Охота на древнего. Паутина

1

Едва Вэлмар проскользнул в проем, образовавшийся в стене, как тот исчез. Кирпичи начали двигаться словно живые, выбивая мелкие песчинки из кладки и заполняя свободное пространство. Это продолжалось не более пары десятков секунд, и в тот момент, когда последний кирпичик словно недостающий кусочек пазла встал на место, звуки стихли. Теперь ничто, кроме громкого дыхания беглецов, продолжавших ошарашенно таращиться на стену, не нарушало повисшую тишину.

– Сюда, – первым в себя пришел Вэлмар.

Его голос звучал непривычно тихо и как-то глухо. С инкуба слетела вся напускная веселость и бесшабашность, лицо осунулось, а кожа в один момент приобрела сероватый оттенок.

Джек вздрогнул, поспешно вытащил из кобуры пистолет и вновь застыл, прислушиваясь. Вэлмар, однако, только скривился и, развернувшись, махнул рукой, предлагая следовать за ним. Бросив последний взгляд на глухую стену из светлого кирпича, Джек спрятал оружие и повернулся к Алекс. Девушка продолжала стоять не шелохнувшись, направив невидящий взгляд в стену, будто бы разделившую их мир на «до» и «после».

– Ал?.. – позвал Джек напарницу. – Алекс!

Протянув руку, он коснулся плеча, и она вздрогнула, словно приходя в себя.

– А?

– Идем, – аккуратно сжав пальцы, детектив потянул в сторону, – надо уходить.

– Да. – Алекс встряхнула головой, словно пыталась избавиться от тумана в голове. – Конечно.

– Ты… – Джек поджал губы, косясь на удаляющегося инкуба. Его фигура уже терялась в тенях плохо освещенного тоннеля. – Ты как себя чувствуешь? Нормально?

Алекс облизала пересохшие губы и медленно кивнула, будто проверяла, все ли в самом деле у нее в порядке. Затем кивнула еще раз – увереннее.

– Да. Все хорошо…

– Тогда пойдем.

Солье развернулся и поспешил за Вэлмаром, пряча от девушки смущенный взгляд. Детектив отлично помнил все, что произошло каких-то пять минут назад в огромном каменном зале. Все, что он делал, и все, что он в тот момент жаждал сделать. А ещё у него имелась парочка нехороших вопросов к инкубу, правда это могло немного подождать.

Троица двигалась уже около получаса в полной тишине, но кажется, это никого не смущало. Тоннель отличался от того, по которому они двигались ранее. Этот был уже, а низкий земляной потолок словно давил на плечи. На их пути то и дело попадались повороты и развилки, а чёрные провалы в стенах манили, грозясь увести в никуда.

– Как они узнали, где мы?.. Они знают про этот ход? – наконец подал голос Джек.

– Ты же слышал, ищейки явились не по ваши души, – грубо отрезал инкуб. – Так что прекрати трястись.

Джек никак не отреагировал на резкий тон, он понимал, что двуликий потерял старого и, должно быть, очень близкого друга, если не больше, а потому решил простить тому резкий выпад. А еще с каждой секундой в нем росла и укоренялась уверенность в том, что их с Алекс появление лишь ускорило нечто неизбежное. Только сейчас он осознал – с самого начала поведение Фреи, ее слова, ее открытость и готовность ответить на любые заданные вопросы были пронизаны обреченностью или даже фатальностью.

Она «знала», именно так она сказала им. Она знала и была готова. Черт!

– Гончие пришли за ней, – тихо ответила Алекс. – Они пришли именно за Фреей. За верховной… Черт, куда еще мы вляпались?

Джек же невесело вздохнул, осознав, что началась очередная «чистка». Он слышал о подобных операциях, проводимых МинЮстом, порой даже с привлечением городской полиции. Но сам никогда не участвовал ни в чем подобном. Время от времени Министерство «открывало охоту» на потенциально опасных двуликих, дворовых революционеров, террористов и прочих. Всех, кто хоть как-то мог нанести вред обществу или практически безграничной власти МинЮста. Конечно, исключительно в рамках закона и ради всеобщего благоденствия.

– Ты знаешь, куда дальше? – вновь нарушил молчание Джек.

Это не был вопрос из разряда: «Ты уверен, что мы не потерялись?» Но инкуб понял его, кивнул и, выбрав очередной темный поворот, продолжил двигаться лишь в ему одному известном направлении. И спустя несколько мгновений ответил:

– Мы идем к вампирам.

Солье, успевший поравняться с двуликим, резко затормозил, круто развернулся на месте и практически впечатал замешкавшегося инкуба в земляную стену.

– Не идем! – отрезал Джек, вдавив локоть в грудь Вэлмара. – Им нельзя верить!

– А ты знаешь, кому можно? – в ответ огрызнулся инкуб. – Я верил одной-единственной… и она велела идти к вампирам. Если уж кто и знал, что делать, так это Фрея.

– Кровососы – первые предатели. Они убьют нас, едва мы переступим порог.

– Не убьют, – коротко отозвалась Кинг. Амулет больше не обжигал кожу, теперь он просто лежал в ладони, испуская легкое голубоватое свечение. – У нас есть что им предложить за нашу жизнь.

Девушка повесила артефакт на шею, пряча под плотную ткань.

– И что же?

Алекс тряхнула волосами и посмотрела на уходящий в темную глубину тоннель, а затем двинулась вперёд, обгоняя замерших у стены мужчин.

– Существование их вида.

Вэлмар резким движением сбросил руку Джека и, отпихнув его, последовал за некромантом. Поравнявшись с девушкой, что-то спросил у нее, но настолько тихо, что детектив не смог разобрать ни слова. Алекс коротко кивнула и молча продолжила движение.

– О чем ты?! – крикнул детектив в спину удаляющимся двуликим. – Эй, Алекс!

Но та не ответила, так что Джеку не оставалось ничего иного, кроме как поспешить следом за ними.

Никто больше не говорил ни о Фрее, ни о других ведьмах ковена, но что-то тяжелое витало в воздухе, отдававшем сыростью и затхлостью. И пусть Алекс чувствовала, что самое страшное для Фреи уже позади, многое все еще оставалось спрятанным за завесой тайны, приоткрыть которую некроманту предстояло в одиночку. Конечно, амулет мог дать ответы на многие вопросы, только сейчас совсем неподходящее время, чтобы разбираться в его тайнах. Да и, честно говоря, обращаться к нему не то чтобы не хотелось, а было откровенно страшно.

Однако очень скоро Солье вновь заговорил.

– Что тебе дала Фрея?

Алекс вздрогнула. Она ждала этого вопроса, только за время пути нужного ответа так и не придумала. Поэтому за нее ответил Вэлмар:

– Она передала ей свои знания.

Солье недоверчиво хмыкнул, но не остановился, продолжая двигаться вперёд.

– Ведьмовские знания? Некроманту?

– Ты единственный, кто все еще считает Алекс простым некромантом, – едко бросил инкуб не оборачиваясь.

Девушка раздраженно вздохнула, кажется, они все друг друга недооценили.

– О чем разговор? Алекс? – Джек окликнул Кинг. – О чем он?

– Да, Алекс. – Вэлмар остановился, давая девушке возможность закончить разговор. – Может, явишь уже всем свое истинное лицо?

– Слушай, ты, – перебил его Джек, – не лезь! Эта ваша верховная явно дала понять, что Алекс им подходит, но это ещё ничего не значит! Она не одна из «этих»!

– Да? – издевательски-удивлённо протянул инкуб и тут же ощетинился: – Из каких не «этих», детектив Джек Солье?

Последние три слова он произнес зло, точнее, прошипел, вкладывая в них лишь ему одному известный смысл. Джек напрягся. Он уже не первый год знаком Алекс, но знал ли ее по-настоящему? То, что Кинг могла что-либо скрывать, было естественно. Все они что-то скрывают друг от друга и прячут, но все намеки Фреи и слова инкуба породили в нем смутное беспокойство. И пока оставалось не ясно, что с этим делать. В Алекс он не сомневался. Его сомнения касались только тех, кто мог попытаться ее использовать в своих целях. Не произошло ли то же самое с Фреей? Что если и у нее были свои виды на Алекс и всю ситуацию в целом? Ведь она «видела»…

– Я наполовину ведьма, – голос девушки прозвучал спокойно. Алекс сама удивилась, насколько легко ей дались эти слова. Возможно, она уже начинала ощущать на себе влияние артефакта или сил ей придало что-то ещё.

Вэлмар цокнул языком, обходя ее.

– Ну вот. Это оказалось не так страшно. Верно, детка?

Для него вопрос был закрыт, он и так уже давно догадывался о двойственной сущности девушки, не видя в этом ничего преступного. Все это лишь навязанные кем-то убеждения.

– Нет правды, нет лжи, – сказал инкуб и пошел дальше. – Только одно сплошное общественное мнение.

Джек же был ошеломлен. Для него слова Алекс звучали так же невероятно, как если бы она на полном серьезе заявила, что прилетела с другой планеты. И дело было даже не в том, что это звучало совершенно бредово, а в самой сути ее слов.

Детектив слышал о расправах над такими полукровками среди двуликих, и происходило это на вполне законных основаниях. Как бы варварски это ни выглядело или ни звучало сейчас, но такие полукровки страдали от страшных врожденных физических и психологических мутаций, обладали неустойчивой психикой и были опасны для всего общества.

Нет, конечно в этом мире постоянно рос процент смешанных пар и браков, хотя на такие союзы смотрели с опаской с обеих сторон. Конечно, у них рождались дети. Только чей-то набор хромосом практически всегда был сильнее и ребенок собирал в себе черты и особенности только одного родителя. Джек знал не один десяток таких пар, но сейчас он был поражен тем, как долго Кинг удавалось скрываться. Как долго она жила двойной жизнью, прячась и никому не доверяя.

Он знал ее достаточно, чтобы верить – девушка не причинила бы никому зла, будь она хоть трижды полукровкой. В любом случае многое в ее поведении, ее жизни и в ней самой становилось понятным и логичным. Одиночка Алекс Кинг, привыкшая постоянно защищаться и скрывать себя от этого мира.

– Почему ты не сказала мне? – тихо спросил он.

Алекс пожевала губу, но все же отвернулась, не зная, как ответить. В Джеке она не сомневалась. Разве что совсем немного. Как и в каждом. Даже Карлу она не смогла признаться, хотя и так было ясно – он знал, знал и принимал со всеми ее потрохами.

– А ты бы мне сказал?

Солье не нашелся что ответить. И правда, кому бы он доверился сам?

– Я бы не сдал тебя, – его ладонь легла на плечо девушке. – Я бы ни за что не поступил так с тобой.

Кинг слабо улыбнулась.

– Я знаю.

Она лукавила. В глубине души Алекс всегда боялась этого, но также какая-то часть ее сути верила Джеку, пусть и не желала до конца признаваться в этом.

– Простите, что прерываю ваши трогательные признания, – едко прокомментировал Вэлмар, который, видимо, уже стал приходить в себя от недавнего шока. – Над нами рыщут гончие и буквально землю роют в поисках добычи. Повторяю – буквально! Нам надо идти.

Алекс отвернулась от Солье, с удивлением понимая, что покраснела. Этого ей еще не хватало! Она насупилась, резко опустила плечи, будто сбрасывая возникшую неловкость, и зашагала вслед за инкубом. Амулет продолжал молчать, и молодая ведьма почти не ощущала его присутствия.

– Ты же сказал, что они пришли не за нами! – крикнул в спину инкубу Солье.

– Пришли не за нами, – хмыкнул Вэлмар, – но теперь они точно знают, что мы, а точнее, вы там были… и ушли не с пустыми руками.

– Вэлмар… – Кинг запнулась, будто слова инкуба заставили ее вспомнить о чем-то важном. – Что мне теперь делать с даром Фреи?

Инкуб удивленно обернулся.

– Ты меня спрашиваешь?! Вы, ведьмы, должны лучше разбираться в своих фокусах.

Девушка дернула плечом.

– Я не понимаю, зачем она его передала, да и ведьма из меня такая же, как из тебя… – Алекс задумалась, пытаясь подобрать для инкуба образ, в котором он бы выглядел как минимум нелепо. Но и этого не смогла, а потому добавила: – Чертова монашка!

Вэлмар захохотал, а затем развернулся к ней лицом и, сложив идеальные ладони с длинными изящными пальцами в молитвенном жесте, с придыханием протянул:

– О святой отец! – он томно вздохнул, закусив губу, и продолжил: – Я хочу исповедаться! – и это его «хочу» прозвучало настолько страстно и пошло, что девушка вмиг вспыхнула. – Я согрешил…

Джек за его спиной громко засопел, сдерживая смешок, а Алекс, стараясь скрыть смущение, закатила глаза, все же с трудом сдерживая улыбку.

Вэлмар скривился и произнес уже куда серьезнее:

– Все ведьмы передают свои знания другим ведьмам, – вампир вздохнул, – но тебя ведь не это интересует?

Алекс кивнула. Про переход сил она знала и без инкуба, каждая ведьма была обязана передать их другой или разделить между всеми, как и произошло совсем недавно.

– У нее был план? – «относительно нас» хотела добавить Кинг, но сдержалась.

Вэлмар повернул вправо и продолжил идти.

– Разумеется, нет. Духи сказали ей очень многое, но немного запутали во времени. Они, знаешь ли, по-своему его измеряют. Фрея никогда ничего не планировала, она всегда считала, что любая мелочь способна изменить весь ход событий. Будущее – неблагодарное дело.

Солье невесело фыркнул.

– И теперь мы как слепые котята идем на корм хищникам.

– Нет, – отрезал инкуб, – она не стала бы посылать нас на заведомо обреченное дело. У Фреи с вампирами была своя история отношений. Длинная, полная крови и междоусобицы. Но вампиры и ковен пришли к некоему согласию, с тех пор все жили более или менее спокойно.

– Не верю, – Джек зло сплюнул. – Эти твари воюют со всеми, от людей до оборотней.

Алекс встрепенулась и прислушалась, стараясь понять, что именно заставило ее напрячься. Откуда-то повеяло свежестью, а амулет на груди потяжелел. Девушка кожей ощущала исходящее от него давление. Даже не прислушиваясь к его зову, Алекс поняла, что это значит. Они приближались к вампирам.

– Что они сделали тебе? – Вэлмар устало потер переносицу. Самому ему было плевать на этих двуликих, он их не боялся и не признавал. – Перешли дорогу в неположенном месте?

Джек ответил не сразу, и Алекс неосознанно настроилась на него как низкочастотная антенна, почувствовав волны боли и гнева. Много боли. Инкуб ощутил то же самое. Он уже пожалел о своем вопросе, но сказанного не воротишь. И прежде чем детектив ответил, Алекс поняла, что произошло с той девушкой, изображенной на фотографии.

– Одна из этих тварей убила мою невесту.

Сердце Алекс сжалось. Вампиры нападали на людей, это не было редкостью. В основном те, кто не желал питаться искусственной кровью, считая ее грубым и безвкусным суррогатом. Эмоции окрашивали кровь, придавая особый вкус и прелесть, и ни одна «синтетика» не могла дать подобных ощущений.

– Мне жаль, – девушка развернулась к детективу. – Правда, очень жаль.

Солье молча кивнул, принимая ее слова. Мужчина будто осунулся в одно мгновение и только глаза продолжали неестественно сверкать в сумраке подземного хода.

– Это уже в прошлом, не нужно жалости. Но… им просто нельзя верить.

– И мы снова возвращаемся в самое начало – а кому можно? Кому ты готов довериться? Своему закону? Но почему тогда ты тут с нами, двуликими, а не там, среди своих коллег-законников? Среди тех, кому должен доверять?

Вэлмар остановился поодаль, махнув рукой куда-то вверх. За его спиной в земляной стене словно инородное тело поблескивала металлом перевитая цепями дверь. Джек не ответил ему. Он молча смотрел на инкуба и только сильнее сжимал челюсти. Вэлмар был прав, чертовски прав во всем, и это жутко бесило детектива.

– Молчишь? Не можешь ответить или… не хочешь? Ты не веришь им, не веришь никому, детектив Джек Солье, именно поэтому мы рискнем. Потому что там, – он указал наверх. – Нас ждет только смерть.

– Лучше умереть в драке с ищейками, чем на обеденном столе. – Джек скрипнул зубами, но инкуб лишь невесело оскалился.

– Что ж, тогда сделаем так, чтобы обед им поперек горла встал.

Алекс и Солье переглянулись. Оба понимали, выхода и правда нет, им придется сделать это. А дальше – как карты лягут. И если вампиры действительно хоть немного боялись Фреи, то у них троих есть шанс.

– Будь оно все проклято, – проскрежетал детектив, загораживая девушку собой. – Открывай чертову дверь.

Вэлмар ухмыльнулся и, не оборачиваясь, ударил кулаком по металлической поверхности. Два удара, пауза и еще столько же.

2

Любой школьник мог бы ответить на вопрос, чем отличаются люди от двуликих. Но было еще кое-что, помимо числа хромосом в цепи ДНК, – нечто, делавшее всех двуликих подобными друг другу: их клетки не эволюционировали и не были способны менять свою структуру, вступая в конфликт с чужой ДНК. Они или подчинялись, или подчиняли. Но и далеко не каждый человек, укушенный вампиром, обгрызенный оборотнем или отравленный инкубом, становился подобным им.

Человеческая ДНК сопротивлялась таким изменениям, и только единицы были достаточно сильны и пластичны, чтобы поддаться и выжить, становясь на новый, хоть и тупиковый путь развития. Человеческая природа поистине чудесна, словно мягкая и податливая глина – бери и лепи из нее что душе угодно: оборотня, эльфа, ведьму, инкуба… Двуликие были лишены этого, и все, что могло ожидать их в результате генетического вмешательства, – деградация.

За сотни лет ничего не изменилось: вервольфы всегда были полузверями-полулюдьми, остроухие оставались народом холодным и отрешенным, а вампиры балансировали между простыми упырями и теми, кто ставил себя на ступень выше обычных вурдалаков. Ничего не изменилось в природе этих тварей, они просто научились сосуществовать друг с другом, иногда все же ностальгируя по темным векам, когда можно было практически безнаказанно опустошать целые деревни. Джек знал это. И знал, что абсолютная власть любого превратит в чудовище, неважно, есть у него клыки и пара лишних хромосом или нет.

Детектив Джек Солье не верил вампирам, они играли по своим правилам, маскируясь за внешней оболочкой общего равноправия. Но в них всегда жила безумная жажда крови, никто и ничто не могло вытравить ее. Именно этого и опасался детектив – кровопийцам ничего не стоило разделать их троих прямо на месте, будто и не было.

Массивные цепи зазмеились вверх словно живые, издавая жуткий лязгающий звук и пробуждая толпу мурашек, неприятной волной рванувших вверх по спине. Джек верил, что на каждой такой двери, не один десяток которых наверняка был разбросан по лабиринту подземных тоннелей, есть свой «кодовый» замок, определенным образом защищавший от внешнего посягательства незваных гостей и возможного нападения ищеек.

Хотя в этом случае уже ничто не могло бы спасти тех, кто находился по ту сторону.

Дверь распахнулась, и на них повеяло мерзлым подвальным холодом, совсем не так, как было в доме ведьмы. Хотя и этот воздух казался глотком свежести по сравнению с затхлостью уже поднадоевшего тоннеля. Алекс поежилась, пытаясь разглядеть появившегося в проеме вампира. Из темноты на них уставилась пара ярко-голубых глаз, больше похожих на кубики льда, в глубине которых не теплилось и искорки человеческого тепла. Худое и бледное лицо привратника неприятно отдавало мертвенностью, и девушка подумала, что он, должно быть, уже очень долго выполняет свои обязанности, встречая гостей.

Мифы о светобоязни вампиров давно стали сказками, как и болтовня об осиновых кольях, серебре и святой воде. Убить этих существ можно было ровно так же, как и любого человека – пуля в лоб или в сердце. Все жили и подчинялись законам этого мира, пусть немного в неравной степени. Так что мысленно Солье уже подсчитывал количество пуль в своем кольте. Хотя, по правде говоря, он и так сделал это раз сто по пути сюда.

– Кто такие? – глухо, почти надменно спросил вампир.

Мотнув головой, Вэлмар указал на Джека и Алекс.

– Это… мои друзья. Мы от Фреи.

Упырь помолчал пару секунд, потом поднес к губам рацию.

– Передай шефу, здесь внизу инкуб, некромантка и человек. Говорят, от Фреи.

В рации заскрежетало и голос отчетливо произнес:

– Минуту.

Пока ждали ответа, Солье быстро обвел взглядом помещение за спиной вампира, опознав подвал, причем его стены, потолок и даже пол были обшиты толстыми металлическими пластинами.

Лицо упыря оставалось бесстрастным, он не спеша рассматривал их и, Джек был готов поклясться, принюхивался, мысленно облизываясь. Его льдистые глаза на мгновение задержались на детективе, словно ощупывая. Солье и не думал скрывать своих эмоций. Он уставился на вампира, стараясь не тянуться к оружию за поясом.

– Пусть проходят, – громкий ответ разорвал повисшую тишину.

Разрешение было получено и привратник сделал шаг назад, пропуская гостей внутрь. Теперь они могли оглядеться, и Джек, не удержавшись, громко присвистнул.

Стена, что располагалась сразу за огромной железной дверью, в отличие от трех других, оказалась выполнена из серого бетона и представляла из себя огромный составной экран. Множество жидкокристаллических мониторов в режиме реального времени показывали десятки постоянно сменяющих друг дружку картинок. Не оставалось сомнений, что вся территория вокруг логова вампиров была утыкана камерами наблюдения, позволяя просматривать каждый уголок.

Вампир мотнул головой, указывая им направо.

– Вас отведут.

Из тени неслышно вынырнул еще один одетый в черный деловой костюм кровосос. Выглядывающий ворот рубашки был настолько белоснежным, что почти неестественно выделялся на фоне приглушенного света. Двуликий молча повел их вверх по узкой лестнице, переходящей в такой же узкий коридор, и скоро вывел к дверям лифта.

– Где мы? – Джек буравил взглядом спину вампира-охранника.

Тот определенно был при оружии, дорогой пиджак не скрывал очертания кобуры, а на белобрысом затылке виднелся шнур от наушника. Местная охрана с виду не особо впечатляла своими габаритами и была на голову ниже самого детектива. Но то было обманчивое впечатление. По силе и скорости вурдалаки никому не уступали, даже оборотни казались игривыми щенками, когда пехота вампиров вступала в бой.

– Понятия не имею, – буркнул Вэлмар. – Я с местными дел не имею.

Раздался тихий звон и стальные двери лифта распахнулись, приглашая войти. Кабина оказалась довольно скромной, и Солье пришлось изрядно потесниться, чтобы не прижать остальных широкими плечами.

– Видно, вы нечасто тут гостей встречаете, – пробормотал он, вжимаясь спиной в прохладную стену.

Вампир не ответил, продолжая раздражать своим бритым светлым затылком.

– Кто твой хозяин? – снова подал голос Солье, игнорируя брошенный на него недовольный взгляд Алекс.

Но упырь словно язык проглотил, его идеально ровная спина просто бесила Джека, хотелось разрядить в нее всю обойму. К тому же было страшно тесно. Так что поднимались они дальше в тишине. Добиться реакции от их проводника оказалось делом гиблым. Эти существа могли быть весьма молчаливыми.

Когда двери разошлись и все едва не вывалились вслед за охранником, Джек понял, что на этот раз в игре сделаны очень серьезные ставки.

– Твою мать!

Алекс проследила за его взглядом и замерла. Где-то рядом засопел Вэлмар. На них со стены смотрел огромный портрет Уолтера Далласа, не просто одного из самых могущественных вампиров в городе, а буквально во всех Новых Штатах, да просто во всем чертовом мире. Даллас не был Древним, ему исполнилось лет сто, не больше. По меркам вампиров совсем мелкий, но этот мальчишка пятьдесят лет назад уничтожил старейшин всех семи кланов, включая свой собственный, а затем объединил их и, конечно же, возглавил.

Он стал основателем Банка крови, начав изготовление искусственного питания для своего вида. Под его началом работали девять из десяти медицинских научных центров страны и не было ни одного двуликого или человека, кто бы не знал Уолтера Далласа. И если вначале Джек, хоть и со скрипом, но доверился Алекс и Вэлмару, то теперь он понял, что из особняка им живыми не выйти. Треклятый Даллас, без сомнений, найдет способ избавиться от них, а потом заставит Алекс работать на себя. Они угодили в самую середину паутины и чем сильнее будут трепыхаться, тем больше увязнут в ней.

Следуя за молчаливым провожатым, Джек со злостью понимал, что ничего, абсолютно ничего не сможет сделать. Ему максимум позволят потянуться за оружием, а уже через мгновение он свалится с разорванным горлом. Даллас не станет сдавать их ищейкам. Нет, такой товар, как некроведьма, еще обладающая какими-то артефактами верховной, он оставит себе.

Было вообще удивительно, как упыреныш до сих пор не добрался до президентского кресла и позволяет людям устанавливать порядки.

История Уолтера не была тайной, все знали, что он собственноручно перерезал многих конкурентов на своем пути к власти. Сейчас же это был всеми уважаемый меценат и бизнесмен, строящий храмы для иноверцев и жертвующий баснословные суммы на благотворительность. Но Солье бы не удивился, узнай он, что это исчадие ада купается в крови человеческих девственниц в своем подвале. Какие дела с ним могла вести Фрея?