Чужак.Особый магистрат

Промолчав, Кане немного помедлил, а потом уточнил:

– А вы не думали, что Катерина освободила своего спасителя не из пустого благородства, а преследуя некую цель?

– Какую, например? – поинтересовался Верона.

– Мы оба знаем, какой именно maestro stiletto9 хранится в сокровищнице ордена.

– Хочешь сказать, что Катерина осмелилась на столь отчаянный шаг? – поразился Верона.

– Мне лишь кажется, что наш беглец не просто так оказался в подвалах Черной Розы.

– Похвально. Ты натолкнул меня на очень интересную мысль, – промурчал инквизитор.

Кане не стал отвечать, а лишь покорно поклонился. Четки инквизитора стали отбивать ритм быстрее – Верона думал, пытаясь вырвать мысли из паутины сомнений. Воистину правы те, кто сравнивает хозяев и слуг, а именно их схожесть, которая возникает со временем. Кане никогда не обладал острым умом. Лишь преданность считалась его сильной стороной. Но за последние годы он возмужал: вспыльчивость сменилась вдумчивыми рассуждениями, а безрассудство – осторожностью.

«Если так пойдет и дальше, то от Кане придется избавиться», – хладнокровно рассудил инквизитор. Умный пес хозяину ни к чему, потому как он может надумать себе найти нового.

Хитрая луна поглядывала с небес, все выше взбираясь по небосводу. Ей был интересен сегодняшний ночной разговор.

– Кардинала Алонсо стоит предупредить о действиях семьи Висконти, – продолжил озвучивать мысли слуга.

Инквизитор улыбнулся:

– А вот этого мы пока делать не будем. Придавать догадкам лишнюю значимость опасно. И хорошо, если они начнут сбываться, а если наоборот? Что тогда?!

Осознав свою ошибку, Кане отошел в сторону и вновь низко поклонился. Он знал, как его господин умеет наказывать тех, кто проявляет излишнее рвение в делах, куда нос совать не следует.

– Ты посоветовал достаточно на сегодня, – сказал инквизитор. – К тому же меня сейчас заботит еще один вопрос. Ты направил следопытов в Тоскану. Скажи, что они обнаружили в месте Явления? Удалось им схватить пришельца?

Виновато опустив голову, Кане немного помедлил. Таким нехитрым приемом он пользовался нечасто, и лишь для того, чтобы немного потянуть время и собраться с мыслями.

– Терпеть не могу плохих новостей, – произнес Верона и, продемонстрировав раскрытую ладонь, поторопил слугу.

– Мои люди внимательно изучили след от Огненного Кольца. Из него действительно вышел человек. Скорее всего, это была девушка. Пока мы не смогли напасть на ее след, но в ближайшие дни порадуем вас новыми сведениями.

– Хваленые тобой люди слишком медлительны, – недовольно поморщился Верона.

– Уверяю вас, они еще проявят себя.

– А что будет, если этого не случится? – спросил инквизитор. – Какое наказание понесут исполнители и человек их отрекомендовавший?

Кане сглотнул. Он прекрасно знал, что разговор непраздный, Верона всерьез озаботился вопросом ответственности за отсутствие ожидаемого результата.

– Мы найдем пришельца. Обещаю! В ближайшие сутки я надену на нее аркан Смирения.

Сонная луна скользнула за облака и стала медленно скатываться в расщелину меж горных вершин. Ей наскучил разговор двух людей, встретившихся недалеко от кривой тропы, что вела в обитель Черной Розы.

***

Этой ночью мне не спалось. Я просто закрывал на время глаза и погружался в собственные мысли. Избрав себе профессию, связанную с криминальным миром, я стал для всех вокруг изгоем. Не просто отказался от привычной жизни, а навсегда перечеркнул свое прошлое. Почему я это сделал? А черт его знает! Вначале это казалось безумно интересным – я черпал адреналин ложкой, упиваясь собственной властью даже над небожителями, от которых зависели судьбы миллионов. Ведь они, как ни крути, испытывали неподдельный страх перед таинственным Китобоем, способным уничтожить их словно жалкую букашку. Но с возрастом многое изменилось. Я стал реже брать заказы, соглашаясь лишь на самую крупную «рыбу». А позже и вовсе потерял интерес к ремеслу. Мир изменился, а сам смысл устранения конкурента или обидчика извратился до неузнаваемости. Борьба корпораций превратилась в персональную дуэль. Многие стали называть ее слепой рулеткой. Стороны конфликта нанимали киллера практически одновременно и, спрятавшись за спинами телохранителей, ждали, чья пуля доберется до адресата быстрее.

Да, слепая рулетка… Сколько жизней и судеб она перемолола, словно жернова. Я один из немногих, кто как сторожила, молча наблюдал за происходящим. И как мне удалось продержаться так долго? Все очень просто. Я всегда играл не по правилам. Независимо ни от каких обстоятельств.

Именно по этой причине мне и достался заказ устранить род Юсуповых. Жирная точка в моей долгой карьере киллера.

Я заранее определился, что после этой миссии ухожу на покой. Но попасть на заслуженный отдых в моей профессии невозможно. Рано или поздно тебя все равно настигнет прошлое. И обязательно застанет врасплох, потому что со временем ты потеряешь хватку. А значит, совершишь ошибку!

И, осознавая этот факт, я придумал безумный во всех отношениях план.

Новая технология временных Прыжков вошла в наш мир как развлечение. Люди обращались в тайм-центры за кратковременным Прыжком в прошлое. Недолгим, максимум 24 часа. Но этот переход подразумевал обязательное возвращение в исходную точку. Иначе ты нарушишь главные принципы Бытия. Прыжки находились под особым контролем: за путешественниками следили кураторы, контролируя пребывание в чужом времени. Конечно, случались различные ЧП, бывало, что человек застревал в прошлом. Но эти случаи были единичны и не носили массовый характер. Переступая временной порог, путешественник получал маркер отслеживания и рано или поздно все равно попадал в лапы контрольных служб.

Но правила для того и созданы, чтобы их нарушать. Просто надо мыслить более глобально. За этот призрачный шанс я и зацепился как за спасительную соломинку и попытался максимально усложнить задачу своим преследователям. Мое путешествие в прошлое задумывалось как полет камня-лягушки по гладкой временной реке. Множество касаний и финишная точка, которую нельзя отследить. Сколько касаний ты сделаешь: пять, десять, а может, и все двадцать пять? Главное – придать Прыжку максимальную амплитуду.

И моя задумка удалась!

Вот только новый мир принял меня враждебно, и я вернулся как бы в изначальную точку, с которой начиналось мое путешествие. Блин, элементарная физика, от которой никуда не денешься. Если в твоем времени в отношении тебя возникло определенное противодействие, то в другом времени случится то же самое. И я, как это ни парадоксально, оказался в аналогичных обстоятельствах: меня преследуют враждебные люди. В сложившейся ситуации я видел лишь один выход: погасить возникший интерес к моей персоне. Каким образом? Да самым простым: уничтожив противника! Всех противников – раз и навсегда!

В темноте послышался шорох. Еще один визитер? Или настала пора пройти обряд Очищения? Мне казалось, что до рассвета еще есть пару часов.

Я открыл глаза и вгляделся в темноту. Никого. Но я чувствовал, что в коридоре все-таки кто-то есть. Несколько фигур. Невысоких, сгорбленных, источающих ужасную вонь.

Скрывшись в дальней части клетки, я затаился. Фигуры замерли у дверей. Поковырялись в замке. Послышался скрип, и первый визитер проник внутрь. Было хорошо слышно, как тяжело дышит незнакомец. Облаченный в лохмотья, с огромным лицом – или все-таки мордой? Что же это получается, ко мне пришли какие-то существа? Или просто уродцы, отдаленно напоминающие животных?

Приблизившись к одеялу, фигура остановилась, в темноте блеснуло лезвие кривого ножа. Ждать больше не имело смысла. Выпрыгнув из сумрака, я ударил ногой по металлической решетке, чем обескуражил второго убийцу. Согнувшись пополам, он выронил кинжал. Отлично! На второго я накинулся со спины и применил удушающий захват. Уродец захрипел и быстро обмяк. Подхватив кинжал, я вынырнул из клетки и ударил ногой первого. Он уже не сопротивлялся и, захрипев, повалился на землю. Нажав коленом на шею, я заставил и первого визитера замолчать.

На пару часов я их вырубил. А что дальше? Можно, конечно, с ними расправиться. Но по моей задумке этого не требовалось. Нападавшие должны оставаться живыми так долго, насколько это возможно. А представители ордена Черной Розы должны иметь возможность задать им необходимые вопросы.

Склонившись над уродцем, я невольно скривился. Выглядел он отвратительно. Не человек, а чудище: вместо глаз – глубокие щелки, а ко всему прочему еще острый длинный нос и вырванная верхняя губа, из-за чего были хорошо видны заостренные клыки заточенных зубов. А еще волосы на голове напоминали иглы.

Вонючие дикобразы! Судя по всему, внешний вид был таким неслучайно: так сказать, для устрашения врагов. Обыскав их карманы, я нашел несколько стеклянных пузырьков. Скорее всего, яд! Или специальное снадобье. Ладно, заберу себе, а разбираться с этим буду уже потом.

Глава 6. Уста

Ориентироваться в темноте было не так-то просто. Коридоры разделялись и сходились по неведомой мне логике, а потолок опускался ниже моего роста, а потом вновь исчезал в пустоте высоких сводов. Я шел буквально по наитию. Но вскоре мне все-таки посчастливилось увидеть свет: лестница наверх вывела меня на террасу, откуда хорошо просматривался внутренний двор и наблюдательная башня. Я осторожно выглянул из-за стены и быстро оценил обстановку. Внизу светил яркий фонарь, который на длинной палке важно нес служитель ордена. Он тихо напевал молитву и внимательно осматривал темные углы. Интересно… зачем? Неужели ищет нерадивых собратьев? Чуть выше на башне и на внешней стене я заметил еще нескольких стражей-монахов. Их взоры были направлены на дорогу, что вела к обители через горный перевал.

Я немного понаблюдал за монахами: невероятная выдержка, за минут десять так ни разу и не шелохнулись. Ну пусть и дальше стоят как изваяния.

Пригнувшись, я стал медленно пробираться на противоположную сторону и в конце веранды вновь нырнул в полумрак коридора. Здесь было чуть светлее: в небольших каменных углублениях горели разноцветные свечи, а немного выше имелись крохотные оконца.

Добравшись до пролета, я решил выбрать путь наверх. В моем понимании главный зал должен располагаться именно там, а не на нижних ярусах.

В полной тишине мои шаги казались громче церковного набата. Но, к моему великому удивлению, меня так никто и не обнаружил. Более того, у ворот в главный зал я не заметил никакой охраны. Слегка потянув за железное кольцо, я осторожно заглянул внутрь. Вдоль стен виднелись огромные яркие витражи, сквозь которые струился тихий ночной свет. Там же были расставлены массивные подсвечники и статуи монахов. Я приоткрыл створку сильнее и ловко проскользнул внутрь.

Теперь я мог изучить зал полностью: вдоль пузатых колонн, что поддерживали каменные своды, были расставлены длинные скамьи, а впереди – напротив алтаря – возвышался огромный Х-образный крест, возле которого можно было различить деревянную плаху. Если не получится изгнать дьявола из человека, то его просто лишат головы, и дело с концом. Видимо, так тут поступают в случае неудавшегося обряда. Или все-таки таинство избавления от дьявола подразумевает долгие и мучительные пытки? Скорее всего, второе. Как я понимаю, быстрая расправа над еретиками – это удел инквизиции. А монахи ордена действуют более изысканно.

Впрочем, и в мое время пытка продолжала оставаться самым эффективным способом добиться необходимого результата.

Прокравшись вдоль колонн, я остановился у одной из статуй и внимательно посмотрел на трехметрового монаха, держащего в руке огромный каменный меч. Голова его была опущена, а лицо скрывал глубокий капюшон. По всей видимости, это был не памятник конкретному защитнику ордена или святому воителю, а скульптура, олицетворяющая крепость духа, потому как никаких подписей на пьедестале не имелось. Следующая скульптура – точная копия – также была лишена каких-либо надписей.

Остановившись возле креста, я заметил на дереве кровавые следы, глубокие порезы и зазубрины. Да уж, не позавидуешь тому, кто проходил процедуру Очищения до меня.

Алтарь был темный, полностью вырезанный из дерева, но с золотыми элементами – нимб, книжные страницы в руке святого и яркие рисунки деревьев за его спиной. Я прошел вдоль алтаря, туда-обратно, остановился. Странное дело – винтовая лестница располагалась слева, а не справа, как объяснял голос из темноты. Я вернулся к алтарю и еще раз изучил скульптуру. Портал был массивным, и к нему щупальцами тянулись лестницы, опоясанные высокими металлическими поручнями. Подойдя чуть ближе, я встал на одну из ступеней, поднялся на балкончик, где располагалась деревянная фигура святого. Осмотрелся – лестница одна, другой не видно. Но почему она находится в противоположной стороне? Ошибка? Или все-таки здесь кроется какой-то подвох? Я всегда привык доверять своему чутью, а оно мне твердило, что нужно искать другой путь! И в этот самый момент я заметил за пьедесталом небольшой спуск. Это, конечно, не лестница, но располагалась она с правильной стороны.

Стоп! Что там говорила девчонка? Чтобы возвыситься, необходимо умереть. Может, я слишком буквально воспринял ее слова, а стоило копнуть глубже и отыскать тайный смысл? Чтобы возвыситься и попасть в рай, необходимо для начала умереть… и быть погребенным!

У меня больше не осталось вопросов. Я спустился вниз и остановился возле небольшой каменной стены – гладкий гранит, разделенный на множество плит, ни замка, ни отверстия для ключа. Но я был уверен – это и есть вход в хранилище реликвий ордена.

Ладонь заскользила по гладкой поверхности, а затем по шершавым стенам. Здесь точно должен быть тайный механизм. Я пытался уцепиться за острые грани, обнаружить зазор или специальный рычаг. Но ничего не получилось! Неужели я ошибся?! Досконально изучив все пространство, я упрямо пошел на второй круг. Потом на третий. Но так ничего и не обнаружил. Кнопки, приводящей механизм в действие, не существовало. Я, может быть, просто не там ищу?.. И тайный рычаг или что-то подобное находится на поверхности, например, где-то возле алтаря? Но это же невозможно! Кто станет делать затворный механизм длинною более десяти метров? То же самое, что при ремонте на месте кухни устроить спальню, а подводку вести через всю квартиру. Хотя умельцы, конечно, находятся. Но я был уверен, что в Средние века строили рационально.

Тяжело вздохнув, я стер с лица пот и отступил на шаг назад, к противоположной стене. Нога надавила на одну из плит. Послышался едва уловимый щелчок – и над потолком повернулся выпуклый камень. Если бы не острый взгляд – не зря провел лазерную коррекцию пару лет назад, – я бы даже этого не заметил.

Руками я нащупал следующий камень, рядом еще один. Попробовал сдвинуть в сторону – не получилось. А вот покрутить – очень даже. Шесть камней, у каждого четыре положения. Но что мне это дает? Это же не кодовый замок с цифрами… В какое положение повернуть, какой узор должен получиться?!

Я ломал голову минут десять-пятнадцать, а потом меня осенило. Я привык думать стереотипами: почему обязательно цифры, я ведь в Средневековой Италии, а здесь главный символ власти – это Бог! Руки сами развернули каменные грани в таком направлении, чтобы получился крест. Семь камней – четыре по вертикали и три по горизонтали. Раздался еще один щелчок – и гранитная плита отъехала в сторону.

Внутрь пришлось не входить, а вползать на четвереньках. Я прополз метров пять, отодвинул круглую деревянную дверцу и оказался в хранилище.

– Милости прошу, проходите! – раздался притворно любезный голос.

– Морганте?

Я прищурился, чтобы глаза менее болезненно справились с ярким светом масляных фонарей.

– Забавно. Кто-то уже успел сообщить тебе мое имя? – откликнулся карлик. – Впрочем, те, кого мы ловили раньше, были осведомлены куда серьезнее. Так по чьей же милости вы к нам пожаловали?

– Думаю, не сообщу больше того, что вам и так уже известно, – ответил я, пытаясь оценить перевес сил. Трое монахов, вооруженных короткими мечами, у одного еще что-то вроде самострела. Расстояние достаточное, чтобы отреагировать на любое мое движение, так что вступать в открытое противоборство не вариант! Впрочем, чему я удивляюсь, здесь привыкли к рукопашным схваткам и ведут себя предельно осторожно даже с невооруженным противником. Не то что в мое время, когда держат пистолет в кобуре и надеются на молниеносную реакцию. Но кто-то, как всегда, оказывается быстрее.

– Хороший ответ, туманнее холмов Валь д'Орча, – улыбнулся карлик. – Тогда позволю себе задать еще один вопрос: зачем тебе нерукотворный кинжал?

***

Легенда гласит: в 880 году от Рождества Христова мальчишки-пастухи по дороге домой заметили в небе загадочное сияние, а вскоре отчетливо различили божественное пение. Дома они рассказали о чуде родителям, а те, в свою очередь, поделились услышанным с местным епископом Франце. В сопровождении местной паствы тот не раздумывая отправился на поиски небесного огня. В горах люди обнаружили пещеру со светящейся статуей Девы Марии. В одной ее руке был деревянный стилет, а в другой – темный шар, символ вечной власти. Статую хотели перенести в город, но она оказалась слишком тяжелой. Тогда и было принято решение объявить гору священной и в расщелине возвести храм Посланницы Девы Марии.

Но это было потом, гораздо позже. А началось все с небольшой часовни, возведенной аббатом Велла в честь исцеленных жителей деревни, которые избавились от покровительства дьявола. Святая земля освободила души прихожан от кошмарного недуга. После того, как в часовню потянулись паломники, в каменной тверди стали пробиваться первые ростки черной розы – необычного цветка с обожженными лепестками. Тогда-то и было принято решение построить на святом месте обитель. А в следующее столетие орден получил свое название, а монахи, прошедшие Посвящение, дали обет stabilitаs loci10. Именно здесь, среди горных массивов, и возникли тайные мессы, способные изгнать демона высшего порядка, чего ранее не добивался ни один монашеский орден, включая святую инквизицию.

Верона отложил толстый фолиант, облокотился о поручень и, прикрыв лицо рукой, задумчиво уставился в окно. Третью ночь кряду его мучили жуткие мигрени – удел королевских особ, которые изнывают от праздного бытия.

В темноте послышалось странное шебаршение, а затем донеслось шарканье голых ног. Но инквизитор не обратил на это внимания. Он продолжал думать, пересиливая пронзившую его боль. А меж тем его нетопленный кабинет стал наполняться всевозможными звуками. Хрипы, стоны, шептания и позвякивание цепей. Но для инквизитора это было словно возня червей в банке.

Наконец Верона поднял взгляд и уставился на долговязого крестьянина в старых лохмотьях. Тело его было синюшным, как у ощипанной курицы, а глаза прикрыты двумя монетами.

– Чего приперся, старик Яколо? – поинтересовался инквизитор.

Нахмурив лоб, гость покрутил головой и осклабился беззубым ртом:

– Разве ты не рад меня видеть?

– Какой прок мне лицезреть гнилую душу, да еще в такую студеную пору? – фыркнул Верона.

Откинув голову, Яколо рассмеялся, а на его шее проступил кровавый след – голова его держалась на одном честном слове.

– Нет, уж теперь ТЫ будь любезен терпеть мое общество! – сообщил призрак.

Верона поморщился.

Темнота зашевелилась, ожила. Из расколотой банки, которую Верона так бережно хранил в подвалах своей памяти, полезли противные слизкие дождевые черви: женщина в грязном рваном платье держала в руках вывалившиеся кишки, двое близнецов с тощими телами и кривыми ножками, еще один грузный мужик, имя которого инквизитор уже не помнил…

Взгляд Верона наполнился презрением. Он ненавидел людей – пустые сосуды, позволяющие дьяволу завладеть своим естеством! Им самое место в аду, из которого они каким-то образом выбрались.

– Ты ощущаешь боль? – поинтересовался Яколо, выступив чуть вперед.

За его спиной стояла настоящая толпа уродливых, измученных призраков. И все они жаждали мести.

– Не дождешься! – процедил Верона.

– Дождусь! Дождусь! – улыбнулся мертвец. Монеты в его глазах блеснули в лунном свете. – У меня для этого есть целая вечность!

Но Верона достойно выдержал удар, постучав костяшками пальцев по столу, он задумчиво изрек:

– Спешу тебя разочаровать, у нас с тобой разные пункты назначения! Меня ждут райские кущи, а тебя – смердящие глубины ада!

Яколо рассмеялся. А потом покачал головой, цокая зыком:

– Нет, ты ошибаешься. За совершенные деяния тебе уготован самый горячий котел.

– А при жизни ты не был таким шутником, – припомнил Верона.

Лицо Яколо замерло в недовольной гримасе. И вновь монеты на глазах отразились в темноте. Он обернулся к толпе – это были бывшие жертвы кровавого инквизитора. Кабинет наполнился шепотом и хрипами, но Верона не стал читать молитву: много чести для эдакого отродья. Тем более что он пробовал эту защиту при их первом визите – не помогло.

Он сплюнул на пол и лишь изрек неподобающее его чину и положению ругательство:

– Черти вас побери, гнилые куски!

Резко обернувшись, Яколо сделал еще шаг вперед и преклонился через огромный дубовый стол. «Раньше он себе такого никогда не позволял», – заметил Верона. Впрочем, инквизитор уже давно ощущал, что призраки постепенно подбираются все ближе и ближе. Прямо как те черви в банках, что он держал у себя на дальней полке.

– Пускай забирают, но только с тобой! – изрек мертвец.

– Твое бессмысленное упорство сравнимо с приступами подагры.

– Нет, это не так. – Вытянув шею, Яколо нахмурил брови, словно пытался что-то разглядеть в глубине черной души кардинала. Но ему мешали медные монеты. Тогда он аккуратно подхватил пальцами кругляш и освободил пустую глазницу, внутри которой копошились огромные жуки. – Твоя королевская болезнь – меньшее из зол. А большее – mannaro!

Верона изменился в лице. Злобно заиграли на лице скулы, ненавистный взгляд уперся в мертвеца.

– Что ты сказал?!

– Я сказал, что тебе не справиться с ним в одиночку. В этот мир пришло истинное зло! И скоро твоей власти придет конец! Навсегда!

***

Среди реликвий ордена особняком стояла огромная мраморная плита круглой формы с ликом могучего морского царя. Нептун взирал на меня пустыми глазницами, а на месте рта зияла дыра размером с ладонь. Маска Тритона выглядела отталкивающе. Впрочем, в античности так выглядели многие скульптуры.

– Ну что ж, незнакомец, настал момент истины, – торжественно произнес карлик.

Я остался нем, решив приберечь свои шутки на потом.

– Перед тобой Уста Истины. Говорят, если в них вложит руку лжец, то морской царь откусит ее по самый локоть. А если праведник – то помилует, исполнив любое желание.

Забавный детектор лжи. Дешево и сердито.

– Вы разве продолжаете поклоняться старым богам? – наигранно удивился я.

Морганте прищурился, но не разозлился. Мой ответ его скорее развеселил. Отрешенно посмотрев на свою крохотную пухлую ручонку, карлик так же отрешенно ответил:

– Кинжал, что ты ищешь, внутри. Maestro stiletto. Пройдешь проверку – он твой. Не пройдешь – лишишься возможности аплодировать моей гениальности.

Если это шутка, то вполне удачная. А если нет? И внутри действительно находится тайный механизм с лезвием? Хотя так, наверное, и выглядят все средневековые розыгрыши.

Немного помедлив, я все-таки приблизился к Устам Истины. Морганте не блефовал. Кинжал действительно был внутри – даже с этого расстояния можно было разглядеть темное лезвие. Только как же мне обойти проклятие Нептуна?.. Суну руку – сработает механизм. Небесная кара в действии! В итоге Морганте получит хлеба и зрелищ, а я заработаю заслуженное наказание. Достойная Аль Капоне или профессора Мориарти задумка. Впрочем, последний персонаж вымышленный, его в расчет брать не стоит.

– Готов пройти испытание? – поинтересовался карлик.

Меня обступили двое воинов-монахов. Они практически одновременно, как по команде, скинули капюшоны – темная кожа, желтые глаза, белые зубы. Настоящие мавры, если не считать нечеловеческих глаз. Схожих со змеиными. Не думаю, что в прошлом умели делать специальные линзы.

Примечания