- -
- 100%
- +
Глава 1
Июль
«И все-таки я ужасно невезучая», – к этому грустному выводу я пришла еще задолго до конца сегодняшнего дня.
Проблемы начались с самого утра: по неосторожности порвала платье, разбила две хозяйские тарелки и обожглась на кухне, получила нагоняй за неверное использование рецепта и, конечно, отправилась в эту, как оказалось, смертельную поездку.
И ладно, путь предстоял длинный и утомительный, так меня еще угораздило очутиться в одной карете вместе с этим отвратительным Джимом.
Причем он так относился не только ко мне, но и еще к десятку таких же девиц, работающих на его светлость. Перетискав всех девушек в доме, Джим начал охоту за мной, постоянно распуская руки, не обращая внимания на отказы и попытки донести до него эту нехитрую мысль – Джим будет последним мужчиной на земле, кому я скажу «да».
Впрочем, все это уже было неважно, Джим умер. Прямо на моих глазах его разорвал на части огромный оборотень: наполовину человек – наполовину волк. Монстр напал неожиданно, раскидав охрану и перевернув карету. В мгновение ока он расправился с прислугой, возвращающейся вместе со мной и Джимом в усадьбу, и охраной, не успевшей даже оголить клинки.
И только я еще была жива.
Как ни странно, но сейчас я понимала, что Джиму повезло больше. Он хотя бы умер быстро и безболезненно, в то время как я, сходя с ума от страха и отчаяния, еще пыталась помочь тем, кто дышал.
Я смотрела на огромное чудище и боялась отвести взгляд от его окровавленной морды и открытой пасти с капающей мне на шею и грудь кровавой слюной, от мерцающих в темноте диким огнем глаз. Я обреченно ждала, когда он соизволит сделать свое грязное дело, войдет в меня и все закончится. Ведь после того как чудище изнасилует и наиграется с моим телом, оно меня убьет.
Разорвав платье, волк навалился, прижимая к моему животу огромный член. Я закусила губу, готовясь к неминуемой боли, что последует через секунду. Но внезапная вспышка озарила мглу. Прилетевший откуда-то со стороны сгусток пламени, ударив оборотня в бок, отбросил его на несколько ярдов. Испуганно рыкнув, чудовище поднялось и завыло. Его шерсть дымилась, испуская отвратительное зловоние, перебивающее даже окружавшие нас запахи смерти.
Оно развернулось и уставилось горящими яростью зрачками на другую сторону дороги. Проследив за его взглядом, я охнула, не веря своим глазам. Из-за перевернутой кареты, перешагивая через окровавленные куски мяса, еще несколько минут назад бывшие его слугами, развязной походкой к нам приближался господин собственной персоной. Его светлость герцог Диан Саламандр.
Он был облачен в обтягивающий мощные плечи черный сюртук, белую сорочку, расстегнутую на груди, бриджи и высокие сапоги. Его темные короткие волосы выглядели слегка растрепанными, а рука сжимала горлышко бутылки с вином. Рот оскалился в предвкушающей веселье улыбке, в глазах плясали пьяные всполохи огня.
– Вот дьявол! – выругался герцог, наступив в какую-то жижу, напоминающую кровь, в темноте было непросто разобрать. – Сапоги заляпал.
Я неверяще охнула, попытавшись приподняться на локте, хотя руки, как и ноги, слушаться отказывались. Мужчина резко дернул головой и стрельнул в мою сторону глазами.
– Живая? – довольно простецки удивился он. Сделав под пристальным взглядом оборотня еще несколько шагов в мою сторону, мужчина прищурился и мгновенно запустил огненный шар, отбрасывая чудовище как можно дальше. Зубастая тварь с визгом отлетела к краю леса и замерла там буквально на пару мгновений, а затем подскочила и завыла с новой силой.
Его светлость, не отрывая взгляда от оборотня, поболтал полупустой бутылкой и парой глотков допил остатки вина. Отшвырнув ее в сторону, он одним ловким движением скинул с плеч сюртук и не глядя накрыл мое тело. Все его внимание было сосредоточено на чудовище, не рискующем приближаться к нам.
В тишине ночи раздался душераздирающий вой, и вторя ему, из леса донеслись такие же жуткие звуки. Мужчина вновь оскалился и, чуть качаясь, развел в стороны ладони, в которых уже зажглись очередные огненные шары.
– А вот и остальные… – произнес он, пьяно хохотнув, а я провалилась во тьму беспамятства.
Когда же очнулась, вокруг творилось нечто невообразимое. Воздух был наполнен вонючим дымом и запахом паленой шерсти. Его светлость изрыгал незамысловатые ругательства и сыпал огненными шарами, откидывая назад то и дело наступающих на него чудовищ. Очередная тварь постаралась подкрасться со спины и, пока герцог готовил новый сгусток пламени, кинулась в атаку.
– Ваша светлость! – только и успела я пискнуть, тотчас получив лапой от другой притаившейся рядом гадины по лицу и повторно потеряла сознание, на этот раз от боли.
– Ну что, жива? – раздалось где-то рядом, а моей шеи коснулись холодные пальцы. Нащупав пульс на лихорадочно дергающейся жилке, они задержались, а потом невесомо двинулись вверх и погладили по щеке.
Я застонала, дернув головой и стараясь избавиться от этого прикосновения.
– Жива! – Знакомый голос заставил меня распахнуть глаза и сфокусироваться на лице довольно молодого дворянина – управляющего поместьем его светлости герцога Саламандра, лорда Эдвина Криона.
– Милорд?.. – прохрипела и закашлялась от накатившей тошноты.
– Как вы себя чувствуете? Руки-ноги целы? Вас кусали? – спокойно спросил мужчина, приподняв сюртук Саламандра и просунув под него руку.
Я дернулась, почувствовав, как его ладонь коснулась груди и живота, затем опустилась между моими судорожно сведенными ногами, беспардонно щупая ТАМ холодными пальцами.
– Не тронул? Как интересно… – протянул он и убрал руку. – Или не успел? Встать сами сможете?
– Н-не уверена… Не успел, милорд… – прошептала, таращась на него во все глаза.
– Ну хорошо, сейчас я вас подниму… Ваша светлость,
– позвал лорд Крион, – девушка, мне кажется, даже не тронута. Ее куда?
– Забираем с собой!
– Как скажете. – Мужчина повернулся ко мне и, протиснув руку под спину, помог сесть. А я, удерживая на груди сюртук, решилась посмотреть на хозяина. Тот ходил по дороге, перемещаясь между телами поверженных чудовищ, останавливаясь около каждого из них и внимательно разглядывая.
– Странно это как-то, – задумчиво произнес он, пиная носком сапога одного из оборотней.
– Почему странно? – спросил Крион, помогая мне встать на ноги.
– Потому что тут нет альфы. Куда пропал альфа? Бросил своих? Невозможно… – Герцог оглянулся и посмотрел на нас. Остановив на мне чуть более пристальный взгляд, чем до этого момента, он решительно развернулся и пошел по дороге в сторону усадьбы.
Завернутая в сюртук его светлости, я, с трудом переставляя ноги, направилась к одиноко стоящей лошади, на которой прибыл Крион.
– А его светлость? – тихонько поинтересовалась, нервно вглядываясь в темноту ночи и стараясь рассмотреть там хоть что-то.
– Ушел порталом, – спокойно ответил мужчина и, запрыгнув на лошадь, подтянул и меня, усадив перед собой боком. Я со всей предосторожностью, дабы не причинять лишнего неудобства мужчине, прислонилась к нему плечом и в конечном счете поверила, что жива. В усадьбе нас уже ждали. Молодой помощник конюха услужливо стащил с лошади мое окончательно обессиленное тело и перенес в маленькую комнатку, выделенную мне несколько месяцев назад. После чего лорд Крион передал меня в руки мисс Пит и исчез. Та же, заглянув через пару часов и удостоверившись, что я не сплю, пригласила в комнату доктора. Так как моя каморка была совсем маленькой, экономка почти сразу покинула ее, плотно прикрыв дверь.
– Ну что ж, Эбби Вайнхаус, как твои дела? – поинтересовался господин Мартин. – Так, давай-ка снимай с себя одежду, милая, мне нужно тебя обследовать.
– Но господин Крион… уже смотрел… – заливаясь краской смущения, пролепетала, пытаясь натянуть сюртук герцога выше. Почему-то я до сих пор не переоделась, а так и лежала, свернувшись эмбрионом и вздрагивая от любого шороха.
– Да? – удивленно вскинул брови господин Мартин и посмотрел на меня поверх очков в изящной тонкой оправе. – А что, господин Крион у нас доктор?
– Н-нет… – окончательно стушевалась под его напором.
– Тогда, милая, раздевайся, чтобы теперь я мог осмотреть и доложить его светлости, можно ли тебя оставить в доме или придется вызывать…
– Хор-р-рошо, – прошептала я, не дав ему закончить мысль о возможной судьбе укушенной оборотнем, и, повинуясь указанию, поднялась со своей кровати. Аккуратно положив сюртук на край, повернулась спиной к мужчине и стащила с себя остатки разорванного одеяния. Обувь я потеряла еще на дороге, плотные чулки были разорваны и сползли с ног сами.
Оставшись абсолютно голой, я обхватила себя руками, стараясь прикрыть грудь и темный треугольник волос внизу живота. Не совладав с чувством незащищенности и какой-то неправильной, но знакомой слабости под пристальным взглядом доктора, задрожала, почему-то ощутив себя испуганным кроликом перед огромным драконом.
– Стой так, – произнес он сиплым голосом и приблизился. Положил горячие пальцы, на кончиках которых уже искрилась синяя магия, мне на плечи и легонько провел от основания шеи, вначале обхватив ее пальцами и, кажется, даже чуть сжав, спустился по плечам и рукам. Потом этим же путем вернулся к шее и, плотно прижав ладони к коже, плавно двинулся вниз по спине, очерчивая каждый позвонок, чуть погладил стройные бедра и присел, касаясь изящных лодыжек.
Я стояла, боясь лишний раз шевельнуться. Отчетливо слышала, как за моей спиной сбилось дыхание господина Мартина, и он, делая резкие вдохи и выдохи, прижался колючей щекой к моей пояснице.
– Что вы?.. – пискнула и попыталась отстраниться, хватаясь руками за спинку старенького стула, но была в тот же миг перехвачена поперек талии и сильнее прижата вскочившим на ноги магом.
– Т-ш-ш, Эбби, не шевелись. – От его странного вибрирующего голоса я замерла соляным столбом и позволила мужчине провести горячими ладонями по своей груди. Казалось, он нарочно задел соски, отчего они налились словно две горошинки и встали торчком, смутив меня еще больше. А господин маг продолжил пытку: скользнул вниз и остановился, чуть касаясь пальцами мягкого треугольника волос в самом низу живота.
– Повернись, – приказал Мартин, но я не могла. Просто замерла, боясь не то что шевельнуться, даже сделать вдох.
– Повернись, – с нажимом повторил маг.
И мне ничего не оставалось, как только повиноваться его приказу. Я зажмурилась что есть силы и неуверенно развернулась в кольце рук господина Мартина. Теперь его обжигающие ладони лежали точно на ягодицах, а дыхание опалило мое лицо. Одна ладонь переместилась с попы и накрыла мягкий треугольник волос.
Проворные пальцы толкнулись вперед, проникая между судорожно сжатыми ногами, касаясь нежной плоти. Он мягко погладил там пальцами, вызывая в животе, а потом и во всем теле странную волну тепла.
– Что? – Я с ужасом распахнула глаза и уперлась руками в грудь господину Мартину. Шокированная и напуганная действиями мужчины, я забилась в его руках, хотя совсем недавно нечто подобное проделал и Крион. Только управляющий был безразлично холоден во всех смыслах, а тело лекаря словно испускало жар, согревая мою наготу.
– Г-господин Мартин, – выдохнула, цепляясь за лацканы его пиджака и боясь упасть, так как ноги уже начали дрожать от странных ласкающих движений, что он совершал.
– Т-ш-ш, – произнес лекарь, сильнее прижимая мою хрупкую фигурку к своему телу и нежно перебирая пальцами, словно играя струнами арфы, тяжело выдохнул мне на ухо: – Он тебя не тронул, да, Эбби?
– Ум, у-у-у, – прохрипела от накатившего жара, исходящего от пальцев. – П-пожалуйста, п-прекратите…
– Потерпи еще немного, Э-э-эби, – прошептал маг мне уже куда-то в макушку, с силой сжимая ягодицу. – Сейчас, Эбби… сейчас…
Но что именно «сейчас», я так и не узнала, потому как за дверью раздались громкие шаги и резкий, недовольный голос герцога взорвал тишину:
– Ну что там? Почему так долго?!
– Господин Мартин осматривает ее на предмет укусов и…
– Чтобы через минуту доложили! – перебив экономку, рявкнул герцог и прошествовал дальше.
– М-м-м, жаль… – протянул господин Мартин и с сожалением убрал свои пальцы. Под моим ошарашенным взглядом он засунул их себе в рот и, нарочито неторопливо облизав, повторил: – М-м-м…
Затем сделал шаг назад, отпустив меня окончательно, и, подобрав большой кожаный саквояж, покинул комна ту.
– Мамочки… – все, что смогла произнести, опустившись на кровать и дрожа всем телом. Я уверилась, что уже не девица, но все равно мои чувства были очень странные. Тело била дрожь, между бедрами нестерпимо ныло и иррационально очень хотелось оказаться в кольце рук доктора. Почему? Пыталась вспомнить ответ, но так и не смогла.
Стянув с кровати, на которой до этого сидела, тонкое шерстяное одеяло, замоталась в него и нетвердой походкой приблизилась к тумбочке. Только сейчас заметила тазик, кувшин с остывшей водой и два небольших полотенца, приготовленные для меня.
Выпустив из рук одеяло и позволив ему соскользнуть по голой коже на пол, потянулась за одним из кусков ткани и, смочив его в тазу, на дне которого плескалось немного воды, протерла лицо, а потом с остервенением начала оттирать кожу по всему телу, стараясь не упустить ни дюйма.
Оказалось, я была вся в темных разводах чужой крови. Джим, Лиззи… и еще несколько человек, все они были тут, на моих руках и шее. Кого-то я трогала сама, чья-то кровь попала на меня, капая из пасти чудовища, когда оно хотело…
Я даже не заметила, как у меня из глаз хлынули слезы и накатило полное осознание произошедшего на дороге, погребая под собой. Когда кувшин опустел, а в тазу скопилась бурая от крови и грязи вода, я, немного успокоившись, вернулась к постели и рухнула на нее, моментально забывшись мертвым сном.
Глава 2
Четыре месяца назад. Март
Я стояла перед высоким, властным мужчиной, сминая руками складки подола грязного платья и переступая с ноги на ногу. Ужасно хотелось есть и спать, или банально упасть на пол и хоть чуть-чуть отдохнуть, но управляющий имением герцога Саламандра лорд Эдвин Крион прожигал меня своим взглядом, внимательно слушая мисс Пит.
– Они ее подобрали на дороге, милорд, на границе имения, – кивнув в мою сторону, объясняла экономка.
– Говорит, что потерялась и не понимает, где находится. Ничего не помнит, кроме своего имени.
– И что вы хотите от меня, мисс Пит? Или вы думаете, что тут ночлежка? Это дом герцога Саламандра, а не место для всякого сброда. – Он скривил губы, рассматривая меня в упор.
И это было понятно, ведь выглядела я ужасно. Платье пришло в негодность, из-под поношенного плаща виднелся его рваный подол. Некогда толстые чулки истерлись и оказались заляпаны грязными пятнами, так как последние дни погода стояла дождливой. Ботиночки со сбитыми носами в неопрятных разводах давно не видели обувной щетки.
– Ей некуда идти, милорд, к тому же нас через две недели покидает Мэри, ей рожать скоро.
– И? Вы предлагаете мне взять какую-то побирушку с улицы? Мисс Пит, вы в своем уме?
Они продолжали говорить, словно меня тут не было.
Как будто я предмет интерьера: стул или, вон, кушетка.
– Милорд, выслушайте ее, прошу вас! – настаивала экономка.
– Ну хорошо, – он повернулся ко мне и бросил: – Как тебя зовут и что ты тут делаешь?
– Эбби Вайнхаус, милорд. Я не помню ничего о себе, кроме нескольких последних дней, – ответила я звонким голосом, чем, похоже, немало удивила мужчину. Вздернув брови, он посмотрел на торжествующее лицо экономки.
– Какая чистая речь, – произнес он задумчиво и приблизился. Обойдя по кругу, остановился прямо передо мной и приказал открыть рот.
Я вытаращила глаза и испуганно глянула на женщину, стоящую на том же месте. Увидев ее ободряющий кивок, нерешительно разомкнула губы.
– Шире! – Мужчина слегка наклонился, заглядывая мне в рот, затем схватил подбородок одной рукой, зафиксировав его, и засунул внутрь пальцы другой, ощупывая зубы.
Я с трудом сглотнула и вспыхнула румянцем, ведь меня осматривали как лошадь на рынке!
– Покажи руки! – последовал новый приказ, я послушно подняла перед собой дрожащие кисти. Мужчина коснулся моей ладони, осмотрел ее, перевернул и изучил тонкие, длинные пальцы, ногти с черным ободком грязи,а после осмотра дал распоряжение экономке: – Хорошо, мисс Пит. Вы меня заинтриговали, пусть располагается и выходит утром в помощь Мэри. Через неделю посмотрим, что из этого выйдет… Да, и еще покажите ее барону. После этих слов он развернулся к нам спиной и вышел. Экономка, довольно дернув уголком губ, скомандовала:
– За мной, Эбби. Я покажу комнату, где ты будешь жить.
Я торопливо засеменила за ней, с любопытством вертя головой по сторонам, а женщина в это время продолжала говорить:
– Воды тебе сейчас принесет Анна, но это исключительно сегодня, с завтрашнего дня все будешь делать сама. Также она выдаст тебе форму. Серое платье и фартук утром, после обеда черное платье и белый чепец. Чулки и обувь мы тебе подберем.
– Спасибо, мисс Пит, – тараторила я, быстро поднимаясь за ней по лестнице. – Спасибо вам за шанс!
– Пока не за что, Эбби. У меня глаз наметан, я вижу по манерам, что ты уже где-то работала, и притом не в самом захудалом доме.
– О! – удивленно прокомментировала я ее слова. Мы остановились в темном коридоре на втором этаже, по примеру многих домов тут располагались комнаты для слуг, кухня и подсобные помещения. Мисс Пит достала связку ключей на большом металлическом кольце и безошибочно выбрала нужный. Отперла дверь и распахнула ее передо мной.
– У нас не запирают двери. Не принято. Если что-то будет не так или, – она поджала губы, – кто-то станет тебе досаждать, сообщай мне.
– Спасибо, – выдохнула я и прошла в каморку, которую и комнатой сложно было назвать.
Три ярда в длину и не больше двух в ширину. Узкая кровать, секретер-комод и стул. Небольшое окно, выходящее на задний двор усадьбы, где располагались конюшни и скотный двор.
– Вечером Анна проводит тебя к лекарю. Только после его разрешения я допущу тебя к кухне.
После этого женщина торопливо вышла и прикрыла за собой дверь, оставляя меня одну.
Так я попала в дом герцога Диана Саламандра.
Через неделю я уже вовсю работала на кухне под неусыпным контролем пузатой Мэри. Девушка сидела на стуле и чистила овощи, а я мыла, скребла, раскладывала, носила и подавала. После обеда, переодевшись, я помогала Анне смахивать пыль и перетрясать хозяйские постели. Потом вновь застревала на кухне до поздней ночи: мыла, чистила, скребла и вытирала.
Дни летели за днями, недели за неделями, пока по поместью не разнеслась взбудоражившая всех весть – герцог Саламандр возвращается и через два дня будет дома. А также с ним ожидаются гости.
Ох, что тут началось! Вся прислуга словно с ума сошла. Управляющий гонял горничных в хвост и в гриву, лакеи летали вверх-вниз по лестнице. С самого утра и до позднего вечера слуги трясли, драили, скребли и бегали по комнатам усадьбы, собирая паутину с потолков, начищая до блеска серебряную фурнитуру и покрывая воском паркетные полы. Девушки бегали по лестницам с тяжелыми корзинами угля для растопки каминов и печей. К исходу второго дня все, включая меня, падали замертво, еле доползая до своих каморок.
Наконец настал тот самый день, рано утром управляющий выстроил слуг перед парадным входом в ожидании хозяина. На выложенную камнем площадку въехал и остановился экипаж, из которого вышел высокий, широкоплечий брюнет. Не оглядываясь, он сразу направился к ровному строю слуг и остановился рядом с лордом Крионом. Взгляд мужчины был хмурым, даже каким-то злым. Высокий лоб и прямой нос, презрительно поджатые губы.
– Эдвин, – кивнул он Криону.
– Ваша светлость, – ответный кивок Криона.
– Новенькие? – спросил герцог, внимательно осматривая лакеев и слуг одного за другим, ненадолго задержавшись на мне и моей соседке Анне, что появилась в доме на полгода раньше.
Сказать откровенно, герцог не произвел на меня особого впечатления ни сразу, ни позже. Как я поняла сама для себя, он весь был от слова «слишком». Слишком высокий, слишком мощный, слишком чопорный. Казалось, еще немного, и он начнет задевать носом небо от своей важности и высокомерности. Постоянно презрительно прищуренные глаза и искривленная линия губ.
– Трое, – отозвался управляющий, – две служанки в доме и новый конюх.
– Отлично, – спокойно ответил герцог и развернулся к ожидавшей его даме. Та покинула карету следом за Саламандром и теперь с нетерпеливым видом стояла на дорожке, ведущей к дому.
Как только герцог приблизился к своей спутнице, она восторженно улыбнулась и повисла на его руке, о чем-то щебеча. Подхватив сумки, несколько лакеев последовали за ними и скрылись в доме. Дождавшись этого, Крион махнул рукой, разрешая слугам вернуться на свои места и приступить к выполнению своих непосредственных обязанностей.
Оказалось, герцог привез с собой из столицы повара, и теперь мы вместе с кухаркой стояли у двери и наблюдали за мужчиной, который осматривал свои новые владения и брезгливо поджимал губы. Лиззи, что много лет являлась тут хозяйкой, теперь была вынуждена наравне со мной выслушивать его оскорбления. Дело в том, что как бы вкусно и чудесно ни готовила Лиззи, но мужчина-повар, как и мужчина-слуга, все равно будет по статусу выше, чем женщина, занимающая ту же должность. И сейчас Лиззи опустили на уровень обычной посудомойки.
– Да вы издеваетесь! – шипел напыщенный мужчина, брезгливо брызжа слюной на выскобленную до блеска поверхность стола. – Вы тут свиней кормите или что?!
Я закатила глаза к потолку, понимая, что сейчас он всего лишь самоутверждается за наш счет, и не переживала, а Лиззи била мелкая дрожь. Обняв женщину за пышную талию одной рукой, я осторожно погладила ее по плечу и ободряюще улыбнулась. Когда новый повар покинул кухню, Лиззи всхлипнула и опустилась на стул.
– Ну почему? Почему так? – лепетала она, теребя свой идеально белый передник дрожащими пальцами.
– Я же десять лет… десять лет…
– Лиззи, ну что же ты, так нельзя! Во-первых, мы еще не знаем, что он там готовит, а ты как-никак десять лет кормишь его светлость!
– Ты думаешь? – хлюпнув носом, спросила она. – Полагаешь, я могу еще рассчитывать на?..
– Конечно! А во-вторых…
– Что тут происходит? – строгий голос мисс Пит заставил нас подскочить на месте. – Эбби, Лиззи! Почему вы до сих пор прохлаждаетесь? Его светлость уже дома, где завтрак? А ну-ка, быстро в малую столовую!
Мы засуетились, торопливо выставляя на стол подносы и приготовленные загодя сыр, хлеб, соусы и все, что требуется для сервировки. Лиззи раскладывала и нарезала холодные закуски, доставала горячую кашу из специальных удерживающих тепло подушек, а я носила это все и расставляла на столе в малой столовой под бдительным контролем лакеев. Через пять минут к нам присоединилась и Анна. Споро работая, мы быстро сервировали стол и покинули помещение.
С тех пор жизнь в доме герцога потекла по-новому. Присутствие хозяина и гостей вынуждало вставать раньше и ложиться позже. А потому на закате я наравне с остальными слугами замертво падала на постель и тут же засыпала, как и сегодня.
Мне совершенно не хотелось открывать глаза и прерывать это приятное ощущение. Горячие ладони двигались вверх и вниз по моим согнутым в коленях ногам, нежно согревая кожу. Мне было приятно, и я что-то мычала, стараясь выразить всю гамму охвативших меня чувств.
Раскинув руки в стороны и плавно выгибаясь на шелковых простынях, я ждала чего-то фантастического, того, что, знала, принесет мне еще больше удовольствия.
И я не ошиблась, к рукам, нетерпеливо водящим по моим ногам, присоединились горячие губы, прокладывающие дорожку из поцелуев по внутренней стороне голени. Я одобрительно промычала, умоляя партнера продолжать. Около моего колена он замер на секунду и двинулся дальше, чуть потершись колючей щекой о нежную кожу. И долгожданный поцелуй, невесомый и ласковый, еще один, еще и еще…
Я глубоко вздохнула, вбирая все эти потрясающие, уносящие куда-то в пропасть удовольствия ощущения, впитывала, кажется, каждое прикосновение губ. Ласкающий меня мужчина неожиданно перешел к более грубым действиям, пару раз прикусив атласную кожу и наградив это место особенно ласковыми движениями языка. Я недовольно всхлипнула и чуть выгнулась, как бы приглашая его продолжать.
Почувствовала, как жар моего тела сосредотачивается внизу живота. Как становится горячо и невольно больно там, между разведенных коленей, там, куда он стремился. Выгнулась, ощутив, как его губы приближаются к лону, а мои вздохи становятся все громче. Когда же он осторожно прикоснулся подушечками пальцев, чуть задевая что-то невероятно отзывчивое, я застонала в полный голос. Мужчина усмехнулся, я это скорее поняла, чем услышала, и через секунду горячий язык присоединился к ласкам. Я вмиг выгнулась дугой, поскуливая от тех ощущений, что дарили мне его пальцы и язык. Казалось, еще секунда, один вздох и…