- -
- 100%
- +
Я открыла письмо. В нём было приглашение на мастер-класс художника, который обещал за 3—4 часа готовую картину маслом собственного творения моих рук. Он утверждал в приглашении, что «Художником может стать каждый!»
Я не знала, откуда у него или автора этого приглашения мой электронный адрес. Да, это в принципе уже было не важно. Я нашла ответ на свой вопрос «Как?»
«Решено! Я иду на мастер-класс».
В приглашении было указано время – сегодня после обеда.
Я позвонила по телефону организатора. Приятный женский голос на мой вопрос о мастер-классе сообщил, что места бронируются заранее, и сегодняшняя группа уже набрана. Я было почти расстроилась. Следующий мастер-класс намечался аж через две недели. Но видно моя собеседница на другом конце провода почувствовала моё настроение, так как, секунду помолчав, добавила:
– Но Вы приходите всё же сегодня. Думаю, что одно место мы Вам организуем.
Моему ликованию не было предела. Вооружившись удобной одеждой, фартуком и прекрасным настроением, а по предписанию всё того же милого голоса организатора, больше ничего и не требовалось, я отправилась на мастер-класс.
То, что происходило в этой удивительной художественной мастерской – это отдельная история. Возможно, когда-нибудь я её расскажу.
Самым удивительным для меня было то, как мои убежденности «дано – не дано» всего за 3,5 часа растаяли как ночной туман поутру.
Когда моя картина была написана на половину, я любовалась тем, как на чистом белоснежном холсте оживала история. Эту историю я творила сама. Мастер-художник показывал лишь способы использования различных инструментов и технику нанесения мазков, которую я за ним повторяла своими руками.
В этот момент моего любования он подошёл ко мне, заметив, что я остановилась.
– Какие-то трудности?
– Нет. Просто я слегка в шоке.
– От чего же? – у него была очень искренняя теплая улыбка и слегка растрепанная внешность.
Помогая своим ученикам, он, казалось, творил со всеми и с каждым вместе. Только он творил не картины, в отличие от нас, он творил художников. При всём этом он весьма упивался данным процессом. Чудные мазки краски присутствовали повсюду по его телу разных фактур, масштабов и оттенков. Перемазался он изрядно.
– Так от чего ты в шоке? – повторил он свой вопрос.
– Да, я в принципе не умею рисовать. – озвучив причину своего шокового состояния, я и сама услышала, как нелепо она звучит.
– А сейчас, что ты делаешь?
Я увидела в отражении окна, возле которого организовали мне рабочее место, себя, перепачканную красками с несколькими кистями в руках, стоящую перед мольбертом с пока еще незаконченной моей картиной. Я улыбнулась.
– Рисую.
– Ну, о то ж.
После этого он наклонился над моими красками и своей кистью зачерпнул зеленый цвет. Отошёл немного от моего холста. Я, молча, наблюдала за ним. Он взглянул на мое творение, словно пытался что-то там узреть. Улыбнулся. Резко приблизился и поставил кляксу посреди холста, сопроводив этот поступок лишь фразой.
– Удиви меня.
Вот теперь я точно была в шоке. Моя улыбка сползла с моего счастливого до этого лица. Внутри всё закипало возмущением. Этот наглец просто взял и испортил мою картину.
А он всё также продолжал стоять и улыбаться, как ни в чём не бывало.
– Ты же автор. Вот и сделай что-то с этим.
На этом он просто проследовал дальше к следующему ученику.
У меня пропал дар речи. Мне казалось в этот момент, что я пошлю его со всем его мастерством. Что он вообще себе позволяет? Моя такая идеальная картина рухнула в одночасье. Да, что там картина, мой мир рухнул.
Хотелось «рвать и метать». Негодованию не было предела. Каждая моя клеточка была заполнена этим негодованием. Казалось, я вот-вот взорвусь.
Но в следующую минуту моё негодование сменилось жуткой обидой.
«Как? Ну как он так мог? Что мне теперь делать с этой кляксой?»
На какое-то мгновение я даже подумала, что вот-вот расплачусь.
Мои мысли как-то незаметно с картины перешли на жизнь.
«Как часто мы что-то создаём в своей жизни, стараемся, вкладываем своё время и силы. А тут вмешивается кто-то или что-то, и всё идёт насмарку. Всё в пустую».
В таких своих мыслях я стояла и продолжала смотреть на эту кляксу. Она разместилась в аккурат над крыльцом незавершенного дома.
Руки опустились, а с ними и всё мое вдохновение ушло в никуда. А я всё продолжала смотреть на это зелёное пятно.
Но вдруг неожиданно промелькнула какая-то еле осязаемая мысль. Даже не мысль, а скорее ощущение.
Точно. Форма пятна и этот цвет что-то мне напоминали.
Я подошла к холсту и прикоснулась к пятну чистой кистью. Руки сами стали создавать какие-то движения. Мысли улетучились, а с ними и все переживания, тревожащие до этого момента. Я просто наблюдала.
Мазок. Второй. Легкая волна. Нажатие. Снова волна. Ещё один лёгкий мазок.
Я присмотрелась. Да это же виноградная лоза.
Я взяла ещё такой же краски, и уже с интересом продолжила «развивать» эту кляксу на своей картине.
Когда же я закончила эти движения, крыльцо моего рисованного дома было накрыто шикарной зеленью вьющегося винограда.
Я улыбалась.
В этот момент мастер, сделав очередной круг по рабочим местам учеников, вновь подошёл ко мне.
– Вау, какая красота! Вот-вот созреют гроздья. Супер! Ты – молодчина!
– Вы это имели в виду своей кляксой?
Он улыбнулся моему слегка саркастичному тону вопроса.
– Нет. Это ты имела в виду. Это же твоя картина. Ты – её автор. Я имел в виду лишь то, что и сделал – поставил кляксу на твой холст.
– Но я думала…
Он меня перебил.
– Меньше думай. Твори! Художник не тот, кто умеет рисовать. Художник тот, кто умеет создавать! Например, из кляксы чудесные лозы винограда. Из проблем – возможности. Из грусти – вдохновение. Так что – Твори!
Он отправился к следующему ученику.
Я была восхищена.
«А ведь он прав. В жизни, как на холсте. Только мы сами можем преображать всякого рода „кляксы“ во что-то прекрасное и удивительное».
Всё оставшееся время занятия я творила с упоением, просто наслаждаясь процессом. Я позволяла своим рукам выбирать краски и дополнять мою историю на холсте. Изредка я обращалась за советом к мастеру-художнику, как мне лучше сделать это, каким инструментом. С радостью следовала его рекомендациям.
Эта виноградная лоза не только украсила крыльцо на холсте, но каким-то странным образом создала связь меня с мастером. Часто мы общались просто взглядами, понимая друг друга без слов.
В ход рисования пошли даже мои пальцы. Когда я увидела просвет в кроне деревьев, которого ещё не было на картине, я не нашла другого инструмента, чтоб это сделать, кроме собственных пальцев. Я будто собственными руками раздвинула эту листву. Коснулась солнечной краской, добавив немного бликов. Тропа возле дома тут же залилась светом.
Во всём этот процессе я чувствовала на себе взгляд художника и его одобряющую улыбку. В моем творчестве для меня перестали существовать какие-то правила. Я просто делала то, что чувствовала в этой картине, и так как чувствовала это я – её автор.
В конце концов, я получила удивительную картину. Уютный деревянный домик расположился в лесу среди яркого цветения трав и цветов. И главное, картина была живой.
Я уходила с занятия с чувством безграничного вдохновения и безмерной благодарности мастеру и всему пространству, которое способствовало этому незабываемому опыту творения.
А также с чувством глубокого удовлетворения и понимания, что…
Каждый – Художник своей Жизни!
Глава 10. Три вопроса, создающих движение
Весь следующий день я любовалась своей картиной, которую благополучно разместила на полке «до полного высыхания».
Глядя на неё, я думала о том, сколько всего мы не позволяем себе в жизни. Мы ставим сами себе табу под грифом «Нереально». Собственноручно лишаем себя новых открытий, новых возможностей, новых проживаний в своей жизни.
Отчего-то вспомнились слова одного мудрого человека – «Желай так, будто ты проживёшь вечность. Живи так, будто сегодня – твой последний день». Или что-то вроде того.
«Мы приходим в этот мир и сначала просто живём, наслаждаясь каждым мгновением.
Таких категорий, как прошлое и будущее не существует для нас. Времени, как линейного восприятия продолжительности, не существует в нашей жизни. Мы просто живём.
Но потом мы осваиваемся в том, пространстве, которое создали до нас наши родители и прародители. У каждого человека этот процесс происходит по-своему.
Мы начинаем задавать вопросы. Главным из них на тот момент является «Почему?» Так как именно он дает представление о причинах происходящего и устройстве этого мира. Мы входим в процесс понимания и следования этому пониманию.
Всё вроде замечательно. Но, то понимание, которое мы приобретаем, мы принимаем за истину. Хотя оно ограничено лишь опытом тех, у кого мы нашли ответы на наше «Почему».
Затем мы взрослеем, учимся самостоятельно строить свою жизнь. Многие на этом этапе переходят к следующему вопросу – «Зачем?»
Кто-то же предпочитает оставаться с активным вопросом «Почему», недоумевая от происходящего.
Задаваясь вопросом «Зачем», мы начинаем видеть перспективы, ставить перед собой цели, прокладывать к ним путь. Но порой мы даже не подозреваем, что все эти «зачем» уже обусловлены ранее полученными ответами на вопрос «почему?»
В том числе и понимание того, что наша жизнь скоротечна и кончаема. В ней надо многое успеть.
Потому спешим, спешим, спешим. Иногда и мимо самой Жизни.
Часто через призму этих вопросов, а точнее, ответов на них, мы делаем в жизни выбор.
Не отыскав ответ на вопрос «Зачем мне это делать?», мы отодвигаем это из своего пространства жизни. Мы помечаем это маркером «пустая трата времени» и даже не смотрим в эту сторону.
Лишь чёткий ответ на вопрос «Зачем?», дающий нам видение, сподвигает нас на действие.
Таким образом, мы живём в постоянной гонке за выгодой. Но при этом, сами не понимаем, что ограничиваем себя.
Разделив мир на «выгодно» и «невыгодно», мы ограничиваем всякие возможности, как минимум наполовину, а то и больше.
Мы забываем о том, что ничего не содержит в себе выгоду, как таковую. Выгода – это оценка нашего ума. А это значит, что мы можем так оценить всё в этом мире.
Следовательно, всё в этом мире может принести нам какую-то выгоду. Главное её узреть.
Наверное, каждый в своей жизни сталкивался с ситуацией, когда знает, чего хочет, знает – как, и даже, зачем, но не делает этого.
Всё просто потому, что на данный момент «не делать» для него выгоднее.
Конечно, это может прозвучать бредом, но всё же, если присмотреться.
Какова выгода в том, что б это не делать?
Она не всегда явная. Чаще всего данная выгода скрытая.
Как, например, «возможность не напрягаться и избежать дополнительного стресса», «больше свободного времени для себя или своей семьи», а порой даже «возможность почувствовать себя любимыми и значимыми через сочувствие окружающих».
Если для нас актуален вопрос «зачем?», то мы живём в поисках и определении выгоды.
Но если выгода во всём, то как тогда ориентироваться в своём движении и в своём выборе того или иного?»
Именно на этом этапе моих размышлений раздался телефонный звонок.
– Алло.
– Привет, дорогая! Как ты?
– Отлично! Вот наслаждаюсь созерцанием своей картины.
– Да, уж. Наслышаны.
Звонила моя подруга Маша. Её голос был весьма бодрым, что для неё было привычно и естественно. Она вообще была позитивным человечком, творческой натурой. Такой себе «зажигалочкой», никогда не сидящей на месте.
– Ух, ты! Слухами Земля полнится?
– Ещё бы. Как и теми, что ты сейчас у нас птица вольная.
– Вроде того. – Я не могла не улыбаться, когда общалась с Машей. Её жизненный позитив заполнял каждый уголочек пространства вокруг неё, даже через расстояние.
– Ну, наконец-то. Давно пора. А то такая деловая, что аж жуть. Как не позвонишь, всё дела, дела.
Я немного удивилась тому, как выглядело в глазах моей подруги моё хоть и недавнее, но уже прошлое. Никогда раньше не задумывалась, что кому-то это могло показаться скучным и неинтересным.
Вот и ещё одно подтверждение, что у каждого свои ответы на вопрос «зачем?»
Тем временем Маша продолжала своё щебетание.
– Так что, может тогда ты с нами?
– Куда? – я хотела добавить «И зачем?», но после моих размышлений язык как-то не повернулся. Какая разница, зачем? Друзья дурного не предложат.
– За город, на турбазу. Отдохнём в сосновом бору под трели птиц и стуки дятла. Поплаваем в озере с кувшинками. Попоём под гитару. Гамачок. Костерок. Шашлычок. В общем, «all inclusive».
– Эх, подружка. Да, тебе рекламным агентом цены не было бы. Вкусно рассказала.
Маша залилась своим звонким по-девичьи смехом прямо в телефонную трубку.
– И не кажи. Видно, до сих пор никак цены не сложат. Вот и пропадает такой талант. Надо будет хоть процент стребовать за услуги. Спасибо за идею!
– На здоровье! Пользуйтесь.
Настроение стало по-ребячьи игривым, что в принципе всегда происходило в компании Маши.
– Ну, так что? Ты с нами?
– Так сегодня ж среда.
– Тю. И что? Тебе завтра проект сдавать или срочно на свои переговоры лететь? Я не поняла.
– Нет, конечно. Это я чего-то того. Привычка.
– О то ж. Тогда решено. Через час мы за тобой заезжаем. Собирайся по минимуму. Едем на пару дней, но у нас всё с собой. А там, как пойдёт. Хозяева турбазы – наши давние приятели. Приглашают.
Отключив телефон, я сама себе улыбнулась.
«Откуда возник этот аргумент, что сегодня среда?»
Будто день недели после моего увольнения имел какое-то значение.
Я достала свою дорожную сумку. Быстро сложила всё, что могло пригодиться мне на турбазе. Так же туда поместился дорожный набор посуды и овощи из холодильника. Там они пригодятся быстрее, чем лежа тут одиноко.
Когда сборы были окончены, снова заиграл мобильный.
– Мы уже во дворе. Вылетай.
И пошли гудки.
В этом вся Маша – «раз, два и готово».
«А чего долго думать?» – каждый раз озадачивала она нас своим вопросом. При этом всем своим видом давала понять, что никакие доводы в ответ её не интересовали.
Машин муж, Александр был её абсолютным дополнением. Как говорят в народе «Они нашли друг друга». Маша и Саша.
Я в предвкушении весёлого и лёгкого отдыха в их компании, почти пританцовывая, вышла из подъезда.
Во дворе стояло три машины с работающими двигателями. Терять время в ожиданиях явно никто не собирался.
Маша открыла изнутри дверцу машины с задорным криком на весь двор «По коням!»
Я лишь успела впрыгнуть на заднее сидение, со смехом заметив.
– Ты в своём амплуа.
Как тут же все три машины развернулись, и друг за другом выехали со двора на радость ворчливым старушкам у подъезда.
Дорога была великолепной. На весь салон машины пел Адриано Челентано в дуэте с Машей. Мимо окон пролетали городские дома, витрины магазинов, спешащие по своим делам люди.
Быстро эта картинка сменилась на мелькающие деревья, кустарники и дорожные ограждения. По их скорости за окном было ясно, что мы выехали из города и прибавили газу.
Вдоволь напевшись со своим любимым маэстро, Маша решила уделить внимание своей подруге, то есть мне. Выключив музыку, она развернулась на переднем сидении.
– Ну, подружка, рассказывай. А то я тут прикинула, что потом нам не удастся поболтать по душам. Будем зажигать.
Маша попыталась изобразить своим незамысловатым танцевальным па, насколько ей позволяла её поза, как именно это будет происходить.
Судя по компании, у меня даже не возникло сомнений, что это будет здорово.
– Что ты хочешь, чтоб я поведала?
– Как это, что? Да, всё! Вообще. Ты представляешь, в каком мы шоке от твоих новостей? На днях тут встретила Алину. Так она рассказывала очередную какую-то только ей ведомую ахинею, что тебя надо срочно спасать.
– Неожиданно.
– Ай, да ладно. Это ж Алина. Ей в героизм поиграть – хлебом не корми. Ты сама, кого хочешь, спасёшь. Просто тут вдруг такие новости. Могу сказать лишь одно – наконец-то ты «в адеквате».
Я снова рассмеялась. В Машином видении мира и всего происходящего всегда сквозила какая-то невероятная непосредственность и даже «инаковость».
– Вот и рассказывай. Как так? Ты!? И тут, такая неожиданность.
Я коротко поведала им, что произошло со мной за последнее время. Умолчала только о снах и о встрече с незнакомцем. Как-то обстановка не располагали меня к такому разговору. А возможно, я просто не знала, как всё это передать словами. Они все казались мне тусклыми и недостаточно полными для передачи прожитых моментов.
Маша по ходу моего рассказа всей своей живой мимикой проявляла свою реакцию на разные события. Она то и дело, удивлялась, настораживалась или откровенно восхищалась.
Саша, сосредоточенный на дороге, лишь одобряюще изредка кивал, еще реже приговаривая «Да, ты просто умница!»
Все друзья знали, что душа компании и гений разговорного жанра в нашей компании, Саша, за рулём молчалив и предельно собран. Порой могло показаться, что это два совершенно разных человека.
– Ну вот, как-то так. Это все мои новости на текущий момент. – Я завершила свой рассказ.
– Ничего себе «как-то так». – Недоумевая, воскликнула подруга. – Это же супер! Приедем, обниму тебя крепко-крепко, моя звезда. А то сидение мешает. Ты точно Звезда. Мы с Саней пару дней ходили просто в шоке, когда узнали. Думали, что у кого-то просто фантазия разыгралась. А позвонить всё было некогда. Правда, не ожидали. С твоим положением, карьерой, перспективами, и такой поворот сюжета. Вот так вот раз, и всё!
– А чего тут долго думать? – повторила я любимую фразу подруги.
Мы рассмеялись. Даже Саша заулыбался, на секунду отвлекшись от дороги, но он быстро вернул себе своё серьезное выражение лица.
– Да не, ты не звезда. Ты Мега Супер – Звезда! Моё восхищение!!! – Маша сопроводила свои слова широким жестом «от всего сердца».
Меня как-то глубоко радовала и приятно восхищала искренность и естественность Маши. Она, не стесняясь, говорила то, что думала, а точнее, что чувствовала. Не всегда при этом думая, что говорит и кому. На этот случай с ней рядышком был Саша, который мягко и непринужденно её ориентировал.
Правда, сама искренность и непосредственность подруги как-то удивительно сглаживали даже очень неловкие ситуации. К тому же для неё никогда не составляло труда извиниться перед человеком, если она ненароком «наступала на больную мозоль».
Сейчас же её неподдельное восхищение моим решением вызывало теплую улыбку всего моего естества.
В этот момент мы повернули направо, перед указателем «Турбаза „У ОЗЕРА“», и съехали со скоростной трассы на просёлочную дорогу.
Хотя я не назвала бы это дорогой. Скорее это напоминало широкую тропу с наезженной колеёй.
Следом за нами повернули остальные машины нашего небольшого кортежа.
Мы весьма ощутимо сбросили скорость. Теперь можно было свободно любоваться природой вокруг, почти как на прогулке, и наслаждаться этими чарующими звуками.
Чуть отъехав от трассы, наши машины будто утонули в чащобах леса, и мы все перенеслись в совершенно иной мир.
Иногда от процесса любования отвлекала очередная кочка или ухаб, которые ловили колеса нашего авто. Но это происходило всего лишь на пару секунд. После чего внимание вновь возвращалось ко всей этой красе.
В какой-то момент Маша расправила руки в стороны со словами.
– Мы прямо, как на волнах моря-океана. Осторожно! Качка.
Фантазии всё же ей не занимать. Она стала изображать, будто находится на палубе корабля, бороздящего водные просторы.
Я же с нетерпением предвкушала негу от удивительного отдыха в столь волшебном вдохновляющем месте.
Через минут десять мы выехали на площадку, по разметке которой я догадалась, что это стоянка.
Саша тут же подтвердил мою догадку, изобразив вымышленный микрофон перед своим лицом.
– Уважаемые пассажиры, мы причалили к месту нашего назначения. Прошу аккуратно покинуть борт. На берегу чудесная погода и восхитительные виды. Будьте аккуратны при высадке. Команда займется выгрузкой багажа. Благодарим, что воспользовались услугами нашего корабля.
Вот так весело мы вышли из машины.
Рядом пока ещё только парковалась остальная наша компания. Как выяснилось по дороге, вся компания состояла из весёлых позитивных людей. Из всех я знала лишь школьную подругу Саши и её мужа, которые были у них на свадьбе.
Новые знакомства всегда меня вдохновляли.
Я всё больше и больше наполнялась радостью от такой спонтанности жизни.
Маша, как и обещала, увлекла меня в свои объятия. Скорее это было похоже на то, что она набросилась на меня своими объятиями. Но от этого они не перестали быть искренними, любящими и по-дружески теплыми.
– Эх. Как же я тебя люблю, подружка. – Довольно улыбаясь, констатировала она сей факт.
– Взаимно, родная!
Пока мы обнимались, мужчины выгрузили вещи из машины, которых, казалось, набрали на неделю, как минимум.
На мой удивленный немой вопрос Саша ответил:
– А что? Отдыхать, так отдыхать. Вы ещё отсюда уезжать не захотите. Чего потом зря мотаться в город?
Мы рассмеялись, радуясь такой мужской предусмотрительности.
Во всей нашей компании было всего четыре девушки и семь ребят. Хотя, конечно, этим ребятишкам было уже далеко за тридцать, но это было так не важно. Мы все сошлись на том, что словно оказались в своем студенческом беззаботном прошлом.
Пока наши капитаны запирали свои дорожные корабли, на стоянку из-за ворот турбазы медленно выкатилась повозка. Точнее она не сама выкатилась, она выехала вслед за запряженной в неё очаровательной лошадкой.
Это была совершенно удивительная этническая повозка, наполненная сеном.
Отпустив вожжи, с неё соскочил приятный мужчина средних лет и прямиком направился к Александру. Но Маша опередила встречу мужчин, подлетев к встречающему со своими теплыми объятиями.
Мы догадались, что это и был приятель Саши и Маши, хозяин, он же управляющий, этой турбазы.
Повозка, как мы позже выяснили, была транспортом, которая встречала гостей и доставляла их от стоянки до места назначения. Авто на турбазу не допускались. Передвижение было возможно лишь пешком, на велосипедах, роликах или на этом колоритном транспорте.
Одним отличием от других гостей было то, что нас встречал сам Константин, а не обычный возничий.
Мы быстро погрузили вещи на повозку и сами уселись по бокам. Повозка тронулась с места.
За воротами турбазы мы ещё больше погрузились в удивительный мир природы. Всё вокруг было пронизано ей. Всё вокруг и было самой природой.
Строения и все обслуживающие системы были сделаны из натуральных материалов. Здесь был построен даже акведук и ветряная мельница. Всё размещалось таким образом, чтоб не нарушить первозданность этого бора, но при этом обеспечить максимальный комфорт гостям. Территория была чистой и аккуратной. Даже дорожки, по которым ехала наша повозка, на удивление были ровными. Хотя мы ехали по земле, кое-где покрытой травой. Но явно ощущался контраст после современных авто на ухабистой грунтовке.
Запах сосен просто пьянил и наполнял всё тело каким-то невероятным умиротворением.
Я подняла голову и стала наблюдать за проплывающими над нами облаками, глубиной этой синей выси, которая увлекала вверх за собой. Синева неба растекалась повсюду, и так заботливо накрывала нас покрывалом этого теплого воздуха, пронизанного ароматами бора.
Прошло всего несколько минут нашего путешествия, как мы прибыли на место.
Нам предоставили просторный и светлый двухэтажный сруб на холмистом берегу озера. Возле домика была беседка со столиком и скамейками. А также оборудованное место для открытого костра. За домом был настоящий колодец для набора питьевой воды. Вода в колодце была абсолютно прозрачной и, что удивительно, прохладной, не смотря на жару. Как рассказал нам Константин, под всей территорией турбазы проходили подземные ручейки, наполняющие озеро.
Ещё я узнала, что красавицу, которая доставила нас до этого места, зовут Лора. Пока все размещались и вытаскивали вещи, отказавшись от моей помощи, я знакомилась с ней кормлением с рук её любимым сеном. Её глаза светились такой нечеловеческой мудростью. Казалось, что она не говорит не потому, что не знает нашей речи, а потому, что ей это было ни к чему, хотя всё прекрасно понимала.
Когда же повозка была разгружена от наших вещей, Лоре пора было отправляться встречать новых гостей. За ней вместе с повозкой к нам подошёл её постоянный возничий.
Спустя какое-то время суета освоения новой местности улеглась, и каждый занялся чем-то своим.