ты еще и хамло.

– Сама напросилась. – Верес, осклабившись, пожал плечами, будто давая понять, что вообще ни при чем, и Кира сама виновата, что ввязалась в эту историю. Впрочем, так оно и было. – Похоже, ты забыла, что правильным девочкам нельзя садиться в машину к опасным незнакомцам.

– С чего ты взял, что я правильная? – Кира вздернула голову, надеясь, что ее слова прозвучали достаточно дерзко.

Ее немного задело, что Верес так быстро ее раскусил: она действительно всю жизнь была правильной девочкой – типичной отличницей с идеальной репутацией, но сейчас, когда ее конечная цель оказалась столь близка, она изо всех сил старалась произвести впечатление смелой и острой на язык оторвы.

Кире казалось, что только такие девушки могли заинтересовать Вереса: именно поэтому она выкинула нетипичный для самой себя фокус со стрельбой в тире, благо она действительно была очень метким стрелком. Судя по тому, как быстро Верес пригласил Киру отправиться в загадочную совместную поездку, ее план сработал: она вела себя нагло, раскованно и дерзко, и такое поведение зацепило ее напарника. Вот только как бы не перегнуть палку…

– По правде говоря, я думаю, что ты обыкновенная выскочка. – Верес вдруг перевел на нее взгляд, и Киру неприятно поразил ледяной блеск его глаз. – Ты с чего-то решила, что можешь играть во взрослые игры, и теперь настырно лезешь туда, где тебе совсем не место. Лучше бы и дальше ковырялась в своей песочнице.

– Ты ненамного старше, раз уж мы заговорили о возрасте, – резко осадила его Кира: по рассказам других курсантов Академии, общавшихся с агентами БЛОК, она знала, что Вересу исполнилось двадцать шесть лет.

– Ты всегда такая дерзкая или только со мной? – усмехнулся Верес и, не давая Кире возможность парировать, тут же добавил: – Впрочем, можешь не отвечать. Меня мало волнует твое жалкое кваканье.

Кира чуть не задохнулась от возмущения: хамство Вереса начинало переходить все границы. Но она знала, на что шла, и обещала себе терпеть до конца. Вереса, похоже, совсем не заботили ее эмоции: с невозмутимым видом он включил музыку, и из колонок раздались громкие визги гитары вперемешку с истошными воплями вокалиста. Ничего удивительного: Марк Верес оказался любителем зубодробительного хард-рока.

Кира отвернулась к окну. Они выехали из города и теперь двигались по трассе куда-то на северо-восток, мимо фабрик, ангаров и складов промзоны, огороженных бесконечными бетонными заборами. Уличные художники нарисовали на серых плитах многочисленные граффити, изображавшие чудовищных существ и зловещие темные фигуры.

Криптоморфы.

Кое-где на заборах виднелись большие надписи: «Хороший криптоморф – мертвый криптоморф!» или «Смерть криптоморфам!» В обществе до сих пор не было единого мнения, как относится к тем, кто теперь отличался от всех остальных людей.

Кира прикрыла глаза, отдаваясь воспоминаниям…

Одиннадцать лет назад на Земле началась эпоха нового, ранее неизвестного науке феномена, получившего название криптоимпульс. Ученые выяснили, что это было загадочное невидимое излучение, источник которого так и остался невыясненным.

Когда криптоимпульс начал воздействовать на людей, Кира была еще ребенком, но она хорошо запомнила хаос и панику, охватившие мир за считанные недели. Таинственное излучение распространялось молниеносно, ежедневно поражая сотни тысяч жертв по всему земному шару, и быстро добралось до столицы и других городов страны.

Большинство заболевших умирало за пару дней в чудовищных муках: под действием таинственного излучения внутренние органы стремительно разрушались и превращались в чужеродные для организма ткани, вызывая смертельный иммунный ответ.

Как и в случае с другими недугами, воздействие криптоимпульса не всегда заканчивалось смертью: многие люди с трудом поправлялись после тяжелой лихорадки, длившейся несколько дней, а некоторые отделывались бессимптомным течением. Ученые оказались бессильны в создании лекарств, поскольку истинная природа криптоимпульса оставалась загадкой: в его распространении не были виноваты ни микроорганизмы, ни какие-либо известные науке химические вещества или физические факторы. Были те, кто полагал: криптоимпульс, не имея научного объяснения, мог быть проклятием, ниспосланным на весь человеческий род за его грехи.

Кире запомнились выпуски новостей первых лет эпохи криптоимпульса: мертвые тела на улицах крупнейших мегаполисов мира, переполненные больницы, коллапс системы здравоохранения. Волна за волной загадочное излучение накрывало человечество, пока не исчезло самостоятельно шесть лет назад, оставив после себя миллионы трупов, опустевшие города с разрушенной инфраструктурой и глобальный экономический кризис. Страны до сих пор не могли из него выбраться.

Ученые пришли к выводу, что победное шествие криптоимпульса завершилось благодаря банальному факту: излучение поразило каждого человека на Земле. Казалось, криптоимпульс должен был стать еще одним недугом, который едва не уничтожила человечество, но спустя год после его появления выяснилось нечто странное, что навсегда изменило мир: часть популяции людей видоизменилась.

Так появились криптоморфы.

Занятая мыслями, Кира только сейчас заметила, как внедорожник Вереса свернул с трассы, окруженной полями, и поехал по растрескавшейся асфальтовой дороге, пролегавшей среди дремучих лесов. Внезапно идея отправиться в поездку вместе с едва знакомым человеком уже не казалась Кире настолько удачной.

Из колонок все так же оглушительно гремел рок. Кира покосилась на Вереса: с невозмутимым видом он уверенно вел машину по ухабистой дороге, едва слышно подпевая песне. Самый отмороженный агент БЛОК явно что-то задумал, и Кира не сомневалась: ей придется приложить огромные усилия, чтобы не ударить перед ним в грязь лицом.