Светлая для наследника

Пролог

– Ани! – Я дернулась, будто под ребра вогнали раскаленный клинок, и развернулась.

– Милая, подожди меня! – Кир, скалясь своей самой обольстительной улыбкой, сумел нагнать меня у выхода из корпуса, где проводилась репетиция весеннего бала. Два быстрых шага, и вот он уже приобнял меня за талию.

– Кир, ты освободился? – Я скромно улыбнулась, а щеки опалило румянцем. – Ты же собирался остаться подольше?

– Ани, я хочу поскорее добраться до наших апартаментов… – Он склонился ниже и, опаляя мое ухо горячим дыханием, продолжил: – И наконец закончить то, что мы начали еще утром!

– Кир! – раздалось за нашими спинами, и он, выпрямившись, развернулся вполоборота.

Светловолосая девушка, как, впрочем, и все светлые первой империи, подплыла к нам и, словно не замечая меня, протянула руку парню.

– Ой, Ания, и ты тут. – Она недовольно сморщила носик. – Ты слишком рано уходишь, Кир Берхольд, веселье только начинается! Советую тебе остаться подольше, и когда преподаватели покинут зал, мы сможем повеселиться на славу!

– Мы с моей любимой Ани, – парень выдвинул меня вперед, делая акцент на слове «любимая», – решили закончить этот вечер более интересным занятием, нежели надоевшие всем танцы. Да, милая?

Я, не смея поднять глаза ни на Кира, ни на эту светлую, что так и не потеряла надежды заполучить его, еле слышно прошептала:

– Да, Кир.

– Ну вот, а значит, мы уже уходим. Доброй ночи, уважаемая Ратиса!

На этом он просто развернулся и, сжав мою ладонь, потянул за собой в сторону жилых корпусов. Добравшись до вожделенной двери на втором этаже, мы остановились перед ней, словно боясь переступить порог. Но продлилось это буквально несколько секунд, а уже в следующее мгновение ключ в замке щелкнул, и дверь распахнулась. Мы, одновременно шагнув внутрь, замерли, когда услышали смех и громкий топот. Троица светлых, тоже сбежавших с репетиции и решивших продолжить веселье в тесном кругу, выскочила из-за поворота.

– Кир! – рявкнул один из них, высокий и тощий парень. – Вы уже спать?!

– Да, Марак, – Берхольд ответил громко, снова оплетая меня руками и прижимая к своей груди. – У нас с Ани большие планы… Если будет слишком шумно, уж извините!

– Ах-ха-ха! – компания разразилась смехом и, распахнув дверь, расположенную прямо напротив нашей, ввалилась в комнату. – Давай, парень, покажи ей!..

За этим последовали советы, как именно мне нужно показывать и что. Я снова потупила взгляд, пряча пунцовое лицо на груди Кира. Почувствовала, как его руки крепче сжали мою талию, словно он еле сдерживал свою страсть. Как только компания скрылась в комнате, а дверь за ними захлопнулась, мы наконец смогли прикрыть свою.

– Ну что, милая моя Ани, продолжим наши… – договорить он, однако, не успел, так как я, быстро отведя ногу назад и согнув ее в колене, нанесла удар по самому ценному. Точнее, я хотела, но и Кир Берхольд не был бы тем, кем он являлся, если бы не успел среагировать. Отскочив назад, он, делая замах и планируя припечатать меня к стене, одним плавным движением переместился вбок. Но и я бы не была Риттан, если бы позволила себе замешкаться хоть на секунду. Уйдя в сторону от сокрушительного удара, одной рукой дернула узел на поясе, позволяя верхней юбке с высокими разрезами по бокам скользнуть на пол. Оставшись в одних узких брючках в цвет традиционного костюма светлых, рванула в сторону своей спальни. Единственное, что сейчас могло спасти меня от его гнева – это мои кинжалы. В рукопашном бою против Кира выстоять было совершенно невозможно. Невероятная сила и скорость – вот чем его наградила кровь тораэров, самая ценная – королевская. Мой же род практически чистокровных светлых отличался другими талантами. К сожалению, сейчас они мне не помогут, а все потому, что я не смогла сдержаться и во время репетиции танцев нарочно оттоптала ему ноги, а потом, в момент притворного поцелуя, слишком сильно укусила за нижнюю губу. И теперь меня могли спасти только два узеньких ножа. Но я не успела влететь на священную территорию собственной спальни, как в спину прилетело заклинание, неумолимой силой потянувшее меня обратно в руки Киру.

– Какого?! – возмущенно закричала я, цепляясь за косяк двери. – Отпусти, гад!

Этот маневр вышел удачным, и я приостановила движение, все еще чувствуя странную тягу, охватившую моё тело.

– Итак, – раздалось из-за спины, – ты не понимаешь по-хорошему, светлая? Будем опять по-плохому? Ты забыла условия контракта? Иди-ка сюда!

Вопреки моему ожиданию, он не приблизился. Наоборот, шаги Кира стали отдаляться, затем я услышала, как скрипнул диван. Оглянувшись через плечо, удивленно охнула и приподняла правую бровь: Берхольд сидел на диване в общей гостиной, широко расставив ноги и устроив раскинутые в стороны руки на спинке. Одной он похлопал себя по коленке и, ухмыльнувшись, выдал:

– К ноге, Ани!

Бешеная злость накатила, сжигая все границы и доводы разума. Как же я его ненавидела, этого полукровку! Да какое он имел право?! Со мной! Так?!

– Ты совсем уже, Берхольд? Сдохни! – рявкнула в ответ, сразу ощущая, как неведомая тяга усилилась.

– Не могу, дорогая моя во всех смыслах «невестушка». Не дать мне сдохнуть – твоя прямая обязанность!

Так как я все еще цеплялась пальцами за косяк, ноги сами собой поехали назад по гладкому, выстланному деревянными плитками полу. Кир рассмеялся, судя по всему, получая неимоверное удовольствие от этого представления. Охнув, я изо всех сил напрягла руки, подтягиваясь и пытаясь вернуть тело в первоначальное вертикальное положение. А еще я рассчитывала на один из своих кинжалов, оставленных на тумбочке у самой двери, и все, что мне требовалось, это подтянуться и нашарить его рукой. А стоит ему оказаться в моих пальцах – Кир тут же отвалит.

– Нет, нет, нет. Так не пойдет! – Обивка дивана скрипнула под мощным телом, и сила, притягивающая меня к нему, возросла.

Поняв, что дальше раздумывать просто небезопасно, рванула изо всех сил, выпрямляя руку и слепо шаря по поверхности невысокого шкафчика. Секунда, и вожделенный предмет уже в моих пальцах, холодит сталью кожу. Давление на тело усилилось еще больше. Вот тут я уже расслабила все мышцы, выпуская кусок дерева, за который до этого судорожно держалась. Группируясь на ходу, ощутила, как ноги скользят по гладкой поверхности. Рухнув на колени, развернулась, стреляя в него многообещающим взглядом. К моей радости, Кир не сразу понял, что происходит, и еще несколько мгновений сидел неподвижно. Но когда сообразил, было уже поздно. Отдавшись на волю заклинания, я практически молниеносно подплыла на коленях к его широко расставленным ногам и, нежно улыбаясь, уперла острый стальной кончик ему в пах.

– Милый, – прошептала с придыханием, имитируя страсть, – что происходит?

– Ани, спокойно… – ощутив прикосновение моего клинка в самом ценном месте, он приподнял ладони и гулко сглотнул. – Слушай, Риттан, пошутили, и хватит…

– Берхольд, – я чуть надавила, сильнее прижимаясь к нему и нежно шепча: – какого нехорошего слова, что непозволительно произносить светлым, ты со мной сделал?!

Помолчав буквально пару мгновений, добавила, уже зло шипя:

– Отвечай, что это такое?!

– Ани, успокойся. Это просто шутка… Ты меня довела, в конце концов! – Он чуть дернулся, когда я немного сместила клинок. – Это просто заклинание. Мне его новенький парень показал. Если что-то теряешь, можешь призвать свою вещь, и она, ну, притянется…

Я замерла, удивленная подобным объяснением, и тут же обмякла всем телом.

– Когда? – прошептала, понимая, что на этом все закончилось. – Когда меня сделали твоей вещью?

– Тебе что, не сообщил собственный род? Я думал, ты из-за этого так психуешь…

Я молча опустила руку с ножом, оседая на пол у ног полукровки. Я бы хотела, чтобы он исчез, растворился, пропал, сгинул, да все что угодно, лишь все это оказалось страшным кошмаром. Но реальность оказалась слишком суровой, и Кир продолжил:

– Десять дней назад глава рода Риттан подписал бумагу о твоем переходе в собственность Берхольдов. С того момента ты стала моей, Ания Риттан.

Произнеся эти слова, он, аккуратно оттолкнув меня в сторону, поднялся, а затем просто ушел, закрыв дверь собственной спальни.

Глава 1

        Род Риттан был известен на территории Первого Королевства с древних времен и внешне особо ничем не отличался от остальных светлых. Небольшой, но сплоченный, он стал опорой королевской семье. Поддерживал ее и защищал на протяжении сотен лет. Все его члены с пеленок обучались и воспитывались как защитники: это мы впитывали с молоком матери, это бурлило в нашей крови. Во всем же остальном мы были такими, как и остальные дети. Из нас вырастали прекрасные, благодарные сыновья и дочери, мы становились верными и заботливыми родителями. Гиперответственность и смелость – наши самые сильные и в то же время самые слабые стороны.

Кто-то из древних благословил нас, но вместе с тем и проклял, даровав особые силы. Некоторые из нас видели то, что было скрыто от взора других, имели определенный иммунитет к некоторым видам магии. С малых лет нас обучали обращаться с оружием и всегда быть готовыми служить своим «подопечным».

И вот полгода назад мое так называемое детство закончилось. В конце третьего летнего месяца отец вызвал меня в свой кабинет и сообщил, что на моё имя предложен контракт.

– Но, отец, – я прижала руки к груди, – как же моя учёба? Я только подала документы в высшую школу при дворце!

Я нервно сглотнула, видя, как его брови приподнимаются в искреннем удивлении. Мой голос стал затихать, и последнее слово я практически «проглотила».

– Милая, ты серьезно?! – Глаза светловолосого мужчины распахнулись шире. – Первый контракт, да ещё в твоем возрасте – это просто невероятное, практически невозможное везение!

– Но как же?.. – Говорить о том, что я бы хотела вообще обойтись в жизни без контракта, поскорее встретить свою половину и родить ребенка, не стала. В свои девятнадцать лет я мечтала получить образование и найти свое место в жизни. Желательно еще и за пределами, так сказать, кровных долгов. – А как быть с обучением? Профессор сказал, что у меня огромные перспективы, и я смогу…

– Вначале прочитай условия контракта, дорогая. – Отец просто протянул мне несколько скрепленных между собой листов бумаги и указал рукой на свободное кресло напротив.

По мере чтения документа мои брови взлетали все выше.

– Академия Светлых? – Я бросила быстрый взгляд на отца, но тот лишь махнул рукой.

– Читай дальше.

Я пробегала глазами строчку за строчкой, пока не достигла конца документа. Отложив листы бумаги на край стола, задумалась. То, что мне предлагали по этому контракту, было не просто невероятно щедрым предложением, а прямо-таки «сказка для простушки». По окончании его действия передо мной, Анией Риттан, откроются практически все двери. Я стану личностью, а не просто одной из рода, получу немалое денежное довольствие для себя и своей семьи, вес в обществе.

– В чем подвох?

– Подвоха нет, милая, – отец улыбнулся. – Единственное требование Совета – это должен быть контракт по историческим условиям.

– Историческим? Но такие контракты уже не заключают лет двести, если не больше!

Я задумалась. С одной стороны, отказаться не было причины, тем более от контракта, предложенного Советом, но с другой – слишком все хорошо.

– Сколько у меня времени, чтобы подумать?

– Милая! – Отец подался ко мне всем телом. – О чем тут думать?! Условия просто невероятные, а сколько от него выгоды!..

– В том-то и дело, что невероятные, – спокойно ответила ему. – Так какой дан срок на ответ?

– Подразумевается, что согласие, – отец выделил особым тоном последнее слово, – надо дать сразу же.

– Мне нужно время до вечера.

Я подскочила на месте и, уже выбегая из отцовского кабинета, услышала его крик:

– Милая, да зачем?! Ну, хорошо…

Последние слова я не расслышала, слетая по ступенькам на первый этаж и выскакивая на улицу. Мой путь лежал в городскую библиотеку, ведь не бывает так, чтобы все блага светлых вдруг падали на голову просто так.

Спустя почти пять часов кропотливой работы и поисков я вернулась домой, держа в руках невероятно старый томик сводов исторических корректировок. Отца нашла в том же самом кресле, в котором оставила еще днем. Недовольно цокнув, он указал мне на место напротив.

– Тебя не было ни на обеде, ни на ужине! Мать волновалась, а ты!..

– Па! – я прервала его речь, взмахнув рукой. – Я нашла подвох.

– Детка… – Он тяжело вздохнул и кивнул мне, позволяя продолжить.

– Сноска на владение, – припечатала я, бухнув томиком в толстом переплете по столу.

– Что? – Отец заливисто рассмеялся. – Это архаизм, милая, можешь не волноваться! Никто не сможет передать тебя в собственность без нашего на то позволения, а это, ты сама понимаешь, невозможно.

– Ну… – Я смутилась, понимая, что, безусловно, сморозила глупость, и прошептала, что согласна…

Спустя два дня нас представили друг другу. Моим «подопечным» оказался высокий парень лет двадцати пяти. Удивительным было то, что он совершенно не походил на обычного светлого: широкие плечи, как у людей, темные волосы, серые глаза, глядевшие оценивающе и с легкой неприязнью.

Меня представили Киру Берхольду. Осмотрев со всех сторон, словно лошадь на рыночной площади, он цокнул языком и кивнул одному из представителей Совета, выражая свое согласие.

– Я рад, Кир, что ты одобрил мой выбор, – произнес мужчина, представлявший интересы светлого, хотя в его нечистокровности я уже не сомневалась.

– Ты сказал, это лучшее, что сейчас можно найти, – ответил ему Берхольд, потянулся и схватил прядь моих волос. Рассматривая ее с совершенно непередаваемым каменным лицом, он настолько сильно ушел в собственные думы, что даже не сразу отреагировал на вопрос моего отца.

– Вас все устраивает, уважаемый Кир Берхольд?

– М-м-м? – Светлый дернулся, выпуская мои волосы и кивнул. – Да, вполне сойдет.

Поджав губы, чтобы не ответить ему какой-нибудь грубостью, кинула взгляд на отца. Тот лишь кивнул мне, округлив глаза и призывая молчать.

Еще спустя час договор между моей семьей и самим Киром был подписан и заверен с одной стороны главой нашего рода, а с другой – членом Совета светлых. Последние подписи ставили мы с парнем.

Он, зависнув над листом бумаги на несколько секунд, вперил в меня свой пугающий взгляд и поставил размашистую подпись. Затем быстрым движением воткнул острый металлический кончик пера в большой палец, а затем припечатал окровавленную подушечку к листу. Все присутствующие ахнули, а мы с отцом поднялись со своих мест. Я смотрела неотрывно в лицо парня, начиная паниковать.

– З-зачем вы, Кир Берхольд?.. – Голос отца дрогнул, и он мешком рухнул обратно в свое кресло.

Я же лихорадочно искала решение, продолжая всматриваться в надменного парня. Неожиданно уголки его губ дрогнули и растянулись в хищной улыбке.

– Разве вас, уважаемая Ания Риттан, не предупредили об исторических условиях?

– П-предупредили… – тихо ответила ему и бросила быстрый взгляд на лицо отца, бледное как погребальное полотно. – Но разве это касалось не сноски на владение?..

– Исторические условия касаются абсолютно всего, уважаемая, – жестко ответил он и, кивнув на бумаги, подтолкнул их ко мне. – Теперь вы.

Я потянулась к перу и, аккуратно достав его из подставки, склонилась над листами. По темно-синим вензелям сложной подписи Кира Берхольда расползалось темно-красное пятно крови, смешиваясь и затекая в изгибы чернильных линий. Не в силах сделать следующее движение, я подняла глаза и опять посмотрела на парня. Он же, в свою очередь, внимательно, словно хищный зверь, следил за движениями моих рук и, закусив костяшку среднего пальца, буравил взглядом перо. Неожиданно перевел взор на мое лицо и в притворном удивлении изогнул одну бровь.

– И? Уважаемая Ания забыла, как пользоваться письменными принадлежностями?

– Что? Нет! – Я возмущенно фыркнула и снова оглянулась на отца: бледная кожа, лихорадочно бегающий взгляд, поджатые губы.

Вздохнув, я посмотрела на бумаги и поставила размашистую подпись напротив своего имени. Еще несколько бесконечно долгих секунд мне потребовалось на то, чтобы решиться на последний шаг. Ойкнув, я торопливо прижала большой палец к бумаге и подождала несколько секунд.

Сердце на секунду замерло и застучало быстрее. Острая боль пронзила грудь слева, и я от неожиданности громко застонала. Кир Берхольд, в свою очередь, вцепился в столешницу побелевшими пальцами. Ни звука не сорвалось с его губ, только тихий вздох.

Как же я могла забыть о метке?! Теперь до конца срока действия контракта мне придется постоянно находиться с ним рядом, чтобы магия не позволяла рисунку ядовитого плюща «расти», опоясывая мою грудь, лицо, руки…

– Прекрасно, уважаемые. – Договор тут же исчез со стола. – Отлично. Ну что же, до встречи в моем доме за неделю до начала занятий.

– Что? – Я наконец смогла перевести дыхание, да и боль начала отступать. – Зачем?

– Уважаемая, – со вздохом, как маленькому ребенку, объяснил сопровождающий Берхольда светлый, – до начала занятий вам необходимо ознакомиться с распорядком дня уважаемого Кира Бертольда, изучить его привычки и, в конце концов, помелькать на людях вместе. К тому же, если вы не будете находиться рядом с вашим подопечным, метка разрастётся, и уже никто и никогда не захочет иметь с вами никаких дел. Вы же понимаете, что это станет нарушением договора и опозорит ваш род?..

– Да, конечно… – Я сглотнула и быстро перевела дыхание. Кивнула на тонкую папку, в которой были собраны все материалы о светлом: – А это тогда что?

– Инструкция для вас. А теперь прощайте, уважаемые!

Мужчины поднялись и, больше не обращая на нас внимания, исчезли за дверью кабинета.

Я, осторожно встав, подошла к отцу и положила дрожащую ладонь ему на плечо. Отчего-то меня лихорадило, мышцы живота непроизвольно сокращались. Пачкая кровью светлую ткань его костюма, потрясла за руку.

– Папа, все в порядке?

– Что? Да, милая! Все хорошо. – Он вымученно улыбнулся мне и поднялся со своего места. – Ну что же, раз контракт вступил в силу, мы можем отметить это дело, не так ли?

– Так. – Я, стараясь скрыть нервную дрожь, улыбнулась ему. – Предлагаю сделать это в ресторане!

– Отличный выбор, милая! А теперь иди сообщи матери, а я пока уберу бумаги.

Глава 2

        Спустя две недели я выходила из богато украшенного экипажа перед домом своего «жениха» – Кира Берхольда. Несмотря на столь громкое звание, наши отношения и поведение были четко прописаны в составленном и подписанном контракте, а также в инструкциях. Особое внимание уделялось моему внешнему виду, поведению, даже голосу. Главными пунктами были: кротость, послушание, абсолютное согласие со своим «женихом» во всех вопросах. Наедине я могла оставаться собой и даже высказывать собственное мнение по тому или иному вопросу. Но на людях была обязана во всем поддерживать светлого.

Конечно, все эти тонкости уходили на задний план, как только дело касалось безопасности его жизни. Но, встретившись с ним лично и изучив тонкую папку с «делом», я была удивлена. Зачем я ему?

Во-первых, он был силен. Даже не так – Кир Берхольд был невероятно СИЛЕН. Физическая сила светлого превышала все допустимые нормы. Во-вторых, несмотря на то, что внешне он совсем не походил на обычного светлого, иначе, чем «уважаемый», к нему никто не обращался. Но все объяснялось довольно просто.

***

До двенадцати лет я, как и практически все дети рода Риттан, жила в закрытой общине, в лесах Первого Королевства. И вот в день первого совершеннолетия меня и еще нескольких моих друзей и подруг с семьями пригласили в королевский дворец, чтобы представить Его Величеству.

Огромный зал, украшенный так помпезно, что глаза слезились от блеска хрустальных светильников и подвесок. Самый прекрасный из когда-либо виденных мной светлых, уделивший внимание каждому из рода. Каково же было мое удивление, когда вечером, по окончании торжества, родители привезли меня, уставшую и вымотанную, в небольшой дом, расположенный на окраине столицы. И утром следующего дня мама разложила передо мной несколько карточек с изображенными на них светлыми. Кого-то я видела впервые, кого-то уже встречала на вчерашнем торжестве.

– Тебе не кажется, что это странно? – Я подхватила со стола и повернула карточку с изображением молодого мужчины к отцу. – Тут ошибка. Этот светлый не похож на того, что мы встретили вчера! У него еще имя такое забавное, потому я его запомнила. А тот явно был полукровкой! Это как называть «уважаемым» темного!

– Милая, – отец улыбнулся, перелистывая газетную страницу и бросая какой-то особенный взгляд на маму, – ты не забыла о сути своей крови?

– Суть моей крови – моя сила! – громко и четко повторила я заученную еще с самого детства фразу и снова посмотрела на отца.

– Ну подумай! – Он отложил газету в сторону и повернулся ко мне. – Суть, милая, суть!

– Суть? – Я закатила глаза. – Пап, давай ближе к делу…

– Светлые видят только то, что им показывают. Единицы из рода Риттан видят суть. – Он откинулся на спинку своего кресла. – Ты, милая моя, особенная девочка и видишь его реальный облик. Все остальные будут видеть лишь то, что он захочет им показать. Это касается любых артефактов, помогающих изменить внешность, заклинаний, особых сил и так далее. Именно поэтому Риттан всегда рядом с правителями. Как минимум один из нас настолько близок к Его Величеству, что ежесекундно стоит за его плечом.

– То есть ты хочешь сказать, что другие видят совсем не то, что вижу я? – ошарашенно прошептала и повернулась к матери. Та ласково улыбнулась и кивнула мне, подтверждая мои же слова.

– Только, милая, запомни! Никто за пределами рода не должен знать о том, что ты можешь видеть суть! Это важно для твоей же безопасности. Многие захотят использовать твои особые силы во зло. Да и среди своих не стоит распространяться о своих способностях. Поняла?

– Да, папа.

***

Я оглядела двухэтажный домик в самом сердце столицы, где мне предстояло провести неделю до начала занятий. Калитка распахнулась и на дорожке показался тот самый светлый, что ранее сопровождал Берхольда.

– Добро пожаловать, уважаемая Ания Риттан! – громко, так что я от неожиданности подскочила на месте, возвестил мужчина.

Кивнув ему, махнула рукой возничему, уже стоявшему за моей спиной с двумя объемными сумками. Мы двинулись за светлым к дому. Через минуту я стояла в просторном холле и с интересом разглядывала убранство первого этажа. Возничий, поставив мои вещи посреди помещения, замер в углу в ожидании оплаты. Неожиданно раздался шум и топот, и по витой лестнице на первый этаж практически бегом спустился сам хозяин. Подскочив ко мне, подхватил на руки и закружил, приговаривая:

– Милая моя Ани! Как я рад снова тебя увидеть! Как я соскучился! – А когда я уже готова была завизжать от неожиданного напора, прижал меня к себе и страстно впился в губы. Конечно, я и раньше целовалась с мальчишками в школе, а однажды на танцах меня пригласил погулять один из знакомых парней. К тому же в контракте четко прописывалось, что поцелуи и объятия необходимы для поддержания видимости счастливой влюбленной пары.

Распахнув глаза, встретила его взгляд: совершенно серьезный, лишенный каких-либо эмоций и холодный. Я замерла, наконец сообразив, что именно происходит. Как только входная дверь за моей спиной хлопнула, отрезая нас от внешнего мира, парень выпустил меня из своих рук, да так резко, что я чуть не упала, потеряв опору в его лице. Странная тень волной пробежала по его лицу и растворилась, словно ее и не было.

– Матис, проводи уважаемую Анию в ее комнату и проследи, чтобы к вечеру она была подобающе одета, мы будем ужинать в ресторане. Ее гардероб уже доставили?

– Да, уважаемый. – Матис подхватил мои чемоданы, брезгливо сморщив нос. – А это куда?

– В мою комнату, – отчеканила я, уже придя в себя.

– Отнесите, Матис. – Кир хмыкнул. – Выкинуть всегда успеете. – После этих слов он развернулся и скрылся за дверью, ведущей в одну из комнат на первом этаже.

Так все и началось.

На следующий день мой гардероб был придирчиво изучен и отправлен обратно в дом родителей. Горы модных и ярких нарядов высшего качества разместились на вешалках и полках. Обувь, украшения и все то, что могло понадобиться молодой обеспеченной девушке, было расставлено, разложено и развешано по своим местам.

Глава 3

Я так и просидела на полу общей комнаты до самого утра, не в силах поверить в слова Кира Берхольда.