- -
- 100%
- +
– Маркиза, – голосом, которым он несколько секунд назад ласкал мой слух, произнёс доктор, – позвольте проводить вас, пообещайте мне следующий танец!
– Конечно, мой дорогой Алиен! – Она повернулась, позволяя мужчине увести себя в зал.
А я наконец смогла выдохнуть. Кажется, все это время я даже не дышала. Какое же отвратительное чувство вызвала во мне эта маркиза! Я не знала её имени, но сам факт её интереса к доктору меня раздражал. Что за чувство заворочалось в глубине моего сознания?
Вместо того чтобы выбраться из ниши, я замерла, позволив себе насладиться новым для меня ощущением. Резко выдохнув, уже собралась выскользнуть из тайника, но из-за угла послышались шаги, и я вновь отступила в тень, намереваясь пропустить тех, кто шёл по коридору, и войти в зал за ними, а не перед, дабы избежать неприятностей, если это окажутся господа.
Неожиданно шаги затихли примерно в ярде от места моего укрытия, и в тишине, нарушаемой лишь приглушёнными взрывами хохота из-за неплотно при-крытой двери, раздались тихие голоса. Разобрать, кем были говорившие, не представлялось возможным, но слова!
– Очередная неудача? – произнёс таинственный незнакомец, слегка шепелявя.
– Пока неясно, он не доверяет, – прозвучало в ответ.
– Но он обещал, что в этот раз получится, – заве-рил шепелявый. – А что с запасным вариантом? Когда он вступит в игру?
– Я не знаю, пока ждёт, – вновь заговорил второй.
– Хорошо.
На этом беседа прекратилась, а со стороны лестницы раздались новые голоса. Вскоре несколько слуг прош-ли мимо ниши, где я пряталась, и скрылись в зале.
– Что же это такое? – прошептала, стараясь осознать все происходящее и понять, насколько важно то, что я услышала. И главное, куда делись говорившие? – Интересно, что это значит?
– И мне, – тишину неожиданно разорвал низкий мужской голос. Ойкнув, я во все глаза уставилась на появившийся в темноте огонёк, горящий на кончике пальца его светлости и освещающий лишь его глаза.
Оказывается, в этой чёртовой нише я пряталась не одна, а в молчаливой компании герцога Саламандра, стоящего сейчас напротив меня.
– Ваша светлость? – с удивлением прошептала, боясь отвести взгляд от его лица.
– Эбби Вайнхаус, – произнёс он, вскинув одну бровь. – Девушка, потерявшая память и выжившая при нападении оборотней. Хм.
Спустя секунду огонь с кончика его пальца охватил всю ладонь, освещая уже не только его глаза, но и все лицо. Мужчина протянул ладонь, полыхающую магическим огнём, и, схватив меня за подбородок, довольно резко вздёрнул вверх, заставляя посмотреть на него.
– И что же заставило нашего холодного доктора испытывать к тебе интерес? – он наклонился ниже, пугая и гипнотизируя, затем протянул, разочарованно морщась: – Не понимаю…
А я задрожала, так как неожиданно его пальцы оказались очень горячими, и жар от них, подобно дико-му огню, разбегался по моей коже. В голове тут же яркими картинками вспыхнул сон, и я задышала чаще, ощущая смущение.
– М-да, – разочарованно прошептал герцог, – что и требовалось доказать. Неважно, кто из господ трогает, желание отдаться появляется всегда, да, Эбби Вайнхаус? За что ты готова прогнуться?
Он неприязненно цокнул языком, заставляя волну ярости подняться из глубины, гася пожар желания. Словно цунами, она накрыла меня, и только одна яркая, будто вспышка, мысль осталась непогребённой.
– Не смейте так разговаривать со мной! – дёрнув подбородком и выворачиваясь из хватки его пальцев, прошипела я и только после этого осознала, что и кому говорю.
– Ты смеешь мне указывать? – неподдельное удивление, тут же сменившееся яростью, отразилось в его голосе, и он повторно поймал мой подбородок. – Кто ты такая, чтобы указывать мне?!
– П-простите, ваша светлость, – залепетала я, укоряя себя, что посмела повысить голос на герцога, – я просто… Простите, пожалуйста.
Мужчина отпустил мой подбородок, и в его ладони вспыхнуло яркое красное пламя, вот только оно уже не было безобидным. Этот огонь легко мог превратиться в оружие, способное не только сжечь меня, но и разнести половину имения.
– Ваша светлость… – прошептала я хрипло, скосив глаза на пылающую ладонь мага и тихо охнув. Глаза наполнились слезами, а губы задрожали.
– Никогда не смей повышать на меня голос. Ты поняла? – его слова зазвенели сталью.
– Д-да, ваша светлость… – всхлипнув, прошептала я и зажмурилась.
– Вот и отлично.
Когда щёку перестало печь, и прохладный воздух, коснувшийся лица, причинил лёгкую боль, я поняла, что мужчина погасил огонь. Герцог Саламандр повернулся и выскользнул из ниши, оставив меня там, содрогающуюся от слез. Простояв так не более минуты, я тоже покинула укрытие и замерла около дверей.
Появиться перед гостями в таком виде я не имела права. Вернуться на кухню с подносом, полным закусок и бокалов, я тоже не могла, тогда пришлось бы объяснять, почему не донесла все до господ. Я так и стояла, переминаясь с ноги на ногу, не зная, что делать, пока дверь не распахнулась и на пороге не появился лорд Крион. За его спиной в центре зала краем глаза заметила фигуру хозяина, бросившего взгляд на нас.
– Мисс Вайнхаус! – произнёс лорд Крион и прикрыл за собой дверь. – Диан сказал, что тебе стало нехорошо, и ты ждёшь тут.
Я удивлённо вскинула брови, смотря на управляющего. Неужели герцог понял, что я в таком состоянии не сунусь господам на глаза? Но откуда он знал, что я тут и не убежала в слезах прочь?
– Я же сказал, если ты плохо себя чувствуешь, нечего тебе делать рядом с гостями!
– Простите, милорд, я думала, что справлюсь, – тщательно подбирая слова, прошептала.
Он протянул руку и так же, как это сделал недавно герцог, ухватив меня за подбородок, повернул лицо чуть в сторону.
– Это что, ожог? – удивлённо спросил он. – Форэм?
– Что? Нет, милорд, я нечаянно, сама, милорд, – закусила губу, так как в этот момент мужчина довольно грубо коснулся пальцами моей щеки, и прошипела.
– В чем дело? – за спиной Криона выросла высокая фигура хозяина дома. – Я же просил тут разобраться и отправить девушку отдыхать.
– Мисс Вайнхаус обожглась, я думаю, надо попросить доктора Мартина ей помочь. А то она и завтра не сможет работать.
Я попыталась вывернуться из крепких пальцев Криона, но он только сильнее сжал моё лицо и повернул его так, чтобы Саламандр увидел. Щёку уже довольно сильно пекло, и я поняла, что ожог, должно быть, оказался гораздо сильнее, чем думалось раньше.
– Обожглась? – голос герцога показался мне удивлённым. Он наклонился чуть вперёд и, внимательно посмотрев на предполагаемую травму, нахмурился. – Вы правы, Эдвин. Но звать Алиена не нужно, я справлюсь тут сам. Вызови кого-то из слуг. Пусть освободят девушку.
– Будет исполнено, – лорд Крион развернулся и исчез за дверями, ведущими в зал.
– Мне жаль, Эбби, что я ранил тебя, в следующий раз будь осторожнее со словами.
– Конечно, ваша светлость, – прошептала я, зажмурившись, так как стоять под его чёрным взглядом было неуютно. Хотя что уж неуютно – до сих пор было страшно.
Лица коснулись горячие пальцы мага, и я опять дёрнулась. Кожу стягивало и щипало.
– Позвольте мне обратиться к доктору Мартину, – прошептала я, пытаясь избавиться от его прикосновения.
– Это моя магия, я с ней справлюсь лучше, тем более Алиен занят с маркизой, как ты помнишь. Не дёр-гайся! – Новое прикосновение к щеке, и жар на ней начал спадать. – Приложите холодный компресс пе-ред сном. Эдвин!
Я и не заметила, как в тёмном коридоре появились управляющий и молодой лакей Тревор. Кинув на меня неприязненный взгляд, он забрал поднос и исчез за дверью. Следом за ним коридор покинул и герцог.
– На завтра до обеда ты свободна. Ещё одна подобная оплошность, и я выставлю тебя из дома. Даже несмотря на… – начал он, но тут же замолчал.
– Простите, милорд. Спасибо. – Я опустила глаза в пол и, подождав, пока мужчина тоже вернётся к гостям, поспешила в свою каморку.
Глава 7
Уснуть я не могла довольно долго. Для начала зажгла свечку и осмотрела лицо в маленьком зеркальце, оказавшемся среди моих вещей, когда я очнулась на дороге в нескольких милях от границы владений герцога Саламандра. Сейчас, стараясь рассмотреть чуть покрасневшую щеку, я дала себе мысленный подзатыльник. Как, как я могла повысить голос на его светлость?! Нонсенс! Он же мог меня убить одним движением!
То, что он сдержал свою ярость и обжег только по неосторожности, да еще сам убрал следы собственной несдержанности, заставило меня испытать к нему ка-кую-то толику уважения. Нет, его слова, произнесен-ные там, в темноте коридора, были в чем-то правиль-ными. Откуда ему было знать, что я не испытывала к нему ничего подобного, а те эмоции, что всколыхнуло одно его касание, лишь отголоски сна, все еще смущав-шего меня?
Вздохнув, я убрала в сторону зеркальце и приложила влажный платок к щеке. Подперев ее ладонью, вспоминала все, что произошло за вечер. Первое – это, конечно же, необычное видение березовой рощи. Я практически ощущала пальцами шелковистую гладкость стволов, теплые солнечные блики, пляшущие на густой зеленой листве. Прикрыла глаза, постаралась вернуться в своё видение и пройти тот путь еще раз, выйти к пруду и…
– Да что же это такое! – Я со злостью стукнула по тонкому матрасу, на котором сидела.
Никак не получалось восстановить в памяти то, что я увидела там. Что-то, кроме пруда, к которому вели меня ноги, что-то невероятно важное!
– Успокойся, Эбби, – произнесла я вслух, – не все сразу.
Отложила платок и повернулась на бок, прикрыв глаза. Надо подумать о чем-то приятном, хорошем! Погладила себя по щеке, на которой не осталось и следа от ожога. Э нет, думать о герцоге я не буду, а вот барон Алиен Мартин Гриде…
Я зажмурилась изо всех сил, стараясь восстановить в памяти его голос, слова, и снова, как наяву, услышала: «Да, я испытываю жажду…»
Улыбка сама собой появилась на лице, растягивая губы. Красивый, молодой, приятный во всех отноше-ниях благородный мужчина. Не слишком высокий, волосы, мягкими волнами спускающиеся на плечи. Очаровательные ямочки на щеках и полные губы. Ох! Приснись мне!
***
Кожу холодил легкий, но все же неприятный поток воздуха, пробежавший по моим плечам.
– Подвигайся для меня… – тихий, еле слышный голос в темноте. Я не могла определить, кому он принадлежит, но мне сейчас и не требовалось этого. Хотелось повиноваться этому голосу, а потому я плавно поднялась с края широкой кровати и сделала несколько шагов к центру еле освещенной комнаты.
В голове звучит какая-то мелодия, но я не знаю ее, никогда не слышала, и мне не остается ничего иного, как в трепете подняться на носочки и развернуться лицом к огромному ложу. Я двигаюсь, делая плавные шаги то в одну сторону, то в другую. Медленный оборот вокруг себя. Я словно огромная птица, мне хочется взлететь.
– Тебе нравится мой выбор? – снова тихий шепот, не дающий мне узнать хозяина, мелодия в голове становится громче.
– Вполне, – ответила шепотом, обхватив себя руками.
– Тогда покажи мне… – шепчет он, и я снова улыбаюсь. Так правильно, так ласково. Мне хочется, очень хочется показать ему себя. Продемонстрировать, какой я могу быть.
Я сделала новый оборот, вновь разворачиваясь лицом к нему, и попыталась разглядеть того, кто смотрит на меня. Мужчина, чей силуэт практически скрыт тьмой, притаившейся рядом с ним, молчит. Улыбнулась, заметив, что тьма заискрилась синеватым огнем – глаза мага сияют, а значит, ему нравится то, что он видит.
Краем сознания отметила обстановку в комнате. Свечи не горят, только камин пылает жаром за моей спиной, выгодно подсвечивая силуэт, но совершенно не согревая.
Одна рука скользнула по второй, пробегая пальцами от кисти до плеча, захватывая лямку ночной сорочки и опуская ее вниз. Вторая рука проделала то же самое, шелковая ткань скользнула по груди, задевая соски, возбужденно торчащие двумя горошинами, и мягко опустилась на талию.
Прочертила ладонями линии от шеи вниз, повторяя движение шелка и проведя пальцами по соскам. Из темноты раздался странный, хриплый смех, и я снова вернулась к груди, желая сделать это еще раз, но меня прервали.
– Дальше… – поторопил невидимый зритель, и я обиженно закусила губу. Но продолжила, схватив шелковую ткань на бедрах и потянув ее вверх, бесстыдно обнажая колени, потом еще и еще выше. Замерла, лишь когда из-под края сорочки показался низ живота с узкой полоской волос.
– Что это?!– Похоже, я смогла его удивить.
– Последний писк моды, – хитро улыбаясь, прошептала и шагнула к нему.
– Снимай, – велел мне голос из темноты, и я послушно потянула ткань вверх, открывая взору моего невидимого зрителя всю себя.
Шелк полетел в сторону, а я, повинуясь мелодии, все еще звучащей в моей голове и не прекращающейся ни на секунду, сделала несколько шагов вперед, опускаясь коленями на край постели. Из тени балдахина, висящего над кроватью, показалась мужская рука и потянулась ко мне, невесомо касаясь оголенной груди.
– Совершенна… – произнес он.
– Пожалуйста… – то ли прошептала, то ли выдохнула в ответ.
– Т-ш-ш, – снова его шепот, – покажи мне, как тебе хочется.
– Но… – Я пыталась захныкать, но мужчина не позволил мне и, взяв мою ладонь, прижал ее к моему лобку. Второй накрыл одну грудь и чуть сжал.
Он все еще прятался в тени, поэтому я до сих пор не могла разглядеть его лицо.
– Покажи мне, – повторил он с нажимом, и я, повинуясь его приказу, устроилась поудобнее, раздвинув колени шире. Пальцы нырнули между ног, касаясь влажной плоти. Кажется, я потекла только от одной мысли, что он будет смотреть на меня.
Первое опасливое движение пальцами, и я замычала от прилива приятных ощущений. Совершая интимные касания и скольжения по кругу, задеваю нежную выпуклость, заставляя саму себя дышать чаще, чуть выгибаясь.
– Стой! – остановил меня голос, и я недовольно по-
морщилась, но улыбнулась, услышав: – Я сам…
Его горячая ладонь легла поверх моей, и я моментально представила, как он будет касаться меня там, поглаживая и лаская, но мужчина замер.
***
Подскочила на кровати, тяжело дыша и дрожа всем телом. Что же это такое? Снова сон, но в этот раз я даже не знаю, кем был мой визави. Сердце еще стучало где-то в горле, а сквозь шум крови донеслись крики с улицы.
Распахнув глаза, я развернулась к окну и, заметив странные всполохи света, подскочила на постели. Отбросив одеяло в сторону, спрыгнула на пол и на полшага приблизилась к выходу, со стороны которого раздавались тревожные звуки хлопающих дверей и топот ног. Осторожно приоткрыв створку, я высунула нос в коридор, и пробегающая мимо Мари испуганно крикнула:
– Эбби, пожар, давай скорее!
– Что? Что случилось? – я распахнула дверь шире. – Мари!
– Конюшня! Горит конюшня! – Девушка развернулась и помчалась дальше, скрываясь за поворотом.
– О боже! – я развернулась и, схватив со стула платье, надела его и рванула вон из комнаты.
Через полминуты я, обхватив себя руками, стояла во дворе рядом с Мари и еще несколькими девушками. Мужчины бегали перед зданием, которое к этому моменту вовсю пылало. Кто-то распахнул высокие ворота, и парни выводили беснующихся напуганных лошадей. Из дома за нашими спинами выскочили еще люди в сопровождении лорда Криона и его светлости. Мужчины были в одних брюках и сапогах. Отметив этот факт, я поняла, что сама забыла надеть хоть что-то на ноги и сейчас стою босиком на холодной земле.
– Что замерли?! Воду, живо! – гаркнул управ-ляющий, а сам поспешил к горящему зданию. Мне в руки незамедлительно сунули тяжелое ведро с водой и подтолкнули следом за милордом.
– Поживее! – полетело в спину. Торопливо пе-реступая ногами по земле, я подбежала к зданию и махнула ведром, выплескивая воду на полыхающую стену. Развернулась, и пустую тару мгновенно выдернули у меня из рук, заменив новым полным воды ведром. Все повторилось. Еще раз и еще! Руки с непривычки начало ломить, как и плечи со спиной. Шум огня, треск дерева, крики людей и ржание все еще беснующихся внутри здания лошадей превратились в несмолкаемую какофонию.
Кто-то пробежал мимо, больно толкнув меня и дергая за руку.
– Ты видела его? Видела? – голос Криона вторгся в этот бесконечный шум, заставив отвлечься от монотонной работы и взглянуть на управляющего.
– Кого? – спросила, перекрикивая треск и вытирая пот, заливающий лицо.
– Микаэль… – выдохнул он и, отпустив меня, побежал дальше.
Что? Какой еще Микаэль? О чем он? Я замерла, устремив взгляд на спину мужчины, и целых пять секунд соображала, пока все не встало на свои места.
– Мик… – прошептала, и в груди остро заныло. – Микаэль?
Я рванула в другую сторону, туда, куда отводили перепуганных животных. Около загона стояла совсем юная девочка, кажется, младшая дочь конюха. Её лицо и руки покрывали черные разводы, по щекам бежали две светлые полоски – она плакала.
– Лиса! – окликнула я ее. – Лиса, где Мик?
– Он… – губы ее задрожали, и она снова разрыдалась, пугая стоящую рядом лошадь.
– Лиса, где он? – я дернула ее за плечи. – Ну же!
– Жеребенок! – только и смогла вымолвить она, содрогаясь.
– Черт! – Я рванула в обратную сторону.
Дальняя часть здания, где располагался денник с кобылой и жеребенком, горела с внешней стороны. Уходя то в одну, то в другую сторону и стараясь не попасть под ноги несущимся мимо людям, я нырнула в раскрытые створки ворот.
– Стой, дура! – раздалось сзади, но я не слушала и даже не обернулась, знала, что где-то там он, парень, вызвавший отклик в моем странном, холодном сердце.
– Эбби, нет! Вернись! —в панике закричала Мари. Темный, густой дым стоял под самой крышей, из дальнего стойла вывели последнюю лошадь, а пробегающий мимо мужчина с прижатой к лицу тряпкой попытался схватить меня за локоть и выволочь наружу.
– Бегом, больше не спасти никого! – рыкнул он.
Я вывернулась из его хватки и, перекрикивая треск дерева, спросила:
– А кобыла с жеребенком?
– Не добраться, бегом отсюда! – Он снова протянул руку, но я отскочила и рванула вперед.
Мне необходимо было проверить, что Мика там нет. Это казалось невероятно важным. Подобрав подол платья, прикрыла рот и нос. За спиной все еще маячили распахнутые ворота, и я была уверена, что успею возвратиться. Мне надо только посмотреть!
Возле загона я оказалась, согнувшись в три погибели. Густой дым опускался все ниже, да и нестерпимый жар давил. Дальняя стена загона полыхала и вот-вот должна была вспыхнуть солома на полу. В противоположном углу лежала туша кобылы, ее круп не вздымался, рядом, прижимаясь к мертвому телу, дрожал жеребенок. Распахнув калитку, я на четвереньках приблизилась к ним и попыталась ухватить животное за гриву. Малыш заржал и сделал попытку подняться на ноги, но снова завалился на бок.
Потянула снова, явно причиняя ему боль, но нужно было заставить его подняться и выгнать на улицу.
Со второго раза мне это удалось, и понукая малыша, заставила его выскочить из загона. Теперь пора поспешить и мне. Хватаясь за калитку в перегородке, поднялась на ноги и уже собиралась выбраться вслед за жеребенком, как заметила пару черных сапог в углу.
О нет, тут был еще кто-то! Кашляя и вытирая выступившие на глаза слезы, я снова опустилась на четвереньки и подползла к телу.
– Мик! – вскрикнула и, глотнув воздух, закашлялась, так как дым мигом проник сквозь ткань и попал в легкие.
– Ум-м-м… – Парень застонал, но не шевельнулся.
– Мик! – Я дернула его, стараясь перевернуть или привести в чувство, но безуспешно. Он был очень тяжелый, а я слишком слабой, огонь уже запалил солому и языки пламени подобрались к мертвой туше в углу загона, так и норовя преодолеть эту преграду и отрезать нам путь к выходу.
– Ну же! – взвыла я и, плюнув на все, схватила его за руку, потянув на себя.
Мне удалось его немного сдвинуть, тогда я переместилась еще. Так, шаг за шагом, тащила бессознательное тело парня из загона. Нам надо выбраться отсюда, дальше будет проще!
Пламя преодолело препятствие в виде мертвой туши кобылы и с жадностью накинулось на солому, устилавшую пол денника. Я попыталась двигаться быстрее, но это было сложно, так как жар и дым заполонили все. Чтобы не задохнуться, пришлось снова встать на четвереньки, от этого скорость снизилась еще больше.
Наконец со стоном я вывалилась из калитки в широкий проход и с ужасом осознала, что вполне могу и не выбраться: полыхали потолок и стены.
Дым стал таким густым, что, сидя на земле, было сложно разглядеть распахнутые настежь ворота и мечущихся за ними людей.
– Жива! Она жива! – долетел до меня крик, но шум огня и застилающие все слезы мешали расслышать и распознать того, кто кричал. Я повернулась к выходу и, не поднимаясь на ноги, двинулась спиной вперед. Упираясь голыми пятками в земляной пол, я рывками подтягивала парня к себе. В горле першило, легкие горели огнем и даже вздохнуть было сложно. Но я продолжала двигаться, веря, что нас заметили и обязательно помогут.
– Замри! – услышала громкий и властный крик от дверей. Повиновалась, развернувшись лицом к хозяину, и замерла. Нас разделяло не более семи ярдов, но сейчас мне казалось, что это расстояние не менее мили. Каждая секунда промедления увеличивала его вдвое.
Фигура мужчины расплывалась, а я сама упала на землю, распластавшись на ней, не в силах ни вдохнуть, ни ответить. Герцог что-то кричал, размахивая руками и направляя стоящих рядом с ним мужчин. Несколько человек рванули вперед, но молниеносно отскочили. Случилось, пожалуй, самое страшное, что могло произойти. Охваченная огнем крыша не выдержала, и между нами рухнула пылающая балка, поднимая клубы пыли, жара и разлетающихся во все стороны искр.
Я взвизгнула, ощутив, как мои руки и ноги обожгло миллионами горящих игл.
Из-за плотной стены огня раздались новые крики и даже визг. Я уронила голову на землю и зарыдала в полный голос, давясь кашлем. Все. Теперь точно все. Повернулась в сторону Мика и, придвинувшись ближе к нему, схватила за руку, сжав сильно-сильно. У меня совсем никого не было в этом мире, и сейчас я не жалела, что погибну, пытаясь спасти единственного человека, рядом с которым было хорошо и спокойно, несмотря ни на что.
Я не сразу поняла: то ли я просто умерла, то ли уши заложило от шума. Вокруг воцарилась абсолютная тишина, а через секунду жуткий, громкий гул накрыл все пространство. Со стороны ворот, нарастая и заставляя дрожать стены и землю под нами, рванул столб яркого пламени. Сметая и сдвигая словно невидимой стеной, магический огонь невероятной мощи заставил естественное пламя и дым отодвинуться дальше, освобождая пространство между нами и выходом из западни.
– Живо! – рявкнул герцог, но я даже пошевелиться была не в силах.
Из-за его спины показалось несколько человек, среди которых был управляющий, перемазанный с ног до головы сажей, а также пара лакеев. Лорд Крион подбежал первым. Подскочив, он опустился рядом с нами на колено и ощупал шею Микаэлю.
– Потом, Эдвин! – рыкнул герцог за нашими спинами, а двое лакеев, прибежавших на помощь, одним рывком вздернули парня под мышки и потащили к выходу.
Лорд Крион молча подхватил меня с земли и, также быстро пре одолев расстояние до ворот, вынес на свежий воздух. Как только мы выскочили наружу, за нашими спинами с жутким грохотом, заставившим дрогнуть землю, обрушилось здание конюшни.
Глава 8
– Где, черт подери, Гриде? – гремел разъяренный голос его светлости. Я лежала на холодном каменном полу в зале с лестницей рядом с Миком, все еще находящимся в бессознательном состоянии.
– Не кричите, Диан, а то разбудите всех гостей. Кстати, у одного вашего слуги ожоги рук, другой наглотался дыма, – рядом со мной на пол упал кожаный саквояж доктора и присел на корточки сам барон Гриде.
– Так, и кто это у нас такая? Эбби Вайнхаус, – мужчина склонился надо мной, опираясь на ладони. – И почему я не удивлен? Как дела, Эбби? Что-то беспокоит?
– Алиен, ты издеваешься?! – рыкнул герцог, а затем зашипел, понизив голос: – Своих девок будешь позже обхаживать, а не на людях!
– Диан! – одернул его лорд Крион. – Она вытащила…
– Потом, Эдвин, – уже более ровным голосом промолвил герцог. – Мы можем их перенести? Не на полу же оставлять?
– Ну, – начал доктор, улыбнувшись мне, – Микаэля нужно осмотреть первым. Вы не против, мисс Вайнхаус?
– Нет, – хрипло выдавила я и попыталась повернуться на бок, но меня тотчас возвратили в исходное положение, прижав за плечи к полу.
– Нет-нет, Эбби, лежи так.
Доктор одним движением разорвал рубашку на груди Мика и приложил к ней свои ладони. Из-под пальцев мага незамедлительно появился синий свет, тело парня дрогнуло. Доктор закрыл глаза, чуть приподняв лицо, и улыбнулся.