Одарена, особо опасна и в розыске

Глава 3

Новая личина оказалась проще предыдущей и вылепилась быстрее.

Несколько накладок на бока и живот, полное отсутствие макияжа, если не считать таковым синеватые полукружья под глазами, заляпанная чем-то непонятным кофта и увесистый баул с торчащими из него немного увядшими стрелками зеленого лука – вот вам замученная бытом домохозяйка, смешащая домой к не менее чем пятерым отпрыскам. Такую тормозить не станут – себе дороже. Скандалить такие умеют и любят, и делают это от души.

Я пересекла три квартала, миновала пять патрулей в форме и в штатском, под прикрытием. Мужчины изображали, что разглядывают витрину, но при этом шныряли острыми взглядами по сторонам. Будь это зачет у меня, я б им неуды влепила – так палиться. Витрина-то была кондитерская…

Добравшись до центра города, зашла в многоэтажный торговый центр. Охрану внутри не увеличили – видимо, решили, что беглянке не до шоппинга. Ну, я и не планировала ничего покупать, вместо этого надежно заперлась в дамской комнате.

Пять минут спустя из забегаловки вышла секретарша в классическом костюме с немного великоватой, но стильной лакированной сумочкой.

Запасные футляры для кофра лежали в отдельном кармашке: штук пятьдесят разных – под любой костюм и эпоху. То, что подходило для замужней дамы слегка за тридцать, неуместно на молоденькой работнице офиса.

Цокая каблучками и прижимая к груди бутафорскую папку, я поспешила в сторону портальной станции. Иллюзий не питала – там, полагаю, уже плотные блокпосты, проверяют все досконально, и мне даже с исказителем ауры не просочиться.

Подсказала слабые места на свою голову!

Могли ли меня нанять специально, чтобы выловить недочеты системы? Могли, но зачем устранять? Тем более так топорно и громко.

Замедлив шаг, я остановилась у стеклянных дверей. Неуверенно переступила порог, огляделась, якобы присматривая столик.

Выбор кафе был обусловлен одним, но очень важным фактором.

В нем имелся экран, по которому в данный момент шли новости.

Показывали меня.

Съемка с камер хранилища, невесть как просочившаяся в прессу, демонстрировала меня, крадущуюся по бесконечному проходу среди полок. Вот грабительница нашла нужный ряд, открыла ячейку и небрежно ссыпала драгоценности в сумку.

Почти такую же, как та, что висела на моем локте сейчас. Немного побольше размером и другой формы, но это все детали, изменяемые в мгновение ока.

Накладок на кофр у меня больше полусотни. Сымитировать тому, кто меня видел в деле, не составит особого труда. Пространственные карманы – игрушка дорогая, но не запредельно.

Особенно для благого дела – подставить ближнего.

– Желаете сесть у окна? – услужливо подскочил официант.

Я машинально кивнула, стиснув папку так, что побелели костяшки, и последовала за парнем на второй этаж. Там посвободнее и открытая площадка со столиками, эдакая веранда, защищенная от солнца тканым навесом.

Пока шли, прикинула пути отхода. Слева удобная покатая крыша, справа улица. Прямо – отличный вид на станцию. Если начнется суета, успею проскочить. Надеюсь. Пока что все относительно тихо, если не считать все увеличивающегося хвоста очереди на входе. Проверяют. Вижу поблескивающие металлом рамки портативных сканеров. Наверняка просят снимать все артефакты, а что снять нельзя – перечислить. Бывают такие, несъемные. Вроде протезов или замененных органов. Говорят, сердце с маг-механическим клапаном работает лучше, чем выращенное заново целителями.

Не знаю, не проверяла.

Устроившись у перил, я закинула ногу на ногу, прикрылась меню и глубоко задумалась.

Ни к одному из предложенных мистером Шеффердом порталов я соваться не собиралась. Дело не в том, что я не доверяла деду. Хотя и в этом тоже. Но что известно одному из ловцов, с изрядной долей вероятности известно и остальным. Пока меня ищут только полицейские, но вскоре объявят межмировой розыск, и в игру вступят крупные хищники.

Желательно скрыться до того.

Вряд ли ловить меня отправят Айзенхарта. У него, скорее всего, сейчас полно проблем. Чудо, что он умудрился позвонить и предупредить об опасности, наверняка ему для этого пришлось нарушить парочку инструкций.

Дурно влияю на бедолагу.

Так что на любимого рассчитывать не приходится. Хоть бы выпутался сам.

Нет, придется выбираться без посторонней помощи.

Я еще раз просмотрела список, предоставленный мистером Шеффердом, прежде чем смять бумажку и сжечь на огне декоративной свечи. Пламя трепыхалось под порывами легкого ветерка, надежно прикрытое стеклянным стаканом. Огрызок бросила дотлевать в пепельницу, чтобы следов не осталось.

Теперь зато знаю, куда мне нельзя.

Вопрос – куда можно?

Годы, проведенные в Кальене, я даром не теряла. Изучила и саму столицу, и ближайшие пригороды, и дальние. Кроме тех стихийных порталов, не учтенных в общей системе, что предложил мистер Шефферд, память хранила еще парочку. И один из них казался весьма перспективным. Расположенный в глухом лесу, вдалеке от жилья – и не спрашивайте, как я его обнаружила – он вел в хорошо знакомый мне Траумфельд. Мир с летающими островами и моей единственной подругой.

Эриду, лучшую подругу, я тревожить не собиралась. Девушка усиленно готовилась к свадьбе, незачем портить бедняжке праздник. А то вместе со мной вполне могут заявиться ловцы, объясняйся потом.

Нет, я пройду транзитом. Портальная станция там не слишком оживленная, но есть из чего выбрать. Использую документ, что оставил мне Руф.

Если и там уже расставлены посты, двинусь дальше окольными путями. Благо природных порталов по мирам раскидано бесчисленное множество. Другой вопрос, не все безопасны и изведаны.

Вот не жила спокойно, не стоило и начинать! Только привыкла к стабильности и рутине, только начала получать удовольствие от предсказуемости – и на тебе.

Расплатившись за кофе, я зацокала в сторону стоянки такси. Их, вероятнее всего, будут проверять только на выезде.

– Куда едем? – поправляя зеркало так, чтобы лучше видеть мои коленки, прогнусавил водитель.

– К старому театру, – мило улыбнулась я.

Райончик там не слишком благополучный, но и не бомжатник. На остановившуюся в переулке машину не обратят внимания.

– Что, строить будете?

– А? – поглощенная собственными мыслями, я не сразу поняла, что говорят со мной. Как водится у их братии, таксист заскучал крутить руль и вздумал пообщаться.

– Строить, говорю, на месте театра собрались? Это дело нужное. Столько лет стоит впустую, место занимает. Давно бы торговую галерею устроили, что ли. Или рынок хоть.

Я поддакнула, про себя передернувшись. Старинное здание, чудом уцелевший среди однотипных пятиэтажек островок истории, выделялось в квартале как балерина среди ворон. Потому и указала его подсознательно – самый яркий ориентир спального района. Уже лет десять ни концертов, ни выступлений сцена его не видела, но и сносить памятник архитектуры позапрошлого века власти не спешили.

Мне его, если честно, было немного жаль.

Театр чем-то напоминал меня в академии ловцов. Неуместно, чуждо, но никуда не деться.

Работа с подрастающим поколением охотников на таких, как я, была одним из условий нашей спокойной жизни с Руфом. Как оказалось, и этого было недостаточно, чтобы мне начали доверять. Малейшее подозрение, отснятые в хранилище кадры – и вот я беглянка без права на презумпцию невиновности. И подтвердить мое алиби некому. И доказать, что то не я в кадре, не могу. Слепок ауры вряд ли произвели, иначе меня не разыскивали бы так рьяно – данные хранятся в архиве академии, могли взять и сравнить. Значит, не с чем. Только визуал.

Подделать мою внешность мог кто угодно. А вот кофр уже улика поинтереснее. Такие безразмерные хранилища умеют делать далеко не все артефакторы. И кажется, я знаю, куда наведаюсь после того, как уйду от погони.

– Приехали! – повернулся ко мне таксист и, опираясь локтем о кресло, похабно облизал взглядом полюбившиеся ему коленки. – Деньгами расплатишься, красавица, или еще как?

– Еще как, – любезно растянула губы я.

Шприц в моей руке он увидеть не успел, а укол в шею почувствовал. Но было уже поздно.

Как и обещала Руфу, ничего противозаконного. Обычное снотворное быстрого действия.

Часа три до тех пор, пока мужчина очнется и начнет звать на помощь, у меня есть.

На всякий случай, чтобы сердобольные прохожие не приставали, я вылила за шиворот водиле немного портвейна из его же бардачка. А бутылку красноречиво вложила в ладонь.

Пьянь подзаборная, что с него взять.

Полчаса спустя то же такси остановил патруль на выезде из Кальены. Сидевший за рулем паренек выглядел уставшим и замученным, пассажиров не вез, так что был отпущен после беглого досмотра. В багажнике обнаружилось запасное колесо, набор монтировок, аптечка и небольшой потертый саквояж, из которого торчала мужская кожаная куртка.

Никаких беглых мошенниц и воровок.

– Куда едешь? – спросил на прощание дежурный, чисто из любопытства.

– На заказ, – просипел паренек и аккуратно тронулся с места.

Полицейский нахмурился и проводил машину подозрительным взглядом.

Задержать вроде бы не за что, но с каких пор таксисты аккуратно водят? Странно.

– Обыскать бы его, – протянул служитель закона, обращаясь к коллеге.

– Так я по рации передам, пусть его следующий пост тормознет. Дела на десять минут, – пожал тот плечами и активировал артефакт.

Однако ни через десять минут, ни через полчаса, ни через час такси на следующем посту не появилось.

Свернув в лес и проехав с километр по проселочной дороге, я остановилась на обочине и пару минут просто дышала, приводя в порядок расшатанные нервы.

Адреналин отступал, оставляя опустошенность и тоску.

Допустим, я найду того, кто притворился мной. Или ту. И что? С повинной гад вряд ли явится. Без клятвы и артефакта правды показания недействительны. Доказать все равно ничего не смогу.

Снова жизнь в бегах?

Никогда я еще с такой остротой не ощущала собственный возраст.

Устала, честно сказать, все время скрываться и прятаться от властей. Теневая жизнь, оказывается, не для меня. Стоило попробовать по-приличному, по-законному, и на приключения уже не тянет.

Старею? Или взрослею?

В любом случае в данный момент выбора у меня особого нет. Выясню, кто и зачем устроил эту мистификацию, залягу на дно в каком-нибудь отсталом мирке, куда ловцы не забредают.

Может, умудрюсь как-то записку передать Руфу, чтобы хоть знал, что я жива.

Или не стоит?

Еще вцепятся в него снова, начнут трясти, чтобы выдал мое убежище.

Пожалуй, лучше мне исчезнуть без следа.

Радости мне это решение не прибавило. Как и цепляющиеся за штаны колючки, набивающиеся под рубашку комары и чавкающая под ногами влажная земля. Чтобы не тратить время на переодевание, в лес пошла в личине таксиста. Кепку только форменную оставила на сиденье авто. Пусть ему отдадут потом, когда обнаружат. А что обнаружат, я не сомневалась – в машину артефактный датчик ставят, особенно если она не частная, а от фирмы. Мало ли водитель не работает, а чаи гоняет у дома.

Портал скрывался в топкой низине. Добраться не так-то просто: сухие кочки расположены хаотично, поди допрыгни. А если не знать точное местонахождение, то и не заметить никак. Ну, дрожит воздух, ну туман завихряется в этом месте кольцами. Магии на этом участке мало, и переход между мирами находится в спящем состоянии. Пока не волью силу, не откроется.

В этом его прелесть. Далеко не у каждого хватит резерва для активации. А значит, нет смысла вносить в реестр, ведь он практически безопасен для обычных людей, а большинству магов бесполезен.

Подпитывать портал я принялась издалека. Сначала тонкой струйкой, потом все больше и больше. К моменту, как я доскакала по кочкам до перехода, он засиял привычной радужной воронкой в полную мощь. Я в него влетела на очередном прыжке, попутно группируясь перед приземлением.

И увязла.

Первой пришла паника. Неужели недобрала и застряла между мирами? Да нет, меня бы просто разнесло на клочки и дело с концом.

Следом подоспело недоумение.

Но сразу же сменилось пониманием.

Вокруг меня туго обернулась прочная энергетическая сеть, спеленав по рукам и ногам как младенца.

Я дернулась, потянулась к дару, чтобы освободиться резким всплеском, но грудь неприятно обожгло. Еще и блокиратор встроенный. Качественный артефакт, нечего сказать.

Поблизости никого не оказалось.

В другом мире рядом с порталом тоже простирался густой нетронутый лес.

Тишина, изредка нарушаемая осторожной птичьей трелью. Ветерок, колышущий меня как спелую грушу. Сгущающиеся сумерки. Полная невозможность пошевелить чем-то кроме головы.

И отдаленный вой какой-то хищной твари.

Просто прекрасно.

Час спустя, когда окончательно стемнело, я была готова расцеловать ловцов. Лишь бы явились, чтобы меня арестовать и вытащить из тесного плена.

Но они, как назло, не торопились.

Прошло еще неизвестно сколько.

Посмотреть на часы и уточнить я по понятным причинам не могла.

На дремучую иномирную чащу опустилась ночь.

Заухала сова, пискнула пойманная мышь.

И в темноте, опасливо и таинственно шурша листвой, раздались чьи-то шаги.

Глава 4

На прогалину вышли двое.

Темные силуэты, и без того с трудом различимые на фоне звездного неба, да еще и ослепили меня фонариками. Пока я промаргивалась, ловко подцепили удерживавшие добычу артефакты (так и знала, аж три штуки замкнули на портал, чтоб наверняка) и поволокли меня за собой.

Безо всякого уважения, хочу сказать. Ветки хлестали по лицу, цеплялись за одежду, норовили выдернуть кофр колючками. Я прижимала к себе драгоценную увесистую сумочку и мысленно перебирала ближайшие доступные варианты самообороны. Главное, чтоб мне руки развязали или хоть ослабили путы. Дальше развернусь.

Но будто читая мои мысли, освобождать меня гады не собирались. Волокли, как тюк с бельем. Спасибо по земле не шваркали.

– Вы кто? Вас кто-то послал? Зачем я вам? Я заплачу больше!

Я меняла интонации, угрожала, льстила, кокетничала, насколько это возможно в моем состоянии. Без толку. Будто то и не люди вовсе, а зомби с приказом. Ни ответа, ни малейшей реакции. Даже с шагу не сбились. Несли себе и несли по бурелому, все глубже забираясь в чащу.

По моим сведениям, здесь должен быть еще один портал, примерно в этом направлении.

Именно к нему мы и вышли.

Мои похитители нырнули в нестабильный переход, не сбавляя скорости.

После чего уронили меня и принялись заворачивать в заготовленный заранее брезент!

Я пыталась брыкаться и сопротивляться, извиваясь как гусеница, но очень быстро оказалась спеленута окончательно. Магический ограничитель развеялся, однако мне это никак не помогло. Физически сдавило даже крепче, чем энергетическими нитями. Все мысли сконцентрировались на том, чтобы сделать новый вдох. Приходилось вдавливаться затылком в плотную ткань, от напряжения ныла шея и сводило плечи.

А пальцы тем временем ловко вытаскивали из рукава тонюсенькое лезвие. Оно пряталось внутри шва, на ощупь почти неразличимо.

Ребята меня недооценили, решили, что надежно связали и хватит.

Будет им сюрприз!

На то, чтобы поднять руку на уровень лица, я потратила почти час. Ну или вечность по внутренним ощущениям. Сверток со мной швырнули на какую-то тарахтящую поверхность вроде телеги с мотором. Ее нещадно трясло, а учитывая что лежала я лицом вниз, удовольствия вся ситуация доставляла мало.

Ладонь стала влажной от крови – я пропорола ее в трех местах, неудачно перехватив импровизированное оружие. Но наконец добралась до цели и принялась пилить ткань.

Прошкрябывание дырочки заняло еще вечность. К моменту, как ноздрей коснулся свежий, пропитанный травами и росой воздух, мы почти и приехали.

С телеги меня сняли, забросили кому-то на плечо – я охнула, снова порезалась, но стиснула зубы, чтобы не выдать себя. Ранки заживают быстро, да и натекшая кровь почти засохла, но что-то, видимо, просочилось сквозь ткань.

– Она там сдохла, что ли? Шеф нам башку оторвет, – проворчал приглушенным голосом тот, кто меня нес.

Слова отдались в животе вибрацией. Я покрепче сжала лезвие.

Тому, кто меня заказал, я все-таки нужна живой. Это радует. Далеко не всех моих врагов такой исход устроит, кому-то милее была бы отделенная от тела голова.

Интересно, кто такой умный?

Я почти не сомневалась, что все произошедшее со мной с утра – часть одного хитроумного плана. Кто-то умудрился настолько хорошо меня изучить, что вычислил мой наиболее вероятный путь отхода лучше ловцов.

И, похоже, что я с ним вскоре встречусь.

– Пошли быстрее, развернем и проверим, – поторопил шагавший рядом сообщник.

Меня затрясли усерднее.

В образовавшуюся щель вместо ветерка теперь поступало мерзкое амбре – смесь пота и давно нестиранной одежды. Дырочка неудачно пришлась прямо на живот похитителя.

Можно было бы воткнуть в него лезвие или полоснуть от души, но я сдерживалась.

Меня интересовала основная рыба.

Заказчик.

Хлопнули двери, еще одни. Бурные переговоры – шепотом, так что слов не разобрать. И меня снова бесцеремонно бросают на землю. Я едва успела убрать бритву от лица, чтобы не врезаться в нее с размаху. Ладонь снова закровила, большой палец пронзила резкая боль. Я скрипнула зубами, чтобы не заорать в голос.

Ну правда, достали швыряться дамами!

– Она там? – с трудом сдерживая нетерпение, уточнил знакомый голос.

Слишком знакомый.

Век бы его не слышать.

– Конечно, мистер Манкорн. – заискивающе затараторил один из похитителей. – Все, как договаривались…

– Разворачивайте! – приказал папенька, не дослушав.

И почему мне это сразу в голову не пришло?

Кто еще мог потратить бешеные суммы, найти подходящую по типажу талантливую воровку, готовую рискнуть жизнью и влезть в Центральный Имперский банк, лишь бы меня подставить?

Только старый, выживший из ума дракон, по недоразумению являющийся моим отцом.

Я про него и думать забыла…

Вру, конечно.

Периодически вспоминала, прикидывала, как бы блудного папашу разыскать, чтобы узнать подробнее, почему так вышло? Бросил мою мать и обрек меня на тяготы жизни в нищете и унижении, а ведь если верить официальным данным – Руф позволил мне одним глазком заглянуть в архив – уже более ста лет мистер Манкорн считается одним из богатейших и влиятельнейших существ Девяти миров.

Теневой их стороны, разумеется.

В общем, ему ничего бы не стоило превратить мою жизнь в сказку. При этом необязательно было бы перетягивать на сторону порока – дать денег на достойное существование и образование, и дело с концом.

Но поговорка про яблоню и ее яблочки как раз создана про нас. Я понятия не имела, кто мой отец, когда подрезала первый кошелек. Наследственность дурная подсказала, не иначе.

Матушки на тот момент уже несколько лет как не было на свете – скорее всего, потому что выросла я в приюте, понятия не имея о том, кто мои родители. Соответственно, запретить кривую дорожку и наставить на путь истинный меня было некому. Дальше пошло по накатанной, тем более у меня обнаружился настоящий талант.

А после и дар открылся. Вообще золотая жила и редкость для таких, как я.

Маги свою кровь берегут. Учитывая расценки на их услуги, они не бедствуют по определению.

Но раз попробовав легкие деньги, остановиться сложно. Зачем вкалывать и учиться, получать профессию, если можно иметь все и разом?

Если же вдруг захочется стать, скажем, певицей или невестой богача – никто не запрещает притвориться ею на сутки. Поиметь выгоду с магазинов и подделанных карт, отдохнуть за их счет в элитном спа, а после раствориться в тумане.

Не запрещает никто кроме закона, конечно же.

И моего ловца.

На самом деле Руф никогда не пробовал мне что-то запрещать. Быстро понял, еще при знакомстве, что дело это бесперспективное. Но мозги у меня свои имелись, и они мне подсказывали, что прямого обмана и манипуляций мой мужчина не простит. Если я хочу этих отношений – весьма странных, если смотреть со стороны, то придется поступиться некоторыми излишествами.

Потому я готова была расстаться с преступным прошлым, поставить крест на нелегальных заработках и полностью перейти на сторону добра.

Как видно, не судьба.

Брезент встряхнули, вывалив меня на мягкий ковер, как перезрелую гусеницу. Я приземлилась лицом вниз, снова, и едва удержала ставшее скользким от крови лезвие.

Пожалуй, зря я его вообще достала. Сейчас обыщут, найдут и пристрелят как несущую угрозу всемогущему королю преступности.

– Девочка моя… жива? – выдохнул отец над самым моим ухом и тут же без перехода рявкнул так, что я вздрогнула: – Почему здесь кровь?

– А мы ничего… она сама! Наверное, – проблеяли похитители.

Они жались к стене, пробираясь боком к выходу, и не чаяли уйти живыми. Легкая работенка – поймать и доставить девицу – обернулась нешуточной проблемой. Никому не нужная баба оказалась дочерью босса. Их что, не предупредили, за кем отправляют?

«Может, и нет», – сообразила я. Сказали бы заранее – могли бы кому перепродать из конкурентов. Это не светлая сторона, тут сожрут и не подавятся. Кого угодно.

Даже дракона.

Тонкие, чувствительные как у музыканта пальцы нащупали мою шею сквозь мешок в поисках пульса.

С трудом разлепив губы, я пробормотала:

– Жива я. Руку порезала. Сама.

– Зачем? А-а-а… – понимающе протянул папенька, перекатив меня на спину и оценив композицию. – Надеялась выбраться? Похвально. Потерпи минутку.

Плотная ткань распахнулась, являя незнакомое лицо. Встреть я его на улице, не признала бы. В нашу прошлую встречу это был темноволосый мужчина лет сорока, сейчас же он выглядел куда старше. Виски посеребрила седина, под глазами залегли складки. Будь я наивнее, решила бы, что повлияли почти два года разлуки. Но поскольку и сама неплохо умела маскироваться, отметила и нарочитую желтоватость сухой кожи, и пятнышки, создававшие иллюзию старческой пигментации. Мне приходилось перевоплощаться в старух. Дело хлопотное, но при наличии качественного материала вполне реализуемое.

Уж чем-чем, а качеством мистер Манкорн не пренебрегал. Что халат, что домашний костюм, поверх которого тот был небрежно накинут, сшиты на заказ у одного из лучших портных Кристагара.

Логическая цепочка построилась быстро. Как один из лучших ловцов, Руф в деньгах стеснен не был и частенько шил одежду по меркам. В частности, униформу.

Получается, старый дракон за нами следил. Не просто следил, а втерся в ближний круг, а мы ни сном ни духом.

Первое, что я спросила, когда ослабло действие артефакта пут и мне не нужно было больше бороться за каждый вздох:

– Зачем?

– Пообщаться хотел! – развел руками папенька, устраиваясь в удобном кресле у камина.

Посылку с дочерью доставили прямо в гостиную, на пушистый ковер ручной работы, ныне заляпанный моей кровью и иными малоприятными веществами с мешка, в который я была завернута. Не хочу и представлять, какими.

Я поднялась, отряхнулась, проверила сохранность кофра и с достоинством устроилась в соседнем кресле. Однако предложенную чашечку кофе принимать не спешила.

– Вот и позвал бы нормально. Письмом или позвонил бы. Или в дверях столкнулся случайно, – намекнула я на его осведомленность и тайное присутствие поблизости. – Шоу зачем было устраивать?

– Ты могла не согласиться. Черный, тройной обжарки, с Аланьеды. Клянусь, ничего лишнего кроме сахара.

Тут уж я устоять не могла. Кофе с Аланьеды – одного из непризнанных содружеством техномиров – стоило столько, сколько Руфу и не снилось заработать за год. Контрабанда как пить дать.

Когда еще такая возможность представится?

Я отпила глоток, посмаковала маслянистые, горьковатые нотки, скатывающиеся по языку и превращающиеся в огненную лаву ближе к гортани. Довольно улыбнулась.

– А подставил зачем? Чтобы вернуться не могла?

– Ой, чистая формальность! – отмахнулся папенька. – Мне одна девочка должна была, она просто от восторга пищала, какая ей честь выпала. Как только мы с тобой закончим небольшое дельце, в полицию придет полная версия видеозаписи, где четко видно, что это не ты.