Одинокая волчица. Посох Странника

Пролог

Огонь был всюду. Треск, искры, запах гари, едкий дым, от которого першило в горле – и яркое пламя, пожирающее то, что ещё недавно было их деревней

Девушка, лет семнадцати, закрыла нос рукавом, чтобы было легче дышать. Глаза слезились – то ли от дыма, то ли от понимания: у них больше нет дома. Нет Воркса.

И сестры тоже нигде нет.

– Лара! Лара! – кричала Сара Морган, но ответа не слышала. Она бросилась бежать дальше, надеясь, что сестренка отзовется. Надеясь, что ещё не все потеряно.

– Лара! – с надеждой воскликнула девочка, услышав чьи-то шаги совсем рядом, обернулась… нет, это не её младшая сестра. Это был невысокий крепко сбитый незнакомец с насмешливым взглядом.

– О, а вот и девчонка. Ты ведь дочурка Фрэнка Моргана, верно?

– Кто вы? Что вам надо? – голос девушки дрожал. Она испуганно осматривалась и даже попыталась сделать шажок назад, но мужчина резко схватил её за правую руку. Не обращая внимания на вскрик Сары, незнакомец разорвал рукав платье и жадно уставился правое плечо… совершенно чистое, без каких-либо знаков.

– Не та! Зараза! – он резко оттолкнул от себя девушку, и та упала, сразу же попытавшись отползти. Мужчина выругался, а потом снов обратился к девушке: Где твоя сестра? Ну? Где? Отвечай, зараза, а то я тебя… – он схватил её за обнаженное плечо и поднял, несколько раз тряхнув. Сара, едва сдерживая слезы от боли и страха, молчала и только качала головой. Нет сестры, нет нигде! Она, Сара, её потеряла!

– Ах ты… – снова начал было ругаться незнакомец, но договорить не успел. Резкий вскрик и звук удара… – и мужчина осел на землю бесчувственным кулем. А сверху опустилась тяжелая палка.

Мальчишка, лет двенадцати, её стоял позади поверженного мужчины и тяжело дышал. Он был весь в черной саже, и Сара даже не сразу узнала друга своей сестры.

– Вольф?

– Цела? – голос мальчишки хрипел.

– Да. А ты?

Мальчик посмотрел на неё почти невменяемыми глазами, в которых плясало то же пламя, что и вокруг.

– Они убили моих родителей. Они их убили.

Сара замерла от ужаса. Она не знала, что сказать, что вообще говорят в таких случаях…

– Сара! Вольф! – услышала она голос матери. – Быстрее сюда! Уходим!

И они побежали на голос…

Вечером, уже довольно далеко от места, что ещё недавно было их домом, Сара всё же не выдержала и спросила:

– Мама, а как же… папа? Лара? Как они нас найдут?

– Никак, – глухо отозвалась Даниэлла Морган. – Твоей сестры больше нет с нами.

Глава 1

Олег в очередной раз ударил кулаком по стене.

– Ты хочешь её выбить? Помочь? Может, тогда лучше по двери? – спросил Джемт. Ему и так было тошно, но Олег своими бесконечными действиями уже вывел его из себя.

Джемтальт тоже переживал за Лару. Он тоже был готов отдать все на свете за то, чтобы с ней все было нормально! Но то, чем сейчас занимается Олег, это не выход из положения! Он только руки себе отобьет! Надо… надо что-то делать! Но не заниматься ерундой! Ему что, мало сломанного носа?

Ванесса дернула его за рукав.

– Что ты говоришь?

– Я говорю, что, сбивая себе руки в кровь, он ничего не добьется. Ничего не изменится, кроме состояния его конечностей.

Олег страшными глазами посмотрел на него:

– Джемт! А ты, ты что предлагаешь?! Сидеть и ждать?!

– Нет, – не смутился парень. – Подумать.

Конечно, Джемтальт прав. Олег и сам это прекрасно понимал. Просто его переполняли эмоции, не слишком светлые, и поэтому он дает им такой выход. Сложно понять?

А насчет рук, Олег не предавал этому значения. Теперь уже это было неважно. Теперь уже почти все было неважно.

Им ничего не говорят про Лару.

Прошли сутки. Кроме сухого «жива» они ничего не добились. Им просто ничего не говорят.

Будто всем наплевать, что они волнуются!

Послышались шаги, и друзья практически подбежали к двери.

Там стоял хорошо знакомый Ванессе мужчина.

– Бу, – усмехнулся он.

– Где Лара? Что с ней? Как она? – его буквально забросали вопросами. Наконец он не выдержал.

– Постойте! Я не видел вашу подругу, но знаю, что она жива. Не то, чтобы совсем здорова, но уже приходила в сознание. Госпожа Саралинда пытается её вылечить.

– Как? – воскликнул Олег. – Магия на Лару не действует! Как вы собрались её лечить1

– Не кричи! – призвал его к порядку мужчина. – Наверное, Госпожа в этом больше понимает. Да, меня зовут Грэг.

– Грэг, а зачем ты здесь? – вдруг спросил Джемт.

– По нескольким причинам, если честно. Извиниться перед тобой, что схватил за волосы, – обратился он к Ванессе. – Не хотел, но ты дернулась, а они попались под руку.

Несс нахмурилась.

– Угу, случайность.

– Смешно, но это так. И ещё, я вам должен кое-что отдать. Точнее, Олегу. Это ведь ты?

Странник кивнул.

– Вот. Это передала ваша подруга… как уж её зовут?

– Иллариона… – растерянно сказал Олег, беря из рук Грэга маленький кулончик в виде ракушки. Это был кулон Кары. Он крепко сжал его в руке, силясь не расплакаться.

Нельзя. Он мужчина, Странник. Если что, он должен спасти Кару. Этот кулон – своеобразное «Прощай»…

– Ну, как-то так…

Грэг собрался было уходить, но Джемт спросил

– А кто вы? Что вы здесь делаете?

– Живу. Или, как сказала ваша Иллариона, существую. Она всегда называет вещи своими именами?

– Да.

Грэг хмыкнул.

– Похвально, конечно… но это не слишком хорошее качество для жизни здесь. А ещё она гордая. Это неплохо, но не для этого места.

– А почему вы здесь? И если вам не нравится, почему не уйдете?

– Пытался как-то, вернули. Тем более что меня там уже никто не ждет. А что касается вашего первого «почему»… как-то на меня напали, и я, израненный, побежал в этот лес, чтобы скрыться от преследователей. Наткнулся на этот храм. Точнее, служительницы меня нашли и принесли сюда. Выходили и все такое. Это было давно. Но отсюда меня не отпускают.

– А ты пытался?

– Было дело, но… теперь это все в прошлом.

Вдруг Ванесса прервала разговор Джемта и Грэга. Олег же вообще не участвовал в разговоре, он, не отрываясь, смотрел на кулон.

– Сюда кто-то идет.

И действительно, дверь отварилась.

– Служительница Алиэна? – удивился Грэг, попятившись.

– Грэг? Тебе нельзя быть здесь.

– А вам можно? – удивился мужчина.

– Что с Ларой? – не выдержал Олег.

– Грэг, выйди, – требовательно взмахнула рукой женщина.

Тот подчинился.

Служительница же вздохнула, обращаясь непосредственно к Олегу, Джемту и Ванессе:

– То, что я вам сейчас хочу сказать, не должна говорить Служительница Четырех. Поэтому, если вы не против, я открою свое лицо и буду говорить просто как Алиэна Верн.

Она оказалась поразительно молодой, на вид – не больше 25 лет. Выразительные карие глаза казались чуть узковатыми, но, окаймленные черными ресницами, смотрели на мир, будто делясь с ним своим теплом. Пухлые розовые губы, наверное, умели приветливо улыбаться, но сейчас казались серьезными. Слегка вздернутый вверх носик выдавал её мечтательность и легкомыслие, однако говорила она твердым, пусть и несколько наигранным голосом.

– Ваша подруга сегодня пришла в себя, правда, ненадолго. Что с ней, госпожа не знает, поэтому не ждите скорых новостей. Однако девушка уже спрашивала о вас. Сейчас она снова спит. Её ведь зовут Лара?

– Да – кивнул Олег. – Как её спина?

– Правильнее сказать, плечо. Дело в том, что она потеряла сознание именно из-за того, что плеть попала на правое плечо.

– Волчица! – прошептала Ванесса. – Понимаете?

– И что, это возможно вылечить? – спросил Олег, и Алиэна пожала плечами.

– Мы никогда не сталкивались с тем, чтобы лечить подобные раны, тем более что магия на вашу Лару не действует. Но Госпожа делает все возможное.

– Да, у Илларионы необычная защита. Но это ведь значит…

Алиэна прервала Олега:

– Я сказала, что могла. Теперь я должна уйти. Если будет известно что-то ещё, я вам сообщу.

Служительница снова закрыла свое лицо тканью и почти вышла, но у выхода обернулась.

– Ещё кое-что, – и Олег почувствовал, что нос перестал болеть. Дотронувшись, он убедился, что перелома как ни бывало.

– Спасибо. Но лучше помогите Ларе.

– Мы постараемся.

– Алиэна! – не выдержала Ванесса. – Лара бы ни за что вас не убила. Просто поверьте, это не такой человек.

Но Служительница уже пошла прочь, не обернувшись.

Друзья снова остались одни.

***

Это была светлая комната – что казалось удивительным в таком месте. Портьера была сдвинута в сторону, пропуская солнце внутрь. Стены – бело-желтые, цвета сменяли друг друга незаметно. Потолок – высокий и белый – от стены отделялся только тонким бордюром из светлого дерева.

Пол выложен желтоватыми мраморными плитами, а сверху лежал меховой ковер ослепительной белизны. Интерьер был скромен, но очень изящен и выдержан в едином стиле.

Ларе был хорошо виден книжный шкаф, изящно отделанный резьбой, а ещё – небольшой столик, аккуратно стоящий на трех тонких ножках. На нем стояла ваза с маленькими лесными цветочками, тонкий и приятный аромат которых добавлял живости в эту красивую, но будто неживую комнату

– Вы меня даже не искали, – неожиданно послышался голос Лары.

Саралинда, что-то рассматривающая среди книжных полок, удивленно посмотрела на сестру. Она не заметила, как та проснулась. И говорила Иллариона более уверенным голосом, чем раньше.

– Мы не знали, что ты жива, – только и смогла ответить женщина. Она не была готова к такой поставке разговора. Растерялась. Она вообще уже жалела, что вчера рассказала об этом. Так сразу, без подготовки.

– Или не хотели знать? – уточнила Лара. Она чувствовала себя лучше. Боль несколько успокоилась – по крайней мере, если не делать резких движений и не шевелить правым плечом и рукой.

Но силы говорить и думать были. Сознание прояснилось. Теперь девушка хотела знать правду.

– Если бы мы могли предположить, что ты жива… мы бы сделали все, чтобы найти тебя. Но откуда мы могли знать?

– И ты меня не узнала, – пробормотала Лара, не смотря на новообретенную сестру.

– Прошло больше десяти лет!… ты была маленькой девочкой! Как я могла тебя узнать?

– Может, сердцем. Не знаю… но это факт. Ты меня не узнала. Я тебя не помню, и все, что ты мне сейчас говоришь, не вызывает у меня ни радости, ни счастья. Мне сложно принять это…

– Понимаю, Лара…ты росла без семьи…

– Нет! – воскликнула девушка. Боль, разумеется, тут же вернулась, но сейчас Иллариона должна была договорить. – В этом-то и дело, что нет! У меня была лучшая на свете семья, самые замечательные родители и любимая сестра. Которая сейчас балансирует между жизнью и смертью, и если я кое-что не сделаю, она погибнет!

Саралинда сделала вид, что её очень заинтересовало кружево на платье.

– Так вот о ком ты говорила… «Самый близкий человек»…

– Да. Ближе Каролины у меня никого нет.

– Прости меня! – не выдержала женщина. – Пожалуйста! Мне… мне очень жаль, что так получилось… я не хотела так поступать с тобой…

– Неправда, – твердо сказала Лара. – Хотела. И поступила. И простить я тебя не могу.

– Но…

– Я смотреть на тебя не могу. Ты не представляешь, что это такое. И не надо тебе иметь такое представление, этого и врагу не пожелаешь.

Иллариона смолкла на несколько секунд.

– Лара, пожалуйста…

– Нет. Где мои друзья?

– Они там же…

– То есть в бараке? Действительно, что это я! Мы же пленники! Что же тогда я здесь делаю?

Саралинда, стирая слезу с лица, начала протестовать

– Вы не пленники…

– Да что-то не похоже, – и тут Лара застонала, невольно шевельнув плечом. Боль тут же напомнила о себе.

– Что, опять? Я думала, все прошло?

– Твоя магия на меня не действует – сквозь зубы произнесла Лара. – Потому что я тебе не доверяю.

– А что, какая-то другая действует?

Лара посмотрела на сестру.

– Один раз Олегу удалось вылечить ожог. Может…забыла, мы же пленники.

– Ты хочешь их видеть? – прямо спросила Саралинда.

– Да, – кивнула Лара.

Женщина вышла в коридор, кликнув Карэю.

– Позови остальных. И назначь им нормальные комнаты. В этом здании.

Карэя ничего не ответила, только кивнула головой.

Саралинда вернулась в комнату.

– Хочешь попить?

Лара снова кивнула. Она ощущала себя ужасно беспомощной. Ей очень не хотелось принимать помощь от Саралинды, но сама она даже не могла взять стакан с водой. Это было ужасно обидно и неприятно. Особенно после того, что Лара ей наговорила.

– А как я тебя называла? Ну, в детстве? – спросила Иллариона, чтобы хоть как-то сгладить появившуюся неловкость.

– Сара. Меня все так называли.

– Ну да, логично… Сара и Лара. Мило.

Девушка сделала несколько глотков и отдала стакан.

– Спасибо. Сколько тебе лет?

– Почти тридцать.

– Значит, было около двадцати, когда… выглядишь намного старше.

– Здесь год идет за три, – неожиданно Верховная жрица грустно усмехнулась. – Прости меня. Мне действительно жаль, что так получилось. Что я не прислушалась к тебе, к своему сердцу…

– Не хочу развивать эту тему – не дала ей договорить Лара. – Все равно мое мнение осталось прежним.

Сара посмотрела на неё

– У тебя мамины глаза.

– Ты имеешь в виду Даниэллу Морган? – уточнила Лара – Возможно, я ничего не помню.

– Совсем? – запоздало удивилась этому Саралинда.

– Нет, почему же. Я помню все, но только после попадания в Приэль. Свою прежнюю жизнь я не помню. Абсолютно.

Сестра покачала головой.

– Разве это возможно? Чтобы совсем ничего…

– Видимо, да, – твердо сказала Лара, не обращая внимания на вновь появившуюся пульсирующую боль.

– Это так странно… может, кто-то наложил на тебя заклятье? Хотя – кто? Мама бы этого делать не стала…

– А отец? – спросила Иллариона. Что-то про второго родителя Сара мало что говорит. Только что он был, и имя. Фрэнк?

– Отец обладал магией, но предпочитал не использовать её. Говорил что-то о «неприятии» и «редкости» настоящей магии. Мне кажется, он едва ли умел пользоваться ею, – резко ответила Саралинда. – И вообще, не надо о нем.

Лара удивилась, но промолчала. Она вообще не хотела развивать эту тему, напрямую связанную с семьей Морган.

Разве что ещё один вопрос.

– А Знак? Когда он появился и как? Что значит?

Саралинда едва заметно улыбнулась, пожав плечами:

– Я точно не помню, кажется, он у тебя почти с рождения. Приходил какой-то маг, кажется… я была маленькая, не помню. А что он означает… мама говорила, что это знак Богини. Её защита.

Лара хмыкнула, но ничего больше не сказала. Да-да, защита богини. Они сговорились? Анадрион и Ксенофилиан говорили то же самое. Но хоть один бы объяснил, как это возможно и что это значит лично для неё? Ничего не понятно ведь!

– Да куда вы нас ведете? – вдруг услышала она хорошо знакомый голос, и тут же забыла о всех своих вопросах:

– Олег! Несс, Джемт! – и тут же зажмурилась, чтобы вслед этим вскрикам не последовал вой от боли.

Послышалось торопливое шарканье ног. Дверь отварилась, и в комнату Госпожи Саралинды вбежали трое друзей.

Сара отошла от сестры, встав чуть поодаль. Она не представляла, как вести себя с этими людьми. Просить прощения? Продолжать изображать Верховную Жрицу? Или что?

– Лара! – закричал Олег, увидев её. Он подбежал к ней, сев рядом на коленки – так, что его голова была практически на уровне головы Илларионы. – Как ты?

– Нормально. А вы как?

– Все хорошо! – радостно улыбаясь, соврала Несс. Ничего подобного, все очень даже плохо, но Илларионе об этом лучше не знать.

– Ну-ну… – улыбнулась Лара, прекрасно понимая, что у них все настолько же хорошо, как и у неё – нормально.

– Лара, как спина? И почему ты лежишь именно на спине? – запоздало удивился Джемт.

– Я даже не задумывалась об этом, если честно…

– Это не кровать, а магия. Специальная, так угроза заражения минимальна, – подала голос Сара.

– А если честно – насколько нормально? – тихо спросил у Лары Олег, и та прошептала:

– Чуть-чуть. Если не шевелиться, глубоко не вздыхать и не разговаривать.

– Угу… – гневно посмотрел парень на Саралинду. – А с ней что? Лихорадка жалости?

– О, об этом потом, – усмехнулась Лара. – Ты сможешь помочь?

– Попробую.

Олег ещё раз оглянулся на друзей.

– Несс, Джемт, а вы не могли бы выйти, а? И Верховную жрицу с собой прихватите. Очень прошу.

Саралинда покраснела, но спорить не стала. Только бы он помог Ларе! За это женщина могла простить ему любую грубость в свой адрес.

– Пойдемте, я покажу ваши новые комнаты.

– И где кухня тоже, если не сложно, – попросил Джемт, пользуясь ситуацией.

– Вы что, голодные? – искренне удивилась Сара.

Несс вскипела:

– Знаете, ваш хлеб с сыром чрезвычайно питательны, особенно три раза в два дня.

Верховная жрица кивнула, принимая справедливый укор. Потом, внимательно посмотрев на девушку, сказала:

– Прошу прощения.

Ванесса, не удержавшись, язвительно уточнила:

– У меня? Мило, а за что? За пощечину или за то, что читали мои мысли?

Саралинда удивленно посмотрела на девушку. Глаза Ванессы поразили её, и женщина не знала, что добавить.

– Ванесса сама телепат, – объяснил ей Джемт. – Может, все-таки пойдем хоть куда-нибудь, а то Олег в нас сейчас чем-нибудь запустит.

Его слова были недалеки от истины. Понимая это, Ванесса, Джемтальт и Сара ушли.

– Как думаешь, не передерутся? – слегка волнуясь, спросила Лара, и Олег улыбнулся, посмотрев на неё.

– Джемт в последнее время стал слишком разумным. Несси и эта Саралинда, конечно, могли бы сцепиться, но Джемтальт им не даст. Насчет этого можно быть спокойным.

– Пока они обе не довели его самого, – заметила Лара, наслаждаясь спокойной беседой с другом. А это, оказывается, здорово!

– Ну, да, – не стал спорить Олег. Он обеспокоено посмотрел на девушку, и та все поняла.

– Что думаешь?

– Ты рукой можешь шевелить? Правой?

Лара вздохнула, сжав пальцы в кулак. Больно, однако…

– Могу, но лучше не надо.

– Угу…мда, плохо дело… и чтобы Саралинда не говорила, тебя надо было положить на живот. Потому что сейчас тебе придется перевернуться. Сможешь?

– Сама нет, – честно ответила Лара, внутренне содрогнувшись от собственной беспомощности.

– Я помогу.

Перевернуться удалось, однако боль возвратилась, и девушка застонала.

– Так… ну, деятели… – негодующе произнес Олег. – Лара, есть проблема.

– Может, ты встанешь так, чтобы я тебя видела? И расскажешь, что и как?

Олег послушался.

– В общем, чтобы вылечить твою спину, нужно… как бы это сказать…

– Желательно сказать, как есть, – заметила Лара. Что за ужасное беспомощное состояние!

– В общем, придется расстегнуть пуговицы, что сзади. Магия должна действовать на открытую рану, так эффективнее.

Иллариона посмотрела на него.

– Что ты этим хочешь сказать?

– Ну, как бы… надо расстегнуть рубашку, чтобы я мог вылечить тебя. Слава богам, что пуговицы сзади…

– Только без самодеятельности, ладно?

Олег, смущенный до крайности, одну за другой стал освобождать пуговицы. Открывающийся ему вид ужасал.

– У тебя пальцы холодные, – пожаловалась Лара. Она ощущала себя маленькой девочкой, и, наверное, немного капризничала. Но разве не простительно в её положении?

– Это у тебя жар. Но это сейчас исправим.

Он расстегнул пуговицы до поясницы, где уже лежало одеяло. Раз лежало, пусть лежит.

Где-то внутри сердце неприятно ойкнуло.

Покрытая красными полосами, уже не кровоточащими, но воспаленными, спина представляла собой страшное зрелище. Особенно ужасала огромная полоса, от самой поясницы до правого плеча, где она накладывалась на знак Волчицы.

На лбу проступил пот.

– Все так кошмарно? – верно угадала мысли друга Лара.

Олег ответил обтекаемо:

– Это поправимо. Так… Ну, Саралинда дает… Интересно, чем она смазывала твою спину, что все так воспалилось? Не умеешь, не знаешь – не берись… По рукам бы её за это…

– Она, вообще-то, женщина – напомнила Лара. Хотя в принципе идея неплохая, можно подумать об этом…

Олегу логика показалась странной.

– А ты у нас попугай с яхотами… Ладно, я ей все ещё выскажу!

– Спасибо за комплемент… – вздохнула девушка, и Олег тут же подправился

– Это была шутка. Ты, конечно, это поняла, но все же… так, ладно, начнем. Я сейчас наложу заклятье, а ты приготовься – к сожалению, будет больно. Но не смертельно. Глаза не закрывай, не засыпай. Ясно?

– Хорошо… Ты хоть до трех досчитай…

– Считай лучше ты, если я собьюсь с заклинания, будет плохо. Точнее, ещё хуже.

Лара удивилась.

– А это возможно? Раз, два… три! – и она закусила губу, приготовившись заранее. Олег что-то зашептал. На каждое слово болью откликалась очередная отметина, и вскоре вся спина буквально горела. Лара застонала, но старалась сдержать крик.

Олег прекратил бормотать что-то непонятное – и боль стала стихать, хотя очень медленно.

– Ты как? – задал он самый глупый вопрос, который только можно было задать.

– Замечательно, – пропыхтела Лара.

Друг сел на пол около неё, так что девушка могла его видеть.

– Ты хоть догадываешься, как ты меня напугала? И не только меня… – начал Олег, и Лара кивнула.

– Да. Прости…ох…

– Скоро все пройдет, совсем… лечение такое же болезненное, как и само увечье – так меня учил Лсиян. Он говорил, что если лечение проходит легко и быстро, то это не избавление от болезни, а ускоритель её распространения на весь организм. То, что пришло с болью, с ней же и уходит.

– А зачем ты мне это говоришь?

– Не знаю… Мне тут от тебя кое-что передали… Грэг, ты его знаешь?

– О, у него есть имя? Грэг… вполне милое.

– Имя как имя. Так вот, я хотел тебе вернуть…

Лара покачала головой – и тут же поняла, что зря.

– Нет, оставь себе. Просто… я подумала, что если со мной что-то случиться, то никому больше я не могу её доверить. Если что-то произойдет, то ты мне обещал помочь спасти Кару…

Олег улыбнулся.

– Да, я помню… и я помогу.

– Пусть кулончик будет у тебя. Если что, Кара тебя узнает.

Олег сжал его в кулаке. Он и сам не хотел с ним расставаться – ведь это была единственная вещь, которая связывает его с этой девушкой. Но слова Лары ему категорически не понравились.

– Что ещё за если? Все будет хорошо, и ты сама спасешь свою сестру, слышишь? Но кулончик я оставлю с удовольствием. Это ведь Кары?

– Да.

– А на твоем что? Вы ведь ими поменялись, как я понял…

– Камешек. Красивый камешек....

Боль постепенно стихала, и Лара говорила все уверенней.

– Наверное, хороший кулон, да?

– Нормальный… Олег, я её видела.

Тот не понял, о чем речь.

– Кого? – и Лара, сама понимая абсурдность звучания правды, ответила:

– Кару.

– Как? Когда?

Лара задумалась – как бы это объяснить? – и медленно начала говорить:

– В то утро, ну… ты понял о каком утре я говорю. Всю ночь я думала о ней, а потом, когда … ну, все должно было начаться…

Как же трудно об этом говорить… Называть все своими словами… Сложно и больно.

Она продолжала

– Я вдруг увидела её – но не здесь, а в каком-то подвале, вместе с ещё какой-то девушкой, незнакомой и странной…это было что-то вроде видения – я понимала, что происходит, слышала и чувствовала, но в тоже время могла отключиться от этого, окунувшись в это видение. И Кара… я видела её, будто она у Черного Сопха, и все такое… Это было так похоже на правду!Олег, удивленный, уточнил:

– А вторую девушку ты знаешь?

– Нет… она вообще какая-то странная, чудная. Фиолетовые волосы, бледная кожа… Необычная, в общем.

– Этому может быть два объяснения. Или ты, благодаря своей магии защиты или чему-то ещё, действительно увидела реально происходящие события, или это был плод твоего изнуренного сознания. Я не знаю…

– И я… только не говори об этом остальным, ладно?

– Конечно. Боль прошла?

– Почти. Ещё плечо…

Олег улыбнулся

– Это хорошо, следов тоже не осталось. А вот плечо ещё поноет, оно должно зажить само. Магия его не берет, даже моя.

– Это странно. Я тебе доверяю. Пока, – с усталой улыбкой добавила Лара, и Олег облегченно рассмеялся.

– По-моему, я это когда-то слышал… Тебя что-то ещё тревожит? – догадался он.

– Да, только… я не знаю, как это сказать… Ты ведь не проговоришься Джемту и Ванессе? Им я сообщу позже, когда подберу слова…