Губительный обман

Посвящается девочкам, которые

зачитываются книжками по ночам.

У каждой из нас обязательно в жизни

появится Алекс, который подарит нам целую библиотеку

Плейлист

chase atlantic – friend

chase atlantic – slow down

chase atlantic – swim

william single – love you like me

voila – figure you out

xxxtentacion, noah cyrus – again

chase atlantic – into it

chase atlantic – right here

neighbourhood – sweater weather

arctic monkeys – do i wanna know?

dj lilli – the beach x another love (remix)

perfume – mehro

Пролог. Двое в заложниках

В моей жизни я ещё ни разу не чувствовала столь сильный, липкий страх от прохладного металла, касающегося кожи головы в месте, где к моему виску было приставлено дуло заряженного пистолета.

Что делать в подобной ситуации я не знала. Но было ясно только одно – никаких резких телодвижений иначе пуля пробьет мне череп, и я распрощаюсь со своей жизнью.

Странно, но меня не пугала сама мысль о смерти. Лишь о том, какие последствия моим близким она принесёт. Но несмотря на всё это я хотела жить.

Жить долго и счастливо. Рядом с Алексом.

Поэтому я остудила свои мысли и посмотрела на Рию. На её лице отпечатывались все бушующие и во мне эмоции, но в отличие от меня она их не скрывала.

Нас заманили в ловушку и сейчас из своих укрытий выходили коротко стриженные люди в чёрном, держа свои пистолеты наведенными на нас – двух хрупких девушек.

Их было шестеро против двоих.

Практически безоружных, ведь у Рии с собой был лишь серебристый пистолет Фабио, а у меня – ничего. О том, что у неё с собой оружие я узнала только, когда она достала его из потайного внутреннего кармана своего элегантного пальто. Наведя дуло на мужчину, что держал меня на прицеле, Рия перевела взгляд на меня.

Люди говорили, что перед смертью можно увидеть, как вся жизнь проносится перед глазами. Но теперь я могу утверждать только одно: при смертельной опасности все мысли исчезают, а когда смотришь в глаза близкому человеку, то вспоминаешь всё, что вас с ним связывало.

Я смотрела на Рию, и видела все самые яркие моменты нашего взросления, как на тех фото и видео, что мы смотрели вместе с ней и Алексом совсем недавно. Они пролетали перед моими глазами с быстротой и яркостью, с которой способны лишь самые яркие и запоминающиеся ситуации из детства. Наша первая ссора, совместные походы в магазины, просмотр кино, видеоигры, падения при обучении катанию на коньках, долгие ночные переписки, первая влюбленность, секреты от родителей и Алекса, песни, что мы пели в машине…

Так много вещей, что связывало нас. И роднило, словно сестёр. Да так, что сейчас мы были готовы умереть друг за друга несмотря на все тайны, образовавшиеся за последний год. Ведь только в этот страшный момент я осознала, насколько всё же была крепка наша с Рией связь. И как далеко мы готовы зайти ради друг друга.

Из этого состояния нас вывел взвизгивающий звук резкого торможения колёс, и я разрушила наш с Рией зрительный контакт, увидев, что рядом тормозит машина Алекса. А потом он выскочил оттуда вместе с Фабио и двумя телохранителями с заряженным оружием.

– Оливия! Александрия! – услышала я крик Алекса, когда Фабио не дал ему подскочить ближе к нам.

Лучше бы я не заглядывала в глаза Алекса и не видела ужас, который пробил его при виде меня в заложниках. Этот взгляд мне теперь не забыть никогда – он будет сниться мне в кошмарах.

Горло Рии дрогнуло, когда она услышала голос брата, а её руки – нет. Она крепче сжала пистолет и палец, покоящийся на спусковом крючке.

– Договор уже подписан, – громко возвестил Фабио. – В угрозах жизни девушек нет смысла. Отпустите их.

– Отпустить? – услышала я хриплый смех над своим ухом. – Как же! Только после того, как мы обменяем их на вас.

Бандиты усмехнулись, переводя пушки на Алекса, Фабио и их телохранителей.

– Это ничего не изменит. Бумаги уже вступили в силу, – Алексу явно давалось нелегко сохранять спокойствие.

Чёрт дёрнул нас купиться на эту уловку и угодить в ловушку…

– Слушай сюда, богатенький сынок, – дуло пистолета плотнее прижалось к моей голове, когда Отис обратился к Алексу. – Либо ты сдаешься нам, либо я дырявлю мозги твоей красотке.

В моей голове промелькнула мысль отдавить уроду ноги и вырваться из захвата, но по глазам Алекса прочитала, чтобы я не смела двигаться с места. Вот же влипли!

– Это ты послушай, придурок, – неожиданно раздался звонкий голос Рии. – Знаешь, какая пушка у меня в руках? Если плохо видишь, то присмотрись. Я продырявлю ей твои мозги быстрее, чем ты успеешь спустить курок, урод. Поэтому живо опустил оружие и отпустил мою подругу!

– А ты дерзкая, малышка…

– Опустил пистолет!!! Живо! – закричала Рия. – Я считаю до трёх.

– Рия! – окрикнул её Фабио, когда заряженное оружие двоих бандитов переместилось на голову и сердце девушки.

– Я вас предупредила, ублюдки! Раз… – начала свой отчет Рия.

«Что ты делаешь?» – одними губами прошептала я, а Рия также одними губами ответила: «Доверься мне».

Доверие.

Между нами всегда оно было, вот только сейчас от него зависела наша жизнь. Но сомнений не было: даже в таком сложном положении я была готова вверить ей свою судьбу.

– Два…

Фабио и Алекс выхватили своё оружие.

Телохранители, заслоняющие их собой, вперились глазами в Дженовьере.

Обстановка накалилась до предела.

Ставки были слишком высоки.

Я зажмурила глаза, чувствуя, как неприятно металл елозил по моему виску. И мысленно приготовилась к любому исходу, когда услышала её громкое:

– Три.

А потом раздался выстрел.

1. Сообщение из прошлого

Лекция по социологии была настолько скучной, что за сорок минут я уже сорок раз пожалела о том, что не сбежала с компанией одногруппников в бар.

Мистер Левилл грозил дать нам тест, на котором присутствие было обязательным. Но как всегда про это благополучно забыл, начав вести унылую лекцию со скоростью рассказа ленивца из «Зверополиса».

Блиц-скорость без границ – именно такое прозвище было у мистера Левилла, который даже внешне походил на этого мультяшного героя. Чёлочка не первой свежести, мутные зеленые глаза и медлительность…

Мистер Левилл был одним из самых безобидных и одновременно невероятно утомительных учителей. Он бубнил, давал крайне скучные задания и в целом никак не повышал интерес к и так нудному предмету. И все это крайне неблагоприятно складывалось в практически нулевое посещение студентами его занятий.

Даже меня сейчас здесь не было бы, будь у меня все хорошо с этим предметом. Но увы, я и так прогуляла столько занятий, что сегодня мне нужно было отметиться у Левилла.

Я зевнула и подперла рукой подбородок, наблюдая за тем, как преподаватель шестой раз за эти десять минут одёрнул свой серый галстук. Мне казалось еще чуть-чуть – и я засну.

Но вдруг экран моего смартфона загорелся и на нём отпечаталось новое сообщение от моей подруги Ванессы Монесьели, за которое я ухватилась, как за спасительную соломинку от скуки.

Несс Монесс: Смотри, что пропускаешь. 

Я разблокировала телефон и, открыв сообщение, увидела прикреплённую к нему фотографию. Там добрая половина нашей группы чокалась уже не первым коктейлем радостно улыбаясь. Вот же гады! И хотя я по своей воле не пошла в бар, меня расстроило это фото. Ведь сейчас перспектива слинять с нудной лекции уже казалась мне в разы притягательнее, нежели перед её началом.

Я страдальчески закатила глаза и тяжело вздохнула. В этот момент мистер Левилл закашлялся, и, попросив у студентов прощения, вышел за водой. Это и толкнуло меня на мысль о том, что дальше здесь сидеть не имело смысла.

Итак, как бы потактичнее улизнуть из класса?

Скорее всего, придется подговаривать Деб, чтобы та упросила преподавателя отпустить нас раньше, ведь если исчезнет кто-то из четверых оставшихся в лектории студентов – будет ну крайне заметно. И хотя мистер Левилл довольно безобидный, но он может занизить мне оценку на следующем тесте за такое неуважние к его «важному» предмету.

Значит, все-таки придется уламывать Дебору.

Отложив телефон, я откинулась назад, окликая нашу местную заучку:

– Псс, Деб.

Заложив за ухо прядь русых волос Дебора вопросительно посмотрела на меня.

– Что?

– Может быть, попросишь отпустить нас пораньше? – обратилась я к ней максимально милым тоном.

Дебора смутилась и смахнула невидимые пылинки с идеально отглаженной университетской юбки. И как только ей удавалось сохранять ту в таком состоянии целый день?

Она точно была ведьмой, ведь моя форма уже после двух часов теряла свой опрятный и отглаженный вид.

– Но ведь сегодня крайне важная лекция…

– … а на ней присутствует очень мало наших одногруппников, – я знала на что давить. – Ты, как самая любимая и самая ответственная студентка мистера Левилла, должна это понимать. Он всегда прислушивается к твоему мнению. А попросив отпустить нас раньше и перенести часть важной лекции на следующий раз, ты позволишь другим ребятам не завалить ближайший тест.

– Ты права, – задумчиво протянула Дебора, закусив кончик ручки.

Сидящий у самой двери Карл фыркнул и усмехнулся, на что я незамедлительно одарила его уничтожающим взглядом. В ответ парень осклабился и провёл рукой по своим тёмным волосам, приглаживая кудри:

– Эй, мелочь, мне нужны эти кредиты1.

– Тебе и так проставят сегодняшний, – прошипела ему я.

Сегодня на социологии помимо нас с Деборой присутствовал он, да испанка Изабелла. Но Изабелла хотя бы не вмешивалась в мои попытки нас освободить – она плохо понимала по-английски.

– Мне здесь сидеть до пяти на отработке. Уж лучше коротать время с Левиллом, чем с тренером.

А вот сейчас Карл мог бы и помолчать.

Он уже прогулял рекордное количество кредитов в каждом классе2 за семестр и теперь был на грани отчисления.

– Ой-ой, какой бедненький! Боишься, что тренер выбьет из тебя всю дурь? – невинно захлопала глазками я.

Карл раздражал меня своим наглым поведением при том, что он был высокомерным прогульщиком, взявшимся за ум только когда ему пригрозили выбыванием из нашей спортивной команды университета.

– Не остри, Браун. Я бы посмотрел, как ты бы отстояла в планке двадцать минут, а затем пробежала шесть стадионов.

В этот момент в помещение вернулся мистер Левилл и продолжил свою лекцию, ввиду чего мне пришлось опустить голос до шепота:

– А мне бы и не пришлось. Я вообще-то учусь, а не кувыркаюсь с девочками в койке дни напролет.

– Завидуешь? – растянулся в наглой ухмылке Карл. – Знаю, что нравлюсь тебе, Браун. Если так неймется, можешь прийти сегодня вечером. Комната номер триста шесть. Я всегда твой.

Я не сдержалась и показала ему средний палец.

Карл рассмеялся и послал мне воздушный поцелуй. Вот же бабник!

Чтобы избежать продолжения разговора с Карлом, я снова повернулась к Деборе. Русая девушка все это время старательно записывала лекцию за преподавателем в свою розовую тетрадь.

– Дебс?

Дебора подняла на меня взгляд, и я жестами намекнула ей о том, что пора попросить нас отпустить.

– Хорошо, Ливи, но только ради тебя, – согласилась она, закусывая губу и явно раздумывая над тем, когда лучше обратиться к преподавателю.

Я вздохнула и изо всех оставшихся сил постаралась не заснуть прежде, чем нас наконец отпустят. Но, к моей радости, экран моего смартфона загорелся вновь, и я подвинула его к себе ближе, скрывая за тетрадью. Переписка с Нессой вновь привлекла моё внимание, ведь подруга снова поделилась фотографией. На ней она выглядела ну просто замечательно в обнимку с Тайлером Донехью. Её рыжие кудри рассыпались по плечам, а лицо озаряла ослепительная улыбка. Карие глаза были прикрыты, а на щеках с веснушками и нежным румянцем выделялись ямочки.

Рядом с ней, источающей огонь, Тайлер выглядел каким-то темным властелином из типичного романтического фэнтези: черные отросшие волосы, синяки под глазами, бледная кожа, синие глаза без искры. Не хватало только острых ушей, и был бы точно каким-нибудь темным фейри!

Казалось, всю живость на фотке перетягивала на себя подруга, не оставляя Тайлеру ничего, что могло бы его зажечь. Несса воплощала в себе солнце, а он – хмурую тучу.

Несс Монесс: Кажется, Тайлер запал на тебя. Он уже пятый раз спрашивает придёшь ли ты к нам.

Оливия: А мне кажется, что Тай подкатывает к тебе, а ты всё никак это не поймёшь.

Несс Монесс: Он попросил у меня твой номер.

Вот кобель! Неужели думал, что таким образом сможет склеить над обеих?

Сочувствую ему. Уж лучше встречаться с Карлом, чем с этим мрачным мистером недовольство.

Оливия: И ты его дала?

Ответ пришёл незамедлительно.

Я закатила глаза, ведь даже не заглядывая в сообщение я знала, что там увижу. Но всё-таки прочитала его:

Несс Монесс: Конечно! Спрашиваешь ещё ;))))

Отложив телефон, я начала выводить ручкой в тетради незамысловатый узор, пока мистер Левилл писал что-то на доске. И, еле обуздав своё недовольство, напечатала ответ лишь спустя пять минут:

Оливия: Ванесса Монесьели, у меня вообще-то парень есть.

Несс Монесс: Так его почти никогда нет)))))

Несс Монесс: Ау, Джош!

Несс Монесс: Ты где?

Я вышла из чата с подругой, даже не читая приходящие следом от Ванессы сообщения и прекрасно зная, что через пять минут моего молчания она начнет извиниться за эту шутку. Вот только я на неё и не злилась, ведь прекрасно знала характер Нессы.

Она была чересчур дружелюбной, общительной и всегда готовой помочь. Но не всегда её помощь была к месту. Особенно в делах, касающихся чувств. И Несса никогда не спрашивала, а сразу действовала. Не раздумывая, что тот же Джош мне был в разы приятнее Тайлера.

Бесцельно листая ленту новостей в соцсетях, я наткнулась на новый пост новым треком моей любимой группы. Я тут же переслала его Нэшу – своему другу детства. А, если быть точнее, то его фейковой страничке, с которой он всегда мне писал.

Нэш ответил незамедлительно, пересылая мне тот же пост. У нас всегда сходились мысли касаемо музыки, поэтому я не удивилась, что он отправил мне то же самое сообщение.

Увидев, что я ранее скинула тот же пост, Нэш быстро написал:

Great Brain: Тебе тоже понравилась их новая песня?

Я улыбнулась, прочитав его никнейм, который выдавал его восхитительное самомнение. Ну надо же было назваться Великим Умом!

Мне бы такую уверенность в себе, как у Нэша Бертрана.

Оливия: Да, очень.

Great Brain: Тогда сходим на их концерт через месяц?

Мой палец замер над экраном телефона стоило мне прочитать это сообщение.

В течение нескольких месяцев друг пытался выманить меня из моего мирка, в который я забилась год назад и теперь отчаянно не желала его покидать.

Оливия: Я пока не знаю смогу ли.

Great Brain: Мм, надеюсь у тебя правда могут быть дела и ты на самом деле не избегаешь встреч.

Дел у меня не было, и я правда избегала Нэша, каждый раз выбирая вместо встреч с ним посиделки с Нессой в её танцевальной студии. Тому была одна простая причина – Нэш напоминал мне о том, что причиняло боль. А именно: о наших общих друзьях, исчезновение которых он даже не попытался объяснить.

Сжав левую ладонь в кулак, я попыталась отогнать темные мысли, что раз за разом возвращались в мою голову, когда я переписывалась с Нэшем. Но это не помогло и тогда я решила снова поторопить Дебору, чтобы уйти с занятия как можно быстрее и отвлечься.

Понятливая Дебора сразу подняла руку, привлекая внимание преподавателя. Однако то, что Деб говорила мистеру Левиллу, я уже не услышала: в кармане моей сумки завибрировал второй телефон. И моё сердце тут же ухнуло в грудной клетке, разбившись на тысячи осколков.

Я нервно сглотнула и полезла искать его среди тетрадок и учебников. Мои руки дрожали от волнения, из-за этого мне не сразу удалось расстегнуть непослушную молнию. В конце концов, отыскав в сумке старенькую раскладушку, я скрепя сердце прочитала пришедшую на него смс-ку.

Рия: Через 10 минут у твоего университета.

Мои ладони тут же стали мокрыми, а лоб покрылся испариной.

Странная смесь радости, предвкушения и полной неожиданности накатила на меня, и я поддалась волне чувств, вызванных этой долгожданной встречей.

На этот телефон уже почти год не приходили сообщения и не поступали звонки – от Александрии Уоллес не было никаких вестей, ровно, как и от Алекса. Нэш упрямо молчал на все мои расспросы о них, из-за чего я каждую неделю проверяла их аккаунты в социальных сетях в надежде, что хоть там найду ответы на свои вопросы. Но последнее фото Рии из Италии было выложено около полугода назад без всяких подписей, что могли бы намекнуть на причины подобного исчезновения Уоллесов.

И вот она, наконец, объявилась.

Пока я приходила в себя от шока Деборе удалось уломать мистера Левилла и тот обещал отпустить нас через пять минут.

Пять минут, показавшихся мне адом.

Кое-как записав задание на дом и побросав все вещи в сумку, я вылетела из класса в полупустой коридор университета. Сверившись с часами, я накинула на плечи кожаную куртку и побежала вниз по лестнице к выходу, напрочь забыв обо всех переписках с Нессой и Нэшем.

Мой пульс бешено стучал в висках.

Я не знала, что скажу Рие, но это уже не имело значения. В тот момент я была невероятно рада, что не пошла с ребятами в бар. Потому что сообщения от Рии я ждала целый год, ввиду чего мы с Нэшем и поссорились, ведь он ничего не мог рассказать мне о ней и её брате. А теперь, когда дождалась – не могла поверить в то, что она вернулась!

Мы дружили с Рией с детства, и в нашем общении был свод из нескольких правил, которым я должна была следовать неукоснительно.

Правило первое: при «исчезновении» Рии и/или Алекса, я не могла первая им писать, звонить или приезжать к ним домой – то есть любым образом выходить на контакт.

Правило второе: кроме наших общих знакомых больше никому не рассказывать о них и не показывать фотографии. Только если какие-то общие факты или имена. Но ничего того, что могло привести к раскрытию их личностей.

Правило третье: держать их данные в секрете и никому ни под каким предлогом не разглашать эту информацию.

Все эти три правила были не просто озвучены когда-то давно, а расписаны в документе, на котором стояла моя подпись.

Когда я подписала эту бумагу, мне было одиннадцать. И никто из моей семьи или близких не знал об этом. Я честно следовала всем пунктам договора и очень хорошо хранила этот самый важный секрет в моей жизни.

Но иногда следование первому правилу становилось для меня невыносимым. Например, когда друзья исчезали из моего круга общения я каждый раз с трудом училась жить без привычных переписок с ними. Вот только ещё никогда ранее ни Рия, ни Алекс не исчезали так надолго. Причём сразу вдвоем.

Я не запомнила, как выскочила из университета и чуть было не влетела в подъезжающий белоснежный кабриолет. Верх его крыши был закрыт, поэтому секундой позже тонированное стекло опустилось и из него выглянула девушка. На её пшеничные волосы был накинут платок, а глаза скрывали солнечные очки в форме кошачьего глаза.

– Эй, цыпочка, не подскажешь, где тут найти одну прилежную студенточку Оливию Блейк? Я должна забрать её из самого скучного места на свете, – томно произнесла она, чуть спустив очки на нос и блеснув своими большими, голубыми глазами.

– Рия! – пискнула я, еле сдерживая нервный смех от столь неожиданной радости.

Девушка на водительском сидении тут же не выдержала и рассмеялась, открывая мне дверцу кабриолета.

– Садись, малышка, – её тон вновь стал обычным, столь привычным и дорогим мне. – Я так ждала встречи с тобой!

Оглянувшись и удостоверившись, что нас никто не видел в полупустом дворе университета, я села в машину.

В прохладном салоне пахло кожей и легкими ароматами персика и сандала. Рия нажала на газ и кабриолет сорвался с места, в то время как верх машины медленно пополз вверх.

Она на ходу сняла с волос платок, откинув его в бардачок. Прямые, длинные и пышные волосы подруги рассыпались по плечам, обдав меня её любимым дорогим парфюмом. Спереди некоторые прядки выцвели на солнце, ярко контрастируя с её золотистым загаром.

Значит, она всё-таки была в Италии.

Когда я увидела Рию, мне столько всего захотелось рассказать, но теперь, когда я уже отошла от эйфории встречи, на языке разлилось горькое послевкусие от осознания того, что меня бросили словно ненужную вещь. Не предупредив. Не позвонив. Не встретившись.

Просто исчезнув.

– Так и будешь молчать? – поинтересовалась Рия, выруливая на оживлённую трассу, пока я терзалась вопросами о том, что же случилось с Уоллесами.

На Рие был белоснежный брючный костюм с глубоким V-образным вырезом декольте и расклешёнными брюками. На руках ни одного кольца, на запястьях ни одного браслета, лишь на шее переливалась на солнце тонкая золотая цепочка с подвеской, украшенной бриллиантом, которую ей подарил Алекс на шестнадцатилетние. В странной нелюбви к украшениям она была полной противоположностью своему брату.

– Кажется, это не я исчезла на целый год и сейчас должна объясняться, – ответила я, с болью рассматривая похорошевшую подругу.

Значит, она не скучала? Не плакала ночами от одиночества? Не сходила с ума от горя? Конечно, ведь ей не надо держать в тайне существование своих лучших друзей даже от собственной матери!

Рия кинула на меня взгляд из-под очков, тут же становясь серьёзнее. Я увидела в её глазах грусть и тоску.

– Ливи, это было по просьбе отца, – сказала она и тут же добавила. – В смысле, не наш разрыв в общении, а моя поездка в Италию. Никто не должен был знать, чтобы ничего не сорвалось…

– Но ты могла бы предупредить, хотя бы нашим шифром! Я ведь чуть с ума не сошла, ожидая в твоих соцсетях хоть какое-то подтверждение, что с тобой всё хорошо и ты жива!

Наш секретный шифр мы придумали ещё в детстве, когда хотели спрятать наши тайны от всевидящих родителей. И он оказался весьма полезным, хоть и сложным, ведь мы его изобретали на основе квенья3 Толкина. Мы тогда много лет фанатели от «Властелина колец», пока Рия не «изменила» своему обожаемому Гимли с Капитаном Америка.

– Не нагнетай, пожалуйста, – по Рии было видно, что ей совестно. Но я уже не могла остановиться и перестать обижаться, ведь действительно всё это время не могла найти себе место.

Стоп. Что она сказала? По просьбе отца?

Это было очень, и очень странно. Это осознание тут же охладило мой пыл.

Рия всегда была папиной дочкой, и всё же обычно он просил все вопросы решать Алекса как наследника его бизнеса, но никак не свою дочь. С их семьей я была связана почти с рождения, поэтому знала, что здесь было что-то не так.

Но что именно?

– Мне самой было невмоготу, – тем временем продолжила Рия, сжав пальцы на руле. – Я сотню раз хотела написать, но смогла встретиться с тобой только сейчас. Ты сможешь меня за это простить?

Рия посмотрела на меня своим фирменным щенячьим взглядом, а я что-то пробурчала ей в ответ.

Меня одновременно трясло от радости и от шока возвращения в мою жизнь лучшей подруги. Конечно, я была готова простить ей всё!

– Давай я куплю тебе мороженое и кофе. Заедем в Старбакс?

О да, сейчас она точно применила секретный приём! Так Рия поступала, когда нужно было срочно загладить свою вину.

Конечно мне уже не одиннадцать, чтобы я покупалась за любимое мороженое, но это до сих пор срабатывало.

– Александрия Роуз Уоллес, не пытайся увильнуть от темы!

Вот только это уже было сказано в шутку, ведь она уже увильнула, и я ей это позволила.