Я тебя спасу

© Елена Александровна Новикова, 2025

ISBN 978-5-0060-3283-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

– Её нет уже очень долго! – Вика стояла у окна и, заламывая руки, смотрела на улицу.

– Ну, что ты как курица-наседка? – буркнул муж. – Время шести нет, что ты переживаешь?

– Ты в окно смотрел? Там темно!

– А ты помнишь, как мы в её возрасте гуляли? Пока штаны к жопе не примёрзнут, домой не шли. Тем более суббота. У ребёнка должны быть выходные. Она целыми днями то в школе, то в кружках. Пусть погуляет.

– Да как ты не понимаешь? – Вика с раздражением задёрнула штору. – Когда мы были маленькими, время было другое!

– Вот ты завелась, – Семён поднялся из-за стола, оставив кружку с недопитым чаем. – Как старая бабка, честное слово. Никуда не денется, придёт. С подружками, поди, загулялась. Или с кавалером.

Мужчина хохотнул, стараясь разрядить обстановку.

– Сёма, уйди! – в глазах Вики появились слёзы.

Она отвернулась к окну, снова раздвигая штору. Ей было неспокойно, ныло сердце, отдавая под лопатку и в левый локоть. Муж потоптался за её спиной, вздохнул и пошёл в комнату к телевизору.

Половина шестого вечера. На улице стемнело, зажглись фонари. Температура падала, давно преодолев отметку в пятнадцать градусов мороза. С неба сыпала мелкая снежная крупа. Поднявшийся ветер, подхватывал снег и швырял его в лица прохожих.

Катя должна была вернуться с прогулки ещё полчаса назад. Но она всё не приходила. Минутная стрелка перескакивала с цифры на цифру, часовая – сдвигалась. Никто не стучал в дверь и не звонил в звонок, который давно следовало поменять на более благозвучный.

Виктория раз за разом набирала телефон дочери, но слышала лишь длинные гудки. Материнскому сердцу становилось тесно в груди.

– Вик, – голос Семёна заставил женщину вздрогнуть, – позвони её подружкам. Восемь часов всё-таки. Уже, как бы, пора домой.

Мужчина нервно почесал затылок, беспокойство за дочь начало пробирать и его. Последние минут двадцать он сидел перед телевизором и не понимал ни слова из того, о чём говорили в программе. Его Катя – послушный ребёнок, не доставляющий забот. И вот она задерживается больше, чем на час. А что, если упала и сломала ногу? Или потеряла телефон, раз жена не может дозвониться, и боится идти домой, чтобы её не заругали?

– Света? Это Вика Смирнова, мама Кати. Она у вас? – Виктория перебирала одноклассниц дочери, с которыми та общалась. – Нет? А ваша дома? Извините. Всего доброго.

– Марина, привет! Катюшка не у тебя?

– Здравствуй, Лика, это тётя Вика. Катя у тебя в гостях? А ты её сегодня видела? Ты у бабушки? Хорошо.

– Светлана, добрый вечер! Что? Я уже звонила? Извините.

С каждым звонком и коротким разговором в голосе Виктории появлялось всё больше отчаяния. Кати нигде не было! Девочка просто вышла из дома и растворилась. От волнения Вика несколько раз набирала одни и те же номера, извинялась и тут же набирала их вновь.

– Я не могу! Сеня, что-то случилось! – на короткий миг она прижалась к мужу.

– Всё будет хорошо! – он погладил жену по спине. – Она найдётся. Ты же не всех обзвонила?

Вика мотнула головой, вытерла ладошкой слёзы и снова взялась за телефон. Катюша – общительная, весёлая девочка, с ней дружат и девочки, и мальчики, и дети из других классов. А ещё художественная школа и кружок по математике. «Она заигралась. Просто потеряла счёт времени. Сейчас я её найду, и всё будет хорошо» – уговаривала себя Виктория, ожидая, пока следующий абонент возьмёт трубку.

– Привет, это Вика.

– Привет! – жизнерадостно отозвалась Лена, мама Альбины, с которой Катя ходила на рисование. – Как дела?

– Лен, Катя не у вас?

– Нет. А что случилось? – голос женщины стал серьёзным.

– Ушла гулять и не возвращается. Я не знаю, что делать!

– Подожди, – попросила Лена и крикнула дочери: – Аля, ты Катюху видела сегодня?

– Да! – так же громко отозвалась девочка. – Мы на площадке играли.

– Во сколько? – всполошилась Виктория, сильно прижимая телефон к уху, чтобы ничего не пропустить.

– Ну, моя, час с небольшим как дома, – отозвалась Елена и спросила дочь: – А Катя куда пошла?

– Не знаю. Ты же меня раньше загнала! А там новая горка!

– Спасибо! – Вика отключила звонок. – Ты слышал?

– Я поехал, – Семён на ходу заправлял футболку в джинсы.

– Я с тобой! – Вика бросилась следом.

– Нет, – остановил её муж.

– Почему?

– Кто-то должен остаться дома. Вдруг Катя вернётся, а нас нет. Она испугается.

– Но…

– Вик, я справлюсь. Она и моя дочь тоже.

***

На машине Семён домчал до детской площадки, куда Катя обычно уходила гулять, за пару минут. Больше времени ушло на прогрев двигателя. Погода совсем испортилась, пришлось включать дворники, чтобы хоть как-то видеть дорогу.

Качели, маленькие домики, горки, занесённая снегом песочница, лавочки по периметру и забранная высокой сеткой волейбольная площадка. Ветел несильно раскачивал пустые качели, наполняя площадку скрипом. Тревога гнала Семёна вперёд. Мужчина видел, что здесь нет никого, даже следов на тропинках, на которых уже начали формироваться сугробы. Но всё равно побежал к домикам, откуда мамаши постоянно гоняли местных алкашей, а летом, бывало, ночевали бомжи. В одном домике валялась пара пустых пивных банок, во втором – только снег.

Семён встал посреди площадки, завертел головой по сторонам. Свет фонарей не оставлял ни одного тёмного уголка, где можно было бы спрятаться.

– Катя! – приложив руки рупором ко рту, прокричал мужчина. – Катя!

Где-то залаяла собака. Холодный ветер пробирался под не застёгнутую куртку, щипал голые руки и щёки. Семён набрал побольше воздуха и снова позвал дочь:

– Катя!

Вокруг площадки дома. Тёплый свет из окон, в некоторых всё ещё перемигиваются гирлянды. За домами широкая дорога, по ней едут в обе стороны машины. Через дорогу снова жилые дома, на их первых этаж магазины и салоны красоты. А потом большой парк, где высокие старые сосны и берёзы, где в любое время года гуляют собачники, пенсионеры и влюблённые.

А Кати нет.

Зазвонил телефон. Семён негнущимися пальцами вынул аппарат из кармана и долго не мог ответить – сенсор никак не реагировал на замёрзший палец.

– Пришла? – с надеждой спросил он.

– Ты её не нашёл? – с отчаянием произнесла Вика, которая с момента как муж вышел за дверь, не могла найти себе места.

– Тут никого.

– Господи! – из глаз женщины покатились слёзы.

– Вика, я найду её, слышишь? Поезжу по улице и найду!

– Надо звонить в полицию.

– Звони! – согласился Семён.

Он побежал к машине, оглядываясь, надеясь увидеть дочь, выходящую из какого-нибудь подъезда, где, может быть, пряталась от непогоды или загостилась у подружки, про которую Вика не знает.

Мелкая собака принялась лаять на него, дёргая поводок, за который её держала пожилая женщина в лыжном костюме.

– Бася, нельзя, – строго сказала хозяйка, потянув поводок к себе.

– Здравствуйте! Вы девочку здесь не встречали? – обратился к женщине Семён. – Красная курточка, синяя шапка.

– Ну, тут-то много детей бывает. А что?

Видя, что хозяйке ничего не угрожает, Бася успокоилась и даже понюхала незнакомца.

– Дочку ищу.

– Вы мне фотографию покажите, может, вспомню.

– Да, да, точно, сейчас, – засуетился мужчина.

Впопыхах он открыл не то приложение, попытался его закрыть, но никак не мог попасть на «выход». Галерея телефона наконец открылась – множество скриншотов по работе; какие-то дурацкие картиночки, которые шлёт Вика, чтобы поднять ему настроение; фотографии деталей для машины, которые надо заказать в магазине; снимки, присланные друзьями. Катя! Летняя фотография из отпуска. Девочка в купальнике и надувном круге на фоне гостиничного бассейна. Улыбается и показывает пальцами «виктори».

– Вот, – Семён показал фотографию.

Женщина, щурясь от снега, всматривалась в изображение, а он мог думать только о том, как мало у него кадров с дочерью. Только Вика снимает их семью, ловя моменты из жизни. «Неужели все эти отчёты и таблицы так нужны»? – подумал Семён.

– Извините, – собачница вернула телефон. – Может и видела, может нет. Так не могу узнать.

Невнятно поблагодарив женщину, Семён дошёл до машины. Ещё раз оглядел пустую площадку, прилегающий двор, дома, двери в подъезды.

– Катя! – прокричал мужчина так громко, как только мог.

В ответ ему загавкала Бася, которую хозяйка почти довела до своего дома. За чужим окном на втором этаже отодвинулась штора, и кто-то выглянул в окно, но быстро потерял интерес.

Семён сел в машину, завёл её и медленно поехал мимо домов, всматриваясь в снежную круговерть, надеясь увидеть маленький знакомый силуэт.

***

Руки дрожали, в коленях появилась слабость, а сердце кололо. Виктория наматывала круги по квартире. Она то подходила к кухонному окну, прижималась к нему лбом, чтобы посмотреть на входную дверь. То шла в Катину комнату, поправляла покрывало на кровати, раскладывала стопочкой учебники на полке, переставляла карандаши и ручки в стаканчике. Потом отправлялась в их с Семёном комнату, присаживалась на краешек дивана, но тут же вскакивала и снова повторяла маршрут. Минуты текли, как загустевший мёд. А часы без Кати сменяли друг друга, как вдох и выдох.

После звонка Семёну, женщина готова была рыдать в голос. Слёзы отчаяния душили, в горле встал комок, глаза пекло и всё перед ними расплывалось. Заставляя себя дышать глубоко и часто, Вика кое-как справилась с сильным волнением, подавив приступ паники.

– Дежурный лейтенант Агеев, слушаю вас, – отозвалась трубка уверенным мужским голосом.

– Здравствуйте. У меня дочь пропала, – Вика всхлипнула.

– Возраст ребёнка?

– Одиннадцать лет.

– Давно пропала?

Вика посмотрела на настенные часы. Она так часто на них смотрела, но, когда задали вопрос, никак не могла посчитать.

– Алло, вы меня слышите? – спросил полицейский погромче.

– Да. Она ушла гулять около двух.

– Сегодня? – уточнил лейтенант Агеев.

– Да! И до сих пор не вернулась. И не берёт трубку. И её нигде нет!

– Вам нужно приехать к нам и написать заявление.

– Вы её найдёте?

– Женщина, вы должны приехать в отделение и написать заявление. Без заявления мы ничего не сможем сделать.

– Да, да, конечно. Я сейчас!

– Возьмите с собой фотографию и документы на ребёнка, – посоветовал полицейский.

– Хорошо! Спасибо! До свидания!

Разговор с полицией придал Виктории сил. Надежда на то, что вот сейчас Катю быстро найдут, заставляла действовать. Женщина бросилась к шкафу, обрывая шлёвку, сняла с вешалки джинсы. Прыгая на одной ноге, вторую продевая в штанину, она набрала номер мужа, включив громкую связь.

– Пришла? – взволнованно спросил Семён.

– Нет. Надо в полицию ехать, заявление писать.

– Жди меня. Я минут через десять подъеду.

– Мне пешком быстрее! Сём, сразу туда подъезжай.

Закончив говорить, Вика взяла из комода папку со всеми документами и побежала в комнату дочери. Вырвав листок из верхней тетради, она крупными буквами написала: «Котёнок! Срочно позвони маме или папе! Мы волнуемся» и ярким фломастером дописала свой номер телефона и номер Семёна. Вдруг девочка действительно потеряла смартфон и просто не может с ними связаться?

Прикрепив бумажку на входную дверь, Вика побежала вниз по ступеням, на ходу застёгивая куртку.

***

Холодно! В снежной круговерти плохо видны соседние дома. Редкие прохожие быстрыми шагами спешат по тротуарам. Виктория то срывалась на бег, чтобы поскорее попасть в отделение полиции, то почти останавливалась и высматривала в чужих дворах Катю. Но детей на улице вообще не было.

Из-за волнения, снова переходящего в панику, женщина не заметила патрульную машину, отъезжающую от отделения. Красно-синие всполохи мигалки разрывали ночную темноту, а фары высвечивали конусы света. Вика заметалась в лучах, как испуганное животное, совершенно растерявшись. Полицейский за рулём коротко нажал на клаксон. Резкий звук заставил вздрогнуть и поскорее убраться с проезжей части.

Тяжело дыша, будто пробежала марафон, Вика вошла в здание. Большой холл, освещённый длинными яркими светодиодными лампами, забранными мелкой сеткой. У стен стандартные кресла, соединённые по четыре в секцию. Кабинеты с табличками. Отгороженный решёткой угол, где на простой лавке, отвернувшись спиной ко всем, спал какой-то мужчина.

– Женщина, что у вас? – спросил дежурный, меняющий ориентировки на стенде.

– Я вам звонила. У меня дочь пропала! – подбежала к нему Виктория. – Мне нужно заявление написать.

– Нужно, значит напишите, – покивал дежурный, комкая листок с устаревшей информацией. – Вон там присядьте.

Он указал на пустые кресла у стены. Вика неуверенно на них посмотрела.

– А… – начала она.

– Посидите. Сейчас дознаватель освободится и займётся вами.

– Хорошо. Да. Да, я подожду.

Виктория никогда раньше не сталкивалась с полицией, видя работу стражей порядка только по телевизору. И реальность слишком сильно отличалась от того, что показывали в сериалах. Женщина села на краешек кресла, опасно качнувшегося вперёд. Прямо перед ней на стене висели большие часы. Начало десятого.

Каждая хлопнувшая дверь, каждый проходящий мимо человек в полицейской форме заставляли Викторию напрягаться – вот сейчас на неё обратят внимание! Сейчас она расскажет о Кате и её тут же станут искать. И найдут. И вернут ей. И они все вместе пойдут домой. И будут вспоминать этот день, как приключение. Будут смеяться, пересказывая знакомым и родственникам.

– Вика, что? – Семён влетел в отделение и тут же увидел жену. – Написала?

– Нет. Дознавателя жду.

– Что за проволочки?

– Ну они же тоже работают, – Вика попыталась найти хоть что-то, за что можно зацепиться, не дать нервам окончательно разгуляться.

Семён сел рядом, не глядя нашёл руку Вики, сжал её ладонь. Левой ногой он нервно постукивал по полу и никак не мог заставить себя перестать это делать. В нервном молчании супруги просидели ещё пятнадцать минут. Никто не обращал на них внимания. Где-то из-за закрытой двери раздался грубый многоголосый смех.

– Издевательство, – сквозь зубы сказал Семён, решительно поднимаясь.

– Куда?

Семён только отмахнулся, направляясь к дежурному.

– Слушаю вас, – полицейский посмотрел на подошедшего мужчину.

– У нас дочь пропала, а вы нас здесь маринуете! Примите заявление. Найдите её.

– Я же уже сказал вашей жене, что нужно подождать дознавателя.

– Сколько можно ждать? Вы понимаете, что она где-то там? – Семён ткнул пальцем в сторону улицы. – Одна. А вы нас здесь мурыжите.

– Гражданин! Я всё понимаю. Но вам нужно дождаться дознавателя. Он примет заявление, составит ориентировку, допросит вас.

– Допросит?

– Присядьте на место, – в голосе полицейского не было ни издевательства, ни сочувствия.

Но усидеть на месте было невозможно. Семён расхаживал по коридору, засунув руки глубоко в карманы джинсов. Виктория безучастно сидела на кресле, чуть покачиваясь. Взгляд обоих родителей то и дело обращался к часам.

– У вас девочка пропала? – вопрос застал врасплох.

Подошедший к ним дознаватель с капитанскими погонами выглядел уставшим. Уголки губ опущены вниз, под глазами тёмные тени, увеличенные капилляры покрасневших глаз.

– Пройдёмте.

***

– Девочка раньше из дома сбегала? – спросил Давид Ашотович, заполнив анкетные данные пропавшей и её родителей.

– Катя не сбежала, она ушла гулять и не вернулась! – Вика обеими руками сжимала телефон.

– Хорошо, давайте по-другому. Раньше Катя задерживалась на прогулке?

– Нет. Она очень послушная девочка. Она всегда на связи, всегда приходит вовремя.

– Звонить ей пробовали?

– Вы издеваетесь? – Семён ненароком повысил голос.

Капитан не обратил на крик внимания:

– Иногда родители забывают элементарные вещи. Значит, на телефон не отвечает. Гудок проходит?

– Да.

– Набирайте ещё.

Виктория сделала вызов и подключила динамик на громкую связь. Длинные гудки.

– Ясно, – полицейский сделал пометку. – Друзья, подруги, родственники?

– Мы всех обзвонили. Катю видели на детской площадке, недалеко от нашего дома. Я туда ездил. Там её нет.

– Конфликты были?

– Что? – не поняла Вика.

– Девочку за что-нибудь ругали? Наказывали?

– Нет. У нас нормальная семья.

Давид Ашотович вздохнул. Он насмотрелся на «нормальные» семьи, где за закрытыми дверями происходили самые страшные вещи. Но сидящие перед ним родители не вызывали ощущения виноватости. Они вполне искренне переживали о судьбе ребёнка.

– У девочки были проблемы в школе? С кем-то ссорилась? Может быть, дралась?

– Нет, – помотала головой Виктория. – У Кати много друзей. Она неконфликтная.

– Вы думаете, с ней могли что-то сделать одноклассники? Ей одиннадцать. Что могу сделать пятиклашки? – возмутился Семён.

– Дети жестоки, – констатировал Давид Ашотович. – Во сколько вы видели дочь в последний раз?

Супруги переглянулись. «В последний раз» – слишком страшные слова.

– Около двух, – торопливо ответила Вика. – Она пошла гулять и должна была в пять вернуться домой.

– Так что же вы не пришли в пять? Вы понимаете, что время может быть упущено?

– Вы нас в чём-то обвиняете? Да мы вас в коридоре почти час прождали!

– Гражданин Смирнов, умерьте пыл, – спокойно сказал капитан. – Я вас прекрасно понимаю, у меня самого двое детей.

– Найдите Катю! – взмолилась Виктория. – Пожалуйста, найдите мою Катю!

– У вас есть её последняя фотография? В чём ребёнок был одет, когда уходила из дома?

Семён сжал руки в кулаки и зажал их между коленей. Ему не терпелось покончить с формальностями и снова отправиться на улицу, чтобы продолжить поиски. Вика моментально нашла фотографию дочери и переслала её дознавателю.

– Красная курточка с аппликацией, котёнок такой в шапочке, – поясняла Вика. – Шапочка с помпоном зелёная с синей полоской. Варежки такие же. Чёрные штаны-лыжники. Ботиночки красные с белой молнией.

– Всё? Какие-то вещи с собой были?

– Да! Шарфик! Как шапочка. Это комплект.

***

Они выходили из кабинета Давида Ашотовича почти в одиннадцать. Совершенно измотанные и взвинченные. Махина поиска раскручивалась еле-еле.

– Вы волонтёрам звонили? – спросил капитан у дверей.

– Кому?

Полицейский протянул Семёну визитку:

– У них круглосуточно операторы работают. С ними созвонитесь, они, если честно, гораздо быстрее нас срабатывают.

– Спасибо! – Виктория тут же принялась набирать номер горячей линии.

***

Вызов приняла оператор Тамара, чья очередь выпала на ночное дежурство. Сообщение о пропаже ребёнка всегда волнительно и резонансно. Обычно на такие вызовы собирается самая большая волонтёрская группа.

– Внимание! – написала Тамара в чат поискового отряда. – Пропала девочка Катя Смирнова, одиннадцать лет, вышла из дома в два часа дня. Сбор штаба по адресу ребёнка. Кто свободен?

Сообщение отправлено в четверть двенадцатого. За окном глубокая холодная ночь. Снег перестал сыпать сверху, но ветер поднимал его с земли и закручивал в вихри. Температура упала до минус двадцати. Находиться на улице дольше десяти минут было некомфортно.

– Принято, выезжаю.

– Будем с Владосом и Жекой.

– Кинь фотки и приметы, сделаю листовки!

– Ребят, привезу кофе.

– Я на работе, подскочу через два часа.

– Принято.

– Буду.

– Выехал.

– Тома, что с родителями? Нужна там помощь? Есть ещё детки?

Несколько десятков людей, принявших сообщение, спешно покидали свои дома. Продираясь сквозь непогоду по дорогам, которые коммунальщики ещё не начали чистить, машины неравнодушных стали стекаться к дому Смирновых, занимая небольшую парковку.

Григорий Дашичев, командир поискового отряда «Мухтар», в обычное время довольно успешный бизнесмен, прикатил на переоборудованной под штаб «Газели». Выйдя из машины, мужчина застегнул ярко-красную куртку с логитипом отряда и поспешил к стоящим кучкой людям.

– Координатор кто сегодня? – спросил Григорий.

– Лялька, – один из мужчин указал на машину.

На заднем сидении устроилась хрупкая девушка, уверенно работающая с планшетом.

– Отлично. С Лялькой двухсотых не находили, – в приметы в отряде свято верили.

Дашичев стукнул в стекло машины:

– Оль, пойдём в штаб.

Лялька, продолжая набирать в планшете текст, вышла из машины, предоставив мужчине забрать карту местности и пару сумок с оборудованием. В ухе у неё, скрытый волосами и толстой шапкой был наушник.

– Я поняла, – говорила на ходу Лялька, – подъезжайте. Штаб на месте. Чем больше людей, тем лучше.

– Задачи уже раздала? – спросил Григорий.

Девушка, закончившая телефонный разговор, стащила шапку и поставила планшет на небольшой столик внутри штаба.

– Да. Пять групп уже работают. Сейчас Светик привезёт ориентировки и пойдут с расклейкой остальные.

– В сеть дали информацию?

– Да, Тома уже отработала. Идёт отклик.

– Хорошо. Давай мне задачу, и я погнал.

– Смотри, – Лялька провела карандашом по карте, – вот эту улицу ещё не отработали. Там есть кафешки, магазин. Есть детская площадка. Надо пройти до конца и налево будет каток круглосуточный.

– Принято.

– Возьми с собой вон того парня с девушкой, – Лялька через стекло показала на молодых людей. – Они первый раз пришли.

– На связи.

– Фотку девочки скинула в общий чат.

Григорий вышел из «Газели». Шквал ветра ударил в лицо, заставив на миг задохнуться. Где-то в этой непогоде потерялась маленькая девочка. Дашичев, к сожалению, очень хорошо представлял, что чувствуют сейчас её родители. Два года назад его собственный сын потерялся в лесу и только чудом его удалось найти, благодаря такому же отряду. Но тогда было лето.

Передёрнув плечами, Григорий подошёл к новеньким. Профессиональным взглядом окинул их одежду – не слишком тёплая. Девушка так вообще в короткой искусственной шубке, тоненьких брючках и сапожках на каблучке. Но не отказываться же из-за этого от помощи?

– Мы с вами пойдём? – спросила девушка.

– Да. Зовите меня Григ, это позывной, – представился Дашичев.

– А это Костик, а я Марго.

– Идёмте, – кивнул Григорий, закрываясь от ветра. – Смотрим по сторонам, входим в переулки. Если видим незапертые подъезды туда тоже входим. Находите варежку, шарфик, шапочку, не трогаете, а показываете мне.

Парень кивнул, а девушка полезла в сумочку и вынула телефон. Отвернувшись так, чтобы на заднем фоне оказались Григорий и Костик, Марго вытянула руку и сделала селфи.

– Это зачем? – спросил Дашичев.

– Сейчас в сториз выложу и в ленту. У меня много подписчиков, пусть тоже поищут. – не отрываясь от гаджета, ответила Марго.

– Отлично! – кивнул Григория. – Фото Кати у вас есть? Сейчас скину ориентировку. Можете у себя тоже разместить. Чем больше охват, тем быстрее мы найдём девочку.

Марго улыбнулась. Дыша на мёрзнущие пальцы, она быстро набирала текст, несмотря на длинные ногти, выкрашенные в разные цвета.

***

– Ляль, я приехала, – Света приоткрыла дверцу в штаб, запуская внутрь клубы холода. – Пока полторашку отпечатала. Краска в принтере кончилась.

– Нормально! – оживилась Оля. – Думаю, район заклеим.

Распределив сто пятьдесят листовок между тремя двойками групп, Лялька направила их на задачу. К утру, когда люди пойдут на работу, на столбах уже будут висеть объявления.

– «Муха-один», что у вас? – спросила координатор по рации.

– «Муха-один», обходим площадку, – отозвался Бес.

Бессонов Паша пошёл с отцом девочки, как самый опытный поисковик. Они вернулись к месту, где Катю видели днём. С того момента, как Семён сам искал на площадке дочь, следов вообще не осталось.

– Холодно. Надо искать, где теплее, – сказал Бес.

– Но Катю видели здесь, – Семён схватился за голову, мысли о дочери ни на минуту не покидали.

– Здесь её точно нет. Она могла чего-то или кого-то напугаться и убежать. А потом замёрзла и должна найти место, где тепло. Подъезд, магазин, будка какая-нибудь.

– Почему домой не пошла? С ней что-то случилось, – Семён оглядывался по сторонам.

– В стрессовых ситуациях дети ведут себя не как взрослые, – разъяснял Бес. – И многие взрослые не ведут себя логично. Давайте по ближайшим домам пройдём.

– Катя! – во весь голос закричал Семён, прежде, чему пойти вслед за поисковиком.

***

– Так, вот сюда клеим, это как раз по ходу движения, – Артём приложил лист с ориентировкой к фонарному столбу.