Попала и попалась

-1-

– Надеюсь, эта рабыня вам понравится, мой повелитель…

Тихий, вкрадчивый голос заставил очнуться, сжаться в напряжении.

Я лежала в огромной кровати посреди огромного же, какого-то прямо средневекового зала, и не могла пошевелиться. В голове мутилось, разум отказывался верить в происходящее, всё выискивал рациональное объяснение.

Меня накачали наркотой? Где я? И что за странная одежда: вместо привычных джинсов с тонкой трикотажной безрукавкой нечто несусветно неприличное и прозрачное. Никакого белья, лишь белая холодящая ткань, сквозь которую просвечивает всё, что только может просвечивать.

Над необъятным ложем развевался прозрачный балдахин. Глупо, но первой моей мыслью было, от каких москитов он тут прикрывает. А после появился он – и все глупые мысли, равно как и разумные, напрочь исчезли.

О, да. Это был повелитель и никто иной – мощный торс, какими сверкают бодибилдеры на выступлениях, россыпь волос цвета воронова крыла по плечам и затянутые темнотой глаза, в которых не видно ни зрачков, ни радужки.

От него исходила опасность, ярость и неприкрытое желание. Неприкрытое в самом прямом смысле слова, ибо он скинул с себя какую-то одежду – я даже не успела толком рассмотреть, какую, – и возвышался надо мной полностью обнажённым, со вздыбленным орудием для опробования рабынь.

Зажмурившись, я потрясла головой. Не настолько давно у меня мужика не было, чтобы преследовали подобные фантазии! Да и всякий мрачняк с изнасилованиями никогда не относился к моим скрытым желаниям! Я люблю, когда всё мило, ласково и по взаимному согласию!

Мужик не пропал. Наоборот, рванул надетую на мне одежду, расчищая доступ к телу. Которое, к слову сказать, всё ещё плохо слушалось, почти не подчиняясь командам мозга. Который параллельно пытался припомнить, что там положено делать в таких ситуациях.

Попробовать заговорить? Мужику явно было не до разговоров: он хотел меня и определённо считал своим правом взять.

Расслабиться и получить удовольствие? Может, теоретически и вышло бы, ибо тело надо мной склонилось вполне привлекательных форм. Но вот выражение лица, жестокое, человека, привыкшего брать не щадя, взгляд не то безумца, не то психа… Да и согласия спросить не помешало бы.

«Кто ты? Где я?» – слова почему-то не слетали с языка, только и удалось слегка приоткрыть губы.

Повелитель так глянул, что повторить попытку я не рискнула. Размахнулся, шлёпнув гигантской пятернёй меня по губам:

– Молчи.

Шлёпнул вполсилы, но мне хватило. Губы обожгло, я попыталась дёрнуться, но это его никоим образом не остановило.

Дорвав остатки одеяния, грозный повелитель несколько мгновений любовался открывшейся картиной, пока я отчаянно пыталась двинуть хоть чем-то. Отталкивать такую груду мышц не самое логичное, конечно… и куда бежать понятия не имела… но и лежать безвольно было не по мне!

Мужик закинул наверх мои руки, скользнул шершавыми ладонями по груди, накрыв на минуту полушария. Спустился по талии, ногам. Резко раздвинул бёдра.

Под его взглядом я замерла, ощущая себя не просто раздетой, а… даже не знаю, как. Никто никогда не смотрел на меня с таким вожделением, необузданной, почти звериной страстью, и она цепляла какие-то глубинные инстинкты, о существовании которых я даже не подозревала прежде.

А после, безо всяких предварительных ласк, он вошёл в меня своим мощным орудием, вышибая дух. Придавил сверху, неистово двигаясь, будто бы вовсе не ожидая никаких ответных движений или эмоций.

Никогда ещё у меня не было такого дикого, почти животного секса. Мужчины, с которыми я встречалась, оставались до мозга костей заполнены цивилизацией. А здесь и сейчас я видела необузданного хищника, который своим сумасшедшим тестостероном умудрился сыграть на самых глубоких женских инстинктах. Я ощущала его внутри, я ощущала его на себе, горячее дыхание, бесконечно мужской запах, какого давно уже не встретишь в нашем пропитанном парфюмами мире.

Будь ситуация иной, я бы, может, и оценила доставшийся мне образчик воплощённого тестостерона. Он наполнял меня так, как никто из предыдущих любовников, двигался властно и точно, и впервые в жизни вызывал желание принадлежать. Но страх вперемешку с возмущением не давали расслабиться до конца, отдаться во власть незнакомца. В голове ещё звучали слова: «рабыня…»

Я не планировала становиться рабыней, а ему не было дела до моих планов и ощущений. И всё же застонала, когда ускорился, вбиваясь до предела.

Тьма на миг отступила, его взгляд сделался почти ясным, будто он внезапно увидел меня, или осознал что-то. Губы неожиданно впились в мои, впечатывая поцелуй, пропитанный диким мужским запахом.

Боги, кого он там видит вместо меня? Его глаза пугали до дрожи, хотелось спрятаться, забиться в дальний угол кровати, если не зала.

Не его ли мне предстоит излечить? Я же ветеринар, как-никак! А он вполне похож на животное…

Горячее дыхание участилось, он явно получал удовольствие, не заботясь о моём.

Девчонки, дома остались мои подруги! Они знают, куда я пошла, они наверняка встревожатся, пойдут меня искать… заявят в полицию?

Это были последние невнятные мысли, прежде чем гора тестостерона разрядилась в меня, уведя в отключку.

Не знаю, сколько прошло времени – я пришла в себя на той же кровати в той же позе. Только сверху на пузе возлежал, скрутившись уютным клубком и урча, большой рыжий кот.

– Очнулась, – произнёс с подмуркивающими интонациями.

Дожилась. Галюны. Может, я точно в психушке?

– Что происходит? – за неимением других собеседников пришлось искать правды у рыжей галлюцинации. Вот так и ходи к холостым соседям! Да никогда больше!

Прислушалась к ощущениям в теле. Живот побаливал, между ног было влажно… как и полагается после процесса, закончившегося тем, чем я обычно не позволяла своим парням заканчивать.

А вдруг я забеременею? А вдруг у него болячки?

Медик во мне поднял панику. Где бы найти воду, хоть промыть… хоть как-нибудь.

– Идти можешь? – произнёс пушистый галюн.

Я попыталась пошевелить руками-ногами. Вроде бы слушались. Села, огляделась.

Ввысь убегали готические нервюры, перетекая в потолочные арки, между ними темнели высокие стрельчатые витражи – то ли снаружи стояла ночь, то ли стёкла сами по себе были не слишком светлыми. В двух противоположных концах зала пылали два камина.

– Пошли. Застанет тебя тут – снова примется за своё, – лизнув лапу, кот мазнул ею мордочку.

Передёрнувшись, я поскорее поднялась. Не надо нам за своё, за моё тем более. Я вообще не уважаю мужиков, которые берут обессилевших женщин, ещё и руку на них поднимают! Кошмар ли, галлюцинация, или воплотилась в реальности моя любовь к попаданческому фэнтези, но сидеть на месте и ждать второго пришествия я не собиралась! Буду разбираться, что происходит. Подальше отсюда.

-2-

Тощий пушистый галюн уверенно вёл бесконечными, подозрительно пустыми галереями и залами. Тёмными, отсыревшими, неумолимо навевавшими мысли о средневековье и полном отсутствии благ цивилизации, которые я никогда не хотела променять даже на принца, не то, что на жестокого «повелителя».

Несмотря на большие пространства, воздух казался тяжёлым, неприятным для дыхания. Изодранное одеяние не то что не грело, а даже не прикрывало толком. В босые ступни пробирался холод каменного пола.

Некогда шикарный дворец явно пребывал в упадке.

– Тут есть какие-нибудь служанки? – не выдержала я. – Одеться бы!

От мысли, что кто-нибудь увидит меня в таком виде, становилось не по себе, и только внутри живота почему-то делалось жарко.

Кот обернулся, окинул меня скептическим взглядом, смешно топорща усы.

– Да, я и забыл, вечно вам одеваться надо. Нет бы шубу отрастить.

– Спасибо, мужчины меня не поняли бы, – хмыкнула я. Зря, что ли, извела столько денег на эпиляцию? – Что простительно котикам, не очень подходит для всех остальных.

– Ладно, идём поищем служанок, – проворчал галюн, сворачивая в невысокий сводчатый проход.

– Тебя как зовут-то?

– Ммм… называй меня Нес.

– Странное имя для кота.

– Тогда придумай другое. Нажми на тот камень, – рыжий подпрыгнул, указывая куда-то лапой.

У полукруглой двери торчали несколько серых камешков. Я нажала один из них, кот недовольно фыркнул:

– Не этот. Правее! Выше! Ну наконец-то!

Обитая железом дверь из толстого морёного дуба с лёгким скрипом отъехала в сторону, впуская в узкий проход без окон.

– Короткий ход для слуг, – пояснил галюн.

Над головой вспыхнул странный светильник, понять происхождение которого я не смогла бы. Физику всегда знала не ахти, но химию в ветеринарном колледже проходили. Однако что может давать такое зелёное свечение, сходу и не сообразишь. То ли грибы, то ли газ, то ли… магия какая-нибудь? Определённо, по мне плачет психушка.

Даже пришлось щипать себя за мягкие места, чтобы убедиться, что не сплю.

Светильник сопровождал нас по всему проходу, перемещаясь под потолком, после чего мы выбрались в небольшое помещение, забитое всевозможными тканями и одеждами.

– Давай быстрее, бери что нужно, и бежим.

– Где мы? – я приблизилась к вешалкам, с сомнением уставившись на коричневые платья с пышными юбками. – Тепло.

– Ещё бы не тепло, повелительские бани. Я всегда забегаю сюда погреться… когда бываю тут.

– Бани?

– Бери уже платье!

– Как в таком драпать-то?

– Ну возьми один передник, – кот глянул с хитрым прищуром, так и захотелось прикрыться.

– А брюк никаких нет? Я вроде не на эротическом квесте.

Рыжий облизнулся. Я помотала головой – он же кот, не может он смотреть на меня как на самку своего вида!

– Это же женская кладовая. Брюки в мужской надо искать.

–Так пошли.

– Вот морока с этими продвинутыми, – проворчал кот.

– Бани, ты сказал? А бассейн? – я бросилась с надеждой к соседней двери.

– Какой тебе бассейн, Дестар хватится – больше не выпустит! В цепи закуёт!

– Так значит, вашего повелителя зовут Дестар?

– Раньше его звали иначе… – вздохнул Нес. – Нам туда.

– Там можно вымыться?

– Какое вымыться, женщина?

– Я хочу смыть следы этого урода, – меня аж передёрнуло от воспоминаний.

Наверное, только мысли, что всё это не по-настоящему, потому что в реальности так не бывает, позволили не сходить с ума от осознания, как со мной обошлись. И как странно я сама отреагировала на черноволосого красавца. Но инстинкт самосохранения гнал вперёд. На случай, если это всё-таки такая вот ненормальная, но реальность.

– Не все могут вылизывать себя, а гигиену и в таком кошмарном месте никто не отменял!

Теоретически-то я понимала, что даже для спринцевания уже может быть поздно, но хотя бы смыть то липкое, что размазано по бёдрам, очень уж хотелось.

В соседней кладовке набрела на плотные полотняные брюки с рубахами, то ли нижняя одежда для стражи, то ли верхняя для слуг.

– И не скажешь, что тут всё так организовано.

Действительно, разница с предыдущими пустыми пространствами бросалась в глаза.

– Здесь хозяйствует Ульра, – сообщил кот, снова лизнув лапу.

– А это кто такая? И вообще, не пора ли рассказать мне, что, собственно, происходит? Хоть от глюка версию послушаю.

Выбрав комплект на глаз, я собиралась его одеть, но мысли о возможности помыться, хоть в лохани, толкали на подвиги.

– Давай где-нибудь подальше отсюда, а? – тоскливо предложил кот, глядя, как я тыкаюсь в соседние двери.

– Ох! – последние его слова потонули в клубах пара. За очередной дверью обнаружилась самая настоящая купальня – большой, наполненный водой мраморный бассейн в полу, от которого шёл пар.

– Не вздумай, – прошипел галюн, но я его уже не слушала. Да, да, об этом я и мечтала! Хоть на минуту согреться, смыть грязь и следы мудака с богическим торсом!

Наскоро скинув с себя остатки белой прозрачной одёжки, я пощупала пальцем воду, и, найдя температуру идеальной, соскользнула внутрь прямо с бортика.

Блаженство. Какое же это было блаженство!

– Думаешь, воду для тебя подготовили? – ехидно осведомился пушистый, глядя на меня с безопасного расстояния – мраморной тумбы, где я оставила брюки с рубахой.

Надо признать, его слова произвели эффект. Действительно, раз вода горячая, значит, вот-вот сюда кто-то придёт купаться. Встречаться ни с Дестаром, ни с его великолепным и безжалостным орудием, которое уже побывало во мне и показало себя во всей, так сказать, красе, ни тем более с непонятной Ульрой, будь она женой или наложницей, не входило в мои планы.

Домывшись поскорее, я уже взялась за поручень, как дверь отворилась, и нас с пушистым оглушил звонкий девичий визг.

– Ааа! – орало нечто невразумительное в одежде служанки – точно таком же коричневом платье и с передником, какие мне только что предлагал Нес. – Кот!

Девчонка бросилась обратно за дверь. Я с недоумением глянула на галюна. То есть незнакомая девица в бассейне её не смутила, её смутил кот

– Не любят нас тут, – вздохнул пушистый, подтянув коготком кусочек лежащей на тумбе ткани, которую можно было бы использовать в качестве полотенца.

Вытершись поскорее, я натянула чуть великоватую рубаху и уже готова была впрыгнуть в брюки, когда кот навострил уши. Душераздирающе мяукнул и бросился обратно в кладовую.

– Докупалась! – донеслось до меня мурчащее бурчание.

Кот мчал так быстро, что я подхватила брюки и рванула за ним. Но не успела: дверь, в которую ускакала служанка, распахнулась. При этом едва не слетев с петель. Внутрь ввалились трое стражников в тёмно-серой, почти чёрной одежде.

Совершенно одинаковые, с повязками на лицах. Только глаза, – надо признать, едва не выскочившие из орбит при моём виде, – оставались открытыми.

Изумление не сказалось на их реакциях: не успела я добраться до кладовки, один из них схватил за плечо, второй забежал чуть вперёд, преграждая путь. Третий вырвал из рук и отшвырнул полотняные брюки.

На миг всё замерло. Рубаха едва доставала до попки, и я никогда не ощущала себя настолько раздетой под голодными мужскими взглядами. Именно голодными, это были не наши офисные мужчины в галстуках, а воины. Из тех, что покоряют города и берут в добычу женщин.

Тот, который стоял сзади, стиснул мои запястья, разведя руки. Передний же медленно, наслаждаясь приподнял край рубахи. Обнаружил, что на мне нет никакого белья, и довольно улыбнулся.

– Пусти! – дёрнулась я.

По лицам не было похоже, чтобы они поняли – хотя повелитель говорил на том же языке. Ну или я по каким-то причинам понимала местный и не отличала от своего родного.

Рубашка ползла всё выше, оголив живот, который я машинально втянула.

Сказать, что я наложница повелителя? Остановит их это или наоборот? Вдруг мы у тестостеронового одноразовые, и это такая забава: догнать и заполучить после него его женщину? Я ничего не знала о местных порядках, а усатая морда, похоже, бессовестно слиняла, бросив меня одну.

Пока я решалась, передний охранник рванул рубаху, единым движением разрывая снизу и почти до самого горлышка. Руки тут же сжали грудь, и почти непроизвольно я брыкнула ногами. За которые моментально оказалась схвачена.

Я готова была отбиваться: намерения мужиков не вызывали сомнений. Даже лягнула ближайшего, за что получила звонкий удар по чувствительному месту.

Однако дверь снова отворилась. На пороге стоял он – тестостерон с разумом ублюдка и зачатками садиста, в ореоле необъяснимой силы. Осмотрел нас своими страшными глазищами, и мужики как-то резко сникли, выпуская меня из рук.

– Кота. Нашли? – отрывистым, рокочущим голосом произнёс он, и охрану как ветром сдуло, бросились врассыпную во все окрестные помещения.

Тот, кого Нес назвал Дестаром, шагнул вперёд, не отрывая от меня взгляда. Я попятилась, осознавая, что сзади бассейн. Почти упёрлась в поручень, когда сильная рука резким, точным движением ухватила меня за локоть, удерживая.

– Стой, – приказал Дестар.

Я только сейчас сообразила, что он в каком-то изукрашенном одеянии, которое можно было бы обозвать парадным банным халатом. И которое он скинул, снова потрясая своим уже опять готовым к подвигам мужским достоинством.

Меня грубо развернули, заставив наклониться – если бы не поручень, точно полетела бы в воду. Горячие ладони сжали попку с явным удовольствием, помяли и резко раздвинули складки. Палец скользнул вперёд и вглубь, отчего-то вызывая горячую волну в теле.

– Сухая, – выдал, козёл.

– В прошлый раз тебя это не волновало, – буркнула я.

– Молчишь, – склонившись к уху, приказали мне, одной рукой задрав мою голову за волосы. Вторая рванула остатки рубахи, содрала их с меня и швырнула тут же на пол.

Осторожно, едва слышно из соседних помещений начали возвращаться охранники.

Дестар перехватил сзади мои руки, схватив одной оба запястья, второй опять сгрёб в охапку пучок волос. Развернул к застывшей троице.

– Нравится? – произнёс.

От их взглядов меня заливал жар стыда, но повелитель продолжал удерживать, заставляя чуть выгнуться. И тут же припечатал:

– Моя. Рабыня. Кот?

Охранники как по команде рухнули на колено:

– Не нашли. Прости, о великий Разрушитель. Мы поняли.

Мужик снова развернул меня лицом к себе, вглядываясь в глаза:

– Был кот?

Я пожала плечами.

– Брета ваша, – бросил охране. – Объясните. Что делать при виде кота.

Оживившиеся охранники поспешили к выходу, и я мысленно пожелала незадачливой служанке бежать дальше и скорее.

– На колени, – вернул меня к моим собственным проблемам властный голос.

– Вот ещё! Я свободная женщина и почти феминистка, а мне тут тычут в нос своим… средневековьем!

От нервного напряжения меня понесло. Повелитель-Разрушитель на миг застыл, не сводя с меня глаз.

– Где – средневековье? – грозно осведомился.

От его взгляда становилось неуютно и хотелось спрятаться. С трудом удержавшись, чтобы не скосить глаза на то, чем он мне в действительности тыкал, я попыталась упереться в прокачанную грудь, но с таким же успехом можно было сражаться со скалой или сопротивляться приходу природного катаклизма. И то, и другое непреодолимо.

– На колени, – тестостерон зажал мой сосок, от чего в животе напряглось и погорячело. Но как бы ни влекло меня это богическое тело, сдаваться в плен я не собиралась – ни во сне, ни тем более наяву.

– Укушу, – предупредила. Его рука схватила мой подбородок, большой палец оттопырил нижнюю губу.

– Останешься без зубов, – бесстрастно пообещали мне.

Ох, сюда бы переносной саквояжик, с которым я хожу на вызовы… Хлоралгидрат там или фенобарбитал… Ну или не снотворное, а сразу анестезию. Или яд! Их, правда, носить с собой запрещено…

Не успела я красочно представить, как втыкаю заполненный шприц в упругую задницу ублюдка, с какого-то перепугу считающего меня рабыней, воздух пронзил истошный мяв.

Я так и не поняла, откуда влетел взъерошенный рыжик, но следом дверь с грохотом распахнулась, пропуская одного из охранников. В его руках виднелась незнакомая трубка, плюющаяся молниями. Сзади слышались крики, голоса. Ох, тут одного шприца снотворного не хватит, баллон бы с нервно-паралитическим, типа зарина.

– Непокорных рабынь отдаю воинам, – припечатал тем временем обладатель нашпигованного кубиками торса.

Отдаваться воинам совсем не хотелось. Да и никому не хотелось отдаваться, хотя тестостероновый повелитель не обеспечил мне разрядки, какую можно было бы ожидать, глядя на его внешность.

В животе напряглось и заныло, сзади послышался звук испускаемой молнии и душераздирающий «Мяв!» придал мне сил. Я оттолкнула мужика – ну в смысле попыталась, в голове всё крутились привычные мысли: фенобарбитал с хлоралгидратом тут не помогут, они подействуют только через полчаса, мне бы чего-то быстрого, да хоть банальный хлороформ ему в морду…